ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-26833/17

24 января 2023 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 17 января 2023 года

Полный текст постановления изготовлен 24 января 2023 года

Арбитражный суд Московского округа в составе: 

председательствующего – судьи Уддиной В.З.,

судей Кручининой Н.А., Тарасова Н.Н.,

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего ООО «МФО «ИК Столица» - ФИО1, дов. от 18.03.2022,

от ФИО2 – ФИО3, дов. от 25.10.2021,

от ФИО5 – ФИО4, дов. от 14.10.2021,

от ФИО5 – ФИО6, дов. от 20.01.2022,

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы

ФИО5, ФИО5, ФИО7 и ФИО2

на определение Арбитражного суда города Москвы от 29 июля 2022 года

и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда 

от 01 ноября 2022 года

о привлечении к субсидиарной ответственности,

в рамках дела о банкротстве ООО «МФО «ИК Столица»

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 30 ноября 2017 года общество с ограниченной ответственностью «Микрофинансовая организация «Ипотечная Компания «СТОЛИЦА» (далее – должник) было признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО8.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29 июля 2022 года, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 01 ноября 2022 года, удовлетворено заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО9, ФИО7, ФИО5, ФИО5, ФИО10 и ФИО2; производство в части определения размера ответственности приостановлено до завершения расчетов с кредиторами.

Не согласившись с принятыми по обособленному спору судебными актами, ФИО5, ФИО5, ФИО7 и ФИО2 обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, в которых, указывая на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и неправильное применение норм материального права, просят обжалуемые определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда в части привлечения каждого из заявителей отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении в отношении заявителя требований отказать.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228–ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет–сайте http://kad.arbitr.ru. 

В судебном заседании представители заявителей изложенные в каждой поданной ими жалобе доводы и требования поддержали, представитель конкурсного управляющего против удовлетворения жалоб возражал, отзывы на жалобы не представил, что в соответствии с положениями части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения кассационных жалоб.

Обсудив доводы кассационных жалоб, заслушав явившихся представителей участвующих в рассмотрении обособленного спора лиц, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам. 

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

Как следует из материалов дела и установлено судами нижестоящих инстанций, ФИО9 является единственным участником и генеральным директором должника с 26 августа 2016 года по дату признания его банкротом и введения конкурсного производства. До 26 августа 2016 года с 07 апреля 2014 года ФИО7 была генеральным директором и владела 99% долей в уставном капитале ООО «МФО «ИК Столица». 

Решением Арбитражного суда города Москвы от 18 июля 2016 года по делу № А40-36986/2016 с ООО «МФО «ИК «Столица» в пользу АКБ «Инвестторгбанк» (ПАО) было взыскано 850 000 000 руб. 

Указанная сумма была перечислена банком 26 ноября 2014 года в размере 600 000 000 руб. и 24 февраля 2015 года в размере 250 000 000 руб. в порядке исполнения заключенного сторонами 05 ноября 2014 года договора купли-продажи закладных (с отсрочкой поставки) № 14-11/ДКПЗ/57 с учетом дополнительных соглашений к нему, в соответствии с которым должник в счет поступивших от банка денежных средств обязывался передать как закладные, так и иные ценные бумаги, в частности, векселя третьего лица – ООО «Империалторг».

Поступавшие от банка денежные средства в тот же день перечислялись компании ООО «Империалторг» (600 млн.руб.), отвечающей признакам фирмы-однодневки, именно в счет оплаты векселей, а также в адрес компании Блисслоу Тап Лимитед (250 млн.руб.).

Вышеуказанным решением Арбитражного суда города Москвы от 18 июля 2016 года данные сделки признаны недействительными, что послужило основанием для обращения АКБ «Инвестторгбанк» (ПАО) с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 02 декабря 2020 года в рамках настоящего дела был признан недействительным договор выдачи простых векселей № 2014/В-11.1 от 26 ноября 2014 года, заключенный между ООО «МФО «ИК «Столица» и ООО «Империалторг», с ООО «Империалторг» в пользу должника взысканы денежные средства в размере 600 000 000 рублей.

