Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

http://5aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А51-19299/2023

г. Владивосток

20 марта 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 13 марта 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 20 марта 2025 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего С.Б. Култышева,

судей Д.А. Глебова, Е.А. Грызыхиной,

при ведении протокола секретарем судебного заседания А.А. Шулаковой,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Дальневосточная стивидорная компания»,

апелляционное производство № 05АП-221/2025

на решение от 06.12.2024 судьи Т.Б. Власенко

по делу № А51-19299/2023 Арбитражного суда Приморского края

по иску общества с ограниченной ответственностью «Дальневосточная стивидорная компания» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

к Падуря Татьяне Александровне

третьи лица: общество с ограниченной ответственностью «Востокморсервис», федеральное государственное унитарное предприятие «Национальные рыбные ресурсы»

о взыскании 21 562 700,54 рублей убытков,

при участии:

от ФИО1: представитель ФИО2 по доверенности от 23.11.2024, сроком действия 2 года, диплом о высшем юридическом образовании (регистрационный номер 34402), паспорт;      

от общества с ограниченной ответственностью «Востокморсервис» (далее – ООО «Востокморсервис»): представитель ФИО3 по доверенности от 09.12.2024, сроком действия до 09.12.2024, диплом о высшем юридическом образовании (регистрационный номер 29610), паспорт;      

от общества с ограниченной ответственностью «Дальневосточная стивидорная компания» (далее – ООО «ДСК»): представитель ФИО4 по доверенности от 04.03.2025, сроком действия 3 года, диплом о высшем юридическом образовании (регистрационный номер 11817), паспорт;

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Дальневосточная стивидорная компания» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд с исковыми требованиями о взыскании с бывшего генерального директора общества ФИО1 (далее – ответчик) 21 562 700,54 рублей убытков, причиненных обществу.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Востокморсервис», федеральное государственное унитарное предприятие «Национальные рыбные ресурсы».

Решением Арбитражного суда Приморского края от 06.12.2024 в удовлетворении искового требования отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ООО «ДСК» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит решение Арбитражного суда Приморского края от 06.12.2024 отменить. В обоснование жалобы заявитель указывает на то, что в рамках дела № А51-6276/2021 не исследовался вопрос о причинении ответчиком убытков истцу и их размере. В обоснование занижения тарифов истец представил расценки на стоимость аналогичных услуг сторонних организаций. По условиям заключенного с ответчиком соглашения у истца отсутствовали правовые основания для увеличения тарифа. Установленные судебными актами по делу № А51-17767/2021 обстоятельства не опровергают доводы истца о причинении ответчиком убытков в связи с заключением соглашения по заниженным тарифам.

В дополнениях к жалобе апеллянт указывает на то, что судом не выполнены указания Постановления Пленума ВС РФ от 30.07.2023 № 62 об оценке характера действий директора, судом необоснованно приняты в качестве доказательств судебные акты по спорам № А51-17767/2022, А51-3816/2021, А51-6276/2021, также не содержащие такой оценки. Заключенное директором соглашение № 1 от 21.10.2020 не направлено на извлечение обществом прибыли. На момент заключения соглашения директору было известно о сложном финансовом положении общества.

От ООО «ДСК» поступило ходатайство о назначении судебной экспертизы по определению рыночной стоимости услуг по предоставлению причальной стенки причала № 1 и стоимости размещения портального крана на рельсовых путях причала № 1.

В канцелярию Пятого арбитражного апелляционного суда от ФИО1, ООО «Востокморсервис» поступили отзывы на апелляционную жалобу, которые приобщены к материалам дела.

В судебном заседании представитель ООО «ДСК» поддержал доводы апелляционной жалобы и ходатайство о назначении судебной экспертизы, просил обжалуемое решение отменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе.

Представители ФИО1 и ООО «Востокморсервис» по доводам апелляционной жалобы возразили, обжалуемое решение считают законным и обоснованным, просили оставить его без изменения, жалобу – без удовлетворения.

ФГУП «Нацрыбресурс», извещенное надлежащим образом о дате, времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, явку представителей в судебное заседание не обеспечили. Руководствуясь частью 5 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), суд рассмотрел апелляционную жалобу в отсутствие представителя третьего лица. 

