СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

                                        №17АП-17894/2019-(48,49,50)АК

Дело №А50-14786/2019

20 февраля 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 13 февраля 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 20 февраля 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Чухманцева М.А., 

судей                              Плаховой Т.Ю., Шаркевич М.С., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

от Ассоциации арбитражных управляющих «Сибирский Центр Экспертов Антикризисного управления»: ФИО2, паспорт, доверенность от 05.12.22;

от ФИО3: ФИО4, паспорт, доверенность от 04.10.2022;

от уполномоченного органа: ФИО5, удостоверение, доверенность от 19.10.2022;

от ООО «Нефтесервис»: ФИО6, паспорт, доверенность от 27.01.2023;

арбитражный управляющий ФИО7 (лично), паспорт;

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции,

заявления ФИО3, уполномоченного органа, ООО «Технолог» о признании несоответствующими закону действий (бездействия) арбитражного управляющего ФИО7; отстранении его от исполнения обязанностей конкурсного управляющего акционерного общества «Новые Фитинговые Технологии», взыскании убытков,

в рамках дела №А50-14786/2019 о признании  акционерного общества «Новые Фитинговые Технологии» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: Ассоциация арбитражных управляющих «Сибирский Центр Экспертов Антикризисного управления», ООО Страховая компания «Паритет-СК», ООО СК «Арсенал», Управление Росреестра по Пермскому краю, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ООО «Нефтесервис», 

 

установил:

Определением Арбитражного суда Пермского края от 12.09.2019 принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «Дока» о признании Акционерного общества «Новые Фитинговые технологии» (далее – АО «Новые Фитинговые технологии», АО «НФТ», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 23.10.2019 заявление ООО «Дока» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО7, член Ассоциация арбитражных управляющих «Сибирский Центр Антикризисного Управления».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 02.11.2019, на официальном сайте Единого государственного реестра сведений о банкротстве – 25.10.2019.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 03.07.2020 АО «Новые Фитинговые технологии» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО7

Публикация о введении в отношении должника конкурсного производства произведена в газете «Коммерсантъ» от 11.07.2020 №121.

15.03.2022 от кредитора ФИО3 в арбитражный суд поступила жалоба на ненадлежащее исполнение обязанностей конкурного управляющего ФИО7 выразившихся в не проведении анализа и неоспаривании сделок по преимущественному погашению требований ООО «Меридиан-Строй» на общую сумму 30 434 450,04 руб., из которых 24 242 203,75 руб. по договору №18/09/18 от 18.09.2018 и 6 192 246,29 руб. по договору №13/08/2018, совершенных ООО «НФТ» за счет денежных средств АО «НФТ»; не проведении анализа и неоспаривании сделок по преимущественному погашению требований ООО «Квадрига» на общую сумму 14 356 980 руб., из которых 4 236 348,22 руб. по договору №НФТ-2/9/18 от 27.09.2018 и 10 120 631,78 руб. по договору №193/18 от 17.08.2018, совершенных ООО «НФТ» за счет денежных средств АО «НФТ»; в уклонении и не осуществлении всего комплекса мер по взысканию задолженности с ООО «17Н» в сумме 17 335 742,23 руб.;  уклонении и не осуществлении всего комплекса мер по взысканию дебиторской задолженности либо истребованию товарно-материальных ценностей с Джагсу Пенгфей Хайтай ФИО11 ЛТД в сумме 14 730 682,48 руб.; не проведении анализа сделок и действий, связанных и обусловивших недополучение должником выручки от реализации производимой продукции, вывод денежных средств на аффилированные лица, не отражение результатов анализа в заключении о наличие либо отсутствии признаков преднамеренного банкротства. Просит взыскать с конкурсного управляющего АО «НФТ» ФИО7 убытки в конкурсную массу АО «Новые фитинговые технологии» в сумме 76 857 854,75 руб. (с учетом уточнения, принятого судом в порядке ст. 49 АПК РФ).

В порядке статьи 51 АПК РФ к участию в деле привлечены ФИО8, ФИО9, ФИО10. 

ООО «Технолог» посредством сервиса «Мой арбитр»  04.04.2022 обратилось  в суд с жалобой на ненадлежащее исполнение обязанностей конкурного управляющего, просит признать незаконными действия конкурсного управляющего, выразившиеся в подаче заведомо необоснованных заявлений о признании сделок АО «НФТ» недействительными, уклонении от расчетов с кредиторами, резервировании необоснованной суммы на выплату процентов по вознаграждению конкурсного управляющего; отстранить ФИО7 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего АО «НФТ». Определением суда от 07.04.2022 жалоба принята к рассмотрению. С учётом возможности непринятия собранием кредиторов решения о выборе иного арбитражного управляющего или иной саморегулируемой организации арбитражных управляющих, суд обязал Ассоциацию арбитражных управляющих «Сибирский Центр Антикризисного Управления» представить кандидатуру арбитражного управляющего.

Уполномоченный орган в лице УФНС России  по Пермскому краю  18.04.2022 обратился в суд с жалобой на ненадлежащее исполнение обязанностей конкурного управляющего ФИО7 Просит признать незаконными действия (бездействие) конкурсного управляющего АО «НФТ» ФИО7, выразившиеся в непринятии мер по проведению надлежащего анализа финансово-хозяйственной деятельности и заключения о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и (или) преднамеренного банкротства; в непринятии мер по проведению надлежащего анализа сделок должника и оспариванию сделок должника; в нарушении порядка распределения выручки от реализации предмета залога, выразившегося:        в удовлетворении требований залогового кредитора в размере, превышающем 80% стоимости залогового имущества; в нарушении прав кредиторов по текущим требованиям, в том числе уполномоченного органа, так как задолженность по НДФЛ, подлежащая уплате конкурсным управляющим за счет денежных средств, полученных от реализации залогового имущества, оплачена с основного счета должника за счет конкурсной массы; в несвоевременной уплате задолженности по земельному налогу (после подачи уполномоченным органом жалобы), подлежащего уплате за счет денежных средств, полученных от реализации залогового имущества (с учетом уточнения, принятого судом в порядке ст. 49 АПК РФ).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены Ассоциация арбитражных управляющих «Сибирский Центр Экспертов Антикризисного управления», ООО Страховая компания «Паритет-СК», ООО СК «Арсенал», Управление Росреестра по Пермскому краю. 

Определением суда от 15.09.2022 рассмотрение  жалобы ФИО3 и жалобы уполномоченного органа, ООО «Технолога» на действия (бездействия) конкурсного управляющего объединено в одно производство для совместного рассмотрения в порядке ст. 130 АПК РФ.

Судом с использованием автоматизированной системы осуществлена случайная выборка саморегулируемой организации, из числа членов которой может быть назначен конкурный управляющий, на случай отстранения; путем случайной выборки определены: Союз «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Стратегия», Союз «СОАУ «Альянс», НП СРО АУ «Развитие».

Определением Арбитражного суда Пермского края от 17.08.2021 (резолютивная часть от 05.08.2021) жалоба конкурсного кредитора ФИО3, уполномоченного органа, ООО «Технолог» удовлетворена частично. Признаны несоответствующим Закону бездействие конкурсного управляющего ФИО7, выразившееся: в непринятии мер по проведению надлежащего анализа финансово-хозяйственной деятельности и заключения о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и (или) преднамеренного банкротства; в непринятии мер по проведению надлежащего анализа сделок должника; по непринятию комплекса мер по взысканию дебиторской задолженности; в нарушении порядка распределения выручки от реализации предмета залога. С ФИО7 в пользу АО «Новые Фитинговые Технологии» взысканы убытки в сумме 378 774,94 руб. В удовлетворении жалобы в остальной части отказано.

Этим же определением суда ФИО7 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего АО «Новые Фитинговые Технологии». Конкурсным управляющим утвержден ФИО12, член Союза СРО АУ «Стратегия».

Не согласившись с принятым судебным актом, третье лицо Ассоциация арбитражных управляющих «Сибирский Центр Экспертов Антикризисного управления», ООО «Нефтесервис» и арбитражный управляющий ФИО7  обратились с апелляционными жалобами.

Третье лицо Ассоциация арбитражных управляющих «Сибирский Центр Экспертов Антикризисного управления» (далее - ассоциация) в апелляционной жалобе, с учетом дополнения к ней, просит определение суда от 12.10.2022 отменить, отказать в удовлетворении жалоб ФИО3, ООО «Технолог», УФНС по Пермскому краю в полном объеме, утвердить кандидатуру арбитражного управляющего ФИО13, члена ААУ «СЦЭАУ» конкурсным управляющим АО «НФТ». Заявитель указывает на добросовестное исполнение арбитражным управляющим ФИО7 в деле о банкротстве АО «НФТ» своих обязанностей и на недоказанность ненадлежащего проведения ФИО7 в процедуре наблюдения анализа финансового состояния должника, поскольку анализ проведен в соответствии с требованиями статей 67 и 70 Закона о банкротстве, Правилами проведения арбитражным управляющим финансового анализа, утвержденные Постановлением Правительства РФ от 25.06.2003 №367 (далее - правила). При том, что правила не содержат в себе требований о проведении анализа отдельных показателей бухгалтерской отчетности. По мнению заявителя, судом фактически была скопирована позиция заявителя жалобы ФИО3 согласно представленной в материалы дела рецензии на анализ финансового состояния АО «НФТ» без проверки соответствия изложенных в ней доводов обстоятельствам дела. Возражения управляющего на рецензию (письменные пояснения от 27.09.2022 и от 06.10.2022) доводы и доказательства не были учтены судом. В части доводов о ненадлежащем проведении арбитражным управляющим ФИО7 проверки признаков преднамеренного банкротства выводы суда необоснованы, при том, что проверка указанных признаков проводилась управляющим дважды: в наблюдении, где были выявлены периоды ухудшения финансового состояния общества, но не были выявлены сделки, являющиеся причиной такого ухудшения; в процедуре конкурсного производства, где были выявлены сделки и действия, свидетельствующие о наличии признаков преднамеренного банкротства. Судом не установлено, что подготовленное в процедуре конкурсного производства заключение обладает какими-либо недостатками, т.е. не содержит обоснования ненадлежащего проведения проверки на предмет наличия признаков преднамеренного банкротства. Вывод суда о несвоевременной подготовке соответствующего заключения о преднамеренном банкротстве в конкурсном производстве не свидетельствует о его ненадлежащем проведении. Более того, в отличие от процедуры наблюдения в конкурсном производстве сроков для подготовки заключения по итогам проверки наличия признаков преднамеренного банкротства Закон о банкротстве не содержит, как и не содержит в себе обязанность конкурсного управляющего проводить проверку на предмет выявления признаков преднамеренного банкротства по заявлению отдельного кредитора или уполномоченного органа. Обращает внимание на не компетентность рецензента  ФИО14, который делает вывод о наличии у временного управляющего достаточного количества доказательств наличия признаков преднамеренного и фиктивного банкротства исходя лишь из данных бухгалтерской отчетности. В части выводов суда о непринятии арбитражным управляющим ФИО7 комплекса мер по взысканию дебиторской задолженности обращает внимание, что управляющим подробно обосновано решение о продаже прав требований к иностранным организациям с торгов. Комитету кредиторов было указано, на то, что данные организации являются иностранными, на бесперспективность предъявления исков к иностранным организациям и возможности фактического взыскания таких сумм. При этом управляющим было учтено, что затраты, которые будет необходимо понести только для целей предъявления иска составляют 2, 7 млн. руб., что не является разумным и обоснованным. В таких условиях взыскание с арбитражного управляющего в качестве убытков расходов на опубликование сообщений о продаже прав требований с торгов, понесенных во исполнение обоснованного решения, поддержанного комитетом кредиторов АО «НФТ», лишено всяческого смысла. При принятии решения о продаже прав требований к иностранным организациям арбитражный управляющий ФИО7 действовал разумно и обоснованно, такая позиция была поддержана комитетом кредиторов, а не согласие отдельного кредитора с таким решением, не содержащая в себе сколь-либо разумного обоснования, не может быть заложена в основу судебного акта о признании указанных действий конкурсного управляющего ФИО7 ненадлежащими. В части выводов суда о нарушении порядка распределения средств, вырученных от реализации залогового имущества апеллянт отмечает, что судом не были учтены доводы и доказательства представленные управляющим ФИО7 в подтверждение того факта, что нарушение порядка распределения средств вызвано действиями самого налогового органа, списавшего со счета АО «НФТ» в порядке погашения текущей задолженности реестровую задолженность, а в дальнейшем отказывающего признавать как погашение задолженности, так и наличие переплаты. Не учтено, что поданная на управляющего Уполномоченным органом жалоба содержала в себе сведения о не погашении несуществующей в действительности задолженности по обязательным платежам. Указывает, в случае установления судом факта того, что задолженность по второй очереди обязательных платежей, вопреки требованиям п.2 ст.138 Закона о банкротстве, подлежит погашению за счет заложенного имущества, то, в такой ситуации суду надлежало привлечь к участию в деле ООО «Нефтесервис», оставившего не реализованное с торгов имущество и не перечислившего весь объём средств для погашения задолженности по второй очереди по мотиву наличия у должника иного имущества. Несовершение такого процессуального действия является грубым нарушением, свидетельствующий о необходимости бесспорной отмены обжалуемого судебного акта. Просрочка погашения задолженности перед АО «НФТ» и неполное её погашение в момент распределения средств от реализации залогового имущества вызвано незаконными действиями самого налогового органа, при этом, законных оснований для погашения задолженности по второй очереди обязательных платежей за счет заложенного имущества, нет: у должника имеется иное достаточное для этого имущество. Кроме того, указывает на отсутствие оснований утверждать о ненадлежащем исполнении возложенных на арбитражного управляющего ФИО7 обязанностей, дающих основание для его отстранения. При этом при разрешении вопроса о выборе новой кандидатуры арбитражного управляющего судом нарушены положения ФЗ «О несостоятельности банкротстве», а именно п.6 ст.45. ААУ «СЦЭАУ» не предоставляла в качестве кандидатуры на процедуру банкротства АО «НФТ» арбитражного управляющего Сидора П.Л., судом не разъяснено, ввиду каких именно обстоятельств суд проверял соответствие такого лица критериям ст.20.2 Закона о банкротстве. ААУ «СЦЭАУ» была выбрана на процедуру банкротства АО «НФТ» по заявлению кредитора ПАО «Сбербанк», никакого отношения к ассоциации мажоритарный кредитор АО «НФТ» - ООО «Бакс-Технология» не имеет. Выводы суда относительно заинтересованности или взаимосвязи между арбитражным управляющим ФИО7, кредитором ООО «Бакс-Технология», кандидатурой управляющего ФИО13 являются необоснованными. Арбитражный управляющий ФИО13 является независимым арбитражным управляющим, самостоятельно несущим ответственность за все принимаемые им решения и совершаемые действия. Кандидатура ФИО13 представлена ассоциацией с учетом территориального нахождения управляющих в одном городе (г. Тюмень), что ускорило бы обмен информацией и документацией между указанными лицами, тогда как ФИО12, утвержденный судом, осуществляет свою деятельность в г. Воронеж, что значительно удалено от места нахождения должника и суда. Придя к выводам о сомнении в независимости арбитражного управляющего ФИО13 суд не учел доводы арбитражного управляющего о заинтересованности, аффилированности и отсутствии у одного из подателей жалобы — ООО «Технолог» статуса кредитора АО «НФТ». Ассоциация выражает несогласие с выводом суда о наличии оснований для взыскания с ФИО7 убытков в размере 378 774,94 руб. Суд в резолютивной части определения не указал на признание незаконными действий конкурсного управляющего ФИО7 по реализации дебиторской задолженности ООО «17Н» и Джангсу на торгах. Признав незаконным бездействие по не взысканию дебиторской задолженности, суд, тем не менее, взыскал в качестве убытков денежные средства, затраченные на реализацию права требований к ООО «17Н» и Джангсу (378 774,94 руб.), в то время как сами действия конкурсного управляющего по реализации дебиторской задолженности на торгах не были признаны незаконными. Вместе с тем, признавая указанные расходы убытками должника, суд первой инстанции при принятии определения вышел за пределы заявленных требований, поскольку кредиторами и уполномоченным органом не заявлялось требование о признании незаконным действий конкурсного управляющего по реализации дебиторской задолженности ООО «17Н» и Джангсу. Кроме того, неправомерно взысканный размер убытков (378 774,94 руб.) с учетом позиции конкурсного управляющего, проделанной им работы, не может быть расценен как значительный, что могло бы служить единственным основанием к отстранению конкурсного управляющего.

