АРБИТРАЖНЫЙ СУД МАГАДАНСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А37-1360/2020

г. Магадан

24 сентября 2020 г.

Резолютивная часть решения объявлена 17 сентября 2020 г.

Решение в полном объёме изготовлено 24 сентября 2020 г.

Арбитражный суд Магаданской области в составе судьи А.В. Кушниренко,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1 

рассмотрев в судебном заседании в помещении арбитражного суда по адресу: 

<

...> дело по заявлению управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Магаданской области (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

о привлечении индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП 318491000009619, ИНН 

<

***>)

к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 14.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: компании «Интерконтиненталь Грейт ФИО3 Си» и «Крафт Фудс Швайц Холдингс ГМБХ»,

при участии:

от заявителя – ФИО4, главный специалист-эксперт отдела защиты прав потребителей, доверенность № Д-263-2020 от 04.09.2020, удостоверение, диплом;

от ответчика – Е.П. Муратиди, паспорт; ФИО5, представитель, адвокат Магаданской коллегии адвокатов, доверенность без номера от 19.03.2020, удостоверение адвоката;

от третьих лиц – не явились,

УСТАНОВИЛ:

Заявитель, управление Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Магаданской области (далее также – Управление Роспотребнадзора, административный орган), 05.06.2020 обратился в Арбитражный суд Магаданской области с заявлением от № 49-00-10/02-2672-2020 от 05.06.2020 о привлечении индивидуального предпринимателя ФИО2 к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 14.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ), с конфискацией арестованного имущества.

В обоснование заявления Управление Роспотребнадзора сослалось на пункт 2 статьи 494, подпункт 14 пункта 1 статьи 1225, пункт 1 статьи 1229, пункт 4 статьи 1252, статьи 1477, 1478, 1481, пункт 1 статьи 1482, статьи 1484, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункты 75, 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 от 23.04.2019 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», пункт 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 122 от 13.12.2007 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», на представленные доказательства и указало, что индивидуальный предприниматель Е.П. Муратиди допустил хранение и реализацию товара – пищевой продукции (шоколада и кондитерских изделий), содержащей незаконное воспроизведение чужих товарных знаков «OREO» (регистрация № 142248) и «MILKA» (международная регистрация № 674032) или сходных с ними обозначений для однородных товаров, при этом законным правообладателем товарного знака «MILKA» является компания «Крафт Фудс Швайц Холдингс ГМБХ» (международная регистрация № 674032), товарного знака «OREO» - «Интерконтиненталь Грейт ФИО3 Си» (регистрация № 142248).

К судебному заседанию от заявителя поступили письменные мнения: № 49-00-10/02-3015-2020 от 25.06.2020 (т. 2, л.д. 16), № 49-00-10/02-3177-2020 от 06.07.2020 (т. 2, л.д. 30), письменное мнение № 49-00-10/02-3380-2020 от 17.07.2020 (т. 2, л.д. 74-75), дополнения: № 49-00-10/02-3731-2020 от 06.08.2020 (т. 3, л.д. 9-10), дополнение № 49-00-10/02-3900-2020 от 18.08.2020 (т. 3, л.д. 82), № 49-00-10/02-4339-2020 от 14.09.2020 (т. 3, л.д. 129-130), в которых административный орган пояснил следующее.

Согласно пункту 4 постановления Конституционного Суда Российской Федерации № 8-П от 13.02.2018 «По делу о проверке конституционности положений пункта 4 статьи 1252, статьи 1487 и пунктов 1, 2 и 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой общества с ограниченной ответственностью «ПАГ» (далее – Постановление № 8-П) статья 1487 ГК РФ, как закрепляющая национальный принцип исчерпания исключительного права на товарный знак, подлежит применению во взаимосвязи с международно-правовым регулированием принципа исчерпания прав, включая пункт 16 приложения № 26 к Договору о Евразийском экономическом союзе, которым предусматривается исчерпание исключительного права на товарный знак правомерным введением в гражданский оборот товаров непосредственно правообладателем размещённого на них товарного знака или другими лицами с его согласия на территории любого из государств членов ЕАЭС.

В пункте 6 Постановления № 8-П от 13.02.2018 установлено, что во взаимосвязи со статьями 1252, 1484 и 1487 ГК РФ названные законоположения позволяют относить к контрафактным как поддельную продукцию, так и товар, снабжённый законным товарным знаком, но импортированный в Россию без согласия правообладателя.

