Арбитражный суд Пермского края

Екатерининская, дом 177, Пермь, 614068, www.perm.arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

город Пермь   

            02.04.2024 года                                                                      Дело № А50-32903/2020

 

Резолютивная часть решения объявлена 20.03.2024 года. Полный текст решения изготовлен 02.04.2024 года.

 

Арбитражный суд Пермского края в составе судьи Вшивковой О.В., при ведении протокола помощником судьи Гладких Г.Х., рассмотрел в    открытом    судебном    заседании в режиме веб-конференции  дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «КАПМАН» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 11 по Пермскому краю к ФИО1, ФИО2, ФИО3, с привлечением  к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью «ЭОС ИНТЕР» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности, взыскании 4 825 787 руб. 98 коп., при участии директора истца ООО «КАПМАН» ФИО5, полномочия подтверждены сведениями из ЕГРЮЛ, представителя истца ФИО6, действующего по доверенности от 16.01.2024,  представителя ответчика ФИО3 ФИО7, действующего по доверенности от 05.12.2023, в отсутствие иных лиц, уведомленных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, 

 

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «КАПМАН» (далее  – истец) обратилось в суд с исковым заявлением о привлечении ФИО1, ФИО2 (далее – ответчики) к субсидиарной ответственности и взыскании с них 4 825 787 руб. 98 коп. Решением от 07.06.2021 в удовлетворении исковых требований отказано. Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.02.2022  решение отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Пермского края.

При новом рассмотрении определением от 05.05.2022 суд по ходатайству истца  принял уточнение требований  в части  ответчиков, привлек ФИО3 к участию в деле в качестве соответчика, заменив его статус с третьего лица.

11.08.2022 года от межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 2 по Пермскому краю поступило ходатайство о присоединении к заявленному истцом требованию требований в размере 4 537 323 руб. 67 коп.  Определением от 12.09.2022 суд принял заявление налогового органа, а определением от 06.10.2022 произвел замену присоединившегося налогового  органа  на межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы № 11 по Пермскому краю (далее - налоговый  орган).

Требования истца основаны на статьях 15, 61, 399, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статьях 2, 9, 61.14 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) и статье 3  Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью). Требования заявлены в связи с наличием у общества  ограниченной ответственностью «ЭОС Интер Плюс» задолженности перед истцом по договору подряда № 4П от 01.06.2018 и договору поставки № 26 от 26.06.2018 и прекращением деятельности общества 31.07.2020  в связи с исключением из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ). Требования предъявлены солидарно к учредителям ликвидированного общества ФИО1, ФИО2 и директору общества  ФИО3. 

Истец считает, что ответчики действовали недобросовестно, зная  о наличии долга общества не только перед истцом,  но и другими кредиторами,  допустили  исключение общества из ЕГРЮЛ,  не предприняли меры к уплате  долга, не  предоставили   надлежащие сведения  в регистрирующий  орган,  не предприняли мер ни к прекращению  процедуры исключения   общества из ЕГРЮЛ, ни к  обращению  в суд  с заявлением о признании общества банкротом, об оспаривании исключения  общества из ЕГРЮЛ. 

Требования налогового органа также заявлены ко всем   ответчикам в связи с наличием у общества на 21.12.2018 задолженности по  налогам   и сборам на  общую сумму 4 537 323 руб. 67 коп. (НДС, НДФЛ,  страховые  взносы на обязательное пенсионное страхование, медицинское  страхование,  социальное  страхование). В обоснование требований налоговый орган ссылается на  то, что   01.07.2019 налоговый орган обратился в  арбитражный  суд с  заявлением о признании общества  несостоятельным  (банкротом), однако  определением  Арбитражного суда Пермского края по делу № А50-22753/2019 от  31.07.2019 производство  по делу прекращено  в связи с  отсутствием у общества  денежных  средств и имущества, достаточного для  покрытия расходов по делу о  банкротстве.             

Ответчик  ФИО1 с требованиями истца не согласна, позицию изложила в отзывах от 25.03.2021 и 08.08.2022. ФИО1 считает, что   ответственность  по  заявленным требованиям  должен  нести  директор общества   ФИО3, так как она являлась директором общества с 30.05.2015 по 12.05.2017, а  отношения с истцом возникли позднее, какие-либо  вопросы  как с  учредителем с ней до ее выхода из общества (заявление оформлено  нотариально 01.02.2019)  не согласовывали. 