Кредитор ООО «Нефтесервис» в апелляционной жалобе просит определение суда от 12.10.2022 отменить, в удовлетворении жалоб на арбитражного управляющего ФИО7 отказать в полном объеме. В обоснование жалобы указывает, что признавая действия конкурсного управляющего ФИО7 по непогашению задолженности по второй очереди обязательных платежей в полном объеме за счет средств, причитающихся залоговому кредитору ООО «Нефтесервис», суд напрямую нарушил права такого лица, не привлеченного к участию в деле. Ссылаясь на абз. 2 п. 2 ст. 138 Закона о банкротстве, необходимость распределения 15% от стоимости предмета залога, оставленного за собой залоговым кредитором, возникает только в том случае, если иного имущества должника недостаточно для погашения данных требований. При оставлении залогового имущества АО «НФТ» за собой в порядке п. 4.2. ст.138 Закона о банкротстве ООО «Нефтесервис» исходило из наличия у должника иного не находящегося в залоге имущества, достаточность которого подтверждена определением Арбитражного суда Пермского края от 05.08.2021 по делу №А50-14786/2019. При принятии решения об оставлении имущества за собой при расчете экономической целесообразности данной сделки залоговым кредитором были приняты в расчет суммы, которые были получены от конкурсного управляющего Должника; наличие достаточного количества иного имущества. Таким образом, вынесен судебный акт, который может повлиять на права и обязанности ООО «Нефтесервис» по отношению к участникам спора, поскольку судом указано фактически на неперечисление заявителем должнику денежных средств в полном объеме. Также указывает, что проведенный в процедуре наблюдения анализ финансового состояния АО «НФТ» был подтвержден результатами процедуры конкурсного производства. Анализ финансового состояния АО «НФТ» составлен в соответствии с действующим законодательством, требования полноты и достоверности соблюдены, не доказано, что заключение является ненадлежащим. Кроме того, 02.07.2020 конкурсным управляющим должника было проведено собрание комитета кредиторов, на котором комитет подтвердил ознакомление с отчетом конкурсного управляющего АО «НФТ» о своей деятельности; приняты решения об утверждении начальной продажной стоимости дебиторской задолженности по номиналу: 1. ООО «17Н» 17 335 742,23 руб.; 2. Джангсу Пенгфей Хайтай ФИО11 ЛТД 14 730 682,48 руб.; о не утверждении изменений в Положение о порядке, условиях и сроках продажи имущества АО «НФТ»; о списании с баланса АО «НФТ» малоценной дебиторской задолженности. Отмечает, что осуществление конкурсным управляющим должника мероприятий по взысканию задолженности с иностранных юридических лиц: ООО «17Н» (Болгария) и Джангсу Пенгфей (Китай) в судебном порядке экономически нецелесообразно, поскольку не обеспечит баланс интересов всех лиц, участвующих в деле о банкротстве, а также будет допущено затягивание процедуры банкротства и увеличение расходов при отсутствии гарантий удовлетворения таких исковых требований, фактического поступления денежных средств в конкурсную массу должника. С позиции заявителя, суд, в отсутствие переданного на его рассмотрение спора по вопросам продажи имущества (оспаривание решение комитета кредиторов об утверждении положения о продаже или определения начальной цены продажи, оспаривание торгов) не вправе определять порядок действий в отношении принятых и не оспоренных решений комитета кредиторов АО «НФТ».

В апелляционной жалобе просит привлечь ООО «Нефтесервис» (ИНН: 

<

***> ОГРН: 

<

***>) к участию в настоящем обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора.

К апелляционной жалобе приложена копия протокола комитета кредиторов от 02.07.2022. 

Арбитражный управляющий ФИО7 в апелляционной жалобе просит определение суда от 12.10.2022 отменить, в удовлетворении жалоб ФИО3, уполномоченного органа, ООО «Технолог» отказать в полном объеме. В обоснование жалобы указывает на добросовестное исполнение в деле о банкротстве АО «НФТ» своих обязанностей и на недоказанность ненадлежащего проведения ФИО7 в процедуре наблюдения анализа финансового состояния должника, поскольку анализ проведен в соответствии с требованиями статей 67 и 70 Закона о банкротстве, Правилами проведения арбитражным управляющим финансового анализа, утвержденные Постановлением Правительства РФ от 25.06.2003 №367. При проведении анализа финансового состояния АО «НФТ» ФИО7 исходил из того объема сведений, который имелся в его распоряжении (ответы на запросы, пояснения должника и т.п.) в процедуре наблюдения. Проведение анализа финансового состояния сводится к получению выводов о возможности восстановления платежеспособности должника, о выборе последующей процедуры банкротства, о наличии активов должника на расходы на проведение процедуры банкротства. В финанализе приведены соответствующие выводы о невозможности восстановления платежеспособности должника и необходимости введения процедуры конкурсного производства, о том, что расходы на проведение конкурсного производства могут быть покрыты за счет должника, не опровергнутые в рамках настоящего обособленного спора. Представленная ФИО3 рецензия на анализ финансового состояния АО «НФТ», по сути, выражает несогласие с указанными в нем сведениями, и, в тоже время, не содержит в себе доводов, влияющих на итоговые выводы анализа. Более того, подготовлена на основании документации, которая в процедуре наблюдения у ФИО7 отсутствовала, соответственно, рецензент не имел объективной возможности проводить анализ на ее основе. При этом все выводы, сделанные в анализе финансового состояния, нашли свое подтверждение в ходе процедуры конкурсного производства, в частности, попыток заключить мировое соглашение не предпринималось, предложений о выполнении работ по основному виду деятельности или предложений об аренде оборудования АО «НФТ» сделано конкурсному управляющему не было, а реализация имущества показала недостаточность активов для расчета со всеми кредиторами АО «НФТ». С позиции заявителя, вывод суда первой инстанции о необходимости проведения повторного анализа финансового состояния является следствием неверного толкования норм Закона о банкротстве. Относительно вывода суда о непринятии управляющим мер по подготовке заключения о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и (или) преднамеренного банкротства ФИО7 отмечает, что им представлено в суд заключение о невозможности проведения проверки наличия признаков преднамеренного банкротства, и отсутствии оснований для проверки наличия признаков фиктивного банкротства в качестве приложения к отчету о результатах наблюдения, в котором было указано, в том числе, на отсутствие в  распоряжении временного управляющего достаточных сведений для проведения проверки. После получения сведений о том, что активы должника в виде векселей указанных выше компаний на сумму 1,2 млрд. рублей фактически отсутствуют, судами установлено перечисление денежных средств ООО «НФТ» по фиктивному договору поставки №148/17 от 03.07.2017, ФИО7 было подготовлено и направлено в правоохранительные органы заключение о наличии признаков преднамеренного банкротства, основанное на двух указанных эпизодах. ФИО7 проведена работа по установлению признаков преднамеренного банкротства, обязанность фактически исполнена, соответственно, права и законные интересы должника, кредиторов и общества не нарушены. Кроме того, обстоятельства, положенные в основу заключения о наличии признаков преднамеренного банкротства также послужили основанием для обращения ФИО7 в суд с заявлением о привлечении контролирующих АО «НФТ» лиц к субсидиарной ответственности. Оспаривает вывод суда о том, что ФИО7 ненадлежащим образом проведен анализ сделок должника на возможность их оспаривания в рамках дела о банкротстве, поскольку заключение по итогам анализа сделок должника представлено в качестве приложения к отчету временного управляющего о результатах процедуры наблюдения. ФИО7 выявлено две сделки, подлежащие оспариванию. При этом анализ сделок в конкурсном производстве после получения документации должника, не является основанием для повторной подготовки заключения. Обращает внимание на то, что обращение в суд с заявлениями об оспаривании сделок должника, само по себе свидетельствует о проведении их анализа, анализ сделок после получения документации от бывшего руководителя, проведен. Анализ сделок, выводы об отсутствии оснований для оспаривания представлены 14.06.2022 в ходе рассмотрения жалоб в форме таблицы. По итогам анализа, отраженного в данной таблице, не выявлено ни одной сделки, помимо тех, которые уже были оспорены, обладающей пороком недействительности. Суд указал, что ФИО7 необходимо письменно раскрыть перед кредиторами анализ, в том числе сделок в виде перечислений со счета ООО «НФТ» за АО «НФТ» в пользу ООО «Меридиан-Строй» и ООО «Квадрига». Вместе с тем, как установлено ранее судами по аналогичным сделкам, совершенным в пользу ООО «Дока» и ООО «Камаэлектромонтаж», спорные сделки, не являются сделками должника. Фактически суд возлагает на ФИО7 обязанности конкурсного управляющего иного лица - ООО «НФТ», предлагая раскрыть перед кредиторами АО «НФТ» анализ деятельности иного лица. Приводит доводы, аналогичные доводам иных апеллянтов, относительно оценки судом действий арбитражного управляющего ФИО7 по продаже прав требований к ООО «17Н» (Болгария) и Джангсу Пенгфей Хайтай ФИО11 ЛТД (Китай). Комитету кредиторов АО «НФТ» было представлено обоснование необходимости реализации дебиторской задолженности ООО «17Н» и Джангсу с торгов, т.е. в этой части арбитражный управляющий действовал разумно и обоснованно. При этом данную позицию поддержал комитет кредиторов АО «НФТ», единогласно проголосовавший 01.04.2021 за реализацию прав требований к ООО «17Н» и Джангсу на торгах по номинальной цене (равной сумме требований к ООО «17Н» и Джангсу). Несогласному с решением комитета кредиторов отдельному кредитору ФИО3 было предложено представить финансирование на осуществление мероприятий по взысканию дебиторской задолженности в сумме 2, 7 руб., от ответа на запрос о финансировании подобных затрат ФИО3 уклонился. Таким образом, вывод суда о том, что управляющий не запрашивал у кредиторов финансирования на процедуру взыскания дебиторской задолженности, не соответствует действительности. Судом не учтены доводы управляющего о том, что решение о продаже было обоснованным, а совершение «комплекса» мероприятий по взысканию дебиторской задолженности потребует существенных финансовых затрат, при том, что взыскание задолженности с Джангсу и ООО «17Н» представляются маловероятным. Отмечает необоснованность взыскания с ФИО7 убытков в размере 378 774,94 руб., равных стоимости публикаций сообщений в ЕФРСБ и Коммерсантъ о реализации с электронных торгов дебиторской задолженности ООО «17Н» и Джангсу, поскольку ФИО7 был обязан принимать меры по реализации дебиторской задолженности во исполнение решений, принятых комитетом кредиторов АО «НФТ», соответственно, такие действия не могли и не причинили убытки должнику. Кроме того, оспаривает вывод суда о том, что конкурсным управляющим должника нарушен специальный порядок распределения денежных средств, вырученных от реализации предмета залога. Указывает, что оплата задолженности по обязательным платежам второй очереди за счет не заложенного имущества полностью соответствует требованиям Закона о банкротстве. Наоборот, совершение действия, которое суд первой инстанции посчитал надлежащим исполнением обязанностей (т.е. погашение задолженности по второй очереди за счет заложенного имущества, при наличии не заложенного имущества), свидетельствовало бы о нарушении арбитражным управляющим требований Закона о банкротстве. Отмечает, что делая вывод о необходимости погашения задолженности АО «НФТ» по второй очереди именно за счет залогового кредитора — ООО «Нефтесервис», суд не привлек такого кредитора к участию в деле, что в силу пп.4 п.4 ст.270 АПК РФ является бесспорным основанием для отмены решения арбитражного суда первой инстанции. Относительно последствий нарушения порядка распределения выручки от реализации предмета залога, выразившихся в несвоевременной уплате задолженности по земельному налогу (после подачи уполномоченным органом жалобы), подлежащего уплате за счет денежных средств, полученных от реализации залогового имущества, указывает, что просрочка оплаты суммы недоимки по земельному налогу проистекает не из бездействия конкурсного управляющего, а из неправомерных действий самого налогового органа, не желавшего признавать как факт оплаты земельного налога, так и действительный размер недоимки. Заявитель отмечает, при распределении выручки от реализации залогового имущества в соответствии с п.2 ст.138 Закона о банкротстве конкурсный управляющий руководствовался результатами сверки с налоговым органом. При этом, однако, несмотря на производимые конкурсным управляющим платежи, сумма недоимки АО «НФТ» по обязательным платежам второй очереди не уменьшалась, а конкурсным управляющим было установлено нарушение налоговым органом порядка удостоверения требований кредиторов, предусмотренного ст.5 и ст.134 Закона о банкротстве. В результате чего возникла переплата по страховым взносам на обязательное пенсионное страхование, которую налоговый орган в течение продолжительного промежутка времени признавать отказывался. Действительная же сумма недоимки АО «НФТ» по обязательным платежам второй очереди составляет значительно (в семь раз) менее суммы, вменяемой конкурсному управляющему согласно жалобы. При этом для погашения такой суммы у должника имеется достаточное количество иного имущество, на что прямо указано в п.2 ст.138 Закона о банкротстве и, следовательно, права налогового органа не нарушены. Относительно отстранения ФИО7 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего АО «НФТ», отмечает, что обязательным условием для отстранения арбитражного управляющего в связи с удовлетворением жалобы лица, участвующего в деле о банкротстве, является доказанность наличия убытков у должника либо его кредиторов или возможность причинения (возникновения) таковых, что в данном случае является недоказанным.

