ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-18288/2019

г. Челябинск

16 декабря 2019 года

Дело № А07-39506/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 12 декабря 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 16 декабря 2019 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Сотниковой О.В.,

судей: Забутыриной Л.В., Калиной И.В., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.10.2019 по делу № А07-39506/2018. 

В судебном заседании приняли участие представители:

ФИО2 – ФИО3 (паспорт, доверенность от 03.08.2019), ФИО4 (паспорт, доверенность от 01.12.2019, удостоверение адвоката от 22.02.2018;

Финансово-экономической коллегии адвокатов  - ФИО5 Урал Галимханович (паспорт, доверенность от 26.08.2019).

 

ФИО2 (далее   – ФИО2, заявитель)  27.12.2018 обратился в  Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением о признании Финансово-экономической коллегии адвокатов (далее   – ФЭКА, должник, коллегия) несостоятельным (банкротом). 

        С учетом неоднократного уточнения требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заявитель просил:

-  признать требования ФИО2 о признании ФЭКА несостоятельным (банкротом) обоснованными,

- ввести в отношении должника процедуру наблюдения,

- включить требования ФИО2 в третью очередь реестра требований кредиторов ФЭКА в сумме основного долга  - 18 515 648,70  руб., процентов за пользование чужими денежными средствами - 43 758 665,19 руб.,

- утвердить  временным управляющим должника     ФИО6, члена Ассоциации «Московская саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».  

 

Определением от 16.01.2019 заявление ФИО2  принято к производству.

 Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.10.2019 требования ФИО2 к Финансово-экономической коллегии адвокатов  о признании несостоятельным (банкротом)  признаны необоснованными. Во введении в отношении должника процедуры наблюдения отказано, производство по делу о банкротстве   ФЭКА  прекращено.

Не согласившись с вынесенным судебным актом,   ФИО2  обратился в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, просил отменить определение от  28.10.2019, удовлетворить заявленные им требования в полном объеме.

           В обоснование доводов апелляционной жалобы,  ее податель указал на то, что судом  необоснованно сделаны следующие  выводы:

 - требования ФИО2 вытекают из факта его участия в ФЭКА и требуют повышенного стандарта доказывания, 

- в материалах дела отсутствуют первичные документы, подтверждающие  наличие задолженности, 

- отсутствие долга перед ФИО2  подтверждается решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 18.12.2014 по делу №А07-16252/2014 и решением Кировского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан от 07.12.2016, ввиду чего апелляционное определение судебной

коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 15.10.2018 по делу №33-17697/2018  не обладает признаком преюдициальности  и  не является безусловным доказательством обоснованности требований заявителя к должнику, поскольку  не содержит оценку указанных решений.

          ФИО2   указывает в апелляционной жалобе, что его требования к должнику являлись следствием неполучения оплаты по соглашениям об оказании юридической помощи, заключенным им от собственного имени.    Неполучение оплаты по соглашениям, обусловлено спецификой деятельности адвокатских коллегий, поскольку в силу пункта 6 статьи 25 Федерального закона от 31.05.2002 № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (далее – Федеральный  закон  от 31.05.2002 № 63-ФЗ) вознаграждение, выплачиваемое адвокату доверителем, и (или) компенсация адвокату расходов, связанных с исполнением поручения, подлежат обязательному внесению в кассу соответствующего адвокатского образования либо перечислению на расчетный счет адвокатского образования в порядке и сроки, которые предусмотрены соглашением. Факт наличия задолженности ФЭКА перед ФИО2  подтверждается апелляционным  определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 15.10.2018 по делу №33-17697/2018 и не требует повторного доказывания. Суд не принял во внимание лично-доверительный характер деятельности адвоката – члена коллегии адвокатов, в данной деятельности коллегия адвокатов как адвокатское образование не участвует, ввиду чего взаимоотношения, связанные с выплатой гонорара не могут быть квалифицированы как корпоративные.   Суд первой инстанции   фактически потребовал от ФИО2 представить доказательства отсутствия перед ним задолженности в 2011 году, но не учел, что на недопустимость такого подхода уже было указано при рассмотрении спора о взыскании долга ФИО2 с ФЭКА  в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда    Российской Федерации   от 08.08.2016 № 49-КГ16-11.   Указывая, на якобы имеющуюся аффилированность заявителя по отношению к должнику, суд  не принял во внимание момент прекращения  таковой, а также необоснованно  сделал акцент на недобросовестности заявителя. Требования суда по предоставлению первичных документов, подтверждающих  наличие задолженности, было исполнено, в дело представлены заключенные ФИО2 соглашения об оказании юридической помощи. Указанные документы, в совокупности с  выводами, сделанными в  определении судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 15.10.2018 по делу №33-17697/2018,  указывали на обоснованность требований заявителя к должнику. Кроме того, судом допущено нарушение норм процессуального права при отказе в принятии уточнений, заявленных в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в части суммы  процентов за пользование чужими денежными средствами – 43 758 665,19 руб. Суд ошибочно квалифицировал данное требование как новое, поскольку соответствующее требование заявлялось ФИО2 изначально, при обращении 27.12.2018 в суд  с заявлением о банкротстве ФЭКА, уточнение требований было связано лишь с вступлением в законную силу судебного акта о взыскании суммы процентов.