Руководствуясь статьями 158, 159, 266 АПК РФ, апелляционный суд определил в удовлетворении ходатайства о назначении судебной оценочной экспертизы отказать применительно к разъяснениям пункта 29 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 N 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», учитывая обоснованное разрешение аналогичного ходатайства в суде первой инстанции.

Исследовав и оценив материалы дела, проверив в порядке статей 266-271 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции пришел к следующему.

ООО «Дальневосточная стивидорная компания» зарегистрировано в качестве юридического лица 29.07.2019, о чем в Единый государственный реестр юридических лиц внесена соответствующая запись, с присвоением ОГРН 

<

***>. 

В период с 29.07.2019 по 14.01.2021 генеральным директором ООО «ДСК» являлась ФИО1.

14.10.2019 между ООО «ДСК» (арендатор), и ФГУП «Национальные рыбные ресурсы» (арендодатель), заключен договор № НРР-221/19 аренды федерального недвижимого имущества, закрепленного на праве хозяйственного ведения (далее – договор № НРР-221/19), по которому арендодатель по результатам проведенного 03.10.2019 аукциона на право заключения договора аренды (протокол рассмотрения заявок от 03.10.2019 № ПРЗ20/19-НРР), передал, а арендатор принял во временное владение и пользование объекты недвижимости: причалы №№ 1, 2, 3, расположенные по адресу: 

<

...>, с кадастровыми номерами 25:28:000000:22316, 25:28:000000:23565, 25:28:000000:17788, сроком на 49 лет по 13.10.2068.

В силу пункта 3.2.21 договора аренды от 14.10.2019 арендатор обязуется не совершать сделок, следствием которых может являться какое-либо обременение предоставленных арендатору по договору объектов, в частности переход их к иному лицу (договоры залога, внесение права на аренду объектов или их частей в уставный (складочный) капитал организации и др.).

На основании распоряжения Росморречфлота от 13.04.2020 № ЗД-126-р ООО «Востокморсервис», ООО «ДСК» включены в перечень операторов морского терминала, расположенного по адресу: г. Владивосток, ул. Калинина, д. 204а, оказывающих услуги согласно уставу организаций, в том числе: погрузо-разгрузочные работы; складское и временное хранение грузов; транспортно-экспедиторское обслуживание.

В дальнейшем между ООО «ДСК» (владелец причала) в лице генерального директора ФИО1, и ООО «Востокморсервис» (владелец терминала) заключено соглашение №1 от 21.10.2020 об организации и обеспечении непрерывности технологического процесса оказания услуг по осуществлению операций с грузами на морском терминале в морском порту Владивосток (далее – соглашение №1), по которому владелец причала в целях организации и обеспечения непрерывности технологического процесса обслуживания морских судов, выполнения погрузо-разгрузочных работ, оказания услуг хранения грузов и иных услуг, оказываемых на морском терминале, расположенном по адресу: 

<

...>, обязуется беспрерывно оказывать владельцу терминала услуги по предоставлению причала № 1 для осуществления владельцем терминала погрузо-разгрузочных работ морских судов, швартуемых к причалу № 1 с использованием перегрузочного оборудования (портальных кранов) владельца терминала, постоянно находящихся на подкрановых рельсах причала № 1, а также стоянки морских судов без проведения погрузо-разгрузочных работ, а владелец терминала обязуется оплачивать оказанные владельцем причала услуги на условиях, предусмотренных соглашением.

В пункте 1.2 соглашения определено, что владельцу причала на праве аренды (договор аренды от 14.11.2019 № ННР-221/19) принадлежит причал № 1 длиной 163,5 м, шириной 15 м с открылком 45,3 м, расположенный на земельном участке с кадастровым номером 25:28:030003:62 по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 25:28:00000022316, технологически взаимосвязанный с земельным участком с кадастровым номером 25:28:030003:389 и иным недвижимым имуществом, принадлежащим ООО «Востокморсервис» на праве собственности, что подтверждается заключением Росморречфлота от 16.12.2015 № СГ-28/1309.