В апелляционной жалобе в качестве приложения поименованы таблица доводов ФИО7 в опровержение выводов суда относительно полноты и достоверности анализа финансового состояния АО «НФТ»; письменные пояснения от 27.09.2022; договор купли-продажи имущества №21/2021 от 05.08.2021; письмо от 21.09.2021г. о перечислении денежных средств на погашение второй очереди; ответ ООО «Нефтесервис» на письмо о перечислении денежных средств на погашение второй очереди.

От кредиторов ФИО15, ООО «Бакс-Технология», ФИО3, уполномоченного органа, третьего лица ООО СК «Арсенал» поступили отзыва на апелляционные жалобы.

Кредитор ФИО15 в отзыве считает определение суда от 12.10.2022 подлежащим отмене, жалобы уполномоченного органа, кредитора ФИО3, ООО «Технолог» на действия арбитражного управляющего не подлежащими удовлетворению. К отзыву приложены судебные акты по делу №А50-14786/2019.

Кредитор ООО «Бакс-Технология» в отзыве считает обоснованным выбор суда саморегулируемой организации арбитражных управляющих для назначения нового арбитражного управляющего должника наличием ситуации, вызывающей определённые сомнения, и «разумными» подозрениями. Заявляет об отсутствии взаимосвязи, заинтересованности или аффилированности по отношению к должнику, арбитражному управляющему ФИО7, СРО и иным арбитражным управляющим, указанным в оспариваемом судебном акте и просит исключить из мотивировочной части судебного акта соответствующие выводы суда первой инстанции.

Кредитор ФИО3, уполномоченный орган в отзывах просит апелляционные жалобы арбитражного управляющего ФИО7 и ААУ «Сибирский центр экспертов антикризисного управления» оставить без удовлетворения, производство по апелляционной жалобе ООО «Нефтесервис» прекратить, поскольку у ООО «Нефтесервис» право на обращения с настоящей жалобой отсутствует, определение суда от 12.10.2022 не принято о правах и обязанностях ООО «Нефтесервис», не создает для него каких-либо обязанностей либо препятствий.

Третье лицо ООО СК «Арсенал» в отзыве просит определение суд от 12.10.2022 отменить в обжалуемой части, апелляционные жалобы ФИО7, ААУ «СЦЭАУ» удовлетворить.

От ФИО7, ООО «Нефтесервис» поступили возражения на отзывы уполномоченного органа.

В возражениях ФИО7 на отзывы уполномоченного органа заявлено ходатайство о приобщении к материалам дела электронного письма о направлении в адрес фирмы из Болгарии (ООО «17Н») уведомление о расторжении договора с требованием о перечислении суммы долга (с переводом на Болгарский язык); отчета о доставке электронного письма; ответа ФИО7 обществу «Нефтесервис» от 21.07.2021 с доказательствам отправки.

От кредитора ФИО15 поступило ходатайство об отложении судебного заседания в целях ознакомления с материалами дела и формирования аргументированной позиции с учетом доводов уполномоченного органа.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.12.2022 судебное заседание отложено в порядке ст. 158 АПК РФ на 16.01.2022 в связи с необходимостью выяснения дополнительных обстоятельств по делу. Арбитражному управляющему ФИО7 предложено представить пояснения.

До судебного заседания от ФИО7 поступили пояснения к своей апелляционной жалобе (расчет); пояснения на возражения ФИО3, с приложением справки финансового директора АО «НФТ» ФИО8

От ААУ «СЦЭАУ» поступили дополнения к апелляционной жалобе, в которых указывает на нарушение судом первой инстанции порядка утверждения конкурсного управляющего, отсутствии обоснованных причин для отклонения кандидатуры ФИО13

От кредитора ФИО15 поступили дополнения к позиции, приведенной ранее.

От конкурсного управляющего должника ФИО12 поступили письменные пояснения по апелляционным жалобам, с анализом документов о правах требования АО «НФТ» дебиторской задолженности к резидентам иностранных организаций – Джангсу Пенгфей Хайтай ФИО11 ЛТД (Китай) и ООО «17Н» (Болгария). По мнению конкурсного управляющего, что несение указанной (общая сумма гонорарного и административного сбора для иска к Джангсу (Китай) в сумме 14 730 682,48 руб. составит 20 783 долларов США, что при текущем курсе 69,92 руб. к 1 доллару США составит 1 453 043, 45 руб.), существенной по своему размеру, суммы затрат на предъявление иска не является целесообразным, поскольку обстоятельства спора не гарантируют взыскание дебиторской задолженности с Джангсу (Китай) в полном объеме. В связи с этим, расходование конкурсной массы в столь большом размере можно расценить как необоснованное, причиняющее вред интересам конкурсных кредиторов должника. Кроме того, общая сумма затрат, которую АО «НФТ» необходимо понести для предъявления иска к ООО «17Н» (Болгария), составляет 1 518 953,64 руб. с учетом арбитражного сбора в размере 550 937,64 руб. и стоимости услуг за полное юридическое сопровождение в размере 968 016 руб. Считает, что несение указанных, существенных по своему размеру, сумм затрат на предъявление иска не является целесообразным по причине высокого риска реализации данной дебиторской задолженности в меньшем размере, а также что свидетельствует причинению вреда интересам конкурсных кредиторов должника. Просит рассмотреть спор с учетом изложенных доводов.

К пояснениям конкурсного управляющего ФИО12 приложено Коммерческое предложение от ФИО16

От ФИО7 поступило ходатайство об отложении судебного заседания с ходатайством об обязании конкурсного управляющего ФИО12 представить доказательства поступления средств в сумм 13 млн. руб. за счет АО НФТ» продажи имущества (Лот №2), а также доказательства погашения задолженности АО «НФТ» по обязательным платежам второй очереди.

         В судебном заседании от кредитора ФИО3 поступило ходатайство о приобщении пояснений в порядке ст. 81 АПК РФ, с приложением копии соглашения об оставлении ООО «Нефтесервис» имущества за собой №20/2021в порядке ст. 138 Закона о банкротстве от 05.08.2021, публикации сообщений №10135069 от 21.11.2022 о результатах проведения торгов и №9921642 от 24.10.2022 об отмене сообщения об объявлении торгов или сообщения о результатах торгов.

От ФНС поступило ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных документов (расчеты).

Представленные к апелляционным жалобам, отзывам и возражениям, а также в судебном заседании дополнительные документы приобщены к материалам дела в порядке ст. 159 АПК РФ.

При проверке законности и обоснованности обжалуемого судебного акта в порядке, предусмотренном ст.ст.266, 268 АПК РФ, судом апелляционной инстанции установлено, что имеются основания для перехода к рассмотрению настоящего спора по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, поскольку не привлечен судом первой инстанции к рассмотрению спора в качестве третьего лица ООО «Нефтесервис».

Арбитражный апелляционный суд определением от 16.01.2023 перешел к рассмотрению данного спора по правилам, установленным арбитражным процессуальным законодательством для рассмотрения дела в суде первой инстанции.

Определением суда к участию в рассмотрении обособленного спора в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Нефтесервис»; конкурсному управляющему ФИО12 предложено представить сведения о текущем состоянии расчетов и задолженности по 2 очереди реестра требований кредиторов; сведения о возможности полного погашения требований 2 очереди реестра требований кредиторов за счет денежных средств должника (конкурсной массы с учетом поступления денежных средств); рассмотрение дела назначено в судебном заседании арбитражного суда апелляционной инстанции на 13.02.2023.         

До начала судебного разбирательства от ААУ «СЦЭАУ», арбитражного управляющего  ФИО7, конкурсного управляющего должника ФИО12 поступили пояснения по заявленным требованиям.

В пояснениях ААУ «СЦЭАУ» возражает против заявленных требований ФИО3, уполномоченного органа, ООО «Технолог»; просит прекратить производство по жалобе ООО «Технолог» на действия конкурсного управляющего ФИО7; признать явку ФИО3 в судебное заседание обязательной, приложены дополнительные документы (в копиях): определение Арбитражного суда Пермского края от 23.12.2020 по делу №А50-14786/19; постановление Арбитражного суда Уральского округа от 08.07.2021 по делу №А50-14786/19; письмо от 25.08.2022 №08-20/11536@; зачет от 28.09.2022; письменное мнение уполномоченного органа от 21.06.2022.

Арбитражный управляющий  ФИО7 в пояснениях возражает против заявленных требований ФИО3, уполномоченного органа, ООО «Технолог»; просит приобщить к материалам дела копии заключения специалиста от 06.02.2023, письменных пояснений арбитражного управляющего ФИО7 от 27.09.2022.

Конкурсный управляющий должника ФИО12 в пояснениях приводит сведения о текущем состоянии расчетов и задолженности по 2 очереди реестра требований кредиторов; сведения о возможности полного погашения требований 2 очереди реестра требований кредиторов за счет денежных средств должника (конкурсной массы с учетом поступления денежных средств). Указывает, что поскольку требования во второй очереди реестра требований кредиторов и задолженности по текущим платежам превышают остаток денежных средств должника, имеющихся на расчетном счете, конкурсный управляющий сообщает о невозможности полного погашения требований 2 очереди реестра требований кредиторов за счет денежных средств должника (конкурсной массы с учетом поступления денежных средств). Руководствуясь представленными сведениями, конкурсный управляющий направил на исполнение платежные поручения для погашения текущей задолженности перед налоговым органом. 

В суде апелляционной инстанции представители уполномоченного органа и кредитора ФИО3 доводы своих заявлений поддержали по основаниям, изложенным в первоначальных заявлениях и письменных пояснениях, представленных суду апелляционной инстанции.

Представители ААУ «СЦЭАУ», ООО «Нефтесервис», арбитражный управляющий ФИО7 возражали против доводов заявлений ФИО3, уполномоченного органа, ООО «Технолог» по основаниям, изложенным ранее в апелляционных жалобах и письменных объяснениях.   

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, представителей в заседание суда  апелляционной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 ст. 156 АПК РФ не является препятствием к рассмотрению настоящего обособленного спора. 

В силу части 6.1 статьи 268 АПК РФ при наличии оснований, предусмотренных частью 4 статьи 270 Кодекса, арбитражный суд апелляционной инстанции рассматривает дело по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, в срок, не превышающий трех месяцев со дня поступления апелляционной жалобы вместе с делом в арбитражный суд апелляционной инстанции. О переходе к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции выносится определение с указанием действий лиц, участвующих в деле, и сроков осуществления этих действий.

На отмену решения арбитражного суда первой инстанции указывается в постановлении, принимаемом арбитражным судом апелляционной инстанции по результатам рассмотрения апелляционной жалобы.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 №12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» о переходе к рассмотрению дела по правилам, установленным АПК РФ для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, на основании части 6.1 ст. 268 АПК РФ арбитражный суд апелляционной инстанции выносит определение. Возражения в отношении данного определения в силу частей 1, 2 ст. 188 Кодекса могут быть заявлены только при обжаловании судебного акта, которым завершается рассмотрение дела в арбитражном суде апелляционной инстанции.

По результатам рассмотрения дела арбитражный суд апелляционной инстанции согласно пункту 2 статьи 269 АПК РФ выносит постановление, которым отменяет судебный акт первой инстанции с указанием обстоятельств, послуживших основаниями для отмены судебного акта (часть 4 статьи 270 Кодекса), и принимает новый судебный акт. Содержание постановления должно соответствовать требованиям, определенным статьями 170 и 271 Кодекса.

Изучив материалы дела, выслушав в судебном заседании участников процесса, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам. 

Дела о несостоятельности (банкротстве) юридических лиц и граждан в силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела, арбитражный управляющий ФИО7 в настоящем деле о банкротстве АО «НФТ» в период с 16.10.2019 по 03.07.2020 исполнял обязанности временного управляющего должника, в период с 03.07.2020 по 06.10.2022 – обязанности конкурсного управляющего должника.

С позиции кредитора ФИО3, уполномоченного органа, ООО «Технолог», арбитражным управляющим был допущен ряд нарушений при исполнении им обязанностей в процедурах банкротства АО «НФТ».

В обоснование жалобы кредитором ФИО3 указано на ненадлежащее исполнение обязанностей конкурного управляющего ФИО7 выразившихся в не проведении анализа и неоспаривании сделок по преимущественному погашению требований ООО «Меридиан-Строй» на общую сумму 30 434 450,04 руб., из которых 24 242 203,75 руб. по договору №18/09/18 от 18.09.2018 и 6 192 246,29 руб. по договору №13/08/2018, совершенных ООО «НФТ» за счет денежных средств АО «НФТ»; не проведении анализа и неоспаривании сделок по преимущественному погашению требований ООО «Квадрига» на общую сумму 14 356 980 руб., из которых 4 236 348,22 руб. по договору №НФТ-2/9/18 от 27.09.2018 и 10 120 631,78 руб. по договору №193/18 от 17.08.2018, совершенных ООО «НФТ» за счет денежных средств АО «НФТ»; в уклонении и не осуществлении всего комплекса мер по взысканию задолженности с ООО «17Н» в сумме 17 335 742,23 руб.;  уклонении и не осуществлении всего комплекса мер по взысканию дебиторской задолженности либо истребованию товарно-материальных ценностей с Джагсу Пенгфей Хайтай ФИО11 ЛТД в сумме 14 730 682,48 руб.; не проведении анализа сделок и действий, связанных и обусловивших недополучение должником выручки от реализации производимой продукции, вывод денежных средств на аффилированные лица, не отражение результатов анализа в заключении о наличие либо отсутствии признаков преднамеренного банкротства. Просит взыскать с конкурсного управляющего АО «НФТ» ФИО7 убытки в конкурсную массу АО «Новые фитинговые технологии» в сумме 76 857 854,75 руб. (с учетом уточнения, принятого судом в порядке ст. 49 АПК РФ).