10.12.2019 в  суд апелляционной инстанции от ФИО2 в дополнение к доводам апелляционной жалобы, поступили определение Кировского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан от 26.02.2019 по делу №2а-14141/2016 и постановление  Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.12.2016 по делу №А76-16252/2014. Указанные   судебные  акты приобщены к материалам дела.  

Должник  в отзыве просил отказать в удовлетворении апелляционной жалобы ФИО2, указывая на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта.  

Отзыв приобщен к материалам дела в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представители подателя апелляционной жалобы с определением суда не согласились, просили определение отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.  

Представитель ФЭКА против доводов апелляционной жалобы     возражал.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явились.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

           Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции,   апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 15.10.2018 по делу № 33-17697/2018  с Финансово-экономической коллегии адвокатов  в пользу ФИО2 взыскана  задолженность в сумме 92 905 218,02 руб. (л.д. 31-58 т.1). 

          В процессе рассмотрения проверки обоснованности требований, в связи с частичным удовлетворением требований,   долг по данному обязательству снизился до 18 515 648, 70 руб., что подтверждается сведениями Межрайонного отдела службы судебных приставов по исполнению особых исполнительных производств УФССП России по Республике Башкортостан №02068/19/128517 от 22.08.2019 (л.д. 58 т.4).

Неисполнение указанного судебного акта послужило основанием для обращения ФИО2  с настоящим заявлением в арбитражный суд.

          Отказывая в удовлетворении требований ФИО2, суд первой инстанции исходил из того, что  хоть  требование ФИО2  и подтверждено судебным актом, который вступил в законную силу, однако судом принято во внимание, что указанный долг возник у ФЭКА перед ФИО2 в период до 2011 года (включительно) фактически по причине  отсутствия доказательств (расходно-кассовых ордеров) получения адвокатом, председателем Финансово-экономической коллегии адвокатов ФИО2 денежных средств (гонораров) за 2011 год на сумму 92 905 218,02 рублей. Суд счел возможным принять во внимание выводы, сделанные в решении Арбитражного суда Республики Башкортостан от 18.12.2014 по делу №А07-16252/2014 и решении  Кировского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан от 07.12.2016 по налоговым спорам, установившим   факт выплаты и получения гонорара адвокатом ФИО2 с несоблюдением порядка ведения кассовых операций с банкнотами и монетой Банка России на территории Российской Федерации, выразившихся в отсутствии расходных кассовых ордеров в сумме 107 268 777 рублей. В силу публичности отношений по банкротству,   суд первой инстанции   отметил, что выводы, сделанные в названных судебных актах, носят взаимоисключающий характер против выводов, сделанных  в определении судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 15.10.2018 по делу №33-17697/2018 и не учтены при разрешении вопроса о взыскании долга в сумме 92 905 218,02 руб.; кроме того, данный судебный акт принят без оценки влияния аффилированности сторон на условия и обстоятельства возникновения долга. Судом сделан вывод, что обязательства должника на сумму 92 905 218,02 руб. перед ФИО2  вытекают  из  корпоративного обязательства, носят внутренний характер и не могут конкурировать с внешними обязательствами, а потому в силу абзаца 8 статьи 2 Закона о банкротстве не подтверждают наличие признаков банкротства. Также судом сделан вывод о недобросовестности ФИО2  как бывшего исполнительного органа Финансово-экономической коллегии адвокатов и его участника, по причине неоформления (самим ФИО2) расходно-кассовых ордеров между Финансово-экономической коллегией адвокатов в лице председателя ФИО2 и адвокатом ФИО2  

