АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

 Именем Российской Федерации

  

РЕШЕНИЕ

Дело № А45-2253/2019

г. Новосибирск

21 мая 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 21.05.2019

Решение в полном объеме изготовлено 28.05.2019

 Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Майковой Т.Г., при ведении протокола судебного  заседания секретарем судебного заседания    ФИО1, рассмотрев в судебном заседании  дело по исковому заявлению федерального государственного казенного учреждения "Управление вневедомственной охраны войск национальной гвардии Российской Федерации по Алтайскому краю" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), г. Барнаул, Алтайский край

к федеральному государственному предприятию "Ведомственная охрана железнодорожного транспорта Российской Федерации" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), г. Москва

о взыскании задолженности за оказанные услуги по контракту № 0500400000518002840-0826158-01 от 16.07.2018 за период с 01.10.2018 по 31.12.2018 в сумме 318648 руб., пени в сумме 7078,30 руб.,

при участии в судебном заседании представителей истца ФИО2 по доверенности от 09.10.2018, ответчика ФИО3 по доверенности от 15.04.2019, ФИО4 по доверенности от 16.01.2019

установил:

В Арбитражный суд Новосибирской области обратилось Федеральное государственное казенное учреждение «Управление вневедомственной охраны войск национальной гвардии Российской Федерации по Алтайскому краю» с иском к Федеральному государственному предприятию «Ведомственная охрана железнодорожного транспорта Российской Федерации» в лице Филиала на Западно-Сибирской железной дороги о взыскании задолженности за оказанные услуги по охране комнат хранения оружия за период с  октября по декабрь 2018 в размере 318648 рублей, пени в размере 7078,30 рублей (уточненные требования от 16.05.2019).

В судебном заседании представитель истца исковые требования поддержал в полном объеме, ссылаясь на продолжение оказания услуг по инициативе самого ответчика после направления ответчиком уведомления о расторжении контракта 21.09.2018,.

Ответчик возражал против удовлетворения иска, ссылался на  прекращение действия контракта с 02.10.2018, в связи с расторжением контракта по инициативе заказчика услуг. 

         Рассмотрев материалы дела, выслушав доводы представителей лиц, участвующих в деле, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения иска. 

Как следует из материалов дела, между Федеральным государственным казенным учреждением «Управление вневедомственной охраны войск национальной гвардии Российской Федерации по Алтайскому краю»   и Федеральным государственным предприятием «Ведомственная охрана железнодорожного транспорта Российской Федерации» в лице Филиала на Западно-Сибирской железной дороге  16.07.2018 заключен контракт на охрану комнат хранения оружия Барнаульского отряда филиала ФГП ВО ЖДТ России на Западно-Сибирской железной дороге (далее - контракт).

Срок оказания услуг установлен с 01.08.2018 по 31.12.2018.

21.09.2018 ответчик направил истцу уведомление о расторжении контракта, в котором   уведомил истца о том, что комнаты хранения оружия в подразделениях филиала ФГП ВО ЖДТ России на Западно-Сибирской железной дороге оборудованы многорубежной охранно-пожарной сигнализацией, все рубежи которой подключены на пульт централизованного наблюдения оперативного дежурного Барнаульского отряда ведомственной охраны, расположенного по адресу 

<

...>. На основании изложенного ответчик предложил истцу осуществлять функции по контролю за оборотом оружия на безвозмездной основе с использованием ранее установленного оборудования, выведенного на ПЦН подразделений вневедомственной охраны (истца).

Как  поясняет истец, предусмотренные контрактом услуги продолжали ответчику оказываться по инициативе сотрудников подразделений, подведомственных Филиалу ФГП ВО ЖДТ России на ЗСЖД, а именно после направления уведомления о расторжении контракта 21.09.2018 ответчик в 24.00 22.09.2018 поставил объекты под охрану, и вплоть до 31.12.2018 ежедневно продолжал ставить объекты под охрану, что свидетельствует о продолжении договорных отношений. Претензий по объему и качеству оказанных услуг Ответчиком не заявлено.

