ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А55-27481/2017

г. Самара

15 июня 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 10 июня 2021 года

                        Постановление в полном объеме изготовлено 15 июня 2021 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Поповой Г.О.,

судей Александрова А.И., Гольдштейна Д.К., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

с участием:

от ФНС России – представитель ФИО2, по доверенности от 03.02.2021,

иные лица не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале №2 апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО3

на определение Арбитражного суда Самарской области от 06.04.2021 по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 к ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела № А55-27481/2017 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Ритеко», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, 443068, 

<

...>, литер М,

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Самарской области от 16.10.2017 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 08.02.2018 заявление ФНС России признано обоснованным. В отношении ООО ООО «Ритеко», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, 443068, 

<

...>, литер М введена процедура наблюдения. Временным управляющим должника утверждена ФИО3, член Ассоциации Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих, ИНН 

<

***>.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 22.05.2018 ООО «Ритеко», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре отсутствующего должника, в отношении ООО «Ритеко», ОГРН 

<

***>, открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим утверждена ФИО3.

Конкурсный управляющий ФИО3 обратилась в арбитражный суд с заявлением (с учетом приятных судом уточнений, в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) к ФИО4, ФИО9, ФИО6, ФИО7, ФИО8 о привлечении к субсидиарной ответственности в размере 5 579 926,91 руб.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 06.04.2021 в удовлетворении заявлений конкурсного управляющего ФИО3 отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий ФИО3 обратилась в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции в полном объеме.

В апелляционной жалобе заявитель указывает, что суд первой инстанции при рассмотрении заявления не дал никакой правовой оценки доводу о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности бывшего участника общества ФИО8, поскольку последняя совершила действия по избранию номинального руководителя ООО «УК Бизнес Сити».

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.llaas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель ФНС России доводы апелляционной жалобы поддержал, по основаниям в ней изложенным, просил определение суда первой инстанции отменить.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, в связи с чем жалоба рассмотрена в их отсутствие в порядке норм части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Конкурсный управляющий ФИО3 представила ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в свое отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены или изменения судебного акта, принятого арбитражным судом первой инстанции.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Согласно пункту 2 информационного письма Президиума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», после вступления в силу новых норм, регулирующих положения о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, они применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к субсидиарной ответственности, имели место после вступления в силу указанных норм.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу новых норм, регулирующих положения о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности в редакции, действовавшей до вступления в силу данных норм.

При этом процессуальные нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после вступления в силу новых норм независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности поступило в суд 24.12.2019, следовательно, подлежат применению положения Закона о банкротстве в редакции Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ в части применения процессуальных норм.

Из материалов дела следует, что дело о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено 16.10.2017 по заявлению кредитора ФНС России.

Как следует из материалов дела и установлено апелляционным судом, должность руководителя ООО «Ритеко» в период с 2014 по 22.05.2018 занимали следующие лица:

- ФИО7 – с 26.01.2012 по 06.02.2015;

- ФИО4 – с 06.02.2015 по 04.03.2016;

- ФИО5 – с 04.03.2016 по 11.04.2016;

- ООО УК «БИЗНЕС-СИТИ» - с 11.04.2016 по 22.05.2018;

- с 30.11.2015 и по состоянию на 30.03.2016 единственным учредителем являлась ФИО8

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий ссылается на то, что указанными лицами не исполнена обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом в суд, а также совершены сделки, в результате которых существенно ухудшено финансовое положение Общества и причинен имущественный вред кредиторам ООО «Ритеко».

Рассмотрев указанные заявления суд первой инстанции пришел к выводу об отказе в удовлетворении заявлений конкурсного управляющего.

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве, в редакции действовавшей в рассматриваемый период, нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

В силу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

- имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

При этом доказыванию подлежит точная дата возникновения перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закон о банкротстве обстоятельств, точные даты возникновения у соответствующего лица обязанности подать заявление о банкротстве должника и истечение предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закон о банкротстве срока, точная дата возникновения обязательства должника, к субсидиарной ответственности по которому привлекается лицо (лица).

В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

В заявлении конкурсный управляющий в качестве даты возникновения признаков банкротства должника указывает весь 2015 год – для руководителя ФИО4, точная дата возникновения обязанности обратиться с заявлением должника указана 01.03.2016; 04.04.2016 - для руководителя ФИО5, 30.04.2016 – для ООО УК «БИЗНЕС-СИТИ» в лице ФИО6

Из материалов дела следует, что основанием для обращения ФНС России с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) послужило Решение №16/031-63 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 27.10.2016, которым должнику доначислены недоимка 2 079 322 руб., пени 504 668 руб., штраф 103 966 руб. Должнику предложено доплатить вышеуказанную недоимку.