Ссылаясь на статьи 4.1, 4.2, 4.8 ТР ТС № 022/2011, статью 3 Технического регламента Таможенного Союза № 022/2011 «Пищевая продукция в части её маркировки», утверждённого решением Комиссии Таможенного союза № 881 от 09.12.2011, заявитель указал, что товар, арестованный у предпринимателя в принципе не мог быть правомерно введён в гражданский оборот (выпускаться в обращение на рынок) на территорию любого из государств – членов ЕАЭС, так как не имеет маркировки на русском языке и на государственном(ых) языке(ах) государства – члена Таможенного союза при наличии соответствующих требований в законодательстве(ах) государства(в) – члена(ов) Таможенного союза.

Ссылаясь на технические регламенты таможенного Союза № 021/2011, № 022/2011, которыми определены обязательные требования к товару, законно вводимому в товарооборот на территории стран Таможенного союза, заявитель указал, что индивидуальный предприниматель Е.П. Муратиди принял товар к реализации в потребительской упаковке, на которой отсутствовала информация о едином знаке обращения продукции на рынке Евразийского экономического союза ЕАС, отсутствовала информация на русском языке, с воспроизведёнными товарными знаками «MILKA», «OREO» и не проверил, будет ли осуществляться им оборот пищевой продукции в соответствии с требованиями законодательства в сфере технического регулирования и в сфере интеллектуальной собственности, в части использования товарных знаков на законных основаниях.

Ссылаясь на пункт 4.3 постановления Конституционного Суда Российской Федерации № 40-П от 24.07.2020 «По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда» (далее – Постановление № 40-П), с учётом правовой позиции, выраженной в абзаце 7 пункта 6 мотивировочной части Постановления № 8-П, в которых определено, что во взаимосвязи со статьями 1252, 1484 и 1487 ГК РФ названные законоположения позволяют относить к контрафактным как поддельную продукцию, так и товар, снабжённый законным товарным знаком, но импортированный в Россию без согласия правообладателя.

Согласно заявлению представителей правообладателя товар, арестованный у предпринимателя правообладатель в Российскую Федерацию, не импортировал. В доказательство представитель правообладателей представил фотографии аналогичных товаров, которые импортируются в Российскую Федерацию. Данное утверждение подтверждается также из открытых реестров Роспатента и реестров Федеральной таможенной службы, а также письмами Федеральной таможенной службы Российской Федерации, имеющимися в материалах дела.

Импортировать кондитерские и шоколадные изделия под торговыми знаками «MILKA», «OREO» в Российскую Федерацию может исключительно компания ООО «Мон'дэлис Р; (601123, Владимирская область. 

<

...>).

Предоставленные декларации о соответствии не идентифицируются с товаром, находящимся в обороте у ответчика, так как заявителем в указанных декларациях указаны юридические лица (ООО «Профит», ООО «СВЭМ»), не являющиеся уполномоченными импортёрами.

В вышеуказанных декларациях о соответствии указан изготовитель Mondelez Deutschlabd GmbH Postfach, в то время как на потребительских упаковках товаров арестованных у ответчика указаны изготовители Mondelez Romania. Mondelez Vietnam, Mondelez Indonesia и т.д. Данный факт подтверждает контрафактность продукции арестованной у предпринимателя.

Управление пришло к выводу, что товар, в отношении которого применена обеспечительная мера – арест не был введён в гражданский оборот стран Таможенного союза, в частности в гражданский оборот Российской Федерации, правомерно (законно), следовательно, согласно выводам, изложенным в Постановлении № 8-П арестованный товар является контрафактным.

Таким образом, Управление Роспотребнадзора полагало, что необходимость в проведении экспертизы отсутствует, так как исходя из позиции Конституционного Суда Российской Федерации товар, неправомерно введённый в оборот признается контрафактным.

Кроме того, заявитель полагал, что в рассматриваемом деле имеет преюдициальное значение вступившее в силу решение суда по делу № А37-1361/2020 от 29.07.2020, так как предметом рассмотрения являлись идентичные товары, полученные у того же поставщика – индивидуального предпринимателя ФИО6, с предоставлением аналогичной декларации.

В процессе рассмотрения настоящего дела административным органом повторно направлялись запросы представителю правообладателей товарных знаков «MILKA» и «OREO», в Магаданскую таможню Дальневосточного Таможенного управления Федеральной таможенной службы, которые подтвердили, что данный товар не вводился на законных основаниях в гражданский оборот непосредственно правообладателями размещённых на них товарных знаков или другими лицами с его согласия.

Заявитель отметил, что предприниматель не представил доказательств, подтверждающих, что товар, реализацию которого он осуществлял, введён в оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия на законных основаниях; доказательств своевременного принятия им необходимых мер и проявления разумной осмотрительности в целях избежания неправомерного использования объекта интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другому лицу.

