Арбитражный суд Воронежской области

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

г. Воронеж                                                                                               Дело № А14-18118/2019

« 22 » декабря 2020 г.

Резолютивная часть решения объявлена 9 декабря 2020 г.

Арбитражный суд Воронежской области в составе судьи Барковой Е.Н.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску 

общества с ограниченной ответственностью научно-производственное объединение «Нефтегаздеталь», г.Воронеж, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, 

в лице ФИО2, г.Воронеж, 

и ФИО3, г.Воронеж,

к ФИО4, г.Воронеж,

третье лицо: ФИО5, г.Воронеж,

о признании сделок недействительными,

при участии в заседании:

от истца ООО НПО «Нефтегаздеталь» - ФИО6, адвокат, по доверенности б/н от 25.05.2020,

от ФИО2 – ФИО6, адвокат, по доверенности № 36АВ3005163 от 30.09.2019,

от ФИО3 – ФИО6, адвокат, по доверенности № 36АВ 3005161 от 30.09.2019,

от ответчика ФИО4 – ФИО7, представитель, по доверенности № 36АВ 2863627 от 10.09.2019,

третье лицо ФИО5 – не явился, надлежаще извещен, 

установил:

ФИО2 (далее – истец, ФИО2) и ФИО3 (далее – истец, ФИО3) обратились в арбитражный суд с иском к ФИО4 (далее – ответчик, ФИО4) о признании недействительными сделками договор займа № 8 от 08.12.2017 на сумму 2500000 руб., договор займа № 1-з от 27.12.2017 на сумму 2164000 руб. и договор займа от 15.10.2018 на сумму 8560000 руб.

В обоснование заявленных требований истцы указали, что являются участниками общества с ограниченной ответственностью научно-производственное объединение «Нефтегаздеталь» (далее – ООО НПО «Нефтегаздеталь») и владеют долями в уставном капитале общества в размере: ФИО2 – 25 % уставного капитала, ФИО3 – 25 % уставного капитала. Участниками общества также являются: ФИО5 (28 % уставного капитала, являющийся одновременно генеральным директором общества, и ФИО4 (22 % уставного капитала). При этом, в период с 23.06.2010 по 14.02.2019 ФИО4 исполнял обязанности коммерческого директора и имел в подчинении работников бухгалтерии общества, включая главного бухгалтера. С учетом указанных обстоятельств, ответчик, по мнению истцов, был осведомлен о реальном финансовом состоянии общества.

Как указывает истец, через месяц после своего увольнения с должности коммерческого директора ООО НПО «Нефтегаздеталь» ФИО4 обратился в Коминтерновский районный суд г.Воронежа с иском к обществу о взыскании якобы предоставленных им обществу займов, процентов и пени на общую сумму 15664623 руб. 55 коп., ссылаясь в обоснование своих требований на договор займа № 8 от 08.12.2017 на сумму 2500000 руб., договор займа № 1-з от 27.12.2017 на сумму 2164000 руб. и договор займа от 15.10.2018 на сумму 8560000 руб.

По мнению истцов, указанные договоры займа являются недействительными по следующим основаниям:

- привлечение обществом заемных денежных средств на условиях, существенно, в худшую сторону, отличающихся от иных предложений, на весьма короткий срок, на неизвестные цели, явно не соответствует основной цели деятельности коммерческой организации;

- в договорах займа № 8 от 08.12.2017 и № 1-з от 27.12.2017 были установлены проценты за пользование займом в размере 28,8 % и 24 % годовых, что более чем в 2,8 раза превышает средний размер таких процентов, существовавший в декабре 2017 года по аналогичным кредитам; в отношении ставки в размере 12 % годовых также наблюдается превышение над средними значениями более чем на 3,7 % годовых;

- кроме того, займы предоставлены на короткие сроки;

- истцам ничего неизвестно о конкретных целях привлечения краткосрочных заемных средств в условиях общей неплатежеспособности общества в спорный период, равно как и о поступлении денежных средств в кассу организации по договорам займа № 8 от 08.12.2017 и № 1-з от 27.12.2017, фактически денежные средства по указанным договорам в кассу организации не вносились;

- по мнению истцов, со стороны ФИО4 имеет место сознательное искусственное создание кредиторской задолженности в свою пользу, путем оформления соответствующих первичных документов, совершенное с противоправной целью получения материальной выгоды по несуществующим финансовым операциям;

- все оспариваемые договоры являются сделками с заинтересованностью, не получившими соответствующего одобрения общего собрания участников общества;

- истцы полагают, что в результате совершения оспариваемых сделок был причинен существенный вред правам и законным интересам общества, полученные денежные средства не только не были направлены на пополнение оборотных средств и уменьшение кредиторской задолженности общества, а, напротив, лишь увеличили данную задолженность.

Определением суда от 16.10.2019 принято исковое заявление ФИО2 и ФИО3, возбуждено производство по делу, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО5 и ООО НПО «Нефтегаздеталь», предварительное судебное заседание и судебное разбирательство по делу назначены на 18.11.2019.

Представитель истцов в предварительном судебном заседании 18.11.2019 просил считать истцом по настоящему делу ООО НПО «Нефтегаздеталь», а ФИО2 и ФИО3 его представителями.

С учетом положений статьи 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации суд определил: считать ООО НПО «Нефтегаздеталь» истцом по настоящему делу, а ФИО2 и ФИО3 - его представителями.

Представитель ФИО2 и ФИО3 в предварительном судебном заседании 18.11.2019 заявил ходатайство о приостановлении производства по настоящему делу до вступления в законную силу судебного акта, оканчивающего производство по делу № 2-3228/2019.

