﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-5393/21 

Екатеринбург

14 октября 2021 г.

Дело № А50-28409/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 11 октября 2021 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 14 октября 2021 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Тихоновского Ф.И.,

судей Шавейниковой О.Э., Кудиновой Ю.В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего Андрианова Дмитрия Леонидовича – Кошелевой Виктории Александровны на определение Арбитражного суда Пермского края от 25.01.2021 по делу № А50-28409/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.05.2021 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

акционерного общества коммерческий банк «Уральский финансовый дом» – Федосеев А.А. (доверенность от 24.01.2019 № 056);

финансового управляющего Кошелевой В.А. – Божко В.В. (доверенность от 01.06.2021);

Андрианова Д.Л. – Лунев А.М. (доверенность от 27.01.2020);

Андриановой О.Д. – Власова Е.П. (доверенность от 11.06.2020).

 

Определением Арбитражного суда Пермского края 28.09.2018 по заявлению публичного акционерного общества «Банк ВТБ» возбуждено производство по делу о признании Андрианова Дмитрия Леонидовича (далее – должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 02.11.2018 в отношении Андрианова Д.Л. введена процедура реструктуризации долгов гражданина; финансовым управляющим имуществом должника утверждена Миронова Виктория Александровна.

Решением суда от 15.05.2019 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина сроком; финансовым управляющим имуществом должника утверждена Миронова В.А.

В Арбитражный суд Пермского края 30.12.2019 поступило заявление финансового управляющего Мироновой В.А. о признании договора дарения от 20.09.2016, заключенного между Андриановым Д.Л. и Андриановой Ольгой Дмитриевной в отношении земельных участков: с кадастровым номером 59:18:3730103:653, площадью 90 кв. м, адрес: Пермский край, Добрянский р-н, Полазненское городское поселение, д. Демидково, ул. Лесная, д. 8; с кадастровым номером: 59:18:3730103:665, площадью 572 кв. м, адрес: Пермский край, Добрянский р-н, Полазненское городское поселение, д. Демидково, ул. Лесная, д. 8 а; с кадастровым номером: 59:18:3730103:661, площадью 215 кв. м, адрес: Пермский край, Добрянский р-н, Полазненское городское поселение, д. Демидково, ул. Лесная, д. 8 б; с кадастровым номером: 59:18:3730103:652, площадью 5903 кв. м, адрес: Пермский край, Добрянский р-н, Полазненское городское поселение, д. Демидково, от 20.09.2016 (далее – спорное имущество), недействительной сделкой.

К участию в рассмотрении настоящего спора в качестве третьих лиц в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации привлечено публичное акционерное общество Коммерческий Банк «Уральский финансовый дом» (далее – Банк) и Полушкина Галина Кирьяновна. 

Определением Арбитражного суда Пермского края от 25.01.2021 (судья Курносова Т.В.) в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.05.2021 (судьи Плахова Т.Ю., Мухаметдинова Г.Н., Чухманцев М.А.) определение суда первой инстанции от 25.01.2021 оставлено без изменения.

Не согласившись с указанными судебными актами, финансовый управляющий Андрианова Д.Л. – Кошелева В.А. обратилась в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на неправильное применение норм материального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам и материалам дела, просит указанные судебные акты отменить и направить спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы финансовый управляющий указывает на преждевременность выводов суда об экономической нецелесообразности возврата отчужденных земельных участков в конкурсную массу должника, поскольку установление банком статуса залогового кредитора не являлось предметом рассмотрения спора, до рассмотрения соответствующего вопроса выводы суда не могут быть основаны на таких обстоятельствах. Заявитель кассационной жалобы также отмечает, что в случае возврата имущества в конкурсную массу и установления Банком статуса залогового кредитора, распределение денежных средств, поступивших от реализации земельных участков, позволит в полном объеме погасить текущие расходы (судебные расходы, вознаграждение финансового управляющего, расходы по оплате услуг лиц, привлеченных финансовым управляющим для исполнения возложенных на него обязанностей), а также частично погасить требования иных кредиторов. Финансовый управляющий также указывает,  что должник перестал надлежащим образом исполнять обязательства перед Банком в 2015 году, вместе с тем, Банк не предпринимал меры по обращению взыскания на залоговое имущество. 

Банк в отзыве на кассационную жалобу, а также должник в отзыве на кассационную жалобу финансового управляющего по доводам кассатора возражают, просят оставить определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов заявителя кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 20.09.2016 между Андриановым Д.Л. (даритель) и Андриановой О.Д. (одаряемый) заключен договор дарения, по условиям которого даритель безвозмездно подарил одаряемой спорные земельные участки. 