18.11.2022 ФИО1 направила отзыв на присоединенные требования налогового органа, указала  на пропуск налоговым  органам срока исковой давности.

Ответчик  ФИО2 позицию по исковым требованиям не изложил,  отзыв не представил.

Ответчик ФИО3 возражает против удовлетворения  требований истца и налогового органа по основаниям, изложенным в отзыве от 19.10.2022,   в пояснениях  от 08.02.2023. По мнению ответчика, его недобросовестность  и неразумное поведение не доказано, поскольку исключение общества из ЕГРЮЛ произведено из-за выхода из состава учредителей участника ФИО1,  то есть  по независящей от него причине. Также  ответчик указывает,  что на момент  исключения  общества  из ЕГРЮЛ размер  кредиторской  задолженности превышал  стоимость  его активов,  неисполнение обязательств общества перед истцом возникло из-за недостатка оборотных средств,  возникшего по причине  необходимости  погашения  долгов по НДФЛ за 2014,  арендной  плате,  образовавшихся при прежнем генеральном директоре  общества. В подтверждение позиции ответчик ссылается на  Заключение специалиста об отсутствии  признаков неплатежеспособности  и недостаточности  имущества    общества  ограниченной ответственностью «ЭОС Интер Плюс» в период  с 2016 по 2018 годы, выполненное  кандидатом экономических наук ФИО8 10.01.2023. 

 

В отношении требований налогового органа ответчик ФИО3 просит применить срок исковой давности, полагая,  что  он пропущен. Ссылаясь на  то, что  налоговый орган указал последний  налоговым период, за который  заявлены  требования,  1 квартал 2019 ,  а также на то, что  налоговый орган не  предпринимал меры по взысканию  задолженности, ответчик считает,  что  требования налогового  органа  могли быть  заявлены не позднее   01.04.2022.             

Третьи лица,  не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью «ЭОС ИНТЕР» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), ФИО4 позицию по делу не изложили, отзывы не представили.

В соответствии с пунктом 2 статьи 64.2 ГК РФ исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц влечет правовые последствия, предусмотренные настоящим Кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам.

  Согласно пункту 2 статьи 56  ГК РФ  учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не отвечает по обязательствам юридического лица, а юридическое лицо не отвечает по обязательствам учредителя (участника) или собственника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом или другим законом.

Аналогичные положения содержатся и в пункте 1 статьи 87 ГК РФ, пункте 1 статьи 2 Закона об обществах с ограниченной ответственностью.

В силу пункта 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ указаны следующие лица: лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени; члены коллегиальных органов юридического лица; лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным выше.

Возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ к субсидиарной ответственности ставится в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц.

Под действиями (бездействием) контролирующего общества лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной такого неисполнения, то есть те, без которых объективное неисполнение не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение общества, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным неисполнением.

В пунктах  2 и 3  постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62) разъяснено, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на   заведомо   невыгодных    для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

В то же время необходимо учитывать, что в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 ГК РФ). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий лиц, входящих в состав органов юридического лица, к которым относятся его участники, возлагается на лицо, требующее привлечения данных лиц к ответственности, то есть в настоящем случае на истца.

Субсидиарная ответственность руководителя при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица (глава III.2 Закона о банкротстве), возмещение убытков в силу статьи 1064 ГК РФ, противоправное поведение (в частности, умышленный обман контрагента) лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа, или иного представителя, повлекшее причинение вреда третьим лицам, может рассматриваться  в   качестве   самостоятельного  состава  деликта  по   смыслу статьи 1064 ГК РФ.

На основании частей 1,  2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  (далее – АПК РФ) судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В соответствии со статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений.

  Как следует из материалов дела, общество  ограниченной ответственностью  «ЭОС Интер Плюс» (далее  - общество) было зарегистрировано в качестве юридического лица при создании 16.04.2014 за основным государственным регистрационным номером 1145958018205, основным видом деятельности общества являлось производство спецодежды. Учредителями общества  являлись ФИО1  (40%) и ФИО2 (60%).  19.04.2019   в ЕГРЮЛ на основании  заявления ФИО1 о выходе  из общества внесена запись  о недостоверности  данных о ней как об учредителе. 31.07.2020 общество  исключено из ЕГРЮЛ по решению налогового органа   в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем,  в отношении которых  внесена  запись о недостоверности. Директорами  общества являлись: с 30.05.2015  по 12.05.2017  ФИО1,  с 30.05.2017 по 31.07.2020  ФИО3

01.06.2018  между истцом  (заказчик) и обществом  (подрядчик) заключен договор подряда № 4П, по условиям которого подрядчик по заданию заказчика обязуется выполнить работы по изготовлению продукции из давальческого материала заказчика, а заказчик принимать выполненные работы и готовые изделия и оплачивать их в размере и порядке, предусмотренном договором.

