СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068 e-mail: 17aas.info@arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

  № 17АП-12801/2022(2)-АК

Дело № А50-5302/2021

21 сентября 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 18 сентября 2023 года.  Постановление в полном объеме изготовлено 21 сентября 2023 года.  

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Чепурченко О.Н., 

судей Плаховой Т.Ю., Шаркевич М.С.,   

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  ФИО1,  

при участии в режиме «веб-конференции» посредством использования  информационной системы «Картотека арбитражных дел» от конкурсного  управляющего ФИО2: ФИО3, паспорт, доверенность от  04.09.2023,  

иные лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не  направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим  образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации  о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого  арбитражного апелляционного суда,  

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного  управляющего ФИО2  

на определение Арбитражного суда Пермского края от 27 июля 2023 года об  отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении  ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7,  ФИО8 к субсидиарной ответственности по  обязательствам ООО «Жилищная эксплуатационная компания»,  

вынесенное в рамках дела № А50-5302/2021 о признании несостоятельным  (банкротом) ООО «Жилищная эксплуатационная компания» (ИНН 

<

***>,  ОГРН 

<

***>),  

третье лицо: ОАО «КРЦ-Прикамье» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

установил:

Определением Арбитражного суда Пермского края от 15.03.2021 принято  к производству заявление МУП «Гортеплоэнерго» о признании ООО  «Жилищная эксплуатационная компания» несостоятельным (банкротом),  возбуждено дело о банкротстве.  

Определением от 20.05.2021 заявление признано обоснованным, в  отношении ООО «Жилищная эксплуатационная компания» введена процедура  наблюдения; временным управляющим утверждена ФИО9.  

Сведения о введении процедуры наблюдения опубликованы на сайте  ЕФРСБ – 21.05.2021, в газете «Коммерсант» - 29.05.2021.  

Определением суда от 17.06.2021 ФИО9 освобождена  от исполнения обязанностей временного управляющего; временным  управляющим ООО «Жилищная эксплуатационная компания» утвержден  ФИО2.  

Решением арбитражного суда от 09.09.2021 ООО «Жилищная  эксплуатационная компания» (должник; ООО «ЖЭК») признано  несостоятельным (банкротом), в отношении него введено конкурсное  производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО2  

Сведения о признании должника банкротом опубликованы в газете  «Коммерсант» 18.09.2021.  

30 августа 2022 года в арбитражный суд поступило заявление  конкурсного управляющего о привлечении ФИО4,  ФИО5, ФИО6,  ФИО7, ФИО8  к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Жилищная  эксплуатационная компания» и взыскании с них солидарно в пользу должника  в порядке субсидиарной ответственности 12 492 363,73 руб. (с учетом  неоднократных уточнений заявленных в порядке ст. 49 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ)).  

ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 в представленных отзывах против удовлетворения заявленных к ним  требований возражали.  

Определением Арбитражного суда Пермского края от 27 июля 2023 года  в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении  ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7,  ФИО8 к субсидиарной ответственности по  обязательствам ООО «Жилищная эксплуатационная компания» отказано.  

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный  управляющий ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой  просит его отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении  заявленных требований в полном объеме.  

В обоснование апелляционной жалобы конкурсный управляющий  указывает на то, что неплатежеспособность ООО «ЖЭК» наступила 01.06.2017,  

 

а именно в результате возникновения задолженности перед МУП  «Гортеплоэнерго» в размере 1 518 611,68 руб.; ссылается на то, что имея  неудовлетворительную структуру баланса общество продолжало  экономическую деятельность, постепенно увеличивая свою задолженность  перед кредиторами; произведен расчет ответственности бывших руководителей  за неподачу заявления о признании должника банкротом в размере  12 492 363,73 руб. Относительно совершения ответчиками действий повлекших  невозможность исполнения обязательств перед кредиторами управляющий  указывает на проведение недостаточной работы по взысканию дебиторской  задолженности, а также избыточность штата; указывает на непринятие  ответчиками мер по замене контрагента ОАО «КРЦ Прикамье» не  исполняющее свои обязанности по взысканию дебиторской задолженности с  населения; ссылается на то, что, несмотря, на нахождение должника в тяжелом  финансовом положении уже с 2017 года ответчиками не принято мер по выводу  предприятия из кризиса; размер дебиторской задолженности на момент ее  реализации на торгах составил 29 807 515,22 руб., что превышает совокупный  размер всех требований кредиторов включенных в реестр (17 225 109 руб.). В  обоснование довода об избыточности штата, апеллянт указывает на  неоднократное добавление должностей директоров, различных заместителей  директоров, специалистов по работе с населением; ссылается на то, что на  постоянной основе в ООО «ЖЭК» работал и получал заработную плату не  только бенефициар Шмурин С.Н., но и его родственники; считает, что Шмурин  С.Н., Шмурин А.С. и Кислицын А.П. наряду со сменяющимся генеральным  директором, постоянно работали в ООО «ЖЭК» и имели реальную  возможность организовать работу по взысканию долгов с населения. Полагает,  что сведения, предоставленные Межрайонной ИФНС № 6 по Пермскому краю  о доходах физических лиц, налоговым агентом которых являлся ООО «ЖЭК»,  напрямую указывают, что Шмурин С.Н., откладывая процедуру банкротства,  систематически извлекал денежные средства из ООО «ЖЭК» путем выплаты  себе и своим родственникам заработной платы.  

