АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-2010/21 

Екатеринбург

19 июля 2023 г.

 

Дело № А76-37666/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 12 июля 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 19 июля 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шершон Н. В.,

судей Павловой Е.А., Новиковой О.Н., 

при ведении протокола помощником судьи Мясниковой О.В., рассмотрел в судебном заседании, проведенном с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание) кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «УралСпецХимзащита» (далее – общество «УралСпецХимзащита») и общества с ограниченной ответственностью «Ремонт и обслуживание» (далее – общество «Ремонт и обслуживание») на определение Арбитражного суда Челябинской области от 15.02.2023 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.04.2023 по делу № А76-37666/2017.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в режиме веб-конференции приняли участие представители: общества «УралСпецХимзащита» - ФИО1 по доверенности от 23.05.2023; ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 15.06.2020;  ФИО4 по доверенности от 15.06.2020.

 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 05.03.2018 возбуждено производство по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Уралзаводстрой» (далее – общество «УЗС», должник).

 Определением Арбитражного суда Челябинской области от 29.05.2018 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО5. 

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 18.06.2019 общество «УЗС» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО6. 

Конкурсный управляющий ФИО6 обратился в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением, в котором с учетом принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнений просил привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО7, ФИО2, взыскать с указанных лиц 59 076 685 руб. 69 коп.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 15.02.2023, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.04.2023, заявленные требования удовлетворены частично, суд привлек ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Уралзаводстрой», взыскал с ФИО7 в пользу общества «Уралзаводстрой» 7 635 896 руб. 14 коп. в порядке субсидиарной ответственности, отказав в удовлетворении остальной части заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

В кассационной жалобе (дополнении к кассационной жалобе) общества «УралСпецХимзащита» и «Ремонт и обслуживание» просят отменить указанные судебные акты, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. В обоснование доводов кассационной жалобы ее податели указывают на ошибочность выводов судов первой и апелляционной инстанции о том, что размер требований независимых кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника составляет лишь  6 718 865 руб. 16 коп., указывают, что как размер требований обществ «Ремонт и обслуживание» и «УралСпецХимзащита» составляет 49 985 366 руб. 54 коп., они включены в реестр определениями суда от 20.11.2018, 19.12.2018, 17.04.2019, однако суды их необоснованно не учли, ссылаясь на аффилированность указанных обществ с ФИО2 Кассаторы полагают, что судами неверно установлены причины банкротства должника, указывают, что действительной причиной банкротства послужило то обстоятельство, что в период с 2015 – 2016 годов ФИО2 незаконно вывел со счетов должника как минимум 29 732 476 руб., в том числе 14 661 526 руб. на свой личный счет и 15 070 950 руб. - посредством фиктивного документооборота через фирмы-однодневки; при этом сумма всех включенных в реестр требований независимых кредиторов за 2016 год по основному долгу составляет 26 750 809 руб. 27 коп. Кассаторы настаивают на том, что если бы ФИО2, который и является контролирующим должника лицом, не вывел указанные средства со счета должника, последний имел бы возможность в полном объеме рассчитаться с кредиторами по итогу 2016 года, избежав начисления финансовых санкций за просроченные платежи. Таким образом, кассаторы полагают, что истинными причинами банкротства должника явились именно неправомерные действия ФИО2, причинившие реальный ущерб в размере 29,7 млн. руб. и повлекшие начисление значительных штрафных санкций, а действия ФИО8 и ФИО9 в 2017 году по выводу еще 7,3 млн. руб. лишь дополнительно ухудшили финансовое положение должника. Утверждают, что сам по себе  корпоративный конфликт ФИО2, ФИО7 и ФИО9 не повлиял на уменьшение имущественной массы должника, как на то указали суды. Кассаторы полагают, что судами не в полном объеме установлены обстоятельства, имеющие значение для дела, в результате чего ФИО2  неправомерно освобожден от субсидиарной ответственности, а из размера субсидиарной ответственности контролирующего должника лица ФИО10 неправомерно исключены требования независимых кредиторов общества «Ремонт и обслуживание», установленные судебными актами арбитражного суда по настоящему делу.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО2 считает выводы судов законными обоснованными, просит оставить судебные акты без изменения.

Проверив законность обжалуемых судебных актов с учетом в порядке статей 284-287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не усматривает.