Ответчик считает, что оказание услуг без контракта для обеспечения государственных и муниципальных, подлежащего заключению в случаях и в порядке, предусмотренных Законом о контрактной системе, свидетельствует о том, что лицо, оказывающее услуги, не могло не знать, что услуги оказываются при очевидном отсутствии обязательств, и в силу п.4 ст. 1109 ГК РФ не подлежат оплате. В соответствии с приказом МВД России от 16.06.2011 № 676 после расторжения контракта на охрану объекта, в срок не более 1 месяца на пункте централизованной охраны подразделением вневедомственной охраны проводится ряд мероприятий, одним из которых является отключение от системы передачи извещений канал связи системы сигнализации объекта. 

На основании пункта 7 статьи 2, пункта 20 статьи 9 Федерального Закона от 03.07.2016 N 226-ФЗ "О войсках национальной гвардии Российской Федерации", Указа Президента Российской Федерации "Вопросы Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации" N 157 от 05.04.2016 образована Росгвардия путем преобразования внутренних войск Министерства внутренних дел Российской Федерации в войска национальной гвардии Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 25 части 1 статьи 12 Федерального закона от 07.02.2011 N 3-ФЗ "О полиции" (в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 03.07.2016 N 227-ФЗ) на полицию возлагались обязанности охранять на договорной основе имущество граждан и организаций, а также объекты, подлежащие обязательной охране полицией в соответствии с перечнем, утверждаемым Правительством Российской Федерации

Федеральным законом от 03.07.2016 N 227-ФЗ изменена редакция пункта 25 части 1 статьи 12 Федерального закона от 07.02.2011 N 3-ФЗ "О полиции", в соответствии с новой редакцией данной нормы на полицию возлагаются обязанности обеспечивать во взаимодействии с органами федеральной службы безопасности в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации, охрану дипломатических представительств, консульских учреждений, иных официальных представительств иностранных государств, представительств международных организаций, если такая охрана предусмотрена международными договорами Российской Федерации.

То есть исключена обязанность охранять на договорной основе имущество граждан и организаций, а также объекты, подлежащие обязательной охране полицией в соответствии с перечнем, утверждаемым Правительством Российской Федерации.

В связи с этим, принято распоряжение Правительства Российской Федерации от 15.05.2017 N 928-р "О перечне объектов, подлежащих обязательной охране войсками национальной гвардии Российской Федерации", в соответствии с пунктом 37 которого к объектам, подлежащим обязательной охране войсками национальной гвардии Российской Федерации, отнесены комнаты хранения оружия и патронов юридических лиц, занимающихся производством оружия или торговлей им, физкультурно-спортивных организаций и (или) спортивных клубов, образовательных организаций, требования к инженерно-технической укрепленности которым устанавливаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере деятельности войск национальной гвардии Российской Федерации, в сфере оборота оружия, в сфере частной охранной деятельности и в сфере вневедомственной охраны.

Таким образом,  в соответствии с названным распоряжением Правительства Российской Федерации объекты подразделений ведомственной охраны обязательной охране полицией, а также войсками национальной гвардии не подлежат.

Вместе с тем данное обстоятельство не исключает заключение договоров с истцом на добровольной основе.

В данном случае контракт между сторонами заключен после вступления в силу пункта 25 части 1 статьи 12 Федерального закона от 07.02.2011 N 3-ФЗ "О полиции" (в редакции Федерального закона от 03.07.2016 N 227-ФЗ), в котором была исключена обязанность истца охранять на договорной основе имущество граждан и организаций. 

           В соответствии с п.1.1 контракта  истец обязуется оказать услуги по охране комнат хранения оружия подразделений Барнаульского отряда ВО филиала ФГП ВО ЖДТ России на Западно-Сибирской железной дороге  в соответствии с  Описанием услуг (приложение № 1 настоящему Контракту). Заказчик обязуется принять и оплатить оказанные Услуги  в размере и в сроки на условиях настоящего Контракта (п.1.2 контракта).

Цена Контракта составляет 531 080 рублей или 106216 в месяц  (пункт 2.1 контракта).

На основании п.2.3 контракта оплата производится Заказчиком на расчетный счет Исполнителя, указанный в разделе 15 настоящего Контракта,  по факту оказания Услуг в течение 30 (тридцати) дней с даты подписания Сторонами акта сдачи - приемки оказанных услуг, оформленного по прилагаемой форме (приложение № 3 к настоящему Контракту), при отсутствии у Заказчика претензий по объему и качеству оказанных Услуг.

Согласно п.6 Приложения № 1 периодичность оказания услуг истцом – ежедневно, 24 часа в сутки. 