Определением суда от 18.11.2019 производство по делу приостанавливалось до вступления в законную силу судебного акта, оканчивающего производство по делу № 2-3228/2019, рассматриваемому Коминтерновским районным судом г.Воронежа.

Апелляционным определением Воронежского областного суда от 07.07.2020, решение Коминтерновского районного суда г.Воронежа от 31.10.2019 по делу № 2-3228/2019 было оставлено без изменения, апелляционные жалобы ООО НПО «Нефтегаздеталь» и ФИО4 без удовлетворения.

Определением суда от 27.07.2020 производство по делу № А14-18118/2019 было возобновлено, предварительное судебное заседание и судебное разбирательство по делу назначены на 19.08.2020.

Представитель истцов в судебном заседании 26.08.2020 заявил ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы, на разрешение эксперта просил поставить следующие вопросы:

- имелись ли у ООО НПО «Нефтегаздеталь» признаки несостоятельности (банкротства) на 15.10.2018 при анализе его финансового состояния;

- какие последствия для платежеспособности ООО НПО «Нефтегаздеталь» имело заключение договора займа от 15.10.2018. Проведение экспертизы просил поручить эксперту ООО «Воронежский центр судебной экспертизы».

В судебном заседании 26.08.2020 представитель ответчика против удовлетворения ходатайства представителя истцов о назначении по делу судебной экспертизы возражал.

На основании статей 64, 65, 67, 75, 82, 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) судом ходатайство представителя истцов о назначении по делу судебной экспертизы было оставлено без удовлетворения, ввиду неотносимости к обстоятельствам подлежащим доказыванию. 

В судебном заседании 24.08.2020 представитель истцов устно заявил о дополнении обоснования заявленных требований, в котором указал на наличие заинтересованности в совершении сделок ФИО5, при этом, заявил ходатайство об отложении судебного заседания для подготовки правовой позиции по делу.

На основании статьи 49 АПК РФ судом принято к рассмотрению дополнение оснований заявленных исковых требований.

Определением суда от 26.08.2020 судебное разбирательство по делу откладывалось на 28.09.2020.

В письменном виде заявление о дополнении оснований заявленных требований представлено истцами в арбитражный суд 16.09.2020.

В судебном заседании 28.09.2020 судом принято к рассмотрению заявление о дополнении оснований заявленных требований.

Определением суда от 30.09.2020 судебное разбирательство по делу откладывалось на 08.10.2020.

Определением суда от 14.10.2020 удовлетворено ходатайство представителя ответчика об истребовании доказательств из ПАО Сбербанк, ПАО Банк ВТБ и АО «СМП Банк»; судебное разбирательство по делу откладывалось на 17.11.2020.

Определением суда от 17.11.2020 судебное разбирательство по делу откладывалось на 09.12.2020 для получения истребованных судом доказательств.

В судебное заседание 09.12.2020 третье лицо ФИО5 не явился, о месте и времени судебного разбирательства надлежаще извещен. На основании статьи 156 АПК РФ судебное разбирательство проводилось в отсутствие третьего лица ФИО5

Представитель истцов в судебном заседании 09.12.2020 поддержал заявленные исковые требования в полном объеме.

Представитель ответчика в судебном заседании 09.12.2020 возражал против удовлетворения исковых требований.

Из материалов дела следует, что ООО НПО «Нефтегаздеталь» зарегистрировано в качестве юридического лица 08.08.2003 Межрайонной инспекцией Министерства Российской Федерации по крупнейшим налогоплательщикам по Воронежской области за ОГРН 

<

***>.

Как следует из представленной в материалы дела выписки из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) участниками общества являлись: ФИО2 (25 % уставного капитала), ФИО3 (25 % уставного капитала), ФИО4 (22 % уставного капитала) и ФИО5 (28 % уставного капитала), единоличным исполнительным органом общества являлся генеральный директор ФИО5

Из представленных в материалы дела копии устава ООО НПО «Нефтегаздеталь» в редакции решения общего собрания участников общества от 15.05.2018 (протокол № 9) усматривается, что высшим органом управления общества является общее собрание участников общества. Руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества. К исключительной компетенции общего собрания участников общества относится решение вопросов об одобрении сделок, в совершении которых имеется заинтересованность, в случаях, предусмотренных статьей 45 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

В материалы дела представлена копия договора займа № 8 от 08.12.2017, из которой усматривается, что между ФИО4 (займодатель) и ООО НПО «Нефтегаздеталь» в лице генерального директора ФИО5 (заемщик) был заключен договор займа, по условиям которого (пункт 1) займодатель передает, а заемщик получает процентный денежный заем в сумме 2500000 руб. В соответствии с пунктом 2 договора, заемщик обязуется вернуть денежные средства в срок до 31.03.2018 путем выдачи наличных денег из кассы предприятия или перечислив сумму на счет займодателя. Проценты за пользование заемными средствами стороны определились начислять исходя из расчета 28,8 % годовых (что соответствует 60000 руб. в месяц). 

В материалы дела представлена копия квитанции к приходному кассовому ордеру № 335 от 08.12.2017, из которой усматривается, что ООО НПО «Нефтегаздеталь» принято от ФИО4 2500000 руб. по договору № 8 от 08.12.2017. 

