СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

город Томск                                                                                                   Дело №А27-3852/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 23.07.2018.

Постановление в полном объеме изготовлено  23.07.2018.                                                             

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего                               Логачева К.Д., 

судей                                                               Кудряшевой Е.В.,  

                                                                         Фроловой Н.Н.,   

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, с использованием средств аудиозаписи, рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу АО «Шахта Заречная» (№ 07АП-5575/2017(4)) на определение от 30.05.2018 (судья Димина В.С.) Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-3852/2016 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Сельскохозяйственное объединение «Заречье» (город Кемерово, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) (далее по тексту – ООО «СХО «Заречье») по заявлению АО «Шахта Заречная» об установлении требований и включении их в реестр требований кредиторов должника.

В судебном заседании приняли участие:

от АО «Шахта «Заречная»: ФИО2, доверенность от 15.05.2018,

от ООО «СХО «Заречье»: ФИО3, доверенность от 04.06.2018,

от временного управляющего ООО «СХО «Заречье»: ФИО4, доверенность от 20.07.2018.

У С Т А Н О В И Л:

определением Арбитражного суда Кемеровской области от 25.01.2018 признано обоснованным заявление закрытого акционерного общества «Орелинвестпром» о признании банкротом ООО «СХО «Заречье», применена процедура банкротства наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО5.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» 03.02.2018 № 20.

Акционерное общество «Шахта «ЗАРЕЧНАЯ» 28.02.2018 года обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника                   5 762 013,33 рублей долга, возникшего в связи с исполнением кредитором обязательств должника по договору поручительства от 03.12.2008 № 

<

***>.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 30.05.2018 акционерному обществу «Шахта «ЗАРЕЧНАЯ» в удовлетворении заявления об установлении требований в размере 5 762 013,33 рублей и включении их в реестр требований кредиторов должника отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, АО 2Шахта «Заречная» обратилось в апелляционный суд с жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить, заявленное требование удовлетворить.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что отказ в удовлетворении заявления по причине аффилированности и заинтересованности сторон сделан судом первой инстанции без учета фактических обстоятельств дела. Заявленная ко включению сумма была списана приставом исполнителем в рамках исполнительного производства, что указывает на добросовестность должника и кредитора и на отсутствие какого-либо умысла в формировании указанной задолженности. Требование к должнику заявлено на основании статей 365, 387 Гражданского кодекса Российской Федерации.    

В отзыве на апелляционную жалобу ООО «СХО «Заречье» поддержало доводы апеллянта, указав, что  действующим законодательством не предусмотрена трансформация гражданско-правового требования в требование корпоративное, за исключением случая признания притворной и прикрывающей корпоративные отношения гражданского-правовой сделки, из которой вытекает регрессное требование. Отношения по поводу поручительства корпоративными не являются. Не предъявление требования не может свидетельствовать о недобросовестности действий. 

В отзыве на апелляционную жалобу, временный управляющий отклонил доводы апеллянта за необоснованностью, указав на наличие аффилированности кредитора и должника, на отсутствие экономического обоснования заключения договора поручительства, а также на то, что исполнение поручителем обязательств было фактически направлено формирование отношений сторон по докапитализации уставного капитала.

В судебном заседании представитель АО «Шахта «Заречная» апелляционную жалобу поддержала по изложенным в ней основаниям.

Представитель ООО «СХО «Заречье» апелляционную жалобу поддержал, указав на обоснованность заявленного требования.

Представитель временного управляющего доводы апеллянта отклонила по основаниям, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о месте и времени судебного заседания, не явились в судебное заседание суда апелляционной инстанции.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на неё, проверив законность и обоснованность определения арбитражного суда первой инстанции в порядке статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции считает его не подлежащим отмене, исходя из следующего.

Из материалов дела следует и установлено судом, что между АО «Росельхозбанк» и ООО «СХО «Заречье» (заемщик) 03.12.2008 был заключен кредитный договор № 

<

***>(в редакции дополнительных соглашений) на сумму 48 778 716 рублей с процентной ставкой 18 % годовых. 

Исполнение заемщиком кредитных обязательств обеспечивалось договором поручительства № 

<

***> от 03.12.2008, заключенным между банком и ОАО «Шахта «Заречная». 

Решением третейского суда ООО «Арбитр» от 28.02.2016 по делу № 10-12/2015 с ОАО «Шахта «Заречная» в пользу банка взыскана 23 000 000 рублей долга, 2722191,79 рубль процентов за пользование кредитом, 528811,64 рублей пени за кредит, 302814, 79 рублей пени на проценты и третейской сбор в сумме 156039,09 рублей. Для принудительного исполнения решения третейского суда арбитражным судом выдан исполнительный лист (дело А27-5159/2016). 