Согласно пункту 1.3 спорного соглашения владельцу терминала на праве собственности принадлежит земельный участок с кадастровым номером 25:28:030003:389, расположенный по адресу: 

<

...>, входящий в границы морского порта Владивосток, используемый для размещения зданий, инженерных коммуникаций, складов, иного имущества, необходимого для оказания услуг в морском порту Владивосток, в том числе, открытых складских площадок с железобетонным покрытием, крытых складов, портальных и козловых кранов, автопогрузчиков и иной механизации, железнодорожных подъездных путей, электрических подстанций, сетей, коммуникаций, административных и вспомогательных зданий и сооружений, расположенных на территории терминала и необходимых для перевалки грузов, обеспечения безопасности и режима на морском терминале.

В пункте 1.4, 1.5 спорного соглашения указано, что перечень и стоимость услуг сторон устанавливается в приложениях к соглашению. При оказании услуг по данному соглашению стороны не вправе устанавливать цены, несопоставимые с ценами, обычно устанавливаемыми за аналогичные услуги в Приморском крае – рыночные цены. Тарифы, подлежащие государственному регулированию, устанавливаются и применяются сторонами в соответствии с законодательством РФ о естественных монополиях.

В соответствии с п. 2.1 соглашения, соглашение в ступает в силу с момента его подписания сторонами и действует до момента утраты владельцем причала права владения причалом, подтвержденным соответствующей выпиской из Росреестра о снятии обременения в виде договора аренды причалов.

Права и обязанности сторон определены в разделе 3 соглашения.

В частности, согласно пунктам 3.1.1, 3.1.3 соглашения владелец причала (ООО «ДСК») обязуется беспрерывно оказывать владельцу терминала услугу по предоставлению причала № 1, предусмотренную пунктом 1.1 данного соглашения; не создавать препятствий, ведущих к остановке либо иному нарушению непрерывности оказания услуг на морском терминале, а также не предпринимать действий, ограничивающих конкуренцию и/или создающих дискриминационные условия для владельца терминала и его клиентов.

В силу пунктов 3.2.1, 3.2.6, 3.2.8, 3.2.10 соглашения владелец терминала (ООО «Востокморсервис») обязуется пользоваться причалом № 1 в целях, указанных в пункте 1.1 данного соглашения, и в соответствии с нормами действующего законодательства Российской Федерации; производить операции с грузами, включая погрузоразгрузочные работы, в соответствии с нормативно-правовыми актами РФ, регламентирующими эксплуатацию причала; не чинить препятствий, ведущих к остановке или нарушению непрерывности оказания услуг на морском терминале, а также не предпринимать действий, ограничивающих конкуренцию и/или создающих иные дискриминационные условия для владельца причала; обеспечивать транспортную безопасность на терминале.

Согласно пункта 4.1 соглашения, владелец терминала оплачивает оказанные владельцем причала услуги, предусмотренные п. 1.1. соглашения, в рублях на его расчетный счет в течение пяти банковских дней с момента получения счета от владельца причала.

Стороны согласовали и утвердили окончательный размер платы владельца терминала за услугу по предоставлению причала № 1 за период с 14.10.2019 по 24.10.2020 в размере 4 999 997,86 рублей (пункт 8.2).

В приложении № 1 стороны утвердили тарифы на услуги по предоставлению причала № 1.

Также пунктом 6.3. соглашения указано, что ФИО1, являясь генеральным директором ООО «ДСК», заверяет, что после заключения соглашения ООО «ДСК» отзовет иск (откажется от иска), находящийся на рассмотрении Арбитражного суда Приморского края дело № А51-3968/2020, а также заверяет, что любые требования о взыскании с ООО «Востокморсервис» арендной платы или иных платежей, не предусмотренных настоящим соглашением, является неприемлемым и не будут заявлены и поддержаны ООО «ДСК».

В дальнейшем ООО «ДСК», как арендатор, заключило с ООО «ДСК-Терминал», как субарендатором договор от 20.09.2022 № ДСК-01/09 субаренды федерального имущества, закрепленного на праве хозяйственного ведения, по условиям которого арендатор передает, а субарендатор принимает во временное владение и пользование объекты недвижимости: причалы №№ 1, 2, 3, расположенные по адресу: 

<

...>, с кадастровыми номерами 25:28:000000:22316, 25:28:000000:23565, 25:28:000000:17788, соответственно. 

