СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-10041/2020(15)-АК

Дело № А60-50277/2019

13 марта 2024 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 11 марта 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 13 марта 2024 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Гладких Е.О., 

судей Даниловой И.П., Макарова Т.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

от ПАО «Т Плюс» - ФИО2, паспорт, доверенность от 06.09.2022;

при участии в судебном заседании в зале суда:

от  конкурсного управляющего ФИО3- ФИО4, паспорт, доверенность от 09.01.2024,

ФИО5, паспорт, 

от ФИО5 и ФИО6- ФИО7 паспорт, доверенности от 10.01.2024 и от 15.01.2024,

ФИО8, паспорт,

от ФИО8- ФИО9 паспорт, доверенность от 11.07.2023,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, которые о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО3 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 20 октября 2023 года об отказе в удовлетворении заявления и.о. конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении ФИО6, ФИО10, ФИО8, ФИО5, ФИО11 к субсидиарной ответственности, вынесенное в рамках дела № А60-50277/2019 о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Родонит» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), 

 

установил:

в Арбитражный суд Свердловской области 26.08.2019 поступило заявление публичного акционерного общества "Т Плюс" о признании общества с ограниченной ответственностью "Управляющая компания "Родонит" несостоятельным (банкротом).

Также от акционерного общества «Екатеринбургэнергосбыт» 24.10.2019 посредством системы «Мой арбитр» поступило в суд заявление о признании общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Родонит» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 18.12.2019 (резолютивная часть определения объявлена 12.12.2019) заявление публичного акционерного общества «Т Плюс» о признании общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Родонит» несостоятельным (банкротом) оставлено судом без рассмотрения.

Определением суда от 18.12.2019 заявление акционерного общества «Екатеринбургэнергосбыт» о признании общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Родонит» принято к производству.

Определением суда от 28.05.2020 (резолютивная часть определения объявлена 22 мая 2020 года) требование акционерного общества «Екатеринбургэнергосбыт» о  признании общества с ограниченной ответственностью "Управляющая компания "Родонит" несостоятельным (банкротом) признано судом обоснованным,  введена процедура наблюдения до 25.09.2020.

Временным управляющим должника утвержден ФИО3 (адрес для почтовой корреспонденции: 620000, г. Екатеринбург, главпочтамт а/я 279), член Региональной саморегулируемой организации профессиональных арбитражных управляющих.

Определением от 25.09.2020 (резолютивная часть определения объявлена 21.09.2021) в отношении должника общества с ограниченной ответственностью "Управляющая компания "Родонит" введена процедура банкротства – внешнее управление сроком на 12 месяцев до 21.09.2021.   

Внешним управляющим должника общества с ограниченной ответственностью "Управляющая компания "Родонит" утвержден ФИО3, член Региональной саморегулируемой организации профессиональных арбитражных управляющих.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 22.09.2021 (резолютивная часть объявлена 15.09.2021) процедура внешнего управления в отношении должника - общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Родонит» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) прекращена. 

Общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Родонит» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, до 11.04.2022.

Исполняющим обязанности конкурсного управляющего должника утвержден ФИО3 (адрес для почтовой корреспонденции: 620000, г. Екатеринбург, главпочтамт а/я 279), член Региональной саморегулируемой организации профессиональных арбитражных управляющих.

В арбитражный суд 21.09.2021 поступило заявление и.о. конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении ФИО6, ФИО10, ФИО8, ФИО5, ФИО11 к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20 октября 2023 года в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО УК «Родонит» ФИО3 о привлечении ФИО6, ФИО10, ФИО8, ФИО5, ФИО11  к субсидиарной ответственности  отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий должника - ФИО3 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Свердловской области от 20.10.2023 отменить в части отказа в привлечении ФИО5, ФИО8, ФИО6, ФИО10 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника несостоятельным (банкротом); в части отказа в привлечении ФИО5, ФИО8, ФИО6 к субсидиарной ответственности за доведение должника до состояния банкротства или признать доказанными наличия основания для взыскания с них убытков в конкурсную массу должника в соответствующем размере солидарно; установить размер субсидиарной ответственности (убытков) контролирующих должника лиц в соответствующем размере, исходя из представленных конкурным управляющим расчетов.

В обоснование апелляционной жалобы указывает на следующие обстоятельства, которые, по его мнению, не были учтены судом первой инстанции при рассмотрении спора. 

В 2019 – 2020 годах должник погашал кредиторскую задолженность 2015-2016 годов, что прямо свидетельствовало о наличии признака неплатежеспособности, которого, в силу правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, достаточно для возникновения у руководителя обязанности подать заявление о банкротстве должника. Таким образом, ответчикам не требовались дополнительные обстоятельства для того, чтобы 31.12.2018 обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом, но ответчики не предприняли указанных действий, чем преступили положения Закона о банкротстве.

Между активами и обязательствами должника в 2017 – 2019 годах имелся существенный кассовый разрыв в 14-18 миллионов рублей; в силу положений Правил № 354 размеры активов и обязательств управляющей компании должны быть примерно равны друг другу, столь существенный кассовый разрыв свидетельствует о наличии признака недостаточности имущества, которого также достаточно для возникновения обязанности руководителя и участника, предусмотренной статьей 9 Закона о банкротстве.

На момент введения процедуры внешнего управления должника 18.09.2020 в реестр требований кредиторов ещё не была включена большая часть требований кредиторов, составляющих нынешний реестр требований кредиторов, поэтому при составлении плана внешнего управления конкурсный управляющий руководствовался тем, что активов должника будет достаточно для погашения образовавшейся задолженности. 