При рассмотрении спора судами установлено, что общество «УЗС» создано в качестве юридического лица 26.10.2007; учредителями (участниками) общества с 21.12.2012 являются: ФИО9 с долей участия 51 %, ФИО2 с долей участия 49 %; директором общества «УЗС» с 26.10.2007 по 30.12.2016 являлся ФИО2; в последующем, вплоть до открытия конкурсного производства, директором являлся ФИО7 

Обращаясь в арбитражный суд с требованием о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «УЗС», конкурсный управляющий ссылался на то, что указанными лицами организована система фиктивного документооборота с контрагентами (фирмами «однодневками»), в результате которой в течение 2012 - 2014 г.г. должником перечислялись денежные средства в отсутствие реальных хозяйственных операций, что является незаконным выводом активов общества «УЗС»; в дальнейшем, поступившие от должника денежные средства общество «УЗС» перечисляло на личные счета ФИО2 и ФИО7, после чего обращение на них взыскания по долгам должника стало невозможным.

Так, в обоснование требований к ФИО2 конкурсный управляющий привел доводы о том, что бывший руководитель должника ФИО2 в 2015-2016 годах перечислял денежные средства общества на свой собственный счет, расходовал их произвольно; оборот должника за 2016 год по работе с контрагентами, фактически не осуществляющими хозяйственную деятельность («однодневками»), составил 17 976 тыс. руб., что привело к невозможности удовлетворения требований кредиторов. 

В качестве основания привлечения к субсидиарной ответственности ФИО7 конкурсный управляющий указывает на совершение бывшим руководителем должника в 2017 году сделок по списанию с расчетного счета общества «УЗС» денежных средств и их перечисление на личный счет учредителя (участника) должника ФИО9 9 331 000 руб., в том числе безосновательно 7 393 тыс. руб. (определение от 21.12.2021). 

Требования к ФИО9 конкурсным управляющим не предъявлены, поскольку при удовлетворении заявления о признании недействительными сделок по перечислению денежных средств в пользу ФИО9 в порядке применения последствий недействительности сделки с ФИО9 взыскано 7 393 тыс. руб. ФИО9 привлечена к участию в обособленном споре в качестве лица, к которому предъявлено требование, по инициативе арбитражного суда с целью обеспечения ее равного процессуального статуса по сравнению с иными контролирующими должника лицами (определение от 15.11.2022). 

Разрешая заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о наличии правовых оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «УЗС» ФИО7 в сумме 7 635 896 руб. 14 коп., отказав при этом в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 

При этом суды руководствовались следующим.

Федеральный закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закона о банкротстве) в редакции как Федерального закона № 73-ФЗ и Федерального закона № 134-ФЗ, так и Федерального закона № 266-ФЗ предусматривает возможность привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности за доведение должника до банкротства (создание ситуации невозможности погашения требований кредиторов). Несмотря на последовательное внесение законодателем изменений в положения, регулирующие рассматриваемые отношения, правовая природа данного вида ответственности сохранилась.

Согласно положениям статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника.

если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой.

Соответствующие разъяснения приведены в пунктах 16, 17, 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».

Из материалов дела следует и судами установлено, что деятельность общества «УЗС» преимущественно заключалась в осуществлении противокоррозионной защиты (покраске) при строительстве объектов.

Судами установлено, что общество «УЗС» в качестве подрядной организации на постоянной основе сотрудничало с публичным акционерным обществом «Сургутнефтегаз» (заказчик, далее – общество «Сугрутнефтегаз»). Объекты, на которых общество «УЗС» выполняло работы, находились за пределами Челябинской области. 

В частности, как следует из судебных актов по делам № А75-1619/2020 и А75-6459/2020, общество «УЗС» (субподрядчик) и общество «Сургутнефтегаз» (генеральный подрядчик) заключили договор субподряда от 11.04.2016 № 99, предполагающий выполнение субподрядчиком работ на сумму 21 049 283 руб.. Общество «УЗС» в период с мая по октябрь 2016 года выполнило работы на сумму 11 626 770 руб., работы должны были быть завершены к 30.06.2017, однако письмом от 23.05.2017 должник отказался от исполнения договора. 

Из материалов дела также усматривается, что после мая 2017 года общество «УЗС» прекратило ведение хозяйственной деятельности.

За период осуществления хозяйственной деятельности у должника сформировалась кредиторская задолженность. В реестр требований кредиторов общества «УЗС» во вторую очередь включены требования уполномоченного органа в размере 132 570 руб. 26 коп., заработная плата работников (в том числе ФИО2) – 107 008 руб. 36 коп., в третью очередь - требования на сумму 57 410 907 руб. 07 коп. (в непогашенной части). За реестром требований кредиторов учтены требования в сумме 158 532 руб. 87 коп. Непогашенные текущие требования, учтенные конкурсным управляющим при определении размера субсидиарной ответственности, составили 1 114 570 руб. 