Кроме того, заявитель указал, что предприниматель принял товар к реализации с воспроизведёнными товарными знаками «MILKA», «OREO», не проверив, будет ли осуществляться им оборот пищевой продукции в соответствии с требованиями законодательства в сфере интеллектуальной собственности, в части использования товарных знаков на законных основаниях. Одновременно не проверил, будет ли осуществляться им оборот пищевой продукции в соответствии с требованиями законодательства в сфере технического регулирования в части маркировки товара, так как на потребительской упаковке отсутствовала информация о едином знаке обращения продукции на рынке Евразийского экономического союза ЕАС, отсутствовала информация на русском языке, языках стран ЕАЭС.

Сославшись на пункт 9.2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 11 от 17.02.2011 заявитель указал, что вина предпринимателя состоит в том, что последний принял товар к реализации с воспроизведёнными товарными знаками «MILKA», «OREO», на потребительской упаковке которых отсутствовала информация о едином знаке обращения продукции на рынке Евразийского экономического союза ЕАС, отсутствовала информация на русском языке, не проверив будет ли осуществляться им оборот пищевой продукции в соответствии с требованиями законодательства в сфере интеллектуальной собственности.

В соответствии со статьёй 121 АПК РФ информация о времени и месте судебного заседания в установленном порядке размещена на официальном сайте Арбитражного суда Магаданской области – www.magadan.arbitr.ru.

Представитель заявителя в судебном заседании поддержала правовую позицию административного органа в полном объёме, просила суд удовлетворить заявленное требование.

Ответчик, индивидуальный предприниматель Е.П. Муратиди, не согласился с заявленным требованием по основаниям, изложенным в возражениях без номера от 09.07.2020 (т. 2, л.д. 36-39), дополнениях к возражениям без номера от 29.07.2020 (т. 3, л.д. 1-6), возражениях без номера от 18.08.2020 (т. 3, л.д. 78-81), в которых, в частности, указал следующее.

Ответчик посчитал незаконным и необоснованным довод заявителя о том, что арестованная у предпринимателя продукция является контрафактной (поддельной) по причине отсутствия информации о едином знаке обращения продукта на рынке Евразийского экономического союза ЕАС, то есть продукции, которую подделали и упаковали в упаковки с изображением товарных знаков «MILKA» и «OREO».

Ссылаясь на Постановление № 40-П, ответчик указал, что в материалах дела отсутствуют сведения о том, что предприниматель является лицом, осуществляющим ввоз пищевой продукции с изображением товарных знаков «MILKA» и «OREO», либо определённой партии этого товара в Российскую Федерацию, а также заявителем не представлены доказательства, что изъятая у предпринимателя продукция с товарным знаком «MILKA» и «OREO» является контрафактной (поддельной), административный орган лишь ссылался на сообщение правообладателя о том, что данный товар не импортировался в Российскую Федерацию.

Индивидуальный предприниматель Е.П. Муратиди не является контролирующим органом, не наделён полномочиями проводить проверки в части появления приобретаемого им товара изначально в России, в его обязанности не входит проверять товар на контрафактность самостоятельно. Законодатель обязывает его затребовать соответствующие сертификаты качества на закупаемый товар, что предприниматель со своей стороны и выполнил.

Ссылаясь на статью 1487 ГК РФ, статью 14.10 КоАП РФ, ответчик сделал вывод о том, что незаконным использованием товарного знака может являться лишь то, которое выражено во введении маркированных охраняемым знаком товаров в гражданский оборот на территорию Российской Федерации впервые.

В противном случае, если товар уже введён правообладателем в гражданский оборот на территории Российской Федерации, в силу статьи 1487 ГК РФ происходит исчерпывание исключительного права на товарный знак и такой товар может быть реализован без получения каких-либо разрешений или заключения лицензионных соглашений. Таким образом, по мнению ответчика, предприниматель приобрёл товар уже введённый в гражданский оборот на территории Российской Федерации.

Ответчик также указал, что необходимо учитывать и правила об исчерпании исключительного права на товарный знак (статья 1487 ГК РФ), предполагающие, что розничному продавцу не требуется заключать лицензионный договор с правообладателем в случае продажи товара, введённого в гражданский оборот на территории Российской Федерации правообладателем или с его согласия.

Касательно отсутствия на части товара перевода на русский язык ответчик пояснил, что не является причиной считать продукцию контрафактом и законом не запрещено наклеивать перевод на русский язык в виде стикеров, которые выдаются при получении товара на складе в виде наклеек, то есть доносить до покупателя информацию о товаре любым удобным способом.

