Шестой арбитражный апелляционный суд 

улица Пушкина, дом 45, город Хабаровск, 680000, 

официальный сайт:  http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 06АП-7671/2019

20 января 2020 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 14 января 2020 года. Полный текст  постановления изготовлен 20 января 2020 года.

Шестой арбитражный апелляционный суд  в составе:

председательствующего     Козловой Т.Д.

судей                                       Воронцова А.И., Ротаря С.Б.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

при участии  в заседании:

лица, участвующие в деле, не явились 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2

на определение от  31.10.2019

по делу №А04-5716/2018

Арбитражного суда Амурской области

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Варяг» ФИО3

к ФИО2, ФИО4

о  привлечении к субсидиарной ответственности

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Варяг» несостоятельным (банкротом)

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Дальэлектромонтаж» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, далее - ООО «Дальэлектромонтаж») обратилось в Арбитражный суд Амурской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Варяг» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, далее - ООО «Варяг», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 10.07.2018 заявление принято к производству, назначено судебное заседание, этим же определением, к участию в деле привлечена Федеральная налоговая служба в лице Управления Федеральной налоговой службы по Амурской области.

Определением суда от 29.08.2018 в отношении ООО «Варяг» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО3 (далее – ФИО3).

Решением суда от 29.01.2019 (резолютивная часть от 28.01.2019) в отношении ООО «Варяг» введена открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО3 (далее – конкурсный управляющий).

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Варяг» конкурсный управляющий 08.07.2019 обратился в суд первой инстанции с заявлением о взыскании солидарно в порядке субсидиарной ответственности с ФИО2 (далее – ФИО2), ФИО4 (далее – ФИО4) в пользу ООО «Варяг» денежных средств в размере  4 238 949,34 руб. (с учетом уточнения требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской федерации, далее – АПК РФ).

Определением суда от 31.10.2019 заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично:  с ФИО2, ФИО4 солидарно в пользу ООО «Варяг» взысканы денежные средства в размере 3 933 805, 73 руб. В остальной части  в удовлетворении заявления отказано. 

В апелляционной жалобе ФИО2 просит определение суда от 31.10.2019 отменить. 

В обоснование жалобы приводит доводы о том, что в материалах дела отсутствуют  доказательства того, что ФИО2, ФИО4 не должны были производить указанные расходы, а также доказательства траты данной суммы на свои личные нужды. Полагает, что отсутствие кассового чека по произведенным генеральным директором расходам не является основанием для признания таких расходов убытками общества. Ссылается на то, что недостатки в работе общества не всегда являются следствием недобросовестных и неразумных действий руководителя. Указывает на то, что представленные в совокупности доказательства не подтверждают наступление вреда в  результате поведения ФИО2, ФИО4, в том числе вины последних, не доказывают причинно-следственной связи между наступлением вреда и противоправности поведения ответчиков, повлекшего причинение ущерба ООО «Варяг». Заявителем жалобы на основании статьи 129 Федерального закона от 26.10.2002 №129-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) заявлено ходатайство об обязании конкурсного управляющего в судебном порядке установить вину и ответственность за нанесенный ООО «Варяг» материальный и моральный ущерб при выполнении работ по договору субподряда от 03.09.2015 №1/2015. Также ФИО2 заявлены ходатайства об обязании руководителя ООО «Дальэлектромонтаж» предоставить информацию; об истребовании в рамках рассмотрения настоящего обособленного спора документов из дела №А04-9198/2016 Арбитражного суда Амурской области, а также у конкурсного управляющего истребовать ряд доказательств.

Конкурсный управляющий в отзыве на жалобу просит определение суда от 31.10.2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Лица, участвующие в рамках рассматриваемого обособленного спора, извещены в надлежащем порядке о времени и месте судебного заседания, однако явку не обеспечили. ФИО2 заявлено ходатайство о рассмотрении жалобы без его участия. 

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев заявленные ФИО2 на стадии апелляционного производства ходатайства, пришел к выводу об их отклонении в связи со следующим.