Наиболее крупные по размеру реестровые требования принадлежат конкурсным кредиторам обществу «Ремонт и обслуживание» и обществу  «УралСпецХимзащита» - в общем размере 49 985 366 руб. 54 коп.

Судами в данном споре установлено наличие заинтересованности между обществами «Ремонт и обслуживание», «УралСпецХимзащита» и «УЗС» 

Так,  судами учтены вступившие в законную силу судебные акты по делу №76-12492/2017 по иску общества «УралСпецХимзащита» к обществу «УЗС» о взыскании задолженности по договору аренды оборудования от 06.09.2016, которыми установлено, что общества «УралСпецХимзащита» и «УЗС» на 06.09.2016 являлись заинтересованными лицами через ФИО2 

Учредителями общества «Ремонт и обслуживание» с 20.04.2016 в равных долях являлись ФИО11 и ФИО2; ФИО2 вышел из состава учредителей (участников) с 23.07.2021. 

Также судами отмечено, что руководителем и общества «УралСпецХимзащита», и общества «Ремонт и обслуживание» в 2016-2017 годах являлось одно и то же лицо - ФИО12 

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 11.05.2018 по делу №А76-22725/2017 установлено, что в период исполнения ФИО2 обязанностей исполнительного органа был заключен договор аренды оборудования от 14.04.2016 № 1 с обществом «Ремонт и обслуживание», участником которого по состоянию на 24.07.2017 являлся ФИО2 с долей участия 50%. Договор аренды оборудования от 14.04.2016 № 1 был предметом рассмотрения в рамках дела № А76-12105/2017, где установлена заинтересованность сторон сделки - общества «Ремонт и обслуживание» и общества «УЗС» на момент ее совершения.

В период исполнения функций исполнительного органа ФИО2 подписана справка от 30.07.205 № 1 и акт выполненных работ от 30.07.2015 № 1 с обществом с ограниченной ответственностью «Строительное монтажное управление-6» на сумма 601 608 руб. 84 коп. в рамках договора от 20.06.2015 № 2; согласно выписке ответа налогового органа от 26.10.2017 ФИО2 в период с 01.01.205 по 31.12.2015 являлся участником данного общества. 

С учетом изложенных обстоятельств, установленных в вышеуказанных судебных актах, суды сочли, что названные обстоятельства в совокупности указывают на заинтересованность обществ «УралСпецХимзащита» и «Ремонт и обслуживание» по отношению к ФИО2 на дату возникновения обязательств (2016 год) и дату возникновения признаков банкротства (не позднее 2017 года) вплоть до июля 2021 года; вместе с тем, доказательств заинтересованности иных кредиторов по отношению к ФИО2, ФИО9 или ФИО7 материалы дела не содержат, доводы о наличии такой заинтересованности не заявлены.

На основании анализа представленных в материалы дела документов, судами установлено, что за 2016 год активы должника составляли: 2 473 000 руб. (основные средства), 19 249 000 руб. (запасы), 21 849 000 руб. (дебиторская задолженность) и иное имущество. В конкурсную массу включены два залоговых автомобиля, реализованные по цене 1 339 000 руб., и денежные средства в сумме 1 537 776 руб. 74 коп., что недостаточно для погашения как реестровых, так и текущих требований кредиторов.

Анализируя причины банкротства, суды обеих инстанций пришли к единому мнению о том, что в качестве наиболее очевидной причины банкротства выступает корпоративный конфликт, возникший в обществе «УЗС» на рубеже 2016-2017 годов, и последовавшее за ним прекращение хозяйственной деятельности. 

Так, установлено, что внеочередным общим собранием участников общества «УЗС», в котором участвовала только ФИО9, 23.12.2016 принято решение досрочно прекратить полномочия директора общества «УЗС» ФИО2, избрать директором ФИО7; в последующем - 29.05.2017, на общем собрании участников общества «УЗС», в котором участвовала только ФИО9, приняты решения об  оспаривании сделок общества «УЗС» и общества «Ремонт и обслуживание» как крупных сделок и сделок с заинтересованностью, об обращении в суд с иском о взыскании убытков с ФИО2 и об исключении его из числа учредителей (участников) общества «УЗС». 

