ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-10405/2021

Дело № А40-214482/19

г. Москва

26 марта 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24 марта 2021 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 26 марта 2021 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи И.М. Клеандрова,

судей Р.Г. Нагаева, В.С. Гарипова,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО «Риелти Стрит»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 15 февраля 2021

по делу № А40-214482/19, вынесенное судьей Текиевой Ю.В.,

об отказе ООО «Риелти Стрит» в признании обоснованными и включении в реестр требований кредиторов должника-гражданина ФИО2 требований в размере 24 318 135 руб. 91 коп

в рамках дела о банкротстве должника гражданина ФИО2  

при участии в судебном заседании:

от ООО «Риелти Стрит» - ФИО3 по дов. от 11.01.2021

от ФИО2 – ФИО4 по дов. от 03.02.2021 

 

У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 04.08.2020 по настоящему делу ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО5, сведения о чем опубликованы 22.08.2020 в газете «Коммерсантъ» № 151.

В Арбитражный суд города Москвы 25.09.2020 поступило заявление ООО «Риелти Стрит» о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в общем размере 25 206 441 руб. 10 коп.

Определением суда от 14.10.2020 к рассмотрению настоящих требований привлечено ООО «Ландиа ТМ» в лице конкурсного управляющего ФИО6

Определением Арбитражного суда города Москвы от 15.02.2021 отказано ООО «Риелти Стрит» в признании обоснованными и включении в реестр требований кредиторов должника-гражданина ФИО2 требований в размере 24 318 135 руб. 91 коп.

Не согласившись с указанным судебным актом, ООО «Риелти Стрит» обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда города Москвы от 15.02.2021 по делу № А40-214482/19, принять новый судебный акт о включении требования ООО «Риелти Стрит» в реестр требований кредиторов ФИО2 в размере 24 318 135,91 рублей.

В судебном заседании представитель ООО «Риелти Стрит» поддержал доводы апелляционной жалобы. Заявил ходатайство о приобщении дополнений к апелляционной жалобе.

Представитель ФИО2 возражал на доводы апелляционной жалобы, указывая на их необоснованность.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм ст. ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Судом апелляционной инстанции отказано в удовлетворении ходатайства представителя ООО «Риелти Стрит» о приобщении дополнений к апелляционной жалобе, поскольку они представлены за пределом срока на подачу апелляционной жалобы и нормами АПК РФ не предусмотрен такой процессуальный документ, кроме этого также отсутствуют доказательства направления данных дополнений другим лицам участвующим в деле.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверена апелляционным судом в соответствии со ст. ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Девятый арбитражный апелляционный суд, повторно рассмотрев дело в порядке ст. ст. 268, 269 АПК РФ, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, оценив объяснения лиц, участвующих в деле, не находит оснований для отмены обжалуемого определения, исходя из следующего.

Согласно ст. 223 АПК РФ, ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве. 

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - постановление № 35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

На основании изложенного при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Как следует из материалов дела, в обоснование заявления ООО «Риелти Стрит» указывает, что по договору процентного денежного займа от 25.08.2017, заключенного между ООО «Риелти Стрит» в качестве займодавца и ООО «Ландиа ТМ» в качестве заемщика (далее – договор займа), надлежащее исполнение обязательств по которому было обеспечено договором поручительства от 25.08.2017, заключенным между ФИО2 и ООО «Риелти Стрит».

В соответствии с условиями договора займа сумма займа предоставляется займодавцем заемщику на срок до 24.02.2018 (пункт 1.3 договора).

Пунктом 3.2 договора поручительства установлен срок действия договора до 24.08.2018.

Заявитель указывает, что обязательства по выдаче займа исполнены ООО «Риелти Стрит» в полном объеме, в то время как обязанности ООО «Ландиа ТМ», а в последствии и должника по возврату займа, сторонами вышеуказанных договоров исполнены не были.

Суд первой инстанции, отказывая во включении требования ООО «Риелти Стрит» исходил из того, что указанная сделка заключена сторонами при отсутствии какой-либо экономической целесообразности, направлена на увеличение кредиторской задолженности в нарушение интересов добросовестных кредиторов, что свидетельствует о нарушении сторонами статьи 10 ГК РФ и влечет ничтожность сделки в силу статьи 168 ГК РФ.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции в связи со следующим.

В соответствии со статьей 361 ГК РФ по договору поручительства поручитель обязуется перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части. Договор поручительства может быть заключен в обеспечение как денежных, так и неденежных обязательств, а также в обеспечение обязательства, которое возникнет в будущем.

Пунктами 1 и 2 статьи 363 ГК РФ предусмотрено, что при неисполнении перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части. Договор поручительства может быть заключен в обеспечение как денежных, так и неденежных обязательств, а также в обеспечение обязательства, которое возникнет в будущем. Поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 810 ГК РФ по договору займа заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Пунктом 48 постановления Пленума ВАС РФ от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством», предусмотрено что требование к поручителю может быть установлено в деле о банкротстве лишь при условии, что должником по обеспеченному поручительством обязательству допущено нарушение указанного обязательства (пункт 1 статьи 363 ГК РФ).

