ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А66-16883/2018

г. Вологда

22 июля 2020 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15 июля 2020 года.

В полном объёме постановление изготовлено 22 июля 2020 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Кузнецова К.А., судей Писаревой О.Г. и Шумиловой Л.Ф. при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Партнер» на определение Арбитражного суда  Тверской области от 12 марта 2020 года по делу                                № А66-16883/2018,

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «Ремонтно-Строительная Компания» (далее – ООО «Ремонтно-Строительная Компания») 11.10.2018 обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Системы Энергосбережения» (далее – должник, ООО «Системы Энергосбережения») несостоятельным (банкротом). 

Общество с ограниченной ответственность «ПромСтрой» (далее –                 ООО «ПромСтрой»)  15.10.2018 также обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «Системы Энергосбережения» несостоятельным (банкротом). 

Определением суда от 29.10.2018 заявление ООО «ПромСтрой» принято в качестве заявления о вступлении в дело о несостоятельности (банкротстве)               № А66-16883/2018 с указанием на то, что дата судебного заседания по проверке обоснованности заявления ООО «ПромСтрой» будет определена после решения вопроса о принятии к рассмотрению заявления ООО «Ремонтно-Строительная Компания».

Определением суда от 13.11.2018 заявление ООО «Ремонтно-Строительная Компания» о признании ООО «Системы Энергосбережения» несостоятельным (банкротом) возвращено заявителю. 

Определением суда от 30.01.2019 (резолютивная часть объявлена 23.01.2019) заявление ООО «ПромСтрой» о признании должника несостоятельным (банкротом) признано обоснованным; в отношении должника введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден ФИО2. 

Решением суда от 04.07.2019 (резолютивная часть объявлена 27.06.2019) процедура наблюдения прекращена, ООО «Системы Энергосбережения» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на временного управляющего ФИО2.

 Исполняющий обязанности конкурсного управляющего ООО «Системы энергосбережения» ФИО2 обратился в суд с заявлением о признании недействительным договора об уступке права (требования) от 20.12.2018, заключенного между ООО «Системы энергосбережения» и обществом с ограниченной ответственностью «Партнер» (далее – ООО «Партнер»), по отчуждению права требования к обществу с ограниченной ответственностью «Севтрансэнергострой» (далее – ООО «Севтрансэнергострой»), в размере                 453 642 руб., о применении последствий недействительности сделки путем восстановления ООО «Системы энергосбережения» в правах требования к                ООО «Севтрансэнергострой» в размере 453 642 руб.

Определением суда от 12.03.2020 признана недействительной сделка, оформленная договором об уступке права (требования) от 20.12.2018  между                ООО «Партнер» и ООО «Системы энергосбережения». Применены последствия недействительности сделки в виде восстановления ООО «Системы энергосбережения» в правах кредитора ООО «Севтрансэнергострой» с размером требований 453 642 руб., в том числе: 427 100 руб. неустойки, 11 542 руб. расходов по уплате государственной пошлины, 15 000 руб. судебных издержек.                                С ООО «Партнер» в пользу ООО «Системы энергосбережения» взыскано                          6 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

ООО «Партнер» с судебным актом не согласилось, в апелляционной жалобе просит определение отменить, вынести по делу новый судебный акт, которым отказать исполняющему обязанности конкурсного управляющего должника ФИО2 в удовлетворении его заявления в полном объеме.

В обоснование жалобы указывает, что судом первой инстанции неправомерно не принято и исключено из числа доказательств по делу дополнительное соглашение  от 20.12.2018 № 1 к договору уступки от 20.12.2018 (цена уступаемого права требования по договору уступки от 20.12.2018 составляла 50 000 руб., дополнительным соглашением  от 20.12.2018 № 1 к указанному договору стороны определили, что цена передаваемого права требования составила 453 642 руб.).

Оплата уступки осуществлена цессионарием путем заключения соглашения о проведении взаимозачета.

Заключение дополнительного соглашения от 20.12.2018 № 1 было осуществлено между должником и ответчиком путем обмена по электронной почте скан копиями документов. Оригиналами дополнительного соглашения стороны не обменивались. Данный способ согласования существенных условий договора не противоречит пункту 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пункту 66 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пункту 2 статьи 434 ГК РФ и пункту 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 №  49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора».