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы   и отзыва не нее, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для отмены судебного акта.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 2 статьи 7 Закона о банкротстве право на обращение в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом возникает у конкурсного кредитора по денежным обязательствам с даты вступления в законную силу решения суда, арбитражного суда или судебного акта о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейского суда о взыскании с должника денежных средств.

В силу пункта 2 статьи 33 Закона о банкротстве заявление о признании должника банкротом принимается арбитражным судом, если требования к должнику - юридическому лицу в совокупности составляют не менее чем триста тысяч рублей и указанные требования не исполнены в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом.

Пунктом 1 статьи 62 Закона о банкротстве установлено, что если иное не предусмотрено Законом, наблюдение вводится по результатам рассмотрения арбитражным судом обоснованности заявления о признании должника банкротом в порядке, предусмотренном статьей 48 Закона.

В силу пункта 3 статьи 48 Закона о банкротстве по результатам рассмотрения обоснованности заявления о признании должника банкротом арбитражный суд выносит одно из следующих определений: о признании требований заявителя обоснованными и введении наблюдения; об отказе во введении наблюдения и оставлении такого заявления без рассмотрения; об отказе во введении наблюдения и о прекращении производства по делу о банкротстве.

Определение о признании требований заявителя обоснованными и введении наблюдения выносится в случае, если требование заявителя соответствует условиям, установленным пунктом 2 статьи 33 Закона о банкротстве, признано обоснованным и не удовлетворено должником на дату заседания арбитражного суда, установлено наличие оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 3 Закона о банкротстве.

Одновременно с введением процедуры банкротства, суд включает в    реестр требований кредиторов должника требования заявителя.

Согласно разъяснениям Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, данным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Как следует из материалов дела, наличие обязательств должника свыше трехсот тысяч рублей подтверждено вступившим  в законную силу судебным  актом - определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 15.10.2018 по делу №33-17697/2018, обязательства не исполнены должником свыше трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены. 

Вопреки позиции  суда первой инстанции, в  силу части 2 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и частью 2 статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вступившие в законную силу судебные акты арбитражных судов, федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, в том числе для судов, рассматривающих дела о банкротстве.

Согласно части 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Согласно абзацу второму пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве, если требования кредитора основаны на вступивших в законную силу судебных актах, определивших состав и размер денежного обязательства должника, арбитражный суд разрешает только разногласия, связанные с исполнением данных судебных актов либо с их пересмотром, иные разногласия не подлежат рассмотрению арбитражным судом.

В данном случае наличие вступившего в законную силу судебного акта, подтверждает обоснованность заявленного требования и освобождает от обязанности доказывать требование по праву и по размеру другими доказательствами.

          Доказательств отмены определения судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 15.10.2018 по делу №33-17697/2018   в деле не имеется. С учетом преюдициальности обстоятельств, установленных указанных судебным актом, апелляционный суд отмечает, что факт неисполнения обязательств должником является доказанным. 

          Размер долга  составляет 18 515 648, 70 руб., что подтверждается сведениями Межрайонного отдела службы судебных приставов по исполнению особых исполнительных производств УФССП России по Республике Башкортостан №02068/19/128517 от 22.08.2019 (л.д. 58 т.4).

Документов, подтверждающих погашение задолженности на сумму 18 515 648, 70 руб., установленной вступившим в законную силу судебным актом, в материалы дела не представлено.

При этом  суд апелляционной инстанции не может согласиться с позицией  суда первой инстанции  относительно отсутствия долга,  со ссылкой на выводы, сделанные в решении Арбитражного суда Республики Башкортостан от 18.12.2014 по делу №А07-16252/2014 и решении  Кировского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан от 07.12.2016 по налоговым спорам, поскольку фактически судом допущена переоценка выводов сделанных в определении судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 15.10.2018 по делу №33-17697/2018, что противоречит указанным выше положениям статей 16, 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. 