ООО «Технолог» в жалобе просит признать незаконными действия конкурсного управляющего, выразившиеся в подаче заведомо необоснованных заявлений о признании сделок АО «НФТ» недействительными, уклонении от расчетов с кредиторами, резервировании необоснованной суммы на выплату процентов по вознаграждению конкурсного управляющего; отстранить ФИО7 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего АО «НФТ». Определением суда от 07.04.2022 жалоба принята к рассмотрению. С учётом возможности непринятия собранием кредиторов решения о выборе иного арбитражного управляющего или иной саморегулируемой организации арбитражных управляющих, суд обязал Ассоциацию арбитражных управляющих «Сибирский Центр Антикризисного Управления».

Уполномоченный орган в лице УФНС России  по Пермскому краю  в жалобе просит признать незаконными действия (бездействие) конкурсного управляющего АО «НФТ» ФИО7, выразившиеся в непринятии мер по проведению надлежащего анализа финансово-хозяйственной деятельности и заключения о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и (или) преднамеренного банкротства; в непринятии мер по проведению надлежащего анализа сделок должника и оспариванию сделок должника; в нарушении порядка распределения выручки от реализации предмета залога, выразившегося:  в удовлетворении требований залогового кредитора в размере, превышающем 80% стоимости залогового имущества; в нарушении прав кредиторов по текущим требованиям, в том числе уполномоченного органа, так как задолженность по НДФЛ, подлежащая уплате конкурсным управляющим за счет денежных средств, полученных от реализации залогового имущества, оплачена с основного счета должника за счет конкурсной массы; в несвоевременной уплате задолженности по земельному налогу (после подачи уполномоченным органом жалобы), подлежащего уплате за счет денежных средств, полученных от реализации залогового имущества.

Основной круг обязанностей (полномочий) арбитражного управляющего (в процедурах наблюдения и конкурсного производства) определен в статьях 67, 129 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий арбитражного управляющего незаконными и отстранения его от возложенных на него обязанностей.

Как следует из статьи 2 Закона о банкротстве конкурсный управляющий - арбитражный управляющий, утвержденный арбитражным судом для проведения конкурсного производства и осуществления иных установленных настоящим Федеральным законом полномочий.

В силу пункта 1 статьи 20 Закона о банкротстве арбитражный управляющий является субъектом профессиональной деятельности и осуществляет регулируемую названным Законом профессиональную деятельность.

В соответствии с пунктом 1 статьи 60 Закона о банкротстве заявления и ходатайства арбитражного управляющего, в том числе о разногласиях, возникших между ним и кредиторами, а в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, между ним и должником, жалобы кредиторов о нарушении их прав и законных интересов рассматриваются в заседании арбитражного суда в рамках дела о банкротстве должника не позднее чем через месяц с даты получения указанных заявлений, ходатайств и жалоб, если иное не установлено настоящим Федеральным законом.

По смыслу приведенной нормы, кредиторам предоставлена возможность защиты своих прав и законных интересов путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего в целях урегулирования разногласий и восстановления нарушенных прав.

При этом, из буквального толкования нормы статьи 60 Закона о банкротстве следует, что правовым основанием для удовлетворения жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего является одновременное установление факта несоответствия конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего требованиям закона и нарушение вследствие совершения таких действий (допущения бездействий) прав и законных интересов кредиторов.

Арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» требования кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве), могут быть предъявлены и рассмотрены в рамках дела о банкротстве.

Таким образом, в силу положений статьи 65 АПК РФ доказыванию по делу подлежат неисполнение (ненадлежащее исполнение) конкурсным управляющим своих обязанностей, наличие убытков (реальная возможность несения убытков) должника или кредиторов вследствие таких действий, а также факт нарушения прав и интересов заявителя жалобы.

В силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника кредиторов и общества.

Уполномоченный орган, кредитор указывали на непринятие мер по проведению надлежащего анализа финансово-хозяйственной деятельности, составления им заключения о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства, а также неосуществление конкурсным управляющий надлежащего анализа сделок, в том числе анализа деятельности  всей группы компаний, в которую входит должник, действий контролирующих и аффилированных лиц, бизнес-модели, обстоятельств формирования центра прибыли и центра убытков.

Согласно абзацам 3, 9 пункта 2 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий в деле о банкротстве обязан: анализировать финансовое состояние должника и результаты его финансовой, хозяйственной и инвестиционной деятельности; выявлять признаки преднамеренного и фиктивного банкротства в порядке, установленном федеральными стандартами, и сообщать о них лицам, участвующим в деле о банкротстве, в саморегулируемую организацию, членом которой является арбитражный управляющий, собранию кредиторов и в органы, к компетенции которых относятся возбуждение дел об административных правонарушениях и рассмотрение сообщений о преступлениях;

Абзацем 3 пункта 1 статьи 67 Закона о банкротстве также предусмотрено, что временный управляющий обязан проводить анализ финансового состояния должника.

Анализ финансового состояния должника проводится в целях определения достаточности принадлежащего должнику имущества для покрытия расходов в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражным управляющим, а также в целях определения возможности или невозможности восстановления платежеспособности должника в порядке и в сроки, которые установлены настоящим Федеральным законом (пункт 1 статьи 70 Закона о банкротстве).

Временный управляющий на основе анализа финансового состояния должника, в том числе результатов инвентаризации имущества должника при их наличии, анализа документов, удостоверяющих государственную регистрацию прав собственности, осуществляет обоснование возможности или невозможности восстановления платежеспособности должника, обоснование целесообразности введения последующих применяемых в деле о банкротстве процедур (пункт 3 названной статьи).

Порядок проведения анализа финансового состояния должника и требования к его содержанию определены Правилами проведения анализа арбитражным управляющим финансового анализа, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 25.06.2003 №367 (далее – Правила).

Согласно подпункту «д» пункта 6 названных правил в документах, содержащих анализ финансового состояния должника, указываются, в том числе, коэффициенты финансово-хозяйственной деятельности должника и показатели, используемые для их расчета, согласно приложению №1, рассчитанные поквартально не менее чем за 2-летний период, предшествующий возбуждению производства по делу о несостоятельности (банкротстве), а также за период проведения процедур банкротства в отношении должника, и динамика их изменения.

Из материалов дела следует, что анализ финансового состояния должника проведен временным управляющим ФИО7 09.01.2020, составлено заключение о невозможности проведения проверки наличия признаков преднамеренного банкротства и отсутствии оснований для проверки наличия признаков фиктивного банкротства должника.

Как указывает кредитор ФИО3, анализ ограничен периодом 01.01.2019, период процедуры наблюдения не проанализирован.

Согласно пункту 1 Правил проведения арбитражным управляющим финансового анализа при проведении финансового анализа арбитражный управляющий анализирует финансовое состояние должника на дату проведения анализа, его финансовую, хозяйственную и инвестиционную деятельность, положение на товарных и иных рынках.

Таким образом, дата 01.01.2019 является не датой, которой ограничено проведение финансового анализа, а датой, на которую сформированы коэффициенты, характеризующие финансовое положение должника исходя из бухгалтерской отчетности АО «НФТ».

При этом бухгалтерская отчетность, на основании которой формируются коэффициенты, учитывается за весь исследуемый период вплоть до последней отчетной даты до момента возбуждения дела о банкротстве (в настоящем случае дата возбуждения дела – 12.09.2019).

Данные бухгалтерской отчетности влияли на формирование коэффициентов, при этом при проведении анализа управляющим учитывались документы и сведения о деятельности АО «НФТ» в 2019 г.

Так, временным управляющим должника были направлены запросы в регистрирующие органы с целью получения информации в отношении имущества должника.

Определением от 23.10.2019 при введении наблюдения суд указал руководителю должника на обязанность предоставления временному управляющему в пятнадцатидневный срок перечня имущества должника, в том числе имущественных прав, а также копий бухгалтерских и иных документов, отражающих экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения для проведения финансового анализа.

Кроме того, управляющий 05.08.2020 (в процедуре конкурсного производства) обратился в арбитражный суд с ходатайством об истребовании у ФИО8 бухгалтерской и иной документации должника. В рамках рассмотрения соответствующего обособленного спора установлено, что ФИО8 переданы документы по акту приема-передачи, определением суда от 11.12.2020 отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего АО «НФТ» об истребовании документов (договоров о передаче должнику векселей на сумму 1,2 млрд. рублей, заключенные со следующими лицами: Битарес Менеджмент Лимитид; Фисом Холдингс Лимитид; Эрсгейт Файнэнс Лимитид; простые векселя суммарной номинальной стоимостью 1,2 млрд. рублей, принадлежащие АО «НФТ»), при этом ФИО8 даны письменные пояснения относительно тех документов и сведений, которые не переданы им конкурсному управляющему – указав, что данные сведения предоставить не может ввиду их отсутствия.

Таким образом, при проведении анализа финансового состояния АО «НФТ» ФИО7 по итогам процедуры наблюдения исходил из того объема сведений, который имелся в его распоряжении (ответы на запросы, пояснения должника и т.п.) в процедуре наблюдения.

По итогам анализа финансового состояния должника временный управляющий пришел к выводу о невозможности восстановления платежеспособности должника, целесообразности введения процедуры конкурсного производства ввиду того, что финансовое состояние должника отвечает всем признакам несостоятельности (банкротстве) и о наличии достаточного для финансирования расходов по делу о банкротстве имуществе должника.

Указанные выводы были учтены судом при рассмотрении отчета временного управляющего и отражены в решении от 02.07.2020, должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурного производства.  

ФИО7 также представлено в суд заключение о невозможности проведения проверки наличия признаков преднамеренного банкротства, и отсутствии оснований для проверки наличия признаков фиктивного банкротства в качестве приложения к отчету о результатах наблюдения.

В представленном первому собранию кредиторов и суду заключении сделаны выводы о невозможности проведения проверки наличия (отсутствия) признаков преднамеренного банкротства АО «НФТ» в процедуре наблюдения (поскольку в распоряжении временного управляющего не имелось достаточных сведений для проведения проверки); об отсутствии оснований для проведения проверки наличия признаков фиктивного банкротства (поскольку заявителем по делу является не АО «НФТ»).

Порядок проведения арбитражным управляющим проверки наличия признаков фиктивного и преднамеренного банкротства установлен Временными правилами проверки арбитражным управляющим наличия признаков фиктивного и преднамеренного банкротства, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 №855 (далее - Временные правила).

В силу пункта 5 Временных правил, признаки преднамеренного банкротства выявляются как в течение периода, предшествующего возбуждению дела о банкротстве, так и в ходе процедур банкротства.

В соответствии с пунктами 6, 7 раздела 2 Временных правил выявление признаков преднамеренного банкротства осуществляется в два этапа. На первом этапе проводится анализ значений и динамики коэффициентов, характеризующих платежеспособность должника рассчитанных за исследуемый период в соответствии с Правилами проведения финансового анализа. В случае установления на первом этапе существенного ухудшения значений двух и более коэффициентов проводится второй этап выявления признаков преднамеренного банкротства должника, который заключается в анализе сделок должника и действий органов управления должника за исследуемый период, которые могли быть причиной такого ухудшения. В ходе анализа сделок должника устанавливается соответствие сделок и действий (бездействие) органов управления должника законодательству Российской Федерации, а также выявляются сделки, заключенные или исполненные на условиях, не соответствующих рыночным условиям, послужившие причиной возникновения или увеличения неплатежеспособности и причинившие реальный ущерб должнику в денежной форме (пункт 8 Временных правил).

Доводы о ненадлежащем проведении арбитражным управляющим ФИО7 проверки признаков преднамеренного банкротства не могут быть признаны обоснованными.

Арбитражным управляющим дважды проводилась проверка указанных признаков: в процедуре наблюдения, где были выявлены периоды ухудшения финансового состояния общества, но не были выявлены сделки, являющиеся причиной такого ухудшения; в процедуре конкурсного производства, где были выявлены сделки и действия, свидетельствующие о наличии признаков преднамеренного банкротства.

В заключении от 19.02.2020 ФИО7 было указано на то, что в результате проведенного анализа сделок АО «НФТ» за указанный период не были выявлены сделки и действия (бездействие) органов управления АО «НФТ», не соответствующие законодательству Российской Федерации. Кроме того, не были выявлены сделки, заключенные или исполненные на условиях, не соответствующих рыночным условиям, что послужило причиной возникновения или увеличения неплатежеспособности АО «НФТ» и причинило АО «НФТ» реальный ущерб в денежной форме.

При этом анализ сделок проводился исходя исключительно из той информации, полученной от должника и регистрирующих государственных органов, в силу определенной специфики процедуры банкротства - наблюдение, иных сведений в распоряжении временного управляющего не имелось.

Заявителями указано, что в анализе финансового состояния не отражены следующие сведения: выписки по счетам должника (в наблюдении должником не представлены), сведения о составе активов должника, в том числе о дебиторской задолженности кипрских акционеров 1,2 млрд. руб., которая имела формальное отражение в бухгалтерском балансе АО «НФТ».

Однако данные сведения получены ФИО7 в процедуре конкурсного производства, по этой причине, они не могли быть отражены в анализе финансового состояния, проведенном в процедуре наблюдения.

Установление такого рода сведений влечет иные процессуальные действия: оспаривание сделок должника (на основе выписок), привлечение контролирующих лиц к субсидиарной ответственности (по факту фиктивного отражения актива на сумму 1,2 млрд. рублей).

В ходе процедуры конкурсного производства арбитражный управляющий, получив информацию о сделках и действиях, указывающих на наличие признаков преднамеренного банкротства АО «НФТ» 18.02.2022 повторно подготовил соответствующее заключение, направил его в правоохранительные органы.

Доводы жалоб о несвоевременной подготовке соответствующего заключения о преднамеренном банкротстве в конкурсном производстве не свидетельствуют о его ненадлежащем проведении. Более того, в отличии от процедуры наблюдения в конкурсном производстве сроков для подготовки заключения по итогам проверки наличия признаков преднамеренного банкротства Закон о банкротстве не содержит.

ФИО7 в возражение по доводам заявителей жалоб о том, что подготовка управляющим заключения о преднамеренном банкротстве и его обращение в правоохранительные органы связаны с подачей жалобы на его действия (бездействия) приведены обоснованные доводы о том, что указанные причины связаны с ожиданием принятия судом кассационной инстанции судебного акта в подтверждение обоснованности одного из ключевых доводов о наличии признаков преднамеренного банкротства (результаты оспоренной им сделки).

Так, судами было установлено перечисление денежных средств ООО «НФТ» по фиктивному договору поставки №148/17 от 03.07.2017. 

Кроме того, на дату подготовки заключения у ФИО7 не имелось сведений о том, что активы должника в виде векселей указанных выше компаний на сумму 1,2 млрд. рублей фактически отсутствуют, данный факт установлен в процедуре конкурсного производства (пояснительная записка ФИО8, определение от 11.12.2020).

