АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА 

Именем Российской Федерации 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-35970/2023

г. Краснодар

24 июня 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 10 июня 2025 года. Постановление изготовлено в полном объеме 24 июня 2025 года.  

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Истоменок Т.Г., судей Мацко Ю.В. и Резник Ю.О., при участии в судебном заседании от ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 18.11.2024), в отсутствие иных, участвующих в деле лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Анлоран Инвест», ФИО1 и ФИО3 на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.03.2025 по делу № А53-35970/2023 (Ф08-2717/2025), установил следующее.  

Общество с ограниченной ответственностью «Анлоран Инвест» (далее – общество, истец, заявитель) обратилось в суд с исковым заявлением к ФИО4, ФИО3, ФИО1 (далее – ответчики) о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам акционерного общества «Корпорация “Энергоресурс”» (далее – корпорация, должник) в сумме 126 310 296 рублей.  

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 08.02.2024 (с учетом определения об исправлении опечатки от 15.07.2024) к субсидиарной ответственности по обязательствам корпорации привлечены ФИО4, ФИО3, ФИО1 С ответчиков в солидарном порядке в пользу общества взысканы денежные средства в размере 126 310 296 рублей, а распределены судебные расходы.  

Суд апелляционной инстанции определением от 25.11.2024 перешел к рассмотрению дела по правилам, установленным Арбитражным процессуальным  

кодексом Российской Федерации (далее – Кодекс), для рассмотрения дела в суде первой инстанции.  

Постановлением суда от 07.03.2025 решение суда от 08.02.2024 отменено. Принят отказ от иска к ФИО4 Производство по иску в указанной части прекращено. В удовлетворении иска к ФИО1 отказано. Суд признал доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам корпорации ФИО3 и взыскал с него в пользу общества денежные средства в размере 126 310 296 рублей, распределил судебные расходы.  

В кассационной жалобе общество просит отменить постановление суда от 07.03.2025 в части отказа в удовлетворении требований к ФИО1, принять по делу новый судебный акт о привлечении его к субсидиарной ответственности и взыскании денежных средств в размере 126 310 296 рублей. По мнению подателя жалобы, апелляционный суд проигнорировал признаки синхронности действий ФИО3 и ФИО1 Ответчики осуществляли совместное участие в совете директоров и общее руководство деятельностью корпорации. Наличие у совета директоров полномочий по избранию генерального директора и замещение ФИО1 должности председателя совета директоров подтверждается материалами дела.  

В кассационной жалобе ФИО3 просит отменить постановление суда от 07.03.2025 в части привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам корпорации и взыскании с него денежных средств в размере 126 310 296 рублей; принять по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявленных исковых требований в полном объеме. По мнению подателя жалобы, истец имеет признаки «компании-однодневки», на протяжении всего периода деятельности у организации отсутствуют сотрудники, выручка, не уплачиваются налоги, то есть заявитель не имел финансовой возможности приобрести акции номинальной стоимостью более 1,5 миллиарда рублей. Кроме того, с момента учреждения и до декабря 2018 года деятельность корпорации контролировалась обществом через ФИО5 Только с 11.12.2018 контрольный пакет акций находился в собственности ФИО3 В нарушение требований пункта 3 статьи 34 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» уставный капитал должника оплачен не денежными средствами без проведения независимой оценки. Объективное банкротство корпорации возникло в результате действий истца и до момента перехода корпоративного контроля над должником к ФИО3 Выводы суда апелляционной инстанции не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и не могут являться основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, поскольку апелляционный  

суд неправильно применил нормы материального права. Суды не учли правовые позиции Верховного суда Российской Федерации о том, что требование о привлечении к субсидиарной ответственности в материально-правовом смысле принадлежит только независимым от должника кредиторам и не может служить средством разрешения корпоративного конфликта.  