Согласование ФГУП «Национальные рыбные ресурсы» заключения данного договора субаренды выражено в письме на имя генерального директора ООО «ДСК» от 19.09.2022 № НРР-01/1024-07. В соответствии с пунктом 2.1 договора субаренды он заключен на срок 49 лет по 13.10.2068 включительно. Письмом

Письмом исх. №123 от 14.12.2022 ООО «ДСК» уведомило ООО «Востокморсервис» о том, что указанное соглашение является расторгнутым с момента получения истцом указанного уведомления в связи с передачей причала №1 в субаренду иной компании.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 25.05.2023 по делу № А51- 1081/2023, установлено, что заключенное между ООО ДСК и ООО «Востокморсервис» соглашение № 1 считается расторгнутым.

Постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 26.09.2023 указанное решение отменено, признан незаконным односторонний отказ ООО «ДСК» от исполнения Соглашения №1 от 21.10.2020, выраженный в уведомлении от 14.12.2022 исх.№123.

Распоряжением Росморречфлота от 10.11.2022 № ЗД-438-Р ООО «ДСК» исключено из перечня операторов морских терминалов морского порта Владивосток, а также услуг, оказание которых осуществляется операторами морских терминалов. Этим же распоряжением в указанный перечень операторов морских терминалов включено ООО «ДСК-Терминал».

Распоряжением Росморречфлота от 01.08.2023 № БТ-299-р «О внесении изменений в сведения о морском порте Владивосток в Реестре морских портов Российской Федерации» ООО «Востокморсервис» исключено из перечня операторов морских терминалов, а также услуг, оказание которых осуществляется операторами морских терминалов.

Истец, посчитав, что ответчик при исполнении полномочий генерального директора истца, а именно при заключении спорного соглашения, действовал в ущерб интересам общества и в связи с его заключением обществу причинены убытки, обратился в арбитражный суд с рассматриваемым исковым заявлением.

Исследовав представленные в дело доказательства и оценив их по правилам статьи 71 АПК РФ, апелляционная коллегия поддерживает выводы суда первой инстанции и отклоняет доводы апелляционной жалобы в силу следующего.

При рассмотрении заявленных требований судом первой инстанции верно квалифицированы возникшие между сторонами правоотношения как регулируемые Федеральным законом от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об ООО), общими положениям ГК РФ о юридических лицах.

Судом первой инстанции обоснованно приняты во внимание положения статей 53, 53.1 ГК РФ в совокупности с нормами закона об ООО об ответственности единоличного исполнительного органа общества, по смыслу которых привлечение руководителя юридического лица к ответственности зависит от того, действовал ли он при исполнении своих обязанностей разумно и добросовестно, то есть, проявил ли он должную заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения своих обязанностей.

Согласно разъяснений пункту 4 Постановления от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62) добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

Арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

При этом, согласно пунктам 2, 3 Постановления № 62, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; 2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; 3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; 5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; 2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; 3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.

В то же время необходимо учитывать, что в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 ГК РФ). 

В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

Из содержания статей 15 и 1064 ГК РФ следует, что общими условиями деликтной ответственности является наличие состава правонарушения, включающего в себя: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между двумя первыми элементами, вину причинителя вреда, размер причиненного вреда. 

Удовлетворение исковых требований возможно при доказанности всей совокупности условий деликтной ответственности.

Применительно к разъяснениям пунктиа 6 постановления № 62, по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

Изучив материалы дела, оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, апелляционная коллегия поддерживает вывод суда об отсутствии каких-либо доказательств недобросовестности либо неразумности в действиях ответчика, повлекших убытки для общества.

