432/2023-26753(1) 

 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тюмень Дело № А27-2404/2017  

Резолютивная часть постановления объявлена 10 мая 2023 года.  Постановление изготовлено в полном объёме 11 мая 2023 года.  

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:  председательствующего Глотова Н.Б.,  

судей Доронина С.А.,  ФИО1 - 

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу администрации города  Прокопьевска на определение от 25.11.2022 Арбитражного суда Кемеровской области  (судья Коптева А.Г.) и постановление от 07.02.2023 Седьмого арбитражного  апелляционного суда (судьи Иванов О.А., Дубовик В.С., Кудряшева Е.В.) по делу   № А27-2404/2017 о несостоятельности (банкротстве) муниципального унитарного  предприятия «Коммунальное дорожное управление», принятые по заявлению конкурсного  управляющего ФИО2 о привлечении к субсидиарной  ответственности контролирующих должника лиц, взыскании с них убытков.  

Суд установил: 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) муниципального унитарного  предприятия «Коммунальное дорожное управление» (далее – должник, предприятие)  в арбитражный суд 15.01.2020 обратилась Федеральная налоговая служба (далее – ФНС  России) с заявлением, уточнённым в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), о взыскании в её пользу  с арбитражного управляющего ФИО3 83 758 774,32 руб.  в возмещение убытков.  

Также в арбитражный суд 21.02.2020 поступило уточнённое заявление конкурсного  управляющего ФИО2 о привлечении к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника администрации города Прокопьевска  (далее - Администрация), Комитета по управлению муниципальным имуществом города  Прокопьевска (далее - Комитет), Управления жилищно-коммунальным хозяйством  администрации города Прокопьевска (далее также - ответчики), взыскании с них  солидарно за счёт казны 315 564 543,12 руб. в конкурсную массу, также просил взыскать  с Администрации и Комитета убытки.  

Кроме того, в арбитражный суд 02.03.2021 поступило заявление муниципального  унитарного предприятия «Дорожное управление» (далее – управление) в лице  конкурсного управляющего ФИО4 о разрешении разногласий  относительно уплаты должником налога на добавленную стоимость и сдачи  им уточнённых налоговых деклараций.  

Руководствуясь статьёй 130 АПК РФ, суд первой инстанции определением  от 11.03.2021 объединил для совместного рассмотрения заявления ФНС России  о взыскании убытков с арбитражного управляющего ФИО3, конкурсного  управляющего ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности  и взыскании убытков с контролирующих должника лиц, управления о разрешении  разногласий.  

Определением от 28.06.2021 Арбитражного суда Кемеровской области, оставленным  без изменения постановлением от 19.09.2021 Седьмого арбитражного апелляционного  суда, с арбитражного управляющего ФИО3 в пользу ФНС России взысканы  убытки в размере 83 758 774,32 руб.; конкурсному управляющему ФИО2 отказано  в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности  контролирующих должника лиц и взыскании с них убытков; управлению отказано  в удовлетворении заявления о разрешении разногласий.  

Постановлением от 14.12.2021 Арбитражного суда Западно-Сибирского округа  определение от 28.06.2021 Арбитражного суда Кемеровской области и постановление  от 19.09.2021 Седьмого арбитражного апелляционного суда отменены, обособленный  спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции для исследования доводов  конкурсного управляющего относительного того, что на фоне имеющейся кредиторской  задолженности действия ответчиков по изъятию у предприятия из хозяйственного ведения  имущества не только усугубили финансовое положение должника, но и привели  к его банкротству.  

При новом рассмотрении определением суда от 03.02.2022 выделено в отдельное  производство заявление управляющего о привлечении ответчиков к субсидиарной  ответственности и заявление о взыскании с них убытков в размере 22 345 235,35 руб.  

Определением суда от 25.11.2022, оставленным без изменения постановлением  апелляционного суда, признано доказанным наличие оснований для привлечения  Администрации к субсидиарной ответственности. Приостановлено производство  по рассмотрению заявления до окончания расчётов с кредиторами. В удовлетворении  заявления в остальной части отказано.  

Не согласившись с принятыми определением и постановлением, Администрация  обратилась с кассационной жалобой, в которой просит их отменить и принять новый  судебный акт.  

В обоснование жалобы кассатор ссылается на неясность того, по какому из правовых  оснований он привлечён к субсидиарной ответственности: неподача в арбитражный суд  заявления или доведение предприятия до банкротства, предусмотренных статьями 61.11,  

61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»  (далее - Закон о банкротстве).  