ФИО7 было подготовлено и направлено в ОБЭП ОМВД России по Чайковскому городскому округу заключение о наличии признаков преднамеренного банкротства должника от 18.05.2022, основанное на двух указанных эпизодах.

Из пояснений ФИО7 следует, что вероятность отмены судебных актов повлекла бы необоснованность выводов, указанных в заключении, за предъявление которых заявитель несет уголовную ответственность, предусмотренную статьей 306 УК РФ.

Таким образом, ФИО7 проведена работа по установлению признаков преднамеренного банкротства, обязанность фактически исполнена, соответственно, права и законные интересы должника, кредиторов и должника не нарушены.

Кроме того, обстоятельства, положенные в основу заключения о наличии признаков преднамеренного банкротства также послужили основанием для обращения ФИО7 в суд с заявлением о привлечении контролирующих АО «НФТ» лиц к субсидиарной ответственности.

Соответственно, правовые последствия вследствие исполнения конкурсным управляющим обязанности по установлению признаков преднамеренного банкротства, наступили, сделка должника, положенная в основу заключения, конкурсным управляющим оспорена, а в рамках дела о банкротстве уже было предъявлено заявление о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

При этом указанные обстоятельства, ввиду вышеизложенного, не могли быть отражены ранее в анализе финансово-хозяйственной деятельности должника, и в первоначальном заключении о наличии (отсутствии) признаков фиктивного (преднамеренного) банкротства. 

Кредитором ФИО17 представлена рецензия на анализ финансового состояния должника, составленный управляющим ФИО7, из которой следует, что установлены нарушения проведения анализа финансового состояния должника: не проведен анализ хозяйственной деятельности должника; не проанализированы и не даны выводы относительно причин утраты платежеспособности должника.

Согласно подпункту «е» пункта 6 Правил №367 в документах, содержащих анализ финансового состояния должника, указываются в том числе причины утраты платежеспособности с учетом динамики изменения коэффициентов финансово-хозяйственной деятельности.

Таблица динамики коэффициентов отражены на стр. 5-18 анализа финансового состояния, изложены суждение и анализ управляющего во исполнение указанных требований, выводы указаны на стр. 22,27,30.

Согласно подпункту «ж» пункта 6 Правил №367 в документах, содержащих анализ финансового состояния должника, указываются, в том числе результаты анализа хозяйственной, инвестиционной и финансовой деятельности должника, его положения на товарных и иных рынках.

Соответствующее суждение и выводы содержатся на стр. 32-60 анализа финансового состояния должника. 

Согласно подпункту «з» пункта 6 Правил №367 в документах, содержащих анализ финансового состояния должника, указываются, в том числе результаты анализа активов и пассивов должника.

Соответствующее суждение отражено в анализе финансового состояния должника на стр. 60-81.

В анализе финансового состоянии должника на стр. 60-81 содержится анализ внеоборотных и оборотных активов, по отражению характеристик имущества, составляющего указанные активы, степени износа основных средств, эффективности и целесообразности финансовых вложений, дебиторской задолженности (задолженность трех дебиторов, являющихся юридическими лицами, учрежденными в соответствии с законодательством Республики Кипр, в размере 1,2 млрд. руб.; задолженности аффилированного с должником ООО «НФТ» в размере 166 млн. руб.), в отношении которой арбитражным управляющим указано, что востребование данной дебиторской задолженности представляется малореальным, поскольку взыскание долга с кипрских организаций потребует работы в иностранной юрисдикции, а в отношении ООО «НФТ» возбуждено дело о банкротстве. Остальная дебиторская задолженность, составляющая 153 млн. рублей, распределена между 78 дебиторами (юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями).

Относительно причин наступления неплатежеспособности управляющий указывал, что должник стал неплатежеспособным ввиду отсутствия достаточного количества контрактов и невозможности обеспечить погашение задолженности порядка 4 млрд. рублей и использовании заемного финансирования.

Из материалов дела следует, что должник осуществлял предпринимательскую деятельность по производству продукции для газо- и нефтепромышленности. Деятельность должна была осуществляться на основании согласованного бизнес-плана. Фактически АО «НФТ» действовало в составе группы компаний, функционал которой был четким образом разграничен. В частности, реализация производимой продукции осуществлялась через аффилированные торговые компании - сначала ЗАО «РПТР», затем ООО «НФТ», которые заключали контракты с конечными покупателями.

Сделанные в результате анализа выводы являются субъективной оценкой арбитражного управляющего как специалиста в указанной области, несогласие с которой о неисполнении арбитражным управляющим его обязанностей в рамках дела о банкротстве не свидетельствует.

ФИО7 на стадии апелляционного производства представлено заключение специалиста от 06.02.2023 на рецензию, выполненную ФИО14 на финансовый анализ должника АО «НФТ» выполненный временным управляющим ФИО7 по делу о банкротстве №А50-14786/2019, согласно которому вопросы, поставленные перед рецензентом, содержат общий и по большей части правовой оценочный характер; выводы, сделанные в исследовательской части, в большинстве своем, не содержат причинно-следственной связи (неправильно, потому что нарушен конкретный пункт, конкретного документа), а имеют общий характер утверждений и высказываний личного мнения, что неприемлемо для документа, используемого в судопроизводстве. 

Суд апелляционной инстанции отмечает, что заключение, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со статьей 89 АПК РФ (пункт 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 №23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе»).

Представленная кредитором рецензия на финансовый анализ должника принята судом апелляционной инстанций в качестве документального обоснования доводов жалобы кредитора и наряду с другими, представленными участниками обособленного спора документами, в том числе с заключением специалиста на указанную рецензию.

Анализ финансового состояния должника является лишь одним из доказательств по делу, не обладающим заранее установленной силы, в связи с чем, в ходе дальнейшего рассмотрения дела о банкротства и (или) обособленных споров он подлежит исследованию судом наряду с иными доказательствами по делу (части 4, 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судом апелляционной инстанции установлено, что анализ финансового состояния должника подготовлен временным управляющим в соответствии с требованиями Правил проведения финансового анализа, в условиях отсутствия полного доступа к документам должника, и отражает представление о финансовом состоянии должника - о невозможности восстановления его платежеспособности, которое не опровергается выводами, изложенными в исследовании, представленном кредитором ФИО3

Таким образом, материалами дела подтверждается, что временный управляющий надлежаще исполнил обязанности по проведению анализа финансового состояния должника, в то время как надлежащие и достаточные доказательства обратного, и доказательства сокрытия управляющим или наличия в распоряжении заявителя документов, использование которых при проведении финансового анализа повлекло бы за собой иные выводы, нежели изложены в представленном суду анализе, не представлены, какие-либо конкретные информация и факты, которые могли бы повлиять на итоговые выводы временного управляющего, заявителем не приведены и их наличие не доказано.

Помимо изложенного, по результатам исследования и оценки доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, при принятии решения о введении в отношении должника конкурсного производства кредиторы исходили не только из представленных управляющим документов, включая спорный анализ финансового состояния должника, но и руководствовались не погашением долгов перед ними за весь период наблюдения, продолжение хозяйственной деятельности должника не представляется возможным.

Следует также отметить, что решением арбитражного суда от 03.07.2020 должник признан банкротом и в отношении него открыто конкурсное производство, которое неоднократно продлевалось судом, по настоящее время наличие оснований для перехода к другой процедуре банкротства не установлено.

Выводы, сделанные в анализе финансового состояния, нашли свое подтверждение в ходе процедуры конкурсного производства, в частности, попыток заключить мировое соглашение не предпринималось, предложений о выполнении работ по основному виду деятельности или предложений об аренде оборудования АО «НФТ» сделано конкурсному управляющему не было, а реализация имущества показала недостаточность активов для расчета со всеми кредиторами АО «НФТ».

 

Обращаясь в арбитражный суд с настоящей жалобой кредитор, ФНС России в качестве оснований заявленных требований указали, в том числе, на ненадлежащее проведение конкурсным управляющим ФИО7 анализа сделок должника, в том числе к ООО «Меридиан-Строй» и ООО «Квадрига».

Целью конкурсного производства является соразмерное удовлетворение требований кредиторов за счет конкурсной массы. Для выполнения данной задачи Закон вменяет и предоставляет конкурсному управляющему (статья 129 Закона о банкротстве) право подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применений последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

В силу статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Из разъяснений данных в пункте 31 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 следует, что в силу статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 может быть подано арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Судам следует иметь в виду, что право арбитражного управляющего подать такое заявление не зависит от наличия решения собрания кредиторов; арбитражный управляющий также вправе подать его и в случае, если по вынесенному на рассмотрение собрания кредиторов вопросу об оспаривании сделки не будет принято положительное решение.

В случае уклонения или отказа арбитражного управляющего от выполнения решения собрания (комитета) кредиторов об оспаривании конкретной сделки конкурсный кредитор либо уполномоченный орган вправе в порядке статьи 60 Закона о банкротстве обратиться в суд с жалобой на бездействие (отказ) арбитражного управляющего; признание этого бездействия (отказа) незаконным может являться основанием для отстранения арбитражного управляющего.

Отдельный кредитор или уполномоченный орган вправе также обращаться к арбитражному управляющему с предложением об оспаривании управляющим сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве; в случае отказа или бездействия управляющего этот кредитор или уполномоченный орган также вправе в порядке статьи 60 Закона о банкротстве обратиться в суд с жалобой на отказ или бездействие арбитражного управляющего; признание этого бездействия (отказа) незаконным может являться основанием для отстранения арбитражного управляющего. Кредитор, обращающийся к арбитражному управляющему с предложением об оспаривании сделки, должен обосновать наличие совокупности обстоятельств, составляющих предусмотренное законом основание недействительности, применительно к указанной им сделке.

Кредитор,  полагая, что спорные сделки в отношении ООО «Меридиан-Строй» и ООО «Квадрига» представляют из себя безналичные платежи ООО «НФТ» по письмам должника и за должника, сведения о которых имеются в соответствующих банковских учреждениях, а также с учетом времени, необходимого добросовестному управляющему для направления необходимых запросов, получения соответствующих банковских и иных документов должника, их анализа и предъявления требований об оспаривании таких безналичных платежей по основаниям статьи 61.3 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий должен был обратиться с соответствующим заявлением.

Возражая относительно вменяемых нарушений, выразившихся в не проведении анализа сделок, а также не оспаривании сделок по преимущественному удовлетворению требований ООО «Меридиан-Строй» и ООО «Квадрига», конкурсный управляющий ФИО7 ссылается на отсутствие оснований для их оспаривания, поскольку сделки не являются сделками должника и совершенными за счет имущества должника.

При этом конкурсный управляющий указал на оспаривание им иных  сделок должника, в  заключении по итогам проверки наличия основания для оспаривания сделок АО «НФТ» от 19.02.2020, им было выявлено и рассмотрено две сделки, заключенных должником  с ООО «Яргазарматура», Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №18 по основаниям п.2 ст.61.3 Закона о банкротстве.

Из материалов дела усматривается, что анализ сделок должника был проведен ФИО7 в процедуре наблюдения и представлен собранию кредиторов должника.

Однако, документы и информация о хозяйственной деятельности должника, как указано выше, были переданы конкурсному управляющему ФИО7 бывшим руководителем должника только в процедуре конкурсного производства (декабрь 2020 года).

Заявители в жалобах указывают на отсутствие доказательств, свидетельствующих о том, что после получения от бывшего руководителя должника документов и информации о хозяйственной деятельности АО «НФТ»  конкурсным управляющим проведен анализ сделок на предмет наличия/отсутствие основания для их оспаривания.

Вместе с тем, заключение, в условиях не передачи документов в полном объеме руководителем должника, может содержать не все сделки должника, обладающие пороком недействительности, что, в свою очередь, не является препятствием для их оспаривания или установления ничтожности при последующем выявлении.

ФИО7 в ходе рассмотрения настоящей жалобы (14.06.2022) были представлены в табличном виде выводы об отсутствии оснований для их оспаривания.

Конкурсным управляющим ФИО7 проанализированы сделки должника с учетом требований предусмотренных временными Правилами №855, заключение по итогам анализа сделок должника представлено в качестве приложения к отчету временного управляющего о результатах процедуры наблюдения (сопроводительное письмо от 05.03.2020) содержит суждение о сделках должника.

Вместе с тем, анализ сделок в конкурсном производстве после получения документации должника, не является основанием для повторной подготовки заключения.

В рамках настоящего дела о банкротстве судом был рассмотрен ряд заявлений ФИО7 об оспаривании сделок должника. 

Несогласие отдельного кредитора с выводами конкурсного управляющего, в том числе относительно сделок, которые были проверены судом по заявлениям конкурсного управляющего, не свидетельствует само по себе о бездействии или недобросовестности действий конкурсного управляющего.

Относительно доводов жалоб в части не оспаривания конкурсным управляющим сделок должника, заключенных с  ООО «Меридиан-Строй» и ООО «Квадрига», конкурсный управляющий указывал, что при анализе сделок в отношении указанных контрагентов, взаимоотношения между сторонами  согласуются с видом деятельности должника:

- установлена гражданско-правовая природа договоров АО «НФТ» с ООО «Квадрига» и ООО «Меридиан-Строй», в первом случае перевозка (транспортировка товара АО «НФТ» покупателю), во втором – оказание услуг (нанесение на продукцию АО «НФТ» антикоррозийного покрытия);

- оплата услуг данных компаний осуществлена в период, когда АО «НФТ» вело производство (март-апрель 2019 года);

- такого рода денежные операции осуществлялись регулярно, согласно письма АО «НФТ» производились оплаты да должника ООО «НФТ» (поскольку счет АО «НФТ»  был арестован -2019 год).

- платежи в порядке пункте 3 статьи 61.3. Закона о банкротстве могут быть оспорены только при условии наличия доказательств осведомленности ООО «Квадрига» и ООО «Меридиан-Строй» о наличии у АО «НФТ» признаков неплатежеспособности.

Конкурсный управляющий указывает, что в настоящий момент имеются вступившие в силу судебные акты, содержащие в себе прямое указание на то, что все операции по счетам ООО «НФТ» не являются сделками АО «НФТ» и не могут быть оспорены в рамках настоящего дела о банкротстве.

Из материалов дела следует, что писем кредиторов, за исключением ООО «Дока» по оспариванию сделок к обществу «Камаэлеткромонтаж», с требованием о принятии мер по оспариванию сделок должника, в том числе заключенных между должником и ООО «Меридиан-Строй» или ООО «Квадрига», конкурсному управляющему не поступало. Доказательств обратного суду не представлено (ст.65 АПК РФ).

При этом правом самостоятельного оспаривания сделки должника, заключенной с ООО «Меридиан-Строй» и ООО «Квадрига» кредитор не воспользовался.