Так, в рамках дела № А51-6276/2021 ООО «Дальневосточная стивидорная компания» обратилось с исковыми требованиями к ООО «Востокморсервис» о признании недействительным заключенного сторонами соглашения № 1 об организации и обеспечении непрерывности технологического процесса оказания услуг по осуществлению операций с грузами на морском терминале в морском порту Владивосток от 21.10.2020, в обоснование иска указав, что спорное соглашение является недействительным по причине его заключения на заведомо невыгодных условиях для истца, инициативно обозначив тем самым предмет доказывания в соответствующем споре.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 18.06.2021 по делу № А51- 6276/2021 в удовлетворении исковых требований отказано на основании того, что оспариваемое соглашение после его заключения исполнялось истцом, что подтверждается, как исковым заявлением, пояснениями истца, так и материалами дела, что влечет за собой в целях пресечения необоснованных процессуальных нарушений потерю права на возражение (эстоппель) в отношении недействительности оспариваемого соглашения. При рассмотрении спора истец не представил суду достоверных документальных доказательств того, что доход от предоставления причала ответчику, полученный по сделке, вследствие заниженных, по мнению истца, тарифов в несколько раз ниже, чем показатели его арендной платы ФГУП «Нацрыбресурсы», между тем, представленный ответчиком расчет свидетельствует об обратном, и не опровергнут истцом. Таким образом, суд установил, что истец документально не подтвердил довод о том, что сделка в целом является для него убыточной. Кроме того, суд учел, что условиями оспариваемого соглашения предусмотрено право истца не чаще одного раза в год увеличивать тариф за пользование причалом на размер инфляции (пункт 2 приложения № 1 к соглашению), однако, заявляя о несогласии с тарифом, истец не воспользовался правом его пересмотра в сторону увеличения.

Исполнение сторонами соглашения также подтверждается представленными сторонами в материалы настоящего дела счетами на оплату № 1 от 11.04.2022, № 2 от 11.04.2022, № 3 от 11.04.2022, подписанными сторонами УПД № 1 от 11.04.2022, № 2 от 11.04.2022, № 3 от 11.04.2022 (подписаны генеральным директором ФИО5), счетом на оплату № 1 от 28.12.2021, подписанным сторонами УПД № 1 от 28.12.202 (подписаны генеральным директором ФИО4), подписанными сторонами УПД № 9 от 02.11.2020, УПД № 10 от 30.11.2020, УПД № 11 от 31.12.2020, УПД № 8 от 24.10.2020 (подписаны ФИО1).

Кроме того, в рамках рассмотрения дела № А51-6276/2021 исследована природа спорного соглашения. Судом сделан вывод о том, что сторонами осуществлено заключение соглашения самостоятельной правовой природы, обязательность которого предусмотрена специальным законом, к которым относится закон о морских портах, и направлено не на распоряжение спорным арендованным причалом (статья 31), но на установление принципов взаимодействия владельца причала и терминала как владельцев технологически взаимосвязанных объектов инфраструктуры морского порта (статья 16 закона о морских портах), включая порядок технического обслуживания и эксплуатации таковых, в рамках обеспечения, как собственной деятельности, так и взаимоотношений с иными участниками гражданского оборота и органов власти. Непосредственное закрепление совокупности условий отмеченного соглашения реализовано сторонами в рамках реализации принципа свободы договора.

Относительно довода истца о том, что оспариваемым соглашением стороны согласовали возможность постоянного размещения перегрузочного оборудования (портальных кранов) ООО «Востокморсервис» на подкрановых рельсах причала № 1 без взимания платы, в результате чего ООО «ДСК» лишено возможности оказывать на причале № 1 погрузо-разгрузочные работы и получать доход за оказание соответствующих услуг, соглашением не урегулирован вопрос платности размещения портальных кранов на подкрановых путях причала № 1, то есть ООО «ДСК» лишено возможности получать доход от размещения имущества на подкрановых путях, судом установлено следующее.

Как установлено в решениях по делам за № А51-3816/2021, № А51-6276/2021, а также условиями заключенного между сторонами соглашения, стороны являются владельцами технологически взаимосвязанных объектов инфраструктуры морского порта, что возлагает на стороны обязанность обеспечить непрерывность технологического процесса оказания услуг по перевалке грузов с морского вида транспорта на терминал и обратно в силу прямого указания части 2 статьи 16 ФЗ «О морских портах в РФ».

