ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-1762/2021

город Ростов-на-Дону

30 марта 2022 года

15АП-3326/2022

                                                                                                                15АП-3418/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 30 марта 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 30 марта 2022 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Шимбаревой Н.В.,

судей Долговой М.Ю., Сулименко Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии:

от УФНС по Ростовской области: представитель ФИО2 по доверенности от 01.07.2021;

от ИП ФИО3: представитель ФИО4 по доверенности от 28.03.2022.

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО5 и индивидуального предпринимателя ФИО3 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 12.02.2022 по делу №А53-1762/2021 о признании сделки должника недействительной и (или) применении последствий недействительности сделки по заявлению ФНС России в лице УФНС России по Ростовской области к ФИО5 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО3 (далее – должник) уполномоченный орган обратился в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о признании недействительным заключенного между должником и ФИО5 договора купли-продажи от 20.03.2018 транспортного средства - Мерседенс-Бенц S500 4 Matic, VIN 

<

***> и применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника транспортного средства - Мерседенс-Бенц S500 4 Matic, VIN 

<

***>.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 12.02.2022 признан недействительным заключенный между ФИО3 и ФИО5 договор купли-продажи от 20.03.2018 транспортного средства - Мерседенс-Бенц S500 4 Matic, VIN 

<

***>. Применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО5 возвратить в конкурсную массу ФИО3 транспортное средство Мерседенс-Бенц S500 4 Matic, VIN 

<

***>. Взыскана с ФИО5 в конкурсную массу должника судебная неустойка на случай неисполнения судебного акта в размере 1000 рублей за каждый день просрочки начиная с даты вступления настоящего определения в законную силу до даты его фактического исполнения, а именно возврата в конкурсную массу транспортного средства - Мерседенс-Бенц S500 4 Matic, VIN 

<

***>. Взыскано с ФИО5 9 000 рублей государственной пошлины в доход федерального бюджета.

Определение мотивировано тем, что оспариваемый договор купли-продажи заключен между заинтересованными лицами в период неплатежеспособности должника, что свидетельствует о наличии цели причинения вреда имущественным интересам кредиторов. Также фактическое использование транспортного средства должником после его отчуждения послужило основанием для признания оспариваемого договора мнимым.

ФИО5 и ФИО3 обжаловали определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просили определение отменить.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что ответчиком предоставлены доказательства, свидетельствующие о наличии у нее финансовой возможности произвести оплату по оспариваемому договору. Как пояснили должник и ответчик, при заключении договора ответчиком было установлено, что у должника имеется имущество в виде дебиторской задолженности, ввиду чего на момент заключения договора отсутствовал признак недостаточности имущества. Также податели жалоб указывают на то, что договор купли-продажи фактически был исполнен, в связи с чем не может быть признан мнимым.

Законность и обоснованность принятого судебного акта проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям. 

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Ростовской области от 15 апреля 2021 года (резолютивная часть от 07.04.2021) в отношении ФИО3 введена процедура, применяемую в деле о банкротстве граждан - реструктуризация долгов гражданина.

Решением суда от 17.12.2021 (резолютивная часть оглашена 15.12.2021) ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждён ФИО6.

В ходе процедуры реструктуризации долгов в реестр требований кредиторов включены требования уполномоченного органа в размере 1 514 849,39 руб., из которых: вторая очередь -198 222,21 рублей, третья очередь - 1 316 627,18 рублей, из них: основной долг - 1 004 595,94 рублей, что составляет 41,97 % голосов конкурсных кредиторов и уполномоченных органов.

Ознакомившись с полученными ответами из регистрирующих органов, уполномоченный орган установил, что на основании договора купли-продажи от 20.03.2018 ФИО3 продал ФИО5 МЕРСЕДЕС-БЕНЦ S500 4 MATIC, VIN 

<

***>, государственный регистрационный знак 

<

***>.

В соответствии с оспариваемым договором ФИО3 (продавец) продает ФИО5 (покупатель) Мерседенс-Бенц S500 4 Matic, год выпуска 2003, VIN 

<

***>, гос. рег. знак 

<

***> продажная цена составляет 140 000 рублей.

По мнению уполномоченного органа, отчуждение автомобиля произведено в целях причинения вреда кредиторам, поскольку должник и ответчик являются фактически аффилированными лицами и на дату совершения оспариваемого договора знали о наличии у ФИО3 задолженности перед бюджетом.

Кроме того, уполномоченный орган полагает, что у ответчика отсутствовала финансовая возможность для приобретения автомобиля, совершение должником в пользу ФИО5 нескольких сделок по продаже имущества в марте 2018года.