Согласно контракту в обязанности ответчика входит сдача средств сигнализации на объекте под централизованное наблюдение  истцу и их снятие с наблюдения по установленному контрактом режиму в соответствии с Инструкцией о порядке пользования средствами сигнализации.

Соответственно, встречным обязательством истца является  прием под централизованное наблюдение средств сигнализации на объектах Заказчика, а также их снятие с централизованного наблюдения (п.9.10.1 Приложения № 1 контракта). 

Представленные истцом Протоколы событий охраны объектов (л.д. 123-137 том 1, л.д. 115-150 том 2, том 3, том 4) свидетельствуют о том, что ответчик после 02.10.2018 продолжал ежедневно осуществлять сдачу средств сигнализации под централизованное наблюдение, а истец соответственно принимать объекты под охрану.  

По условиям контракта в обязанности Заказчика входит выполнение требований Инструкции о порядке пользования средствами сигнализации,  определение и закрепление приказом состава работников, ответственных за сдачу средств сигнализации под централизованное наблюдение и их снятие с наблюдения, недопущение к пользованию средствами сигнализации не указанных в списках ответственных лиц.  В материалы дела ответчиком не представлены доказательства  издания соответствующих распоряжений (приказов) о снятии данной обязанности с ответственных лиц после расторжения договора 02.10.2018 г., не представлены доказательства служебных расследований  или в ином порядке установления причин сдачи объектов под охрану истца после 02.10.2018 г. 

Согласно п. 9.10.2 Приложения № 1 истец обязан осуществлять с помощью ПЦН контроль за состоянием средств сигнализации, прием и регистрацию сигналов тревожного извещения, формируемых установленным на объекте комплексом технических средств охраны. При поступлении в охраняемый период времени информации о срабатывании средств охранно-пожарной сигнализации на объекте, при поступлении сигнала тревожного извещения, поданного представителями Заказчика средствами тревожной сигнализации, направлять наряд для внешнего осмотра целостности объекта, а при необходимости  принимать меры к задержанию лиц, создающих угрозу хищения, повреждения или уничтожения имущества заказчика (п.9.10.3 приложения № 1). Представленные истцом бортовые журналы свидетельствуют об исполнении истцом своих обязательств по контракту и их принятие ответчиком после 02.10.2018 г. 

На основании п. 9.10.4 истец в установленные сроки совместно с Заказчиком производит техническое обследование его объектов с составлением актов обследования. В материалы дела представлены Акты обследования (л.д. 111-118 том 1), в которых указано, что объекты сдаются под охрану на ПЦН истца, акты подписаны ответчиком без замечаний. 

Согласно Приказу МВД РФ от 16.06.2011 N 676 "Об утверждении Инструкции по организации работы пунктов централизованной охраны подразделений вневедомственной охраны"  услуги оказываются путем установления специального технического оборудования, в случае подачи сигнала которым выезжают сотрудники полиции. Таким образом, сам факт нахождения объекта охраны под контролем является услугой, независимо от количества выездов.

Таким образом, представленные в материалы дела  протоколы событий охраны объектов, бортовые журналы, согласно которым сотрудники истца выезжали по сигналам «тревога», в том числе  06.10.2018, 13.10.2018, 18.10.2018, 07.11.2018, 28.11.2018, 03.12.2018, 19.12.2018, 26.11.2018, акты обследования от 27.09.2018, от 05.10.2018, от 26.11.2018, от 04.12.2018, от 17.12.2018 свидетельствуют об исполнении обязательств по контракту,  как со стороны ответчика, так и со стороны истца. 

  Как пояснил суду представитель ответчика две системы охраны: СПИ «Stemax», с централизованным выводом на ПЦН ответчика и СПИ «Струна-5GSM», смонтированная в 2008-2014 г.г. для заключения договоров  централизованной охраны, работают в полном объеме и независимо друг от друга, при этом исключено влияние одной системы на работоспособность другой.   Следовательно, ввод в эксплуатацию 01.10.2018 собственной системы пожарно-охранной сигнализации «Stemax» (л.д. 57 том 2)   не препятствует сторонами исполнять условия контракта, не исключает надлежащее исполнение истцом своих обязательств   с использованием  СПИ «Струна-5GSM». Кроме того, в Приказе № НОР-11/737 отсутствует распоряжение об отключении  объектов ответчика от централизованной охраны истца. 