В кассационной жалобе ФИО1 просит постановление апелляционного суда от 07.03.2025 изменить, исключить из мотивировочной части текст следующего содержания: «Также между обществом с ограниченной ответственностью «Анлоран Инвест» и ФИО1 в ноябре 2018 года заключен устный договор купли-продажи ценных бумаг, по условиям которого ООО «Анлоран Инвест» приняло на себя обязательства передать в собственность ответчика 157 510 000 обыкновенных именных акций Акционерного общества «Корпорация «Энергоресурс» первого выпуска номинальной стоимостью 1 рубль каждая акция. Выполняя условия указанного договора купли-продажи ценных бумаг истец 11.12.2018 составил поручение на перевод 157 510 000 обыкновенных именных акций АО «Корпорация «Энергоресурс» и направил его в депозитарий, осуществлявший хранение принадлежащих истцу 157 510 000 обыкновенных именных акций акционерного общества «Корпорация «Энергоресурс» – депозитарий общества с ограниченной ответственностью «ИК «КОИН». По мнению подателя жалобы, в мотивировочной части постановления суда апелляционной инстанции содержатся выводы, которые не соответствуют обстоятельствам дела, представленным доказательствам и находятся в противоречии с фактами, установленным постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.10.2021 по делу № А53-3263/2021.  

В отзыве на кассационную жалобу ФИО1 просил судебный акт в обжалуемой обществом части оставить без изменения, указывая на его законность и обоснованность.  

В отзыве на кассационные жалобы общество просит в их удовлетворении отказать.  

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе, возражал против кассационной жалобы общества.  

Изучив материалы дела, проверив законность судебных актов, оценив доводы кассационных жалоб и отзывов на них, выслушав представителя ФИО1, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба судебные акты подлежат частичной отмене по следующим основаниям.  

Как видно из материалов дела, решением суда от 22.02.2022 по делу № А53-35276/2021 с корпорации в пользу общества взыскана задолженность в размере  

65 378 тыс. рублей, пени в размере 60 932 296 рублей, а всего 126 310 296 рублей. Выдан исполнительный лист.  

Определением суда от 16.06.2023 по заявлению общества возбуждено дело № А53-20444/2023 о несостоятельности (банкротстве) корпорации.  

Определением от 22.08.2023 суд прекратил производство по делу в соответствии с абзацем восьмым пункта 1 статьи 57 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), поскольку отсутствовал источник финансирования.  

Согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) 08.11.2023 внесены сведения об исключении корпорации как о недействующем юридическом лице.  

Ссылаясь на то, что ответчики, обладающие контрольным пакетом акций корпорации с 11.12.2018, не приняли меры для погашения задолженности перед истцом, не исполнили обязанность по подаче заявления о банкротстве юридического лица в арбитражный суд, допустили прекращение деятельности юридического лица, общество обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением о привлечении их к субсидиарной ответственности.  

Суд кассационной инстанции в соответствии со статьей 286 Кодекса судебный акт проверяет в обжалуемой части.  

Согласно части 1 статьи 223 Кодекса и статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 данного Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 данного Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.  

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.  

В пункте 2 указанной статьи установлены презумпции того, что действия (бездействие) привели к невозможности погашения требований кредиторов, в частности, при причинении существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.  

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16 постановления Пленума № 53).  

Процесс доказывания оснований привлечения к субсидиарной ответственности упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, а на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.  

Согласно одной из таких презумпций полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в ситуации, когда имущественным правам кредиторов причинен существенный вред в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пункт 23 постановления № 53).  

Суд апелляционной инстанции установил, что корпорация (ИНН 

<

***>) создана 29.12.2017 на основании заявлений ФИО4 (0,004% акций) и общества с ограниченной ответственностью «Инвесттрансгаз» (ИНН 

<

***>, 99,996% акций). Уставный капитал сформирован из номинальной стоимости акций, который разделен на обыкновенные именные акции в бездокументарной форме в количестве 1 575 100 000 штук номинальной стоимостью 1 рубль каждая акция.  

Акции корпорации распределены среди учредителей согласно внесенным ими вкладов: ООО «Инвестгрансгаз» – 1 575 035 600 штук; ФИО4 – 64 400 штук. В дальнейшем контрольный пакет акций должника передан от ООО «Инвесттрансгаз» в пользу общества.  

С ноября 2018 года ФИО3 обладал 69,2% акций корпорации, а ФИО1 обладал 9,97% акций корпорации.  