ФИО11, ФИО7 и ФИО8 согласно  представленным отзывам против удовлетворения апелляционной жалобы  возражают, ссылаясь на законность обжалуемого определения и  необоснованность приведенных в апелляционной жалобе доводов.  

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц,  участвующих в деле в апелляционный суд не поступило.  

Администрацией Чусовского городского округа Пермского края  представлено ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие  его представителя  

Участвующие в судебном заседании представитель конкурсного  управляющего на доводах апелляционной жалобы настаивал, просил  обжалуемое определение отменить, заявленные требования удовлетворить.  

 

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени  судебного заседания надлежащим образом, явку своих представителей в суд не  обеспечили, что в силу положений ст. 156 АПК РФ не является препятствием  для рассмотрения дела в их отсутствие.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены  арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном  статьями 266, 268 АПК РФ.  

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела,  ООО «ЖЭК» зарегистрировано в Едином государственном реестре  юридических лиц в качестве юридического лица 30.10.2012; основным видом  деятельности общества являлась деятельность по управлению недвижимым  имуществом за вознаграждение или на договорной основе (код по ОКВЭД –  68.32).  

По данным уполномоченного органа единственным учредителем ООО  «ЖЭК» с момента создания по настоящее время является ФИО4 (доля в размере 100% уставного капитала).  

Руководителями ООО «ЖЭК» в различные периоды являлись следующие  лица:  

- ФИО4 (с 30.10.2012 по 28.03.2019);  - ФИО12 (с 29.03.2019 по 11.04.2019);  - ФИО13 (с 12.04.2019 по 13.06.2019);  - ФИО5 (с 14.06.2019 по 01.03.2020);  

- ФИО6 (с 02.03.2020 по 06.08.2020);  - ФИО7 (с 07.05.2020 по 26.01.2021);  

- ФИО8 (с 27.01.2021 по 09.09.2021). 

В реестр требований кредиторов должника включены требования  следующих кредиторов:  

- ФИО14 (правопредшественник – ООО «ЖЭК № 1») в размере  537 122,81 руб. (определения суда от 30.11.2021, от 14.11.2022);  

- АО «Газпром газораспределение Пермь» в размере 1 128 791,24 руб.  (определение суда от 14.12.2021);  

- ООО «Промышленная энергетическая компания» в размере 361 334,70  руб. (определение суда от 13.12.2021);  

- уполномоченного органа в размере 2 267 247,51 руб. (определения суда  от 18.01.2022, от 01.09.2021);  

- ПАО «Пермская энергосбытовая компания» в размере 1 763 089,15 руб.  (определение суда от 28.07.2021);  

- ООО «СпецТехникаСервис» в размере 57 761,10 руб. (определение суда  от 18.10.2021);  

- МУП «Горводоканал» в размере 2 551 500,57 руб. (определение суда от  06.08.2021);  

- МУП «Гортеплоэнерго» в размере 7 264 073,91 руб. (определения суда  от 20.05.2021, от 30.11.2021);  

 

- АО «Россельхозбанк» в размере 243 790,69 руб. (определение суда от  19.04.2022).  

Требование САО «ВСК» в размере 57 139,92 руб. основного долга  определением суда от 18.05.2022 признано обоснованным и подлежащим  удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения  требований кредиторов, включенных в реестр.  

Текущая задолженность ООО «ЖЭК» на момент подачи заявления о  привлечении контролирующих должник лиц к субсидиарной ответственности  составляет 2 214 330 руб.  

Как указывает конкурсный управляющий, конкурсная масса  сформирована за счет имущества должника рыночной стоимостью 1 626 533  руб., имущества должника недостаточно для удовлетворения требований  кредиторов, включенных в реестр, учитываемых за реестром, и текущих  обязательств.  

Полагает, что начиная с мая 2017 года ООО «ЖЭК» активно наращивало  задолженность перед ресурсоснабжающими организациями, не предпринимая  достаточных мер по взысканию дебиторской задолженности с населения.  