В соответствии с требованиями части 3 статьи 268 АПК РФ при рассмотрении дела в арбитражном суде апелляционной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявлять ходатайства о вызове новых свидетелей, проведении экспертизы, приобщении к делу или об истребовании письменных и вещественных доказательств, в исследовании или истребовании которых им было отказано судом первой инстанции. Суд апелляционной инстанции не вправе отказать в удовлетворении указанных ходатайств на том основании, что они не были удовлетворены судом первой инстанции.

Из разъяснений, изложенных в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 №36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», следует что, поскольку суд апелляционной инстанции на основании статьи 268 АПК РФ повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по независящим от него уважительным причинам.

К числу уважительных причин, в частности, относятся: необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайств лиц, участвующих в деле, об истребовании дополнительных доказательств, о назначении экспертизы; принятие судом решения об отказе в удовлетворении иска (заявления) ввиду отсутствия права на иск, пропуска срока исковой давности или срока, установленного частью 4 статьи 198 Кодекса, без рассмотрения по существу заявленных требований; наличие в материалах дела протокола судебного заседания, оспариваемого лицом, участвующим в деле, в части отсутствия в нем сведений о ходатайствах или иных заявлениях, касающихся оценки доказательств.

Вместе с тем, из материалов рассматриваемого обособленного спора  не следует, что ФИО2 при рассмотрении обособленного спора  судом первой инстанции вышеуказанные ходатайства заявлялись, равно как стороной не обоснована уважительность причин невозможности их заявления суду первой инстанции.

Изучив материалы дела с учетом доводов апелляционной жалобы и отзыва на нее, Шестой арбитражный апелляционный суд пришел к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В ранее действующей редакции Закона о банкротстве основания и порядок привлечения лиц к субсидиарной ответственности должника в случае нарушения ими положений действующего законодательства был предусмотрен нормами статьи 10.

Однако, Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Федеральный закон №266-ФЗ) статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

В силу пункта 3 статьи 4 Федерального закона №266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

В данном случае, рассматриваемое заявление поступило в суд 08.07.2019, то есть после 01.07.2017.

Таким образом, как верно указал суд первой инстанции, при рассмотрение данного заявление подлежат применению нормы Закона о банкротстве в редакции Федерального закона №226-ФЗ.

Так, судом первой инстанции установлено, что ООО «Варяг» зарегистрировано в качестве юридического лица 28.12.2011, основным видом деятельности которого является строительство жилых и нежилых зданий.

Руководителем ООО «Варяг», согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц, с даты создания являлся ФИО2, участником общества размер доли которого составляет 50%,  является ФИО4, также последняя являлась главным бухгалтером ООО «Варяг».

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что в силу статьи 2 Закона о банкротстве ФИО2 и ФИО4 являются контролирующими должника лицами.

Так, положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона №266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности, имели место после дня вступления в силу указанного Федерального закона.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Федерального закона №266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона №266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Федерального закона №266-ФЗ правила о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами при рассмотрении соответствующих заявлений, поданных с 01.07.2017, независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

Следовательно, применение той или иной редакции Закона о банкротстве (статьи 10 или статей 61.11, 61.12) в целях регулирования материальных правоотношений зависит от того, когда имело место действие и (или) бездействие контролирующего должника лица.

Так, согласно заявлению конкурсного управляющего, действия ФИО2 и ФИО4, которые причинили ООО «Варяг» убытки, совершены в 2015 году, следовательно, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что в данном случае подлежат применению положения пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц если установлено причинение вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этими лицами или в пользу этих лиц либо одобрения этими лицами одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве (абзац 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Положениями абзаца 31 статьи 2 Закона о банкротстве предусмотрено, что контролирующее должника лицо – лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о  признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

Возможность привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц закреплена также в абзаце 2 пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), в редакции, применяемой к спорным правоотношениям, из которого следует, что если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Из разъяснений, изложенных в пункте 22 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 №6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

По смыслу приведенных норм права ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, возложение на них обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ, следовательно, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Таким образом, в круг обстоятельств, подлежащих доказыванию по заявленным требованиям, входят: совершение руководителем должника неправомерных действий; причинение обществу вреда указанными действиями; причинно-следственная связь между действиями и причиненным вредом; размер причиненного вреда.