Также в материалы дела представлена копия договора займа № 1-з от 27.12.2017, из которой усматривается, что между ФИО4 (займодатель) и ООО НПО «Нефтегаздеталь» в лице генерального директора ФИО5 (заемщик) был заключен договор займа, по условиям которого (пункт 1) займодатель передает, а заемщик получает процентный денежный заем в сумме 2164000 руб. В соответствии с пунктом 2 договора, заемщик обязуется вернуть денежные средства в срок до 28.02.2018 путем выдачи наличных денег из кассы предприятия или перечислив сумму на счет займодателя. Проценты за пользование заемными средствами стороны определились начислять исходя из расчета 24 % годовых. 

В материалы дела представлена копия квитанции к приходному кассовому ордеру № 362 от 27.12.2017, из которой усматривается, что ООО НПО «Нефтегаздеталь» принято от ФИО4 2164000 руб. по договору № 1-з от 27.12.2017. 

Кроме того, в материалы дела представлена копия договора денежного займа с процентами от 15.10.2018, из которой усматривается, что между ФИО4 (займодавец) и ООО НПО «Нефтегаздеталь» в лице генерального директора ФИО5 (заемщик) был заключен договор займа, по условиям которого (пункт 1.1) займодавец передает заемщику в собственность денежные средства в сумме 8560000 руб., а заемщик обязуется вернуть указанную сумму займа в обусловленный настоящим договором срок и уплатить на нее указанные в договоре проценты. Пунктом 2.1 договора предусмотрено, что займодавец передает заемщику сумму займа в течение 3-х рабочих дней с момента подписания настоящего договора любым не запрещенным способом в соответствии с действующим законодательством РФ. За пользование займом по настоящему договору уплачиваются проценты в размере 12 процентов годовых с 15.10.2018 (пункт 2.2). Пунктом 2.4 договора предусмотрено, что в случае досрочного погашения займа проценты по займу не начисляются. Займодавец выдает заемщику заем сроком до 31.12.2018 (пункт 2.5).

Копией квитанции № 0077/810/8 от 16.10.2018 подтверждается внесение ФИО4 денежных средств в сумме 8560000 руб. для перечисления ООО НПО «Нефтегаздеталь» по договору займа (процентный) от 15.10.2018.

Получение обществом указанной суммы займа подтверждается также выпиской с лицевого счета ООО НПО «Нефтегаздеталь».

Истцами в материалы дела представлены:

- сведения о средневзвешенных процентных ставках по кредитам, предоставленным кредитными организациями нефинансовым организациям в рублях;

- информация об организационной структуре ООО НПО «Нефтегаздеталь»;

- копия должностной инструкции коммерческого директора;

- копия трудового договора № 20/10 от 23.06.2010 между ООО НПО «Нефтегаздеталь» и ФИО4;

- копия приказа № 23-к от 14.02.2019 о прекращении трудового договора с ФИО4;

- копия искового заявления ФИО4 к ООО НПО «Нефтегаздеталь» о взыскании суммы долга по договорам займа, процентов за пользование займами и процентов за пользование чужими денежными средствами;

- требование истцов к ООО НПО «Нефтегаздеталь» о сообщении сведений о соблюдении обществом требования статьи 45 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» в части одобрения участниками договоров займа № 8 от 08.12.2017, № 1-з от 27.12.2017 и от 15.10.2018, совершенных с ФИО4 как с заинтересованным лицом.

Решением Коминтерновского районного суда от 31.10.2019 по делу № 2-3228/19 исковые требования ФИО4 к ООО НПО «Нефтегаздеталь» о взыскании суммы долга, процентов удовлетворены частично; с ООО НПО «Нефтегаздеталь» в пользу ФИО4 взыскано 8560000 руб. основного долга по договору займа с процентами от 15.10.2018, 838965 руб. 60 коп. процентов за пользование суммой займа по договору денежного займа с процентами от 15.10.2018 за период с 16.10.2018 по 08.08.2019, 379747 руб. 39 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами по договору денежного займа с процентами от 15.10.2018 за период с 10.01.2019 по 08.08.2019, а всего 9778712 руб. 99 коп. В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО4 к ООО НПО «Нефтегаздеталь» о взыскании суммы долга, процентов по договору займа № 8 от 08.12.2017, договору займа № 1-з от 27.12.2017 отказано. Встречные исковые требования ООО НПО «Нефтегаздеталь» к ФИО4 о признании договора займа № 8 от 08.12.2017 на сумму 2500000 руб. незаключенным, признании договора займа № 1-з от 27.12.2017 на сумму 2164000 руб. незаключенным, признании договора денежного займа с процентами от 15.10.2018 на сумму 8560000 руб. недействительным удовлетворены частично и признаны незаключенными договор займа № 8 от 08.12.2017 на сумму 2500000 руб. и № 1-з от 27.12.2017 на сумму 2164000 руб. В удовлетворении встречных исковых требований ООО НПО «Нефтегаздеталь» к ФИО4 о признании договора денежного займа с процентами от 15.10.2018 на сумму 8560000 руб. недействительным отказано.

Как следует из представленной суду копии решения Коминтерновского районного суда от 31.10.2019 по делу № 2-3228/19, ФИО2, ФИО3 и ФИО5 были привлечены к участию в деле № 2-3228/19 в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора.

При этом, вышеуказанным решением суда установлено:

«Отсутствие сведений о получении денежных средств от ФИО4 в первичных учетных документах общества свидетельствует о том, что денежные средства в кассу общества не поступали, в бухгалтерской отчетности общества не отражены, что и подтвердили допрошенные свидетели.

