АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. ТюменьДело № А45-2851/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 29 июня 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 06 июля 2022 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                   Куклевой Е.А.,

судей          Жирных О.В.,

          ФИО1-

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание) кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Новосибирской области от 20.12.2021 (судья Антошина А.Н.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 09.03.2022 (судьи Кривошеина С.В., Бородулина И.И., ФИО3) по делу № А45-2851/2021 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Сибстройинтернешнл» (ИНН 

<

***>), принятые по заявлению ФИО2 о включении требования в реестр требований кредиторов должника. 

Третьи лица: Межрегионального управления Федеральной службы по финансовому мониторингу по Сибирскому федеральному округу (Росфинмониторинг), ФИО4 

В судебном заседании в режиме веб-конференции (онлайн-заседание) посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел» принял участие представитель закрытого акционерного общества «Азимут» - ФИО5 по доверенности от 12.05.2022.

Суд установил:

в деле о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Сибстройинтернешнл» (далее – общество «ССИ», должник) ФИО2 (далее – заявитель) обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением о включении требования в размере 5 300 000 руб. в реестр требований кредиторов должника.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 20.12.2021, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 09.03.2022, в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, заявитель обратился с кассационной жалобой, в которой просит их отменить и принять новый судебный акт о признании требования в размере 5 300 000 руб. обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на наличие в материалах дела достаточных доказательств, подтверждающих наличие финансовой возможности предоставить должнику заем, эконмического обоснования заключения договора займа от 13.01.2017 (получение дополнительного дохода в виде процентов, далее – договор от 13.01.2017); реальность предоставления денежных средств подтверждена в том числе и самим руководителем должника – ФИО4 (далее – ФИО4), заявитель не состоял в штате должника, не осуществлял функции юриста, учитывая наличие юридического образования осуществлял самостоятельную деятельность по оказанию юридических услуг; представление интересов разных юридических лиц одним представителем не свидетельствует о наличии какой-либо аффилированности между юридическими лицами; отсутствие информации в бухгалтерской отчетности должника о поступлении заемных денежных средств, в том числе не представление налоговому органу кассовых книг, не опровергает сам факт их получения, поскольку не исключены обстоятельства искажения или неполного внесения информации в отчетность.

В отзыве закрытое акционерное общество «Азимут» (далее – общество «Азимут») опровергает доводы кассационной жалобы, считает обжалуемые судебные акты законными и обоснованными.

В судебном заседании представитель общества «Азимут» поддержал доводы, изложенные в отзыве на кассационную жалобу.

Учитывая надлежащее извещение иных участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) рассматривается в их отсутствие.

Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Из материалов дела следует и судами установлено, что генеральным директором и учредителем должника с момента образования до настоящего времени является ФИО4, который одновременно осуществляет полномочия директора общества с ограниченной ответственностью «МФЦ», 100 процентов доли уставного капитала которого принадлежат обществу с ограниченной ответственностью «УК «Жилкомресурс» (директор данного лица – ФИО4).

Согласно сведений выписки из Единого государственного реестра юридических лиц управляющим общества с ограниченной ответственностью «ЗапСибИнтернешнл» (далее – общество «ЗСИ») является ФИО4 

Между заявителем (займодавец) и должником (заемщик) подписан договор от 13.01.2017, по условиям которого заимодавец передает в собственность заемщику денежные средства в сумме 5 000 000 руб., а заемщик обязуется возвратить заимодавцу сумму займа по истечении срока действия настоящего договора или досрочно (пункт 1.1), срок действия договора до 31.12.2019 (пункт 2.2).

На основании пункта 1.2 договора от 13.01.2017 за пользование займом заемщик в течении 30 календарных дней по истечении срока действия настоящего договора обязуется выплатить заимодавцу вознаграждение в размере 300 000 руб.

В качестве доказательств факта приема-передачи денежных средств представлен акт от 13.01.2017, согласно которому в пункте 1 указана информация о получении должником денежных средств от заявителя в размере 5 000 000 руб., при этом в пункте 2 указано на передачу аналогичной суммы денежных средств заявителем в пользу общества «ЗапСибИнтернешнл»; в квитанции к приходному кассовому ордеру от 13.01.2017 основанием к принятию денежных средств указан договор займа от 03.01.2021.

Дело о банкротстве должника возбуждено 24.02.2021, процедура наблюдения введена 22.03.2021.

Согласно справки «Сведения о банковских счетах организации/индивидуального предпринимателя» по состоянию на 13.01.2017 у должника открыто два счета в акционерном обществе КБ «Модуль Банк» (№ 40702810820310000071 и 40702810820315200038), а также выписки по указанным счетам за период с 01.12.2016 по 25.10.2019, из которых следует, что по первому счету в период с 12.12.2016 по 31.01.2017 операции по внесению наличных денежных средств отсутствуют, по второму счет выявлена операция от 27.02.2017 (получение беспроцентного займа от учредителя по договору № 1 от 27.02.2017, сумма договора 315 000 руб. поступление займов и в погашение кредитов 315 000 руб.), за период с 01.01.2017 по 31.01.2017 поступления денежных средств составили 2,89 руб. (уплата процентов за январь 2017 года).

В бухгалтерской (финансовой) отчетности должника за 2017 год (дата сдачи – 21.03.2018) информация о наличии долгосрочных или краткосрочных заемных обязательств отсутствует (код строки 1410, 1510), в графе ПО 133 и П0071 указан «ноль»; кассовые книги должника не представлены, по данным сайта Casebook в отношении бухгалтерского баланса должника в 2018 году должник не учитывал наличие у него краткосрочных и долгосрочных заемных обязательств.