Пункт 6 статьи 367 ГК РФ предусматривает, что поручительство прекращается по истечении указанного в договоре поручительства срока, на который оно дано.

При этом абзац 2 пункта 6 статьи 367 ГК РФ содержит норму, в соответствии с которой предъявление кредитором к должнику требования о досрочном исполнении обязательства не сокращает срок действия поручительства, определяемый исходя из первоначальных условий основного обязательства.

В пункте 33 постановления Пленума ВАС от 12.07.2012 № 42 разъяснено, что в соответствии с пунктом 6 статьи 367 ГК РФ поручительство прекращается по истечении указанного в договоре поручительства срока, на который оно дано. Если такой срок не установлен, оно прекращается при условии, что кредитор в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченного поручительством обязательства не предъявит иск к поручителю.

Срок действия, как поручительства, так и залогового обеспечения, является пресекательным сроком осуществления субъективного гражданского права кредитора при неисполнении (ненадлежащем) исполнении обязательства должником требовать удовлетворения своих интересов за счет имущественной массы поручителя или залогодателя. Этот срок устанавливает пределы существования такого гражданского права, предоставляя кредитору строго определенное время для реализации его прав под угрозой их прекращения.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, срок действия поручительства был установлен сторонами до 24.08.2018.

Судом установлено, с учетом дополнительных соглашений № l от 22.02.2018, № 2 от 25.05.2018 срок договора поручительства был продлен до 30.06.2019. По мнению должника, даже с учетом указанных дополнительных соглашений срок для предъявления требования к поручителю на дату подачи настоящего заявления истек.

Как усматривается из материалов деда, после поступления в материалы дела возражений должника и конкурсного кредитора об истечении срока поручительства в дело от заявителя поступили дополнительные соглашения № 3 от 11.12.2018 и № 4 от 25.12.2019.

Оценив представленные доказательства в совокупности со спорными правоотношениями по заключенному сторонами договору поручительства и дополнительным соглашениям на предмет наличия признаков злоупотребления правом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о ничтожности дополнительных соглашений № 3 от 11.12.2018 и №4 от 25.12.2019 в связи с нарушением при их подписании статьи 10 ГК РФ, исходя из следующего.

По первому дополнительному соглашению срок поручительства был продлен до 24.11.2018, по второму – до 30.06.2019, по третьему – до 31.12.2019 и по четвертому срок поручительства продлен сторонами до 30.06.2020.

Кредитор 22.10.2019 обратился в Бабушкинский районный суд г. Москвы с исковым заявлением о взыскании с заемщика (ООО «Ландиа ТМ») и поручителя (ФИО2) в солидарном порядке суммы задолженности по договору процентного займа от 25.08.2017.

Определением Бабушкинского районного суда города Москвы от 12.10.2020 исковое заявление о взыскании с заемщика (ООО «Ландиа ТМ») и поручителя (ФИО2) в солидарном порядке суммы задолженности по договору процентного займа от 25.08.2017 было оставлено судом без рассмотрения со ссылкой на тот факт, что в отношении ответчиков возбуждены производства по делу о несостоятельности (банкротстве): решением Арбитражного суда г. Москвы от 27.11.2019 по делу № А40-68228/19 ООО «Ландиа ТМ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство; определением Арбитражного суда города Москвы от 04.08.2020 по делу № А40-214482/19 в отношении ФИО2 введена процедура реализации долгов гражданина.

Данные факты входят в явное противоречие с представленным в настоящее дело документами в части заключения дополнительного соглашения № 4, датой заключения которого указано 25.12.2019, то есть через два месяца после того, как кредитор обратился с иском к должнику и поручителю. При этом из общедоступных сведений, содержащихся в картотеке арбитражных дел в сети Интернет по веб-адресу http://kad.arbitr.ru/ усматривается, что дело о банкротстве основного заемщика возбуждено 20.03.2019, а поручителя – 02.09.2019, о чем кредитору было или должно было быть известно.

Изложенное может свидетельствовать о том, что дополнительное соглашение № 4 от 25.12.2019 заключено со злоупотреблением правом, его заключение является нецелесообразным и ставит под сомнение реальность экономических правоотношений между заявителем и должником.

Дополнительное соглашение № 3 от 11.12.2018, которым был продлен срок поручительства до 31.12.2019, является ничтожным по следующим основаниям.

Так, дополнительным соглашением № 2 от 25.05.2018 срок договора поручительства был продлен до 30.06.2019.

Впоследствии 01.07.2019 заявителем в адрес ФИО2 выставлено требование об исполнении обязательств по договору поручительства в связи с неисполнением основным заемщиком своих обязательств.

При этом в указанном требовании не содержится ссылок на дополнительное соглашение № 3.

