СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

город Томск                                                                                       Дело № А45-24127/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 05 мая 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 16 мая 2022 года.

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи                       Дубовика В.С., 

судей                                                                  Иващенко А.П., 

                                                                            ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью СК «Сибирь» (№ 07АП-2741/2022(1)) на определение от 26.02.2022 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-24127/2020 (судья Смирнова А.Е.) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Монолит» (630049, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), принятое по заявлению конкурсного управляющего должника ФИО3 о признании недействительными договоров уступки прав требования №№ 1,2,3 от 10.11.2018, 

 

при участии в судебном заседании:

от ООО «СК Сибирь» – ФИО4 по доверенности от 02.08.2021, паспорт, 

от конкурсного управляющего – ФИО5 по доверенности от 05.04.2022, паспорт, 

 

УСТАНОВИЛ:

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Монолит» (далее – ООО «Монолит») конкурсный управляющий должника ФИО3 (далее - ФИО3) обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением о признании договоров уступки прав требования № 1, 2, 3 от 10.11.2018, заключенных между должником и обществом с ограниченной ответственностью СК «Сибирь» (далее – заявитель, ответчик, ООО СК «Сибирь») недействительными сделками и применении последствий недействительности сделки. 

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 26.02.2022, заявление конкурсного управляющего удовлетворено, договоры уступки прав требования № 1, 2, 3 от 10.11.2018 признаны недействительными, применены последствия недействительности сделок.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО СК «Сибирь» обратилось в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит оспариваемое определение отменить, принять по делу новый судебный акт. 

В обоснование апелляционной жалобы указано, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Полагает, что на момент заключения договоров у должника отсутствовали признаки банкротства. Ссылается на отсутствие признаков аффилированности между должником и ООО СК «Сибирь»; судом не установлен факт того, каким образом ООО СК «Сибирь» могло влиять на деятельность должника в период с 2014 по 2016 год. Указывает, что ООО СК «Сибирь», получая переуступленное право требования задолженности от Администрации рабочего поселка Колывань Колыванского района Новосибирской области, не рассчитывало на гарантированное поступление денежных средств в полном объеме. 

В порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в материалы дело поступил отзыв МИФНС России № 18 по Новосибирской области, в котором возражает относительно доводов апелляционной жалобы, указывает на законность определения суда первой инстанции. Указывает на наличие всех необходимых признаков для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Также от конкурсного управляющего должника поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

В ходе судебного заседания к материалам дела приобщены письменные пояснения конкурсного управляющего должника, в которых указано на неразумность поведения ООО СК «Сибирь» по взысканию долга с должника. Отмечает, что суду не представлены оригиналы договоров уступки и договора аренды строительной техники от 31.05.2017. 

Представитель ООО «СК Сибирь» ФИО4 в судебном заседании доводы апелляционной жалобы поддержала.

Представитель конкурсного управляющего должника ФИО5 возражала против удовлетворения апелляционной жалобы, на основании доводов, изложенных в отзыве и письменных пояснениях на апелляционную жалобу. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом и своевременно извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание не явились, явку своих представителей не обеспечили. На основании статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва на неё, заслушав пояснения участников процесса, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке статьи 268 АПК РФ, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта исходя из следующего.

Как следует из материалов дела, между ООО «Монолит» (цедент) и ООО «СК Сибирь» (цессионарий) заключены договоры № 1, 2, 3 уступки прав требования от 10.11.2018, по условиям которых цедент передает, а цессионарий принимает право требования цедента к администрации рабочего поселка Колывань Колыванского района Новосибирской области:

- денежных сумм, в размере 2 370 308,66 рублей по муниципальному контракту №35424100079160000050002 от 05.07.2016, взысканных решением Арбитражного суда Новосибирской области от 19.10.2018 по делу № А45-34052/2018 (договор № 1);

- денежных сумм, в размере 3 045 456,99 рублей по муниципальному контракту №7/2 от 03.06.2016, взысканных по решением Арбитражного суда Новосибирской области от 19.10.2018 по делу № А45-34052/2018 (договор № 2);

- денежных сумм, в размере 258 956,22 рублей пени за неисполнение условий муниципального контракта №35424100079160000050002 от 05.07.2016; обеспечения исполнения контракта №35424100079160000050002 от 05.07.2016 в размере 165 879,40 рублей; 575 591,37 рублей пени за неисполнение условий муниципального контракта №7/2 от 03.06.2016; обеспечения исполнения контракта № 7/2 от 03.06.2016 в размере 208 897,75 рублей; 56 125 рублей расходов по оплате государственной пошлины, взысканных решением Арбитражного суда Новосибирской области от 19.10.2018 по делу № А45-34052/2018 (договор № 3).

