﻿Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А19-24913/2018

10 июня 2021 года

город Иркутск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 10 июня 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 10 июня 2021 года.

 

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Кушнаревой Н.П.,

судей: Кореневой Т.И., Яцкевич Ю.С.,

при участии в судебном заседании представителя индивидуального предпринимателя Сухих Анатолия Владимировича - Бахарова А.А. (доверенность, паспорт, диплом) и представителя прокуратуры Иркутской области Перфильева А.А. (удостоверение),

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу индивидуального предпринимателя Сухих Анатолия Владимировича на решение Арбитражного суда Иркутской области от 30 ноября 2020 года по делу № А19-24913/2018, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 18 марта 2021 года по тому же делу,

установил:

заместитель прокурора Иркутской области (далее - прокурор), выступающий в интересах Российской Федерации в лице Байкальского межрегионального управления Федеральной службы по надзору в сфере природопользования и Ольхонского районного муниципального образования, обратился в арбитражный суд с иском к администрации Шара-Тоготского муниципального образования – администрации сельского поселения (далее – администрация) и индивидуальному предпринимателю Сухих Анатолию Владимировичу (далее – предприниматель) о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка от 28.09.2015 № 47.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Иркутской области (далее – управление).

По результатам повторного рассмотрения решением Арбитражного суда Иркутской области от 30 ноября 2020 года, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 18 марта 2021 года, иск удовлетворен.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, предприниматель обратился с кассационной жалобой, в которой просит их отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении иска.

В кассационной жалобе приведены доводы о несоответствии выводов судов фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. Суды необоснованно отождествили границы объекта всемирного наследия ЮНЕСКО «Озеро Байкал» и границы центральной экологической зоны Байкальской природной территории. Вывод судов об отнесении спорного земельного участка к землям, ограниченным в обороте в связи с его нахождением в центральной экологической зоне, не подтвержден надлежащими доказательствами. Cуды не учли установленные по делу А19- 20666/2014 обстоятельства, имеющие преюдициальное значение для настоящего спора. Доводы прокурора фактически направлены на преодоление судебного акта по иному делу. Неверными являются выводы судов о начале течения срока исковой давности.

В отзыве на кассационную жалобу прокурор, ссылаясь на несостоятельность приведенных в ней доводов, просит оставить ее без удовлетворения.

Присутствующие в судебном заседании представители предпринимателя и прокуратуры поддержали свои доводы.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного заседания извещены по правилам статей 123, 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (определение о принятии кассационной жалобы к производству выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направлено лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе «Картотека арбитражных дел» - kad.arbitr.ru), однако своих представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 28.09.2015 между администрацией (продавцом) и предпринимателем (покупатель) заключен договор купли-продажи № 47, по условиям которого продавец передал в собственность покупателя земельный участок из земель особо охраняемых территорий и объектов с кадастровым номером 38:13:000022:38, общей площадью 15 076 кв.м, находящийся по адресу: Иркутская область, Ольхонский район, м. Завозня, для центра и базы отдыха, а последний уплатил денежные средства в размере 555 953,88 рублей.

Право собственности предпринимателя на земельный участок зарегистрировано в установленном законом порядке 02.11.2015.

Ссылаясь на то, что земельный участок, предоставленный в собственность предпринимателю, находится в границах водоохранной зоны озера Байкал и Центральной экологической зоны Байкальской природной территории, в связи с чем является ограниченным в обороте и не подлежит передаче в частную собственность, прокурор обратился в арбитражный суд с настоящими требованиями.

Разрешая возникший спор и удовлетворяя заявленные требования, арбитражные суды руководствовались положениями статей 166, 167, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 27, 35 Земельного кодекса Российской Федерации, статьи 2 Федерального закона от 01.05.1999 № 94-ФЗ «Об охране озера Байкал» (далее – Закон об охране озера Байкал), распоряжениями Правительства Российской Федерации от 27.11.2006 № 1641-р и от 05.03.2015 № 368-р и исходили из обоснованности требований прокурора.

Проверив в порядке, установленном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов кассационной жалобы правильность применения судами норм материального права и соблюдение ими норм процессуального права, соответствие выводов судов о применении норм права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к следующим выводам.

В силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пункте 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что применительно к статьям 166 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы.

В соответствии с пунктом 2 статьи 27 Земельного кодекса Российской Федерации земельные участки, отнесенные к землям, ограниченным в обороте, не предоставляются в частную собственность, за исключением случаев, установленных федеральными законами.