Должник не производил работы с основным активом – дебиторской задолженностью – на протяжении периода времени с 2016 года по 2020 год, что, учитывая положения жилищного законодательства, существенно ухудшило состояние основного актива.

Таким образом, полагает, что суд неправомерно отказал в удовлетворении требования о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5, ФИО8, ФИО6 и ФИО10 за неподачу в суд заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) не позднее 31.01.2019 (директор), не позднее 10.02.2019 (участник).

Считает, что само по себе признание сделок недействительными и применение последствий недействительности сделок не является основанием для отказа в привлечении к субсидиарной ответственности за доведение должника до состояния банкротства, что следует из положений статьи  61.11 Закона о банкротстве, пункта 23 постановления Пленума ВС РФ № 53 от 21 декабря 2017 года «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».

 Суду следовало проанализировать не только размер сделок, но и момент их совершения и иные обстоятельства, такие как непроведение должником работы по взысканию дебиторской задолженности; доказывая наличие связи между совершенными сделками и наступлением банкротства, он отмечал, что сделки совершались в момент, когда должник уже отвечал признакам неплатежеспобсности и недостаточности имущества, ухудшили и без того отрицательные финансовые результаты работы должника.

Размер поступивших в конкурсную массу средств 44 млн. руб. – обычные сборы с населения в ходе работы управляющей компании в процедуре банкротства до и после даты введения внешнего управления, исходя из среднего размера выручки в месяц; в доказательство того, что эти суммы никак не связаны с той старой дебиторской задолженностью, которая сформировалась к 31.12.2018 и не была взыскана должником в период управления им ответчиком, в последнем судебном заседании был представлен перечень дебиторов, к которым он предъявил требования о взыскании задолженности в ходе процедуры банкротства, среди задолженности имеется как задолженность 2017-2020 годов, так и задолженность 2013-2016 годов, кроме того ранее были представлены выписки (в форме выдержки) по расчетным счетам, из которых следовало, что поступления от принудительного взыскания в 2016-2020 годах производились исключительно на основании судебных приказов, выданных в октябре-ноябре 2016 года. 

Суд, по мнению апеллянта, в принципе не учел то обстоятельство, что ответчик вообще не работал с дебиторской задолженностью населения, начиная с декабря 2016 года и вплоть до даты введения процедуры внешнего управления; в период внешнего управления претензионно-исковой работой занимался внешний управляющий, а не ответчик, доказательств обратного в дело не представлено; в данном случае важно было не то, сколько именно в числовом выражении было утрачено дебиторской задолженности в связи с пропуском сроков исковой давности, а то, что внешнему управляющему должником пришлось работать с дебиторской задолженностью периода 2013 – 2020 годов.

Сделки должника с ФИО5, ФИО6, ФИО8 были признаны недействительными по специальным основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, факт причинения вреда установлен и поэтому не является предположительным. 

Действия контролирующих лиц по выводу в свою пользу денежных средств должника не являлись разумными и добросовестными, при этом указанные действия явно выходили за рамки ординарной хозяйственной практики и не могут быть объяснены обычным риском, с которым связана предпринимательская деятельность. 

Экономическая целесообразность действий по выводу денежных средств из имущественной массы должника, разумные объяснения их совершения в период после появления признаков объективного банкротства должника ответчиками не раскрыта, доказательств того, что средства, поступавшие на счета аффилированных лиц, в последующем распределялись в интересах должника и (или) его кредиторов в материалы спора не представлены. 

Судом первой инстанции также не были приняты во внимание правовые позиции Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ ((определение от 26.11.2018 № 305- ЭС15-12239(5), определение от 11.02.2019 по делу № 305-ЭС18-17063(3)), в которых сформулированы подходы к оценке судами доказательств и подтверждаемых ими фактических обстоятельств по спорам, процессуальными оппонентами в которых являются, с одной стороны, лица, находящиеся с должником в отношениях юридической и (или) фактической аффилированности, а, с другой стороны, независимые по отношению к должнику кредиторы или арбитражный управляющий.

С учетом всей совокупности доказательств, представленных в материалы дела заявителем и участниками спора, именно заинтересованным лицам по настоящему спору, как процессуальным оппонентам конкурсного управляющего, надлежало с предоставлением доказательств обосновать то, что многочисленные сделки должника по выводу денежных средств в пользу аффилированных лиц и их использование на цели не связанные с деятельностью должника, были основаны на реальных хозяйственных отношениях, обусловлены разумными экономическими мотивами и соответствовали интересам должника (ст. ст. 9, 65 АПК РФ). 

В данном споре контролирующие должника лица не раскрыли обстоятельства, которые бы разумно объясняли совершение ими противоправных действий, явно выходящих за рамки принятого стандарта поведения в предпринимательских отношениях. 

Вступившие в законную силу судебные акты, которыми ранее были признаны недействительными сделки и применены последствия недействительности, до настоящего момента не исполнены, поскольку денежные средства от аффилированных лиц (контрагентов) в конкурсную массу в полном объеме не возвращены.

Сам по себе факт принятия судебных актов о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности без документального подтверждения реального исполнения таких судебных актов заинтересованными лицами с правами ответчиков, то есть полного возмещения вреда, причиненного имущественной сфере должника, не может являться основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании убытков с контролирующих должника лиц.

Определением Семнадцатого Арбитражного апелляционного суда от 21 ноября 2023 года апелляционная жалоба конкурсного управляющего принята к производству Семнадцатого арбитражного апелляционного суда, назначено судебное заседание на 14.12.2023. 

До начала судебного заседания от ФИО6, ФИО5 поступили отзывы на апелляционную жалобу, просят в удовлетворении апелляционной жалобы конкурсного управляющего ФИО3 отказать, определение Арбитражного суда Свердловской области от 20.10.2023 оставить без изменения.  