31.10.2018 истец направил ответчику письмо о том, что услуги по инициативе ответчика продолжают оказываться истцом, комнаты хранения оружия принимаются под централизованное наблюдение. Одновременно истец направил ответчику акт об оказании услуг от 31.10.2018 г. (л.д. 72 том 2)

В ответ ответчик указал, что истец вправе осуществлять свои функции по контролю за оборотом оружия на безвозмездной  основе,  с использованием ранее установленного оборудования или вправе отключить комнаты хранения оружия от пультов централизованного наблюдения (л.д. 73 том 2).  В ходе рассмотрения настоящего дела представитель ответчика также указывал, что после получения уведомления о расторжении контракта истец  вправе был отключить объекты ответчика от ПЦН. Между тем в контракте обязательство истца по отключению объектов ответчика от ПЦН в случае получения  уведомления о досрочном расторжении контракта отсутствует. 

В условиях направления истцу уведомления от 21.09.2018 (л.д. 55 том 1),  в котором  ответчик неопределенно указал истцу на расторжение контракта  с  одновременным предложением истцу использовать ранее установленное оборудование при выполнении им своих функций,  подтвердив в письме от 21.11.2018 (л.д. 73 том 2) свою волю на продолжение   пользования услугами истца, в котором ответчик также предложил истцу осуществлять свои функции на безвозмездной основе, суд приходит к выводу о том, что ответчик был намерен продолжить пользоваться услугами истца в соответствии с контрактом после 02.10.2018. Факты ежедневной сдачи объектов под охрану, бортовые журналы и совместные осмотры данное обстоятельство подтверждают. Постановка на охрану и снятие с охраны на пульт централизованной охраны осуществляется в автоматическом режиме. Как только истец включает приборы на постановку на охрану, на ПЦО приходит сигнал, с этого момента осуществляется охрана объекта.

При такой неопределенности в волеизъявлении со стороны ответчика, учитывая специфику охраняемых объектов, суд приходит к выводу о надлежащем исполнении истцом своих обязательств по контракту после 02.10.2019 г., в том числе с целью  недопущения проникновения на объекты посторонних лиц и иных противоправных действий.  

При этом прямая воля истца на выполнение своих функций на безвозмездной основе материалами дела также не подтверждается.  

Ссылка ответчика на  п.16 Приказа МВД  № 676  несостоятельна, поскольку в данном случае расторжения контракта фактически не произошло. 

  Ответчик также ссылается на  положения пункта 20 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017, согласно которым поставка товаров, выполнение работ или оказание услуг в целях удовлетворения государственных или муниципальных нужд в отсутствие государственного или муниципального контракта не порождает у исполнителя право требовать оплаты соответствующего предоставления. Таким образом, удовлетворение исковых требований фактически приведет к оплате товара поставленного с нарушением требований Закона N 44-ФЗ, то есть в обход норм законодательства о контрактной системе, что является злоупотреблением правом и недопустимо в силу статьи 10 ГК РФ. Поэтому поставка товаров, выполнение работ и оказание услуг без государственного (муниципального) контракта свидетельствует о том, что лицо, поставлявшее товары, выполнявшее работы или оказывавшее услуги, не могло не знать, что это делается им при очевидном отсутствии обязательства, в связи с чем в этом случае требование об оплате товаров, работ или услуг не подлежит удовлетворению в силу пункта 4 статьи 1109 ГК РФ (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2013 N 18045/12, от 04.06.2013 N 37/13, пункт 7 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.02.2014 N 165 "Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными", определение Верховного Суда Российской Федерации от 03.08.2015 N 309-ЭС15-26, Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2015), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2015).

Однако в рассматриваемом случае между истцом и ответчиком заключен контракт на срок до 31.12.2018 г., и истец оказывал услуги в рамках данного контракта. Неопределенность в уведомлении ответчика о расторжении контракта, совершение им совокупности действий по принятию услуг, оказываемых истцом, свидетельствуют о том, что действие контракта фактически было продолжено на согласованный сторонами срок.   

Кромке того, из приведенного выше правила допустимы исключения, заключающиеся в том, что оказание услуг (выполнение работ, поставка товаров) может носить социально значимый характер и быть необходимым для повседневного удовлетворения публичных нужд.