Решение вступило в силу через месяц после его вручения должнику, 27.11.2016. 

Следовательно, правомерно отклонен довод конкурсного управляющего должника о том, что ООО «Ритеко» имело на 31.12.2014 задолженность по налогам несостоятелен.

ООО «Развитие» обратилось в арбитражный суд с заявлением к ООО «РИТЕКО» о взыскании неустойки по договору купли продажи оборудования №2П3_631390/2966 в размере 637 948,84 рубля за нарушение срока поставки, в размере 2 728 253,6 руб. за нарушение сроков ввода объекта в эксплуатацию, а также 2 185 рублей процентов за пользование чужими денежными средствами за нарушение срока возврата согласованной в акте от 28.04.2015, в связи с недостатками оборудования (с учетом уточнения требований от 03.03.2016, принятого судом по правилу ст. 49 АПК РФ).

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 25.03.2016 исковые требования удовлетворены частично, с ООО «Ритеко» в пользу ООО «Развитие» взыскана договорная неустойка в размере 2 537 984 рубля 55 копеек, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 2 185 рублей и государственную пошлину по иску в размере 35 701 рубль. В остальной части в удовлетворении требований отказано.

Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 27.06.2016 по делу А45-440/2016 решением оставлено без изменения.

Конкурсный управляющий также ссылается на наличие задолженности перед ПАО «Европлан» на основании решения Арбитражного суда г. Москвы от 06.05.2016 №А40-118146/15-35-938.

Как усматривается из материалов дела, 06.08.2014 между ООО «Ритеко» (в качестве продавца) и АО «Европлан» (в качестве покупателя) заключен договор купли-продажи №34600442-КП/НСК-14 от 06.08.2014 (далее - «договор»), в соответствии с условиями которого истец должен был приобрести товар для последующей передачи в финансовую аренду (лизинг) третьему лицу, о чем указано в пункте 1.5. договора.

В соответствии с условиями договора, ответчик взял на себя обязательство передать в собственность истца следующее имущество (далее - «товар»): бетоносмесительная установка Riteko Classic 45МР.

В свою очередь истец обязался оплатить товар на условиях, предусмотренных договором.

Общая стоимость товара по договору составляет 178 000 евро (в т.ч. НДС 18%). истец исполнил свои обязательства по договору, а именно, оплатил полную стоимость товара, что подтверждается платежными поручениями №16329 от 19.08.2014, №35690 от 08.12.2014.

При этом, 31.03.2015 договор купли-продажи между сторонами был расторгнут на основании соглашения о расторжении к договору купли-продажи №34600442-КП/НСК-14 от 06.08.2014.

В связи с расторжением договора ответчик взял на себя обязательства по возврату ранее уплаченных истцом денежных средств в следующих размерах и сроки:

- 1 000 000,00 рублей не позднее 4 апреля 2015 года;

- 1 000 000,00 рублей не позднее 15 мая 2015 года;

- 8 764 318,60 рублей не позднее 31 августа 2015 года.

В связи с тем, что возврат денежных средств в связи с расторжением договора был обусловлен возвратом Товара, возврат товара не осуществлялся в указанные сроки, между сторонами возник спор, который был впоследствии разрешен в судебном порядке.

Определением Арбитражного суда города Москвы по делу №А40-123851/16-109-769 от 05.10.2016 прекращено производство по иску ПАО «Европлан» об обращении взыскания на заложенное имущество, об установлении начальной продажной цены заложенного имущества в размере 10 764 318 руб. 60 коп. (сумма долга по первому делу) в связи с отказом истца от иска.

Из анализа указанных обстоятельств по делу следует, что отсутствие кредитора ПАО «Европлан» в реестре кредиторов должника свидетельствует о том, что спор был урегулирован, и не связан с финансовыми трудностями ООО «Ритеко» по возврату денежных средств.

При этом наличие у должника задолженности не может рассматриваться как безусловное доказательство начала возникновения у должника какого-либо обязательства перед конкретным кредитором для целей определения необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом в соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве. 

Ухудшение финансового состояния юридического лица не отнесено статьей 9 Закона о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.

