﻿Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А78-11268/2017

29 октября 2021 года

город Иркутск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 26 октября 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 29 октября 2021 года.

 

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Парской Н.Н.,

судей: Зуевой М.В., Первушиной М.А.,

при участии в открытом судебном заседании представителей Васильева Петра Валерьевича Каримова О.З. (доверенность от 29.04.2021), Михайлова Михаила Александровича Груздева А.В. (доверенность от 20.11.2020), финансового управляющего Минаева Ильи Михайловича – Гаврилюка В.А. (доверенность от 20.12.2020), публичного акционерного общества «Сбербанк России» Ивановой О.В. (доверенность от 11.11.2020), после перерыва – Абрамкиной А.Н. (доверенность от 23.12.2020),

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационные жалобы публичного акционерного общества «Сбербанк России», финансового управляющего Михайлова Михаила Александровича Минаева Ильи Михайловича на определение Арбитражного суда Забайкальского края от 09 февраля 2021 года по делу № А78-11268/2017, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 26 июля 2021 года по тому же делу,

установил:

решением Арбитражного суда Забайкальского края от 20 сентября 2018 года Михайлов Михаил Александрович (ИНН 753400313773, далее – должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден арбитражный управляющий Минаев Илья Михайлович (далее – финансовый управляющий).

Финансовый управляющий должника 15.05.2018 обратился в Арбитражный суд Забайкальского края с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о признании недействительными договоров дарения от 07.11.2015, от 02.12.2015, от 29.03.2016, заключенных между должником и Васильевым Петром Валерьевичем (далее – Васильев П.В.); о применении последствий недействительности сделок в виде истребования объектов недвижимости из собственности Васильева П.В. и Оленковского Сергея Михайловича (далее – Оленковский С.М.) в конкурсную массу должника.

К участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено публичное акционерное общество «Сбербанк России» (далее – Банк); в качестве соответчика привлечен Оленковский С.М.

Определением Арбитражного суда Забайкальского края от 09 февраля 2021 года, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 26 июля 2021 года, в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, Банк и финансовый управляющий должника обратились в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа с кассационными жалобами.

Банк в своей кассационной жалобе просит судебные акты отменить полностью, ссылаясь на нарушение судами норм материального права, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления, либо направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Банк считает, что факт безвозмездного отчуждения активов в условиях ухудшения финансового состояния общества с ограниченной ответственностью «Элис» (далее – ООО «Элис»), с которым у должника солидарные обязательства на полмиллиарда рублей и аффилированность одаряемого, в своей совокупности более чем достаточны для того, что оспариваемые сделки имели цель причинение вреда кредиторам.

По мнению Банка, судами неправильно применены положения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в части квалификации цели причинения вреда без учета правовой позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в определении от 12.3.2019 № 305-ЭС17-11710(4). 

Банк указывает на ошибочность вывода судов о моменте возникновения обязательств у поручителя.

Банк полагает, что выводы судов о добросовестности должника, об отсутствии аффилированности сторон, об отсутствии признаков недостаточности имущества и о наличии у должника достаточного количества имущества не соответствуют обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

По мнению Банка, вывод суда первой инстанции о том, что документально не подтвержден довод финансового управляющего о наличии единой цели у должника на вывод имущества из оборота с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, опровергается выводом Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа, изложенным в постановлении от 25 октября 2019 года о том, что при осведомленности о введении в отношении должника процедуры банкротства, намерениях Банка и финансового управляющего оспорить сделки с применением обеспечительных мер, Васильевым П.В. предприняты меры по отчуждению имущества.

Банк также указывает, что судами не мотивирован отказ в заявлении по общегражданским основаниям.

Финансовый управляющий в своей кассационной жалобе просит судебные акты отменить, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, на неправильное применение судами норм материального права, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных  требований.