Переход права собственности на объекты недвижимости зарегистрирован Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастраи картографии по Пермского края 04.10.2016, о чем имеется отметка на договоре.

Ссылаясь на то, что оспариваемая сделка является мнимой, направлена на вывод активов должника, совершена между заинтересованными лицами с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, в целях недопущения обращения взыскания на это имущество, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признанииее недействительной по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве и статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, и применении последствий ее недействительности.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, предусмотренным Законом о банкротстве.

Совершенная должником-банкротом сделка, имевшая целью причинение вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в случае ее совершения в пределах трехгодичного периода подозрительности и доказанности оспаривающим ее лицом соответствующих критериев подозрительности (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), отсутствие хотя бы одного из которых является основанием к отказу в признании сделки недействительной по указанному основанию.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 4 пункта 4 Постановления № 63, наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам ст. 61.2 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) необходимо установить, что такая сделка направлена на нарушение прав и законных интересов кредиторов и должника, при этом пороки сделки, совершенной со злоупотреблением правом, не охватываются составом недействительности сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, ее стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения.

Рассматривая заявление финансового управляющего, суды установили, что оспариваемый договор дарения от 20.09.2016 заключен должником в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Изучив доводы финансового управляющего относительно наличия оснований для признания оспариваемого договора недействительной сделкой на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, исследовав материалы дела, и установив, что оспариваемая сделка по своей правовой природе является безвозмездной (пункт 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации) и совершена должником в отношении заинтересованного лица (дочери), при наличии неисполненных обязательств перед кредиторами, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности обстоятельств, составляющих диспозицию нормы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (совершение сделки в целях причинения вреда кредиторам, осведомленность ответчика об этом, причинение соответствующего вреда).

При этом, приняв во внимание, что применение статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации возможно в исключительных случаях, при которых оценка совершенной сделки не может быть охвачена специальными нормами – статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, суд констатировал отсутствие оспариваемой сделки пороков, выходящих за пределы пороков подозрительности, установленных статьей 61.2 Закона о банкротстве.

В указанной части выводы суда первой инстанции не оспаривались сторонами.

Вместе с тем, исходя из того, что при рассмотрении дела необходимо исследование фактических обстоятельств дела по существу и недопустимо установление только формальных условий применения нормы права, суды первой и апелляционной инстанции исследовали правоотношения, предшествующие заключению оспариваемого договора и последующие после его исполнения, и установили следующее.

Определением суда от 13.03.2019 в третью очередь реестра требований кредиторов Андрианова Д.Л. включены требования Банка в сумме7 716 208 руб. 11 коп., основанные на кредитном договоре от 04.12.2014 № Ф-02849-К-37-Н, заключенном между Банком и Андриановым Д.Л., по условиям которого банк предоставил должнику кредит в сумме 40 000 000 руб. на срок до 04.12.2019 с уплатой за пользование кредитом процентов в размере 15% годовых.

Обеспечением исполнения обязательств по названному кредитному договору первоначально являлся залог жилого дома площадью 317 кв. м, расположенного по адресу: Пермский край, Добрянский район, Полазненское городское поселение, д. Демидково, ул. Лесная, 6, а также земельный участок площадью 3533 кв. м, расположенный по адресу: Пермский край, Добрянский район, в р-не 100 кв. Полазненского л-ва, д. Демидково, кв. 48 СПК «Уральская нива» (пункт 2.3 кредитного договора от 04.12.2014 № Ф-02849-К-37-Н).

В последующем 20.09.2016 между должником и Андриановой О.Д. заключен оспариваемый договор дарения четырех земельных участков, обеспечивающих исполнение обязательств должника перед Банком по кредитному договору от 04.12.2014.

Кроме того, 31.10.2016 между должником и Банком заключено дополнительное соглашение № 3 к вышеназванному кредитному договору, согласно которому в качестве дополнительного обеспечения исполнения обязательств по возврату кредита в залог переданы земельные участки с кадастровыми номерами 59:18:3730103:652; 59:18:3730103:653; 59:18:3730103:665; 59:18:3730103:661, которые на момент их обременения залогом в пользу Банка уже находились в собственности Андриановой О.Д. в результате заключения с должником оспариваемого договора дарения от 20.09.2016.

