АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  КРАСНОДАРСКОГО КРАЯ

350035, г. Краснодар, ул. Постовая, д. 32

E-mail: info@krasnodar.arbitr.ru

http://krasnodar.arbitr.ru

_______________________________________________________________________

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А32-13418/2023

г. Краснодар

14 марта 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 27.01.2025. Полный текст решения изготовлен 14.03.2025.

Арбитражный суд Краснодарского края в составе:

председательствующего: судьи Журавского О. А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Суховерховой А.И.,

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению

публичного акционерного общества «Россети Кубань», г. Краснодар (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Независимая сбытовая компания», г. Новороссийск (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

о взыскании задолженности и пени.

при участии:

стороны не явились, уведомлены,

УСТАНОВИЛ:

публичное акционерное общество «Россети Кубань» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Независимая сбытовая компания (далее – ответчик) о взыскании задолженности по договору оказания услуг по передаче электрической энергии от 30.04.2014 № 407/30-705 за период с 01.12.2022 по 31.12.2022 в размере 2 372 391 рубля 93 копеек, пеней за период с 21.01.2023 по 01.03.2023 в размере 64 859 рублей 94 копеек, пеней начиная с 02.03.2023 по день фактической оплаты задолженности, а также расходов по уплате государственной пошлины.

Стороны, уведомленные надлежащим образом о месте и времени рассмотрения спора, в судебное заседание не явились.

Судом было установлено, что публичное акционерное общество «Россети Кубань», согласно данных Единого государственного реестра юридических лиц ответчик изменило наименование юридического лица на акционерное общество «Россети Кубань».

Исходя из вышеизложенного, суд в соответствии со статьёй 124 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица производит замену наименования истца с публичного акционерного общества «Россети Кубань» на акционерное общество «Россети Кубань».

Ранее от истца поступили ходатайства об уточнении исковых требований, с учетом последнего истец отказался от основного долга в полном объеме, в связи с произведенной ответчиком оплатой, просит взыскать пени за период с 21.01.2023 по 27.02.2024 в размере 223 472 руб. 06 коп.

Рассматривая ходатайство истца, суд руководствовался статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, которой предусмотрено, что истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

Судом установлено, что отказ от части исковых требований не противоречит закону и не нарушает установленных законом прав и интересов истца, других лиц, в связи с чем, судом принимается.

Уточненные требования не противоречат закону, в связи с чем, ходатайство подлежит удовлетворению.

Кроме того, от ответчика поступило ходатайство о назначении лингвистической экспертизы.

Рассматривая ранее заявленное ходатайство ответчика о назначении судебной лингвистической экспертизы, суд ознакомившись с имеющимися материалами дела, считает их достаточными для рассмотрения дела по существу в настоящем судебном заседании.

Кроме того, ответчиком в нарушение абз.3 п.6 Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе" доказательств перечисления на депозит суда денежных средств в счет оплаты за экспертизу, к ходатайству о назначении судебной экспертизы не приложено.

На основании изложенного, суд считает ходатайство о назначении лингвистической экспертизы не подлежащим удовлетворению.

При указанных обстоятельствах спор рассматривается по правилам статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие лиц, участвующих в деле по имеющимся материалам дела.

Суд, проведя предварительное судебное заседание и судебное заседание в соответствии со статьями 135-137 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав материалы дела, изучив все представленные сторонами документальные доказательства и оценив их в совокупности, в порядке статей 1, 6, 7, 8, 9, 10, 13, 18, 64, 65, 66, 67, 68, 71, 75, 81 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к следующему выводу.

Как следует из материалов дела, между истцом (исполнитель) и ответчиком (заказчик) был заключен договор оказания услуг по передаче электрической энергии № 407/30-705 от 30.04.2014, согласно которому исполнитель обязуется оказывать заказчику услуги по передаче электрической энергии посредством осуществления комплекса организационно и технологически связанных действий, обеспечивающих передачу электрической энергии через технические устройства электрически сетей, принадлежащих исполнителю на праве собственности и (или) ином установленном федеральным законом основании, а также через технические устройства электрических сетей ССО, иного владельца энергооборудования заключивших с исполнителем договоры об оказании услуг по передаче электрической энергии, а заказчик обязуется оплачивать услуги исполнителя в порядке, установленном договором (п. 2.1 договора).

Расчетным периодом для оплаты оказываемых исполнителем по договору услуг является 1 календарный месяц (п. 6.1 договора).