Ссылаясь на наличие задолженности, введение в отношении должника процедуры банкротства, ФИО2 обратился в суд с настоящим заявлением.

В обоснование доводов о наличии финансовой возможности выдачи должнику займа представлены справка о состоянии его вклада за период с 01.01.2016 по 31.12.2016, выписка по счету за период с 19.04.2016 по 11.07.2016, а также выписка по лицевому счету, открытому в публичном акционерном обществе «АКБ «Авангард» за период с 30.06.2016 по 26.05.2017, из которых следует, что обороты по счету заявителя составляют 2 201 314 руб., статьи «дебет», «кредит» совпадают; из сведений о текущем состоянии вклада за указанный период прослеживает периодическое поступление в размере 11 454 598,67 руб. и одновременное списание 11 454 525,68 руб., указанные сведения определяют размер оборота денежных средств по вкладу с максимальным размером зачисления 1 000 000 руб.

Возражая относительно доводов об обоснованности предъявленных требований, управляющий и общество «Азимут» указали на наличие обстоятельств аффилированности сторон, представление ФИО2, как в рамках настоящего дела, так и в иных делах интересов должника и общества «МФЦ».

Отказывая в удовлетворении заявления, суды первой и апелляционной инстанций исходили из фактической аффилированности сторон, недоказанности наличия у заявителя финансовой возможности предоставить денежные средства в соответствующем размере, передачи денежных средств должнику и их расходование последним, равно как и экономической целесообразности заключения спорного договора, длительного периода не принятия мер по истребованию займа.

Суд округа с учетом установленных по обособленному спору обстоятельств считает, что судами приняты правильные судебные акты. 

В соответствии с пунктами 3 - 5 статьи 71, пунктами 3 - 5 статьи 100 Федерального Закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) с учетом разъяснений, изложенных в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимоот наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. 

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. 

В пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, указано, что, как правило, для установления обстоятельств, подтверждающих позицию истца или ответчика, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора. Однако в условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора (далее также – «дружественный» кредитор) в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора.

Согласно правовой позиции, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 23.04.2018 № 305-ЭС17-6779, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197 в условиях конкуренции кредиторов за распределение конкурсной массы для пресечения различных злоупотреблений законодательством, разъяснениями высшей судебной инстанции и судебной практикой выработаны повышенные стандарты доказывания требований кредиторов. Суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

При подозрении на аффилированность сторон спора кредитор, предъявляющий требование к должнику, применительно к более строгому стандарту доказывания добросовестного осуществления прав должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов в том числе повышает вероятность представления внешне безупречных доказательств наличия задолженности; на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.

В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической (определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475).

При проверке обоснованности заявленного ФИО2 требования в условиях конкуренции кредиторов и исключения предъявления требований, не отвечающих признакам достоверности, и применения повышенного стандарта доказывания суд первой инстанции в соответствии с материально-правовыми нормами, регулирующими заемные обязательства (глава 42 ГК РФ), установил отсутствие доказательств наличия у этого кредитора финансовой возможности по предоставлению должнику денежных средств в значительном размере, превышающем его доходы, а также факта предоставления займа, признав акт от 13.01.2017 не отвечающим признакам допустимости доказательств с учетом наличия в его тексте противоречий и отсутствия иных первичных документов, подтверждающих факт перечисления (предоставления) денежных средств должнику.

В рассматриваемом случае суды правомерно оценили финансовое положение заявителя с точки зрения повышенного стандарта доказывания, применимого при рассмотрении дел о банкротстве в соответствии с пунктом 26 Постановления № 35, а также фактической аффилированной связи ФИО2 с должником, основанной на общности экономических интересов.

В ходе выяснения и оценки обстоятельств, входящих в предмет исследования по настоящему спору, суды первой и апелляционной инстанций по результатам оценки заявленных возражений управляющего и кредитора, представленных доказательств по правилам статьи 71 АПК РФ обоснованно установил доверительный характер отношений должника и кредитора, предполагающий не опровергнутый «дружественный» характер предъявленного требования, основанного на внешне безупречных доказательствах исполнения заемных отношений с целью противопоставления данного требования требованиям независимых кредиторов.

Установив, что ФИО2 не представлено объективного и достаточного документального подтверждения заявленного требования, суды первой и апелляционной инстанций правомерно пришли к выводу об отказе в удовлетворении заявления.

Утверждение заявителя относительно неправильной оценки доказательств реальности заемных правоотношений и наличия финансовой возможности предоставления должнику займа не могут быть приняты во внимание, поскольку по существу выражают несогласие с установленными обстоятельствами дела и не свидетельствуют о нарушении судами норм Закона о банкротстве, их разъяснений, данных высшей судебной инстанцией, об установлении требований к должнику.

Вопреки доводам кассационной жалобы, суды первой и апелляционной инстанций надлежащим образом исследовали указанные заявителем обстоятельства и мотивированно их отклонили, посчитав недостаточными представленные кредитором доказательства; нарушений норм процессуального права в части распределения бремени доказывания и оценки доказательств судами не допущено.

В целом доводы, приведенные в кассационной жалобе, по существу направлены на иную оценку доказательств и фактических обстоятельств дела, установленных судами первой и апелляционной инстанций, переоценка которых в силу статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Нарушений норм материального права, а также требований процессуального законодательства, влекущих отмену судебных актов в порядке статьи 288 АПК РФ, судами не допущено.

 Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Новосибирской области от 20.12.2021 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 09.03.2022 по делу № А45-2851/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

 

Председательствующий                       Е.А. Куклева

Судьи             О.В. Жирных

             ФИО1