ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-3255/2021

Дело № А40-158713/17

г. Москва

10 марта 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 03 марта 2021 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 10 марта 2021 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи В.В. Лапшиной, 

судей  Р.Г. Нагаева, В.С. Гарипова,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном  заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 18 декабря 2020,вынесенное судьей Мухамедзановым Р.Ш.,о взыскании с ФИО2 в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Вест Элеватор» убытков в сумме 4 186 000,00 руб.по делу № А40-158713/17 о признании несостоятельным (банкротом) Общества с ограниченной ответственностью «Вест Элеватор» 

при участии в судебном заседании:

врио генерального директора ООО «Комтехэнерго» - ФИО3 согласно выписке из ЕГРЮЛ от 08.02.2021

от ФИО2 – ФИО4 по дов. от 15.09.2020

конкурсный управляющий ООО «Вест Элеватор» - ФИО5 согласно решения АСГМ от 16.07.2018

от конкурсного управляющего ООО «Вест Элеватор» - ФИО6 по дов. от 01.09.2020

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 16 июля 2018 г. в отношении ООО «Вест Элеватор» открыта процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим утвержден ФИО5. 

В Арбитражный суд г. Москвы 04.06.2019 поступило заявление конкурсного управляющего ООО «Вест Элеватор» - ФИО5 о взыскании убытков с ФИО2 в размере 5 474 731 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 18 декабря 2020 взысканы с ФИО2 в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Вест Элеватор» убытки в сумме 4 186 000,00 руб.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО2 обратилась в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.

От конкурсного управляющего должника, ООО «Комтехэнерго» поступили отзывы на апелляционную жалобу.

Представитель ответчика представил ходатайство об истребовании дополнительных доказательств и о назначении повторной экспертизы.

Рассмотрев ходатайство об истребовании дополнительных доказательств, апелляционная коллегия находит его не подлежащими удовлетворению.

Согласно части 4 статьи 66 АПК РФ лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства. В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

Исходя из обстоятельств дела и представленных доказательств, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения ходатайств об истребовании доказательств и приходит к выводу, что доказательства, собранные по рассматриваемому делу, являются достаточными для рассмотрения спора по существу.

Кроме того, частью 2 статьи 87 АПК РФ предусмотрено, что в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

Учитывая, что апеллянтом не представлено каких-либо достаточных доказательств, указывающих как на нарушение порядка назначения/проведения экспертизы, или на ошибочность выводов, содержащихся в заключении эксперта, то оснований для удовлетворения ходатайства заявителя жалобы о назначении по делу повторной экспертизы судебная коллегия не усматривает.

В судебном заседании представитель ответчика поддержал доводы апелляционной жалобы.

Конкурсный управляющий должника возражал по доводам жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Законность и обоснованность принятого судебного акта проверены в соответствии со статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Выслушав представителей лиц, явившихся в судебное заседание, оценив доводы апелляционной жалобы и возражения по ним, исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения и удовлетворения апелляционной жалобы.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 53 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве), а также о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ «Об акционерных обществах», статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. 

Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, имеют права и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления, включая право обжаловать судебные акты.

Судом первой инстанции установлено, что ответчик 11.02.2013 (учреждения Общества) до 21.12.2016 г. генеральным директором ООО «Вест Элеватор» являлась ФИО2

Согласно уточненному заявлению управляющий ООО «Вест Элеватор» просил взыскать убытки с ФИО2 в виде разницы между рыночной стоимостью транспортных средств АУДИ Q5, 2011 года выпуска, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, регистрационный знак T 562 OT 197; БМВ 750I XDRIVE, 2009 года выпуска, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, регистрационный знак T 034 BT 77; Инфинити QX80, 2014 года выпуска, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, регистрационный знак 

<

***> и ценой их продажи. 

В обоснование своих доводов заявителем представлен отчет об оценке стоимости транспортных средств № 08/19 от 16.04.2019 г., составленный оценщиком ФИО7

Согласно позиции ФИО2, заинтересованное лицо возражало относительно заявленных требований со ссылкой на пропуск конкурсным управляющим должника срока исковой давности, а также недоказанность обстоятельств причинения ООО «Вест Элеватор» убытков ее действиями. 

В обоснование своих возражений ФИО2 представлены отчеты об оценке стоимости транспортных средств № 100719-5-1 от 10.07.2019 г., № 100719-5-2 от 10.07.2019 г., № 100719-5-3 от 10.07.2019 г., составленные оценщиком ФИО8

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, исходил из того, что доказано наличие совокупности обстоятельств, свидетельствующих о причинении ответчиком убытков должнику.