Суд находит обоснованными доводы конкурсного управляющего об обстоятельствах совершения спорных сделок и об отсутствии всех необходимых и достаточных оснований для их оспаривания конкурсным управляющим по основаниям п.3 статьи 63.3 закона о банкротстве в отношении ООО «Меридиан-Строй» и ООО «Квадрига», в связи с чем не усматривает  в действиях (бездействии) конкурсного управляющего ненадлежащего исполнения им обязанностей конкурсного управляющего и нарушении прав кредиторов и должника в указанной части.

Кредитором не представлено безусловных доказательств того, что,  действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота  осмотрительность, ООО «Меридиан-Строй» и ООО «Квадрига» должны установить наличие обстоятельств, свидетельствующих о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Судом принято во внимание, что в рамках заявления о признании сделки должника недействительной  к ООО «Технолог», ООО «НФТ» кредиторам определением суда от 28.06.2022 было предложено представить позицию по заявлению конкурсного управляющего об отказе от заявления о признании сделки недействительной к ответчику ООО «Технолог», применении последствий ее недействительности, а также предложено произвести замену инициатора обособленного спора. Вместе  с тем, ни один из кредиторов заилений, ходатайств, правовую позицию суду не представил. 

В связи с тем, что кредитор самостоятельно несет свои риски (статьи 1, 2, 9 ГК РФ), ненадлежащая реализация заявителем указанного права не свидетельствует о нарушении его прав.

ООО «Технолог» было заявлено о необоснованном обращении конкурсным управляющим в суд с требованием по оспариванию сделок в отношении работников, процессуальном поведении конкурсного управляющего.

Арбитражный управляющий несет самостоятельную обязанность действовать в интересах должника и кредиторов добросовестно и разумно, данную обязанность управляющий исполняет вне зависимости от того, обращались к нему должник или кредиторы с какими-либо предложениями либо нет. Это означает, что меры, направленные на пополнение конкурсной массы, в частности с использованием механизмов оспаривания сделок должника, планирует и реализует, прежде всего, сам арбитражный управляющий как профессионал, которому доверено текущее руководство процедурой банкротства.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.12.2014 по делу №305-ЭС14-2241 разъяснено, что права конкурсного кредитора считаются нарушенными, когда действия (бездействие) конкурсного управляющего повлекли уменьшение или неувеличение конкурсной массы должника. 

К компетенции конкурсного управляющего отнесены вопросы формирования конкурсной массы, определенной по пункту 1 статьи 131 Закона о банкротстве как имеющееся, так и выявленное в ходе конкурсного производства имущество должника.

Ввиду указанных норм права, конкурсным управляющим было реализована его обязанность по оспариванию сделок в отношении работников должника, вместе с тем, в удовлетворении заявлений отказано. 

Относительно доводов жалоб о непроведении конкурсным управляющим комплекса мер по взысканию дебиторской задолженности должника суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

В силу пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве на конкурсного управляющего возложены, в частности, обязанности по принятию в ведение имущества должника, проведению инвентаризации такого имущества; по принятию мер, направленных на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; по принятию мер по обеспечению сохранности имущества должника; по предъявлению к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требований о ее взыскании в порядке, установленном настоящим Федеральным законом.

При этом взыскание дебиторской задолженности является одним из способов формирования и пополнения конкурсной массы должника, за счет которой и происходит расчет с кредиторами. В этой связи обязанность по взысканию дебиторской задолженности применительно к цели конкурсного производства в целом является одним из наиболее значимых мероприятий процедуры банкротства.

Согласно определению Верховного суда РФ от 21.06.2017г. №301-ЭС17-834 действуя разумно и добросовестно в интересах должника и кредиторов (пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве), конкурсный управляющий как антикризисный менеджер в силу имеющихся у него полномочий и компетенции должен определить стратегию наиболее эффективного обмена на денежный эквивалент поступившего в конкурсную массу требования к контрагентам должника, решив вопрос о целесообразности реализации этого требования на торгах либо прямого истребования дебиторской задолженности (оценив ликвидность требования, размер его дисконтирования при реализации, расходы на подготовку торгов и их проведение, вероятность получения долга напрямую от контрагента, временные и финансовые затраты на такое получение и т.п.) (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №4 (2016), определение №305-ЭС16-7885).

В обоснование доводов заявители исходили из того, что размер дебиторской задолженности по состоянию на 29.12.2020 ООО «17Н» (Болгария) составлял 17 335 742,23 руб., с Джангсу Пенгфей Хайтай ФИО11 ЛТД (Китай) (далее - «Джангсу»)  - 14 730 682,48 руб., ООО «НФТ» - в размере 170 751 273,12 руб.

Данная дебиторская задолженность была предметом инвентаризации, включена в инвентаризационную опись, подтверждена необходимыми первичными документами.

Согласно акту инвентаризации от 29.12.2020, конкурсным управляющим выявлено  имущество должника - дебиторская задолженность ООО «17Н» в размере 17 335 742,23 руб., «Джангсу» - 14 730 682,48 руб.

28.08.2020, 03.09.2020 конкурсным управляющим направлены в адрес «ДЖАНГСУ» претензия, ООО «17Н»  - уведомление о намерении расторгнуть договор (далее - письма).

После получения от «Джангсу» ответа в октябре 2020 года (от ООО «17Н» не получено) конкурсный управляющий ФИО7 произведена оценка  стоимости дебиторской задолженности.

Конкурсный управляющий представил на заседание комитета кредиторов от 10.03.2021 заключение в отношении прав требований «Джангсу» и ООО «17Н»,  согласно которому рыночная стоимость дебиторской задолженности со ставкой дисконтирования 80%, составила  2 946 136,50 руб., 3 467 148,45 руб., соответственно.

25.06.2021 по инициативе конкурсного управляющего проведен комитет кредиторов с повесткой, в том числе, о переходе к реализации дебиторской задолженности с дисконтом 80%.  По принятому комитетом кредиторов единогласному решению по вопросу «Утверждение начальной стоимости продажи дебиторской задолженности» принято решение: начальную продажную стоимость дебиторской задолженности утвердить по номиналу: ООО «17Н» в размере 17 335 742,23 руб.; Джангсу Пенгфей Хайтай ФИО11 ЛТД (Китай) -14 730 682,48 руб.

При анализе прав требований к указанным дебиторам конкурсным управляющим было учтено, что данные организации являются иностранными, споры с одной из них требует наличия знаний болгарского языка и болгарского права, все споры с такими организациями подсудны коммерческим судам (договорная подсудность), при этом имеются риски в отказе в заявленных требованиях.

В отношении организации, зарегистрированной в Китае (Джангсу), имеются условия договора, позволяющие такой организации удержать аванс, являющийся дебиторской задолженностью АО «НФТ». Частичное получение продукции, изготовленной китайской организацией, договорные отношения с которой не предусматривало доставку продукции, а также дополнительное бремя уплаты всех налоговых платежей, таможенных пошлин и сборов, с учетом специфичности поставляемой продукции (изготовлена по чертежам АО «НФТ»), не представляется экономически обоснованным решением. Затраты на получение такой продукции будут более суммы, полученной от ее продажи в ходе процедуры банкротства.

Так, по договору с Джангсу конкурсный управляющий пояснил, что из письма-ответа Джангсу на претензию конкурсного управляющего следует, что товар по спецификации №6 от 20.12.2019 изготовлен, хранится на складе.

В целях получения такой продукции, как указывает ДЖАНГСУ, необходимо оплатить оставшуюся часть долга по спецификации №6 от 20.12.2019 в сумме 3 934 226, 4 юаней, что по текущему курсу 1 юань = 8,02 руб. составит 31 545 277,91 руб.

Товар поставляется в сроки, указанные в спецификациях к договору.

В п. 3.1 спецификации №6 к договору указано, что оплата стоимости поставляемого товара производится в размере 30% от суммы спецификации в порядке авансирования и 70% до отгрузки товара на основании акта приемки товара.

С позиции конкурсного управляющего, права требовать от Джангсу суммы предварительной оплаты или частичной передачи, оснований не имеется.

Каких-либо нарушений Джангсу не допустило, договор стороной исполнен. Права заявлять отказ от договора с требованием возврата уплаченной суммы, конкурсный управляющий не имел оснований. При этом доставка товара до места нахождения АО «НФТ» (Пермский край, г. Чайковский). не предусмотрена.

Конкурсный управляющий указал, что для поступления такого товара в конкурсную массу потребуется: оплатить погрузку, транспортировку и разгрузку товара с территории г.Шанхай Китайской Народной Республики, до г. Чайковский Российской Федерации (порядка 10% от цены товара); оплатить НДС (20%), таможенную пошлину (11%), таможенный сбор (0,3%), таможенное оформлен и подготовка таможенной документации (1,4%). 

Итого по расчету конкурсного управляющего, для того, чтобы доставить товар по цене 14 730 682,48 руб., потребуется уплатить за него 6 304 732,10 руб. 

Продукция, поставляемая ДЖАНГСУ по договора №643/12036351/25 от 09.07.2015, является узкоспециализированной (матрицы, пуансоны, штампы тройников) и предназначена для их использования на гидравлическом прессе Massini, приобретенном АО «НФТ» у итальянской организации (дополнение №5 к договору №643/12036351/25 от 09.07.2015). Узкая специализация данной продукции (использование в качестве клише при изготовлении фитингов) свидетельствует об отсутствии конкуренции на ранке на такую продукцию. 

По этой причине, аналогичная указанной в спецификации №6 от 20.12.2019 продукция уже была включена в конкурсную массу (матрицы, пуансоны, штампы тройников) и по результатам торгов продана по цене в размере 4,7% от начальной цены. 

Дополнительным соглашением №17 к договору №643/12036351/25 от 09.07.2015 в спецификацию №6 от 20.12.2019 были внесены изменения. В частности, в новой редакции п.3.1. спецификации указано: «Если покупатель нарушает крайний срок оплаты более чем на 30 календарных дней, поставщик имеет право по своему усмотрению потребовать оплату товара или отказаться от исполнения договора полностью или частично. В случае одностороннего расторжения договора или если поставщик отказывается его исполнить в связи с неоплатой покупателем товара более 30 календарных дней, авансовый платеж покупателю не возвращается».

По указанным выше причинам, дебиторская задолженность Джангсу была отнесена АО «НФТ» к сомнительной дебиторской задолженности, по которой имеется вероятность не погашения её в полном размере.

Доводы о том, что аналогичная указанной в спецификации №6 от 20.12.2019 продукция уже была включена в конкурсную массу (матрицы, пуансоны, штампы тройников) и по результатам торгов продана по цене 13 333 333 руб., подлежат отклонению.

Из пояснений конкурсного управляющего следует, что продукция, поставляемая Джангсу по договору №643/12036351/25 от 09.07.2015, является узкоспециализированной (матрицы, пуансоны, штампы тройников) и предназначена для их использования на гидравлическом прессе Massini, приобретенном АО «НФТ» у итальянской организации (дополнение №5 к договору №643/12036351/25 от 09.07.2015).

Такая продукция изготавливалась по чертежам АО «НФТ», с особыми требованиями к используемым в процессе ей изготовления материалам.

Вся продукция Джангсу предполагалась в качестве клише на гидравлическом прессе Massini, аналогичной модели которого на территории Российской Федерации нет. Отсюда и вытекает условие об утрате аванса вследствие расторжения договора — Джангсу будет крайне сложно реализовать изготовленную по чертежам продукцию, ее реализация возможна как утилизация по цене металлолома.

Цена реализации, называемая в качестве доказательства того, что продукция Джангсу не является узкоспециализированной - 13 333 333 руб. указывает на обратную зависимость: первоначальная цена такой продукции составила 236 366 797,19 руб.

Ранее матрица отвода Джангсу 1420 ШТ-О.1450.М была приобретена АО «НФТ» и включена в конкурсную массу по цене 6 833 785,67 руб., при этом, продана по цене 322 550,58 руб., т.е. в 21 раз дешевле цены приобретения такого имущества у Джангсу.

Фактически, аналогичная указанной в спецификации №6 от 20.12.2019 продукция уже была включена в конкурсную массу (матрицы, пуансоны, штампы тройников) и по результатам торгов продана по цене в размере 4,7% от начальной цены, т.е. цены приобретения у Джангсу.

Кредитором ФИО3 по результатам анализа сделан вывод о том, что финансовое положение  дебитора  ООО «17Н» изначально не позволяло конкурсному управляющему считать дебиторскую задолженность низколиквидной либо безнадежной. В настоящее время договоры с контрагентами не расторгнуты. В отношении ООО «17Н»  факт направления письма  не может являться основанием для  одностороннего отказа, поскольку договор, считается прекращенными с момента получения контрагентом уведомления о расторжении договора. Уведомление от 28.08.2020, направленное конкурсным управляющим ООО «17Н»  не получено.

В отношении дебиторской задолженности ООО «17Н» (Болгария) конкурсный управляющий пришел к выводу о целесообразности продажи данного актива на торгах, а не осуществления мероприятий по взысканию данной задолженности. Имеющиеся данные о финансовом состоянии организации, зарегистрированной в Болгарии (ООО «17Н», свидетельствуют о бесперспективности взыскания задолженности в судебном порядке.

Так, конкурсным управляющим в отношении ООО «17Н» установлено, что согласно открытым сведениям общая сумма выручки ООО «17Н» (Болгария) за 2019г. составила 589 000 левов (болг. «Оборот»), при этом прибыль (болг. «Печалба») составила 0 левов (данные коммерческого реестра в Болгарской Республике ).

Сумма прав требований АО «НФТ» к ООО «17Н» по курсу рубля к болгарскому леву составляет 549 527,08 левов, что почти равно сумме годовой выручке ООО «17Н». При этом выручка не учитывает уже принятые к учету расходы компании. Прибыль ООО «17Н» за 2019 г. равная нулю указывает на то, что у ООО «17Н» нет свободных денежных средств для расчета со своими кредиторами.

Кроме того, в ООО «17Н» в период с 2018 г. работало всего 8 человек, что в совокупности с данными финансового результата деятельности за год, что позволяет прийти к выводу о малых масштабах и не эффективности осуществляемой ООО «17Н» деятельности.

Более того, из полученных конкурсным управляющим сведений следует, что начиная с 2020г. ввиду отсутствия средств для расчета с кредиторами на имущество ООО «17Н» судебными приставами-исполнителями обращается взыскание, притом имущество ООО «17Н» выставлялось на торги уже в четвертый раз, что указывает на низкую ликвидность данного имущества.

Арбитражным управляющим также представлен подробный расчет сумм затрат, которые будет необходимо понести только для целей предъявления иска — 2, 7 млн. руб.