Решением Металлургического районного суда г. Челябинска от 05.06.2017 по делу № 2-692/2017 отказано в удовлетворении иска ФИО2 о восстановлении его на работе и взыскании заработной платы за дни вынужденного прогула, заработная плата взыскана за декабрь 2016 года, а также взысканы компенсации в общем размере 45 596 руб. 72 коп.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 11.05.2018 по делу № А76-25725/2017 отказано в удовлетворении иска ФИО9 об исключении ФИО2 из состава участников общества в связи с выводом денежных средств на сумму 2 800 000 руб. и заключением договоров с обществами «Ремонт и обслуживание», «СМУ-6», «УралСпецХимзащита». 

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 09.06.2018 по делу № А76-35618/2017 отказано в удовлетворении иска общества «УЗС» об обязании ФИО2 передать документы общества; при этом судом установлено нахождение первичных документов за период с 2012 года по 30.12.2016, печатей и штампов, учредительных документов, документов о трудовых отношениях у общества «УЗС», и то, что после внезапного увольнения ФИО2 с должности директора общества «УЗС» вся документация осталась по месту нахождения общества «УЗС».

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 25.01.2018 по делу № А76-18596/2017 частично удовлетворены исковые требования ФИО2 о признании недействительным решения общего собрания участников общества «УЗС» от 29.05.2017.

Учитывая изложенные обстоятельства, суды заключили о наличии очевидных неразрешенных противоречий между упомянутыми лицами, участвующими в управлении обществом «УЗС», препятствующих продолжению нормальной хозяйственной деятельности, что, в свою очередь, отрицательно влияет на объем получаемой обществом от деятельности выручки и, как следствие, финансовых затруднений в расчетах с кредиторами, связанными с уменьшением и/или прекращением получаемой прибыли, что само по себе может явиться достаточной причиной банкротства общества.

Вместе с тем, поскольку согласно бухгалтерскому балансу общества «УЗС» за 2016 год его активы были достаточны для удовлетворения требований кредиторов, а в процедуре банкротства выявлена недостаточность имущества должника, конкурсный управляющий предположил наличие иных причин банкротства помимо корпоративного конфликта. В частности, ссылался на безосновательное, в ущерб интересам должника перечисление ФИО2 в период осуществления им полномочий руководителя общества «УЗС» в 2015-2016 годах денежных средств в свою пользу в сумме 13 827 006 руб.

Исследуя данный довод конкурсного управляющего, суды учли письменные пояснения ФИО2, в которых последний, оспаривая довод конкурсного управляющего о выводе денежных средств из общества, укуазал, что наличные денежные средства были необходимы для выплаты командировочных и неофициальной заработной платы работникам, находящимся на объектах общества «Сургутнефтегаз», в подтверждение чего представил следующие документы: «Таблица выдачи денежных средств по объекту ОАО «Сургутнефтегаз» (в обоснование суммы 7 152 131 руб.), «Таблица выдачи денежных средств по объекту Балаково» (в обоснование суммы 2 987 500 руб.), «Таблица по снятию наличными с банка в 2015 году на выплату заработной платы и командировочных» с приложением копий платежных ведомостей (в обоснование суммы 1 587 000 руб.); пояснил, что сумма 3 236 000 руб. была внесена на расчетный счет предприятия (возврат подотчетных средств), о чем имеется банковская выписка, находящаяся в обществе «Уралзаводстрой» у ФИО7 в папке «Касса 2015г.»; на сумму 312 992 руб. 57 коп. ФИО2 были сданы авансовые отчеты с чеками о командировочных расходах, оригиналы которых также находятся у ФИО7 - в папке «Авансовые отчеты 2015». 

С учетом пояснений ФИО2 и представленных им доказательств, судами установлено, что в 2015 году ФИО2 было получено от общества 8 275 525 руб., израсходовано - 15 275 623 руб. 57 коп.  

В 2016 году ФИО2 получено 10 104 125руб. 90 руб., из них израсходовано 19 669 938 руб. 40 руб., а именно: 10 571 461 руб. 01 руб. на выплату командировочных, не официальной заработной платы рабочим («Таблица выдачи денежных средств» с приложением чеков по операциям); 2 842 466 руб. 88 коп. - на выплату официальной заработной платы сотрудникам общества «Уралзаводстрой» («Таблица по снятию ФИО2 наличных с банка «Зенит» по чековой книжке на выплату заработной платы», платежные ведомости, оригиналы которых с подписями о получении находятся в обществе «Уралзаводстрой» у ФИО7 в папке «Касса 2016г.»); 636 761 руб. 61 коп. - были внесены на расчетный счет предприятия, возврат подотчетных средств (выписки банковских операций с банка «Зенит»); на сумму 5 619 248 руб. 90 коп. ФИО2 сданы авансовые отчеты с приложением чеков, командировочных расходов («Авансовые отчеты за 2016 год», оригиналы авансовых отчетов с чеками находятся в обществе «Уралзаводстрой» у ФИО7 в папке «Авансовые отчеты 2016»). 