Полагая, что сделка совершена с заинтересованным лицом при наличии цели причинить вред имущественным правам кредиторов посредством вывода имущества должника, уполномоченный орган обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Определяя подлежащие применению нормы, суд апелляционной инстанции исходит из того, что дело о банкротстве возбуждено 25.02.2021, а оспариваемый договор заключен 20.03.2018, т.е. в пределах трех лет до даты возбуждения дела, в связи с чем оспариваемая сделка совершена в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление № 63), пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий,  приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Из материалов дела следует, что ФИО3 имел на дату совершения спорного договора задолженность перед бюджетом по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения за 2016, что обусловлено результатами проведённых в отношении него мероприятий налогового контроля

Так, по результатам камеральной проверки принято решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 23.11.2017 № 51596. В соответствии с решением ИП ФИО3 доначислен налог в размере 735 750 руб., пени в размере 44 341,90 руб., штраф за неуплату или неполную уплату в размере 135 854,70 руб.

Решением Арбитражного суда Ростовской области по делу № А53-6875/2018 от 26.06.2018, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.08.2018, постановлением Арбитражного суда СевероКавказского округа от 27.12.2018, в удовлетворении заявления ИП ФИО3 о признании незаконным решения ИФНС России по г. Таганрогу Ростовской области отказано.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 21.03.2019 по делу № 308-ЭС19-1610 ИП ФИО3 отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

Поскольку ФИО5 представляла интересы должника при рассмотрении арбитражным судом дела об оспаривании решения налогового органа, суд первой инстанции верно сделал вывод, что она была осведомлена о наличии у ФИО3 задолженности перед бюджетом. При этом оспариваемая сделка совершена после вступления решения налогового органа в законную силу и непосредственно перед обращением ИП ФИО3 в арбитражный суд с заявлением об оспаривании решения инспекции.

Доводы должника и ответчика об устойчивости его финансового состояния, ввиду наличия у него дебиторской задолженности к ООО «Бином Д», правомерно отклонены судом первой инстанции на том основании, что на момент заключения оспариваемого договора на сайте ЕФРСДЮЛ было опубликовано сообщение о намерении ООО «ТД Гефест» обратиться в суд с заявлением о признании ООО «Бином Д» несостоятельным (банкротом). В свою очередь, дебиторская задолженность к обществу – банкроту не обладает высокой ликвидностью, а также наделена высоким риском невозвратности.

Таким образом, оспариваемый договор заключен в период неплатежеспособности должника с лицом, которое было осведомлено о наличии у должника значительного объема неисполненных обязательств.

При наличии указанных выше обстоятельств, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о наличии у должника и ответчика цели причинения вреда имущественным правам кредиторов ввиду следующего.

В пункте 7 постановления № 63 разъяснено, что в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Из информации, размещенной в общедоступном официальном Интернет-ресурсе «Картотека арбитражных дел», следует, что ФИО5, начиная с 2014 года, неоднократно представляла интересы должника в арбитражном процессе при рассмотрении споров по следующим делам:

№ А53-23764/2014 по рассмотрению искового заявления ООО «Кристал» (ИНН 

<

***>) о взыскании с ООО «Визит» (ИНН 

<

***>) задолженности в сумме 306 901,72 руб. Согласно данным, содержащимся в Едином государственном реестре юридических лиц, ФИО3 является участником в капитале ООО «Кристал» с долей участия в размере 50%, номинальной стоимостью 5 000 руб. и генеральным директором общества. ФИО5 является работником ООО «Кристал», что подтверждается представленными в налоговый орган персонифицированными сведениями из расчета по страховым взносам;

№ А53-6876/2018 по рассмотрению заявления ИП ФИО3 о признании незаконным решения ИФНС России по г. Таганрогу Ростовской области о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения № 11603 от 23.11.2017. ФИО5 являлась представителем должника на основании доверенности от 10.04.2018;

№ А53-6208/2019 по рассмотрению заявления ИП ФИО3 о признании незаконным решения ИФНС России по г. Таганрогу Ростовской области о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения № 65347 от 31.10.2018. ФИО5 являлась представителем должника на основании доверенности от 26.04.2019;

№ А53-6211 /2019 по рассмотрению заявления ИП ФИО3 о признании незаконным решения ИФНС России по г. Таганрогу Ростовской области о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения № 13412 от 31.10.2018. ФИО5 являлась представителем должника на основании доверенности по доверенности от 26.04.2019;

№ А53-9701/2018 по рассмотрению заявления о включении требований ФИО3 в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Бином Д».

Таким образом, ответчик на протяжении с 2014 года по конец 2019 года являлась представителем должника при рассмотрении споров в арбитражных судах, что свидетельствует о наличии доверительных отношений.

Кроме того, признавая должника и ответчика фактически аффилированными лицами, суд первой инстанции обоснованно также принял во внимание представленные сведения о страховых полисах в отношении транспортных средств, зарегистрированных за ФИО7 и к управлению которых допущен должник.

Так, в страховом полисе, выданном ПАО «АСКО-Страхование» о допуске ФИО3 к управлению автомобилем Hyundai Grand Starex, право собственности на которое зарегистрировано ФИО5

В страховых полисах ЕЕЕ №2005174089 от 20.03.2018, сроком действия по 19.03.2019 и ЕЕЕ № 1029428326 от 16.03.2018 сроком действия по 15.03.2019, выданных ООО «НСР-РОСЭНЕРГО» собственником и страхователем указана ФИО5 без допуска к управлению транспортным средством, тогда как ФИО3 допущен к управлению автомобилем.