Также в рамках настоящего дела о банкротстве определением Арбитражного суда г. Москвы от 18 июня 2021 года была признана недействительной сделка по дарению денежных средств (безвозмездному финансированию) между ООО «МФО «ИК «Столица» и Блисслоу Тап Лимитед на сумму 250 000 000 рублей, с Блисслоу Тап Лимитед в пользу ООО «МФО «ИК «Столица» взысканы денежные средства в размере 250 000 000 руб. 

При этом ответчики по указанным выше обособленным спорам ликвидированы, в связи с чем возврат денежных средств в конкурсную массу невозможен.

В обоснование поданного заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий указал на неисполнение ФИО9 и ФИО7 обязанности по передаче документов финансово-хозяйственной деятельности должника и имущества должника, что привело к невозможности формирования конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов, а также на заключение ФИО9, ФИО7, ФИО5, ФИО5, ФИО10, Печёрских А.И. сделок, повлекших существенный вред имущественным правам кредиторов. 

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, и суд апелляционной инстанции, оставляя определение без изменения, руководствовался положениями статей 10, 61.10-61.12, 61.16, 64, 126, 129 Закона о банкротстве и статей 15, 53.1, 56, 401 и 1064 и Гражданского кодекса Российской Федерации и с учетом разъяснений Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенных в постановлении Пленума 01 июля 1996 года № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» и информационном письме Президиума от 27 апреля 2010 года № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28 апреля 2009 года № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении Пленума от 21 декабря 2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», и исходил из недоказанности факта передачи ФИО9 документов по финансово-хозяйственной деятельности должника предыдущим директором ФИО7, заключение контролирующими лицами с последующей невозможностью взыскания фактически перечисленных денежных средств признанными недействительными по предусмотренным Законом о банкротстве специальным основаниям сделок, в том числе с аффилированными лицами за счет имущества должника, и нецелевого использования полученных от банка денежных средств, отметив, что определением Арбитражного суда города Москвы от 01 июля 2019 года по настоящему делу установлено, что фактически контролирующим должника лицом являлась ФИО5, а решением Арбитражного суда города Москвы от 11 июля 2016 года по делу № А40- 56167/2016 установлено, что ФИО5 и ФИО7 при заключении договора с банком не могли не понимать и не осознавать роль должника в действиях по выводу денежных средств из АКБ «Инвестторгбанк» (ПАО).

Отклоняя заявление о пропуске срока исковой давности, суд первой инстанции указал, что с учетом утверждения конкурсного управляющего решением от 30 ноября 2017 года данный трехлетний срок на момент обращения с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности 18 июня 2020 года не пропущен, отметив, что согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда, изложенной в постановлении Президиума от 07 июня 2012 года № 219/12, и Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 10 сентября 2018 года № 305-ЭС18-7255, срок исковой давности по привлечению контролирующих лиц к субсидиарной ответственности не начинает течь ранее, чем завершается процесс реализации имущества должника.

При этом суд апелляционной инстанции признал правомерным применение судом первой инстанции норм статей 10 и 61.11 Закона о банкротстве в действующей на момент совершения контролирующими лицами действий, причинивших должнику и его кредиторам вред.

Судебная коллегия окружного суда, соглашаясь в обжалуемой части с такими выводами судов первой и апелляционной инстанций, исходит из соответствия установленных судами фактических обстоятельств имеющимся в деле доказательствам и правильного применения относительно установленных обстоятельств норм материального и процессуального прав, отмечая при этом, что суд кассационной инстанции не вправе в нарушение своей компетенции, предусмотренной статьями 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций.

Отклоняя изложенные в жалобе доводы ответчика, суд кассационной инстанции исходит из следующего.

Согласно абзацу 2 пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей на момент совершения инкриминируемых нарушений, если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам 

В соответствии с пунктом 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. 

Как разъяснено в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться в частности: заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д. 

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в применимой редакции Закона № 134-ФЗ) если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. 

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц если в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, причинен вред имущественным правам кредиторов. 

В пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» предусмотрено, что если необходимой причиной объективного банкротства явились сделка или ряд сделок, по которым выгоду извлекло третье лицо, признанное контролирующим должника исходя из презумпции, закрепленной в подпункте 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, такой контролирующий выгодоприобретатель несет субсидиарную ответственность, предусмотренную статьей 61.11 Закона о банкротстве, солидарно с руководителем должника (абзац первый статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В абзаце 2 пункта 23 и в пункте 21 Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» установлено, что, если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, или контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам. Одобрение подобной сделки коллегиальным органом (в частности, наблюдательным советом или общим собранием участников (акционеров) не освобождает контролирующее лицо от субсидиарной ответственности. 

В абзаце 4 пункта 23 Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» указано, что по смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется.

С учетом изложенного и ввиду неопровержения ответчиками предусмотренных Законом о банкротстве презумпций выводы о наличии у них статуса контролирующих в том числе ввиду подтвержденных вступившими в законную силу судебными актами аффилированности, деятельность должника лиц и оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника являются правомерными, применительно к положениям статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указаний на имеющиеся в материалах дела доказательства обратного в жалобе не приведено.

Заявленные в кассационных жалобах доводы о неправильном применении норм о сроках исковой давности судебная коллегия отклоняет.

В ситуации непередачи руководителем должника бухгалтерско-финансовой документации обстоятельство совершения сделок, их оценка как на предмет возможности оспаривания по предусмотренным законом специальным либо общим основаниям, а также о наличии оснований для привлечения контролирующих деятельность лиц к субсидиарной ответственности не может быть поставлена в прямую зависимость как от момента совершения сделки, так и даты назначения арбитражного управляющего на должность.

При этом, как правильно указано судами нижестоящих инстанций, трехлетний срок давности предъявления иска с даты, когда у конкурсного управляющего возникли правовые основания для реализации всех предусмотренных законом полномочий, на дату подачи рассмотренного в рамках настоящего обособленного спора заявления не истек. 

Указания ответчиков на применение судами первой и апелляционной инстанций неправильной редакции Закона о банкротстве судебная коллегия также отклоняет ввиду их объективной несостоятельности и противоречия содержанию обжалуемых судебных актов.

Возражения относительно правильности толкования и оценки судами фактических обстоятельств дела применительно к каждому из ответчиков суд округа отклоняет на основании того, что по существу приведенные в жалобах доводы сводятся к требованию о переоценке спорных обстоятельств, что выходит за установленные главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пределы компетенции суда кассационной инстанции.

При этом отклоняя ссылку ФИО5 на установленные приговором по уголовному делу обстоятельства, судебная коллегия исходит из того, что само по себе установление обстоятельств совершения уголовно преследуемого деяния лицом в отношении другого юридического лица не влечет аннулирование предусмотренных общими положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, а также специальными нормами Закона о банкротстве оснований для возложения негативных последствий принятия управляющих решений на контролирующих деятельность признанного банкротом юридического лица.

Таким образом, суды первой и апелляционной инстанций в обжалуемой части правильно определили спорное правоотношение и предмет доказывания по обособленному спору и с достаточной полнотой выяснили имеющие значение для его рассмотрения обстоятельства. Выводы судов об этих обстоятельствах основаны на доказательствах, указание на которые содержится в обжалуемых судебных актах и которым дана оценка в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Иное толкование ответчиками норм материального и процессуального права, а равно иная оценка представленных в материалы дела документов не является предусмотренным положениями статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены обжалуемых судебных актов. 

Неправильное применение норм материального права и нарушения норм процессуального права, которые могли бы послужить основанием для отмены принятых по делу судебных актов в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом кассационной инстанции не установлены, в связи с чем кассационная жалоба удовлетворению не подлежит. 

Руководствуясь статьями 284, 286–289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 29 июля 2022 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 01 ноября 2022 года по делу №А40-26833/2017 – оставить без изменения, кассационные жалобы – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судьяВ.З. Уддина

Судьи:Н.А. Кручинина

Н.Н. Тарасов