125/2020-69291(1) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000 http://fasszo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

28 ноября 2020 года Дело № А66-9247/2017 

Полный текст постановления изготовлен 28.11.2020. 

Резолютивная часть постановления объявлена 12.11.2020.  

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе  председательствующего Кравченко Т.В., судей Троховой М.В. и Яковца А.В.,  

при участии генерального директора общества с ограниченной  ответственностью «Юридический автомобильный центр 2» ФИО1  (решение единственного участника от 30.06.2020, паспорт), представителя  ФИО2 - ФИО3 (доверенность от 02.05.2018), представителя  ФИО4 - ФИО3 доверенность от 08.06.2018),  

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационные жалобы  ФИО2, общества с ограниченной ответственностью  «Юридический автомобильный центр 2» и ФИО4 на  определение Арбитражного суда Тверской области от 12.12.2020 и постановление  Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.06.2020 по делу  

 № А66-9247/2017, 

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Тверской области от 27.07.2017 принято к  производству заявление муниципального унитарного предприятия  «Автотранспортные перевозки», адрес: 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее –  Предприятие), о признании его несостоятельным (банкротом).  

Определением от 10.11.2017 в отношении Предприятия введена процедура  наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО5.  

Решением от 29.03.2018 в отношении Предприятия открыто конкурсное  производство конкурсным управляющим утвержден ФИО5  

Конкурсный кредитор общество с ограниченной ответственностью  «Юридический автомобильный центр 2» (далее – Центр) обратилось 12.03.2019 в  арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности  бывшего руководителя Предприятия ФИО6 и  учредителя Предприятия - Администрации муниципального образования  «Бологовский район» (далее – Администрация), в котором просит:  

- привлечь к субсидиарной ответственности ФИО6 по основаниям,  предусмотренным подпунктом 4 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от  26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о  банкротстве);  

- привлечь к субсидиарной ответственности ФИО6 и Администрацию  солидарно по основаниям, предусмотренным подпунктом 1 пункта 2 и подпункта 2  пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве;  

- взыскать с ФИО6 и Администрации в пользу Предприятия денежные  

средства в размере 38 439 688,84 руб.  

Определением от 28.08.2019 к участию в рассмотрении обособленного  спора в качестве соответчика привлечен ФИО7.  

Определением от 12.12.2019, оставленным без изменения постановлением  Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.06.2020, в  удовлетворении заявления отказано.  

В кассационных жалобах конкурсные кредиторы ФИО2 и ФИО4 просят отменить определение от  12.04.2019 и постановление от 30.06.2020 и направить дело на новое  рассмотрение.  

Податели кассационных жалоб ссылаются на умышленные действия  Администрации и руководства Предприятия по выводу из имущественной массы  Предприятия всего имущества (здания, автобусов, иного имущества), по переводу  работников в другое юридическое лицо в целях уклонения от исполнения  финансовых обязательств перевозчика по возмещению вреда в связи с гибелью  пассажиров.  

В кассационной жалобе Центр просит отменить определение от 12.04.2019 и  постановление от 30.06.2020 и направить дело на новое рассмотрение.  

Податель кассационной жалобы ссылается на постановление мирового  судьи от 07.12.2015 по делу об административном правонарушении  

 № 5-1070/2015, которым установлен факт неисполнения директором Предприятия  ФИО7 обязанности подать заявление в арбитражный суд при наличии  признаков неплатежеспособности Предприятия. Постановлением мирового судьи  от 10.01.2017 по делу об административном правонарушении № 5-10/2017  установлен факт неисполнения директором Предприятия ФИО6 обязанности  подать заявление в арбитражный суд при наличии признаков  неплатежеспособности Предприятия.  

Центр считает, что суды при принятии обжалуемых судебных актов не дали  оценки указанным доказательствам неисполнения руководителями Предприятия  обязанности по своевременному обращению в суд с заявлением о признании  должника банкротом.  

Податель жалобы ссылается на неверное, по его мнению, применение  судами положений пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, ссылаясь на то, что  требование Федеральной налоговой службы составляет 50,3% от общей суммы  реестра требований кредиторов.  

Центр считает, что суды первой и апелляционной инстанций не учли, что  должник занимался пассажирскими перевозками, основными производственными  мощностями являлись автобусы. В связи с этим изъятие Администрацией  автобусов и их передача другой организации очевидно повлияло на возможность  должника осуществлять хозяйственную деятельность, ухудшило финансовое  состояние Предприятия, приблизив его к банкротству.  

В возражениях, поступивших в суд в электронном виде, Администрация не  соглашается с доводами кассационных жалоб и просит оставить обжалуемые  судебные акты без изменения.  

В судебном заседании генеральный директор Центра поддержал доводы  своей кассационной жалобы и кассационных жалоб ФИО2 и  ФИО4 Представитель ФИО2 и ФИО4 поддержал  доводы своих жалоб и жалобу Центра.  