Предприниматель представил доказательства о том, что продукцию он закупал на территории Российской Федерации.

Как следует из представленных деклараций о соответствии: от 22.06.2010, от 22.06.2018, от 30.05.2019, от 12.03.2020 и данные документы содержат в себе информацию о едином знаке обращения продукта на рынке Евразийского экономического союза ЕАС. Данный знак указан также на стикерах с переводом маркировки, что также не противоречит Техническому регламенту Таможенного союза. Из этого следует, что товар не содержит признаков незаконного воспроизведения товарных знаков.

Согласно имеющихся в материалах дела договоров поставки: № 56 от 10.10.2019, № 18/12 от 18.12.2019, а также транспортных накладных: № 2930 от 10.10.2019, № 5435 от 18.12.2019, № 32 от 23.01.2020, спорный товар был приобретён на законных основаниях у профессиональных поставщиков индивидуального предпринимателя ФИО6, индивидуального предпринимателя ФИО7 и ООО «МЕГА», которые в свою очередь приобрели товар у других поставщиков, осуществляющих свою деятельность на территории Российской Федерации.

Оснований у предпринимателя для сомнений о добросовестности поставщиков и качестве товара не имелось, поскольку поставщики вместе с сопроводительными документами представили также и все необходимые сертификаты соответствия на товар, которые имеются в материалах дела (копии деклараций о соответствии продукции требованиям – т. 3, л.д. 104-115).

Представленные ответчиком декларации о соответствии на момент закупки товара не утратили свою юридическую значимость, идентифицируются с товаром, находящимся в обороте у предпринимателя. Тщательно изучались изготовители, указанные в декларациях и на потребительских упаковках.

По мнению ответчика, контрафактной продукцию можно определить только путём проведения соответствующей экспертизы.

Ответчик также сослался на судебную практику на решения Арбитражных судов и Конституционных судов Российской Федерации: по делу № А40-9281/08-145-128, по делу № А56-11662/2011, по делу № А21-5543/2011, где суды, отказывая в привлечении лица к административной ответственности по части 2 статьи 14.10 КоАП РФ, ссылались на отсутствие экспертизы либо из-за проведения экспертизы ненадлежащим образом. Исходя из практики, суды оценивают экспертизы на предмет их соответствия Федеральному закону № 73-ФЗ от 31.05.2001 «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» как одно из письменных доказательств и учитывает при разрешении спора в совокупности с другими доказательствами, имеющимися в деле.

Ответчик также пояснил, что в соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Арбитражного суда Российской Федерации, изложенными в постановлении № 11 от 17.02.2011 «О некоторых вопросах применения особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» по смыслу статьи 14.10 КоАП РФ ответственность за незаконное использование товарного знака может наступить лишь при условии, что на предмете правонарушения незаконно воспроизведён товарный знак. Это относится и к случаям, когда товарный знак незаконно размещён не только на самом товаре, но и на упаковке или сопроводительной документации к товару. Таким образом, лицо может быть привлечено к ответственности на основании статьи 14.10 КоАП РФ только в случае, если товар признан контрафактным.

Следовательно, по мнению ответчика, требования заявителя необоснованные, так как в действиях предпринимателя отсутствует необходимый элемент состава административного правонарушения – виновность.

Ответчик приобрёл введённый в оборот на территории Российской Федерации товар у действующего поставщика. Вместе с товаром поставщиками представлена сопроводительная документация по сертификации товара, в связи с чем ответчик не мог и не должен был сомневаться о том, что приобретённая продукция, либо на какой-то части приобретённой продукции оформление упаковки не соответствует оригинальному, то есть контрафакт.

Учитывая изложенные обстоятельства, лицу может быть известно о нарушениях только проведя специальную квалифицированную экспертизу всех покупаемых товаров. Однако такая обязанность на предпринимателя не возложена, в связи с чем считать его виновным в совершении правонарушения нет оснований.

В судебном заседании ответчик, его представитель возражали против удовлетворения заявленного требования по вышеуказанным основаниям.

Третьи лица, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, компании «Интерконтиненталь Грейт ФИО3 Си» и «Крафт Фудс Швайц Холдингс ГМБХ», поддержали правовую позицию административного органа, по основаниям, изложенным в отзыве № 203 от 07.07.2020 (т. 2, л.д. 21-22), в котором, в частности, указали, что Крафт Фудс Швайц Холдинге ГМБХ является правообладателем товарного знака «MILKA». Интерконтиненталь Грейт ФИО3 Си является правообладателем товарного знака «OREO». Ответчик осуществлял реализацию продукции, обозначенной товарными знаками «MILKA» и «OREO», что не оспаривается предпринимателем.