В обоснование доводов кассационной жалобы, финансовый управляющий указывает на зависимость должника, Васильева П.В. и Оленковского С.М., на отсутствие рыночных условий в совершенных между ними сделках, на отсутствие экономической обоснованности, на направленность цепочки сделок на отчуждение имущества должника, для невозможности его включения в конкурсную массу должника.

В обоснование довода о причинении вреда имущественным правам кредиторов спорными сделками, финансовый управляющий указывает на то, что будучи поручителем по обязательствам в размер полумиллиарда рублей, должник безвозмездно передал существенный объем активов.

Также финансовый управляющий полагает противоречащим материалам дела, вывод судов об отсутствии в действиях должника признаков недобросовестности и злоупотребления правом.

Отзывы на кассационные жалобы, поступившие от Васильева П.В. и Оленковского С.М., не отвечают требованиям части 1 и части 2 статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В отзыве на кассационные жалобы должник выразил несогласие с содержащимися в них доводами, просил оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

Кассационные жалобы рассматриваются в порядке, предусмотренном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Участвующие в судебном заседании представители финансового управляющего должника и Банка поддержали доводы своих кассационных жалоб. Представители должника и Васильева П.В. возражали им, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемых судебных актов.

В судебном заседании 19 октября 2021 года в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации был объявлен перерыв до16 часов 00 минут 26 октября 2021 года.

Участвующие после перерыва представитель Банка настаивал на требованиях кассационной жалобы, а представитель должника указывал на их несостоятельность.

Проверив в пределах, установленных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов судов установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исходя из доводов, содержащихся в кассационных жалобах, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судами, 07.11.2015 между должником (даритель) и Васильевым П.В. (одаряемый) заключен договор дарения, по условиям которого даритель безвозмездно передал в собственность одаряемого пятнадцать нежилых помещений.

Между должником (даритель) и Васильевым П.В. (одаряемый) заключен договор дарения от 02.12.2015, по условиям которого даритель безвозмездно передал в собственность одаряемого 12 долей в праве собственности (на земельный участок и нежилые помещения) и пять нежилых помещений.

Между должником (даритель) и Васильевым П.В. (одаряемый) заключен договор дарения от 29.03.2016, по условиям которого даритель безвозмездно передал в собственность одаряемого доли в праве собственности на два земельных участка, земельный участок и гараж.

Финансовый управляющий должника, полагая, что в результате совершения договоров дарения, уменьшен размер имущества, принадлежащего должнику на праве собственности, имущество выбыло из собственности на условиях безвозмездности, при этом одаряемый знал или должен был знать о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, поскольку должник и одаряемый являются заинтересованными по отношению друг к другу лицами в силу родства, обратился в арбитражный суд с заявлением о признании сделок недействительными, в качестве правового основания указав пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статью 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления, пришел к выводу, который суд апелляционной инстанции признал обоснованным, о недоказанности совокупности условий для признания сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также об отсутствии доказательств, очевидно свидетельствующих о совершении оспариваемых сделок при наличии фактов недобросовестного или противоправного поведения со стороны ее участников, применительно к статьям 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как разъяснено в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 62) для признания сделки недействительной применительно к пункту 2 статьи 61.2 необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Абзацем 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусмотрено, что цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества, и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из указанных в абзаце условий.

Согласно абзацам 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества следует понимать превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, под неплатежеспособностью – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Судами из представленных в материалы дела доказательств установлено, что за предшествующие спорным сделкам три года совокупный доход должника составил около 80 000 000 рублей, а также наличие у должника в период совершения сделок имущества на сумму не менее 155 337 910 рублей.

При таких обстоятельствах, в отсутствие у должника на момент совершения оспариваемых сделок какой-либо кредиторской задолженности, учитывая, что первый случай нарушения исполнения обязательства перед Банком основным должником (ООО «Элис») произошел в июле 2016 года, то есть после совершения договоров дарения, суды пришли к обоснованному выводу о недоказанности наличия у должника на момент совершения оспариваемых сделок признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Довод Банка об ошибочности выводов судов о моменте возникновения обязательств у поручителя, отклонятся судом округа со ссылкой на пункт 10 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2016) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016), согласно которому ответственность поручителя перед кредитором возникает в момент неисполнения заемщиком своих обязательств, поскольку поручительство является способом обеспечения исполнения обязательств заемщика перед кредитором.