Выводы о корпоративном характере отношений, судебная коллегия также находит ошибочными. 

Содержание определения судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 15.10.2018 по делу №33-17697/2018 свидетельствует о том, что долг взыскан по гражданско-правовым договорам, заключенным ФИО2 как адвокатом, при оказании им юридических услуг ряду юридических и физических лиц.

В соответствии с пунктом 1, 2 статьи 25  Федерального закона от 31.05.2002 № 63-ФЗ  адвокатская деятельность осуществляется на основе соглашения между адвокатом и доверителем. Соглашение представляет собой гражданско-правовой договор, заключаемый в простой письменной форме между доверителем и адвокатом (адвокатами), на оказание юридической помощи самому доверителю или назначенному им лицу.

В соответствии с пунктом 6 статьи 25 Федерального закона от 31.05.2002 № 63-ФЗ вознаграждение, выплачиваемое адвокату доверителем, и (или) компенсация адвокату расходов, связанных с исполнением поручения, подлежат обязательному внесению в кассу соответствующего адвокатского образования либо перечислению на расчетный счет адвокатского образования в порядке и сроки, которые предусмотрены соглашением.

Согласно пунктам 13, 14 статьи 22 Федерального закона от 31.05.2002 № 63-ФЗ коллегия адвокатов в соответствии с законодательством Российской Федерации является налоговым агентом адвокатов, являющихся ее членами, по доходам, полученным ими в связи с осуществлением адвокатской деятельности, а также их представителем по расчетам с доверителями и третьими лицами и другим вопросам, предусмотренным учредительными документами коллегии адвокатов.

Коллегия адвокатов несет предусмотренную законодательством Российской Федерации ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей налогового агента или представителя.

Таким образом, адвокатское образование представляет интересы адвокатов, входящих в соответствующее адвокатское образование, в отношениях по расчетам с доверителями и третьими лицами.

В соответствии с пунктом 1 статьи 779, пунктом 1 статьи 781  Гражданского кодекса Российской Федерации  заказчик обязан оплатить услуги, которые ему оказаны.

В силу специфики взаиморасчетов  по оказанным услугам, денежные средства перечислялись на счет ФЭКА. В дальнейшем коллегия обязана была выплатить гонорар адвоката ФИО2 В отсутствие доказательств по выплате, долг на сумму 92 905 218,02 руб. был взыскан определения судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 15.10.2018 по делу №33-17697/2018.  

В названном судебном акте установлен тот факт, что  с 09.10.2006 по 12.12.2011 ФИО2 являлся председателем и членом ФЭКА, но по решению общего собрания   ФЭКА  от 12.12.2011  он был  исключен  из состава  участников коллегии, председателем коллегии избран ФИО7 Взыскивая задолженность, суд указал на отсутствие доказательств выплаты ФИО2 причитающихся ему денежных средств. 

Изложенное свидетельствует о том, что спорная сумма задолженности не формировала уставный капитал ФЭКА, а потому вывод суда о корпоративном характере отношений ошибочен.   

Также вопреки выводам суда,  в дело представлены первичные документы, подтверждающие  наличие задолженности перед ФИО2  в  виде договоров об оказании юридических услуг (т.2), размер долга определен в определении судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 15.10.2018 по делу №33-17697/2018.  

Наличие неисполненного обязательства перед ФИО2   является достаточным основанием для введения процедуры наблюдения и включения его требований  на сумму 18 515 648, 70 руб. - основного долга  в реестр.

В отношении суммы   процентов за пользование чужими денежными средствами - 43 758 665, 19 руб.,   суд апелляционной инстанции также не разделяет позиции  суда первой инстанции  и квалификации данного требования как нового. 

Согласно положениям пункта 1 статьи 4 Закона о банкротстве, состав и размер денежных обязательств, требований о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и обязательных платежей определяются на дату подачи в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом.

В силу пункта 2 статьи 4 Закона о банкротстве, для определения наличия признаков банкротства учитываются размер денежных обязательств, в том числе размер задолженности за переданные товары, выполненные работы и оказанные услуги, суммы займа с учетом процентов, подлежащих уплате должником, размер задолженности, возникшей вследствие неосновательного обогащения, и размер задолженности, возникшей вследствие причинения вреда имуществу кредиторов, за исключением обязательств перед гражданами, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, обязательств по выплате компенсации сверх возмещения вреда, обязательств по выплате вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности, а также обязательств перед учредителями (участниками) должника, вытекающих из такого участия.