Ссылаясь на исследование, проведённое представителем правообладателей, 3 лица указали, что ни они сами, ни уполномоченные ими на основании лицензионных договоров лица не производили продукцию, обозначенную товарными знаками «MILKA» и «OREO», которую предлагал к продаже индивидуальный предприниматель Е.П. Муратиди.

Ссылаясь на статьи 1484, 1515 ГК РФ, пункт 13 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 11 от 17.02.2011 «О некоторых вопросах применения Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» 3 лица указали, что указанная продукция, обозначенная товарными знаками «M1LKA» и «OREO», является контрафактной, в том числе, по факту незаконного размещения зарегистрированных товарных знаков.

Таким образом, действия предпринимателя по реализации продукции с незаконно размещённым на ней товарными знаками «MILKA» и «OREO» образуют состав административного правонарушения, ответственность за совершение которого предусмотрена частью 2 статьи 14.10 КоАП РФ.

3 лица согласились с расчётом штрафа, произведённым Управлением Роспотребнадзора, просили суд назначить предпринимателю штраф в размере 496 386 рублей и конфисковать продукцию, на которую незаконно нанесены товарные знаки «MILKA» и «OREO».

Представители третьих лиц в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства третьи лица извещены надлежащим образом в соответствии со статьёй 123 АПК РФ. Какие-либо дополнительные доказательства, заявления, ходатайства не представили.

Установив фактические обстоятельства дела, заслушав представителя заявителя, ответчика, его представителя, оценив совокупность представленных в деле письменных доказательств, с учётом норм материального и процессуального права, суд пришёл к следующему.

Как следует из материалов дела, ФИО2 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 26.12.2018, ОГРНИП 318491000009619, ИНН 

<

***> (т. 1, л.д. 63-66).

Материалами дела подтверждается, что 06.02.2020 Магаданской таможней Дальневосточного Таможенного управления Федеральной таможенной службы получена информация от Я.М. Брутман, являющейся официальным представителем компаний «Интерконтинентайль Грейт ФИО3 Си» - правообладателя товарного знака «OREO» и «Крафт Фудс Швайц Холдингс ГМБХ» - правообладателя товарного знака «MILKA» о реализации индивидуальным предпринимателем Е.П. Муратиди по адресу: 

<

...>, торговое место «Сладости» в торговом центре «Бубль Гум», шоколада и кондитерской продукции с нанесёнными товарными знаками «MILKA» и «OREO», сходными до степени смешения с вышеуказанными товарными знаками (т. 1, л.д. 16-28).

11.02.2020 в Управление Роспотребнадзора поступили материалы из Магаданской таможни Дальневосточного Таможенного управления Федеральной таможенной службы, содержащие данные, указывающие на наличие события административного правонарушения, в части хранения и реализации товара, содержащего незаконное воспроизведение чужих товарных знаков «MILKA», «OREO» или сходных с ними до степени смешения обозначений для однородных товаров индивидуальным предпринимателем Е.П. Муратиди (т. 1, л.д. 16).

13.03.2020 ведущим специалистом-экспертом отдела защиты прав потребителей Управления Роспотребнадзора по Магаданской области, К.А. Эйснер, вынесены определения: о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования (т. 1, л.д. 60), определение об истребовании сведений, необходимых для разрешения дела об административном правонарушении (т. 1, л.д. 61).

17.03.2020 в ходе осмотра принадлежащих индивидуальному предпринимателю Е.П. Мурадитиди помещений, территорий и находящихся там вещей и документовА.К. Эйснер составлены протоколы: осмотра принадлежащих юридическому лицу или индивидуальному предпринимателю помещений, территорий и находящихся там вещей и документов (т. 1, л.д. 67-71), наложения ареста на товары и иные вещи (т. 1, л.д. 72-76).

Протоколом осмотра принадлежащих юридическому лицу или индивидуальному предпринимателю помещений, территорий и находящихся там вещей и документов без номера от 17.03.2020, произведённого видео-фотосъёмкой зафиксировано, что торговое место индивидуального предпринимателя Е.П. Муратиди состоит из стеклянных витрин, деревянных стеллажей, закрывающихся белых шкафов и в обороте у предпринимателя находится шоколад и кондитерские изделия, маркированные сходными до степени смешения с товарными знаками «MILKA» и «OREO», правообладателями которых являются компании: «Интерконтинентайль Грейт ФИО3 Си» и «Крафт Фудс Швайц Холдингс ГМБХ», с оформленными ценниками.