Также 26.06.2018 года между истцом (продавец) и обществом (покупатель) заключен договор поставки № 26 (с отсрочкой платежа), по условиям которого продавец в течение срока действия договора продает, а покупатель покупает товар в ассортименте и количестве, установленном в спецификациях, прилагаемых к договору и являющихся его неотъемлемой частью. 

В подтверждение исполнения обязательств по указанным договорам истец представил счета-фактуры, товарные накладные, товарно-транспортные накладные, платежные поручения (л.д. 97-200 т. 1, 1-57 т. 2), соглашение № 1 от 31.01.2019 года, согласно которому истец принял на себя обязательство погашения долга общества  перед работниками по заработной плате, обязательств по уплате налогов, письма общества с просьбами об исполнении обязательств перед третьими лицами.

По данным истца долг  общества составляет 4 825 787 руб. 98 коп., соответствующий  вывод сделан в Акте  документальной  бухгалтерской ревизии отдельных вопросов финансово-хозяйственной деятельности   истца  за период с 01.01.2028 по 30.11.2019, выполненном 20.03.2020 независимым специалистом бухгалтером-ревизором ФИО9. 

Однако какие-либо доказательства,  позволяющие сделать вывод,  что   учредители общества совершали конкретные  действия (бездействия), повлекшие  образование спорного  долга перед истцом, суду не представлены. 

Истец не представил в   материалы дела доказательства, свидетельствующие об умышленных действиях учредителей общества, направленных на уклонение от исполнения спорных обязательств,  а также  доказательства недобросовестности либо неразумности в действиях учредителей общества, повлекших неисполнение обязательств. 

При таких обстоятельствах  оснований для привлечения к субсидиарной  ответственности участников общества  ФИО1  и ФИО2 нет. В этой части  требования истца удовлетворению не подлежат.

Что касается  требований истца к  ФИО3, то в этой части  требования также не  подлежат  удовлетворению  в силу следующего.  Как указано ранее,  заключенный  договор подряда № 4П от  01.06.2018  между истцом  (заказчик) и обществом  (подрядчик) предполагал  пошив  одежды из давальческого материала истца.  Из материалов дела  следует,  что  часть накладных, по которым получателем  товара (тканей) являлся  истец, подписывал ФИО3 с проставлением печати  истца.  В постановлении от отказе в возбуждении  уголовного дела от 23.06.2020 года  указано, что  именно истец в период  с 06.02.2019 по  18.02.2019 производил  расчеты с работниками общества  по заработной плате. Имеющимися в деле платежными  документами  подтверждается  уплата  истцом за общество  заработной платы,   арендной  платы в спорный  период.   Согласно  банковским  выпискам  общества  за период  с 01.06.2028 по  03.08.2020  все поступающие  обществу  денежные  средства списывались  на основании решений налогового  органа о взыскании  от 21.05.2018, 22.08.2018,  на основании судебных приказов  и на выплату  заработной  платы.                         

По мнению суда, изложенные  обстоятельства  позволяют сделать вывод, что  истцу при начале  взаимоотношений с обществом   было  известно о  наличии неисполненных  обязательств  общества перед работниками, перед  бюджетом, иными  контрагентами, однако это не стало  препятствием для заключения  указанных выше договоров, для передачи  ему для  переработки давальческого сырья.  Надлежашие доказательства, подтверждающие  совершение  директором  общества ФИО3  каких-либо  умышленных  действий, направленных   на   введение  истца в заблуждение относительно реальной  ситуации  в обществе, суду не  представлены.  Это означает, что в конкретной  ситуации оснований  для привлечения к субсидиарной  ответственности  ФИО3 по  требованиям истца  нет. 