В 2017 году ФИО2 получено 160 000 руб., из них израсходовано 152 000 руб. на выплату командировочных, заработной платы (не официальной) рабочим («Таблица выдачи денежных средств» с приложением чеков по операциям). При этом, как отмечено судом, наличие в штате общества «УЗС» работников подтверждено письменными доказательствами, а необходимость финансирования командировок работников следует из самой хозяйственной деятельности должника, осуществлявшейся за пределами г. Челябинска.

Судами приняты во внимание и пояснения допрошенной в судебном заседании 02.06.2022 в качестве свидетеля ФИО13 (бухгалтер общества «УЗС» с июня 2016 года по май 2017 года) которая подтвердила то, что работники общества «УЗС» как состояли в штате, так и нанимались без оформления трудового договора; также свидетель подтвердила, что ФИО2 и мастерам выдавались наличные денежные средства для приобретения билетов, выплаты суточных, оплаты проживания работников по месту работы. 

Суды приняли представленные ФИО2 копии чеков о переводе в период с 10.05.2016 по 02.06.2016 с его счета в пользу граждан денежных средств в качестве оплаты выполненных работ. 

С учетом совокупности приведенных обстоятельств, представленных доказательств, пояснений свидетеля, а также того обстоятельства, что наличие  корпоративного конфликта в обществе «УЗС» объясняет невозможность предоставления ФИО2 в подтверждение заявляемых им доводов документов, суды сочли возможным сделать вывод о том, что перечисление денежных средств производилось именно с целью осуществления хозяйственной деятельности должника. Кроме того, то обстоятельство, что денежные средства не выводились ФИО2 на иные цели, кроме как связанные с деятельностью общества, свидетельствует и то, что общество «УЗС» деятельность продолжало, исполняя обязательства перед контрагентами. 

При этом, как указывалось ранее, факт нахождения у общества «УЗС» первичных бухгалтерских документов за период с 2012 по 30.12.2016 годы, документов о трудовых отношениях подтвержден решением Арбитражного суда Челябинской области от 09.06.2018 по делу № А76-35618/2017, вынесенным по результатам рассмотрения иска общества «УЗС» к ФИО2 об обязании передать документы, которым установлено, что после внезапного увольнения ФИО2 с должности директора общества «УЗС», вся документация осталась по месту нахождения общества «УЗС». 

Исследуя второй довод конкурсного управляющего и кредиторов о безосновательном перечислении ФИО2 в 2016 году денежных средств в пользу сторонних предприятий под видом приобретения лакокрасочных материалов, мотивированный тем, что ФИО2 приобретал материалы в объемах, превышающих реальную потребность должника без разумного тому обоснования, суды первой и апелляционной инстанций установили, что в 2016 году общество «УЗС» выполняло работы с использованием собственных материалов на объектах общества «Сургутнефтегаз» по договорам субподряда на капитальное строительство (от 11.04.2016 № 98, от 11.04.2016 № 99, от 11.04.2016 № 134, от 02.06.2016 № 159, от 20.10.2016 № 188) и по договорам подряда на выполнение капитального ремонта нефтепромысловых объектов (от 29.04.2016 № 73, от 16.05.2016 № 47, от 30.06.2016 № 72, от 11.07.2016 №86, от 14.07.2016 № 158, от 08.09.2016 № 92). Часть работ выполнена должником, часть работ - субподрядчиком обществом «УралСпецХимзащита» по договорам субподряда с должником (от 11.04.2016 №14/16, от 11.04.2016 №15/16, от 11.04.2016 №16/16, от 29.04.2016 №17/16, от 16.05.2016 №18/16, от 02.06.2016 №19/16, от 30.06.2016 №20/16, от 14.07.2016№ 21/16, от 14.07.2016 №22/16, от 08.09.2016 №23/16, от 20.10.2016№25/16). Все работы выполнялись в соответствии с утвержденными Техническими требованиями от 28.11.2012 «Схемами покрытий для противокоррозионной защиты (окраски) металлоконструкций, наружной и внутренней поверхности объектов», которыми предусмотрены подлежащие применению лакокрасочные материалы для каждой из утвержденных схем покрытий. 