Законность определения от 12.12.2019 и постановления от 30.06.2020  проверена в кассационном порядке.  

Как следует из материалов дела, Центр в обоснование требования о  привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам  

должника указал на следующие действия (бездействия) ответчиков:  

- непередачу руководителем должника конкурсному управляющему  документов должника, что повлекло невозможность взыскания дебиторской  задолженности,  

- осуществление действий по отчуждению имущества Предприятия, что  лишило должника возможности осуществлять свою деятельность.  

Судами установлено, что Предприятие создано на основании постановления  главы муниципального образования «Бологовский район» Тверской области от  21.08.2001 № 294 и зарегистрировано в качестве юридического лица 10.09.2001.  Учредителем Предприятия выступила Администрация.  

Основным видом деятельности должника являлись регулярные  пассажирские перевозки автобусами в городском и пригородном сообщении.  Дополнительными видами деятельности являлись техническое обслуживание и  ремонт прочих автотранспортных средств, деятельность легкового такси и  перевозка грузов неспециализированными автотранспортными средствами.  

Из материалов дела следует, что в 2015 году у Предприятия было изъято  имущество, переданное ему в безвозмездное пользование (административное  здание и легковой автомобиль). В 2016 году у Предприятия было изъято  имущество, также ранее переданное ему Администрацией в безвозмездное  пользование: здание мойки механизированной, здание производственного  профилактория, здание автомастерских, здание поточного профилактория,  нежилое помещение, здание диспетчерской, движимое имущество на сумму  152 424,52 руб., автобус для перевозки детей, движимое имущество балансовой  стоимостью 831 860 руб.  

Должник прекратил деятельность по перевозке пассажиров в сентябре 2016  года. Функции по осуществлению пассажирских перевозок были переданы другому  муниципальному унитарному предприятию – «Бологовский имущественный  комплекс». Указанной организации были переданы недвижимое имущество и часть  автобусов, изъятых у должника. Муниципальное унитарное предприятие  «Бологовский имущественный комплекс» было наделено имуществом на праве  хозяйственного ведения.  

Ответчики по настоящему обособленному спору не опровергают довод  заявителя о том, что большая часть работников Предприятия в 2016 году  одномоментно была уволена и трудоустроена в муниципальное унитарное  предприятие «Бологовский имущественный комплекс».  

Согласно распоряжению от 25.05.2016 № 279р Администрация согласовала  Предприятию предоставление в аренду муниципальному унитарному предприятию  «Бологовский имущественный комплекс» имущества, находящегося в  муниципальной собственности: 7 автобусов. В дальнейшем решением собрания  депутатов муниципального образования «Бологовский район» от 30.08.2019  указанные автобусы были списаны.  

Ввиду изложенного вывод судов о том, что Администрация, разрешив  использовать муниципальное имущество для получения прибыли, приняла меры к  улучшению финансового состояния должника, не основан на имеющихся в деле  доказательствах.  

Согласно бухгалтерской отчетности должника балансовая стоимость активов  Предприятия в 2016 году уменьшилась на 74%.  

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в  Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской  Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ),  Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность  руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.  

Согласно пункту 1 статьи 4 Закона № 266-ФЗ названный Закон вступает в  силу со дня его официального опубликования, за исключением положений, для  которых данной статьей установлен иной срок вступления их в силу.  

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ установлено, что рассмотрение  заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной  статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в  силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по  правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.  

Исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4  Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в  редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц  по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся  основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача  контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом  или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня  вступления в силу Закона № 266-ФЗ.  

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу  Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной  ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции,  действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты  возбуждения производства по делу о банкротстве.  

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона 

 № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о  привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после  01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства  или было возбуждено производство по делу о банкротстве.  

Судами установлено, что ФИО6 наделен полномочиями руководителя  Предприятия с 07.07.2016.  

Центр в обоснование привлечения ФИО6 к субсидиарной  ответственности по основанию, предусмотренному подпунктом 4 пункта 2 статьи  61.11 Закона о банкротстве, указал на исключение конкурсным управляющим из  конкурсной массы должника дебиторской задолженности ООО «Такси-Бологое» в  связи с прекращением деятельности названной организации и по причине  непередачи документов директором конкурсному управляющему.  

Суд первой инстанции, с которым согласился и апелляционный суд, указал  на недоказанность Центром непередачи бывшим руководителем должника  документов конкурсному управляющему.  

Между тем, исходя из положений пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве  именно на ФИО6 возложено бремя доказывания исполнения обязанности по  передаче документации и имущества должника конкурсному управляющему.  