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 28.04.2017 по делу А27-7656/2016 в реестр требований кредиторов ОАО «Шахта «Заречная» включены требования АО «Россельхозбанка» как к поручителю ООО «СХО «Заречье» в сумме 24 083 209,67 рублей (17 237 986,67 рублей долга и 6 689 183,91 рубля процентов за пользование кредитом и 156 039,09 рублей третейского сбора); требования по неустойке в размере 2 314 333,32 рубля учтены отдельно в реестр требований кредиторов. При установлении требований банка размер задолженности был установлен за вычетом 5 762 013,33 рублей, уплаченных банку в ходе исполнительного производства, проводимого в отношении ОАО «Шахта «Заречная». Факт перечисления подтверждается инкассовым поручением № 1187 от 05.07.2016 и постановлением судебного пристава от 11.07.2016. Обосновывая требование, кредитор указывает на то, что в силу пункта 1 статьи 365 ГК РФ к нему, как поручителю, исполнившему обязательства за должника, переходят права кредитора по этому обязательству

Материалами дела также установлено, что на момент заключения договора поручительства кредитор и ООО «СХО «Заречье» являлись аффилированными лицами, что подтверждается представленными в материалы дела документами и не оспаривается лицами, участвующими в деле. 

Кредитор и должник в силу абзаца 2 пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве являются заинтересованными лицами, поскольку входят в одну группу лиц. 

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что действия сторон не отвечают критериям добросовестности, поскольку нарушают права и законные интересы кредиторов должника, не входящих с ним в одну группу лиц. При этом, предусмотренное законом регрессное требование поручителя к основному должнику утрачивает гражданско-правовой характер, приобретает признаки корпоративного требования, и не наделяет заявителя правами, принадлежащими в деле о банкротстве независимым кредиторам.

Апелляционный суд находит выводы суда первой инстанции обоснованными и соответствующими действующему законодательству исходя из следующего.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 6 статьи 16, статьи 71 Закона о банкротстве требования кредиторов рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда от 22 июня 2012 г. № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется арбитражным судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны. Требование кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

С учетом специфики дел о банкротстве, при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Исходя из указанных норм права, арбитражному суду необходимо по существу проверить доказательства возникновения задолженности и применения мер ответственности на основе положений норм материального права.

Судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе равноправия и состязательности. Обязанность по доказыванию обстоятельств, обосновывающих требования и возражения, возлагается на лиц, участвующих в деле (статьи 8, 9, 65 АПК РФ).

Выводы судебных актов по существу рассмотренного спора должны основаться на анализе доказательств, представленных сторонами, и содержать помимо прочего мотивы, по которым отвергнуты доказательства, а также отклонены доводы лиц, участвующих в деле (пункт 4 статьи 15, статья 71, пункты 2, 4 статьи 169, пункт 2 статьи 271, пункт 2 статьи 289 АПК РФ).

Как правило, для подтверждения обстоятельств, подтверждающих позицию истца или ответчика, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора. Однако в условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов, интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора ("дружественного" кредитора) в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу "дружественного" кредитора.

Стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов, к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016)).

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 13 Обзора судебной практики №4 (2017), утвержденной Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 15.11.2017г., не подлежит удовлетворению заявление аффилированного с должником лица о включении мнимого требования в реестр требований кредиторов, поданное исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

Как указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, процедуры банкротства носят публично-правовой характер (постановления от 22.07.2002 № 14-П, от 19.12.2005 № 12-П и др.). Публично-правовой целью института банкротства является обеспечение баланса прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, имеющих различные, зачастую диаметрально противоположные интересы. Эта цель достигается посредством соблюдения закрепленного в части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации принципа, в соответствии с которым осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Включение необоснованной задолженности в реестр требований кредиторов должника в целях влияния на ход дела о банкротстве затрагивает не только частные интересы должника и его кредитора, но и всех иных кредиторов, вовлеченных в процесс банкротства, препятствуя справедливому рассмотрению дела о несостоятельности и окончательному его разрешению (как в части определения судьбы должника и его имущества, так и в части распределения конкурсной массы между добросовестными кредиторами).