А именно, задолженность по оплате тепловой энергии и горячей воды за  период с мая 2017 года по август 2017 года по договорам на поставку тепловой  энергии № 2-2014 от 01.04.2014 и на поставку горячего водоснабжения № 22014/гвс от 01.04.2014 подтверждена вступившим в законную силу судебным  актом Арбитражного суда Пермского края от 01.03.2018 по делу № А5041672/2017;  

задолженность по оплате горячей воды в целях содержания общего  имущества многоквартирных домов за период с октября 2017 года по июнь  2018 года по договору на поставку горячей воды в целях содержания общего  имущества многоквартирных домов № 17103/одн от 01.09.2017 подтверждена  вступившим в законную силу судебным актом Арбитражного суда Пермского  края от 13.12.2018 по делу № А50-28072/2018;  

задолженность по оплате тепловой энергии и горячей воды в целях  содержания, общего имущества многоквартирных домов за период с июля 2018  года по март 2019 года по договору на поставку горячей воды в целях  содержания общего имущества многоквартирных домов № 17103/одн от  01.09.2017 подтверждена вступившим в законную силу судебным актом  Арбитражного суда Пермского края от 11.09.2019 по делу № А50-19174/2019;  

задолженность по оплате горячей воды в целях содержания общего  имущества многоквартирных домов за период с июня по ноябрь 2019 года по  договору на поставку горячей воды в целях содержания общего имущества  многоквартирных домов № 17103/одн от 01.09.2017, задолженность по оплате  тепловой энергии за период с июня по октябрь 2019 года по договору на  поставку тепловой энергии в целях содержания общего имущества  многоквартирного дома в целях содержания общего имущества  многоквартирного дома № 3-2019 от 01.07.2019 подтверждена вступившим в  

 

законную силу судебным актом Арбитражного Пермского края от  18.05.2020 по делу № А50-2880/2020;  

задолженность по оплате горячей волы в целях содержания общего  имущества многоквартирных домов за период с декабре 2019 года по февраль  2020 года по договору на поставку горячей воды в целях содержания общего  имущества многоквартирных домов № 17133/дди от 01.09.2017, по договору на  поставку горячей воды № 19323-ГВС от 20.05.2019, задолженность по оплате  тепловой энергии за период с декабря 2019 года по февраль 2020 года по  договору на поставку тепловой энергии в целях содержания общего имуществ  многоквартирного дома № 3-2019 от 01.07.2019 и по договору на поставку  тепловой энергии № 19323 от 20.05.2019 подтверждена вступившим в законную  силу судебным актом Арбитражного суда Пермского края от 19.06.2020 по делу   № А50-8709/2020;  

задолженность по оплате горячей воды в целях содержания общего  имущества многоквартирных домов за период с марта по апрель 2020 года по  договору на поставку горячей воды в целях содержания общего имущества  многоквартирных домов № 17103/одн от 01.09.2017 подтверждена вступившим  в законную силу судебным актом Арбитражного суда Пермского края от  28.09.2020 по делу № А50-16442/2020;  

задолженность по оплате тепловой энергии за период с мая по август  2020 года по договору на поставку тепловой энергии № 3-2019 от 01.07.2019  подтверждена вступившим в законную силу судебным актом Арбитражного  суда Пермского края от 25.12.2020 по делу № А50-31919/2020;  

задолженность по оплате тепловой энергии за период с сентября по  ноябрь 2020 года по договору на поставку тепловой энергии № 3-2019 от  01.07.2019 подтверждена вступившим в законную силу судебным актом  Арбитражного суда Пермского края от 01.03.2021 по делу № А50-2906/2021;  

задолженность по оплате тепловой энергии за период с марта по апрель  2020 года по договору на поставку тепловой энергии № 3-2019 от 01.07.2019  подтверждена вступившим в законную силу судебным актом Арбитражного  суда Пермского края от 01.03.2021 по делу № А50-31913/2021;  

задолженность за поставленное горячее водоснабжение за период с мая  по ноябрь 2020 года по договору на поставку горячей воды № 19323-ГВС от  20.05.2019 подтверждена вступившим в законную силу судебным актом  Арбитражного суда Пермского края от 09.03.2021 по делу № А50-4092/2021;  

задолженность по оплате тепловой энергии за период с октября по ноябрь  2020 года по договору на поставку тепловой энергии № 19323 от 20.05.2019  подтверждена вступившим в законную силу судебным актом Арбитражного  суда Пермского края от 11.03.2021 по делу № А50-4088/2021;  

задолженность по оплате горячей воды в целях содержания общего  имущества многоквартирных домов за период с мая по август 2020 года по  договору на поставку горячей воды в целях содержания общего имущества  многоквартирных домов № 17103/одн от 01.09.2017 подтверждена вступившим  

 

в законную силу судебным актом Арбитражного суда Пермского края от  16.03.2021 по делу № А50-31917/2020;  

задолженность по оплате горячей воды в целях содержания общего  имущества многоквартирных домов за период с сентября по ноябрь 2020 года  по договору на поставку горячей воды в целях содержания общего имущества  многоквартирных домов № 17103/оди от 01.09.2017 подтверждена вступившим  в законную силу судебным актом Арбитражного суда Пермского края от  12.04.2021 по делу № А50-2907/2021.  

На основании изложенного в соответствии с данными бухгалтерской  отчетности ООО «ЖЭК» конкурсный управляющий полагает, что объективное  банкротство должника наступило 01.04.2017, поскольку по состоянию на  31.12.2016 реальных активов должника было недостаточно для погашения  обязательств перед кредиторами.  