От кредитора ПАО «Т Плюс» поступил отзыв на апелляционную жалобу, доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего ФИО3 поддерживает в полном объеме, в том числе доводы о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, полагает, что как минимум есть основания для взыскания с ФИО5 убытков в размере 2 237 500,94 руб. 

 В судебном заседании представители конкурсного управляющего и кредитора ПАО «Т Плюс» доводы апелляционной жалобы поддержали в полном объеме, определение суда первой инстанции считают незаконным и необоснованным, просят его отменить, принять по делу новый судебный акт, апелляционную жалобу - удовлетворить.

Представитель ФИО8 в судебном заседании против доводов апелляционной жалобы возражала, определение суда первой инстанции считает законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.12.2023 судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы отложено на 16.01.2024; на ПАО «Т Плюс» возложена обязанность направить отзыв на апелляционную жалобу в адрес всех ответчиков, доказательства направления представить суду; на ответчиков возложена обязанность в срок до 10.01.2024 представить отзывы на доводы конкурсного управляющего и ПАО «Т Плюс».

От ФИО8 11.01.2024 поступил отзыв на апелляционную жалобу, просит определение Арбитражного суда Свердловской области от 20.10.2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего - без удовлетворения. 

От ФИО5 16.01.2024 поступили дополнения к отзыву на апелляционную жалобу с ходатайством о приобщении дополнительных доказательств.

От конкурсного управляющего ООО «УК «Родонит» ФИО3 16.01.2024 поступили возражения на дополнения, представленные ответчиками.  

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16 января 2024 года, вынесенным в составе председательствующего судьи Гладких Е.О., судей Даниловой И.П., Саликовой Л.В., судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы отложено на 14.02.2024.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19 января 2024 года дата и время проведения судебного заседания по рассмотрению апелляционной жалобы перенесены на 19.02.2024. 

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16 февраля 2024 года произведена замена судьи Саликовой Л.В. на судью Зарифуллину Л.М., сформирован состав суда для рассмотрения апелляционной жалобы конкурсного управляющего ФИО3 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 20 октября 2023 года об отказе в удовлетворении заявления и.о. конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении ФИО6, ФИО10, ФИО8, ФИО5, ФИО11 к субсидиарной ответственности, вынесенное в рамках дела № А60-50277/2019 о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Родонит» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>): председательствующий судья Гладких Е.О., судьи Данилова И.П., Зарифуллина Л.М. 

В судебном заседании 19 февраля 2024 года представители сторон поддержали все ранее изложенные доводы. 

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19 февраля 2024 года, вынесенным в составе председательствующего судьи Гладких Е.О., судей Даниловой И.П., Зарифуллиной Л.М. судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы отложено на 11 марта 2024 года. Суд апелляционной инстанции обязал конкурсного управляющего должника ФИО3 или его представителя явкой в судебное заседание 11.03.2024 с целью представления суду апелляционной инстанции всех подлинных документов должника, относящихся к работе ответчиков с дебиторской задолженностью (включая, но не исключительно, папку входящих и исходящих документов по судебным делам – п. 2 акта приема-передачи документов от 11.11.2021).

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.03.2024 произведена замена судьи Зарифуллиной Л.М. на судью Макарова Т.В., сформирован состав суда для рассмотрения апелляционной жалобы конкурсного управляющего ФИО3 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 20 октября 2023 года об отказе в удовлетворении заявления и.о. конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении ФИО6, ФИО10, ФИО8, ФИО5, ФИО11 к субсидиарной ответственности, вынесенное в рамках дела № А60-50277/2019 о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Родонит» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>): председательствующий судья Гладких Е.О., судьи Данилова И.П., Макаров Т.В. 

В судебном заседании представителем конкурсного управляющего представлены для обозрения папки документов, переданные ФИО5 по актам приема-передачи, в том числе с документами по дебиторской задолженности. 

От ФИО5 и ФИО6 в судебном заседании представлены письменные пояснения.

В отсутствие возражений лиц участвующих в деле письменные пояснения приобщены к материалам дела. 

Представитель конкурсного управляющего доводы апелляционной жалобы поддержал в полном объеме, определение суда первой инстанции в обжалуемой части считает незаконным и необоснованным, просит его в обжалуемой части отменить, принять по делу новый судебный акт, апелляционную жалобу - удовлетворить.

Представитель ПАО «Т Плюс» доводы апелляционной жалобы поддерживает в полном объеме, определение суда первой инстанции считает незаконным и необоснованным, просит его отменить в обжалуемой части, принять по делу новый судебный акт, апелляционную жалобу - удовлетворить.

ФИО5  и представитель  ФИО5, ФИО6 против доводов апелляционной жалобы возражают, определение суда первой инстанции считают законным и обоснованным, просят оставить его без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

ФИО8 и его представитель против доводов апелляционной жалобы возражают, определение суда первой инстанции считают законным и обоснованным, просят оставить его без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, представителей для участия в судебном заседании суда апелляционной инстанции не направили.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ, общество с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Родонит» зарегистрировано в качестве юридического лица 04.06.2012. Основной вид деятельности: 68.32.1 Управление эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе. В соответствии с п. 4.2 Устава ООО Управляющая компания «Родонит» предмет деятельности общества – деятельность в области управления эксплуатацией жилым и нежилым недвижимым имуществом.