Непосредственно с самой Андриановой О.Д. (залогодатель) Банком (залогодержатель) также 31.10.2016 заключен договор ипотеки (залога недвижимости), по условиям которого залогодатель передала в ипотеку залогодержателю названное имущество в качестве обеспечения исполнения обязательств Андрианова Д.Л. по кредитному договору от 04.12.2014 № Ф-02849-К-37-Н (пункт 1.4).

Закладываемые объекты оценены на общую сумму 7 000 000 руб. (пункт 1.8 договора ипотеки (залога недвижимости) от 31.10.2016).

Таким образом, судами установлено и следует из материалов дела что объекты, являющиеся предметом оспариваемого договора дарения от 20.09.2016, после перехода прав собственности на них к Андриановой О.Д. переданы в качестве обеспечения кредитных обязательств должника перед банком по кредитному договору от 04.12.2014 № Ф-02849-К-37-Н.

В последующем 21.11.2016 между Банком и Андриановым Д.Л. заключено соглашение об отступном, согласно пункту 6 которого находившееся в собственности должника и его супруги недвижимое имущество, указанное в пункте 2.3 данного кредитного договора, обеспечивающее исполнение кредитных обязательств, перешло в собственность его залогодержателя – Банка в счет погашения долга по кредитному договору в общей сумме 24 240 000 руб. 

Учтя пояснения представителя Банка, установленные обстоятельства заключения оспариваемого договора, суды пришли к выводу, что условием для заключения соглашения об отступном от 21.11.2016 и прекращении обеспечения обязательств залогом жилого дома и земельным участком под ним являлось предоставление должником Банку иного имущества, стоимость которого была бы сопоставима с суммой задолженности, остающейся после передачи ему по отступному первоначального обеспечения кредитных обязательств, чем и послужили спорные земельные участки. 

Исследовав поведение Банка при заключении с должником и Андриановой О.Д. указанных сделок, суды пришли к выводу, что оно не выходит за пределы рационального поведения кредитора, деятельность которого направлена на извлечение прибыли от предоставления кредитных денежных средств третьим лицам, при этом судами учтено, что заключение кредитором соглашения об отступном было вызвано ухудшением финансового положения должника, повлекшем невозможность обслуживания кредита на прежних условиях с октября 2016 года, а также разумными намерениями получить возврат выданного ранее кредита в максимально возможном размере, в том числе посредством принятия в качестве отступного дорогостоящего недвижимого имущества.

Исходя из того, что основанием для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), установив изложенное и придя к выводу, что, заключая дополнительное соглашение от 31.10.2016 № 3 к кредитному договору от 04.12.2014 № Ф-02849-К-37-Н и договор ипотеки (залога недвижимости) от 31.10.2016, Банк со своей стороны не преследовал какую-либо противоправную цель применительно к третьим лицам, отметив, что дополнительное соглашение от 31.10.2016 № 3 к кредитному договору от 04.12.2014 № Ф-02849-К-37-Н и договор ипотеки (залога недвижимости) от 31.10.2016, предметом которых являлись указанные земельные участки, финансовым управляющим не оспариваются, суды констатировали отсутствие оснований для квалификации указанных сделок в качестве недействительных на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем, установив обстоятельства и цели, преследуемые Банком и должником при заключении оспариваемого договора, суды пришли к выводу, что совершение ряда договоров дарения полностью лишило кредиторов Андрианова Д.Л. получить удовлетворение своих требований за счет его имущества, Банк же в результате заключения с должником непосредственно последующего соглашения об отступном от 21.11.2016 фактически получил преимущественное удовлетворение своих требований к должнику, однако преференциальность данной конкретной сделки влечет не ничтожность, а ее оспоримость.

При этом, установив, что соглашение об отступном от 21.11.2016 заключено за пределами шестимесячного срока с даты возбуждения настоящего дела о банкротстве, суды указали на отсутствие оснований для признания ее недействительной на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве.

По иным основаниям соглашение об отступном от 21.11.2016 в установленном порядке недействительным не признано.