В соответствии с п. 6.7 договора, в редакции дополнительного соглашения от 19.04.2017, оплата услуг по передаче электроэнергии производится Заказчиком путем перечисления денежных средств на расчетный счет Исполнителя в следующем порядке:

- до 11 числа текущего месяца — 25% стоимости услуг, исходя из объема услуг по передаче электрической энергии за предшествующий расчетный период;

- до 26 числа текущего месяца - 25 % стоимости услуг, исходя из объема услуг по передаче электрической энергии за предшествующий расчетный период;

- окончательный расчет производится до 19 числа месяца, следующего за расчетным, с учетом платежей, указанных выше, исходя из объемов переданной электроэнергии, указанных в Акте об оказании услуг по передаче электроэнергии.

Задолженность заказчика погашается в следующем порядке: сначала погашается задолженность с более поздним сроком образования, затем задолженность с более ранним сроком образования (метол ЛИФО – «last in-first out»).

В обоснование исковых требований ПАО «Россети Кубань» указывает, что истец взятые на себя обязательства по передаче электроэнергии исполняет в полном объеме, о чем свидетельствует подписанный сторонами акт об оказанных услугах за спорный период.

Ненадлежащее исполнение ответчиком своей обязанности по оплате оказанных услуг в указанном размере послужило истцу основанием для обращения в суд за защитой нарушенного права.

На момент вынесения решения, в связи с отказом от требований в части взыскания с ответчика суммы основного долга ввиду его оплаты ответчиком в полном объеме, истцом заявлены требования, только о взыскании с ответчика пени за период с 21.01.2023 по 27.02.2024 в размере 223 472 руб. 06 коп.

Принимая решение, суд руководствовался следующим.

Отношения по передаче электрической энергии регулируются нормами специальных нормативных правовых актов, в частности, Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике», Постановлением Правительства РФ от 27.12.2004 № 861 «Об утверждении Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, Правил недискриминационного доступа к услугам по оперативно-диспетчерскому управлению в электроэнергетике и оказания этих услуг, Правил недискриминационного доступа к услугам администратора торговой системы оптового рынка и оказания этих услуг и Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям».

В силу п. 2 ст. 26 Федерального закона Российской Федерации от 26.03.2003 № 35- ФЗ «Об электроэнергетике» оказание услуг по передаче электрической энергии осуществляется на основании договора возмездного оказания услуг. Договор оказания этих услуг является публичным. Обязательным условием оказания услуг по передаче электрической энергии покупателю является его участие в оптовом рынке или наличие у такого покупателя, заключенного с производителем или иным поставщиком электрической энергии договора купли-продажи электрической энергии, исполнение обязательств по которому осуществляется надлежащим образом.

На основании ст. 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

В соответствии со ст. 781 ГК РФ заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

В соответствии со ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается (ст. 310 ГК РФ).

В силу статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации, исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

На основании статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Заявляя настоящее требование, истец руководствовался абзацем 5 пунктом 2 статьи 26 Федерального закона от 26.03.2003 г. № 35-ФЗ (ред. от 02.08.2019) «Об электроэнергетике», согласно которому потребители услуг по передаче электрической энергии, определяемые правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии, несвоевременно и (или) не полностью оплатившие оказанные им услуги по передаче электрической энергии, обязаны уплатить сетевой организации пени в размере одной стотридцатой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день фактической оплаты, от не выплаченной в срок суммы за каждый день просрочки начиная со следующего дня после дня наступления установленного срока оплаты по день фактической оплаты.

В соответствии с ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Возражая против удовлетворения требований, ответчик указывал, что не согласен с произведенным истцом разнесением платежей в соответствии с п. 6,7, 6.8. договора, в редакции дополнительных соглашений от 01.09.2016 и 19.04.2017, а именно с применением метода ЛИФО - «last in-first out», поскольку при применении данного договорного условия в случае просрочки компании в исполнении своих обязательств происходит искусственное увеличение размера пеней. Обществом при расчете не учтены сроки платежей по договору, установленные дополнительным соглашением от 19.04.2017 №407/30-705.

Доводы ответчика о том, что истцом не приняты во внимание условия дополнительного соглашения сторон от 19.04.2017, в частности окончательный расчет производится до 20 числа месяца, следующего за расчетным, судом отклоняются как противоречащие материалам дела. В таблице-расчете истца 20-е число указано, как «Дата платежа по условиям договора», а расчет пени производится со следующего дня после даты платежа по условиям договора. В столбце «Общий период просрочки, дни» количество дней соответствует числу дней прошедших со следующего дня после даты по условиям договора, то есть с 21.01.2023.

Ссылка на то, что расчет следует вести с 23.01.2023 отклоняется, поскольку согласно ст. 193 ГК РФ если последний день срока приходится на нерабочий день, днем окончания срока считается ближайший следующий за ним рабочий день.

Довод ответчика о том, что истец при оплате долга незаконно применяет метод «ЛИФО», подлежит отклонению, ввиду следующего.