Согласно пункту 5 статьи 27 Земельного кодекса Российской Федерации ограничиваются в обороте находящиеся в государственной или муниципальной собственности земельные участки в пределах особо охраняемых природных территорий, не указанные в пункте 4 этой статьи, а также земельные участки, занятые особо ценными объектами культурного наследия народов Российской Федерации, объектами, включенными в Список всемирного наследия, историко-культурными заповедниками, объектами археологического наследия, музеями-заповедниками.

В соответствии с преамбулой Закона об охране озера Байкал озеро Байкал является объектом всемирного природного наследия.

Статьей 2 Закона об охране озера Байкал установлено, что в состав Байкальской природной территории входят озеро Байкал, водоохранная зона, прилегающая к озеру Байкал, его водосборная площадь в пределах территории Российской Федерации, особо охраняемые природные территории, прилегающие к озеру Байкал, а также прилегающая к озеру Байкал территория шириной до 200 километров на запад и северо-запад от него (пункт 1). При этом на Байкальской природной территории выделяется ряд экологических зон, в том числе центральная экологическая зона, которая представляет собой территорию, включающую в себя озеро Байкал с островами, прилегающую к озеру Байкал водоохранную зону, а также особо охраняемые природные территории, прилегающие к озеру Байкал (пункт 2).

Распоряжениями Правительства Российской Федерации от 27.11.2006 № 1641-р и от 05.03.2015 № 368-р утверждены границы Байкальской природной территории и ее экологических зон, в том числе центральной экологической зоны, а также границы водоохранной зоны озера Байкал.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в том числе заключения судебной экспертизы от 03.09.2020 и кадастрового инженера), суды установили, что являющийся объектом продажи земельный участок с кадастровым номером 38:13:000022:38 расположен в границах центральной экологической зоны Байкальской природной территории, указанное также подтверждается письмом Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Иркутской области от 17.05.2017.

С учетом изложенного, суды обоснованно пришли к выводу о том, что спорный земельный участок относится к землям, ограниченным в обороте, и в соответствии со статьей 27 Земельного кодекса Российской Федерации не мог быть предоставлен в собственность предпринимателя, в этой связи на основании статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации правомерно признали заключенный ответчиками договор купли-продажи от 28.09.2015 № 47 недействительной (ничтожной) сделкой.

Вопреки доводам заявителя возможность предоставления земельного участка в частную собственность ограничена в силу приоритета охраны озера Байкал и его прибрежной зоны как важнейшего компонента окружающей среды и объекта всемирного природного наследия.

Правовых оснований для иных выводов у суда кассационной инстанции не имеется.

Доводы заявителя о пропуске истцом установленного законом трехгодичного срока для обращения в суд с настоящими требованиями нельзя признать обоснованными в связи со следующим.

В силу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям публично-правовых образований в лице уполномоченных органов исчисляется со дня, когда публично-правовое образование в лице таких органов узнало или должно было узнать о нарушении его прав, в частности, о передаче имущества другому лицу, совершении действий, свидетельствующих об использовании другим лицом спорного имущества, например, земельного участка, и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 4 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

В рассматриваемом случае судами установлено, что срок исковой давности по предъявленному иску необходимо исчислять с момента, когда о начале исполнения оспариваемой сделки узнала действующая от имени Российской Федерации Федеральная служба государственной регистрации, кадастра и картографии в лице управления по Иркутской области, то есть с 02.11.2015 (дата регистрации права собственности предпринимателя на земельный участок).

В связи с тем, что исковое заявление в интересах Российской Федерации подано в суд 17.10.2018, то срок исковой давности по рассматриваемому требованию не пропущен.

При этом правомерными являются выводы судов о том, что решение Арбитражного суда Иркутской области от 16 марта 2015 года по делу № А19-20666/2014, на которое ссылаются ответчики, не может быть признано имеющим преюдициальное значение для настоящего спора, поскольку в рассмотрении этого дела не участвовала Российская Федерация в лице своих уполномоченных органов, в интересах которой в настоящем деле предъявлен иск.

Иные приведенные в кассационной жалобе доводы являлись предметом исследования в ходе судебного разбирательства, получили соответствующую правовую оценку и по существу сводятся к несогласию с установленными судами обстоятельствами и направлены на переоценку представленных в материалы дела доказательств, однако не свидетельствуют о неправильном применении судами норм материального права.

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, судом округа не установлено.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к выводу о том, что решение Арбитражного суда Иркутской области и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда основаны на полном и всестороннем исследовании имеющихся в деле доказательств, приняты с соблюдением норм материального и процессуального права, в связи с чем на основании пункта 1 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат оставлению без изменения.

Руководствуясь статьями 274, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Иркутской области от 30 ноября 2020 года по делу № А19-24913/2018, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 18 марта 2021 года по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий

Судьи

 

Н.П. Кушнарева

Т.И. Коренева

Ю.С. Яцкевич