Следует отметить, что для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности вышеуказанных условий, недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения заявленных требований.

При этом, как правомерно отмечено судом первой инстанции, применение положений статьи 10 Закона о банкротстве в рассматриваемом обособленном споре не исключает необходимости руководствоваться разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53), в той части, которая не противоречит существу положениям статьи 10 Закона о банкротстве в приведенной выше редакции.

Из разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53, следует, что привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).

Согласно абзацу 34 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества

В силу разъяснений, приведенных в подпункте 5 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62) следует что, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Согласно разъяснений, изложенных в пункте 3 указанного Постановления, неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычно для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или  принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.). 

При этом, абзацем 1 пункта 4 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62 разъяснено, что добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора, понесенные в результате этого убытки юридического лица, могут быть взысканы с директора.

Следует также отметить, что в гражданском законодательстве презумпции добросовестности, предусмотренная пунктом 5 статьи 10 ГК РФ,  участников гражданских правоотношений предполагается, следовательно,  орган управления хозяйственного общества в процессе своей деятельности руководствуется интересами общества и его участников

Пунктом 3 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53 разъяснено, что по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В силу разъяснений, изложенных в  16 указанного постановления Пленума следует, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

При доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства (пункт 19 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53).

В силу разъяснений, изложенных в пункте 20 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Положениями статьи 65 АПК РФ предусмотрено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно  ссылается как на основание своих требований и возражений; обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле.

Установлено, что  в обоснование заявления о привлечении ФИО2 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий ссылается на то, что при анализе деятельности ООО «Варяг» и расходования им денежных средств выявлены следующие факты.

Так, Арбитражным судом Амурской области рассмотрено дело №А04-9198/2016 по исковому заявлению ООО «Дальэлектромонтаж» к ООО «Варяг» о взыскании денежных средств в размере 5 589 341,75 руб. 

В рамках указанного дела установлено, что между ООО «Дальэлектромонтаж» и ООО «Варяг» 01.09.2015 заключен договор субподряда №1/2015, согласно которому ООО «Варяг» приняло на себя обязательства выполнить комплекс специальных слаботочных работ на объекте: Космодром «Восточный» Строительства стартового комплекса РН «Союз-2» площадка 1С. Амурская область, Свободненский район, ЗАТО Углегорск, согласно ведомости объемов работ. 

Согласно пункту 2.1 стороны определили цену договора в размере               10 680 877,55 руб.

Вместе с тем, в нарушение условий договора и действующего законодательства работы, предусмотренные договором, в установленные сроки ООО «Варяг» не выполнены, результат не достигнут, порядок сдачи и приемки работ не соблюден. Результат работ не передан ООО «Дальэлектромонтаж».

В связи с неисполнением ООО «Варяг» своих обязательств, с отсутствием фактически выполненных субподрядчиком работ отдельных этапов и результатов работ в полном объеме, нарушениями субподрядчиком начальных, промежуточных и конечных сроков выполнения работ, непредставлением ООО «Варяг» документов, предусмотренных договором, а также с наличием иных существенных условий договора и требований действующего законодательства, допущенных ООО «Варяг», указанный договор субподряда расторгнут ООО «Дальэлектромонтаж»  в одностороннем порядке.

ООО «Дальэлектромонтаж»  в адрес ООО «Варяг» перечислены денежные средства на общую сумму 3 933 805,73 руб.

Решением суда от 05.12.2016 по делу №А04-9198/2016 с ООО «Варяг» в пользу ООО «Дальэлектромонтаж» взыскано неосновательное обогащение в виде перечисленного аванса в размере 3 933 805, 73 руб.

Также, конкурсным управляющим должника в ходе исполнения своих обязанностей установлено, что ООО «Варяг», в лице руководителя ФИО2, с работником ФИО5 (далее – ФИО5) заключен трудовой договор №03 от 07.09.2015 сроком на два месяца, согласно которому ФИО5 принят на работу в качестве руководителя по выполнению проекта.