Согласно п. 6.8 договора, в редакции дополнительного соглашения от 01.09.2016, задолженность Заказчика погашается в следующем порядке: сначала погашается задолженность с более поздним сроком образования, затем задолженность с более ранним сроком образования (метод ЛИФО - «last in-first out»). В случае указания Заказчиком в платежном поручении иного назначения платежа, в нарушение порядка погашения задолженности, определенного настоящим пунктом (в том числе некорректное указание периода погашаемой задолженности), денежные средства засчитываются Исполнителем в счет погашений задолженности в соответствии с порядком, определенным настоящим пунктом.

Данное дополнительное соглашение подписано сторонами без разногласий.

Заключенный без разногласий договор выражает согласие сторон по всем его условиям, в том числе, по условиям оплаты и учета поступивших в рамках договора платежей.

В соответствии со статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена названным Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой.

Согласно пункту 1 статьи 319.1 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, если исполненного должником недостаточно для погашения всех однородных обязательств должника перед кредитором, исполненное засчитывается в счет обязательства, указанного должником при исполнении или без промедления после исполнения.

При разрешении вопроса об императивном или диспозитивном характере нормы, регулирующей права и обязанности по договору, необходимо установить, каким образом существо законодательного регулирования данного вида договора, необходимость защиты соответствующих особо значимых охраняемых законом интересов или недопущение грубого нарушения баланса интересов сторон предопределяют императивность этой нормы либо пределы ее диспозитивности.

Согласно пунктам 3, 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» при отсутствии в норме, регулирующей права и обязанности по договору, явно выраженного запрета установить иное, она является императивной, если исходя из целей законодательного регулирования это необходимо для защиты особо значимых охраняемых законом интересов (интересов слабой стороны договора, третьих лиц, публичных интересов и т.д.), недопущения грубого нарушения баланса интересов сторон либо императивность нормы вытекает из существа законодательного регулирования данного вида договора. В таком случае суд констатирует, что исключение соглашением сторон ее применения или установление условия, отличного от предусмотренного в ней, недопустимо либо в целом, либо в той части, в которой она направлена на защиту названных интересов.

При этом, если норма содержит прямое указание на возможность предусмотреть иное соглашением сторон, суд исходя из существа нормы и целей законодательного регулирования может истолковать такое указание ограничительно, то есть сделать вывод о том, что диспозитивность этой нормы ограничена определенными пределами, в рамках которых стороны договора свободны установить условие, отличное от содержащегося в ней правила.

Если норма не содержит явно выраженного запрета на установление соглашением сторон условия договора, отличного от предусмотренного в ней, и отсутствуют критерии императивности, указанные в пункте 3 настоящего постановления, она должна рассматриваться как диспозитивная.

В данном случае существо законодательного регулирования не исключает возможности иного согласования, нежели правило пункта 1 статьи 319.1 Гражданского кодекса Российской Федерации и такое согласование не влечет грубого нарушения баланса интересов сторон.

Оценка положений пункта 1 статьи 319.1 Гражданского кодекса Российской Федерации как диспозитивных соответствует выработанному судебной практикой подходу (например, аналогичные правовые позиции выражены в постановлениях Арбитражного суда Волго-Вятского округа по делу № А43-28862/2020, Арбитражного суда Уральского округа по делам № А60-30643/2021, А60-68169/2021, Арбитражного суда Северо-Кавказского округа по делу № А15-2015/2021).

В соответствии с условиями пункта 6.8 договора в редакции дополнительного соглашения от 01.09.2016 платежи, поступающие от компании, засчитываются обществом в счет погашения существующей задолженности с более поздним сроком образования вне зависимости от указанного компанией периода в назначении платежа.

В отсутствие нарушения явно выраженного запрета, а также существа законодательного регулирования рассматриваемых правоотношений суды пришли к верному выводу о допустимости согласования между сторонами порядка погашения однородных требований по обязательству иного, чем предусмотрено в статье 319.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, а именно, отнесения осуществляемых по договору платежей в счет погашения задолженности, возникшей позже, безотносительно указанного назначения платежа.

Соответственно, истец обоснованно применяет в данном случае добровольно согласованное сторонами условие (пункт 6.8 договора) о распределении поступающих от ответчика платежей (статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Условие пунктов 6.7, 6.8 договора в редакции дополнительных соглашений от 01.09.2016, от 19.04.2017 не нарушает требований закона, принято ответчиком в условиях добровольного согласования и подлежит применению к спорным правоотношениям.

Компанией не доказано ограничение переговорных возможностей и вынужденность согласования спорного условия, в связи с чем отсутствуют основания полагать договорное условие несправедливым, а общество злоупотребившим правами при его реализации в расчетах.

Аналогичная правовая позиция изложена постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 18.05.2023 по делу № А32-30212/2022.