Полагая, что невозможность полного погашения реестра требований  кредиторов связано исключительно с действиями (бездействиями)  контролирующих должника лиц, а также ссылаясь на неисполнение  руководителями должника обязанности по подаче заявления о признании ООО  «ЖЭК» несостоятельным (банкротом) в арбитражный суд, конкурсный  управляющий просил привлечь ФИО4, ФИО5, ФИО6,  ФИО7 и ФИО8 к субсидиарной ответственности и  приостановить производство по данному обособленному спору до окончания  расчетов с кредиторами.  

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой  инстанции исходил из отсутствия на то правовых оснований.  

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ,  проанализировав нормы материального и процессуального права, оценив  доводы апелляционной жалобы и письменных отзывов, выслушав пояснения  лица, участвующего в процессе, суд апелляционной инстанции не усматривает  основания для отмены обжалуемого определения в связи со следующим.  

Исходя из общих норм гражданского законодательства, юридические  лица, кроме учреждений, отвечают по своим обязательствам всем  принадлежащим им имуществом. Исключением из общего правила является  субсидиарная ответственность учредителей, собственников имущества  юридического лица или других лиц, имеющих право давать обязательные для  этого юридического лица указания либо иным образом определять его  действия, по обязательствам юридического лица, если несостоятельность  (банкротство) этого юридического лица вызвана действиями этих лиц (ч. 3 ст.  56 ГК РФ).  

Основания и порядок привлечения к субсидиарной ответственности  руководителя и (или) учредителей (участников) должника в случае нарушения  ими положений действующего законодательства ранее были предусмотрены  нормами ст. 10 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О  несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве, Закон).  

 

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в  Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской  Федерации об административных правонарушениях» (Закон от 29.07.2017   № 266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве  «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».  

Согласно п. 3 ст. 4 Закон № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о  привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 10 Закона о  банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего  Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам  Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).  

В то же время, основания для привлечения к субсидиарной  ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции  Закона № 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих  должников лиц, совершенных до 01.07.2017, в силу общего правила действия  закона во времени (п. 1 ст. 4 ГК РФ), п. 2 информационного письма Президиума  Высшего Арбитражного Суда РФ от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах,  связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009   № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты  Российской Федерации»); Закон № 266-ФЗ не содержит норм о придании новой  редакции Закона о банкротстве обратной силы.  

Возможность распространения норм Закона № 266-ФЗ на отношения,  возникшие до вступления его в силу, затрагивает только процессуальные  правила.  

Нормы материального права, устанавливающие основания для  привлечения к ответственности, должны определяться редакцией, действующей  в период совершения лицом вменяемых ему деяний (деликта).  

В данном случае, исходя из вышеизложенных норм права и  соответствующих разъяснений, принимая во внимание, что заявление о  привлечении к субсидиарной ответственности подано в арбитражный суд  30.08.2022, обстоятельства, с которыми связано привлечение ответчиков к  субсидиарной ответственности, имели место как до вступления в законную  силу Закона № 266, так и после 30.07.2017, ввиду периода времени, к которому  относятся обстоятельства, с которыми заявитель связывает ответственность  ответчиков, заявленные требования подлежат разрешению с применением п. 4  ст. 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013   № 134-ФЗ в отношении действий, совершенных до 30.07.2017, а также с  применением правил главы III.2 «Ответственность руководителя должника и  иных лиц в деле о банкротстве» в отношении действий, совершенных после  30.07.2017.  

При проверке доводов о неисполнении руководителем должника  обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании ООО  «ЖЭК» несостоятельным (банкротом) необходимо учитывать следующее.  

В силу положений п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве (в редакции,  

 

действующей в период спорных правоотношений) руководитель должника  обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:  

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов  приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или  обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в  полном объеме перед другими кредиторами;  

органом должника, уполномоченным в соответствии с его  учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника,  принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;  

органом, уполномоченным собственником имущества должника -  унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с  заявлением должника;  

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит  или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;  

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам  недостаточности имущества;  

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине  недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных  пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему  работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в  соответствии с трудовым законодательством;  

настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи. 

Заявление должно быть направлено в арбитражный суд в случаях,  предусмотренных п. 1 названной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем  через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (п. 2 ст. 9  Закона о банкротстве).  

Согласно п. 2 ст. 10 Закона нарушение обязанности по подаче заявления  должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены ст. 9  настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную  ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена  обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в  арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника,  возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 ст. 9  настоящего Федерального закона.  

Таким образом, п. 2 ст. 10 Закона в совокупности с положениями ст. 9  Закона о банкротстве предусматривают ответственность руководителя  должника за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о своем  банкротстве.  

Как верно отмечено судом первой инстанции, из содержания  приведенных норм, а также согласно правовой позиции, изложенной в п. 2  Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2  (2016), утвержденного постановлением Президиума Верховного Суда  Российской Федерации от 06.07.2016 (раздел, связанный с практикой  

 

применения положений законодательства о банкротстве), в предмет  доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности,  предусмотренной п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве, входит установление  следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в  п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт  неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение  месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств  должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного п. 2  ст. 9 Закона о банкротстве.  