Для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов, в связи с чем, в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

Сами по себе кратковременные и устранимые, в том числе своевременными эффективными действиями руководителя затруднения, не могут рассматриваться как безусловное доказательство возникновения необходимости обращения последнего в суд с заявлением о банкротстве (позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2018 №306-ЭС17-13670(3), которое вошло в Обзор судебной практики Верховного Суда РФ № 3 (2018), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 14.11.2018).

Из приведенных норм права следует, что возможность привлечения лиц, названных в пункте 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности по указанным в данной норме основаниям возникает при наличии совокупности следующих условий:

- возникновение одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств (удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; иные случаи, предусмотренные настоящим Федеральным законом);

- неподача указанными лицами заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства;

- возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве;

- вина указанных лиц в неподаче заявления о банкротстве должника.

Заявитель обязан обосновать, по какому именно обстоятельству, предусмотренному пунктом 1 статьи 9, должник должен был обратиться в суд, когда именно он обязан был обратиться с заявлением, поскольку субсидиарная ответственность руководителей должника - юридического лица или членов ликвидационной комиссии (ликвидаторов), предусмотренная названной статьей, возможна лишь перед кредиторами, обязательства которых возникли после истечения срока на подачу заявления в арбитражный суд о банкротстве должника, а не до истечения этого срока.

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В соответствии со ст. 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

В соответствии со ст. 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Учитывая, что обязательства по решению Арбитражного суда Новосибирской области не были исполнены к 27.09.2016 (т.е. через 3 месяца после вступления в законную силу), то только после этой даты у должника возникли формальные признаки банкротства, а у его руководителя - обязанность по подаче заявления о признании его несостоятельным (банкротом).

Следовательно, заявление должно было быть подано до 27.10.2016.

Таким образом, как обоснованно указал суд первой инстанции должник не обладал признакам неплатежеспособности в период действия полномочий ФИО7, ФИО4, ФИО5

Руководителем должника в указанный период являлось ООО УК «Бизнес-Сити» в лице ФИО6 

При этом конкурсный управляющий не представил расчет обязательств должника, образовавшиеся после истечения срока, установленного статьей 9 Закона о банкротстве, и их размер, а указывает лишь общий размер задолженности, включенной в реестр требований кредиторов должника.

Между тем, не представлен расчета тех требований кредиторов, которые возникли после указанной даты, что необходимо в силу ст. 9 Закона о банкротстве для привлечения конкретного лица к субсидиарной ответственности.

Обязательства, включенные в реестр требований кредиторов, возникли ранее 27.10.2016.

Между тем субсидиарная ответственность на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве возникает не по всем обязательствам должника, а только по тем, которые появились после наступления обязанности руководителя должника по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника, то есть когда должник стал отвечать признакам неплатёжеспособности – в условиях сокрытия от будущих кредиторов такого состояния должника.

При этом бремя доказывания этих обстоятельств лежит на конкурсном управляющем.

На основании изложенного, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника в указанной части.

В обоснование заявления о привлечении ФИО4 конкурсный управляющий также ссылается на совершение сделок без соразмерного встречного представления, недействительность которых установлена судебными актами.

Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ предусмотрено, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В силу п. 23 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление №53) к числу сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

В этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сам по себе факт совершения подозрительной сделки указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 27.05.2019 признана недействительной сделка должника – договор купли-продажи от 20.10.2015 транспортного средства БМВ 5231 VIN 

<

***> г.в., цвет серый темный.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 04.09.2019 признана недействительной сделка должника – договор купли-продажи от 19.01.2016 транспортного средства Луидор, тип грузовой бортовой, VIN 

<

***>, 2012 г.в.

В связи с тем, что ФИО4 не привлекался к участию в обособленных спорах по рассмотрению вышеуказанных заявлений конкурсного управляющего, ФИО4 обладает полномочиями по реализации своих прав только в рамках обособленного спора о его привлечении к субсидиарной ответственности (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 26 ноября 2019 по делу №А40-74571/2016).

Поименованными судебными актами не были установлены наличие либо отсутствие оснований и вины для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности либо для взыскания убытков.

В пунктах 1 - 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) единоличного исполнительного органа, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В подпункте 5 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - постановление Пленума №62) разъяснено, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор, в том числе, знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой однодневкой» и т.п.).

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора, понесенные в результате этого убытки юридического лица, могут быть взысканы с директора (абзац 1 пункта 4 постановления Пленума №62).

Таким образом, предметом настоящего спора является установление либо опровержение того обстоятельства, что бывший руководитель должника целенаправленно действовал в ущерб интересам общества и его кредиторам. При этом, бремя доказывания вышеуказанных обстоятельств возлагается на конкурсного управляющего, заявившего требования о взыскании убытков.