Также суд первой инстанции отклонил заявление ответчика о пропуске срока исковой давности, указав на то, что процедура наблюдения в отношении Должника была введена 12.12.2017, заявление конкурсного управляющего поступило в суд 04.06.2019, т.е. в течение трех лет со дня признания должника банкротом 16.07.2018 и не более 10 лет со дня совершения руководителем должника противоправных действий.

Апелляционная коллегия, изучив материалы дела, приходит к следующим выводам.

В силу пункта 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве, в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

Основания для привлечения к ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до 01.07.2017, в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 ГК РФ), поскольку Закон N 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.

В рассматриваемом случае ответчику вменяется причинение убытков за совершение действий (бездействий), имевших место 13.02.2015, 10.11.2015, 30.03.2016, то есть до вступления в силу Закона N 266-ФЗ (30.07.2017) и после вступления в силу Закона N 134-ФЗ.

Таким образом, апелляционный суд соглашается с доводами апеллянта о применении судом первой инстанции норм Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ, не подлежащей применению в данном случае, однако, приходит к выводу, что указанные обстоятельства не повлекли за собой принятие незаконного и необоснованного судебного акта.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (п. 3 ст. 53 ГК РФ), а также лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, обязано возместить убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (п. 1 и п. 3 ст. 53.1 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 10 Закона о банкротстве (в применяемой редакции в рассматриваемый период) в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином-должником положений названного Закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.

Заявление о возмещении должнику убытков, причиненных ему его учредителями (участниками) или его органами управления (членами его органов управления), может быть подано в ходе конкурсного производства, внешнего управления конкурсным управляющим, внешним управляющим, учредителем (участником) должника, а в ходе конкурсного производства также конкурсным кредитором или уполномоченным органом (пункт 5 статьи 10 Закона).

Статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения причинителя ущерба, наличие причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и возникшими у истца убытками, а также размер убытков.

Согласно пункту 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», абзацу второму пункта 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62) негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности. 

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска. 

В пункте 2 Постановления № 62 приведены обстоятельства, при которых недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной. 

Так, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица. 

Обстоятельства неразумности действий (бездействия) директора перечислены в пункте 3 Постановления № 62, к которым относится принятие решения без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.). 

При этом в абзаце 4 пункта 3 Постановления № 62 указано, что арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п. Таким образом, обстоятельствами, подлежащими доказыванию в рамках заявленных требований и совокупность которых необходима для удовлетворения иска, являются: факт причинения убытков; недобросовестное/неразумное поведение генерального директора общества при исполнении своих обязанностей, выходящее за пределы предпринимательского риска; причинно-следственная связь между ненадлежащим исполнением обязанности и причиненными убытками; размер убытков. 

В силу пункта 3 статьи 10 ГК РФ разумность и добросовестность участников гражданских правоотношений презюмируются. 

Следовательно, обязанность по доказыванию недобросовестности и неразумности действий единоличного исполнительного органа общества, повлекших за собой причинение убытков, возлагается на заявителя. 

Согласно пункту 1 статьи 44 Федерального закона N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» от 08.02.1998 г. единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно. 

В пункте 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» предусмотрено, что единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. 

По делам о возмещении руководителем должника убытков истец обязан доказать наличие убытков, а также то, что эти убытки причинены юридическому лицу виновными действиями (бездействием) бывшего руководителя. При этом руководитель признается виновным, если будет доказано, что он действовал недобросовестно и (или) неразумно.

Судом первой инстанции установлено, что должником в период, предшествовавший банкротству и совпадающий с исполнением полномочий генерального директора ФИО2, были реализованы три транспортных средства: 

1) ИНФИНИТИ QX80 2014 г.в. – по договору купли-продажи автомобиля от 13.02.2015 № 1 за 250 000 руб.; 

2) БМВ 750i Xdrive 2009 г.в., – по договору от 10.11.2015 № 10/11 за 240 000 руб.; 

3) автомобиль АУДИ Q5 2011 г.в. – по договору купли-продажи автомобиля от 30.03.2016 № 30/03 за 250 000 руб. 