По утверждению подателя жалобы, суды пришли к преждевременному выводу  о том, что причины банкротства должника связаны с изъятием имущества  из хозяйственного ведения, поскольку на дату издания Комитетом приказа он уже отвечал  признакам банкротства, а имеющееся в распоряжении имущество не позволяло  предприятию погасить задолженность перед кредиторами.  

ФИО3 и ФИО5 представили  отзывы с возражениями на кассационную жалобу.  

Поступивший 10.05.2023 от конкурсного управляющего ФИО2 отзыв  на кассационную жалобу не подлежит приобщению к материалам кассационного  производства в связи с отсутствием доказательств его заблаговременного направления  иным участвующим в споре лицам, в соответствии с частью 2 статьи 279 АПК РФ.  

Суд кассационной инстанции, проверив в соответствии с положениями статей 284,  286 АПК РФ правильность применения судами норм материального и процессуального  права, изучив материалы дела, исходя из доводов кассационной жалобы, пришёл к выводу  об отсутствии оснований для отмены обжалуемых судебных актов.  

Как следует из материалов дела, предприятие зарегистрировано 04.05.2010,  его учредителем является Прокопьевский городской округ в лице администрации города  Прокопьевска, права собственника имущества осуществляет Комитет.  

Основным видом деятельности предприятия является содержание, ремонт,  строительство объектов дорожно-мостового, зелёного хозяйства, элементов  благоустройства, средств регулирования дорожного движения.  

Между Комитетом и должником заключён договор от 01.04.2016 № 3  о закреплении за ним муниципального имущества на праве хозяйственного ведения.  

По акту приёма-передачи от 01.04.2016 № 3 движимое и недвижимое имущество  общей балансовой стоимостью 62 001 189,63 руб. передано должнику.  

На основании приказа от 10.01.2017 № 3 Комитет изъял у предприятия 107 единиц  транспортных средств и передал их управлению.  

В дальнейшем муниципальное унитарное предприятие «Прокопьевскснаб»,  учредителем которого является Прокопьевский городской округ в лице администрации  города Прокопьевска, обратилось в арбитражный суд 10.02.2017 с заявлением  о признании должника банкротом.  

Ссылаясь на построение Администрацией схемы, в которой должнику отведена роль  заведомо убыточного предприятия, аккумулирующего на себе долги, неосуществление  учредителем надлежащего контроля за деятельностью должника, сопряжённого  с неправомерными действиями по изъятию имущества, переданного ранее на праве  хозяйственного ведения предприятию, которые привели к его банкротству, управляющий  обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ответчиков к субсидиарной  ответственности.  

Суд первой инстанции, чьи выводы поддержал апелляционный суд, удовлетворяя  заявление, исходил из законодательно закреплённой презумпции наличия причинно-следственной связи между противоправными действиями (бездействием) Администрации  по изъятию имущества у должника без какой-либо компенсации при наличии  у последнего кредиторской задолженности и невозможностью формирования конкурсной  массы.  

Кроме того, проанализировав модель, выстроенную Администрацией с участием  нескольких муниципальных предприятий, счёл что она была рассчитана  на недобросовестное, системное воспроизведение одних и тех же результатов  хозяйственной деятельности у последовательно сменяющих друг друга производственных  единиц с конкретным функционалом в виде накопления значительной долговой нагрузки  перед независимыми кредиторами и бюджетом с периодическим направлением этой  единицы в процедуру банкротства для списания долгов и созданием новой,  не обременённой долговыми обязательствами.  

Суд округа считает, что судами по существу приняты правильные судебные акты.  

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока  не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов  невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица,  в том числе в ситуациях, когда причинен существенный вред имущественным правам  кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения  этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок  по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона.  

Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий  и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, такие лица несут  субсидиарную ответственность солидарно (пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве).  

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого  невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несёт субсидиарной  ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения  требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению  к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям  гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей  (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет,  что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам  кредиторов (пункт 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).  

Как разъяснено в абзаце первом пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных  с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»  (далее - Постановление № 53), под действиями (бездействием) контролирующего лица,  приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона  о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились  

необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное  банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий  (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие  причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием)  и фактически наступившим объективным банкротством.  