В материалы дела представлены документы, что, автомобиль БМВ 5231 VIN 

<

***> г.в. участвовал в ДТП 05.03.2015 и был в значительной степени поврежден. 

17.06.2015страховая компания выплатила ООО «Ритеко» страховое возмещение в размере 1 150 000 рублей (Выписка с р/с РСХБ стр 83, операция 950). В разбитом состоянии автомобиль был продан ФИО10 за 100 000 рублей, денежные средства получены в кассу общества и использованы для оплаты текущих расходов.

Автомобиль Луидор, тип грузовой бортовой, VIN 

<

***>, 2012 г.в. был продан ФИО5 25.12.2015 в счет погашения задолженности по заработной плате.

При этом цена определялась сторонами исходя из фактического состояния автомобиля.

Так в результате совершенных сделок ООО «Ритеко» осуществляло деятельность после совершения сделок. На расчетном счету имелись денежные средства. Следовательно совершение указанных сделок не повлекли негативные последствия для должника в виде увеличения кредиторской задолженности, нарушения имущественных прав кредиторов в виду их отсутствия на момент совершения.

На основании изложенного, ссылка заявителя апелляционной жалобы о том, что определениями Арбитражного суда Самарской области от 27.05.2019, 04.09.2019 установлено наличие признаков неплатежеспособности, признается несостоятельной.

Следовательно, в отношении ФИО4 отсутствуют доказательства того, что его действия носили противоправный характер, причинно-следственная связь и его вина в причинении вреда кредиторам. Вышеуказанные сделки не привели к банкротству ООО «Ритеко» так как не отвечали критериям крупных сделок.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 №305-ЭС19-10079, презумпция совершения невыгодной сделки может применяться только тогда, когда инициированная контролирующим лицом невыгодная сделка являлась существенно невыгодной, в том числе, применительно к масштабам деятельности должника.

По результатам оценки представленных в материалы обособленного спора доказательств в их совокупности и взаимосвязи в порядке предусмотренном статьей 71 АПК РФ, судом установлено, что признаки неплатежеспособности у ООО «Ритеко» появились не в период руководства ФИО4, действия ФИО4 по заключению сделок не выходили за пределы объективного, разумного, ожидаемого поведения руководителя юридического лица, имели длительный и экономически оправданный характер, имущество списано с баланса должника с учетом его целевого назначения и длительного использования, в связи с чем вменяемые ФИО4 нарушения не могут служить в качестве оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

На основании изложенного, в части привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности, судом первой инстанции правомерно отказана в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника.

Кроме того, судом первой инстанции обоснованно сделан вывод о недоказанности конкурсным управляющим обстоятельств, свидетельствующих о совершении участниками общества ФИО7 и ФИО8 каких-либо действий, повлиявших на заключение договоров купли-продажи, отсутствия сведений о том, что совершение указанных сделок в соответствии с положениями Закона об обществах с ограниченной ответственностью требовало одобрения участниками общества, недоказанности заявителем наличия причинно-следственной связи между обозначенными им действиями участников должника ФИО7 и ФИО8 и неблагоприятными последствиями в виде банкротства последнего, и, как следствие, об отсутствии оснований для привлечения участников должника к субсидиарной ответственности применительно к положениям пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

В качестве основания для привлечения ФИО4 и ФИО8 к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий должника указал на неисполнение обязанности по передаче бухгалтерской и иной документации должника.

Исходя из правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 19.12.2017 №305-ЭС17-13674 по делу №А40-153469/2016, поскольку в силу пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве именно бывший руководитель должника обязан передать конкурсному управляющему документацию должника, для обоснования ходатайства конкурсному управляющему достаточно привести доводы о неисполнении бывшим руководителем данной обязанности.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.10.2020 по делу А55-27481/2017 отказано в удовлетворении заявленного конкурсным управляющим ходатайства об истребовании документов от ФИО4

 Доводы заявителя апелляционной жалобы  о  том, что ФИО4 был последним реальным руководителем ООО «Ритеко», и последнее прекратило осуществлять какую-либо деятельность отклоняется судебной коллегией, в связи с тем, что последнее занимало активную процессуальную позицию по делу №А45-440/2016: 07.03.2016 ООО «Ритеко» приобщены дополнительные документы, 09.03.2016 ООО «Ритеко» ходатайствовало о привлечении третьего лица, 16.03.2016 ООО «Ритеко» просило суд рассмотреть дело в отсутствие представителя, 05.06.16 и 06.06.2016 ООО «Ритеко» подано две апелляционные жалобы, 01.06.2016 ООО «Ритеко» подано ходатайство об отложении судебного разбирательства.