Оценивая представленные доказательства, доводы сторон спора, суд приходит к выводу, что квитанции к приходному кассовому ордеру № 335 от 08.12.2017, № 362 от 27.12.2017, без подтверждения бухгалтерскими документами юридического лица факта поступления наличных денег в кассу организации, не могут служить достоверным и бесспорным доказательством получения обществом от ФИО4 заемных средств по договору займа № 8 от 08.12.2017 в сумме 2500000 руб. и по договору займа № 1-з от 27.12.2017 в сумме 2164000 руб. 

Кроме того, истцом не представлены доказательства, свидетельствующие о наличии у него на момент заключения договора займа от 08.12.2017 денежной суммы в размере 2500000 руб., поскольку предполагаемый общий доход ФИО4 на дату заключения указанного договора составлял 1533206 руб. 36 коп.

Как следует из постановления о прекращении уголовного дела и уголовного преследования от 31.01.2019 уголовное дело возбуждено 31.01.208 в отношении директора ООО НПО «Нефтегаздеталь» ФИО5 и иных неустановленных лиц по признакам преступления, предусмотренного п. «а», «б» ч. 2 ст. 199 УК РФ. ФИО5 в силу занимаемой должности директора общества является ответственным за организацию бухгалтерского учета и составление отчетности, осуществляет общее руководство производственно-хозяйственной и финансово-экономической деятельностью общества. Директор ООО НПО «Нефтегаздеталь» ФИО5 в период с 3 квартала 2015 года по 1 квартал 2017 года, являясь единоличным исполнительным органом общества, имея общую цель и направленность умысла на уклонение от уплаты налогов с организации и как результат увеличение чистой прибыли общества за счет бюджетной системы РФ, создали фиктивную цепочку договорных обязательств с ООО «Гранд», без фактического осуществления реальной финансово-хозяйственной деятельности по данным договорным обязательствам, включив результаты от мнимых финансово-хозяйственных взаимоотношений в налоговые вычеты по НДС, внесли заведомо ложные сведения в налоговые декларации. Установленные факты свидетельствуют о получении ООО НПО «Нефтегаздеталь» необоснованной налоговой выгоды в виде неуплаченного налога на добавленную стоимость в сумме 34784942 руб. 80 коп. Из представленных копий платежных поручений следует, что ООО НПО «Нефтегаздеталь» произведена полная уплата сумм налога в размере 34784942 руб. 80 коп., а также пени с размере 5727235 руб. 05 коп.

Истцом по встречному иску не представлено доказательств того, что стороны договора займа от 15.10.2018 при совершении сделки имели ввиду иную сделку, а именно – погашение налоговых обязательств участниками общества и прекращение уголовного преследования, что оспариваемая сделка совершена на иных условиях или прикрывала другую сделку.

Наоборот, намерение истца и ответчика на заключение именно договора займа от 15.10.2018, последующее безналичное перечисление денежных средств 16.10.2018 на счет ООО НПО «Нефтегаздеталь» подтверждается имеющимися в материалах дела доказательствами.

Факт погашения обществом задолженности по налогам в период возбуждения уголовного дела не опровергает факт исполнения обязательств по договору займа со стороны ФИО4

В данном случае имеет место сделка с заинтересованностью, которая не была одобрена соучредителями.

Принимая во внимание, что безусловных доказательств, свидетельствующих об одобрении спорной сделки общим собранием участников ООО НПО «Нефтегаздеталь» представлено не было, суд считает, что договор займа от 15.10.2018 заключен с нарушением предусмотренных статьей 45 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» требований к ней.

Вместе с тем, при рассмотрении дел об оспаривании сделок с заинтересованностью необходимо исходить из того, что условием для признания сделки с заинтересованностью недействительной является наличие неблагоприятных последствий, возникающих у общества или его участника в результате её совершения.

Истцом по встречному иску доказательств причинения убытков обществу либо иных неблагоприятных последствий не представлено».

Апелляционным определением Воронежского областного суда от 07.07.2020 решение Коминтерновского районного суда г.Воронежа от 31.10.2019 оставлено без изменения, апелляционные жалобы ФИО4 и ООО НПО «Нефтегаздеталь» - без удовлетворения.

В материалы дела также представлены:

- копия кредитного договора № 

<

***>, заключенного 05.04.2018 между АО Банк «Северный морской путь» и ООО НПО «Нефтегаздеталь» (сумма кредита 36000000 руб., договор предусматривает уплату процентов за пользование кредитом в размере 12,5 % годовых);

- копия договора поручительства № 

<

***>/ДП-04 от 05.04.2018, заключенного между АО Банк «Северный морской путь» и ФИО4 в обеспечение обязательств ООО НПО «Нефтегаздеталь» по договору № 

<

***> от 05.04.2018;

- справка АО «СМП Банк» от 24.08.2020 № 8886, согласно которой на 15.10.2018 размер задолженности ООО НПО «Нефтегаздеталь» по договору № 

<

***> от 05.04.2018 составлял 35999562 руб. 02 коп. (срок полного возврата кредита по договору – 30.10.2018, срок фактического погашения ссудной задолженности – 06.11.2018);

- копия искового заявления ФИО4 к ООО НПО «Нефтегаздеталь» о взыскании процентов;

- информация о принятии искового заявления к производству Коминтерновского районного суда г.Воронежа;

- информация о средневзвешенных ставках по кредитам, предоставленным нефинансовым организациям, и ключевой ставке Банка Росси в 2018-2019 гг.;

- информация о средневзвешенных процентных ставках кредитных организаций по кредитным и депозитным операциям в рублях без учета ПАО Сбербанк;

- копия постановления о прекращении уголовного дела и уголовного преследования от 31.01.2019;