Как установлено судом в рамках рассмотрения дела № А51-17767/2022 по исковому заявлению ООО «ДСК» к ООО «Востокморсервис» о взыскании неосновательного обогащения в виде платы за размещение портальных кранов и процентов за пользование чужими денежными средствами, учитывая, что правоотношения сторон, касающиеся, в частности, размещения на причале № 1 погрузо-разгрузочного оборудования ООО «Востокморсервис» (портальных кранов), урегулированы соглашением № 1, это опровергает доводы истца о безосновательном размещении ответчиком портальных кранов на причале, в том числе, в период вывода причала № 1 из эксплуатации на основании приказа ФГУП «Национальные рыбные ресурсы» от 08.04.2022, когда погрузочно-разгрузочные работы на причале не производились. 

Портальные краны, находящиеся на причале № 1, являются составной и важной частью обеспечения технологического процесса перевалки грузов в морском порту как основное перегрузочное оборудование, непосредственно выполняющее основную функцию по перегрузке грузов с морского и на морской транспорт. Портальные краны входят в состав более сложного имущества, являются неотъемлемой технологической (функциональной) частью недвижимого имущества, и их обособленная эксплуатация без установки на пути непосредственно самого портального крана невозможна. У истца отсутствует технологическая возможность обеспечить проведение погрузоразгрузочных работ, так как ему принадлежит только причал без какой-либо инфраструктуры. 

Портальные краны ООО «Востокморсервис» находятся на причале № 1 не как самостоятельный объект, а как часть оборудования, без которого невозможно обеспечить технологический процесс по перевалке грузов на/с морских судов, включая завоз, технологическое накопление грузов. В этом процессе перевалки грузов задействовано как имущество истца, так и имущество ООО «Востокморсервис». 

Поскольку соглашением стороны прямо урегулировали ведение деятельности на причале №1 с использованием перегрузочного оборудования (портальных кранов) Владельца терминала, постоянно находящихся на подкрановых рельсах №1, учтивая, что истец извлекал прибыль из ведения деятельности ООО «Востокморсервис» при осуществлении им погрузочно-разгрузочных работ, которые не осуществимы без нахождения портальных кранов ответчика на причале №1, суд не нашел правовых оснований для удовлетворения исковых требований.

Кроме того, в рамках рассмотрения дела № А51-17767/2022 судом назначалась строительно-техническая экспертиза, на разрешение эксперта поставлены вопросы: 1) являются ли подкрановые пути причала №1, кадастровый номер 25:28:000000:22316, расположенного по адресу: 

<

...>, самостоятельным объектом недвижимости? 2) возможна ли эксплуатация подкрановых путей причала №1, кадастровый номер 25:28:000000:22316, расположенного по адресу: 

<

...>, без прилегающего земельного участка с кадастровым номером 25:28:030003:389, самого причала №1 и портальных кранов?

Согласно представленному в материалы дела № А51-17767/2022 заключению эксперта от 30.10.2023 №04-18-08-2023/С объект исследования - подкрановые пути причала №1, кадастровый номер 25:28:000000:22316, расположенного по адресу: 

<

...> являются оборудованием причала № 1, относятся к подъемно-транспортному оборудованию морского порта и, в частности, причала № 1 на котором расположены данные подкрановые пути.

Подкрановые пути причала № 1 не являются самостоятельным объектом недвижимого имущества, а являются частью объекта (оборудованием объекта) – причал № 1 с кадастровым номером 25:28:000000:22316, расположенный по адресу: 

<

...>, по смыслу положений статьи 135 Гражданского кодекса РФ являются принадлежностью к главной вещи (сооружение причала № 1).

По второму вопросу: «Возможна ли эксплуатация подкрановых путей причала №1, кадастровый номер 25:28:000000:22316, расположенного по адресу: 

<

...>, без прилегающего земельного участка с кадастровым номером 25:28:030003:389, самого причала №1 и портальных кранов». В результате осмотра и исследования предоставленной документации установлено, что объект исследования - подкрановые пути причала №1, кадастровый номер 25:28:000000:22316, расположенного по адресу: 

<

...> являются оборудованием причала № 1, относятся к подъемно-транспортному оборудованию морского порта и, в частности, причала № 1 на котором расположены данные подкрановые пути. 