Основаниями для обращения конкурсного управляющего с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника заявлены: 

- неисполнение ФИО5 (бывший руководитель), обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника с учетом последних уточнений по определению даты объективного банкротства 31.12.2018, не позднее 31.01.2019,

- неисполнение ФИО6 (участник общества 50 % доля), ФИО8 (участник общества доля 25%),  ФИО10 (участник общества 25%) обязанности по созыву общего собрания участников для принятия решения о подаче заявления о признании должника банкротом, с учетом последних уточнений по определению даты объективного банкротства 31.12.2018 в срок не позднее 10.02.2019;

- совершение сделок по выводу активов должника в пользу аффилированных лиц – в отношении ФИО5 (бывший руководитель), ФИО6 (участник общества 50 % доля), ФИО8 (участник общества доля 25%) что повлекло невозможность погашения требований кредиторов,  

- не передача ФИО5 документов, подтверждающих наличие актива (дебиторской задолженности) на сумму 26733452,41 руб.

Кроме того, конкурсный управляющий просил привлечь к субсидиарной ответственности  бухгалтера ФИО11 в связи с искажением ею бухгалтерской отчетности.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности совокупности условий для привлечения ответчиков ФИО6, ФИО10, ФИО8, ФИО5 к субсидиарной ответственности, недоказанности вины ответчиков ФИО6, ФИО10, ФИО8, ФИО5 по правилам статей 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве. 

В отношении ФИО11 суд не установил возможность ее привлечения к субсидиарной ответственности, так как главный бухгалтер не является субъектом такой ответственности. Доказательства того, что ФИО11 как бухгалтер, реализовывала свои права и (или) возможности в отношении должника и определяла его хозяйственную деятельность, не имеется. Доказательств совершения ею действий (бездействия), в результате которых у должника возникли признаки банкротства, материалы дела не содержат.

Судебный акт обжалуется только в части отказа в привлечении ФИО5, ФИО8, ФИО6, ФИО10 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника несостоятельным (банкротом); в части отказа в привлечении ФИО5, ФИО8, ФИО6 к субсидиарной ответственности за доведение должника до состояния банкротства или признания доказанными наличия оснований для взыскания с них убытков в конкурсную массу должника в соответствующем размере солидарно, в связи с чем судебный акт в остальной части судом апелляционной инстанции в соответствии с частью 5 статьи 268 АПК РФ не проверяется.

Суд апелляционной инстанции, повторно исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, с учетом доводов сторон, по правилам, предусмотренным ст. 71 АПК РФ, считает, что не имеется оснований для изменения или отмены судебного акта в обжалуемой части и удовлетворения апелляционной жалобы. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. Заявление должника должно быть направлено в суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве). 

Согласно пункту 9 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» от 21.12.2017 обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. 

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

По мнению конкурсного управляющего, превышение обязательств над его активами свидетельствует о наличии у должника по состоянию на 31.12.2018 признаков неплатежеспособности, в связи с этим бывший руководитель ФИО5 должна была обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом не позднее 31.01.2019. Размер субсидиарной ответственности определен в размере 5895552,30 руб. 

ФИО6, ФИО12 и ФИО8, как участники, также были обязаны осуществить все действия, предусмотренные ст. 9 Закона о банкротстве, не позднее 10.02.2019, но в нарушение ст. 61.12 Закона о банкротстве не приняли мер к подаче соответствующего заявления. Размер ответственности по расчету управляющего составил 4880359,81 руб.

В подтверждение наличия у должника признаков недостаточности имущества конкурсный управляющий сослался на тенденцию роста с 2017 года обязательств и роста превышения обязательств над его активами, убыточность деятельности должника с учетом структуры платы за жилые помещения и отсутствие у должника иных источников дохода, в обоснование своего довода представил бухгалтерский баланс должника по состоянию на 2018. 

При этом, по мнению конкурсного управляющего признак неплатежеспособности начал формироваться у должника еще в ноябре 2016 года с учетом задолженности должника перед кредитором ПАО «Т Плюс» включенной в реестр в размере 1290986,05 руб. Поскольку оплаты, производимые должником в 2017 и 2018 годах в пользу кредиторов, погашали задолженность, возникшую ранее октября 2016 года, что с очевидностью свидетельствовало о наличии признаков неплатежеспособности по итогу 2018 года при наличии которых руководитель должника, действуя разумно и добросовестно, должен был объективно определить, что должник не имеет возможности рассчитаться в полном объеме с кредиторами, и что удовлетворение требований одного или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами

Кроме того, конкурсный управляющий приводит сведения, содержащиеся в Пояснительной записке к годовой бухгалтерской отчетности за 2017 год, где итоговая рейтинговая оценка финансового состояния ООО «УК «Родонит» указано как «очень плохое». В рамках проведенного анализа установлено, что в течение 2018 года реальной возможности восстановить нормальную платежеспособность должника не имеется.

Возражая против заявленных доводов, ФИО5 неоднократно указывала на то, что в силу специфики деятельности, должник с 2015 года вел убыточную деятельность, что обусловлено наличием кассового разрыва в результате превышения фактических расходов предъявленных поставщиками услуг к оплате и начисленных населению платежей за жилищно-коммунальные услуги, бюджетное финансирование указанных убытков в связи с применением государственно-регулируемых цен с 2011 года отсутствовало. При этом убыток в 2016 году был меньше, чем в 2015 году, а в 2017 году уменьшился на 5 300 000,00 руб. по сравнению с 2016 годом. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 05.03.2018 года по делу № А60-68498/2017 отказано во введении наблюдения в отношении ООО УК «Родонит» по заявлению МУП «Водоканал», имевшийся долг по исполнительным листам был погашен к дате судебного заседания по рассмотрению обоснованности требования кредитора.

Помимо этого, ФИО5 ссылается на то, что по окончании процедуры наблюдения должник не  был признан банкротом, по результатам проведения собрания кредиторов была введена процедура внешнего управления сроком на 12 месяцев.