Более того, как указано ранее, размер заявленных  требований  истец обосновывает Актом  документальной  бухгалтерской ревизии отдельных вопросов финансово-хозяйственной деятельности  истца за период  с 01.01.2018 года   по 30.11.2019, выполненным  независимым специалистом бухгалтером-ревизором ФИО9. Однако  привлеченный судом в качестве специалиста  по ходатайству  истца   ФИО9 в судебном  заседании  01.06.2021 подтвердил, что  акт составлен по тем документам, которые представлены  ему истцом. Анализ иных документов специалист не осуществлял. Учет в акте   ревизии      товарных     накладных № БУ02112 от 07.09.2018 года  и  № БУ02465 от 18.10.2018, в которых отсутствует подпись получателя,  специалист также пояснить не смог.  Изложенное, по мнению суда, свидетельствует о недоказанности  истцом конкретного и размера предъявленного к взысканию  ущерба.    

На  основании вышеизложенного  требования  истца  общества с ограниченной ответственностью «КАПМАН» не подлежат удовлетворению.  

Доводы ответчика  ФИО3  о недоказанности  заявленного истцом ущерба  со ссылками на недостоверность представленных истцом товарно-транспортных накладных от 20.11.2018, 30.11.2018, 26.10.2018, 13.11.2018, 28.11.2018 суд проверил,  но не принял, как не имеющие  значение  для настоящего спора с учетом ранее изложенных выводов об  отсутствии  оснований   для  удовлетворения требований истца.  Более того,  в судебном  заседании 20.03.2024 суд отклонил заявление  ответчика о  фальсификации     доказательств с учетом имеющихся в деле иных доказательств, оформленных  аналогичным  образом,  и выводов, изложенных в  заключении  специалиста № 08-52/21, выполненном обществом с  ограниченной  ответственностью «Западно-Уральский региональный   экспертный центр»   24.06.2022   и  в     акте    экспертного исследования № 427/2-6-1.1, выполненным  ФБУ Башкирская ЛСЭ Минюста России 29.02.2024.

Что касается требований налогового органа  о взыскании  с ответчиков солидарно  в порядке субсидиарной ответственности 4 537 323 руб. 67 коп., суд пришел к следующим выводам.

Налоговый орган просит взыскать с ответчиков задолженность по обязательным платежам 4 537 323 руб. 67 коп., образовавшуюся в результате неуплаты обществом  налоговых платежей, в том числе налог на добавленную стоимость за 3 и 4 кварталы 2018 года 969 445 руб. 00 коп., пени 100 608 руб. 99 коп., налог на доходы физических лиц за 9 месяцев, 12 месяцев 2018 года, 1 квартал 2019 года 661 467 руб. 00 коп., пени  90 324 руб. 08 коп., штрафов 119 408 руб. 95 коп.,  страховые взносы на обязательное пенсионное страхование за 2018 и 1 квартал 2019 года 1 575 147 руб. 54 коп., пени 197 230 руб. 04 коп., страховые взносы на обязательное медицинское страхование за 2018 и 1 квартал 2019 года 365 147 руб. 82 коп., пени 45 721 руб. 49 коп., страховые взносы на обязательное социальное страхование за 2018  и 1 квартал 2019 года 382 317 руб. 47 коп., пени 23 646 руб. 35 коп., страховые взносы на обязательное пенсионное страхование за 2016 год 1 771 руб. 00 коп., пени 824 руб. 87 коп., штраф 354 руб. 20 коп., страховые взносы на обязательное медицинское страхование за 2016 год 410 руб. 55 коп., пени 191 руб. 21 коп., штрафы 82 руб. 11 коп.

По мнению налогового органа,  общество обладало признаками банкротства, однако ни директор ФИО3, ни учредители не приняли мер  для обращения в арбитражный суд с соответствующим заявлением. 

В  пункте 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что исходя из целей законодательного регулирования и общеправового принципа равенства к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности, поданному вне рамок дела о банкротстве, вправе присоединиться кредиторы должника, обладающие правом на обращение с таким же заявлением (пункты 1 - 4 статьи 61.14 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», а также иные кредиторы, требования которых к должнику подтверждены вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона (кредиторы, обладающие правом на присоединение).