Согласно отчету об оценке рыночной стоимости движимого имущества ООО «Вест Элеватор» от 16.04.2019 № 08/19, предоставленному заявителем, рыночная стоимость транспортных средств, аналогичных реализованным, составляет: 1) легковой автомобиль, марки ИНФИНИТИ QX80, 2014 года выпуска на февраль 2015 года – 4 250 000 руб. без учета НДС; 2) легковой автомобиль, марки БМВ 750i XDRIVE, 2009 года выпуска на ноябрь 2015 года – 780 712 руб. без учета НДС; 3) легковой автомобиль, марки АУДИ Q5, 2011 года выпуска на апрель 2016 года – 1 184 019 руб. без учета НДС. 

Согласно отчетам об оценке рыночной стоимости движимого имущества ООО «Вест Элеватор» № 100719-5-1 от 10.07.2019 г., № 100719-5-2 от 10.07.2019 г., № 100719-5-3 от 10.07.2019 г., предоставленных ФИО2, рыночная стоимость транспортных средств, аналогичных реализованным, составляет: 1) легковой автомобиль, марки ИНФИНИТИ QX80, 2014 года выпуска на 13.02.2015 года – 1 505 856 руб.; 2) легковой автомобиль, марки БМВ 750i XDRIVE, 2009 года выпуска на 10.11.2015 года – 501 000 руб.; 3) легковой автомобиль, марки АУДИ Q5, 2011 года выпуска на 30.03.2016 года – 503 000 руб. 

С учетом того, что представленные заключения об оценке рыночной стоимости транспортных средств, содержали выводы о стоимости отчужденных транспортных средств, значительно отличающиеся друг от друга, судом первой инстанции определением от 28.09.2020 г. назначено проведение судебно-оценочной экспертизы на предмет установления рыночной стоимости, проведение экспертного исследования поручено ООО «Консалтинговая фирма «Джи Ай Си» эксперту ФИО9, на разрешение экспертного учреждения поставлены следующие вопросы: 

1. Какова была по состоянию на февраль 2015 г. рыночная стоимость транспортного средства ИНФИНИТИ QX80 2014 г.в., VIN 

<

***>, двигатель № VK 56 101664А, шасси № 

<

***>? 

2. Какова была по состоянию на ноябрь 2015 г. рыночная стоимость транспортного средства БМВ 750i Xdrive 2009 г.в., VIN 

<

***>, двигатель № 20534604, кузов № 

<

***>? 

3. Какова была по состоянию на апрель 2016 г. рыночная стоимость транспортного средства (АУДИ Q5 2011 г.в., VIN 

<

***>, двигатель № 223500, кузов № 

<

***>? 

Экспертом представлено заключение, согласно которому: - рыночная стоимость транспортного средства ИНФИНИТИ QX80 2014 г.в., VIN 

<

***>, двигатель № VK 56 101664А, шасси № 

<

***> по состоянию на февраль 2015 г. составляла 2 775 000 руб., - рыночная стоимость рыночная цена транспортного средства БМВ 750i Xdrive 2009 г.в., VIN 

<

***>, двигатель № 20534604, кузов № 

<

***> по состоянию на ноябрь 2015 г. составляла 1 223 000 руб., - рыночная стоимость транспортного средства (АУДИ Q5 2011 г.в., VIN 

<

***>, двигатель № 223500, кузов № 

<

***> по состоянию на апрель 2016 г. составляла 928 000 руб.

В соответствии со ст. 89 АПК РФ заключение эксперта признается документом, допускаемым в качестве доказательства по делу и подлежащим оценке судом по правилам ст. 71 АПК РФ в совокупности с другими имеющимися в деле доказательствами. 

С учетом вышеизложенного, оценив экспертное заключение, составленное по результатам проведенной в рамках настоящего дела судебной экспертизы, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что экспертное заключение отвечает принципам обоснованности, однозначности, существенности и достоверности, в связи с чем является надлежащим доказательством по делу и может быть использовано для определения рыночной стоимости реализованных должником транспортных средств.

Судом апелляционной инстанции не установлено нарушений норм действующего законодательства при проведении экспертизы. 

Заключение эксперта соответствует требованиям арбитражного процессуального законодательства, в частности статье 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Выводы эксперта другими надлежащими доказательствами не опровергнуты и сомнений у суда не вызывают, в связи с чем суд апелляционной инстанции признает заключение допустимым и достоверным доказательством.

Довод заявителя жалобы о необоснованном не назначении судом первой инстанции повторной экспертизы судом апелляционной инстанции не принимается.

В соответствии с частью 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

Из анализа указанных положений следует, что необходимость в повторной экспертизе возникает при наличии у суда сомнений в обоснованности экспертного заключения, которые могут возникнуть при наличии противоречивых выводов эксперта, отсутствии ответов на поставленные вопросы (неполные ответы).