Доказывание всех изложенных фактов является обязанностью лица,  заявившего соответствующее требование к лицу, которое может быть  привлечено к субсидиарной ответственности.  

Исходя из разъяснений, приведенных в п. 9 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых  вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к  ответственности при банкротстве» (Постановление № 53), обязанность  руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в  момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в  сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики,  учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить  наличие одного из обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве.  

В п. 12 Постановления № 53 закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника,  ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью  удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми  возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.  

Таким образом, законодатель в ст. 9 Закона о банкротстве презюмировал  наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем  должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для  кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения  возросшей задолженности.  

Между тем, неудовлетворительная структура баланса должника не  отнесена законодателем к обстоятельствам, из которых возникает безусловная  обязанность руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением  должника о признании банкротом. Как разъяснил Конституционный Суд  Российской Федерации в постановлении от 18.07.2003 № 14-П, формальное  превышение размера кредиторской задолженности над размером активов,  отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством  невозможности должника исполнить свои обязательства. Такое превышение не  может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий  финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не  является основанием для его немедленного обращения в арбитражный суд с  заявлением о банкротстве.  

 

Ухудшение финансового состояния юридического лица также не  отнесено ст. 9 Закона о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим  руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.  

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника  по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно  отображать наступление критического для должника финансового состояния,  создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц.  

Институт субсидиарной ответственности применяется только в случае  недобросовестных действий руководителя, нарушивших интересы конкурсных  кредиторов, при этом не может применяться в случае принятия неверных  управленческих решений, находящихся в пределах обычного делового  предпринимательского риска.  

Как следует из материалов дела и приведенных выше обстоятельств, в  основном структура кредиторской задолженности состоит из обязательств  перед ресурсоснабжающими организациями и обязательных платежей.  

С учетом режима и специфики деятельности должника суд первой  инстанции пришел к обоснованному выводу, что его финансовые трудности  были вызваны объективными обстоятельствами.  

Ситуация, при которой общество имеет непогашенную задолженность  перед ресурсоснабжающими организациями одновременно с дебиторской  задолженностью граждан, является обычной практикой для функционирования  таких организаций. В связи с чем, само по себе возникновение кредиторской  задолженности перед ресурсоснабжающими и обслуживающими  организациями, с учетом специфики деятельности должника, не может в  достаточной степени свидетельствовать о возникновении у ответчиков  безусловной обязанности по обращению с заявлением о признании должника  банкротом, поскольку платежеспособность должника напрямую зависит от  своевременной оплаты жильцами коммунальных услуг.  

При этом судом учтена направленность норм п. 2 ст. 10 Закона о  банкротстве на защиту лиц, вступивших в договорные отношения с должником  после даты возникновения у последнего признаков банкротства, поскольку  целью правового регулирования, содержащегося в п. 2 ст. 10 Закона о  банкротстве (ст. 61.12 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от  29.07.2017 № 266-ФЗ), является предотвращение вступления в правоотношения  с неплатежеспособной (несостоятельной) организацией (должником)  контрагентов в условиях сокрытия от них такого состояния должника.  

В данном случае, как правомерно указано судом, отсутствует такой  признак, как вступление в правоотношения с неплатежеспособной  (несостоятельной) организацией (должником) контрагентов в условиях  сокрытия от них такого состояния должника, необходимый для привлечения  контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по  основанию, предусмотренному ст. 9 Закона о банкротстве.  

Жилищный кодекс Российской Федерации гарантирует непрерывность  

 

осуществления деятельности по управлению, обслуживанию многоквартирных  жилых домов и оказанию (предоставлению) коммунальных услуг,  направленную на соблюдение прав граждан (потребителей), обеспечение  безопасности эксплуатации многоквартирных жилых домов.  

В силу социальной значимости ресурсоснабжающих организаций, ни они,  являющиеся в настоящее время кредиторами должника, ни должник не имели  реальной возможности отказаться от заключенных договоров, поскольку такие  действия привели бы к отключению жилых многоквартирных домов от  соответствующих ресурсов, что в свою очередь противоречило бы закону,  поскольку потребителями ресурсов являются физические лица.  

Исходя из того, что само по себе наличие кредиторской задолженности,  возникшей вследствие неоплаты населением коммунальных услуг, не является  безусловным основанием полагать, что должник не способен исполнить свои  обязательства, учитывая специфику деятельности должника, которая  характеризуется сочетанием текущей кредиторской задолженности с наличием  дебиторской задолженности, принимая во внимание отсутствие доказательств  того, что действия ответчиков выходили за пределы обычного делового риска и  были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов, суд  первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для  привлечения бывших руководителей должника к субсидиарной  ответственности за неподачу в арбитражный суд заявления о признании  общества несостоятельным (банкротом).  

Наращивание задолженности перед ресурсоснабжающими организациями  произошло в условиях действия ранее заключенных должником договоров с  контрагентами, требования по которым были включены в реестр кредиторов;  при этом контрагенты должника продолжили поставлять ресурсы по указанным  договорам, тем самым увеличивая задолженность должника и обратились с  заявлением о признании должника банкротом лишь в марте 2021 года.  