Исходя из того, что оснований для признания соглашение об отступном от 21.11.2016 не установлено, дополнительное соглашение от 31.10.2016 № 3к кредитному договору от 04.12.2014 № Ф-02849-К-37-Н и договор ипотеки (залога недвижимости) от 31.10.2016 не оспариваются управляющим, суды пришли к выводу, что в случае признания судом договора дарения от 20.09.2016 недействительной сделкой земельные участки, отчужденные должнику на основании пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве будут возвращены в конкурсную массу в натуре для дальнейшей реализации в процедуре банкротства, обремененными залогом в пользу Банка как добросовестного залогодержателя, поскольку ипотека в отношении добросовестного залогодержателя (Банка) сохраняется и в том случае, если сделка в отношении залогодателя признана недействительной, а из материалов дела не следует наличие оснований для признания Банка недобросовестным залогодержателем по смыслу статьи 20 и абзаца 2 пункта 2 статьи 335 Гражданского кодекса Российской Федерации, кроме того финансовым управляющим не оспаривается сам договор залога (ипотеки) от 31.10.2016, заключенный между банком и Андриановой О.Д.

Соответственно, банк вправе будет обратиться с заявлением об изменении существующего текущего статуса своих требований как рядового кредитора по гражданско-правовым обязательствам на залоговый статус; на наличие соответствующего намерения в случае признания оспариваемого договора дарения недействительной сделкой сослался представитель банка непосредственно в заседаниях суда первой инстанции, а также апелляционной инстанции.

Принимая во внимание, что, поскольку Банк не являлся стороной оспариваемого договора дарения, при рассмотрении его требования с известной долей вероятности будет применено правило, согласно которому требование кредитора (несмотря на хронологическое опоздание) считается заявленным в срок ввиду наличия уважительной причины опоздания, находящейся вне его воли, по результатам рассмотрения заявления Банка его требования будут признаны обеспеченными залогом возвращенного в конкурсную массу имущества. В свою очередь, возвращенное в конкурсную массу недвижимое имущество будет реализовано по правилам, установленным законом о банкротстве, для продажи предмета залога, и требования Банка будут подлежать удовлетворению преимущественно по отношению к иным кредиторам должника той же очередности за счет реализации спорных земельных участков.

Исходя из положений пункта 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве, устанавливающих правила распределения денежных средств, вырученных от продажи заложенного имущества при несостоятельности физического лица-залогодателя, а также сведений о сформированном реестре требований кредиторов должника и непогашенных текущих обязательствах, суды установили, что поступившие денежных средства не смогут быть направлены на удовлетворение каких-либо из требований иных реестровых кредиторов, помимо Банка. 

Руководствуясь тем, что целью института оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве, в первую очередь, является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов, принимая во внимание, что применение последствий недействительности сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу должника приведет к удовлетворению требований только лишь Банка, который не лишён возможности получить удовлетворение иным способом (путём обращения взыскания на имущество Андрияновой О.Д.), и намеревается это сделать, учитывая, что оспаривание сделок должника исключительно для целей обеспечения возможности произвести за счет реализации имущества выплату процентного вознаграждения управляющего в ущерб при этом интересам одного из кредиторов, имеющего при этом право залога на соответствующее имущество, прямо противоречит указанной цели и будет являться безосновательным, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу, что экономическая целесообразность возврата имущества в конкурсную массу должника для последующей реализации в рамках процедуры банкротства отсутствует.

Апелляционным судом при этом отклонены доводы финансового управляющего о том, что реализация возвращенного имущества позволит погасить текущие расходы должника с указанием на то, что применение последствий недействительности сделки в виде возврата земельных участков в конкурсную массу должника и последующая их реализация фактически приведут к нарушению прав кредитора, поскольку такая реализация залога с учетом обстоятельств рассматриваемого дела и положений Закона о банкротстве приведет явно к меньшей стоимости получения удовлетворения требований Банка, что, в свою очередь, противоречит цели оспаривания сделок. 

Таким образом, отказывая в удовлетворении заявления финансового управляющего, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что признание сделки должника недействительной и применение последствий ее недействительности не приведет к достижению целей банкротства, более того, лишит кредитора возможности получения большего удовлетворения.

Суд округа считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы заявителя кассационной жалобы судом кассационной инстанции изучены и отклонены, поскольку не содержат обстоятельств, которые не были проверены и учтены судом апелляционной инстанции при рассмотрении дела и могли повлиять на законность судебного акта либо опровергнуть выводы судов. Оснований для переоценки выводов судов, установленных ими фактических обстоятельств и имеющихся в деле доказательств у суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не имеется. 

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 25.01.2021 по делу № А50-28409/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.05.2021 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу финансового управляющего Андрианова Дмитрия Леонидовича - Кошелевой Виктории Александровны – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий					           Ф.И. Тихоновский 

Судьи					           О.Э. Шавейникова 

                                                                                             Ю.В. Кудинова