Кроме того, в заявлении - анкете при заключении кредитного договора в АО КБ «Пойдем», ФИО3 в графе «близкие родственники», указал, что ФИО5 является супругой, в графе «семейное положение» - гражданский брак. Несмотря на то, что в анкете должником указана ФИО5, в данном случае суд принимает во внимание совпадение номера телефона указанной в анкете ФИО5 и ответчика ФИО5, который указывается последней при авторизации в системе «Мой арбитр».

Учитывая изложенное, суд первой инстанции верно пришел к выводу о наличии у должника с ФИО5 в момент совершения оспариваемых сделок деловых связей и доказанности в связи с этим обстоятельств ее фактической аффилированности с должником.

При наличии установленной фактической аффилированности в период возникновения обязательств должник в марте 2018 года произвёл отчуждение в пользу ответчика объектов недвижимого имущества и транспортных средств, что фактически свидетельствует о намерении ответчика и должника осуществить вывод активов из-под возможного взыскания для целей погашения требований кредиторов.

Наличие названной цели подтверждается последующим поведением должника и ответчика, выраженном в том, что отчужденное транспортное средство фактически осталось во владении и пользовании должника. Соответственно, стороны не имели намерений достигнуть правовых последствий заключенного между ними договора, а преследовали цель создания видимости фактического выбытия имущества у должника.

Вопреки доводам должника и ответчика, отсутствие намерения повлечь последствия заключаемого договора свидетельствуют не только о мнимости, но и о наличии противоправной цели. При этом ссылки ответчика на то, что она обладала финансовой возможностью произвести оплату по оспариваемому договору, а также представленные ею квитанции об оплате налогов в отношении спорного транспортного средства, не исключают факта мнимости, поскольку стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

С учетом установленных выше обстоятельств заинтересованности и неплатежеспособности, а также доказанной противоправной цели совершения оспариваемых договоров, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о наличии оснований для признания заключенного между ФИО3 и ФИО5 договора купли-продажи от 20.03.2018 недействительным по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Ввиду того, что транспортное средство до настоящего момента зарегистрировано за ФИО5, суд первой инстанции верно применил последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО5 возвратить в конкурсную массу должника автомобиль.

С целью обеспечения факта исполнения судебного акта уполномоченный орган ходатайствовал и об установлении судебной неустойки. При рассмотрении заявленного ходатайства суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

В соответствии с пунктом 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление № 7) на основании пункта 1 статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации в целях побуждения должника к своевременному исполнению обязательства в натуре, в том числе предполагающего воздержание должника от совершения определенных действий, а также к исполнению судебного акта, предусматривающего устранение нарушения права собственности, не связанного с лишением владения (статья 304 Гражданского кодекса Российской Федерации), судом могут быть присуждены денежные средства на случай неисполнения соответствующего судебного акта в пользу кредитора-взыскателя (далее - судебная неустойка).

Судебная неустойка присуждается за неисполнение судебного акта, которым на заинтересованное лицо возложена обязанность совершить действия в пользу заявителя. Как разъяснено в пунктах 31 и 32 Постановления № 7, суд не вправе отказать в присуждении судебной неустойки в случае удовлетворения иска о понуждении к исполнению обязательства в натуре; судебная неустойка может быть присуждена только по заявлению истца (взыскателя) как одновременно с вынесением судом решения о понуждении к исполнению обязательства в натуре, так и в последующем при его исполнении в рамках исполнительного производства; удовлетворяя требования истца о присуждении судебной неустойки, суд указывает ее размер и/или порядок определения.

Если требование о взыскании судебной неустойки заявлено истцом и удовлетворяется судом одновременно с требованием о понуждении к исполнению обязательства в натуре, началом для начисления судебной неустойки является первый день, следующий за последним днем установленным решением суда для исполнения обязательства в натуре. При этом суд принимает во внимание, что необходимость стимулирования должника к исполнению судебного акта не должна исключать предоставление ему возможности его добровольного исполнения, которая предусмотрена положениями пункта11 статьи 30 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее - Закон об исполнительном производстве), применяемыми в данном случае по аналогии.

Ввиду установленного факта заинтересованности должника и ответчика, а также в связи с доказанностью вывода ликвидного имущества на ФИО5, суд первой инстанции обоснованно установил судебную неустойку с целью побуждения ФИО5 наиболее оперативно исполнить судебный акт о признании сделки недействительной. 

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт. 

Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену оспариваемого акта (ч. 4 ст. 270 АПК РФ), судом апелляционной инстанции не установлено, основания для удовлетворения жалобы отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 12.02.2022 по делу № А53-1762/2021 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий                                                           Н.В. Шимбарева

 

Судьи                                                                                             М.Ю. Долгова

 

Н.В. Сулименко