Пунктом 3.1 договора предусмотрено, что  работник обязуется являться ответственным лицом и представлять интересы организации ООО «Варяг» при производстве работ по выполнению условий договора субподряда, заключенного между ООО «Варяг» и ООО «Дальэлектромонтаж» на выполнение комплексных работ на объекте «Строительство стартового комплекса PH «Союз-2» площадка 1C. Амурская область, Свободненский район, ЗАТО Углегорск, руководить и нести ответственность за все виды работ, производимых для выполнения указанного договора подряда, присутствовать на производственных совещаниях, касающихся выполнения указанного договора подряда, руководить всеми рабочими бригадами и работниками ИТР, занятыми на производстве работ по выполнению указанного договора подряда.

В соответствии с пунктом 5.1 работодатель выплачивать работнику заработную плату в размере 100 000 руб. в месяц.

В ответе от 24.12.2015 №189 на требование №5667-15 от 21.12.2015 генеральный директор ООО «Варяг» указал, что ФИО5, приехавший на работу из г.Волгограда, «выполнял работу «спустя рукава», определил своим рабочим местом съемную квартиру, снятую нашей организацией для проживания работников, тогда как его рабочее место было непосредственно на строительной площадке, на строительной площадке появлялся крайне редко, свои обязанности по руководству работами и их организации переложил на начальника участка, на производственных совещаниях присутствовал редко, не вел документацию, не представлял отчетных документов, не сдавал выполненные работы, не выполнял и не сдавал исполнительную документацию. Итогом всего этого стал срыв сроков работ, невыполнение работ в полном объеме». Далее ФИО2 указал, что «ошибочно выдал ФИО5 расчетный лист, поскольку не владел информацией по бухгалтерии в полном объеме, позднее оказалось, что сумма, положенная к выплате, значительно ниже. Позже ФИО5 уехал, не передав дела, не сдав документацию, не передав материалы, в общем как всегда, ничего не сделав из того, что должен был сделать».

Следует отметить, что генеральным директором ФИО2 подписаны табели учета рабочего времени за период сентябрь-ноябрь 2015 года,  содержащие отметки о явках работника ФИО5 на работу в рабочие дни и 8-часовом рабочем дне.

За период работы ФИО5, согласно имеющейся справке о заработной плате №190 от 24.12.2015, ему были выданы в подотчет, аванс денежные средства в размере 165 000 руб., удержано налога на доходы физических лиц  в размере 26 236 руб.

При этом, за ООО «Варяг» числится задолженность перед ФИО5 в размере 10 582,18 руб.

Так, согласно  чекам Сбербанк Онлайн, подтверждающим переводы с карты на карту, в пользу ФИО5 переведены денежные средства в размере  155 000 руб. (05.09.2015 - 45 000 руб.; 04.10.2015 - 100 000 руб.; 20.10.2015 -         10 000 руб.).

Таким образом, неразумность действий (бездействия) ФИО2 подтверждается его пояснениями, представленными в прокуратуру, документами о приеме на работу, табелями учета рабочего времени, справкой о заработной плате ФИО5 

При этом, доказательств профессионального образования ФИО5 и его квалификации (а также отсутствие таких специалистов на рынке труда Амурской области, учитывая что ФИО5 прибыл из г.Волгограда), обоснованности выплаты ежемесячной заработной платы в размере 100 000 руб. (с учетом отсутствия данных о квалификации и наличием фактов неисполнения работником своих должностных обязанностей), бездействие руководителя, не предпринявшего меры к работнику, который халатно относился к своим обязанностям, прогуливал работу, не исполнял возложенные на него обязанности, свидетельствует о неразумности и недобросовестности действий руководителя ООО «Варяг».

Далее, одновременно с заключением трудового договора с ФИО5 (руководителем по выполнению проекта) ООО «Варяг», в лице генерального директора ФИО2, заключен трудовой договор б/н от 07.09.2015 с ФИО6 (далее – ФИО6) на должность руководителя по выполнению проекта, сроком на два месяца, с ежемесячной заработной платой в размере  100 000 руб.

При этом, согласно договора, одной из должностных обязанностей работника указана обязанность по обеспечению контроля за ведением табелей учета рабочего времени по всему предприятию. 

Согласно бухгалтерским данным ФИО6 произведена выплата денежных средств в размере 332 300 руб.