Так, для обращения в суд с иском к ООО «17Н» на момент принятия комитетом кредиторов решения о продаже прав требований следовало уплатить порядка 700 тыс. руб. (без учета затрат на болгарских юристов). Для обращения с иском к Джангсу - 1,2 млн. руб.

Общая сумма затрат, которые было необходимо понести АО «НФТ» только для предъявления исков составила бы не менее 2,7 млн. руб. (800 тыс. руб. затраты на юристов, 700 тыс. руб. арбитражный сбор по иску к ООО «17Н», 1,2 млн. руб. арбитражный сбор для иска к Джангсу). Сумма таких финансовых затрат является существенной, что, с учетом изложенного выше, не является ни разумным, ни обоснованным.

Комитет кредиторов, принимая решение о продаже соответствующих прав требований, поддержал выбранную схему пополнения конкурсной массы через продажу прав требований с торгов. Ни решение комитета кредиторов, ни торги по продаже такой дебиторской задолженности, подателем жалобы — ФИО3 оспорены не были. При этом, управляющий предложил указанному минаритарному кредитору, не согласному с принятым комитетом кредиторов решении о продаже прав требований к иностранным организациям, профинансировать процедуру взыскания задолженности, перечислив необходимые суммы (2,7 млн. руб.) на счет АО «НФТ», что ФИО3 оставил без ответа.

При этом кредитором ФИО3 не было представлено доказательств, свидетельствующих о перспективности предъявления исков к иностранным организациям и возможности фактического взыскания таких сумм.

Кредитором ФИО15 указано в возражениях на жалобы, что в деле №А50-8085/2017, при рассмотрении жалобы ФИО3 установлено, что арбитражный управляющий просуживал задолженность организации из Болгарии - «Маи Пропърти-България» ООД в сумме 300 467 103,90 руб. более двух лет (дата предъявления иска — 01.08.2018, дата вынесения решения — 24.09.2020, дело №А50-24372/2018), в итоге продав её с торгов, в составе иного имущества, всего за 685 194,51 руб.

Указанное дополнительно подтверждает тот факт, что реализация права требования к ООО «17Н» (Болгария) с торгов целесообразна без несения дополнительных и существенных затрат на уплату арбитражных сборов и расходов на услуги болгарских юристов.

Апелляционный суд отмечает, что ранее определением от 16.08.2021 суд снизил размер расходов (лимитов) на привлеченных юристов до 50 000 руб. ежемесячно, указав на объем необходимой к выполнению работы, что в настоящем случае несоотносимо с размером судебных расходов на взыскание дебиторской задолженности с иностранных организаций в размере 2,7 млн. руб. (1,5 млн. руб. + 1,2 млн. руб.), из которых 800 000 руб. - затраты на юристов).

Таким образом, при принятии решения о продаже прав требований к иностранным организациям арбитражный управляющий ФИО7 действовал разумно и обоснованно, такая позиция была поддержана комитетом кредиторов, несогласие отдельного кредитора с таким решением, не содержащая в себе разумного обоснования, не может быть заложена в основу судебного акта о признании указанных действий конкурсного управляющего ФИО7 ненадлежащими.

Обязанность по взысканию дебиторской задолженности подлежит реализации не в силу формального исполнения, а при наличии для этого правовых оснований, определенной судебной перспективы и отсутствия неблагоприятных для должника-банкрота финансовых последствий, ведущих к уменьшению конкурсной массы.

Арбитражный управляющий, осуществляя руководство процедурой банкротства и действуя разумно и добросовестно, всегда должен исходить из необходимости оценки перспективности реализации полномочий по предъявлению исков к третьим лицам, поскольку предъявление бездоказательственных исков приводит исключительно к дополнительным издержкам конкурсного производства в виде судебных расходов, взыскиваемых судами в пользу процессуальных оппонентов. 

При этом на стороне заявителя лежит бремя доказывания положительного факта, а именно доказательства возможности взыскания дебиторской задолженности в судебном порядке, и реальности исполнения судебных актов в случае взыскания задолженности.

С учетом вышеизложенного, в отсутствие перспектив к получению суммы задолженности с ООО «17Н» и Джангсу, неразумность несения расходов на получение продукции Джангсу, не способной быть реализованной по выгодной для должника цене, апелляционный суд приходит к выводу о том, что принятие конкурсным управляющим мер ко взысканию данной задолженности привело бы лишь к несению необоснованных расходов в размере 2,7 млн. руб. для предъявления исков о взыскании спорной дебиторской задолженности или затрат на получение продукции Джангсу из Китая, влекущих уменьшение размера конкурсной массы.

Конкурсным управляющим ФИО7 также указано на вероятность непоступления денежных средств от взыскания дебиторской задолженности с «ДЖАНГСУ», ООО «17Н» в конкурсную массу должника, в том числе,  в связи с проведением специальной военной операции на территории Российской Федерации на территории Украины и введением санкционных мер в отношении Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, начало торгов - август 2021 года, в настоящее время проводятся торги посредством публичного предложения. Право требования к ООО «17Н» составляет 780 108,40 рублей, к «Джангсу» -662 880,74 руб.

В материалах настоящего обособленного спора содержится справка от 30.08.2022 «О стоимости дебиторской задолженности», согласно которой наличие судебного акта о взыскании задолженности увеличивает сумму, за которую такая дебиторская задолженность может быть реализована, на 30%.

Из сообщений о продаже следует, что на открытых торгах дебиторская задолженность ООО «17Н» (Болгария) оказалась не востребованной по цене в размере 234 032, 52 руб. Соответственно, несение затрат в размере 1,3 млн. руб. на получение судебного акта для целей продажи такой дебиторской задолженности по цене 304 242,27 руб. (234 032,52 руб. + 30%) не является разумным.

Из материалов дела №А50-8085/2017, при рассмотрении жалобы ФИО3 следует, что арбитражный управляющий просуживал задолженность организации из Болгарии - «МАИ ПРОПЪРТИ-БЪЛГАРИЯ» ООД в сумме 300 467 103,90 руб. более двух лет (дата предъявления иска — 01.08.2018, дата вынесения решение — 24.09.2020, дело №А50-24372/2018), в итоге продав её с торгов, в составе иного имущества, всего за 685 194,51 руб.

Указанное также подтверждает тот факт, что реализация права требования к ООО «17Н» (Болгария) с торгов целесообразна без несения дополнительных и существенных затрат на уплату сборов и расходов на услуги болгарских юристов.

При этом конкурсным управляющим в ходе торгов понесены расходы на их проведение в размере 378 774,94 руб., в том числе 363 574,94 руб. (публикация  ЕФРСБ и Коммерсант), 8*1900 руб., что подтверждается выписками по счету должника, данными отчетов, которые содержатся в материалах дела и не оспаривает конкурсный управляющий.

Таким образом, общая сумма затрат на продажу прав требований к ООО «17Н» и Джангсу является в 7,5 раз менее суммы затрат только для предъявления исков к ООО «17Н» и Джангсу.

Утверждение о том, что велика вероятность признания торгов  несостоявшимися из-за отсутствия заявок по причине того, что права требования не подтверждены судебными актами, является необоснованным, поскольку бездействие конкурсного управляющего по непринятию им своевременных мер по взысканию дебиторской задолженности судом незаконным не признано.

Усматривая в вышеуказанных действиях (бездействии) конкурсного управляющего нарушения, кредитором предъявлены ко взысканию с ФИО7 убытки в размере 76 857 854,75 руб.

В соответствии со статьями 15, 1064, 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

При этом под убытками, как следует из пункта 2 статьи 15 ГК РФ, понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Таким образом, в силу положений статьи 65 АПК РФ доказыванию по делу подлежат неисполнение (ненадлежащее исполнение) конкурсным управляющим своих обязанностей, наличие убытков (реальная возможность несения убытков) должника или кредиторов вследствие таких действий, а также факт нарушения прав и интересов заявителя жалобы.

Вместе с тем, апелляционный суд пришел к выводу о том, что заявителем не доказана такая незаконность действий (бездействия) арбитражного управляющего ФИО7, которая повлекла или могла повлечь нарушение прав и законных интересов должника, а также его кредиторов, являющаяся основанием для взыскания убытков.

В данном случае отсутствует совокупность условий, позволяющих возложить на арбитражного управляющего обязанности по возмещению убытков, в соответствии с фактическими обстоятельствами, установленными судом, подтвержденными документально. 

Кроме того, уполномоченный орган в своей жалобе ссылался на незаконные действия конкурсного управляющего ФИО7, выразившиеся в нарушении порядка распределения выручки от реализации предмета залога, а именно: в удовлетворении требований залогового кредитора в размере, превышающем 80% стоимости залогового имущества; в нарушении прав кредиторов по текущим требованиям, в том числе уполномоченного органа, так как задолженность по НДФЛ, подлежащая уплате конкурсным управляющим за счет денежных средств, полученных от реализации залогового имущества, оплачена с основного счета должника за счет конкурсной массы; в несвоевременной уплате задолженности по земельному налогу (после подачи уполномоченным органом жалобы), подлежащего уплате за счет денежных средств, полученных от реализации залогового имущества.

В соответствии с положениями пункта 2 статьи 138 Закона о банкротстве в случае, если залогом имущества должника обеспечиваются требования конкурсного кредитора по кредитному договору, из средств, вырученных от реализации предмета залога, восемьдесят процентов направляется на погашение требований конкурсного кредитора по кредитному договору, обеспеченному залогом имущества должника, но не более чем основная сумма задолженности по обеспеченному залогом обязательству и причитающихся процентов. Оставшиеся средства от суммы, вырученной от реализации предмета залога, вносятся на специальный банковский счет должника в следующем порядке:

пятнадцать процентов от суммы, вырученной от реализации предмета залога, - для погашения требований кредиторов первой и второй очереди в случае недостаточности иного имущества должника в целях погашения указанных требований;

оставшиеся денежные средства - для погашения судебных расходов, расходов по выплате вознаграждения арбитражным управляющим и оплаты услуг лиц, привлеченных арбитражным управляющим в целях обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей.

Конкурсный управляющий ФИО7 в возражениях указывал на то, что обязанность по погашению задолженности по второй очереди исключительно за счет средств от продажи заложенного имущества возникает лишь в случае недостаточности иного имущества должника.

Как следует из материалов дела и не оспаривается сторонами, частичное погашение требований залогового кредитора ООО «Нефтесервис» произведено посредством заключения соглашения от 05.08.2021 №20/2021 об оставлении имущества за собой. 

Согласно условиям соглашения, ООО «Нефтесервис» оставляет за собой имущество, поименованное в пункте 1.4 соглашения, по стоимости на 6 периоде (этапе) торгов посредством публичного предложения - 1 696 089 948, 78 рублей. Имущество передано по акту приема-передачи от 05.04.2021. На специальный счет должника должно быть перечислено залоговым кредитором - 339 217 989,75 рублей (20% от стоимости переданного имущества).

ООО «Нефтесервис» в соответствии с пунктами 2, 4.2 статьи 138 Закона о банкротстве на специальный счет должника перечислены денежные средства в размере 175 239 331, 32 руб. (10,33% от стоимости переданного залоговому кредитору имущества). 

Как указывает уполномоченный орган, информация (сведения) о принятии конкурсным управляющим мер по устранению нарушений пунктов 2, 4.2 статьи 138 Закона о банкротстве в отчете конкурсного управляющего в материалах дела отсутствуют.

В деле о банкротстве АО «НФТ» залоговый кредитор должника ООО «Нефтесервис» получил удовлетворение своих требований на сумму, большую чем 80% от стоимости залогового имущества, так как перечислил на специальный счет должника вместо 339 217 989,75 руб. всего 175 239 331, 32 руб. (10,33% от стоимости переданного залоговому кредитору имущества).

Согласно выписке об операциях по специальному счету должника за период с 23.07.2021 по 01.09.2022, в результате анализа установлено погашение следующих обязательств АО «НФТ»:

- оплата реестровой задолженности по НДФЛ (2 очередь РТК) -8 317 629 руб.;

- оплата реестровой задолженности по ОПС (2 очередь РТК) - 12 779 001 руб.;

- оплата земельного налога (текущий платеж 3,4 кв. 2019; 2020; 1,2 кв. 2021) -1 810 374 334 руб.;

- текущий платеж, погашение задолженности по заработной плате -66 804 710 руб. (2 очередь текущих обязательств);

- текущий платеж - за расходы по содержанию заложенного имущества (п.6 ст.138 Закона о банкротстве) - охрана - 1 081 935 руб. (период с 02.08.2021 по 22.02.2022).

Таким образом, указанные расходы на содержание залогового имущества должны быть произведены конкурсным управляющим до их распределения по правилам пунктов 1 и 2 статьи 138 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, конкурсный управляющий должника ФИО7 обратился в суд с заявлением о разрешении разногласий между конкурсным управляющим и МИФНС по Пермскому краю №18, где просил признать: погашенной полностью сумму реестровой задолженности по обязательным платежам второй очереди, согласно определению Арбитражного суда Пермского края от 28.01.2020 по делу №А50-14786/2019; реестровую сумму недоимки АО «НФТ» по НДФЛ по состоянию на 01.07.2022г. в сумме 439 691 руб.; погашенной полностью текущую сумму недоимки по состоянию на 01.07,2022г. по страховым взносам на ОПС и страховым взносам на ОПС по доп. тарифам; текущую сумму недоимки АО «НФТ» по НДФЛ по состоянию на 01.07.2022 в сумме 3 868 377,16 руб.

Определением от 30.08.2022 арбитражного суда Пермского края разрешены разногласия между конкурсным управляющим должника ФИО7 и МИФНС России по Пермскому краю №18, определено, что размер текущей задолженности по НДФЛ по состоянию на 01.07.2022 по основному долгу составляет 3 357 505 рублей. В остальной части требования оставлены без рассмотрения.

Согласно указанному определению суда, вся реестровая задолженность АО «НФТ» по второй очереди обязательных платежей, в том числе согласно определению Арбитражного суда Пермского края от 28.01.2020 по делу №А50-14786/2019, погашена полностью, а сумма текущей задолженности АО «НФТ» по уплате НДФЛ по состоянию на 01.07.2022 по такому налогу составляет 3 357 505 руб.

При рассмотрении настоящей жалобы уполномоченный орган признал отсутствие текущего долга по земельному налогу (письменное мнение уполномоченного органа от 21.06.2022).

В рамках иного спора (определением суда от 30.06.2022) установлены нарушения в части распределения денежных средств залогового кредитора.  