В силу пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также  подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после  наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие),  существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает,  что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего  значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером  его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном  объёме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно  утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных  мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие,  утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем  (пункт 17 Постановления № 53).  

Ввиду того, что полномочия учредителя и собственника имущества должника  возложены на Администрацию, она является контролирующим должника лицом,  подпадающим под признаки пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве.  

Создание публично-правовым образованием предприятия вызвано необходимостью  выполнения им работ, производства продукции, удовлетворения потребностей внешнего  благоустройства и озеленения города.  

Основной причиной наделения предприятия имуществом являлось нехарактерное  для обычного контролирующего лица бенефициарное стремление участвовать  в распределении всей возможной будущей прибыли созданной им организации,  а выполнение публично-правовых обязанностей.  

Таким образом, уже при создании предприятия произошло смешение частных  и публичных отношений, имеющих принципиально разную правовую природу:  коммерческая организация, чьё правовое положение определяется нормами гражданского  (частного) права, которая подчинена генеральной цели, направленной на извлечение  прибыли, имеющая органы с самостоятельной компетенцией и обладающие широкой  дискрецией при принятии управленческих решений, подчинённых упомянутой  генеральной цели (статьи 50 и 53 Гражданского кодекса Российской Федерации),  использована муниципальным образованием - собственником имущества предприятия  для достижения иной, публичной цели, социального результата.  

Это, в свою очередь, подразумевает более высокую степень вмешательства  публичного собственника имущества, ответственного за решение общественно значимого  вопроса, в операционную деятельность подконтрольного юридического лица  по сравнению, например, с частными корпорациями.  

Однако, в рассматриваемом случае, как установлено судами, изъятие большей части  имущества перед подачей подконтрольной структурой заявления о банкротстве,  используемого в основной производственной деятельности, приносящей доход,  произошло в условиях неудовлетворительного финансового состояния должника.  

При этом после изъятия основного имущества, с помощью которого должником  выполнялись муниципальные заказы, это же имущество передано ему в аренду  управлением, что искусственно увеличило без того большую кредиторскую  задолженность.  

Таким образом, обладая информацией о финансовом состоянии предприятия  и наличии у него признаков объективного банкротства Администрация не только  не осуществила действенных мер, направленных на его докапитализацию, но и приняла  решение об изъятии муниципального имущества, в результате чего финансовое  положение должника значительно ухудшилось.  

В условиях отсутствия доказательств, подтверждающих добросовестное  осуществление собственником имущества предприятия контроля за его деятельностью,  обеспечивающего надлежащую и эффективную работу, суды с учётом масштабов  деятельности должника пришли к выводу о том, что в результате данной убыточной  сделки причинён существенный вред кредиторам в виде невозможности погашения  их требований.  

К тому же суды отметили, что созданная Администрацией схема распоряжения  муниципальным имуществом позволила на протяжении длительного времени, используя  различные подконтрольные организации, выполнять работы и оказывать услуги  по тарифам, которые изначально не покрывали затраты на осуществление их финансово-хозяйственной деятельности. В результате чего все предприятия, вовлечённые  в указанную схему, ввиду невозможности исполнения своих обязательств, в том числе  перед бюджетом, последовательно признавались банкротами и ликвидировались,  формируя долги перед независимыми кредиторами, которые вступали в правоотношения  с предприятием, учреждённым муниципальным образованием, что, очевидно, повышало  уровень доверия к нему.  

Таким образом, судами правомерно установлены основания для привлечения  к субсидиарной ответственности Администрации за доведение предприятия  до банкротства.  

С учётом возможности определения размера субсидиарной ответственности только  после окончательного формирования конкурсной массы производство в части  определения размера субсидиарной ответственности Администрации по обязательствам  должника обоснованно приостановлено судом первой инстанции согласно положениям  пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве до окончания расчётов с кредиторами.  

Доводы, которые бы свидетельствовали о наличии в обжалуемых определении  и постановлении судов существенных нарушений норм права, повлиявших на исход  

обособленного спора, в кассационной жалобе не приведены, в связи с чем основания  для отмены судебных актов отсутствуют.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288  АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции  не установлено.  

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд  Западно-Сибирского округа  

п о с т а н о в и л :

определение от 25.11.2022 Арбитражного суда Кемеровской области и постановление  от 07.02.2023 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А27-2404/2017  оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда  Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия,  в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации.  

Председательствующий Н.Б. Глотов  

Судьи С.А. Доронин  

 ФИО1