ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

Березина ул., д. 4, г. Владимир, 600017 http://1aas.arbitr.ru, тел/факс: (4922) телефон 44-76-65, факс 44-73-10 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А43-3094/2024

г. Владимир

17 декабря 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 04.12.2024. 

Полный текст постановления изготовлен 17.12.2024.  

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Новиковой Л.П., судей Насоновой Н.А., Семеновой М.В., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на решение Арбитражного суда Нижегородской области от 12.07.2024 по делу № А433094/2024, по иску ФИО1 к ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании 73 702 руб., при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: общества с ограниченной ответственностью «Созвездие» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 19 по Нижегородской области, ФИО3,  

в отсутствие полномочных представителей участвующих в деле лиц, извещенных надлежащем образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы,  

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Дарина» и взыскании 73 702 руб.  

Решением от 12.07.2024 Арбитражный суд Нижегородской области отказал в удовлетворении исковых требований.  

Не согласившись с решением суда первой инстанции, истец обратился в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.  

Оспаривая законность принятого судебного акта, заявитель указывает, что ООО «Дарина» с 2018 года внесены сведения о недостоверности  

адреса нахождения организации. 

ФИО3 писал заявление об увольнении по собственному желанию на имя ФИО2  

Заявление о смене учредителя ООО «Дарина» не было зарегистрировано.  

Истец считает уведомленными учредителей ООО «Дарина» ФИО2 и ФИО3  

Кроме того, в материалах дела имеется доверенность на представление интересов в суде юриста ФИО2  

Ссылается на применение положений статьи 10 ГК РФ. Ответчик отзыв на апелляционную жалобу не представил.  

В порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд рассматривает жалобу в отсутствие участвующих в деле лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, по имеющимся материалам дела.  

Законность и обоснованность принятого по делу решения проверены апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по имеющимся доказательствам.  

Повторно рассмотрев дело, проверив доводы заявителя апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены судебного акта.  

Как усматривается из материалов дела и установлено 

судом первой инстанции, общество с ограниченной ответственностью «Дарина» зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц 24.11.2016 за основным государственным регистрационным номером 1165275066450.  

В период с 28.03.2018 по 23.07.2018 учредителем с долей 33,33 % в уставном капитале ООО «Дарина» и генеральным директором являлся ФИО3.  

Оставшиеся доли уставного капитала с 09.04.2018 принадлежали ООО «Дарина».  

С 23.07.2018 доля в уставном капитале ООО «Дарина» в размере 33,33 %, принадлежащая ФИО3 передана по договору купли-продажи доли в уставном капитале общества от 23.07.2018 ФИО2.  

23.07.2018 ФИО3 на имя ФИО2 написано заявление с просьбой уволить его по собственному желанию.  

Соответствующие заявления о внесении изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в ЕГРЮЛ, в части смены учредителя и генерального директора в регистрирующий орган не подавались.  

29.10.2018 в ЕГРЮЛ внесены сведения о недостоверности сведений о юридическом лице (ГРН 6185275214283).  

30.06.2020 Автозаводским районным судом г. Нижнего Новгорода по делу № 2-2440/2020 вынесено решение об удовлетворении исковых требований ФИО1, агентский договор от 19.04.2018 № С/2/1904, заключенный между ООО «Созвездие» и ФИО1, признан расторгнутым, с ООО «Созвездие» в пользу ФИО1 взыскано  

1 365 руб. 00 коп., с ООО «Дарина» в пользу ФИО1 взыскано 

44 135 руб. 00 коп. денежных средств, 5000 руб. 00 коп. компенсации морального вреда, 24 567 руб. 50 коп. штрафа.  

Исполнительное производство, возбужденное в Нижегородском районном отделении судебных приставов г. Нижнего Новгорода ГУ ФССП России по Нижегородской области 11.01.2021 на основании исполнительного листа от 10.07.2020, выданного Автозаводским районным судом г. Нижнего Новгорода по делу № 2-2440/2020 в отношении ООО «Дарина», окончено 03.06.2021 в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 47 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», возвращением исполнительного листа взыскателю по основаниям, предусмотренным частью 1 статьи 46 Закона № 229-ФЗ, актом о невозможности взыскания.  