Таким образом, взысканная решением Арбитражного суда Новосибирской области от 19.10.2018 по делу № А45-34052/2018 задолженность уступлена на общую сумму 6 681 215,39 рублей.

Согласно пункту 3.2.1 договоров уступки № 1, 2, 3 от 10.11.2018, цессионарий обязался выплатить цеденту денежные средства в размере 475 000 рублей (договор уступки № 1), 610 000 рублей (договор уступки № 2), 250 000 рублей (договор уступки №3). В совокупности стоимость уступленного права требования составила 1 335 000 рублей. 

В соответствии с актом сверки взаимных расчетов ООО «Монолит» и ООО СК «Сибирь» за период с 01.06.2017 по 05.11.2018 по договору № 05/17 от 01.06.2017, задолженность должника с 31.07.2017 составляет 1 400 000 рублей. 

10.11.2018 между ООО «Монолит» и ООО СК «Сибирь» заключено соглашение о зачете встречных однородных требований. Согласно пункту 1, 4.1 соглашения, задолженность ООО СК «Сибирь» по оплате за уступленное право требования по договорам уступки №1,2,3 от 10.11.20018 перед ООО «Монолит» погашена. В соответствии с пунктом 2, 4.2 соглашения, уменьшен размер задолженности ООО «Монолит» перед ООО «СК «Сибирь» по договору аренды строительной техники №05/17 от 31.05.2017 до 1 335 00 рублей, произведен зачет встречных однородных требований. 

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 19.10.2018 по делу №А45-34052/2018 с администрации рабочего поселка Колывань Колыванского района Новосибирской области в пользу ООО «Монолит» взыскана задолженность по муниципальному контракту № 7/2 от 03.06.2016 в размере 3 045 456,99 рублей, пени в размере 575 591,37 рублей, обеспечение исполнения контракта в размере 208 897,75 рублей, задолженность по муниципальному контракту №35424100079160000050002 от 05.07.2016 в размере 2 370 308,66 рублей, пени в размере 258 956,22 рублей, обеспечение исполнения контракта в размере 165 879,40 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 56 125 рублей.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 16.02.2019 по делу №А45-34052/2018 произведена замена взыскателя с ООО «Монолит» на ООО СК «Сибирь».

Платежными поручениями №864 от 29.07.2019, № 865 от 29.07.2019, № 695989 от 08.08.2019, № 695990 от 08.08.2019 администрация рабочего поселка Колывань Колыванского района Новосибирской области оплатила ООО СК «Сибирь» задолженность, установленную решением Арбитражного суда Новосибирской области от 19.10.2018 по делу №А45-34052/2018, в общем размере 5 790 542,80 рублей (задолженность по контрактам, обеспечение исполнения по контрактам), а также согласно платежным поручениям № 1841 от 26.12.2019, № 1684 от 05.12.2019, № 1822 от 26.12.2019, № 1838 от 26.12.2019, № 1837 от 26.12.2019, № 1840 от 26.12.2019, № 1839 от 26.12.2019 пеню в общем размере 1 037 212,06 рублей (переплата 202 664,47 рублей). Государственная пошлина в размере 56 125 рублей не оплачена. Всего оплачено 6 625 090,39 рублей.

Обращаясь с заявлением о признании договоров № 1, 2, 3 уступки прав требования от 10.11.2018 недействительными, с учетом уточнения требований в порядке статьи 49 АПК РФ, конкурсный управляющий должника ссылался на то, что сделки являются недействительными по основаниям, предусмотренным пунктом 1 и 2 статьи 61.2, пунктом 2, 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, статьей 10, 168, 170, 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, суд первой инстанции пришел к выводу об утрате должником в результате совершения оспариваемых сделок ликвидного актива в виде дебиторской задолженности администрации рабочего поселка Колывань Колыванского района Новосибирской области без соответствующего встречного предоставления при наличии неисполненных обязательств перед бюджетом, чем причинен вред имущественным правам кредиторов и должнику (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции.