Таким образом, при осведомленности кредиторов о наличии у должника  неисполненных обязательств и возможности самостоятельного обращения в суд  с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), основания  считать, что действия ответчиков привели к негативным последствиям для  данных кредиторов, отсутствуют.  

Вопреки доводам апелляционной жалобы, конкурсным управляющим не  представлено доказательств того, что в случае более раннего обращения в суд с  заявлением о банкротстве должника задолженность перед кредиторами была бы  погашена, то есть доказательств наличия прямой причинно-следственной связи  между бездействием руководителя и наступившими последствиями в виде  возникновения задолженности перед кредиторами, впоследствии включенной в  реестр требований кредиторов.  

Принимая во внимание вышеизложенное, суд первой инстанции  правомерно отказал в удовлетворении требований конкурсного управляющего  о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности за неисполнение  

 

обязанности по подаче в арбитражный суд заявления о признании должника  банкротом, оснований не согласиться с данными выводами у суда  апелляционной инстанции не имеется.  

При этом апелляционным судом учтены показатели представленных в  материалы дела бухгалтерских балансов ООО «ЖЭК», согласно которым на  протяжении всего периода с 2017 года по 2020 год активы и пассивы должника  имели равное значение; дебиторская задолженность, являющаяся основным  активом должника, в указанные периоды значительно превышала размер  кредиторской задолженности.  

Согласно отчетам о финансовых результатах деятельность общества  «ЖЭК» в 2017, 2018 годах являлась прибыльной, чистая прибыль в указанные  периоды составила 5 612 тыс. руб. и 4 865 тыс. руб. соответственно, что  опровергает утверждение конкурсного управляющего о возникновении у  должника признаков объективного банкротства 01.04.2017.  

Убыток от осуществляемой деятельности возник у должника по итогам  2019 года и составлял 4 759 тыс. руб.; в последующем отчетном периоде (за  2020 год) с учетом принятых руководителем мер по выходу общества из  тяжелого финансового положения, убыток составлял существенно меньшее  значение – 3 534 тыс. руб.  

Сами по себе кратковременные и устранимые, в том числе  своевременными эффективными действиями руководителя затруднения, не  могут рассматриваться как безусловное доказательство возникновения  необходимости обращения в суд с заявлением о банкротстве. Проводя работу  по взысканию задолженности по оплате коммунальных услуг с населения,  руководители должника обоснованно рассчитывали на выход из сложившегося  имущественного кризиса. При этом, как установлено выше, в силу социальной  значимости ресурсоснабжающих организаций, ни они, ни должник не имели  реальной возможности отказаться от заключенных договоров.  

Из вышеизложенного следует, что руководитель должника мог дать  надлежащую оценку имущественного положения только после подготовки  бухгалтерской отчетности за 2020 года, который в соответствии с  бухгалтерским учетом должен был быть подготовлен и предоставлен в  налоговый орган к концу марта 2021 года.  

Вместе с тем в это время в арбитражном суде уже находилось в  производстве дело о банкротстве ООО «ЖЭК» возбужденное на основании  заявления МУП «Гортеплоэнерго», необходимость повторного обращения в суд  с заявлением о признании общества «ЖЭК» несостоятельным (банкротом), у  руководителя должника отсутствовала.  

Доводов, которые бы могли опровергать установленные выше  обстоятельств, конкурсным управляющим в апелляционной жалобе не  приведено.  

В отношении утверждения конкурсного управляющего о том, что  банкротство должника возникло в результате действий и (или) бездействия  

 

контролирующих должника лиц, судом апелляционной инстанции установлено  следующее.  

В силу п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона  от 28.06.2013 № 134-ФЗ, если должник признан несостоятельным (банкротом)  вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц,  такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную  ответственность по его обязательствам.  

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан  несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия  контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих  обстоятельств:  

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате  совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом  одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в ст. 61.2 и  61.3 настоящего Федерального закона;  

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по  ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством  Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении  наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом  отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных  законодательством Российской Федерации, формирование которой является  обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации,  либо указанная информация искажена, в результате чего существенно  затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том  числе формирование и реализация конкурсной массы.  

Положения абзаца четвертого настоящего пункта применяются в  отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения  бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или)  бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.  

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие  действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то  такие лица отвечают солидарно.  

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или)  бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет  субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании  должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также  признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в  интересах должника.  

Согласно п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение  требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия  контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную  ответственность по обязательствам должника.  