Проанализировав вышеизложенные доводы, суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с данными бухгалтерского баланса за 2018 оборотные активы – 31328, из них дебиторская задолженность составляла 30748, денежные средства 557, краткосрочные обязательства (кредиторская задолженность) – 50287, пассив (нераспределенная прибыль/непокрытый убыток) - (18969), выручка – 19164.

Деятельность организации, учрежденной в целях выполнения работ, оказания услуг жилищно-коммунального хозяйства, удовлетворения общественных потребностей характеризуется наличием значительной дебиторской задолженности граждан и иных потребителей, что, в свою очередь, не позволяет надлежащим образом гасить образовавшиеся долги перед поставщиком энергоресурса и бюджетом. Так, если дебиторская задолженность населения по оплате потребленных жилищно-коммунальных услуг обладает низкой степенью ликвидности, связанной преимущественно с соответствующим уровнем платежеспособности населения, мероприятия по ее истребованию, как правило, малоэффективны. В связи с этим деятельность таких предприятий в отсутствие субсидирования зачастую носит заведомо убыточный характер.

Основным активом общества являлась задолженность граждан и иных потребителей его услуг, данный актив неликвиден, что связано с низким уровнем платежеспособности населения.

В данном случае следует, что в соответствии с бухгалтерским балансом соотношение  дебиторской задолженности за периоды с 2016 по 2019  (2016 – 27360, 2017- 35394, 2018 – 30748, 2019-32748) с  ростом кредиторской задолженности за соответствующие периоды (2016-41638, 2017 -50419, 2018 50287, 2019 - 53967) имеет планомерное повышение как кредиторской, так и дебиторской задолженности.

При этом, как верно указал суд первой инстанции, наличие у должника кредиторской задолженности в определенный период времени не свидетельствует о неплатежеспособности организации в целом, равно как и не свидетельствует о совершении контролирующими лицами действий по намеренному созданию неплатежеспособного состояния организации, поскольку не является тем безусловным основанием, которое свидетельствует о том, что должник был неспособен исполнить свои обязательства, учитывая, что структура активов и пассивов баланса находится в постоянной динамике в связи с осуществлением хозяйственной деятельности.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц.

На счета должника поступали зачисления от контрагентов, перечисления оплаты коммунальных услуг от юридических лиц и населения, иные платежи, зачисления взысканной дебиторской задолженности; со счетов должника также производились различные перечисления, в том числе по обязательным платежам по налогам и страховым взносам, по расчетам с ресурсоснабжающими организациями, иными контрагентами и т.п. О ведении хозяйственной деятельности должника свидетельствует и тот, факт, что в реестре кредиторов должника отсутствует задолженность по платежам первой и второй очереди (прежде всего задолженность по заработной плате и налоговым обязательствам).

В судебно-арбитражной практике при определении момента объективного банкротства в отношении управляющей компании учитывается специфика ее экономической деятельности, предполагающей прямую зависимость финансового положения и показателя платежеспособности от исполнения конечными потребителями своих обязанностей по оплате оказанных услуг в пользу данной управляющей компании.

С учетом изложенного, в отношении управляющей компании установлены следующие условия, которые могут очевидно свидетельствовать о финансовой несостоятельности данной организации и наступлении признаков объективного банкротства: 1) лишение лицензии на право осуществления деятельностью по управления многоквартирными домами; 2) выбытие многоквартирных домов из управления должника; 3) другие аналогичные ситуации, в обязательном порядке отражающие экстраординарность события, после которого продолжение прежней деятельности является объективно невозможным.

Вместе с тем, на момент (до 31.01.2019), когда ФИО5, и на момент (10.02.2019), когда участники должны были подать заявление о признании должника банкротом, исходя из заявления конкурсного управляющего, какое-либо обстоятельство из вышеперечисленных отсутствовало.

Лишение лицензии и выбытие многоквартирных домов произошло по окончании процедуры внешнего управления в ноябре 2021 г.

Как правильно посчитал суд первой инстанции, конкурсный управляющий не обосновал момент, когда соотношение кредиторской и дебиторской задолженности должника для добросовестного руководителя стало очевидно свидетельствовать об объективном банкротстве должника и в связи с этим возникли основания для обращения в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Суд также учел факт того, что по результатам проведения процедуры наблюдения на основании представленных временным управляющим данных о финансовом состоянии должника и в связи с решением собрания кредиторов 04.09.2020,  определением суда от 25.09.2020 в отношении должника общества с ограниченной ответственностью "Управляющая компания "Родонит"  введена процедура – внешнее управление сроком на 12 месяцев до 21.04.2021. В 2020 году должник не был признан банкротом, поскольку имелась возможность восстановления платежеспособности, признаки преднамеренного или фиктивного банкротства отсутствовали. О возможности восстановления платежеспособности также свидетельствует факт введения процедуры внешнего управления. 

При этом финансовые показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц. Материалы дела таких доказательств не содержат.

Приняв во внимание, что увеличение кредиторской задолженности было обусловлено спецификой деятельности должника, для которой нередко характерно, с одной стороны, наличие кредиторской задолженности перед поставщиком энергоресурса и, с другой стороны, дебиторской задолженности граждан и иных потребителей, а также общей низкой финансовой дисциплиной населения, суд первой инстанции обоснованно сделал вывод, что ситуация при которой размеры активов и пассивов должника были соотносимы или превышение задолженности не было критичным, должник продолжал текущую хозяйственную деятельность, экономическое положение не было экстраординарным, соответственно, на приведенные конкурсным управляющим и кредитором даты у ответчиков не возникло обязанности для подачи заявления о банкротстве, в связи с чем не усмотрел наличия совокупности условий для привлечения их к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по заявленным основаниям.