Также ООО «Варяг», в лице генерального директора ФИО2, 01.09.2015 заключило трудовой договор с ФИО7 (далее – ФИО7), согласно которому последний  принят на работу в качестве заместителя директора по производству и дисциплине, сроком на два месяца с ежемесячной заработной платой в размере 100 000 руб.

В силу условий договора, одной из должностных обязанностей работника указана обязанность по ведению табеля учета рабочего времени всех рабочих бригад. 

За период работы ФИО7 выплачены денежные средства в размере 236 000 руб.

Следует также отметить, что помимо вышеуказанных договоров, ООО «Варяг» в период после заключения договора субподряда заключило следующие трудовые договоры: №04 от 15.09.2015 с ФИО8, принятым на должность монтажника, сроком на два месяца; №16 от 15.09.2015 с ФИО9 (машинист экскаватора), на срок выполнения комплексных работ на объекте: «строительство стартового комплекса PH «Союз- 2» площадка 1C. Амурская область, Свободненский район, ЗАТО Углегорск; № 6 от 04.09.2015 с Харатишвили Реви Тириеловичемводитель); №05 от 15.09.2015 с ФИО10 (электромонтажник), срок два месяца; №06 от 28.09.2015 с ФИО11 (монтажник), срок два месяца; №08 от 01.10.2015 с ФИО12 (водитель, вверенный автомобиль УАЗ 3962); №09 от 08.10.2015 с ФИО13 (монтажник), срок два месяца; №10 от 08.10.2015 с ФИО14 (монтажник), срок два месяца; №11 от 15.10.2015 с ФИО15 (монтажник), срок два месяца; №12 от 15.10.2015 с ФИО16 (монтажник), срок два месяца.

Таким образом, все трудовые договоры фактически заключались на период исполнения обязательств по договору субподряда № /2015 от 01.09.2015. 

При этом ООО «Варяг» в указанный период приобретены экскаватор (ЮМЗ), автомобиль УАЗ 3962, автомобиль «Терранно» (на все три указанных автомобиля приняты по трудовым договорам водители).

Согласно объяснительной генерального директора ООО «Варяг» ФИО2 автомобиль УАЗ приобретен за неимением бытовки, на указанном автомобиле люди могли ездить на работу и греться.

В документе «обоснование суммы аванса (расчет с 01 сентября 2015 по 30 сентября 2015) генеральным директором ООО «Варяг» указано на необходимые расходы в общей сумме 2 941 393 руб., в том числе на доставку бытовки (вагончика) 40 000 руб., проживание 21 чел. (рабочие + ИТР) 175 000 руб., суточные в размере 189 000 руб. (из расчета 300 руб. х 21 чел. х 30 дн.), фонд оплаты труда в размере 1 229 893 руб.

В отчете по расходам ООО «Варяг» на 01.01.2016 указано на перечисление денежных средств в октябре 2015 года юристу по договору в размере 50 000 руб., ПТО (ФИО17) в октябре - декабре 2015 года в общей сумме 82 500 руб., геодезисту (ФИО18) в октябре-ноябре 2015 года 43 000 руб., также отдельной строкой указаны расходы на заработную плату в сумме 1 774 990,45 руб. 

С учетом вышеуказанного, общий размер произведенных расходов, согласно указанному отчету, составил 3 935 805,73 руб.

Из выписки по операциям на счете организации ПАО Сбербанк следует, что поступило на счет 03.09.2015 - 1 000 000 руб., перечислено 04.09.2015 - 940 000 руб. на карту ФИО4; поступило на счет 28.09.2015 - 2 002 000 руб., перечислено 01.10.2015 – 1 940 000 на карту ФИО4; поступило на счет 11.11.2015 - 500 000 руб., перечислено 11.11.2015 - 500 000 руб. на карту ФИО4; поступило на счет 30.11.2015 - 150 000 руб., перечислено 01.12.2015 - 145 000 руб. на карту ФИО4; поступило на счет 02.12.2015 - 281 805,73 руб., перечислено 04.12.2015 - 280 000 руб. на счет ФИО4.

Следует отметить, что в кассовой книге ООО «Варяг» за 2015 год отражено, что вышеуказанные денежные средства израсходованы на заработную плату и выданы в подотчет.