Таким образом, подкрановые пути, являются подъемно транспортным оборудованием морского порта и, в частности, причала № 1 на котором расположены данные подкрановые пути, должны обслуживаться и эксплуатироваться согласно требованиям норм для обеспечения нормативной работы подъемного оборудования портальных кранов. Эксплуатация подкрановых путей, расположенных на причале № 1 и являющихся оборудованием причала, невозможна без эксплуатации главной вещи – причала № 1, по отношению к которому подкрановые пути являются принадлежностью (оборудованием). Портальный кран относится к опорным подъёмным сооружениям (далее - ПС), передвигающимся по рельсам. Подкрановые рельсовые пути причала № 1 являются оборудованием причала №1 и непосредственно предназначены для установки ПС (портального крана), имеют специализированное назначение. Таким образом, обособленная эксплуатация подкрановых путей без установки на пути непосредственно самого ПС невозможна. По результатам осмотра установлено, что доступ к причалу № 1, соответственно подкрановым путям, осуществляется через земельный участок с кадастровым номером 25:28:030003:389, непосредственно примыкающему к причалу № 1. Таким образом, эксплуатация самого гидротехнического сооружения – причала № 1 и подкрановых рельсовых путей, являющихся оборудованием причала, в целях осуществления операций с грузами не возможна без организации проезда/прохода к причалу.

В соответствии с пунктом 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица. 

Как следует из конституционно-правового смысла положений статьи 69, выявленного Постановлением Конституционного Суда РФ от 21.12.2011 № 30-П (пункт 3.1.) признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым, преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Таким образом, судом установлено, что доводы истца в обоснование заявленных исковых требований по настоящему делу уже оценивались судом в рамках рассмотрения иных дел, и не могут доказываться вновь.

Кроме того, апелляционным судом принимаются во внимание пояснения ООО «Востокморсервис» о том, что швартовка судна к причалу № 1 возможна только с использованием швартовых тумб, принадлежащих ООО «Востокморсервис» и находящихся на его земельном участке, что являлось дополнительно существенным фактором при определении стоимости услуги, поскольку без эксплуатации имущества ООО «Востокморсервис» невозможно безопасно отшвартовать судно у причала № 1, а также невозможно эксплуатировать каким-либо образом сам причал, что установлено заключением эксперта от 30.10.2023 № 04-18-08-2023/С, положенному в основу судебных актов по делу № А51-17767/2022.

Указанным заключением установлено и не оспаривается истцом, что доступ к причалу № 1 и расположенным на нем подкрановым путям осуществляется через земельный участок с кадастровым номером 25:28:030003:389, непосредственно примыкающий к причалу № 1, эксплуатация причала невозможна без организации проезда/прохода к причалу.

Таким образом, у истца отсутствует технологическая возможность обеспечить проведение погрузочно-разгрузочных работ, так как ему принадлежит только причал без какой-либо инфраструктуры. 

Учитывая особенности осуществления эксплуатации причала № 1 в виде необходимости привлечения имущества, находящегося в собственности стороннего лица, как для осуществления погрузочно-разгрузочных работ, так и самой швартовки к причалу, апелляционная коллегия не усматривает возможности применения к правоотношениям, урегулированным соглашением № 1 от 21.10.2021, расценок на стоимость аналогичных услуг сторонних организаций, на которые ссылается истец, в отсутствие обоснования наличия у приводимых гидротехнических сооружений сравнимых эксплуатационных особенностей.

Доказательств существования объектов-аналогов для производства оценки рыночной стоимости услуг, урегулированных соглашением № 1 от 21.102.2021 не представлено.

Также коллегией принимается представленный ответчиком в письменных возражениях от 10.03.2025 сравнительный расчет тарифов, установленных соглашением между ООО «ДСК» и ООО «Востокморсервис» (не менее 8,94 рублей за 1 час за 1 пог. м.), и размера арендной платы по договору аренды между ООО «ДСК» и ФГУП «Нацрыбресурс» (6,86 рублей в перерасчете за 1 час за 1 пог. м.), что свидетельствует об отсутствии явного занижения тарифов по соглашению.