Заказчиками/покупателями в указанный период были общество «Сургутнефтегаз» на общую сумму 52 247 783 руб. 94 коп., общество «УралСпецХимзащита» на общую сумму 11 144 231 руб. 85 коп.; общество с ограниченной ответственностью «Тулачермет-сталь» на общую сумму 10 255 075 руб. 57 коп., общество с ограниченной ответственностью «Челябинский завод металлоконструкций» на общую сумму 10 468 338,74 руб., закрытое акционерное общество «Северсталь – Сортовой завод Балаково» на общую сумму 2 856 382 руб. 44 коп., Управление делами Губернатора и Правительства Челябинской области на сумму 47 999,00 руб. 

В отношении указанных обстоятельств ФИО2 также привел исчерпывающие пояснения, указал, что лакокрасочные материалы были приобретены для выполнения работ в 2017- 2018 годах в рамках обычной хозяйственной деятельности должника, объем приобретённых материалов не превышал реальной потребности должника в них с учетом целесообразности приобретения лакокрасочных материалов на будущее, был учтен в составе запасов. Фактически часть объемов по договорам 2016 года не выполнена в связи с ухудшением погодных условий и отсутствием подготовки металлоконструкций, и по инициативе заказчика перенесена на 2017 год. Разница в объемах материалов должна была использоваться в 2017 году и по состоянию на конец 2016 – начало 2017 года оставалась на складах. 

Судами учтено и то, что доводы о неосновательном получении  ФИО2 денежных средств общества «УЗС» ранее были исследованы судом в деле № А76-22725/2017  по иску ФИО9 к ФИО2 об исключении из состава участников общества, однако своего подтверждения также не нашли. 

Судами отмечено, что полный объем первичной документации, подтверждающий хозяйственную деятельность общества, в материалы дела не представлен. Тем не менее, учитывая совокупность приведенных пояснений и  имеющихся доказательств, невозможность представления ФИО2 всех доказательств и документов, подтверждающих осуществление хозяйственной деятельности общества, суды заключили о невозможности прийти к однозначному выводу о совершении последним действий по уменьшению активов общества «УЗС» и собственному обогащению.

Кроме  прочего, судами не установлено в ходе рассматриваемого обособленного спора  совершение ФИО2 и иных действий во вред кредиторам, например, подлежащих оспариванию сделок. 

Судами справедливо принято во внимание, что ФИО2 как поручитель общества «УЗС» в период наблюдения производил частичное погашение требования публичного акционерного общества Банк «Зенит» в общем размере 1 106 786 руб. (определения от 11.02.2019, от 06.11.2019). 

Кроме того, руководствуясь разъяснениями пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», из которых следует, что поскольку привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является санкцией за нарушение ими запрета на причинение вреда независимым участникам оборота, необходимо при установлении такого вреда исключить требования заинтересованных по отношению к контролирующему должника лицу кредиторов, суды указали, что реестр требований кредиторов общества «УЗС» включает требования ФИО2 и заинтересованных по отношению к нему кредиторов обществ «УралСпецХимзащита» и «Ремонт и обслуживание» на сумму более 50 млн. руб. и требования независимых кредиторов на сумму около 6,5 млн. руб., а потому требования обществ «УралСпецХимзащита» и «Ремонт и обслуживание» не подлежат учету при разрешении вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности. 

Судами верно учтено, что поскольку хозяйственная деятельность должника и обществ «УралСпецХимзащита», «Ремонт и обслуживание» была тесно связана и руководство должником и названными обществами по декабрь 2016 года осуществляли одни и те же лица, то удовлетворение требований заинтересованных кредиторов могло производиться на условиях, отличающихся от расчетов с независимыми кредиторами, в частности: за счет более широкого привлечения в качестве субподрядчика и использования предоставляемого в аренду оборудования при выполнении работ обществом «УЗС», не установив тем самым причинение ФИО2 вреда заинтересованным по отношению к нему кредиторам. 

Судами не установлено оснований предполагать, что ФИО2 в 2016 году и ранее мог совершать действия, направленные на причинение вреда обществам «УралСпецХимзащита», «Ремонт и обслуживание»; судами принято во внимание, что сам ФИО2 в качестве учредителя (участника) общества «Ремонт и обслуживание», требования к нему со стороны данных лиц в течение длительного времени не предъявлялись; напротив, одним из проявлений корпоративного конфликта являлось оспаривание ФИО9 сделок должника с указанными обществами. 