Согласно объяснениям индивидуального предпринимателя Е.П. Муратиди, данным при осмотре помещения, принадлежащего ему, вся обнаруженная продукция: шоколад и кондитерские изделия, маркированные сходными до степени смешения с товарными знаками «MILKA» и «OREO», принадлежит предпринимателю.

Вышеуказанный товар индивидуальный предприниматель Е.П. Муратиди приобретал у поставщиков г. Москва и Московская область: индивидуального предпринимателя ФИО7, индивидуального предпринимателя ФИО6, общества с ограниченной ответственностью «Мега».

20.03.2020 от представителя предпринимателя ФИО5 поступили сведения (документы) на определение административного органа об истребовании сведений от 13.03.2020 (т. 1, л.д. 87-122).

13.04.2020 Управлением Роспотребнадзора вынесено определение о продлении срока проведения административного расследования по делу об административном правонарушении ввиду необходимости получения дополнительных данных (т. 1, л.д. 125).

Согласно ответу представителя компаний «Интерконтиненталь Грейт ФИО3 Си» и «Крафт Фудс Швайц Холдингс ГМБХ» - Я.М. Брутман во исполнение определения должностного лица Управления Роспотребнадзора от 10.04.2020 о том, что в соответствии с имеющейся в ФГБУ ФИПС информацией относительно товарных знаков «Oreo» и «Milka» отсутствуют какие-либо сведения о регистрации лицензионных договоров на указанные товарные знаки с индивидуальным предпринимателем ФИО6, индивидуальным предпринимателем ФИО7, ООО «МЕГА», которые являются поставщиками Е.П. Муратиди, тогда как регистрация лицензионных договоров является в соответствии со статьями 1232, 1235 ГК РФ обязательной, что говорит о том, что правообладатели: компании «Интерконтиненталь Грейт ФИО3 Си» и «Крафт Фудс Швайц Холдингс ГМБХ» лицензионных договоров на право использование указанных товарных знаков с индивидуальным предпринимателем ФИО6, индивидуальным предпринимателем ФИО7, ООО «МЕГА» не заключали. Также не имеется заключённых лицензионных договоров на право использования товарных знаков «MILKA», «OREO» с предпринимателем.

04.06.2020 К.А. Эйснер в отношении индивидуального предпринимателяЕ.П. Муратиди был составлен протокол без номера от 04.06.2020 об административном правонарушении, ответственность за которое предусмотрена частью 2 статьи 14.10 КоАП РФ.

05.06.2020 Управление Роспотребнадзора обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении индивидуального предпринимателя Е.П. Муратиди к административный ответственности по части 2 статьи 14.10 КоАП РФ.

Согласно  части 2 статьи 14.10 КоАП РФ производство в целях сбыта либо реализация товара, содержащего незаконное воспроизведение чужого товарного знака, знака обслуживания, наименования места происхождения товара или сходных с ними обозначений для однородных товаров, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 14.33 настоящего Кодекса, если указанные действия не содержат уголовно наказуемого деяния, - влечёт наложение административного штрафа на должностных лиц - в размере трёхкратного размера стоимости товара, явившегося предметом административного правонарушения, но не менее пятидесяти тысяч рублей с конфискацией предметов, содержащих незаконное воспроизведение товарного знака, знака обслуживания, наименования места происхождения товара, а также материалов и оборудования, используемых для их производства, и иных орудий совершения административного правонарушения.

Как следует из материалов административного дела, в рамках настоящей статьи заявитель вменяет предпринимателю реализацию товара, статус которого определяет как контрафактный.

Изложенные предпринимателем и его представителем в процессе производства по делу об административном правонарушении, а также в процессе рассмотрения дела в суде доводы управление Роспотребнадзора оценивает критически, основываясь на правовой позиции представителя правообладателей рассматриваемых товарных знаков.

Вместе с тем, суд пришёл к выводу, что при рассмотрении настоящего дела административным органом не представлено достаточных доказательств вины предпринимателя во вменяемом ему административном правонарушении, как обязательного элемента состава административного правонарушения, что влечёт невозможность привлечения Е.П. Муратиди к административной ответственности по части 2 статьи 14.10 КоАП РФ в силу следующего.

Согласно части 1 статьи 1.5 КоАП РФ лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина.