В рамках дела №А40-118146/2015 16.06.2016 ООО «Ритеко» подана апелляционная жалоба, 06.09.2016 ООО «Ритеко» подано ходатайство об отложении судебного разбирательства.

Указанные действия производились новым руководством ООО «Ритеко» после освобождения ФИО4 от должности директора, что подтверждается сведениями размещенными на сайте kad.arbitr.ru.

В соответствии с правовой позицией, которая нашла отражение в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника; удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) арианты ухудшения финансового положения должника.

Из материалов дела следует, что момента основания компании в 2011 году основным ее профилем была продажа и поставка оборудования, произведенного в Италии.

Деятельность должника зависела от курса евро, так как конечная цена продажи оборудования российскому покупателю включала в себя себестоимость его закупки в евро. В ростом курса валюты в 2015 году, деятельность общества стала затруднительной в связи с отсутствием спроса на оборудование по высокой цене, продажи отсутствовали.

30.11.2015 общество ООО «Ритеко» было продано ФИО8, 08.04.2016 года – ООО УК «Бизнес-Сити».

Задолженности перед ФНС России возникла в результате проведения налоговой проверки 30.03.2016-12.07.2016. Налоговым органом установлено, что налогоплательщик не представил запрашиваемые документы для проведения проверки и проверка проводилась на основании документов, представленных контрагентами, а также выписке по расчетному счету. В связи с представлением документов не всеми контрагентами (ООО «СК» на момент проверки прекратило деятельность, документы у указанного общества не запрашивались), ФНС были доначислены налоги, пени и штрафы. Ни решение, ни акт по результатам налоговой проверки не содержит выводов о недобросовестном поведении ответчика ФИО7 Документы, являющиеся основанием для совершения хозяйственных операций общества, были переданы по акту приема- передачи вновь утвержденному руководителю.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 15.01.2019 по настоящему делу в удовлетворении заявления конкурсного управляющего «Ритеко» о возмещении убытков по указанным выше обстоятельствам, отказано.

Между ООО «Ритеко» (продавец), ООО «Сибирская лизинговая компания» (покупатель) и ООО «Развитие» (лизингополучатель) заключен договор купли-продажи оборудования №2П3_631390/2966 от 02.10.2014, согласно условиям которого является передача быстромонтируемой бетоносмесительной установки «Riteko Veloce 120 TWIN» с системой нагрева БСУ в комплектации согласно приложения № 1 и приложения № 2.

Указанный товар приобретен во исполнение договора лизинга №2Л3_541382/2944 от 17.09.2014.

Иск ООО «Развитие» был предъявлен к ООО «Ритеко» 15.01.2016 и содержал в себе требования о взыскании 3 336 886 руб. 92 коп неустойки (неустойки по договору купли продажи оборудования №2П3_631390/2966 в размере 637948,84 рубля за нарушение срока поставки, в размере 2728253,6 руб. за нарушение сроков ввода объекта в эксплуатацию).

Как установлено судом первой инстанции, продавая общество в ноябре 2015 года, ФИО7 не имел возможности спрогнозировать предъявление указанного требования в пределах трехгодичного срока давности. 

Новый собственник ФИО8, полагая, что не сможет перепрофилировать бизнес без существенных вложений, перепродала общество в магазин готового бизнеса – ООО «УК «БИЗНЕС-СИТИ».

Следовательно, суд первой инстанции сделал обоснованный вывод о том, что причины несостоятельности должника носят объективный характер.

Согласно информации, размещенной в картотеке арбитражных дел, определением от 30.10.2018 суд обязал единоличного исполнительного органа должника управляющую компанию ООО УК «БИЗНЕС-СИТИ» передать документы и имущество должника конкурсному управляющему.

В обоснование заявленных требований конкурсным управляющим должника указано на неисполнение руководителем должника обязанности по передаче бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Поскольку вменяемое ответчику бездействие в виде непередачи документации должника имело место после дня вступления в силу Закона №266-ФЗ, при разрешении вопроса о привлечении указанного лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по указанному основанию, в соответствии с вышеизложенным применению подлежат положения главы III.2 Закона о банкротстве.

Пунктом 1 и подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ предусмотрена возможность привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае признания должника несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, что в отсутствие доказательств иного предполагается, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно пункту 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 указанной статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:

1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Положения подпункта 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов (пункт 6 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства (абзацы 3,4 пункта 24 Постановления № 53).