01.09.2022 Межрайонной ИФНС России № 15 по Нижегородской области принято решение о прекращении юридического лица (исключение из ЕГРЮЛ юридического лица в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности) ООО «Дарина».  

Утратив возможность получения присужденной суммы, истец обратился в Канавинский районный суд г. Нижнего Новгорода с требованием о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности и взыскании 73 702 руб.  

Определением от 24.01.2023 Канавинский районный суд г. Нижнего Новгорода по делу № 2463/2023 произвел замену надлежащего ответчика с ФИО3 на ФИО2 и передал дело по иску ФИО1 для рассмотрения в Автозаводский районный суд г. Нижнего Новгорода.  

Определением Автозаводского районного суда от 07.06.2023 дело передано в Арбитражный суд Нижегородской области для рассмотрения по подсудности.  

Повторно оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации имеющиеся в деле доказательства, суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований для удовлетворения апелляционных жалоб, ввиду следующего.  

Пунктом 1 статьи 399 ГК РФ предусмотрено, что если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.  

Согласно пункту 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах) исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от  

исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на них может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.  

К указанным лицам относятся лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 ГК РФ), члены коллегиальных органов юридического лица, а также лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, относящимся к первым двум категориям (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ).  

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 № 20-П, предусмотренная нормой пункта 3.1 статьи 3 Закона об обществах субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. При этом в части, не противоречащей специальному регулированию законодательства о банкротстве, к данному виду ответственности подлежат применению положения глав 25 и 59 ГК РФ (пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).  

Таким образом, долг, возникший из субсидиарной ответственности, должен быть подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 ГК РФ). Данная позиция отражена в пункте 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020, и в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 № 305-ЭС19- 17007(2). Поэтому при реализации субсидиарной ответственности необходимо установление наличия всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправного поведения по отношению к кредиторам, причиненного им вреда, причинно-следственной связи между ними и вины правонарушителя. Соответственно, привлечение к такой ответственности возможно только в том случае, если судом установлено, что исключение должника из единого государственного реестра юридических лиц в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга возникли в результате недобросовестных и (или) неразумных действий (бездействия) контролирующих общество лиц и по их вине.  

По общему правилу возмещения убытков юридическому лицу, причиненных действиями (бездействием) лиц, входящих или входивших в состав органов такого юридического лица, истец обязан доказать сам факт причинения убытков и наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) контролирующего лица, повлекших возникновение убытков, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на контролирующем лице (пункт 1 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).  

Между тем при обращении в суд кредитора с иском о привлечении к субсидиарной ответственности доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц (пункт 3.2 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 № 20-П).  

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.  

Поэтому, если кредитор представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения. В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания отсутствия со стороны контролировавшего общество лица нарушения обязанности действовать добросовестно и разумно и отсутствия причинно-следственной связи между его действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредитором возлагается судом на ответчика.  

Тем самым лицо, контролирующее общество, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и разумно, а  

также приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами.  

Критерии добросовестного и разумного поведения директора определены в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица».  

Так, согласно названным разъяснениям, добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. При обосновании добросовестности и разумности своих действий (бездействия) директор может представить доказательства того, что квалификация действий (бездействия) юридического лица в качестве правонарушения на момент их совершения не являлась очевидной, в том числе по причине отсутствия единообразия в применении законодательства налоговыми, таможенными и иными органами, вследствие чего невозможно было сделать однозначный вывод о неправомерности соответствующих действий (бездействия) юридического лица.  

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 21.05.2021 № 20-П разъяснил, что неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из единого государственного реестра юридических лиц долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение предписаний статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота. Такое уклонение контролирующих лиц от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, означающее уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица, имеет недобросовестный характер.  

Оплата денежных средств в счет обязательств в сумме 44 135 руб. произведена ФИО1 19.04.2018, т.е. до приобретения ФИО2 доли в уставном капитале ООО «Дарина» (23.07.2018) и увольнения генерального директора ФИО3  

Согласно выпискам по расчетным счетам, открытым на имя ООО «Дарина» в АО «Альфа-банк» и АО «Тинькофф банк» за период с 23.07.2018 по 01.09.2022 следует, что денежные средства, поступающие на  

счета списывались структурными подразделениями службы судебных приставов в рамках принудительного исполнения исполнительных производств, возбужденных в отношении ООО «Дарина», а также налоговым органом в порядке статьи 46 Налогового кодекса Российской Федерации.  