В соответствии с частью 2 статьи 1.5 КоАП РФ лицо, в отношении которого ведётся производство по делу об административном правонарушении, считается невиновным, пока его вина не будет доказана в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом, и установлена вступившим в законную силу постановлением судьи, органа, должностного лица, рассмотревших дело.

Согласно части 3 статьи 1.5 КоАП РФ лицо, привлекаемое к административной ответственности, не обязано доказывать свою невиновность, за исключением случаев, предусмотренных примечанием к настоящей статье.

Кроме того, согласно части 5 статьи 205 АПК РФ по делам о привлечении к административной ответственности обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для составления протокола об административном правонарушении, не может быть возложена на лицо, привлекаемое к административной ответственности.

При этом в части 4 статьи 1.5 КоАП РФ закреплена правовая норма о том, что неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица.

Суд пришёл к выводу, что в процессе рассмотрения настоящего дела, так и не было установлено конкретное лицо, которое осуществило ввоз на территорию Российской Федерации выявленные в розничной реализации у предпринимателя товары с нанесёнными на них товарными знаками «MILKA», «OREO». 

Однако при этом в процессе рассмотрения дела однозначно было установлено, что ни предприниматель Е.П. Муратиди, ни поставщики спорной продукции (ип ФИО7, ип ФИО6, ООО «Мега», ООО «СВЭМ», ООО «Профит») в период с 01.01.2017 по 15.07.2020 не осуществляли ввоз на территорию Российской Федерации товары, маркированные товарными знаками «MILKA», «OREO» (согласно сведениям, содержащимся в базе данных ФТС России). Также указанные лица не осуществляли ввоз на территорию Российской Федерации товаров из других государств-членов ЕАЭС, в том числе маркированных товарными знаками «MILKA», «OREO» (согласно сведениям, содержащимся в журнале регистрации статистических форм учёта перемещения товаров в рамках взаимной торговли товарами Российской Федерации с государствами – членами Таможенного союза). Данные сведения были предоставлены заявителю Магаданской таможней в письме № 10-27/5128 от 14.09.2020, копия которого была приобщена в материалы дела.

Следовательно, ни предприниматель Е.П. Муратиди, ни его поставщики не ввозили на таможенную территорию Российской Федерации рассматриваемые товары, соответственно не вводили их в гражданский оборот на территории Российской Федерации, потому что он уже был введён в гражданский оборот иными лицами, не установленными административным органом.

Возражая против заявления административного органа, предприниматель также ссылался на положения статьи 1487 ГК РФ «Исчерпание исключительного права на товарный знак» согласно которой не является нарушением исключительного права на товарный знак использование этого товарного знака другими лицами в отношении товаров, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия.

С учётом того обстоятельства, что материалы дела не содержат однозначных доказательств того, что данные товары были введены в гражданский оборот без разрешения правообладателя, указанный факт также не может быть признан судом установленным. 

При этом суд считает, что в рассматриваемой ситуации соответствующих пояснений представителя правообладателя недостаточно, ввиду того, что данные товары не изъяты из оборота, не ограничены в обороте, были приобретены поставщиками предпринимателя на территории города Москвы, предприниматель мог добросовестно заблуждаться относительно законности их введения в гражданский оборот.

Также согласно пункту 4.3 постановления Конституционного Суда Российской Федерации № 40-П от 24.07.2020 толкуя правило об исчерпании исключительного права на товарный знак (статья 1487 данного Кодекса), предполагающие, что розничному продавцу не требуется заключать лицензионный договор с правообладателем в случае продажи товара, введённого в гражданский оборот на территории Российской Федерации правообладателем или с его согласия. Чтобы установить факт нарушения прав правообладателя товарного знака, суд оценивает представленные сторонами и истребованные от третьих лиц, в том числе лицензиатов, по ходатайству лиц, участвующих в деле, доказательства, указывающие, произведены или нет проданные индивидуальным предпринимателем товары третьими лицами - лицензиатами, получившими от правообладателя товарного знака право использовать его при производстве товаров. Одно только отсутствие лицензионного договора с индивидуальным предпринимателем не может служить безусловным доказательством нарушения прав правообладателя.

Кроме того, в процессе рассмотрения дела было установлено, что у предпринимателя имелись декларации соответствия на рассматриваемый товар: от 22.06.2018 (т. 3 л.д. 44-46, 69-70) и от 30.05.2019 (т. 3 л.д. 47-48) на которых, помимо правообладателей была указана информация о едином знаке обращения продукта на рынке Евразийского экономического союза.

Данные сведения были размещены на официальном сайте Росаккредитации, в связи с чем сомневаться в их достоверности у предпринимателя не было оснований.