- заключение эксперта № 42-9-20, подготовленное ООО «Рада» по заказу ООО НПО «Нефтегаздеталь» (согласно выводам эксперта: по состоянию на 15.10.2018 у ООО НПО «Нефтегаздеталь» при анализе его финансового состояния имелось значительное количество признаков несостоятельности (банкротства); на момент составления заключения финансовые последствия для ООО НПО «Нефтегаздеталь» после заключения договора займа ото 15.10.2018 выражены в наличии убытка в размере 1218712 руб. 99 коп.);

- копия анализа финансового положения и эффективности деятельности ООО НПО «Нефтегаздеталь» за 2018 год, подготовленного в веб-сервисе Контур.Эксперт;

- справка ООО НПО «Нефтегаздеталь» о том, что по данным бухгалтерского учета с момента создания и по настоящее время дивиденды в обществе не начислялись и не выплачивались, решения о выплате дивидендов общим собранием участников общества не принималось;

- копия кассовой книги ООО НПО «Нефтегаздеталь» за декабрь 2017 года;

- копия выписки из лицевого счета ООО НПО «Нефтегаздеталь» за период с 01.10.2018 по 31.12.2018;

- копия протокола № 9 внеочередного общего собрания участников ООО НПО «Нефтегаздеталь» от 15.05.2018.

Ответчиком в материалы дела представлены:

- копия договора займа № 2-з от 27.12.2017, сторонами которого указаны: ФИО5 (займодатель) и ООО НПО «Нефтегаздеталь» (заемщик), сумма займа 3436000 руб.;

- копия приходного кассового ордера № 363 от 27.12.2017 на сумму 3436000 руб.;

- копия договора займа № 3-з от 27.12.2017, сторонами которого указаны: ФИО3 (займодатель) и ООО НПО «Нефтегаздеталь» (заемщик), сумма займа 3000000 руб.;

- копия приходного кассового ордера № 364 от 27.12.2017 на сумму 3000000 руб.;

- копия договора займа № 4-з от 27.12.2017, сторонами которого указаны: ФИО2 (займодатель) и ООО НПО «Нефтегаздеталь» (заемщик), сумма займа 5300000 руб.;

- копия приходного кассового ордера № 365 от 27.12.2017 на сумму 5300000 руб.;

Согласно сообщению Банка ВТБ на запрос суда, платежи от/на имя ФИО5, ФИО3 и ФИО2 с назначением платежа – предоставление/возврат займа не проводились.

ПАО Сбербанк в ответ на запрос суда представило выписку по счету ООО НПО «Нефтегаздеталь» за период с 01.12.2017 по 31.12.2018 в части взаиморасчетов с ФИО5 и сообщило об отсутствии движения денежных средств по счету общества с ФИО3 и ФИО2 (согласно представленной выписке, на счет общества от ФИО5 22.12.2017 поступили денежные средства в сумме 915000 руб. с указанием назначения платежа «5 ПР Займ от учредителя ФИО5).

АО Банк «Северный морской путь» в ответе от 20.11.2020 на запрос суда указало, что по счету ООО НПО «Нефтегаздеталь» операции по зачислению/списанию денежных средств с назначением платежа: предоставление/возврат займов, в отношении контрагентов ФИО5, ФИО2 и ФИО3 за период с 01.12.2017 по 31.12.2018 не производились; за запрашиваемый период имеются операции с назначением платежа «оплата по договору займа…» с иными организациями.

Ссылаясь на то обстоятельство, что оспариваемые договоры являются недействительными, как сделки с заинтересованностью, совершенные в отсутствие необходимого одобрения общим собранием участников общества, как совершенные в ущерб интересам общества и при этом другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для общества, а также как совершенные при злоупотреблении правом, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Рассмотрев представленные по делу материалы, заслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, арбитражный суд находит заявленные требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) арбитражные суды осуществляют защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав. Согласно части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспоренных прав. 

На основании статьи 225.1 АПК РФ арбитражные суды рассматривают дела по спорам, связанным с созданием юридического лица, управлением им или участием в юридическом лице, являющемся коммерческой организацией (далее - корпоративные споры), в том числе споры по искам о признании недействительными сделок, совершенных юридическим лицом, и (или) применении последствий недействительности таких сделок.

В силу пункта 2 статьи 53 ГК РФ в предусмотренных указанным Кодексом случаях юридическое лицо может приобретать гражданские права и принимать на себя гражданские обязанности через своих участников.

В соответствии с пунктом 1 статьи 65.2 ГК РФ участники корпорации вправе оспаривать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182 ГК РФ), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 упомянутого Кодекса или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 531 ГК РФ), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем. В случае оспаривания участником заключенных корпорацией сделок, предъявления им требований о применении последствий их недействительности или о применении последствий недействительности ничтожных сделок ответчиком является контрагент корпорации по спорной сделке.

В соответствии со статьей 12 ГК РФ защита гражданских прав может осуществляться путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки. По смыслу указанной нормы названные способы защиты подлежат применению в случае, когда имеет место нарушение или оспаривание прав и законных интересов лица, требующего их применения.

Согласно статье 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

По общему правилу, установленному пунктом 1 статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Пунктом 2 статьи 168 ГК РФ предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Истцами заявлено требование о признании недействительными: договора займа      № 8 от 08.12.2017 между ООО НПО «Нефтегаздеталь» и ФИО4 на сумму 2500000 руб., договора займа № 1-з от 27.12.2017 между ООО НПО «Нефтегаздеталь» на сумму 2164000 руб. и договора займа от 15.10.2018 между ООО НПО «Нефтегаздеталь» и ФИО4 на сумму 8560000 руб.