Являясь участником ООО «Дарина» с долей в уставном капитале 33,33 % и контролирующим лицом, ФИО2 не осуществлял хозяйственных операций, и не принимал решений, повлекших неисполнение обязательств ООО «Дарина» перед истцом.  

Основания для удовлетворения апелляционной жалобы ФИО1 отсутствуют.  

Относительно применения положений статьи 10 ГК РФ, позиция заявителя оценена судом апелляционной инстанции и отклонена как документально неподтвержденная.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.  

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В соответствии с пунктом 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.  

По смыслу приведенных норм права для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).  

С учетом обстоятельств правоотношения сторон, оснований для применения положений статьи 10 ГК РФ из материалов дела не усматривается.  

О фальсификации доказательств заявителем вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ не заявлялось.  

Из материалов дела не усматривается вывод имущества общества ответчиком, наличие недобросовестных действий, повлекших невозможность погашения спорной задолженности.  

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума ВС РФ № 53) привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений.  

Само по себе исключение общества из ЕГРЮЛ не может служить неопровержимым доказательством совершения контролирующими общество лицами недобросовестных действий, повлекших неисполнение обязательств перед кредиторами, и достаточным основанием для привлечения к ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в пункте 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ (абзац второй пункта 4 Постановления № 20-П).  

По смыслу правовой позиции, изложенной в Постановлении № 20-П, взыскание задолженности с общества в судебном порядке не означает автоматическое переложение долга на контролирующих это общество лиц; предъявляя требование о привлечении руководителя и участника общества к субсидиарной ответственности, истец, не имеющий доступа к внутренним документам общества, тем не менее, должен привести достаточно серьезные доводы подкрепленные согласующимися между собой прямыми либо косвенными доказательствами подтверждающими факт совершения ответчиком неправомерных действий/бездействия по погашению конкретной дебиторской задолженности (в том числе путем обращения за содействием к суду в получении доказательств), после чего бремя опровержения данных доводов переходит на ответчика.  

Как отмечалось Верховным Судом Российской Федерации, долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10 июня 2020 года).  

При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.  

Участник корпорации, а равно и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована волеизъявлением контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В соответствии с разъяснениями, приведенными в абзаце 4 пункта 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», согласно которым в случае недоказанности оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения этого лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды не лишены возможности принять решение о возмещении таким лицом убытков в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Ссылки заявителя на положение законодательства о банкротстве подлежат отклонению, поскольку, соответствующие основания для удовлетворения исковых требований не нашли достаточного подтверждения материалами дела в целях удовлетворения исковых требований.  

По смыслу пунктов 3, 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве при прекращении производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства) заявитель по делу о банкротстве вправе предъявить вне рамок дела о банкротстве требование о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, если задолженность перед ним подтверждена вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона.  

 В этом случае иные лица не наделяются полномочиями по обращению в суд вне рамок дела о банкротстве с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности (пункт 31 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).  

Истец не являлся заявителем по делу о банкротстве № А43-9001/2018, его требования обоснованными не признавались и не были включены в реестр требований кредиторов, производство по делу прекращено до введения какой-либо процедуры.  

Кроме того, как верно указал суд первой инстанции, каких-либо доказательств направления в адрес ООО «Дарина» требований об оказании оплаченных медицинских услуг в период с 23.07.2018 по 01.09.2022 не имеется.  

В части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.  

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела документы, суд пришел к выводу, что недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) ответчика, причинная связь между действиями (бездействием) ответчика и причиненными истцу убытками, а также вина ответчика материалами дела не подтверждена.  

В виду изложенного основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.  

Расходы по оплате государственной пошлине за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя в силу статьи 110 АПК РФ.  

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Нижегородской области от 12.07.2024 по  

делу № А43-3094/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу  

ФИО1 – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в двухмесячный срок со дня его принятия.  

Председательствующий судья Л.П. Новикова  

Судьи Н.А. Насонова  

 М.В. Семёнова