При этом после выхода 23.07.2021 ФИО2 из состава учредителей (участников) общества «Ремонт и обслуживание» между ним и вторым учредителем (участником) наличествовал конфликт, о чем свидетельствует факт наличия арбитражных (№ А76-989/2022, А76-41611/2022, А76- 42239/2022) и уголовных дел. 

Иск о привлечении к субсидиарной ответственности является групповым косвенным иском, так как предполагает предъявление полномочным лицом в интересах группы лиц, объединяющей правовое  сообщество кредиторов должника, требования к контролирующим лицам, направленного на компенсацию последствий их негативных действий по доведению должника до банкротства. При разрешении требования о привлечении к субсидиарной ответственности интересы кредиторов противопоставляются лицам, управлявшим должником, контролировавшим его финансово-хозяйственную деятельность. Таким образом, требование о привлечении к субсидиарной ответственности в материально-правовом смысле принадлежит независимым от должника кредиторам, является исключительно их средством защиты. Именно поэтому в том числе абзац третий пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве в настоящее время устанавливает правило, согласно которому в размер субсидиарной ответственности не включаются требования, принадлежащие ответчику либо заинтересованным по отношению к нему лицам. Если кредиторы являлись причастными к управлению должником и не имеют статуса независимых кредиторов, то они лишены возможности заявлять требование о привлечении к субсидиарной ответственности. Предъявление подобного иска может быть расценено как попытка компенсировать последствия своих неудачных действий по вхождению в капитал должника и инвестированию в его бизнес. В то же время механизм привлечения к субсидиарной ответственности не может быть использован для разрешения корпоративных споров. Если заинтересованные кредиторы полагают, что контролирующие должника лица как их партнеры по бизнесу действовали неразумно или недобросовестно по отношению к обществу, то они не лишены возможности прибегнуть к средствам защиты, имеющимся в арсенале корпоративного (но не банкротного) законодательства, в частности, предъявление требований о взыскании убытков, исключении из общества, оспаривании сделок по корпоративным основаниям и прочее (определение Верховного Суда Российской Федерации от 28.09.2020 № 310-ЭС20-7837). 

Руководствуясь, приведенной позицией, с учетом совокупности установленных обстоятельств, а именно: связанности ФИО2 с обществами «УралСпецХимзащита», «Ремонт и обслуживание» на дату возникновения обязательств и на момент возникновения корпоративного конфликта, отсутствие оснований для вывода о совершении им действий в ущерб именно этим кредиторам, участие ФИО2 в нескольких корпоративных конфликтах, суды правомерно заключили об отсутствии оснований для учета требований обществ «УралСпецХимзащита» и «Ремонт и обслуживание» при определении признаков неплатежеспособности общества «УЗС» и решении вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности. 

Проанализировав в совокупности доказательства, собранные в ходе рассмотрения настоящего дела, суды констатировали, что ФИО2 будучи руководителем общества «УЗС» выполнял все необходимые функции по осуществлению хозяйственной деятельности общества, деятельность общества велась, имеющиеся у общества «УЗС» на момент прекращения хозяйственной деятельности денежные средства в сумме 7 392 906 руб. 25 коп. являлись достаточными для удовлетворения требований всех независимых кредиторов и для осуществления выплат в пользу ФИО2 в связи с его увольнением, однако не были направлены новым руководителем общества «УЗС» ФИО7 на осуществление расчетов с кредиторами, а безосновательно перечислены ФИО9 

Таким образом, в виду отсутствия в рассматриваемом случае факта причинения вреда кредиторам должника действиями ФИО2, вместе с тем, при наличии противоправного поведения со стороны иных лиц - ФИО7 и ФИО9, что указанными лицами не опровергнуто, суды первой и апелляционной инстанций заключили, что основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «УЗС» перед иными кредиторами отсутствуют. 

Так, в рамках настоящего дела о банкротстве должника по заявлению конкурсного управляющего признаны недействительными сделки по перечислению в период с 31.01.2017 по 10.10.2017 на банковский счет ФИО9 денежных средств в сумме 7 392 906 руб. 25 коп., применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО9 указанной суммы обратно в пользу должника (определение от 27.12.2021); при этом судом установлено, что указанная сумма была израсходована ФИО9 не на нужды общества «УЗС» и не была возвращена в кассу общества «УЗС». Данные обстоятельства ФИО9 не оспариваются, определение от 27.12.2021 не обжаловано; выданный во исполнение определения исполнительный лист до настоящего времени не исполнен, денежные средства от взыскания в конкурсную массу не поступили. 