Оспариваемые договоры представляют собой договоры займа.

Согласно статье 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

Если займодавцем в договоре займа является гражданин, договор считается заключенным с момента передачи суммы займа или другого предмета договора займа заемщику или указанному им лицу.

Таким образом, договор займа является реальной сделкой, поэтому считается заключенным с момента передачи денег в той сумме, которую займодавец предоставил заемщику.

В силу положений части 3 статьи 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Вступившим в законную силу решением Коминтерновского районного суда г.Воронежа от 31.10.2019 по делу № 2-3228/19 установлено, что квитанции к приходному кассовому ордеру № 335 от 08.12.2017, № 362 от 27.12.2017, без подтверждения бухгалтерскими документами юридического лица факта поступления наличных денег в кассу организации, не могут служить достоверным и бесспорным доказательством получения обществом от ФИО4 заемных средств по договору займа № 8 от 08.12.2017 в сумме 2500000 руб. и по договору займа № 1-з от 27.12.2017 в сумме 2164000 руб. 

Кроме того, истцом не представлены доказательства, свидетельствующие о наличии у него на момент заключения договора займа от 08.12.2017 денежной суммы в размере 2500000 руб., поскольку предполагаемый общий доход ФИО4 на дату заключения указанного договора составлял 1533206 руб. 36 коп.

Указанные обстоятельства послужили основанием для вывода суда, отраженного в решении от 31.10.2019 по делу № 2-3228/19, о незаключенности договора займа № 8 от 08.12.2017 между ООО НПО «Нефтегаздеталь» и ФИО4 на сумму 2500000 руб. и договора займа № 1-з от 27.12.2017 между ООО НПО «Нефтегаздеталь» на сумму 2164000 руб. 

По смыслу положений действующего законодательства и сложившейся судебной практики, незаключенный договор не порождает для его сторон каких-либо прав и обязанностей. Признание договора незаключенным влечет отсутствие обязательственных отношений между сторонами по этому договору. Следовательно, правовых оснований для признания такого договора недействительным не имеется.

Учитывая изложенное, принимая во внимание положения части 3 статьи 69 АПК РФ, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания недействительными договоров займа № 8 от 08.12.2017 на сумму 2500000 руб. и № 1-з от 27.12.2017 на сумму 2164000 руб.

В отношении оспариваемого в настоящем деле договора денежного займа с процентами от 15.10.2018 между ФИО4 (займодавец) и ООО НПО «Нефтегаздеталь» (заемщик) вступившим в законную силу решением Коминтерновского районного суда г.Воронежа от 31.10.2019 установлен факт безналичного перечисления денежных средств 16.10.2018 на счет ООО НПО «Нефтегаздеталь» в сумме 8560000 руб. Также судом общей юрисдикции был сделан вывод о том, что оспариваемая сделка (договор займа от 15.10.2018 между ФИО4 и ООО НПО «Нефтегаздеталь») является сделкой с заинтересованностью, которая не была одобрена участниками общества, и, следовательно, совершена с нарушением предусмотренных статьей 45 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» требований к сделкам с заинтересованностью. Не представление истцом (ООО НПО «Нефтегаздеталь») доказательств причинения убытков обществу либо иных неблагоприятных последствий в результате совершения сделки, помимо иных выводов суда, послужило основанием для отказа в иске о признании недействительным договора займа от 15.10.2018 между ФИО4 и ООО НПО «Нефтегаздеталь».

Как указано в абзаце 3 пункта 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств» судам следует иметь в виду, что независимо от состава лиц, участвующих в деле о взыскании по договору и в деле по иску об оспаривании договора, оценка, данная судом обстоятельствам, которые установлены в деле, рассмотренном ранее, учитывается судом, рассматривающим второе дело. В том случае, если суд, рассматривающий второе дело, придет к иным выводам, он должен указать соответствующие мотивы.

Согласно представленным в материалы дела сведениям ЕГРЮЛ участниками ООО НПО «Нефтегаздеталь» на момент совершения оспариваемой сделки являлись: ФИО2 (25 % уставного капитала), ФИО3 (25 % уставного капитала), ФИО4 (22 % уставного капитала) и ФИО5 (28 % уставного капитала), единоличным исполнительным органом общества являлся генеральный директор ФИО5

Согласно пункту 10.1 устава ООО НПО «Нефтегаздеталь» органами управления общества являются: общее собрание участников и единоличный исполнительный орган.

ФИО4 в спорный период также занимал должность коммерческого директора ООО НПО «Нефтегаздеталь», в его полномочия входило: представление интересов предприятия во взаимоотношениях с государственными органами, сторонними организациями и учреждениями по коммерческим вопросам; установление служебных обязанностей для подчиненных работников; возможность запросить от структурных подразделений предприятия информацию и документы, необходимые для выполнения должностных обязанностей; взаимодействие с руководителями всех структурных подразделений по вопросам финансово-экономической деятельности предприятия и пр.

В силу положений статьи 45 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» в редакции, действовавшей на момент совершения оспариваемой сделки (на 15.10.2018) (далее – ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»), сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, признается сделка, в совершении которой имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания.

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им лица (подконтрольные организации):

являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке;

являются контролирующим лицом юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке;

занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.