По смыслу процессуального законодательства повторная экспертиза назначается, если: выводы эксперта противоречат фактическим обстоятельствам дела, сделаны без учета фактических обстоятельств дела; во время судебного разбирательства установлены новые данные, которые могут повлиять на выводы эксперта; при назначении и производстве экспертизы были допущены существенные нарушения процессуального закона.

При наличии у суда сомнений и неопределенности в ответах, выявленные противоречия могут быть устранены проведением повторной экспертизы.

Судебные экспертизы проводятся арбитражным судом в случаях, порядке и по основаниям, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

На основании части 2 статьи 64 и части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами.

Положения статей 4 - 6 и 25 Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» предусматривают соблюдение принципов законности, соблюдения прав и свобод человека и гражданина, прав юридического лица, а также независимости эксперта, объективности, всесторонности и полноты исследований, проводимых с использованием современных достижений науки и техники при составлении экспертного заключения.

Из анализа части 3 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что доказательства признаются полученными с нарушением закона, если при их собирании и закреплении были нарушены гарантированные Конституцией Российской Федерации права человека и гражданина или если собирание и закрепление доказательств осуществлено ненадлежащим лицом или органом, либо в результате действий, не предусмотренных процессуальными нормами.

Заключение эксперта по настоящему делу было получено судом в соответствии с законом, на основании определения о назначении судебной экспертизы по делу, при этом правовой статус заключения судебной экспертизы определен законом в качестве доказательства, которое не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и, в силу статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подлежит оценке судом, наравне с другими представленными доказательствами.

В рассмотренном случае недостатков в экспертном заключении, сомнений в правильности и объективности содержащихся в нем выводов, которые могли бы послужить основанием для назначения повторной экспертизы, не установлено.

Доводы Заявителя жалобы о недостоверности источников сведений, положенных в основу произведенной экспертизы, носят предположительный характер.

Указание в тексте заключения эксперта, назначенного определением суда от 28.09.2020, на недостаточность сведений, содержащихся непосредственно в материалах дела, отмеченное Заявителем жалобы, свидетельствует не о неточности определенной рыночной стоимости, а об использовании при проведении оценочной экспертизы дополнительных сведений, полученных из иных источников и полностью совпадающих с официальной информацией ГИБДД.

Доводы ответчика со ссылкой на рецензию специалиста ООО «НЭО Консалт» ФИО10 на заключение эксперта от 15.10.2020 об установлении рыночной стоимости транспортных средств ООО «Вест Элеватор» направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств. В частности, одним из выводов данной рецензии является утверждение о том, что результаты оценки, выполненной экспертом ФИО9 на основании определения Арбитражного суда г. Москвы от 28.09.2020, использованы в рамках судебного разбирательства по настоящему обособленному спору быть не могут. 

Указанная рецензия не может быть признана допустимым доказательством, поскольку, в силу ст. 71 АПК РФ оценка доказательств является исключительной прерогативой суда, а не иного лица, в том числе стороны по делу, ее представителя или иного привлеченного ею лица.

Бремя доказывания тех обстоятельств, что реализация транспортных средств произведено ФИО2 в обычной хозяйственной деятельности ООО «Вест Элеватор» по рыночной стоимости, которая отражала техническое состояние транспортных средств, а ее действия отвечали интересам юридического лица, лежит на самой ФИО2, которая ссылается на данные обстоятельства. 

Однако, как верно указал суд первой инстанциир, ФИО2 в нарушение положений ст. 65 АПК РФ не представлены доказательства, которые бы позволили суду прийти к выводу, что ее действия отвечали интересам юридического лица, а реализация транспортных средств по стоимости, определённой сторонами в договоре купли-продажи автомобиля от 13.02.2015 № 1, договоре от 10.11.2015 № 10/11 и договоре купли-продажи автомобиля от 30.03.2016 № 30/03 было обоснованно и отвечало интересам Должника. 

Вместе с тем, ФИО2 не представлены какие-либо доказательства в обоснование той стоимости транспортных средств, по которой она реализовала их в 2015- 2016 г. 