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение  

 

требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия  контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих  обстоятельств:  

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в  результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения  этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок  по указанию этого лица), включая сделки, указанные в ст.61.2 и 61.3  настоящего Федерального закона;  

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по  ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством  Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении  наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой  организации) или принятия решения о признании должника банкротом  отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных  законодательством Российской Федерации, формирование которой является  обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации,  либо указанная информация искажена, в результате чего существенно  затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том  числе формирование и реализация конкурсной массы;  

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме  задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение  которого вступило в силу решение о привлечении должника или его  должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными  исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности  или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об  уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких  правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера  требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности,  включенных в реестр требований кредиторов;  

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с  законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке  ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной  ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных  предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми  актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко  дню назначения временной администрации финансовой организации) или  принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо  искажены;  

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие  обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо  внесены недостоверные сведения о юридическом лице:  

в единый государственный реестр юридических лиц на основании  представленных таким юридическим лицом документов;  

 

в Единый федеральный реестр сведении о фактах деятельности  юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых  возложена на юридическое лицо (п.2 указанной статьи).  

Положения подп. 1 п. 2 настоящей статьи применяются независимо от  того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом  недействительными, если:  

1) заявление о признании сделки недействительной не подавалось;  

2) заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный  акт по результатам его рассмотрения не вынесен;  

3) судом было отказано в признании сделки недействительной в связи с  истечением срока давности ее оспаривания или в связи с недоказанностью того,  что другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что на момент  совершения сделки должник отвечал либо в результате совершения сделки стал  отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества (п.3  указанной статьи).  

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или)  бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов,  не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в  невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.  

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности,  если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота,  добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников),  не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его  действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам  кредиторов (п. 10 указанной статьи).  

В п. 16 Постановления № 53 разъяснено, что под действиями  (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности  погашения требований кредиторов (ст. 61.11 Закона о банкротстве) следует  понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой  причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное  банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий  (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя  наличие причинно-следственной связи между названными действиями  (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.  

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут  выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с  нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе  согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных  условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом  («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно  убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат  деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам  возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы  

 

управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение  выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.  

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством  сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана  единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная  контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому  изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения -  появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать  совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием  контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших  возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию  объективного банкротства.  

Как установлено судом первой инстанции и подтверждено материалами  дела, бывшими руководителями должника предпринимались активные меры по  взысканию дебиторской задолженности с населения, часть задолженности  перед ресурсоснабжающими организациями погашалась, оставшаяся  непогашенной дебиторская задолженность населения продана в ходе  конкурсного производства на торгах как неликвидная, бесперспективная к  реальному взысканию.  

В частности, задолженность за период с мая по август 2017 года взыскана  только в 2018 году по решению от 01.03.2018 по делу № А50-41672/2017, после  чего определением Арбитражного суда Пермского края от 10.09.2018 по тому  же делу должнику предоставлена отсрочка исполнения до 01.11.2018. При этом,  из 6 268 505,76 руб. основного долга, взысканного указанным судебным актом,  в реестр требований кредиторов должника включено только 2 019 121,83 руб.  

Более того, задолженность перед МУП «Гортеплоэнерго» за более  поздние периоды (например, с сентября 2017 года по июнь 2018 года по всем  заключенным договорам) в реестр требований кредиторов не включена,  поскольку погашена в полном объеме.  

Также, определением Арбитражного суда Пермского края от 19.02.2021  по делу № А50-31916/2020 производство по рассмотрению искового заявления  МУП «Гортеплоэнерго» о взыскании с должника задолженности по оплате  горячей воды, поставленной в период с марта по апрель 2020 года, прекращено,  в связи с отказом истца от заявленных требований вследствие оплаты.  

Определением Арбитражного суда Пермского края от 17.01.2019 по делу   № А50-34514/2018 производство по рассмотрению искового заявления МУП  «Гортеплоэнерго» о взыскании с должника задолженности по договору от  01.08.2016 № 118 за период с ноября 2017 года по июль 2018 года, прекращено,  в связи с отказом истца от заявленных требований.  

В делах № А50-15753/2021, № А50-16445/2020, № А50-15752/2021 ранее  вынесенные по заявлению МУП «Гортеплоэнерго» судебные приказы  отменены, в связи с представлением должником доказательств оплаты  поставленного ресурса (горячее водоснабжение, тепловая энергия) за периоды с  

 

марта по апрель 2020 года и с марта по апрель 2021 года.  

Само по себе наличие непогашенной задолженности перед заявителем по  делу о банкротстве за май 2017 года (при наличии погашенных обязательств,  возникших в более поздние периоды) обусловлено не признаками  неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, а, в том  числе, спецификой распределения и учета кредитором поступающих денежных  средств – вместо учета платежей в счет погашения задолженности, возникшей в  более ранний период, МУП «Гортеплоэнерго» учитывало поступающую на  постоянной основе оплату обязательств в счет погашения текущих платежей.  

При этом нельзя принимать во внимание, что задолженность перед  кредиторами, требования которых включены в реестр, возникла на основании  длящихся договоров, первоначально заключенных в период, когда признаки  объективного банкротства у должника отсутствовали. Так, первоначальные  договоры заключены с ПАО «Пермская энергосбытовая компания»21.11.2014, с МУП «Горводоканал» - 01.09.2017, с МУП «Гортеплоэнерго»01.04.2014, с ООО «Промышленная энергетическая компания» - 01.02.2017, с  ООО «Газпром межрегионгаз Пермь» - 01.01.2017, с АО «Россельхозбанк» -  договор банковского счета от 23.11.2012.  