Таким образом, исходя из совокупности правильно установленных в рамках настоящего обособленного спора судом первой инстанции обстоятельств, принимая во внимание отсутствие в деле доказательств того, что ответчики своими действиями способствовали доведению должника до неспособности удовлетворить требования кредиторов, принимали какие-либо организационные решения, не отвечающие принципам разумности и добросовестности, или давали указания на совершение должником убыточных операций, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что период для обращения в суд с заявлением о банкротстве, указанный управляющим, документально не подтвержден, а также не доказано наличие совокупности условий, необходимых и достаточных для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, а надлежащие и достаточные доказательства, опровергающие данные обстоятельства, и, свидетельствующие об ином, отсутствуют. Следовательно, основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с неисполнением обязанности по направлению в суд заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), отсутствуют.

Само по себе возникновение кредиторской задолженности перед ресурсоснабжающими и обслуживающими организациями с учетом специфики деятельности должника не может в достаточной степени свидетельствовать о возникновении у контролирующих должника лиц безусловной обязанности по обращению с заявлением о признании должника банкротом.

Далее, конкурсный управляющий, обращаясь с настоящим заявлением, ссылается на то, что ФИО5, ФИО6, ФИО8 совершили сделки по выводу денежных средств, которые были оспорены в рамках дела о банкротстве и признаны недействительными.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ по состоянию на 20.09.2020 ФИО5 являлась руководителем ООО «Управляющая компания «Родонит» в период с 17.07.2014 по дату утверждения внешнего управляющего ФИО3 по делу №А60-50277/2019.

Управляющим по результатам анализа операций по банковским выпискам должника выявлены платежи в пользу ФИО5: 350 000,00 рублей в период с 09.11.2018 по 02.10.2019, основание платежей - договор беспроцентного займа №6 от 09.11.2018; 3 344 257,65 рубля в период с 2019 по 2020, основание платежей - заработная плата, подотчет.

Определениями Арбитражного суда Свердловской области от 20.09.2022 (резолютивная часть от 14.09.2022) сделки должника ООО «Управляющая компания «Родонит» по перечислению денежных средств в пользу ФИО5 в сумме 3 344 257,65 рубля, в том числе по перечислению в качестве основания займа по договору №6 от 09.11.2018, признаны недействительными. Применены последствия их недействительности в виде взыскания с ФИО5 в пользу ООО «Управляющая компания «Родонит» 3 344 257,65 рубля, а также процентов за пользование чужими денежными средствами 350 433,21 рубля с продолжением начисления процентов по день фактической оплаты долга. С ФИО5 в пользу ООО «Управляющая компании «Родонит» взыскано 6 000,00 рублей в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

ФИО6 является участником должника с долей 50% в уставном капитале. В период с 27.12.2018 по 18.10.2019 общество «УК «Родонит» осуществило платежи в пользу ФИО6 на общую сумму 235 000 руб., указав в качестве основания платежей договор беспроцентного займа от 25.12.2018 № 7. Помимо этого, в период с 17.12.2019 по 21.08.2020 должник совершил в пользу ФИО6 платежи на общую сумму 165 000 руб. со ссылкой на выплату заработной платы в качестве основания платежей.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.08.2022, оставленным без изменения кассационной инстанцией, определение суда первой инстанции изменено, заявление исполняющего обязанности конкурсного управляющего ФИО3 удовлетворено частично, признаны недействительными платежи общества «УК «Родонит» в пользу ФИО6 за период с 27.12.2018 по 21.08.2020 на общую сумму 400 000 руб.; в порядке применения последствий недействительности сделок с ФИО6 в пользу общества «УК «Родонит» взыскана сумма 400 000 руб., а также 43 364 руб. 81 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, с продолжением начисления процентов по момент фактической оплаты долга; в удовлетворении остальной части требований отказано.

ФИО8 является участником должника с 04.06.2012 с размером доли в уставном капитале 25%.

20.09.2021 в арбитражный суд поступило заявление и.о. конкурсного управляющего ФИО3 о признании недействительными сделок – платежей на общую сумму 927 800 руб. за период с 15.11.2018 по 07.09.2020, произведенных должником в пользу ФИО8: 

- 566 000 руб. в период с 18.10.2019 по 07.09.2020, основание платежей: оплата по договору аренды транспортного средства от 12.01.2015 №01/15; 

- 55 000 руб. в период с 06.11.2019 по 08.11.2019, основание платежа: заработная плата; 

- 306 800 руб. в период с 15.11.2018 по 20.12.2018, основание платежа: оплата по договору от 14.11.2018.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 10.10.2022 (резолютивная часть от 07.10.2022) судом признан недействительной сделкой договор аренды транспортного средства без экипажа от 12.01.2015 №01/15, заключенный между должником и ФИО8 в части излишне уплаченных арендных платежей в размере 520 073 руб. 04 коп., применены последствия недействительности сделки. В удовлетворении требований в остальной части отказано.

Как разъяснено в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53), под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. 

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. 

В силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. 

Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем (пункт 17 постановления № 53).

Между тем, отклоняя соответствующие доводы конкурсного управляющего, суд первой инстанции принял во внимание, что, во-первых, указанные сделки (кроме ФИО13) были признаны недействительными и с ответчиков ФИО6, ФИО5, ФИО8 уже были взысканы денежные средства в качестве применения последствий недействительности сделки; во-вторых, исходя из масштабов деятельности должника (в реестр требований кредиторов в соответствии с отчетом конкурсного управляющего включены требования на сумму 37612028,75 руб.), и пришел к выводу, что совершение сделок с ответчиками на сумму около 4,5 млн. руб. не было основанием объективного банкротства должника. 

Оснований для иных выводов у суда апелляционной инстанции, исходя из доводов апелляционной жалобы, не имеется. 