В соответствии с абзацем шестым пункта 24 Постановления №53 под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Согласно пункту 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума №53) необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Абзацем 2 пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» установлено, что если в качестве руководителя (единоличного исполнительного органа; далее - руководитель) должника выступает управляющая компания (пункт 3 статьи 65.3 ГК РФ), предполагается, пока не доказано иное, что контролирующими должника лицами являются как эта управляющая компания, так и ее руководитель, которые по общему правилу несут ответственность, указанную в статьях 61.11 - 61.13, 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (пункты 3 и 4 статьи 53.1 ГК РФ, абзац первый статьи 1080 ГК РФ).

С учетом положений пункта 1 статьи 7 Федерального закона от 06 декабря 2011 года №402- ФЗ «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

15.02.2019 в ЕГРЮЛ внесена запись о прекращении деятельности ООО УК «БИЗНЕС-СИТИ» в связи с исключением из ЕГРЮЛ (ГРН 6197746930034).

Применительно к указанным выше нормам, для целей определения обоснованности требований конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника бывшего руководителя ООО УК «БИЗНЕС-СИТИ» ФИО6, необходимо установить обязательные признаки, позволяющие суду отнести указанное лицо к контролировавшему лицу должника.

На дату открытия конкурсного производства в отношении должника 22.05.2018 руководителем ООО УК «БИЗНЕС-СИТИ» являлась ФИО11 (ГРН 2187746694012 от 17.01.2018).

Отсутствие у ФИО6 статуса контролирующего должника лица (недоказанность указанного обстоятельства) применительно к возникновению обязанности по передаче документации Общества в ходе процедуры банкротства исключает возможность его привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в связи с чем заявление конкурсного управляющего удовлетворению не подлежит.

Конкурсный управляющий считает, что действия ФИО8 в виде возложения полномочий управляющей организации на ООО УК «БИЗНЕС-СИТИ» привели к доведению должника до банкротства.

Однако в отсутствие доказательств причинно-следственной связи между действиями учредителя и неблагоприятными последствиями в виде наступления или усугубления неплатежеспособности должника указанные действия учредителя не могут быть квалифицированы судом в качестве основания возложения на учредителя субсидиарной ответственности по долгам должника.

Конкурсный управляющий не представил доказательств того, что своими действиями ответчик довел должника до банкротства, то есть до финансовой неплатежеспособности: до состояния, не позволяющего ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей в течение трех месяцев, с даты, когда они должны были быть исполнены.

Принимая во внимание, что требования разрешаются судом по конкретным заявленным основаниям и предмету, суд первой инстанции, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь положениями действующего законодательства, пришел к обоснованному выводу о том, что заявленные требования не подлежат удовлетворению, поскольку конкурсным управляющим не доказано возникновение у конкретного руководителя должника в конкретную дату обязанности по обращению в суд за признанием должника банкротом, как не доказан и размер обязательств, возникших после указанной даты.

При этом, конкурсный управляющий не указывает, какие именно сделки привели к банкротству, неплатежеспособности.

Таким образом, доказательств причинно-следственной связи между действиями руководителей и учредителей, и неблагоприятными последствиями в виде наступления или усугубления неплатежеспособности должника не предоставлено; конкурсный управляющий не представил доказательств того, что своими действиями заинтересованные лица довели должника до банкротства, то есть до финансовой неплатежеспособности: состояния, не позволяющего ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей в течение трех месяцев, с даты, когда они должны были быть исполнены; злоупотреблений правами в действиях также не установлено.

Ссылка заявителя на приведенную им судебную практику, подтверждающую, по его мнению, изложенную в апелляционной жалобе позицию, является несостоятельной, поскольку основана на других фактических обстоятельствах.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений. Следовательно, на лицах, привлекаемых к субсидиарной ответственности, лежит бремя опровержения наличия вины и причинно-следственной связи.

Конкурсный управляющий не доказал совокупность необходимых условий для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы судом апелляционной инстанции установлено, что доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит.

Материалы дела исследованы судом первой инстанции полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Суд первой инстанции при рассмотрении дела не допустил нарушения норм материального и процессуального права. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ основаниями для безусловной отмены судебного акта, при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции также не установлено.

При указанных обстоятельствах определение суда является законным и обоснованным.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд       

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 06.04.2021 по делу № А55-27481/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                       Г.О. Попова

Судьи                       А.И. Александров

                                                                                                                      Д.К. Гольдштейн