Из материалов дела следует,  что 01.07.2019  налоговый  орган обратился в Арбитражный суд Пермского края (дело № А50-22753/2019) с заявлением о признании общества  несостоятельным (банкротом) обосновывая свое требование наличием не уплаченной свыше трех месяцев задолженности в общем размере 3 966 935 руб. 37 коп. Определением суда от 31.07.2019  производство по делу прекращено, в связи с отсутствием у должника денежных средств и имущества в размере, достаточном для покрытия расходов по делу о банкротстве. 07.08.2019 и 06.08.2020 уполномоченный орган  принял    решения    №№ 1491 и 9238 «О признании безнадежными к взысканию и списании недоимки и задолженности по пеням,    штрафам    и процентам на общую сумму 4 537 323 руб. 67 коп., в том числе основного долга 3 955 706 руб. 38 коп., пеней 458 547 руб. 03 коп., штрафов 123 070 руб. 26 коп., а 10.08.2022 (вх. от 11.08.2022) налоговый орган направил заявление  о присоединении  требований к  рассматриваемому заявлению истца.   

Наличие указанной задолженности  общества по налогам  и иным обязательным  платежам  подтверждается представленными  в материалы дела  налоговым органом соответствующими  налоговыми  декларациями  общества за 3 квартал 2018 - первый квартал 2019, актами  налоговых проверок,  решениями  налогового  органа.    Соответствующие  доказательства  ответчики не  опровергли.  С учетом представленных налоговым  органом  первичных  документов  суд не принял  довод   ответчика   ФИО3, что   задолженность общества по  налогам возникла за период, предшествующий  началу его  руководства  обществом.           

В  судебном   заседании   ответчик    ФИО3    подтвердил    наличие  у него  имущества общества, оставшегося после исключения  общества из ЕГРЮЛ. Это подтверждено   представленной   ответчиком    экспедиторской    распиской/поручением  № 43389 от 12.09.2022, согласно которой  ответчик отправил  в Уфу   материалы  (ткань  и изделия) на общую сумму  405 580  руб. 00 коп.  По мнению  суда,  это означает, что до  исключения  общества из ЕГРЮЛ  у общества была реальная  возможность  исполнить налоговые обязательства в соответствующем  объеме. Иного суду не доказано. Отсутствие таких действий со стороны  директора общества свидетельствует о его  недобросовестном поведении.                     

При таких обстоятельствах требования налогового органа подлежат  удовлетворению частично в размере 405 580 руб. 00 коп. путем взыскания  указанных средств  с  ФИО3

Довод  ответчика  ФИО3 о пропуске  налоговым  органом срока исковой  давности суд проверил,  но не  принял,   как ошибочный. Как указано ранее,   требования  налогового органа  заявлены в связи с наличием  неисполненных  налоговых  обязательств, возникших за 3 квартал 2018 - первый квартал 2019. Производство  по делу о признании  общества  банкротом прекращено определением суда от 31.07.2019, общество исключено  из ЕГРЮЛ  31.07.2020.  Следовательно,  налоговый орган был вправе обратиться  в суд с соответствующими требованиями  до 31.07.2023.    

Оснований для  удовлетворения  требований  налогового органа к остальным  ответчикам  суд не  выявил в связи с отсутствием  каких-либо  надлежащих доказательств, позволяющих  сделать  вывод  об их неразумном или недобросовестном  поведении.         

Согласно части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В соответствии с частью 3 статьи 110 АПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой в установленном порядке истец был освобожден, взыскивается с ответчика в доход федерального бюджета пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований, если ответчик не освобожден от уплаты государственной пошлины.

При обращении в суд истец по платежному поручению № 3720 от 15.12.2020  уплатил государственную пошлину 47 128 руб. 00 коп. С учетом итогов рассмотрения дела эта государственная пошлина относится на истца. Исходя из  частичного удовлетворения  требований  налогового  органа, с ответчика в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная   пошлина 11 112 руб. 00 коп.

 

Руководствуясь статьями 110, 178-180  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Пермского края   

 

Р Е Ш И Л:

удовлетворить исковые требования частично.

Привлечь ФИО3 к субсидиарной ответственности в виде    взыскания   в пользу бюджета    405 580 (Четыреста   пять   тысяч   пятьсот восемьдесят) руб. 00 коп.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета государственную пошлину 11 112 (Одиннадцать тысяч сто двенадцать) руб. 00 коп.

Отказать в удовлетворении остальных требований.

            Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца  со дня его вынесения (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Пермского края.

 

            Судья                                                                                                  О. В. Вшивкова