Электронные письма, в которых стороны обменивались дополнительным соглашением, ООО «Партнер» предоставить не может ввиду несохранения данных писем в электронной почте.

Факт заключения спорного дополнительного соглашения мог быть подтвержден ФИО3, заключившим спорное соглашение, который не был привлечен в качестве третьего лица по делу.

Ввиду того, что судом первой инстанции был сделан необоснованный вывод об исключении из числа доказательств дополнительного соглашения от 20.12.2018, является необоснованным и вывод суда первой инстанции о том, что оспариваемый договор уступки является безвозмездным. Стоимость переуступаемого права определена сторонами в размере 453 642 руб.

Неисполнение цессионарием обязательства перед цедентом по оплате за уступленное право требования не может ставиться в обоснование недействительности самой цессии. 

Кроме того, первоначальная редакция договора уступки о цене передаваемого права в размере  50 000 руб. свидетельствует о том, что оспариваемый договор не был безвозмездным.

По мнению апеллянта, заинтересованность ООО «Системы энергосбережения» и ООО «Партнер» и вхождение в одну группу с                       ООО «ПромСтрой» отсутствуют.

Конкурсный управляющий в отзыве просил обжалуемое определение оставить без изменения.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещённые о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы и заявления, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность определения, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения жалобы.

Как следует из материалов дела, ООО «Системы энергоснабжения» (Цедент) и ООО «Партнёр» (Цессионарий) был заключен договор уступки права (требования) от 20.12.2018, в соответствии с которым Цедент уступает Цессионарию, а Цессионарий приобретает право требования к                                      ООО «Севтрансэнергострой» - должнику по исполнительному листу серия ФС номер 015656186, выданному Арбитражным судом Тверской области 28.11.2018 в рамках дела № А66-14383/2018.

Цедент в срок не позднее трех рабочих дней обязуется передать Цессионарию все документы, удостоверяющие уступаемое право (требование) по двухстороннему акту.

Цена передаваемого по договору права (требования) составляет                         50 000 рублей и подлежит уплате Цессионарием в срок не позднее тридцати дней с момента подписания договора.

Кроме того, ООО «Партнёр» (Заимодавец) и ООО «Системы энергоснабжения» (Заемщик) 20.09.2018 заключен договор процентного займа, согласно которому Заимодавец обязался в срок до 30.10.2018 передать в собственность Заемщику денежные средства в размере 488 000 руб., а Заемщик обязался вернуть Заимодавцу указанную сумму и уплатить проценты за пользование займом.

Сумма займа предоставляется на срок до 31 декабря 2018 года.

Теми же сторонами 04.02.2019 заключено соглашение о проведении взаимозачета, которым стороны прекращают встречные взаимные требования по договору процентного займа от 20.09.2018 и договору уступки права (требования) от 20.12.2018.

Полагая, что заключенный договор уступки права (требования) от 20.12.2018 является недействительной сделкой по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), исполняющий обязанности конкурсного управляющего обратился в арбитражный суд с соответствующим заявлением.

Суд первой инстанции, удовлетворяя требование конкурсного управляющего, правомерно исходил из следующего.

Согласно статье 223 АПК РФ, статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными настоящим Законом.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) установлено, что в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским законодательством.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Пунктом 3 статьи 129 Закона о банкротстве предусмотрено, что конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 упомянутого Закона сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Материалами дела подтверждается, что оспариваемая сделка совершена в течение двух месяцев до принятия заявления о признании должника банкротом (29.10.2018).

Как разъяснено в пункте 8 Постановления № 63, при признании сделки недействительной на основании части 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

При разрешении вопроса о наличии факта неравноценного встречного исполнения обязательств другой стороной сделки необходимо сравнение как условий сделки с аналогичными сделками, совершавшимися должником, так и условий, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

В пункте 9 Постановления № 63 разъяснено, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с этим наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве требуется установление того, что цена и (или) иные условия оспариваемой сделки существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

По общему правилу бремя доказывания того, что цена сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки, лежит на заявителе соответствующего требования о признании такой сделки недействительной.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (пункт 5 Постановления № 63).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (пункт 6 Постановления № 63).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 7 Постановления № 63, при решении вопроса, могла ли другая сторона по сделке знать о наличии указанных обстоятельств (в частности, о признаках неплатежеспособности другой стороны по сделке), во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

По смыслу пункта 1 статьи 382, пункта 1 статьи 389.1, статьи 390 ГК РФ уступка требования производится на основании договора, заключенного первоначальным кредитором (цедентом) и новым кредитором (цессионарием).

Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 ГК РФ о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», в силу пункта 3 статьи 423 ГК РФ договор, на основании которого производится уступка, предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа этого договора не вытекает иное. Отсутствие в таком договоре условия о цене передаваемого требования само по себе не является основанием для признания его недействительным или незаключенным. В таком случае цена требования, в частности, может быть определена по правилу пункта 3 статьи 424 ГК РФ. Договор, на основании которого производится уступка, может быть квалифицирован как дарение только в том случае, если будет установлено намерение цедента одарить цессионария (статья 572 ГК РФ).

Доказательства перечисления ООО «Партнёр» денежных средств должнику во исполнение условий договора цессии, равно как и доказательства произведения им с должником зачета встречных однородных требований, в материалах дела отсутствуют.

При этом суд учёл, что определением от 25.12.2019 по настоящему делу соглашение о проведении взаимозачета от 04.02.2019 признано недействительным.

Представителем конкурсного управляющего в суде первой инстанции  заявлено о фальсификации дополнительного соглашения от 20.12.2018 № 1 к договору об уступке права требования.

ООО «Партнер» возражало против исключения дополнительного соглашение от 20.12.2018 № 1 из числа доказательств по делу. 

Суд, руководствуясь статьей 161 АПК РФ и оценив по правилам статей 71, 75 АПК РФ, статьи 434 ГК РФ копию дополнительного соглашения, учитывая отсутствие доказательств получения скан-копии дополнительного соглашения от ООО «Системы Энергосбережения» посредством электронной почты, а также направления указанной скан-копии после ее подписания обратно Должнику, пришел к обоснованному выводу, что представленная ответчиком копия дополнительного соглашения  от 20.12.2018 № 1 к договору об уступке права требования не является надлежащим доказательством и подлежит исключению из числа доказательств по делу.

Иных доказательств, свидетельствующих о предоставлении равноценного встречного исполнения по оплате уступленного права требования, материалы дела не содержат.

Следовательно, заключение оспариваемого договора привело к отчуждению принадлежащего должнику ликвидного актива – права требования к ООО «Севтрансэнергострой» в отсутствие равноценного  встречного  исполнения, то  есть к уменьшению имущества должника, таким образом, в результате данной сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов последнего.

Оснований не согласиться с данным выводом не имеется.

С учетом срока совершения оспариваемой сделки и разъяснений пункта 9 Постановления № 63 обстоятельства заинтересованности в данном случае правового значения не имеют. 

Вопреки доводам апеллянта, оспариваемый судебный акт прав и обязанностей ФИО3 не затрагивает, основания для привлечения его в качестве третьего лица отсутствовали.

Данное лицо не вызывалось и в качестве свидетеля. 

Более того, обстоятельства заключения дополнительного соглашения от 20.12.2018 № 1 применительно к статье 68 АПК РФ должны быть подтверждены определенными письменными доказательствами и не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами (в данном случае свидетельскими показаниями). 

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге), возместить его стоимость в деньгах – если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Суд, на основании анализа всех обстоятельств дела и указанных норм права, правомерно применил последствия недействительности сделки, восстановив положение, существовавшее до момента совершения договора, то есть восстановление прав должника как кредитора ООО «Севтрансэнергострой».

Поскольку материалы дела исследованы судом первой инстанции полно и всесторонне, выводы суда соответствуют имеющимся в деле доказательствам, нормы материального права применены правильно, нарушений норм процессуального права не допущено, оснований для отмены судебного акта  не имеется.

Расходы по уплате государственной пошлины относятся на подателя жалобы в силу статьи 110 АПК РФ, так как в удовлетворении жалобы отказано.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд 

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Тверской области от 12 марта 2020 года по делу № А66-16883/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Партнер» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

К.А. Кузнецов

Судьи

О.Г. Писарева

Л.Ф. Шумилова