В частности, это касается ситуаций, когда существо оказанных частноправовым субъектом услуг является обязательной и социально-значимой функцией заказчика, выполняемой им на постоянной основе и обусловленной жизненно важными потребностями и интересами людей, связанными с их неотъемлемыми правами и свободами, гарантированными государством (на жизнь, свободу передвижения, труд, отдых, социальное обеспечение, охрану здоровья и медицинскую помощь, образование и т.д.), поэтому при отсутствии экстраординарных обстоятельств эта деятельность не подлежит прекращению, следовательно, соответствующие услуги, работы, товары должны быть оплачены. К таким услугам относятся услуги истца по охране комнат хранения оружия. 

Во исполнение п.3.2 контракта 31.10.2018 в адрес Ответчика направлены для рассмотрения акт сдачи-приемки оказанных услуг за октябрь 2018 года, а также счет на оплату оказанных услуг; 03.12.2018 - акт оказанных услуг за ноябрь 2018 года и счет на оплату; 27.12.2018 - акт оказанных услуг за декабрь 2018 года и счет на оплату.

20.12.2018в адрес Ответчика направлена претензия с требованием оплаты оказанных услуг за октябрь и ноябрь 2018 года в сумме 212 432 рубля.

11.01.2019в адрес Ответчика направлена претензия с требованием оплаты оказанных услуг за октябрь, ноябрь, декабрь 2018 года в сумме 318 648 рублей.

Согласно статье 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

В силу части 1 статьи 781 Гражданского кодекса Российской Федерации, заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

 По смыслу статей 779, 781 ГК РФ услуга в качестве предмета договора неотделима от процесса ее оказания и потребляется в процессе исполнения договора возмездного оказания услуг, следовательно, охранные услуги не имеют материального результата, который можно было бы сдать или принять, оплате подлежат фактически оказанные услуги. При возмездном оказании услуг заказчика интересует именно деятельность исполнителя, не приводящая непосредственно к созданию вещественного результата и связанная с совершением действий, не имеющих материального воплощения.

По смыслу статьи 720 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик обязан в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (ее результат). Приемка работ оформляется актом, подписанным обеими сторонами, то есть надлежащим доказательством оказания услуг является названный документ. 

На основании изложенного, суд приходит к выводу о правомерности исковых требований в части взыскания с ответчика задолженности в размере 318648 рублей, в том числе за октябрь 2018 – 106216 рублей, за ноябрь 2018 – 106216 рублей, за декабрь 2018 – 106216 рублей. 

В соответствии с ч.5 ст. 34 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ в случае просрочки исполнения заказчиком обязательств, предусмотренных контрактом, поставщик вправе потребовать уплаты неустоек за каждый день просрочки исполнения обязательства, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства. Такая пеня устанавливается в размере 1/300 ключевой ставки, действующей на дачу уплаты пеней.

Расчет пени в размере 7078,30 рублей  выполнен истцом за период с 16.12.2018 по 21.05.19, проверен судом, арифметически не оспорен ответчиком. В этой части иск также подлежит удовлетворению. 

Согласно пункту 12 Постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2014 N 46 "О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах", согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 333.17 НК РФ ответчики признаются плательщиками государственной пошлины в случае, если решение суда принято не в их пользу и истец освобожден от ее уплаты. Таким образом, государственная пошлина должна быть взыскана с ответчика в бюджет в связи с освобождением истца от ее оплаты.

 Руководствуясь статьями 110, 167 – 171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд,

решил:

Взыскать с   федерального государственного предприятия "Ведомственная охрана железнодорожного транспорта Российской Федерации" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), г. Москва в пользу федерального государственного казенного учреждения "Управление вневедомственной охраны войск национальной гвардии Российской Федерации по Алтайскому краю" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), г. Барнаул, Алтайский край задолженность в размере 318648 рублей, пени в размере 7078,30 рублей. 

Взыскать с   федерального государственного предприятия "Ведомственная охрана железнодорожного транспорта Российской Федерации" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), г. Москва в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 9515 рублей 

После вступления решения в законную силу выдать исполнительные листы. 

Решение, не вступившее в законную силу,  может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в течение месяца после его принятия.

       Решение, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в порядке кассационного производства в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу.

Судья                  Т.Г. Майкова