В силу положений статьи 223 АПК РФ, статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно разъяснениям пункта 8 постановления № 63 от 23.12.2010 пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки. Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Из разъяснений, изложенных в пункте 9 постановления от 23.12.2010 № 63, следует, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

В пункте 6 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление №63) разъяснено, что в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Предполагается, что другая сторона знала об указанной цели, если она признана заинтересованным лицом.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с абзацами вторым-пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Как следует из разъяснений Пленума ВАС РФ, данных в пункте 7 Постановления №63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Согласно пункту 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии условия о том, что сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Сделка, указанная в пункте 1 названной статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (пункт 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве).

Сделка, указанная в пункте 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 настоящей статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Проверяя наличие оснований для признания недействительной оспариваемой сделки, суд апелляционной инстанции, так же как и суд первой инстанции, установил наличие доказательств того, что оспариваемая сделка совершена в период подозрительности, указанный в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно материалам дела, определением суда от 23.09.2020 возбуждено производство по делу о банкротстве ООО «Монолит». Оспариваемые сделки совершены 10.11.2018, то есть в пределах трехлетнего срока до возбуждения дела о банкротстве. 

На момент совершения сделок у должника имелись неисполненные обязательства перед налоговым органом, требования которого включены в реестр. 

Так, в результате проведенной выездной налоговой проверки, 28.09.2018 ИФНС России по Заельцовскому району города Новосибирска вынесено решение № 864 о привлечении ООО «Монолит» к ответственности за совершение налогового правонарушения. Согласно данному решению № 864, на основании статьи 101 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ), ООО «Монолит» доначислены суммы налога на добавленную стоимость в размере 53 054 126 рублей за 2, 3 ,4 кварталы 2014 года, 1 – 4 кварталы 2015 года, 1 – 4 кварталы 2016 года, начислены пени на суммы неуплаченного НДС и налога на доходы физических лиц за 2016 год в размере 14 685 327,12 рублей, а также наложены штрафы на общую сумму 7 387 162 рублей.

Определением суда от 02.04.2021 требование ФНС России в размере 91 450 285,50 рублей, в том числе 53 054 126 рублей основного долга по налогам за 2, 3 ,4 кварталы 2014 года, 1 – 4 кварталы 2015 года, 1 – 4 кварталы 2016 года, 30 986 997,50 рублей пеней, 7 409 162 рублей штрафов, включено в реестр требований кредиторов ООО «Монолит», с отнесением в третью очередь удовлетворения.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710 (3), согласно которой по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие на дату совершения сделки у должника просроченного обязательства, которое не было исполнено впоследствии и было включено в реестр, подтверждает факт неплатежеспособности должника в период заключения оспариваемой сделки.

По смыслу норм статей 38, 44 Налогового кодекса РФ и разъяснений, содержащихся в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2006 №25 "О некоторых вопросах, связанных с квалификацией и установлением требований по обязательным платежам, а также санкциям за публичные правонарушения в деле о банкротстве", обязанность по уплате налога определяется наличием объекта налогообложения, налоговой базы и считается возникшей с момента окончания налогового периода. 

Таким образом, должник по итогам истекших в 2014-2016 годах налоговых периодов имел непогашенную задолженность более 53 миллионов рублей, в том числе, как следует из решения налогового органа, только за 2 квартал 2014 года задолженность составила 1 277 892 рублей, которая в последующем многократно увеличилась. 

Учитывая изложенное, суд исходит из того, что должник на момент заключения оспариваемых договоров (10.11.2018) должник отвечал признаку неплатежеспособности. 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов не только усматривается в поведении должника, но и предполагается, поскольку сделка была совершена в отношении заинтересованного лица.

В соответствии с выпиской ЕГРЮЛ в отношении ООО «Монолит», с 10.08.2016 единственным учредителем и руководителем должника являлся ФИО6 (далее – ФИО6).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «СК «Сибирь» (дата образования - 13.12.2016), руководителем общества с 13.12.2016 является ФИО7. Единственным учредителем с 02.04.2017 является ФИО8 ФИО9.

Из решения № 864 о привлечении ООО «Монолит» к ответственности за совершение налогового правонарушения от 28.09.2018 следует, что «на основании ст. 90 НК РФ допрошен ФИО6 являющийся руководителем ООО «Монолит» с 02.08.2016 по настоящее время. Протокол допроса № 4208 от 10.05.2017 (приложение № 1.6.1.3.1 к акту проверки). По существу заданных вопросов свидетель сообщил, что фактически руководителем не является. Согласился стать им по просьбе ФИО10, за ежемесячное денежное вознаграждение. На имя ФИО10 оформил нотариальную доверенность с наделением полномочий руководителя.