Подлежащие применению за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства неустойки (штрафы, пени), проценты за просрочку платежа, убытки в виде упущенной выгоды, подлежащие возмещению за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства, а также иные имущественные и (или) финансовые санкции, в том числе за неисполнение обязанности по уплате обязательных платежей, не учитываются при определении наличия признаков банкротства должника.

Для целей применения абзаца первого пункта 1 статьи 4 Закона о банкротстве под датой подачи заявления понимается дата его поступления в суд, а не дата вынесения судом определения о его принятии (абзац 2 пункта 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 06.12.2013 № 88 «О начислении и уплате процентов по требованиям кредиторов при банкротстве»).

Таким образом, сумма процентов за пользование чужими денежными средствами для учета признаков банкротства не подлежит учету.

При этом в заявлении, поданном в суд 27.12.2018, ФИО2, просил  о включении в    реестр требований кредиторов должника  суммы процентов  - 34 073 460,03 руб. (л.д.20-21 т.1). В обоснование данного требования в дело был представлен судебный акт – решение Калининского районного суда г. Уфы от 23.11.2018 по делу № 2-3117/2018 (л.д. 149-151  т.2). 

           Впоследствии, ходатайством от 14.10.2019 ФИО2 в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнил размер процентов, увеличив их до 43 758 665,19 руб., в связи с определением суммы процентов на основании апелляционного определения

судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 16.09.2019 по делу №33-15800/2019 (с учетом апелляционного определения Верховного суда Республики Башкортостан от 07.10.2019 по делу №33-15800/2019 об исправлении опечатки)  (л.д. 97-108 т.4).  Из содержания данных судебных актов следует, что проценты взысканы за период с 12.09.2012 по 08.11.2018, то есть до даты обращения в суд с заявлением о банкротстве ФЭКА (27.12.2018).

Поскольку требование по процентам заявлялось ФИО2  изначально, и не является денежным обязательством, служащим для установления признаков банкротства,  вывод суда о том, что требование является новым, ошибочен.

Как разъяснено в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 88 от 06.12.2013 «О начислении и уплате процентов по требованиям кредиторов при банкротстве», если судебным актом взысканы проценты по состоянию на определенную дату в конкретной сумме, то в реестр требований кредиторов включается только эта взысканная судом сумма процентов, а проценты за период с упомянутой даты до даты подачи заявления о признании должника банкротом, поскольку они не подтверждены судебным актом, не могут быть включены в реестр на стадии проверки обоснованности данного заявления.

На дату принятия судебного акта по результатам проверки обоснованности требований заявителя к должнику, сумма процентов за пользование чужими денежными средствами - 43 758 665,19 руб. являлась подтвержденной вступившим в законную силу судебным актом.  Непринятие спорных требований во внимание при определение признаков банкротства, не означает запрет на рассмотрение судом их обоснованности для целей включения в реестр требований кредиторов одновременно с вынесением судебного акта о признании должника банкротом и введении в отношении него соответствующей процедуры банкротства,  ввиду чего, указанная сумма процентов подлежит включению в реестр, с отдельным учетом (пункт 3 статьи 137 Закона о банкротстве).

С учетом изложенного, поскольку требования заявителя по  основному долгу соответствуют условиям, установленным пунктом 2 статьи 33 Закона о банкротстве, являются обоснованными и не удовлетворены в настоящее время, доказательств иного суду не представлено, в отношении должника в соответствии с пунктом 3 статьи 48 Закона о банкротстве должна быть введена процедура наблюдения.

При этом судебная коллегия также полагает необходимым отметить, что  в силу части 2 статьи 22 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» от 31.05.2002 № 63-ФЗ, коллегия адвокатов является некоммерческой организацией, основанной на членстве и действующей на основании устава, утверждаемого ее учредителями, и заключаемого ими учредительного договора.

 Согласно пункту 1 статьи 22 Федерального закона № 63-ФЗ от 31.05.2002   коллегия адвокатов представляет собой одну из форм адвокатского образования.