На основании изложенного, суд считает доказанным факт наличия просрочки оплаты оказанных услуг, в связи с чем, требование о взыскании неустойки заявлено истцом правомерно.

При рассмотрении ходатайства ответчика о снижении размера пени в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд руководствовался следующим.

Подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации) (п. 69 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

При этом ответчик должен представить доказательства явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, в частности, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки. Кредитор для опровержения такого заявления вправе представить доводы, подтверждающие соразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства.

Поскольку в силу пункта 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков, он может в опровержение заявления ответчика о снижении неустойки представить доказательства, свидетельствующие о том, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего в гражданском обороте разумно и осмотрительно при сравнимых обстоятельствах, в том числе основанные на средних показателях по рынку (изменение процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, колебания валютных курсов и т. д.).

Согласно пункта 73 названного постановления, бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 Гражданско-процессуального кодекса Российской Федерации, часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и другое.

Доказательства, подтверждающие явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательств, представляются лицом, заявившим ходатайство об уменьшении неустойки.

Для того чтобы применить указанную статью, арбитражный суд должен располагать данными, позволяющими установить явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства (о сумме основного долга, о возможном размере убытков, об установленном в договоре размере неустойки и о начисленной общей сумме, о сроке, в течение которого не исполнялось обязательство, и др.).

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21.12.2000 № 263-О, при применении части 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации суд обязан установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Таким образом, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение.

С экономической точки зрения необоснованное уменьшение неустойки судами позволяет должнику получить доступ к финансированию за счет другого лица на нерыночных условиях, что в целом может стимулировать недобросовестных должников к неплатежам. Неисполнение должником денежного обязательства позволяет ему пользоваться чужими денежными средствами. Условия такого пользования не могут быть более выгодными для должника, чем условия пользования денежными средствами, получаемыми участниками оборота правомерно, так как никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения.

Пунктом 75 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» установлено, что при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Кроме того, в соответствии с правовой позицией Высшего Арбитражного Суда РФ, изложенной в Постановлении Президиума от 13.01.2011 № 11680/10, учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства Гражданский кодекс Российской Федерации предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

В данном случае, заявив ходатайство о снижении размера неустойки, ответчик в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представил каких-либо документальных доказательств, свидетельствующих о несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства.

При заключении договора ответчик должен был осознавать возможность наступления негативных последствий в виде применения меры гражданско-правовой ответственности за ненадлежащее исполнение обязательства.

Обязанности доказывать наличие и размер возможных убытков вследствие нарушения обязательств со стороны ответчика действующим законодательством на истца не возложено.

Произвольное уменьшение неустойки судом в рамках своих полномочий не должно допускаться, так как это вступает в противоречие с принципом осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также с принципом состязательности (статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) (Определение Верховного суда Российской Федерации № 306-ЭС14-236 от 13.08.2014).

Рассмотрев ходатайство о применении положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом соотношения задолженности за электроэнергию, периода просрочки ее оплаты и размера неустойки, суд не установил явной несоразмерности величины неустойки по отношению к последствиям нарушения обязательства.

С учетом вышеназванных разъяснений, суд считает, что оснований для применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется.

Проверив расчет истца, суд считает его составленным арифметически и методологически верно.

В связи с чем, требования истца о взыскании пени в размере 223 472 руб. 06 коп. подлежат удовлетворению в полном объеме.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны, с учетом оплаты после подачи иска.

Руководствуясь статьями 49, 65, 68, 71, 110, 124, 150, 156, 159, 167 – 171, 176 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Произвести замену наименования истца с публичного акционерного общества «Россети Кубань» на акционерное общество «Россети Кубань».

Принять отказ истца от основного долга.

Производство по делу в части взыскания основного долга прекратить.

Ходатайство истца об уточнении исковых требований – удовлетворить.

Требованиями истца считать: «Взыскать пени за период с 21.01.2023 по 27.02.2024 в размере 223 472 руб. 06 коп.».

Ходатайство ответчика о назначении лингвистической экспертизы – отклонить.

В удовлетворении ходатайства ответчика о снижении размера неустойки в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Независимая сбытовая компания», г. Новороссийск (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу акционерного общества «Россети Кубань», г. Краснодар (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)  пени за период с 21.01.2023 по 27.02.2024 в размере 223 472 руб. 06 коп.(двести двадцать три тысячи четыреста семьдесят два рубля 06 коп.), расходы по оплате государственной пошлины 35 186 руб. (тридцать пять тысяч сто восемьдесят шесть рублей).

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Независимая сбытовая компания», г. Новороссийск (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета сумму государственной пошлины в размере 793 руб (семьсот девяносто три рубля).

Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения, а также в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев с даты вступления решения по делу в законную силу через суд,  вынесший решение.

Судья                                                                                                  О. А. Журавский