Таким образом, ООО «Далъэлектромонтаж»  по договору субподряда №1/2015 от 01.09.2015 в период с 03.09.2015 по 02.12.2015 перечислило                    3 933 805,73 рублей (данная сумма и была взыскана с ООО «Варяг» как неосновательное обогащение), при этом, 3 805 000 руб. переведены на карту ФИО4

На основании вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что  указанные действия (бездействия) как ФИО2, так и ФИО4  противоречат положениям пункта 3 статьи 53 ГК РФ, согласно которым лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

При этом, как верно отмечено судом первой инстанции, анализ условий договора субподряда №01/2015 от 01.09.2015, трех локальных сметных расчетов, на основании которых должны были выполняться субподрядные работы и в которых фонд оплаты труда составил в общей сумме 88 291 руб., объяснительных генерального директора о том, что сметами не были предусмотрены большие объемы необходимых для проведения работ, расходов, произведенных на полученные авансовые денежные средства, указывает на неразумность и недобросовестность действий ФИО2, ФИО4, которые заключили сделку, приведшую к банкротству должника, на заведомо невыгодных и неисполнимых для должника условиях, при этом приняли и израсходовали авансовые денежные средства, поступившие на выполнение работ, которые, по мнению, директора невозможно было исполнить на условиях договора.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что вышеуказанные недобросовестные и неразумные действия как ФИО2 так и ФИО4 повлекли за собою наступление финансовой несостоятельности ООО «Варяг» и невозможность удовлетворения требований кредиторов в размере 3 933 805,73 руб.

При этом, как вышеуказано, нанятые генеральным директором ФИО2 работники, которым бухгалтером ФИО4 производились выплаты заработной платы, возложенные на них должностные обязанности, не исполняли. 

Более того, убедившись в невозможности выполнения работ в срок, и в объеме, определенном договором, ФИО2 не приостановил работы, не вернул подрядчику размер полученного аванса, а попросил подрядчика (кредитора) выплатить ООО «Варяг» дополнительные (к уже израсходованным) денежные средства в целях окончания работ. 

Кроме того, произведенные ООО «Варяг» расходы на ГСМ, услуги арендованной техники, заработную плату нанятых специально для выполнения работ по договору субподряда работников фактически не подтвердились выполнением самих работ на объекте.

Следует также отметить, что решением Арбитражного суда Амурской области от 05.12.2016 по делу №А04-9198/2016 зафиксирован факт полного невыполнения ООО «Варяг» работ по договору субподряда.

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что указанные действия бывшего руководителя ООО «Варяг» ФИО2 и его учредителя – ФИО4 нельзя признать добросовестными и разумными, поскольку в результате их осуществления ООО «Варяг» причинены убытки, выразившиеся в необоснованной утрате последним денежных средств в размере 3 933 805,73 руб., следовательно, указанные действия как ФИО2, так и ФИО4 находятся в прямой причинно-следственной связи с наступившими для ООО «Варяг» негативными последствиями.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о взыскании с ФИО2 и ФИО4 в солидарном порядке в пользу должника убытков в размере 3 933 805,73 руб.

Доводы жалобы о том, что представленные в совокупности доказательства не подтверждают наступление вреда в  результате поведения ФИО2, ФИО4, в том числе вины последних, не доказывают причинно-следственной связи между наступлением вреда и противоправности поведении ответчиков, повлекшего причинение ущерба ООО «Варяг», подлежат отклонению судом апелляционной инстанции как противоречащие установленным в мотивировочной части настоящего постановления обстоятельствам. 

Следует отметить, что  иное толкование заявителем жалобы положений законодательства, регулирующие спорные правоотношения, а также иная оценка обстоятельств рассматриваемого обособленного спора не свидетельствуют о неправильном применении судом норм материального права.

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

При таких обстоятельствах, основания для отмены определения  суда от 31.10.2019 и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь частью 3 статьи 223, статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Амурской области от  31.10.2019 по делу №А04-5716/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение одного месяца со дня его принятия, через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий

         Т.Д. Козлова

Судьи

А.И. Воронцов

 

      С.Б. Ротарь