Для целей настоящей статьи контролирующим лицом признается лицо, имеющее право прямо или косвенно (через подконтрольных ему лиц) распоряжаться в силу участия в подконтрольной организации и (или) на основании договоров доверительного управления имуществом, и (или) простого товарищества, и (или) поручения, и (или) акционерного соглашения, и (или) иного соглашения, предметом которого является осуществление прав, удостоверенных акциями (долями) подконтрольной организации, более 50 процентами голосов в высшем органе управления подконтрольной организации либо право назначать (избирать) единоличный исполнительный орган и (или) более 50 процентов состава коллегиального органа управления подконтрольной организации. Подконтрольным лицом (подконтрольной организацией) признается юридическое лицо, находящееся под прямым или косвенным контролем контролирующего лица.

Исходя из установленных при рассмотрении настоящего дела обстоятельств, учитывая положения статьи 45 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» в редакции, действовавшей на момент совершения оспариваемой сделки (15.10.2018), наличие заинтересованности ФИО4 в совершении данной сделки не усматривается, поскольку ФИО4 не являлся единоличным исполнительным органом общества, а также не отвечает критериям контролирующего лица либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания.

При этом, замещение ФИО4 должности коммерческого директора ООО НПО «Нефтегаздеталь» в рассматриваемом случае, по мнению суда, не свидетельствует о наличии таких критериев.

Истцы также полагали, что в совершении оспариваемого договора займа от 15.10.2018 имеется заинтересованность генерального директора ООО НПО «Нефтегаздеталь» ФИО5, поскольку последний, по мнению истцов, фактически является выгодоприобретателем по сделке. Указанный довод истцы обосновывают тем обстоятельством, что в отношении ФИО5 и иных неустановленных лиц, в спорный период было возбуждено уголовное дело по факту уклонения ООО НПО «Нефтегаздеталь» от уплаты налогов. В целях избежания уголовной ответственности и уголовного преследования, ООО НПО «Нефтегаздеталь» была полностью погашена задолженность по налогам и пеням. При этом, денежные средства, поступившие на расчетный счет ООО НПО «Нефтегаздеталь» в рамках оспариваемого договора в тот же день были перечислены в счет исполнения вышеуказанного обязательства общества по уплате налогов. В обоснование своих доводов о заинтересованности ФИО5 истцы также ссылались на разъяснения, содержащихся в абзаце 2 пункта 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность».

Согласно указанным разъяснениям, применяя нормы пункта 1 статьи 45 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» необходимо исходить из того, что выгодоприобретателем в сделке признается не являющееся стороной в сделке лицо, которое в результате ее совершения может быть освобождено от обязанностей перед обществом или третьим лицом, либо получает права по данной сделке (в частности, выгодоприобретатель по договорам страхования, доверительного управления имуществом, бенефициар по банковской гарантии, третье лицо, в пользу которого заключен договор в соответствии со статьей 430 ГК РФ), либо иным образом извлекает имущественную выгоду, например получив статус участника опционной программы общества, либо является должником по обязательству, в обеспечение исполнения которого общество предоставляет поручительство либо имущество в залог (за исключением случаев, когда будет установлено, что договор поручительства или договор залога совершен обществом не в интересах должника или без его согласия).

Суд не может согласиться с указанными доводами истцов, поскольку обязательство по уплате налогов имелось не у ФИО5, а у ООО НПО «Нефтегаздеталь», из содержания оспариваемого договора не усматривается, что оспариваемый заем предоставлялся ФИО4 в целях погашения обществом налоговой задолженности и, как следствие, в целях избежания ФИО5 уголовной ответственности и преследования.

Учитывая изложенное, суд полагает, что истцами не доказано соответствие оспариваемого договора (от 15.10.2018) критериям сделок с заинтересованностью, в связи с чем, по мнению суда, отсутствуют основания для признания данного договора недействительным в связи с нарушением требований, предъявляемых к сделкам с заинтересованностью.

Также следует отметить, что актуальной на момент заключения оспариваемого договора (на 15.10.2018) редакцией статьи 45 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственности» (пункт 4) предусматривалось, что сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, не требует обязательного предварительного согласия на ее совершение.

Как указано в пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» невозможность квалификации сделки в качестве сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, не препятствует признанию судом такой сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 174 ГК РФ, а также по другим основаниям.

Истцами заявлено о признании договора денежного займа с процентами от 15.10.2018 недействительным также на основании пункта 2 статьи 174 ГК РФ.

Пунктом 2 статьи 174 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершенная действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для юридического лица.

В пункте 93 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что пунктом 2 статьи 174 ГК РФ предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица (далее в этом пункте - представитель). По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать. 

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).

Следовательно, в соответствии с нормой пункта 2 статьи 174 ГК РФ, подлежит доказыванию не то, что сделка заключена на невыгодных условиях, а то, что эти невыгодные условия были заведомо и значительно невыгодны и это было очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

Оспариваемый договор займа от 15.10.2018 заключен на условиях возврата суммы займа в размере 8560000 руб. в срок до 31.12.2018 с уплатой процентов за пользование займом в размере 12 процентов годовых с 15.10.2018. Договор также предусматривал возможность займодавца потребовать досрочного возврата займа, а также условие о не начислении процентов на сумму займа в случае его досрочного погашения.

Исходя из представленных в материалы дела доказательств (кредитный договор № 

<

***>, заключенный 05.04.2018 между АО Банк «Северный морской путь» и ООО НПО «Нефтегаздеталь» (сумма кредита 36000000 руб., договор предусматривает уплату процентов за пользование кредитом в размере 12,5 % годовых), сведения о средних ставках по предоставленным кредитам на дату заключения оспариваемого договора, представленное истцом заключение эксперта № 42-9-20, которым установлено причинение обществу убытков в сумме1218712 руб. 99 коп.) суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемой сделки заключенной в ущерб интересам общества, поскольку наступившие для общества негативные последствия в связи с невозвратом суммы займа в данном случае не могут быть признаны явным ущербом для общества.