Ответчиками в материалы обособленного спора представлены реестры  рассмотренных мировыми судьями судебных участков № 1-4 Чусовского  судебного района Пермского края материалов, истцом по которым выступало  ООО «ЖЭК», составленные на основании информации, размещенной на  соответствующих официальных интернет-сайтах, согласно которым мировым  судьей судебного участка № 1 Чусовского судебного района Пермского края  рассмотрено 355 материала с участием должника, мировым судьей судебного  участка № 2 – 59 материалов, мировым судьей судебного участка № 3 – 351  материал, мировым судьей судебного участка № 4 – 1 080 материал; всего1 847.  

Доводы конкурсного управляющего о недостаточной работе с  дебиторской задолженностью населения убедительными и достоверными  доказательствами не подтверждены (ст. 65 АПК РФ).  

Как указывалось ранее, согласно данным бухгалтерской отчетности,  впервые убыток в качестве финансового результата деятельности должника  зафиксирован по итогам 2019 году в размере 4 759 тыс. руб.; при этом по  итогам 2020 года в результате проведения активной работы по взысканию  задолженности с населения данный показатель уменьшился до 3 534 тыс. руб.  

Из представленных в материалы дела актов приема-передачи первичных  документов усматривается, что конкурсному управляющему ФИО2  были переданы первичные документы подтверждающие факт проведения  руководством ООО «ЖЭК» мероприятий по взысканию дебиторской  задолженности населения. В частности, управляющему переданы судебные  приказы и материалы исполнительных производств в количестве 9 720 листов,  а также соглашения о рассрочке уплаты с должниками на 149 листах.  

 

На основании изложенного суд апелляционной инстанции не может  прийти к выводу о недостаточности мер принятых по взысканию дебиторской  задолженности, учитывая, что особенностью дебиторской задолженности  населения по коммунальным платежам является неполная ее взыскиваемость.  

Кроме того, отсутствуют в материалах дела и доказательства,  подтверждающие довода об избыточности штата сотрудников ООО «ЖЭК»,  которая могла бы негативно повлиять на финансовое состояние должника,  учитывая, что само по себе утвержденное штатного расписания не может  свидетельствовать о фактическом наличии сотрудников в управляющей  компании.  

Согласно данным апелляционному суду пояснениям, при осуществлении  обществом хозяйственной деятельности в управлении и обслуживании  находилось от 50 до 70 (5-9 этажей) многоквартирных домов на территории г.  Чусовой с количеством квартир от 100 до 500, в связи с чем, говорить об  избыточности штата ООО «ЖЭК» не представляется возможным, поскольку  штатное расписание было укомплектовано исходя из объема подлежащих  выполнению работ. Увеличение юридического отдела, обусловлено низкой  платежеспособностью населения и необходимостью увеличения количества  взысканий задолженности в судебном порядке.  

При таких обстоятельствах апелляционный суд согласился с выводом  суда первой инстанции о том, что конкурсным управляющим не представлено  доказательств того, что действия (бездействие) руководителей безусловно  привели к банкротству должника, невозможности сформировать конкурсную  массу, в результате чего причинен существенный вред имущественным правам  кредиторов.  

Ссылка конкурсного управляющего на то, что в ООО «ЖЭК» помимо  бенефициара ФИО4, были трудоустроены и получали заработную  плату его родственники, основанием для привлечения лиц к субсидиарной  ответственности являться не может. Конкурсным управляющим не приведено,  каких образом данное обстоятельство могло повлечь неплатежеспособность  должника, учитывая осуществление указанными управляющим лицами  трудовых обязанностей.  

Учитывая доводы конкурсного управляющего, отраженные в  апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции также не усматривает  оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника.  

Доводов, которые бы могли повлиять на принятое решение, в  апелляционной жалобе не приведено.  

Выводы суда первой инстанции основаны на представленных в дело  доказательств, при установлении всех фактических обстоятельств имеющих  значение для рассмотрения настоящего спора.  

По существу, заявитель в апелляционной жалобе выражает несогласие с  данной судом оценкой установленных по делу фактических обстоятельств, не  

 

опровергая их. Оснований не согласиться с данной судом первой инстанции  оценкой у суда апелляционной инстанции не имеется.  

Оснований для отмены обжалуемого определения, предусмотренных ст.  270 АПК РФ апелляционным судом не установлено.  

Нарушение судом первой инстанции норм процессуального права,  являющихся самостоятельным оснований для отмены судебного акта,  апелляционным судом не выявлено.  

Уплата государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы на  обжалуемое определение налоговым законодательством не предусмотрена.  

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный  апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 27 июля 2023 года по  делу № А50-5302/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без  удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного  производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий  месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.  

Председательствующий О.Н. Чепурченко 

Судьи Т.Ю. Плахова  

 М.С. Шаркевич