Таким образом, в рамках настоящего дела истцом также не представлено разумного обоснования доводам о занижении тарифов, установленных соглашением № 1, в связи с чем доводы апелляционной жалобы отклоняются.

Довод истца о том, что в соответствии с п. 6.3, 8.2 стороны спорного соглашения договорились, что ООО «ДСК» откажется от иска по делу А51-3968/2020, а также утратит право предъявления каких-либо исковых требований к ООО «Востокморсервис», а также право на получение, взыскание любых выплат, включая арендные платежи и другие выплаты, и во исполнение п. 6.3, 8.2 соглашения ООО «ДСК» впоследствии отказалось от исковых требований по делу №А51-3968/2020, в связи чем обществу причинены убытки, был обоснованно отклонен судом в силу следующего.

В рамках дела А51-3968/2020 по иску ООО «ДСК» к ООО «Востокморсервис» о взыскании суммы неосновательного обогащения в размере 3 787 568,92 рублей, об обязании освободить и прекратить эксплуатацию объектов недвижимости, ООО «ДСК» заявлен отказ от иска, в соответствии с которым, в связи с добровольным урегулированием предмета спора, истец отказывается от заявленных требований в полном объеме, истец указал, что последствия отказа от иска, предусмотренным ст. 151 АПК РФ, истцу понятны.

Рассмотрев ходатайство истца об отказе от требований по делу А51-3968/2020, суд установил, что указанное ходатайство подписано генеральным директором ООО «ДСК», который согласно вписке из ЕГРЮЛ имеет соответствующие полномочия на заявление полного или частичного отказа от исковых требований.

Принятый судом в порядке статьи 49 АПК РФ отказ истца от иска, согласованный сторонами спора в рамках иного не противоречащего действующему законодательству соглашения, не противоречит закону и не нарушает права и законные интересы других лиц, и не может считаться убытками по смыслу ст. 15 ГК РФ.

Ситуационное принятие комплексных коммерческих решений исходя из совокупности действия различных факторов, включая обоюдное несение сторонами отмеченного соглашения №1 предпринимательского риска, само по себе не может выступать основанием для привлечения директора к ответственности, вне обоснования неразумности либо недобросовестности его действий, при отсутствии такого доказательного обоснования в рамках настоящего процесса.

Таким образом, довод истца о том, что ответчиком причинен ущерб обществу в результате отказа от иска, основан на неверном толковании истцом норм права.

На основании изложенного, в отсутствие доказательств, бесспорно свидетельствующих о недобросовестности или неразумности действий ответчика, противоправном поведении, о наличии причинно-следственной связи между заявленными истцом убытками и действиями ответчика, признав недоказанной необходимую совокупность обстоятельств, суд приходит к выводу об отсутствии совокупности условий, необходимых для взыскания убытков с ФИО1

При таких обстоятельствах, коллегия поддерживает вывод суда первой инстанции о том, что действия ответчика соответствовали текущим хозяйственным нуждам истца, соответствовали обычным условиям хозяйственной деятельности, то есть действия ответчика, как единоличного исполнительного органа, были осмотрительны, соответствовали критериям добросовестности и разумности согласно п. 3 ст. 53 ГК РФ.

В силу вышеизложенного, апелляционная коллегия приходит к выводу, что у суда первой инстанции отсутствовали основания для удовлетворения исковых требований.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что рассматривая настоящий спор, суд первой инстанции полно и всестороннее исследовал все существенные обстоятельства дела и дал им надлежащую оценку, правильно применил нормы материального и процессуального права. Основания для отмены судебного акта не установлены, а доводы заявителя апелляционной жалобы не нашли своего объективного подтверждения.

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

По правилам статьи 110 АПК РФ, расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя, с учетом ее уплаты при подаче жалобы.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Приморского края от 06.12.2024 по делу №А51-19299/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение двух месяцев.

Председательствующий

С.Б. Култышев

Судьи

Д.А. Глебов

Е.А. Грызыхина