Ненадлежащее исполнение заемщиком (ООО НПО «Нефтегаздеталь») обязательства по возврату займа и уплате процентов, повлекшее взыскание долга в судебном порядке и взыскание процентов за пользование чужими денежными средствами, не свидетельствует о наличии явного ущерба от совершенной сделки.

Кроме того, суд учитывает, что согласованное сторонами условие оспариваемого договора, согласно которому при досрочном возврате суммы займа у ООО НПО «Нефтегаздеталь» отсутствовала бы обязанность по выплате каких-либо процентов за пользование займом.

В этой связи, требование истца о признании договора процентного займа от 15.10.2018 недействительным на основании пункта 2 статьи 174 ГК РФ, признается судом необоснованным.

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим иском, истцы также ссылались на недействительность оспариваемой сделки, как совершенной при злоупотреблении правом.

В силу положений пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Указанная норма права закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских прав волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенным (неправомерным) и признаются злоупотреблением правом. При этом основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу, намерение употребить право во вред другому лицу.

Одновременно в части 3 статьи 10 ГК РФ законодатель закрепил презумпцию добросовестности и разумности действий участников гражданских правоотношений, это означает, что в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются. При этом доказывать недобросовестность или неразумность действий должен тот, кто с таким поведением связывает правовые последствия.

Действия по заключению сделки могут быть признаны злоупотреблением правом, если будет установлено, что такая сделка направлена исключительно на нарушение прав и законных интересов иных лиц. При этом, исключительная направленность сделки на нарушение прав и законных интересов других лиц должна быть в достаточной степени очевидной, исходя из презумпции добросовестности поведения участников гражданского оборота.

По смыслу приведенных норм ГК РФ и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации для признания сделки недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ, необходимо установить, что обе стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона.

В качестве оснований для признания оспариваемых сделок заключенными при злоупотреблении правом истец ссылается на то, что поведение ФИО4 при заключении оспариваемой сделки выходит за пределы статьи 10 ГК РФ и направлено на получение личной материальной выгоды в ущерб интересам общества и других его участников.

В обоснование своей позиции истцы ссылаются на пункт 17 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных общества, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 25.12.2019, в котором отражено, что сделка общества может быть признана недействительной по иску участника и в том случае, когда она хотя и не причиняет убытков обществу, тем не менее не является разумно необходимой для хозяйствующего субъекта, совершена в интересах только части участников и причиняет неоправданный вред остальным участникам общества, которые не выразили согласие на совершение соответствующей сделки.

Составной частью интереса общества являются, в том числе интересы участников. В связи с этим ущерб интересу общества также имеет место, когда сделка хотя и не причиняет ущерб юридическому лицу, но не является разумно необходимой для хозяйствующего субъекта, совершена в интересах только части участников и причиняет неоправданный вред остальным участникам общества, которые не выражали согласие на совершение соответствующей сделки.

Так, по общему правилу, деятельность любого коммерческого юридического лица (исходя из его уставных задач) имеет своей основной целью извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ). Обычным способом изъятия участниками денежных средств от успешной коммерческой деятельности принадлежащих им организаций является распределение прибыли в порядке, предусмотренном Федеральным законом «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Вместе с тем возможны ситуации, когда прибыль изымается в пользу отдельных участников посредством иных сделок общества, в том числе, через выплату процентов по займу. Указанные действия не являются сами по себе незаконными и не нарушают прав остальных участников на получение причитающейся им части прибыли от деятельности общества (абзац второй пункта 1 статьи 67 ГК РФ), при условии, что остальные участники выражали согласие на такое распределение прибыли (например, голосовали в пользу одобрения сделки с заинтересованностью или же данный вопрос был урегулирован уставом общества либо корпоративным договором, заключенным между всеми участниками хозяйствующего субъекта) либо сами также фактически получают причитающуюся им часть прибыли общества.

В рассматриваемом случае, по мнению истцов, заключая оспариваемый договор займа, ФИО4 преследовал цель скрытого получения прибыли от деятельности общества в обход интересов других участников общества. В подтверждение указанного довода ООО НПО» Нефтегаздеталь» представило справку, согласно которой дивиденды в обществе не выплачивались, решение Коминтерновского районного суда г.Воронежа от 31.10.2019 по делу № 2-3228/19 о взыскании долга и процентов по оспариваемому договору займа, а также копию искового заявления ФИО4 о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами за иной период просрочки исполнения обязательства.

Вместе с тем, исходя из установленных по делу обстоятельств (в том числе принимая во внимание условия оспариваемого договора), представленные истцами доводы и доказательства не могут быть признаны достаточными для вывода о том, что обе стороны сделки (ООО НПО «Нефтегаздеталь» в лице его генерального директора ФИО5 с одной стороны и участник общества ФИО4 с другой стороны) действовали недобросовестно, в обход закона.

Учитывая изложенное, исходя из заявленных требований и представленных доказательств, в иске следует отказать.

На основании статьи 110 АПК РФ, с учетом результатов рассмотрения дела, судебные расходы подлежат отнесению на истца. При обращении в арбитражный суд с настоящим иском была уплачена государственная пошлина в установленных порядке и размере.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 65, 110, 112, 167-171, 180, 181 АПК РФ, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В иске отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в месячный срок в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Воронежской области.

Судья                                                                                                                           Е.Н. Баркова