Также конкурсным управляющим заявлено о не передаче ФИО5 документов, подтверждающих наличие актива (дебиторской задолженности) на сумму 26733452,41руб. и отсутствие доказательств проведения работы по взысканию дебиторской задолженности, начиная с октября 2016 г.

ФИО5, возражая против указанных доводов, пояснила, что согласно имеющимся сведениям размер дебиторской задолженности лиц по состоянию на 01.11.2020 составляет 25 980 550,98 руб., размер дебиторской задолженности арбитражным управляющим ФИО3 подтвержден при анализе финансового состояния должника в процедуре наблюдения и при подготовке Плана внешнего управления в процедуре внешнего управления. В подтверждение вышеуказанного обстоятельства конкурсным управляющим приведены, отсутствие исполнительных производств и судебных взысканий, то есть по мнению управляющего руководитель должника действовал недобросовестно и неразумно при исполнении возложенных на него обязанностей по взыскании дебиторской задолженности, что повлекло утрату возможности такого взыскания. Также конкурсный управляющий указывал, что анализ финансового состояния должника основан только на бухгалтерских балансах должника за 2017, 2018 и 2019 годы, поскольку на момент составления анализа финансового состояния документы, подтверждающие реальный размер активов, временному управляющему не были переданы. Между тем, определением суда от 03.02.2021 отказано в удовлетворении заявления временного управляющего ФИО3 об истребовании у руководителя должника ФИО5 документов должника. 

В своих возражениях ФИО5 также ссылается на то, что согласно отчету конкурсного управляющего от 15.09.2022 в период с 30.08.2019 по 02.09.2022 израсходованы денежные средства в размере 44 587 346 руб. 50 коп. Принимая во внимание, что с 01.11.2021 дома выбыли из управления должника и начисления за содержание жилья не производились, следует вывод о том, что указанная сумма – 44 587 346 руб. 50 коп. поступила, в том числе, за счет погашения дебиторской задолженности, в том числе отраженной в балансе. Источник поступлений указан как на поступление суммы от населения, период, за который поступили средства, в отчете не указана, к отчету не приложены выписки по счету для идентификации плательщика, также не представлены доказательства, подтверждающие, что оплата произведена по начислениям за период внешнего управления. 

Конкурсный управляющий указывает, что до введения процедуры внешнего управления должник не осуществлял активной работы по взысканию дебиторской задолженности. При этом доказательств проведения работы по взысканию задолженности внешним управляющим, конкурсным управляющим в заявлении не приведено. 

Из дополнений к заявлению следует, что вся поступившая сумма - 44 587 346 руб. 50 коп. – начислена за период с 30.08.2019 по ноябрь 2021 года и собрана также за этот период. Доказательств этому утверждению не представлено. В деле отсутствуют расчеты и первичные платежные документы, из которых можно было бы сделать вывод о том, начисления за какой период вошли в состав поступивших 44 миллионов рублей. 

Суд первой инстанции, оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса представленный список дебиторской задолженности, пришел к выводу о том, что этот список не может являться документом, подтверждающим реальное существование дебиторской задолженности, в отношении которой руководителем утеряны первичные документы, поскольку доказательств действительности существования дебиторской задолженности указанных в списке физических лиц, в том числе в части фамилий, сумм, периодов образования задолженности, возможности ее взыскания, не имеется.

Иных доказательств наличия у должника дебиторской задолженности, которую невозможно взыскать именно в связи с отсутствием первичных документов, которые должны были быть переданы, но не переданы ему руководителем должника, в обязанности которого в соответствии с законодательством о бухгалтерском учете входило ведение и обеспечение сохранности таких документов, материалы дела не содержат.

В материалы дела представлены трудовой договор от 20.10.2020 заключенный между ФИО3 и ФИО14, о принятии ФИО15 заместителем директора по общим вопросам, приказ от  30.10.2020 об установлении ФИО5 ежемесячную доплату в размере 11000 руб. в связи с выполнением дополнительный работы, не связанной с исполнением своих должностных обязанностей, а именно: сбор и обработка получаемой от агента информации, подготовка и проверка расчетов по потребленным ресурсам, а также для взыскания дебиторской задолженности;   приказ № 226 от 18.10.21 в связи с отсутствием дополнительной работы  в виду прекращения деятельности по обслуживанию МКД, приказ  о доплате ФИО15 был отмен; соглашением от 25.11.2021 трудовой договор расторгнут.

Судом первой инстанции правильно установлено, что обязанность по передаче бухгалтерской и иной документации должника была исполнена руководителем должника, о недостаточности документов и наличии препятствий по формированию конкурсной массы не заявлено. При этом, как верно отметил суд первой инстанции, само по себе то обстоятельство, что впоследствии дебиторская задолженность не была взыскана, не является достаточным основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности. Доказательств того, что в результате не принятия руководителем исчерпывающих мер ко взысканию дебиторской задолженности должник был доведен до банкротства и утрачена возможность взыскания такой задолженности, не представлено.

В суде апелляционной инстанции конкурсный управляющий продолжил ссылаться на то, что ответчиками не проводилась работа по взысканию дебиторской задолженности.

Между тем, в нарушение требований статьи 65 АПК РФ конкурсный управляющий не указал в отношении какой задолженности (наименование дебитора, период возникновения задолженности и ее сумма), утрачена возможность взыскания, в материалах отсутствуют доказательства, подтверждающие указанные обстоятельства.

В отсутствие указанные сведений и подтверждающих их документов основания для вывода об утрате по вине ответчиков возможности принудительного взыскания дебиторской задолженности и ее размере у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Сам по себе факт непринятия мер по взысканию дебиторской задолженности основанием для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности не является.