Более того, само заинтересованное лицо в ходе рассмотрения обособленного спора представило доказательства (отчеты оценщика), согласно которым рыночная стоимость транспортных средств, аналогичных реализованным, составляла: легкового автомобиля, марки ИНФИНИТИ QX80, 2014 года выпуска на 13.02.2015 года – 1 505 856 руб. (более чем в 6 раз выше цене соответствующего договора); легкового автомобиля, марки БМВ 750i XDRIVE, 2009 года выпуска на 10.11.2015 года – 501 000 руб. (более чем в 2 раза выше цене соответствующего договора); легкового автомобиля, марки АУДИ Q5, 2011 года выпуска на 30.03.2016 года – 503 000 руб. (более чем в 2 раз выше цене соответствующего договора). 

Таким образом, суд первой инстанции правильно пришел к выводу о доказанности обстоятельств реализации ООО «Вест Элеватор» в лице руководителя ФИО2 трех транспортных средств по стоимости, значительно отличающейся от рыночной.

Утверждение апеллянта о том, что транспортные средства приобретались Должником в неудовлетворительном состоянии, в нарушение положений ст. 65 АПК РФ документально не подтверждено. 

На основании изложенного суд первой инстанции верно пришел к выводу о том, что рассмотренные выше действия ФИО2 как руководителя ООО «Вест Элеватор» не отвечали интересам юридического лица, а реализация транспортных средств по стоимости, значительно ниже рыночной совершено без каких-либо вынужденных обстоятельств вопреки интересам подконтрольного ей Общества.

Изложенные в совокупности обстоятельства свидетельствуют о причинении бывшим руководителем должника ФИО2 убытков должнмику, поскольку она, реализовав транспортные средства по стоимости, значительно отличающейся от рыночной, не представила никаких оправдательных документов в обоснование необходимости принятия ею такого решения. 

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (п. 1 ст. 65 АПК РФ). 

При этом лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в частности по представлению доказательств (п. 2 ст. 9, п. 1 ст. 41 АПК РФ). 

Отсутствие данных доказательств со стороны ФИО2 не позволяет считать, что ответчик действовал добросовестно и разумно в интересах должника, в связи с чем суд посчитал доказанным всю совокупность условий, необходимых для взыскания с нее убытков в размере 4 186 000,00 руб. - разницы, между рыночной стоимостью транспортных средств, установленной в экспертном заключении (4 926 000 руб.) и стоимостью, по которой они были реализованы (740 000 руб.).

Доводы апелляционной жалобы о неисполнении адвокатских запросов, поданных адвокатом Волченко С.Ю., представляющим интересы Ответчика в данном обособленном споре, в ГИБДД ГУ МВД России по г. Москве, не опровергают выводы суда первой инстанции по существу.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно взыскал с ответчика заявленную суммы убытков в пользу должника.

Доводы ответчика об истечении срока исковой давности по заявленным требованиям не основаны на нормах права.

Закон о банкротстве не предусматривает специального срока исковой давности по требованиям о возмещении убытков, составляющих гражданско-правовую ответственность виновного в их причинении лица, следовательно, применению подлежит предусмотренный частью 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности - три года.

Как указано в пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», в случаях, когда требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

В силу положений пункта 1 статьи 129 Закона о банкротстве с даты утверждения конкурсного управляющего до даты прекращения производства по делу о банкротстве, или заключения мирового соглашения, или отстранения конкурсного управляющего он осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов управления должника, а также собственника имущества должника - унитарного предприятия в пределах, в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Федеральным законом.

Исходя из системного толкования пункта 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 и статьи 129 Закона о банкротстве срок исковой давности подлежит исчислению с даты утверждения конкурсного управляющего.

В рассматриваемом случае, арбитражный управляющий ФИО5 утвержден в качестве конкурсного управляющего должника решением Арбитражного суда Московской области от 16 июля 2018 года, а с заявлением о взыскании с бывшего руководителя должника он обратился 04 июня 2019 года, то есть в пределах срока исковой давности.

Изучив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия считает, что обстоятельства, на которых она основана, были предметом исследования арбитражного суда первой инстанции и получили надлежащую правовую оценку, по существу направлены на переоценку выводов суда, не опровергая их, сводятся к несогласию с оценкой установленных обстоятельств по делу.

Новых доказательств, влияющих на разрешение спора, суду не представлено.

Доводы апелляционных жалоб не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, а в апелляционной инстанции могли бы повлиять на законность и обоснованность принятого судебного акта. В связи с этим признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины при обжаловании данного определения не предусмотрена.

 Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 18 декабря 2020 по делу № А40-158713/17 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2  – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:                                                               В.В. Лапшина

Судьи:      В.С. Гарипов

 

                                                                                                                Р.Г. Нагаев