В отсутствие доказательств совершения спорных сделок в период неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, принимая во внимание, что должник не являлся единственным поручителем по обязательствам основного должника ООО «Элис», учитывая, что обязательства ООО «Элис» по возврату кредитных средств обеспечивались совокупным составом поручителей и залогового имущества как поручителей, так и основного должника, учитывая, что стоимость спорных сделок как в совокупности, так и по отдельности составляет менее 20 процентов активов должника на момент их совершения из расчета актива в размере 155 337 910 рублей и оценки стоимости спорного имущества по результатам судебной экспертизы, назначенной определением суда от 18 июля 2019 года, в отсутствие доказательства того, что должник изменил свое место жительства и (или) после совершения сделок по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества, суды обосновано указали на недоказанность совершения спорных договоров с целью причинить вред имущественным правам кредиторов и, пришли к последовательному выводу об отсутствии совокупности оснований для признания сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Довод Банка о том, что факт безвозмездного отчуждения активов в условиях ухудшения финансового состояния ООО «Элис», с которым у должника солидарные обязательства на полмиллиарда рублей и аффилированность одаряемого, в своей совокупности более чем достаточны для того, что оспариваемые сделки имели цель причинение вреда кредиторам противоречит условиям, установленным абзацами 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, являющимся обязательными для определения цели причинение вреда кредиторам.

Ссылка Банка на правовую позицию Верховного суда Российской Федерации, изложенную в определении от 12.3.2019 № 305-ЭС17-11710(4), в части квалификации цели причинения вреда, не может быть принята во внимание судом округа, поскольку судами учитываются обстоятельства, установленные в каждом конкретном деле с учетом предмета и характера спора, а обжалуемые по настоящему делу судебные акты приняты с учетом иных фактических обстоятельств.

В соответствии с абзацем 4 пункта 4 Постановления № 63 наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Учитывая установленные обстоятельства отсутствия у должника на момент заключения спорных договоров признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, а также обстоятельства отсутствия цели причинения вреда имущественным правам кредиторов совершенными сделками, в отсутствие доказательств сомнительности поручительства, свидетельствующих о значительном отклонении поведения заимодавца от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав, обоснован отказ судов в признании сделок недействительными применительно к статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Установив из представленных в материалы дела доказательств, что получив спорное имущество, Васильев П.В. осуществил регистрацию перехода права собственности на недвижимое имущество, оплачивает налоговые требования и эксплуатационные расходы, получает дивиденды, оплатил налог на доход физических лиц, а по истечении трех лет после получения имущества продал его часть и получил доход от сделки, что в совокупности свидетельствует о реальности спорных договоров дарения, правомерен отказ судов в признании сделок недействительными применительно к статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Иные доводы, изложенные в кассационных жалобах, не опровергают правильность выводов судов, фактически направлены на переоценку доказательств по делу и установление иных обстоятельств, что недопустимо в суде кассационной инстанции.

Суд кассационной инстанции полагает, что доказательства исследованы и оценены судами в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Основания, предусмотренные частью 4 статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены обжалуемых судебных актов отсутствуют.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к выводу о том, что обжалуемые судебные акты приняты с соблюдением норм материального и процессуального права, в связи с чем на основании пункта 1 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подлежат оставлению без изменения.

Расходы по уплате государственной пошлины за кассационное рассмотрение дела на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отнесению на заявителей кассационных жалоб.

Руководствуясь статьями  274, 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Забайкальского края от 09 февраля 2021 года по делу № А78-11268/2017, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 26 июля 2021 года по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

Судьи

 

Н.Н. Парская

М.В. Зуева

М.А. Первушина