По смыслу норм Закона о банкротстве, единственной надлежащей целью обращения кредитора в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) должно являться получение от должника удовлетворения своих требований в результате производства по делу о банкротстве. Для кредитора реальное получение денежных средств в счет уплаты соответствующей задолженности должно являться достаточным, при условии, что кредитор полагает себя добросовестным.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", положения Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 Гражданского кодекса Российской Федерации), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исследовав представленные в дело доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив наличие заинтересованности между должником и кредитором в соответствии со статьёй 19 Закона о банкротстве, суд первой инстанции правомерно усмотрел очевидное отклонение действий участников гражданского оборота - кредитора и должника, от добросовестного поведения, и счел установленным, что действия кредитора и должника направлены на искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу "дружественного" кредитора, заявление кредитора подано исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов. При этом, каких-либо разумных экономических мотивов совершения сделки не установлено.

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что целями совершения сделки, помимо пополнения оборотных средств и сохранения за аффилированными с должником лицами контроля за его деятельностью, было также формирование существенного объема взаимной кредиторской задолженности внутри группы заинтересованных лиц. Такая форма организации бизнеса позволяет, в частности, в случае банкротства кого-либо из входящих в группу лиц, обеспечить квалифицированное большинство голосов для участия в процедурах банкротства лиц, входящих в одну группу.

Суд первой инстанции обоснованно указал на то, что в ситуации, когда на момент погашения части долга и на момент предъявления рассматриваемых требований в отношении обеих сторон ужу были возбуждены дела о банкротстве и то, что кредитор и должник входят в одну группу лиц и поэтому являются заинтересованными лицами в смысле статьи 19 Закона о банкротстве, предусмотренное законом регрессное требование поручителя к основному должнику утрачивает гражданско-правовой характер, приобретает признаки корпоративного требования, и не наделяет заявителя правами, принадлежащими в деле о банкротстве независимым кредиторам.

Так, из судебного акта по делу №А27-7656/16 о банкротстве АО «Шахта Заречная» видно, что обязательства по кредитному договору заемщиком ООО «СХО «Заречье» в течение длительного времени исполнялись ненадлежащим образом, что и послужило основанием для обращения банка в суд.

Исполнив за должника часть обязательств, кредитор, в ситуации, когда в отношении него также было возбуждено дело о банкротстве (15.03.2016), не обращается с требованием о взыскании долга, а фактически сохраняет кредиторскую задолженность до момента введения в отношении ООО «СХО «Заречье» процедуры банкротства наблюдения. Указанное поведение свидетельствует о том, что у кредитора имеется особый интерес к участию в деле о банкротстве должника, связанный не с погашением долга, а получением права голоса в процедуре банкротства.

Такое поведение не может быть объяснено с точки зрения достижения цели деятельности коммерческого юридического лица - извлечение прибыли. Кредитор и должник, являясь на момент заключения договора поручительства аффилированными лицами, не могли не понимать и не оценивать обстоятельства и неблагоприятные для независимых кредиторов должника последствия, связанные с заключением договора поручительства. Фактически действиями аффилированных лиц была создана ситуация внешнего благополучия и финансовой стабильности в деятельности должника. При таких обстоятельствах независимые кредиторы, вступившие в обязательственные правоотношения с должником, были лишены возможности оценить реальное финансовое положение должника.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации при недобросовестности кредитора его требования не могут находиться в равном положении с обоснованными требованиями независимых кредиторов.

Наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр требований кредиторов должника (абзац 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Доводы подателя жалобы о том, что судом первой инстанции не полностью выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела, не нашли своего подтверждения.

Механизм исполнения обязанности в данном случае при установленных судом обстоятельствах, правового значения не имеет. 

Доводов, основанных на доказательственной базе, опровергающих установленные судом первой инстанции обстоятельств и его выводы, в апелляционной жалобе не приведено.

Оценивая изложенные в апелляционной жалобе доводы, суд апелляционной инстанции установил, что в них отсутствуют ссылки на факты, которые не были предметом рассмотрения суда первой инстанции, имели бы юридическое значение и могли бы повлиять в той или иной степени на принятие законного и обоснованного судебного акта при рассмотрении заявленного требования по существу.

Суд апелляционной инстанции полагает, что, исходя из заявленных требований, с учетом обстоятельств, входящих в предмет доказывания и установленных судом, оценив все имеющиеся в материалах дела доказательства, доводы сторон и оценив все в совокупности по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления.

Суд апелляционной инстанции считает, что судом первой инстанции нарушений норм материального и норм процессуального права не допущено.

Оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены определения у суда апелляционной инстанции не имеется. Апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, пунктом 1  статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 30.05.2018 Арбитражного суда Кемеровской области по делу №А27-3852/2016 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

 

      Председательствующий                                                               К.Д.  Логачев 

 

                                                                                                              Е.В. Кудряшева 

 

                                                                                                              Н.Н. Фролова