В соответствии с пунктом 1 статьи 2 Федерального закона от 12.01.1996 № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях»   некоммерческой организацией является организация, не имеющая извлечение прибыли в качестве основной цели своей деятельности и не распределяющая полученную прибыль между участниками.

        Из представленной в материалы дела выписки из Единого государственного реестра юридических лиц следует, что ФЭКА осуществляет  деятельность в области права.

          В силу пункта 2 статьи 1 Закона о банкротстве и пункта 1 статьи 65 Гражданского кодекса Российской Федерации действие данного Закона распространяется на все юридические лица, за исключением казенных предприятий, учреждений, политических партий и религиозных организаций.

В силу пункта 1 статьи 65 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо, за исключением казенного предприятия, учреждения, политической партии и религиозной организации, по решению суда может быть признано несостоятельным (банкротом).

Указанные положения закона не исключают возможности признания банкротом некоммерческой организации, которой является ФЭКА.

 Одновременно с заявлением  о признании должника банкротом, с учетом отказа ФИО8 от утверждения ее временным управляющим должника,     ФИО2  в ходатайстве от 19.03.2019    просил назначить  временным управляющим ФИО6 (л.д. 196 т.3).

В силу пункта 5 статьи  45 Закона о банкротстве по результатам рассмотрения представленной саморегулируемой организацией арбитражных управляющих информации о соответствии кандидатуры арбитражного управляющего требованиям, предусмотренным статьями  20, 20.2 настоящего Федерального закона, или кандидатуры арбитражного управляющего арбитражный суд утверждает арбитражного управляющего, соответствующего таким требованиям.

Ассоциацией «Московская саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих»  в материалы дела представлены сведения о соответствии   кандидатуры  ФИО6,  требованиям статей 20, 20.2 Закона о банкротстве для утверждения в качестве временного управляющего ФЭКА.

Принимая во внимание соответствие предложенной кандидатуры требованиям Закона о банкротстве, суд апелляционной инстанции усматривает основания для утверждения временным управляющим ФЭКА ФИО6  

При этом доводы должника о невозможности утверждения данной кандидатуры мотивированы лишь ссылкой на тот факт, что ФИО2 является учредителем должника.

Вместе с тем, с учетом того обстоятельства, что   ФЭКА  является  некоммерческой организацией   не распределяющей полученную прибыль между участниками  и по решению общего собрания   ФЭКА  от 12.12.2011  ФИО2   был  исключен  из состава  участников коллегии (л.д. 20-21 т.4), полномочия его как председателя ФЭКА также прекращены   12.12.2011, при  наличии права у заявителя для указания кандидатуры временного управляющего, представленного пунктом 2 статьи 39 Закона о банкротстве, в отсутствие доказательств  заинтересованности  ФИО6  установленной  статьей 19 Закона о банкротстве и отсутствии доказательств указывающих на его  некомпетентность, недобросовестность, оснований для отказа в утверждении ФИО6   временным управляющим должника не имеется.     

Принимая во внимание вышеизложенное, определение  Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.10.2019 по делу № А07-39506/2018  подлежит отмене, в связи с неправильным применением норм материального права и несоответствием выводов суда обстоятельствам дела (пункты 3, 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта по части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Поскольку статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы на рассматриваемое определение не предусмотрена, вопрос о распределении между сторонами судебных расходов не рассматривается.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

апелляционную жалобу ФИО2  удовлетворить.

Определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.10.2019 по делу № А07-39506/2018 отменить.

Признать требования ФИО2 к Финансово-экономической коллегии адвокатов   обоснованными и ввести в отношении к Финансово-экономической коллегии адвокатов (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) процедуру наблюдения.

Включить требования ФИО2  в третью очередь реестра требований кредиторов Финансово-экономической коллегии адвокатов  в размере 18 515 648, 70 руб. - основного долга и 43 758 665, 19 руб.-  процентов за пользование чужими денежными средствами, требования в части процентов подлежат отдельному учету.

Утвердить временным управляющим Финансово-экономической коллегии адвокатов  члена Ассоциации «Московская саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих» ФИО6 (ИНН 

<

***>, адрес для корреспонденции: 450057, 

<

...>).

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

   Председательствующий судья О.В. Сотникова

   Судьи: Л.В. Забутырина

                                                                                              И.В. Калина