В соответствии с положениям гражданского и банкротного законодательства  (как в настоящей редакции, так и действующей ранее) контролирующие должника  лица (то есть лица, которые имеют право давать должнику обязательные для  исполнения указания) могут быть привлечены к субсидиарной ответственности,  если их виновное поведение привело к невозможности погашения задолженности  перед кредиторами должника (иными словами, за доведение должника до  банкротства - абзац первый пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).  

В Законе о банкротстве закреплены презумпции существования причинно- следственной связи между поведением контролирующего лица и невозможностью  погашения требований кредиторов. Одной из таких презумпций является  совершение контролирующим лицом существенно убыточной сделки, повлекшей  нарушение имущественных прав кредиторов (пункт 4 статьи 10 Закона о  

банкротстве (в настоящее время - подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о  банкротстве).  

Настаивая на привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по  указанному основанию Центр указывал на изъятие у Предприятия имущества, в  отсутствие которого должник прекратил осуществление финансово-хозяйственной  деятельности.  

Суды первой и апелляционной инстанций, отказывая в привлечении к  субсидиарной ответственности ответчиков по указанному основанию, сослались на  положения пункта 3 статьи 56 и пункта 6 статьи 113 Гражданского кодекса  Российской Федерации (в соответствующей редакции), придя к выводу, что  субсидиарная ответственность по обязательствам унитарного предприятия  возлагается на создавшее его муниципальное образование в том случае, когда  унитарное предприятие основано на праве оперативного управления и является  казенным.  

Данный вывод судов основан на неверном применении норм материального  права и не учитывает специальные нормы Закона о банкротстве, не исключающих  собственников унитарных предприятий из числа субъектов, к которым могут быть  применены нормы о субсидиарной ответственности.  

Неправильное применение норм материального права и неверное  распределение бремени доказывания (без учета презумпции существования  причинно-следственной связи между поведением контролирующего лица и  невозможностью погашения требований кредиторов) повлекло принятие  необоснованных судебных актов.  

В рамках настоящего обособленного спора Администрация не представила  доказательств того, что изъятие у Предприятия имущества, непосредственно  использовавшееся им в производственной деятельности, не повлекло ухудшения  финансового положения должника и было направлено на стабилизацию  экономического положения Предприятия, в том числе способствовало расчетам с  кредиторами.  

Администрация, являясь учредителем и собственником имущества  должника, не могла не знать о его финансовом положении, и должна была  осознавать, что соответствующие действия приведут к объективному банкротству  Предприятия.  

Суды не выяснили вопрос о том, какую равноценную замену ранее изъятому  имуществу получило Предприятие, и какими действиями Администрация  способствовала осуществлению Предприятием безубыточной деятельности и  погашению ранее возникшей кредиторской задолженности.  

Презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки  (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной  сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких  сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него  (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся  существенно убыточными (пункт 23 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с  привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при  банкротстве»).  

Ссылка судов на то, что изъятие имущества у Предприятия было  обусловлено обращением его руководителя с соответствующим заявлением,  сделана без учета приведенных норм права и сложившейся судебной практики по  данному вопросу (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 18.11.2008 № 10984/08).  

Отказывая в привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности по  

указанному основанию, суды не учли степень его вовлеченности в процесс вывода  активов должника и его осведомленность о причинении данными действиями  вреда кредиторам Предприятия. Также не дана судебная оценка возражениям  Вдовых Д.А. о том, что изъятие имущества (расторжение договоров  безвозмездного пользования имуществом и принятие в казну муниципального  образования имущества Предприятия) было осуществлено прежним  руководителем должника.  

Суды отказали в привлечении к субсидиарной ответственности бывшего  руководителя ФИО7, указав на то, что Центр не сформулировал  конкретных требований к нему.  

Данный вывод судов подтверждается материалами дела. После  привлечения ФИО7 к участию в обособленном споре в качестве  соответчика, заявитель не уточнил требования и не сформулировал основания, по  которым считает необходимым привлечь ФИО7 к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника.  

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты в части отказа в  привлечении ФИО7 к субсидиарной ответственности подлежат  оставлению без изменения.  

В остальной части (в части отказа в привлечении к субсидиарной  ответственности ФИО6 и Администрации) судебные акты подлежат отмене,  а дело – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.  

Поскольку в резолютивной части определения от 12.12.2019 указано на  отказ в удовлетворении заявления конкурсного кредитора о привлечении  контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности без указания  конкретных лиц, то суд кассационной инстанции отменяет определение от  12.12.2019 и постановление от 30.06.2020 полностью.  

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 и 290 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо- Западного округа  

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Тверской области от 12.12.2019 и  постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.06.2020  по делу № А66-9247/2017 отменить.  

Дело направить в Арбитражный суд Тверской области на новое  рассмотрение.  

Председательствующий Т.В. Кравченко Судьи М.В. Трохова 

А.В. Яковец