При этом в ходе предпроверочного анализа ООО «Монолит» ФИО6, допрошенный 14.09.2016 в качестве свидетеля (протокол допроса б/н от 14.09.2016 (приложение № 1.6.1.3.2 к акту проверки), утверждал, что является руководителем организации. Сообщил ее местонахождение, наличие имущества, заключенные гос. контракты. О существовании компании ООО «Монолит» узнал от своего однокурсника ФИО10 Денежными средствами Общества распоряжался ФИО10, который являлся главным инженером ООО «Монолит».

В рамках налоговой проверки, а основании ст. 90 НК РФ в качестве свидетеля допрошен ФИО10 Протокол допроса № 4331 от 25.08.2017 (приложение № 1.6.1.3.3 к акту проверки). На поставленные вопросы свидетель сообщил, что фактически руководил деятельностью ООО «Монолит». В настоящее время Общество деятельность не ведет.

По деятельности ООО «Монолит» ФИО10 пояснил (протокол допроса № 4474 от 27.09.2017 (приложение № 1.6.1.3.5 к акту проверки)), что ООО «Монолит» имеет лицензию на выполнение определенных видов работ и состоит в саморегулируемой организации и осуществляет ежемесячные членские и ежегодные страховые взносы. Кроме того ООО «Монолит» участвовало в электронных торгах и имело аккредитацию на электронных площадках. Все перечисленное позволяло ООО «Монолит» выигрывать тендеры. Зная это, к ФИО10 обращались строители (физические лица и организации) которые не обладали необходимыми критериями для участия в торгах, но желали выполнить работы на каком либо объекте, размещенном на электронной торговой площадке. После подготовки документов необходимых для участия в торгах, при помощи привлеченных лиц, и утверждения заявки ООО «Монолит», состоялись торги на электронной площадке от имени ООО «Монолит». Торги происходили на понижение цены. В момент электронных торгов присутствовало лицо, обратившееся с просьбой об участии в торгах. В случае победы ООО «Монолит» на торгах, человек инициировавший торги самостоятельно обращался к Заказчику и занимался согласованием и подписанием договора (контракта). После этого он приступал к выполнению работ на объекте Заказчика. Когда поступали деньги от Заказчика строитель (ответственное лицо) инициировавший участие в торгах  предоставлял счета на оплату строительных материалов, либо аренду какого-либо оборудования. При выполнении работ на суммы до 200-400 тысяч рублей работы выполнялись работниками ответственного лица. При более дорогостоящих объектах привлекались субподрядные организации. Выполнение работ на объектах Заказчика курировал человек (ответственное лицо), обратившийся для участия в торгах. После выполнения работ ответственному лицу выплачивалось около 1,5 процентов от суммы контракта заключенного с Заказчиком. Около 1,5 процентов составляло вознаграждение ООО «Монолит». Заработная плата работников выполнявших работы на объектах выплачивалась ответственными лицами, с которыми ФИО10 производил расчет. Прибыль ответственного лица и заработная плата сотрудников выплачивались наличными из сумм снятых со счета ООО «Монолит» при помощи корпоративной карты или перечислением на личную банковскую карту ответственного лица. Обстоятельства выполнения работ на объектах Заказчиков ФИО10 не известны, этим он не занимался. Людям, которые обращались для участия в торгах от имени ООО «Монолит» ФИО10 доверял, т.к. знаком с ними давно со времен своей трудовой (строительной) деятельности.

В числе изъятых в ходе следственных действий документов присутствуют выписки по движению денежных средств по расчетным счетам подконтрольных ФИО10 юридических лиц за 2014-2016 гг., сформированные понедельно. Напротив каждой операции по приходу на счет (списанию со счета) денежных средств присутствует запись с именем, либо фамилией лица кому предназначались данные средства с комментарием «обн.», «тр.» с указанием соответствующего процента. При этом часть имен и фамилий соответствует ответственным лицам, названным самим ФИО10, это ФИО11 - ФИО12, ФИО13. - ФИО14, Широк. - ФИО15 - ФИО16. С. - ФИО17, ФИО18 - ФИО18 и т.д.» (стр. 34, 55, 61, 67 решения).