Также не проводилась экспертиза подлинности товаров, в связи чем не доказан факт незаконности воспроизведения чужого товарного знака иными, не уполномоченными на то лицами. 

Изложенные фактические обстоятельства позволяют прийти к выводу, что по настоящему делу имеются объективные неустранимые сомнения в виновности предпринимателя Е.П. Муратиди во вменяемом ему правонарушении. 

Иная правовая оценка фактических обстоятельств при рассмотрении заявленных требований с учётом как имеющихся, так и отсутствующих в деле доказательств, по мнению суда, означала бы объективное вменение предпринимателю факта совершения административного правонарушения, что противоречит общеправовым принципам законности и справедливости. 

На основании изложенного, с учётом части 4 статьи 1.5 КоАП РФ суд пришёл к выводу об отказе управлению Роспотребнадзора в удовлетворении заявления о привлечении предпринимателя Е.П. Муратиди к административной ответственности, предусмотренной частью 2 статьи 14.10 КоАП РФ.   

В отношении арестованного товара по протоколу наложения ареста на товары и иные вещи б/н от 17.03.2020 суд установил следующее.

В соответствии с частью 4 статьи 3.7 КоАП РФ конфискация орудия совершения или предмета административного правонарушения, принадлежащих на праве собственности лицу, не привлечённому к административной ответственности за данное административное правонарушение и не признанному в судебном порядке виновным в его совершении, не применяется, за исключением административных правонарушений в области таможенного дела (нарушения таможенных правил), предусмотренных главой 16 настоящего Кодекса.

В связи с не привлечением предпринимателя Е.П. Муратиди к административной ответственности по части 2 статьи 14.10 КоАП РФ на основании частей 1 – 4 статьи 1.5 КоАП РФ, суд не может применить конфискацию в отношении товара, арестованного по протоколу наложения ареста на товары и иные вещи б/н от 17.03.2020, находящегося на ответственном хранении у индивидуального предпринимателя ФИО2, в связи с чем пришёл к выводу об освобождении указанного товара от ареста и возвращения его предпринимателю. 

При этом суд учитывает, что согласно абзацу 5 пункта 1 резолютивной части постановления Конституционного Суда Российской Федерации № 8-П от 13.02.2018 товары, на которых товарный знак размещён самим правообладателем или с его согласия, ввезённые на территорию Российской Федерации без согласия правообладателя, могут быть изъяты из оборота и уничтожены в порядке применения последствий нарушения исключительного права на товарный знак лишь в случае их ненадлежащего качества и (или) для обеспечения безопасности, защиты жизни и здоровья людей, охраны природы и культурных ценностей.

Как было указано выше, экспертиза на предмет поддельности товаров не проводилась. Такого факта в процессе рассмотрения дела не было установлено.

Однако в связи с тем, что в процессе рассмотрения дела управление Роспотребнадзора представило доказательства того, что документы, предоставленные предпринимателю его контрагентами не соответствовали достоверным данным о правообладателях прав на рассматриваемые товарные знаки, данный товар не подлежит дальнейшей реализации, не может находиться в обороте, а может быть использован предпринимателем только для своих личных нужд.

Рассмотрение заявлений о привлечении к административной ответственности государственной пошлиной не облагается.

В соответствии со статьёй 176 АПК РФ датой принятия настоящего решения является дата его изготовления в полном объёме.

Руководствуясь статьями 167-170, 176, 180-182, 205, 206 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьёй 1.5, частью 4 статьи 3.7, статьёй 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, арбитражный суд

РЕШИЛ:

1. Отказать управлению Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Магаданской области в удовлетворении требования о привлечении индивидуального предпринимателя ФИО2 к административной ответственности, предусмотренной частью 2 статьи 14.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

2. На основании части 4 статьи 3.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не применять конфискацию в отношении товара, арестованного по протоколу наложения ареста на товары и иные вещи б/н от 17.03.2020, находящегося на ответственном хранении у индивидуального предпринимателя ФИО2 по адресу: 

<

...>, ТЦ «Бубль Гум», торговое место: «Сладости», в связи с чем освободить указанный товар от ареста. Товар не подлежит дальнейшей реализации. 

3. Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Шестой арбитражный апелляционный суд в десятидневный срок со дня его изготовления в полном объёме. Вступившее в законную силу решение арбитражного суда первой инстанции, если такое решение было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы, может быть обжаловано в порядке кассационного производства. Кассационная жалоба может быть подана в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого решения арбитражного суда. Жалобы подаются через Арбитражный суд Магаданской области.

Судья                            А.В. Кушниренко