ФИО7 как директором общества «УЗС» совершались и иные действия в ущерб интересам кредиторов. В частности, была сформирована фиктивная кредиторская задолженность общества «УЗС» перед обществом с ограниченной ответственностью «Холдинговая группа «Вайс», наличие которой послужило основанием для введения наблюдения. Определением Арбитражного суда Челябинской области от 05.10.2020, оставленным без изменения постановлениями Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2021 и Арбитражного суда Уральского округа от 30.07.2021, заключенный должником от имени ФИО7 договор от 16.02.2017 № 335/ЕКБ-2017 возмездного оказания юридических услуг с обществом  «Холдинговая группа «Вайс» признан недействительным также по мотиву мнимости и заключения с целью создать искусственную задолженность. 

Размер требований независимых кредиторов общества «УЗС», включенных в реестр и учтенных за реестром, не превышает 7 млн. руб.; ФИО7  как директором общества «УЗС» осуществлено безосновательное перечисление денежных средств в сумме 7 392 906 руб. в пользу мажоритарного учредителя (участника) общества ФИО9 (доля в уставном капитале 51%).

При таких обстоятельствах, суды пришли в правильному выводу о том, что причиной банкротства общества «УЗС» явилась совокупность обстоятельств, а именно: корпоративный конфликт между ФИО9 и ФИО2, повлекший прекращение хозяйственной деятельности общества «УЗС», безосновательное расходование ФИО7 и ФИО9 денежных средств в сумме 7 392 906 руб. 25 коп. в обход имущественных интересов кредиторов общества «УЗС», послуживших причиной невозможности удовлетворения требований независимых кредиторов, что является основанием для привлечения ФИО7 к субсидиарной ответственности на основании пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве. 

Поскольку действия ФИО7 и ФИО9 по выводу денежных средств из общества «УЗС» очевидно носили совместный, согласованный характер, суды верно заключили, что оба этих лица несут ответственность перед потерпевшим. Одновременно с этим, суды первой и апелляционной инстанций учли уже возложенную определением от 27.12.2021 на ФИО9 ответственность в виде обязания возвратить должнику безосновательно присвоенную сумму 7 392 906 руб. 25 коп., установив данную ответственность солидарной. 

По результатам рассмотрения кассационной жалобы обществ «УралСпецХимзащита» и «Ремонт и обслуживание», изучения материалов дела, заслушав в судебном заседании пояснения участников процесса, суд округа считает, что судами первой и апелляционной инстанций все приведенные участвующими в рассматриваемом споре лицами доводы и доказательства исследованы и оценены, обстоятельства, имеющие существенное значение для его правильного разрешения, определены верно, нормы законодательства о банкротстве, регламентирующие институт субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, применены судами обеих инстанций правильно, выводы судов о применении нормы права соответствуют установленным ими обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, нарушений норм процессуального права, приведших к принятию неправильного судебного акта, не допущено.

Доводы, приведенные в кассационной жалобе, судом округа рассмотрены и отклоняются, поскольку они не свидетельствуют о допущенных судами при рассмотрении спора нарушениях норм права, повлекших принятие неправильных судебных актов. 

Обстоятельства деятельности ФИО2 в качестве учредителя и руководителя общества «УЗС», вменяемые ему в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, судам исчерпывающим образом исследованы, в судебных актах изложены все установленные ими фактические дела, доказательства, на которых основаны выводы судов об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения, в том числе в части отказа в привлечении к ответственности ФИО2; приведены мотивы, по которым судами приняты либо отклонены приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле. Судами также приведены фактические и правовые основания, по которым ими при определении размера субсидиарной ответственности не учтены требования обществ «УралСпецХимзащита» и «Ремонт и обслуживание».

Изложенные в кассационной жалобе доводы не могут служить достаточными основаниями для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку, по сути, сводятся к несогласию с выводами судов о фактических обстоятельствах спора, основанными на расхожей с ним оценке доказательственной базы по спору. 

Вместе с тем, переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, не допускается (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

На основании изложенного и принимая во внимание, что судами не допущено нарушения или неправильного применения норм материального и (или) процессуального права, при этом фактические обстоятельства спора установлены судами верно и в полном объеме, обжалуемые судебные акты отмене не подлежат, оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 15.02.2023 по делу № А76-37666/2017 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.04.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «УралСпецХимзащита» и общества с ограниченной ответственностью «Ремонт и обслуживание» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                                Н.В. Шершон 

 

Судьи                                                                                             Е.А. Павлова

 

                                                                                                       О.Н. Новикова