Из вышеизложенного следует, что фактическое руководство ООО «Монолит» осуществлял ФИО10, организовавший систему юридических лиц в целях необоснованного получения налоговой выгоды, номинальное руководство которыми осуществляли подчиненные ФИО10 ФИО19, ФИО20 и иные лица.

Косвенным признаком аффилированности ООО «Монолит» и ООО СК «Сибирь» также является участие по делу №А45-34052/2018 представителя ФИО4 от обоих обществ (определение от 16.02.2019).

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что отсутствие достаточных оснований для констатации наличия формальной аффилированности между ООО «Монолит» и ООО СК «Сибирь» согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475, не исключает возможность доказывания в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо через подтверждение фактической аффилированности. 

В этой связи апелляционный суд приходит к выводу, что материалами дела подтверждается фактическая аффилированность сторон оспариваемых сделок. 

Из материалов дела следует, что между ООО «Монолит» и ООО СК «Сибирь» заключен договор аренды строительной техники №05/17 от 31.05.2017. 

В соответствии с актом сверки от 05.11.2018, задолженность должника перед ООО СК «Сибирь» в размере 1 400 000 рублей образовалась еще в июле 2017 года. 

В нарушение статьи 65 АПК РФ не представлены такие доказательства, в полной мере снимающие все возникшие сомнения относительно реальности отношений по поводу аренды спецтехники, в том числе прямо или косвенно подтверждающие факт того, что в период с августа 2017 года до даты заключения оспариваемых сделок (10.11.2018), ООО СК «Сибирь» обращалось с требованиями о возврате долга по договору аренды строительной техники №05/17 к ООО «Монолит», а равно ведение переговоров между сторонами по вопросу о погашении задолженности перед ООО СК «Сибирь». 

Таким образом, доказательств, свидетельствующих о разумном поведении ООО СК «Сибирь» по взысканию долга, в материалы дела не представлено.

Формально оспариваемые сделки совершены на условиях возмездности. 

Однако не может быть признано отвечающим признакам разумности и экономической целесообразности отчуждение ООО «Монолит» прав требования реального к исполнению судебного акта путем зачета ООО СК «Сибирь».

Презумпция осведомленности стороны сделки лицами, участвующими в деле, не опровергнута. 

С учетом изложенного, в силу аффилированности ООО «Монолит» и ООО СК «Сибирь», стороны сделки не могли не знать о причинении оспариваемыми сделками вреда имущественным правам кредиторов ООО «Монолит». 

Учитывая наличие признака неплатежеспособности должника, а также совершение сделки в отношении заинтересованного лица цель причинения вреда кредиторам предполагается. 

Поскольку обязательство ответчика перед должником по договорам уступки права требования прекращено зачетом взаимных требований, указанное не позволяет сделать вывод о замещении ликвидного права требования должника равноценным активом, за счет которого кредиторы могут удовлетворить свои требования.

Зачет равнозначных по номиналу требований платежеспособного контрагента против встречных требований лица, находящегося в предбанкротном состоянии, объективно предполагает отсутствие эквивалентности (определение Верховного Суда Российской Федерации №309-ЭС16-3688).

При указанных обстоятельствах совершенные должником уступки в пользу ООО «СК Сибирь» причинили вред имущественным правам кредиторов. 

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии всех необходимых условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделок недействительными.

Суд первой инстанции, учитывая, что оспариваемая сделка совершена более чем за шесть месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, пришел к правильному выводу, что данная сделка не может быть оспорена по основаниям, предусмотренным в статье 61.3 Закона о банкротстве.

Также суд первой инстанции не усмотрел оснований для признания оспариваемой сделки недействительной, как совершенной со злоупотреблением правом, поскольку конкурсный управляющий не представил доказательств, подтверждающих наличие пороков, выходящих за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (статьи 10, 168 Гражданского кодекса, пункт 4 Постановления Пленума № 63, пункт 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»). Последствия недействительности сделки применены судом первой инстанции верно.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не опровергают установленные судом обстоятельства, направлены на их переоценку, в связи с чем не принимаются апелляционным судом.

На основании вышеизложенного, с учетом доводов апелляционной жалобы, апелляционный суд приходит к выводу о соответствии оспариваемого определения требованиям законодательства. Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции 

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение от 26.02.2022 Арбитражного суда Новосибирской области по делу №А45-24127/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью СК «Сибирь» – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области. 

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

 

Председательствующий 

 

В.С. Дубовик

 

Судьи

 

А.П. Иващенко

 

 

ФИО1