Негативные последствия, наступившие для юридического лица (банкротство организации), сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) руководителя должника, так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности, тем более при осуществлении деятельности по управлению и эксплуатации жилого фонда.

Конкурсным управляющим не доказано, что бездействие контролирующих должника лиц привело к накоплению безнадежной ко взысканию задолженности и причинило вред кредиторам.

Основанием для удовлетворения требования о взыскании убытков является совокупность условий: факт причинения убытков, наличие причинной связи между понесенными убытками и виновными действиями ответчика, документально подтвержденный размер убытков.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 указанной статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. В случае совместного причинения убытков юридическому лицу лица, указанные в пунктах 1 - 3 данной статьи, обязаны возместить убытки солидарно (пункт 3 статьи 51.3 ГК РФ).

Солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства. При солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга (статьи 322, 323 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При решении вопроса о солидарной ответственности нескольких лиц суд должен установить противоправность их совместных действий, вину в причинении убытков, причинную связь между совместными действиями соответчиков и наступившими последствиями, что судами сделано не было.

Причиненный ответчиками должника ущерб на текущем этапе является предположительным, поскольку сделки, вменяемые в вину ответчикам, признаны недействительными, применены последствия, при этом возможность получения данных средств с ФИО6, ФИО5, ФИО8 в настоящее время не утрачена (доказательств иного не представлено), определить, как сам факт причинения возможного ущерба, так и его размер до завершения расчетов с кредиторами в деле о банкротстве невозможно, кроме того, удовлетворение настоящего заявления конкурсного управляющего приведет к двойному взысканию в конкурсную массу должника с разных лиц одной и той же денежной суммы в счет возмещения одних и тех же причиненных должнику убытков.

Для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных условий. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения заявленных требований.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности всех условий, необходимых для применения к ответчикам меры ответственности в виде возмещения убытков (наступление убытков в результате виновных действий ответчика, противоправность поведения ответчика, наличие причинно-следственной связи между наступлением вреда и противоправным поведением ответчика), в связи с чем отказал в удовлетворении данных требований.

В целях квалификации действий причинителей вреда как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. (абзац первый пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

Само по себе наличие вступивших в законную силу определений суда о признании сделок недействительными, не может являться основанием для взыскания с ответчиков убытков. В деле также отсутствуют доказательства, что заключая данные сделки контролирующие лица преследовали именно цель по выводу активов ООО «УК Родонит». Стороны лишь возвращены в положение, существовавшее до исполнения недействительной сделки, никаких новых обязательств, у должника не возникло.

Суд первой инстанции, учитывая тот факт, что определениями суда по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве признаны недействительными сделки по перечислению, сделал верный вывод, что взыскания с ФИО5, ФИО6, ФИО8 убытков в заявленном размере не требуется, поскольку судом применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника данной денежной суммы.

Данные вывод суд апелляционной инстанции применительно к обстоятельствам настоящего спора считает правильными. 

В силу разъяснений, данных в пункте 20 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего о том, что само по себе признание сделок недействительными и применение последствий недействительности сделок не является основанием для отказа в привлечении к субсидиарной ответственности за доведение должника до состояния банкротства, что следует из положений статьи  61.11 Закона о банкротстве, пункта 23 постановления Пленума ВС РФ № 53, рассмотрены и отклонены судом апелляционной инстанции. Факт признания судом недействительной сделкой перечисления денежных средств в пользу ФИО5, совершенных в период с 09.11.2018 по 21.08.2020 (в течение 3 лет) с учетом масштабов деятельности должника не может служить доказательством того, что действия ФИО5 стали причиной объективного банкротства или привели к невозможности полного погашения требований кредиторов, тем более принимая во внимание размер активов должника. 

Доказательств создания контролирующими лицами должника «схемы по систематическому выводу денежных средств должника посредством совершения сделок, признанных судом недействительными» управляющим не представлено.

Из определения Арбитражного суда Свердловской области от 22.06.2022 следует, что сделки по перечислению денежных средств должником ФИО6 в размере 400 000,00 руб. были признаны недействительными, поскольку ФИО6 в силу ст. 65 АПК РФ не доказал факта оказания услуг ООО УК «Родонит». При этом в настоящее время за счет кредитных средств ФИО6 погасил задолженность по определению суда от 22.06.2023. Таким образом, неблагоприятные последствия в результате совершения сделки компенсированы ФИО6 

Как следует из определения суда от 10.10.2022, признаны недействительными платежи в адрес ФИО8 по договору аренды в части, превышающей рыночную стоимость арендной ставки за аренду транспортного средства, сам договор аренды транспортного средства не признан недействительным. 

При указанных обстоятельствах отсутствуют основания полагать, что сделки с ФИО6 и ФИО8 – перечисления денежных средств со счета должника являлись частью «схемы по выводу денежных средств в ущерб интересам кредиторов».

В рассматриваемом случае, как считает апелляционная коллегия, ссуд первой инстанции правильно установил обстоятельства, входящие в предмет судебного исследования по данному спору и имеющие существенное значение для дела; доводы и доказательства, приведенные сторонами в обоснование своих требований и возражений, полно и всесторонне исследованы и оценены; выводы суда сделаны, исходя из конкретных обстоятельств дела, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильном применении норм права, регулирующих спорные отношения. Оснований для иной оценки доказательств у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, а в апелляционной инстанции могли бы повлиять на законность и обоснованность принятого судебного акта. В связи с этим признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда.

С учетом изложенного, оснований для отмены обжалуемого судебного акта по приведенным в апелляционной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы на обжалуемое определение не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 20 октября 2023 года по делу № А60-50277/2019 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Е.О. Гладких

 

Судьи

 

 

И.П. Данилова

 

Т.В. Макаров