В то же время, суд не оставил без внимания позицию должника, изложенную в его отзыве от 18.11.2020, согласно которой срок исполнения обязательств по договору поручительства должник считает прекращенным в соответствии с установленными сроками дополнительного соглашения № 2 – до 30.06.2019.

Изложенное может свидетельствовать о том, что фактически дополнительное соглашение № 3 было оформлено после указанной в нем даты.

Также обращает на себя внимание дальнейшее поведение должника на стадии рассмотрения настоящего требования в суде.

Так, после отложения судебного заседания должник указал, что заключал с заявителем дополнительные соглашения № 3 и № 4, однако, экономическую обоснованность и целесообразность в их заключении не раскрыл, оригиналы названных документов суду не представил.

По общему правилу сделка, совершенная с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ.

В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов (абзац 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63.

Как установлено статьей 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав.

В силу пункта 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Применяя статью 10 ГК РФ при рассмотрении суд исходит из наличия следующих обстоятельств заключения сделок: экономическая нецелесообразность сделки для поручителя, то есть устанавливается, было ли заключение такого договора направлено на реализацию нормальных экономических интересов должника; принятие поручителем обязательств, превышающих стоимость чистых активов; отсутствие у основного должника потенциальной возможности выплаты долга после погашения его долга поручителем; искусственное увеличение кредиторской задолженности в результате совершенной сделки в ущерб интересам иных кредиторов, которые лишаются части того, на что рассчитывают при справедливом распределении конкурсной массы; нарушение баланса интересов кредиторов и т.д.

Оценив и представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что указанная сделка заключена сторонами при отсутствии какой-либо экономической целесообразности, направлена на увеличение кредиторской задолженности в нарушение интересов добросовестных кредиторов, что свидетельствует о нарушении сторонами статьи 10 ГК РФ и влечет ничтожность сделки в силу статьи 168 ГК РФ. 

Таким образом, действия должника и заявителя по заключению дополнительного соглашения № 3 о продлении срока поручительства представляют собой злоупотребление правом, поскольку для должника отсутствует какая-либо экономическая обоснованность и целесообразность в их заключении. Указанная сделка заключена сторонами с целью увеличения кредиторской задолженности в нарушение интересов других кредиторов должника.

Неоднократное продление сроков договора поручительства при отсутствии на это необходимых и обоснованных причин является нецелесообразным и не может являться основанием для продления обеспечения исполнения заемных обязательств перед заявителем, притом, что ни должником, ни основным заемщиком задолженность не погашалась.

С учетом повышенного стандарта доказывания кредитор разумный экономический смысл своего поведения суду не разъяснил.

Таким образом, учитывая вышеизложенные нормы, суд первой инстанции пришел к верному выводу о недоказанности факта необходимости заключения дополнительных соглашений № 3 и № 4, а также приходит к выводу о прекращении поручительства по установленным данными соглашениями срокам.

С учетом вышеизложенного, принимая во внимание тот факт, что согласно дополнительному соглашению № 2 срок действия данного договора поручительства установлен до 30.06.2019, а заключенные между заявителем и должником дополнительные соглашения № 3 и № 4, которым срок поручительства продлен до 30.06.2020, признаны ничтожными сделками, а с настоящим требованием обратился в арбитражный суд 25.09.2019, то есть по истечении указанного в договоре срока поручительства, и иное из материалов дела не следует, выводы суда первой инстанции о недоказанности материалами дела наличия в данном случае всех необходимых и достаточных оснований для включения требований заявителя в размере 24 318 135 руб. 91 коп. в реестр требований кредиторов должника, являются обоснованными.

Кроме того, суд обоснованно сделал вывод о недобросовестном поведении заявителя и о злоупотреблении им своими гражданскими правами с целью получения формальных оснований для искусственного создания у должника необоснованной задолженности перед формально не аффилированным лицом для последующего ее включения в реестр требований кредиторов и дальнейшего вывода активов должника из конкурсной массы, за счет которой могли быть удовлетворены требования добросовестных кредиторов.

Учитывая изложенное и принимая во внимание, что в данном случае заявителем повышенный стандарт доказывания, применяющийся к кредитору, требующему включения в реестр требования кредиторов должника своих требований в деле о банкротстве, не соблюден и им представлены недостоверные и недостаточные доказательства наличия требования, вызывающие у суда существенные сомнения в его действительном наличии, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Суд апелляционной инстанции полагает, что доводы изложенные в апелляционных жалобах, не соответствуют действительности и не подтверждены материалами дела.

В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со статьей 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Исследовав и оценив в совокупности в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный апелляционный суд считает, что судом первой инстанции дана надлежащая правовая оценка установленным обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, а потому оспариваемое определение суда является законным и обоснованным.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не содержат ссылок на факты, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда первой инстанции.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 15 февраля 2021по делу № А40-214482/19 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ООО «Риелти Стрит» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                                 И.М. Клеандров

Судьи:                                                                                                                      Р.Г. Нагаев

                                                                                                                      В.С. Гарипов