Требования работников по заработной плате, возникшие до возбуждения дела о банкротстве, выплачены с нарушением, что подтверждается определением суда от 30.06.2022. Судом установлено, что неперечисление ООО «Нефтесервис»  в порядке п.2 ст. 138 Закона  о банкротстве, денежных средств в полном объеме, что составляет 20% (15% и 5%),  то сумма 78 415 763,88 рублей  для погашения задолженности по заработной плате, в том числе перед  ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21 в данном случае, подлежала резервированию и пропорциональному распределению среди всех работников.

Денежные средства (заработная плата) работникам ФИО22, ФИО23, ФИО18, ФИО19, ФИО24, с учетом распределения денежных средств залогового кредитора, была выплачена с нарушением очередности, в том числе обращением указанных лиц с жалобой на действия конкурсного управляющего, по результатам которых, в связи с оплатой, принят отказ работников от жалоб.

Вместе с тем, определением Семнадцатого Арбитражного Апелляционного суда от 16.01.2023 по делу №А50-14786/2019 конкурсному управляющему ФИО12 было предложено предоставить сведения о текущем состоянии расчетов и задолженности по 2 очереди реестра требований кредиторов; сведения о возможности полного погашения требований 2 очереди реестра требований кредиторов за счет денежных средств должника (конкурсной массы с учетом поступления денежных средств).

Конкурсный управляющий ФИО12 в пояснениях указал, что сообщениями о принятом решении о зачете от 28.09.2022, всего на сумму 1 753 496,85 руб., сумма переплаты по страховым взносам на обязательное пенсионной страхование была зачтена в счет погашения недоимки по НДФЛ.

30.11.2022 на счет АО «НФТ» поступили денежные средства в сумме 13 113 113 руб. от продажи имущества АО «НФТ», свободного от залога.

В целях погашения задолженности АО «НФТ» перед налоговым органом, конкурсный управляющий направил соответствующие запросы для проведения сверки и установления действительного состава и размера требований.

МИФНС №21 по Пермскому краю в письме «О предоставлении информации» №17-20/005207@ от 03.02.2023 указала, что у АО «НФТ» имеется текущая недоимка по НДФЛ в сумме 1 192 558,49 руб. и, более того, реестровая задолженность согласно определению Арбитражного суда Пермского края от 29.01.2020 по делу А50-14786/2019 в сумме 21 096 630,05 руб.

Вместе с тем, как указывалось выше, определением арбитражного суда от 30.08.2022 по делу №А50-14786/19 установлено, что вся сумма реестровой задолженности по второй очереди погашена. 

Этот факт также подтверждает письмо МИФНС России №18 по Пермскому краю от 24 (25).08.2022 №08-2011536@. 

08.02.2023 в адрес конкурсного управляющего от МИФНС №21 по Пермскому краю поступило письмо №17-20/005830@, которым налоговый орган признал недостоверность ранее представленных сведений.

Позднее, как указал конкурсный управляющий, в этот же день (08.02.2023) УФНС по Пермскому краю направила письмо №17-09/02176@, из которого следует, что сумма реестровой недоимки по второй очереди погашена полностью, а сумма недоимки по второй очереди текущих платежей составляет 686 566, 15 руб.

Исходя из вышеуказанного, следует признать обоснованными доводы арбитражного управляющего ФИО7 и конкурсного управляющего ФИО12 о недобросовестном поведении заявителя (уполномоченного органа), инициировавшего жалобу на действия (бездействие) арбитражного управляющего по непогашению числящейся перед налоговым органом задолженности, при неопределенности налогового органа в течение долгого времени по сумме, подлежащей погашению, тогда как сумма реестровой задолженности по второй очереди была погашена, а для погашения оставшейся части задолженности конкурсной массы было достаточно.

Уполномоченным органом приведены доводы о том, что конкурсный управляющий обратился с письмом к ООО «Нефтесервис» только 09.09.2022, что также свидетельствует о получении денежных средств  от продажи залогового имущества не в полном объеме, необращении в суд с разрешением разногласий с ООО «Нефтесервис»,  

Вместе с тем, согласно ответу на письмо конкурсного управляющего ООО «Нефтесервис» указывает на то обстоятельство, что при принятии решения об оставлении имущества за собой при расчете экономической целесообразности данной сделки были приняты в расчет суммы, указанные в письме конкурсного управляющего АО «НФТ» в адрес ООО «Нефтесервис» от 21.07.2021.  

Ссылка на то, что фактически конкурсный управляющий самостоятельно  определил сумму, подлежащую перечислению  залоговым кредитором в конкурсную массу в порядке пункта 2 статьи 138 Закона о банкротстве отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку данный вопрос должен был быть разрешен конкурсным управляющим на стадии определения размера суммы, подлежащей перечислению залоговым кредитором в конкурсную массу при оставлении предмета залога за собой.

Существенным для разрешения вопроса о необходимости резервирования денежных средств для проведения расчетов по требованиям кредиторов первой и второй очереди является установление обстоятельства недостаточности иного имущества должника.

Согласно абзацу 1 пункта 2.1 статьи 138 Закона о банкротстве денежные средства, предназначавшиеся для погашения требований кредиторов первой и второй очереди и оставшиеся на специальном банковском счете должника после полного погашения таких требований, направляются на погашение части обеспеченных залогом имущества должника требований конкурсных кредиторов, не погашенной из стоимости предмета залога в связи с удержанием части стоимости для погашения требований кредиторов первой и второй очереди в соответствии с пунктами 1 и 2 настоящей статьи.

Из положений статьи 138 Закона о банкротстве следует, что 15% от продажи предмета залога используются для погашения требований кредиторов первой и второй очереди (независимо от момента возникновения указанных требований) исключительно в случае недостаточности иного, т.е. незалогового имущества должника для проведения расчетов по этим требованиям.

В рассматриваемом случае, судом апелляционной инстанции установлено, что задолженность по второй очереди реестра требований кредиторов отсутствует, погашена в полном объеме, также погашены иные связанные с реализацией предмета залога расходы, в том числе погашена задолженность по уплате начисленных налогов.

При таких обстоятельствах оснований считать, что конкурсным управляющим ФИО7 был нарушен порядок распределения денежных средств, установленный статьей 138 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", порядок резервирования денежных средств в размере 15 % от стоимости залогового имущества, у апелляционного суда не имеется. Должник располагал достаточным имуществом для погашения требований кредиторов второй очереди, в связи с чем оснований для удержания и резервирования конкурсным управляющим денежных средств в полном объеме (15 %) у последнего не имелось.

Доводы жалобы уполномоченного органа в указанной части подлежат отклонению с учетом вышеизложенного.

Заявителями усмотрены основания для отстранения конкурсного управляющего ФИО7 от исполнения обязанностей в настоящей процедуре банкротства должника.

Согласно пункту 1 статьи 145 Закона о банкротстве конкурсный управляющий может быть отстранен арбитражным судом от исполнения обязанностей конкурсного управляющего на основании ходатайства собрания кредиторов (комитета кредиторов) в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения возложенных на конкурсного управляющего обязанностей; в связи с удовлетворением арбитражным судом жалобы лица, участвующего в деле о банкротстве, на неисполнение или ненадлежащее исполнение конкурсным управляющим возложенных на него обязанностей при условии, что такое неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей нарушило права или законные интересы заявителя жалобы, а также повлекло или могло повлечь за собой убытки должника либо его кредиторов.

Таким образом, из систематического толкования указанных норм права следует, что законодателем предусмотрена возможность отстранения арбитражного управляющего от исполнения им своих обязанностей при удовлетворении арбитражным судом жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего и в том случае, если судом установлено, что такими действиями (бездействием) по неисполнению или ненадлежащему исполнению арбитражным управляющим своих обязанностей нарушены права или законные интересы заявителя жалобы и это неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей повлекло или могло повлечь за собой убытки должника либо его кредиторов.

При этом признание судом незаконными конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего возможно при установлении факта нарушения такими действиями арбитражного управляющего определенных прав и законных интересов заявителя жалобы, а также предполагает устранение, прекращение этих незаконных действий и, соответственно, восстановление нарушенных прав кредитора.

При рассмотрении ходатайств лиц, участвующих в деле, об отстранении конкурсного управляющего должно быть установлено, повлекло либо могло ли повлечь допущенное им нарушение причинение убытков должнику или его кредиторам. Отстранение конкурсного управляющего есть мера защиты, направленная на прекращение ведения производства лицом, не способным к его ведению. Такая неспособность может проистекать из неопытности, недобросовестности, халатности и т.п. (пункты 7, 17 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 №150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих»).

Отстранение конкурсного управляющего должно использоваться в той мере, в какой оно позволяет восстановить нарушенные права или устранить угрозу их нарушения. Таким образом, отстранение конкурсного управляющего должно применяться тогда, когда конкурсный управляющий показал свою неспособность к надлежащему ведению конкурсного производства, что проявляется в ненадлежащем исполнении обязанностей конкурсного управляющего. Это означает, что допущенные конкурсным управляющим нарушения могут стать основанием для его отстранения в случае, если существуют обоснованные сомнения в дальнейшем надлежащем ведении им конкурсного производства. При этом не имеет значения, возникли такие сомнения в связи с недобросовестным предшествующим поведением конкурсного управляющего либо в связи с нарушениями, допущенными им в силу неготовности к надлежащему ведению конкурсного производства (недостаточного опыта управляющего, специфики конкурсного производства и т.п.). Из изложенного также следует, что не могут служить основанием для отстранения конкурсного управляющего нарушения, не приводящие к возникновению сомнений в дальнейшем надлежащем ведении им дел (пункт 10 информационного письма Президиума ВАС РФ от 22.05.2012 №150).

Суд апелляционной инстанции, проанализировав действия конкурсного управляющего, не установил обстоятельства, позволяющие сомневаться в неспособности ФИО7 к дальнейшему ведению процедуры конкурсного производства в отношении должника.

При указанных обстоятельствах, заявленные кредитором ФИО3, уполномоченным органом, ООО «Технолог» требования не подлежат удовлетворению.

Третьими лицами заявлены возражения о том, что доверенность, выданная на имя ФИО4, не позволяет установить наличие у ФИО3 волеизъявления, невозможно установить принадлежность выполненной подписи от лица ФИО3

Как следует из материалов дела, ФИО3 является кредитором должника, как физическое лицо.

В силу части 4 статьи 61 АПК РФ полномочия других представителей (кроме руководителей организаций, законных представителей и адвокатов) на ведение дела в арбитражном суде должны быть выражены в доверенности, выданной и оформленной в соответствии с федеральным законом.

Из положений статьи 36 Закона о банкротстве и пункта 44 Постановления Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №35 от 22.06.2012 следует, что в доверенности лица, представляющего интересы лиц, участвующих в деле о банкротстве или в арбитражном процессе по делу о банкротстве, должны быть специально оговорены право (полномочия) на ведение дела о банкротстве, право представителя на подписание заявления о признании должника банкротом и на голосование по вопросу заключения мирового соглашения.

Пунктом 44 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» установлено, что согласно п. 1 ст. 36 Закона о банкротстве представителями граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, и организаций, являющихся лицами, участвующими в деле о банкротстве или в арбитражном процессе по делу о банкротстве, могут выступать любые дееспособные граждане, имеющие надлежащим образом оформленные полномочия на ведение дела о банкротстве.

Пунктом 4 этой же статьи определено, что полномочия других представителей на ведение дела о банкротстве в арбитражном суде должны быть выражены в доверенности, выданной и оформленной в соответствии с федеральным законом, а в случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации или федеральным законом, в ином документе.

Порядок выдачи и оформления доверенности установлен статьей 185 ГК РФ, в соответствии с которой доверенностью признается письменное уполномочие, выданное одним лицом другому лицу для представительства перед третьими лицами.

Исходя из смысла вышеприведенных норм, доверенность является одним из видов односторонних сделок. Для ее совершения доверителю достаточно изъявить волю, после чего у представителя (поверенного) возникает определенный в доверенности объем полномочий.

Как следует из материалов дела, в доверенностях, выданных ФИО3 представителю ФИО4 на представление его интересов как кредитора АО «НФТ» в судебных органах, в том числе в деле о банкротстве, полномочия представителя были специально оговорены.

Довод апеллянта о необходимости обязательного нотариального удостоверения доверенности на представление интересов физического лица в деле о банкротстве судом апелляционной инстанции отклоняется.

Оформление полномочий представителя во многом зависит от вида представительства - простое, законное или судебное. Это связано с тем, что различные представители обладают определенным правовым статусом, установленным соответствующими законодательными актами.

Случаи обязательного нотариального удостоверения доверенности установлены законодательством. В частности, пункт 2 статьи 185 ГК РФ предусматривает, что доверенность на совершение сделок, требующих нотариальной формы, должна быть нотариально удостоверена, за исключением случаев, предусмотренных законом. Кроме того, в силу пункта 3 статьи 187 ГК РФ обязательное нотариальное удостоверение предусмотрено для оформления доверенности, выданной в порядке передоверия.

Нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, которые устанавливают порядок выдачи и оформления доверенности, срок ее действия, основания и последствия прекращения, не содержат указания на то, что доверенность на представление интересов физического лица для участия в деле о банкротстве требует обязательного нотариального удостоверения. Действующий Закон о банкротстве таких положений также не содержит.

Таким образом, факт оформления доверенности представителя ФИО4 с нарушением требований ГК РФ заявителем не доказан и опровергается доказательствами, представленными в материалы дела.

В силу пункта 4 части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены решения в любом случае является принятие судом решения о правах и обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле. 

На основании изложенного, определение арбитражного суда от 12.10.2022 подлежит отмене в связи с рассмотрением судом первой инстанции спора в отсутствие третьего лица, не привлеченного к участию в деле (пункт 4 части 4 статьи 270 АПК РФ). 

Суд апелляционной инстанции принимает по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявлений ФИО3, уполномоченного органа, ООО «Технолог» о признании несоответствующими закону действий (бездействия) арбитражного управляющего ФИО7; отстранении его от исполнения обязанностей конкурсного управляющего АО «Новые Фитинговые Технологии», взыскании убытков.

В соответствии с пунктом 15 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №91 от 25 мая 2005 года «О некоторых вопросах применения арбитражными судами главы 25.3 Налогового кодекса Российской Федерации» при подаче апелляционных жалоб на определения, не перечисленные в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Кодекса, государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 12 октября 2022 года по делу №А50-14786/2019 отменить.

В части удовлетворения жалоб ФИО3, уполномоченного органа УФНС России по Пермскому краю, ООО «Технолог» на действия (бездействие) конкурсного управляющего АО «Новые Фитинговые Технологии» ФИО7, требования о взыскании с ФИО7 убытков, об отстранении ФИО7 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего АО «Новые Фитинговые Технологии» отказать.

 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

 

М.А. Чухманцев 

 

Судьи

 

Т.Ю. Плахова 

 

 

М.С. Шаркевич