Согласно выписке из ЕГРЮЛ с 10.07.2019 и до 08.11.2023 (дата исключения) руководителем должника являлся ФИО3  

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 31.01.2022 по делу № А53-39834/2021 со ФИО3 в пользу общества взыскано неосновательное обогащение в натуре в виде 1 089 963 000 обыкновенных именных акций корпорации первого выпуска номинальной стоимостью 1 рубль каждая акция.  

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Ростовской области от 19.08.2021 по делу № А53-3263/2021 с ФИО1 в пользу общества взыскано неосновательное обогащение в натуре в виде 157 510 000 обыкновенных именных акций корпорация первого выпуска номинальной стоимостью 1 рубль каждая акция.  

Апелляционный суд установил, что к концу 2019 года должник прекратил осуществление деятельности и расчеты с кредиторами.  

Необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).  

Удовлетворяя заявленные требования в части привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности, суды руководствовались статьями 71 и 223 Кодекса, статьями 61.10 – 61.12, 61.14, 61.19 Закона о банкротстве, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53), и пришли к выводу о наличии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

Апелляционный суд, отказывая в исковых требованиях к ФИО1, исходил из того, что ответчик не обладал контрольным пакетом акций, имеющееся в его распоряжении число голосующих акций не предоставляло ему право на созыв внеочередного собрания совета директоров. Из представленных в материалы дела сведений также следует, что ФИО1 не уполномочен на подписание распорядительных документов с целью перечисления денежных средств со счетов должника. Более того, им принимались активные меры по оспариванию принадлежности ему акций общества, что явилось основанием для подачи апелляционной жалобы  

на решение суда от 19.08.2021 по делу № А53-3263/2021.  

При таких обстоятельствах апелляционный суд пришел к выводу о не доказанности совершения ФИО1 недобросовестных или неразумных действий в отношении должника; наличия причинно-следственной связи между действиями ФИО1 и наступлением неплатежеспособности корпорации, основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника апелляционный суд не усмотрел.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 69 Кодекса обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.  

В кассационной жалобе ФИО1 просит суд округа исключить из мотивировочной части постановления суда от 07.03.2025 выводы о заключении устного договора. Однако апелляционный суд в постановлении указал обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Ростовской области от 26.10.2021 по делу № А53-3263/2021, со ссылкой на данный судебный акт. Никаких новых фактов суд апелляционной инстанции не устанавливал. Кассатор не доказал, что цитирование судебного акта нарушает его права и законные интересы.  

Между тем апелляционный суд не учел следующее. 

При рассмотрении дела истец последовательно указывал, что корпорация, впоследствии исключенная регистрирующим органом из ЕГРЮЛ в связи с недостоверностью сведений о юридическом лице, имела непогашенную задолженность перед обществом, которая носила бесспорный характер, поскольку подтверждена судебными актами.  

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированное (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительно его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.  

Конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица. Наоборот, он обычно скрывает наличие возможности оказания влияния на должника. Его отношения с подконтрольным обществом не регламентированы какими-либо нормативными  

или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения.  

В такой ситуации судам следовало проанализировать поведение привлекаемого к ответственности лица и должника. О наличии подконтрольности, в частности, могли свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим интересам должника и одновременно ведут к существенному приросту имущества лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности.  

Судебная коллегия также не оценила возражения общества о вхождении ФИО1 в совет директоров должника, что подтверждается протоколами заседания совета директоров корпорации от 22.11.2018.  

Согласно протоколу заседания совета директоров должника от 03.06.2019 № 8/18. (том 4, л. д. 98) ФИО1 избран председателем совета директоров корпорации, а ФИО3 – генеральным директором должника.  

Суды в полной мере не исследовали доводы истца о том, что совместное участие ответчиков в совете директоров корпорации, осуществляющем общее руководство деятельностью этого акционерного общества (пункт 19.1. устава должника, том 5, л. д. 127 – 132), наличие у совета директоров полномочий по избранию генерального директора (подпункт 8 пункта 19.2. устава должника) и замещение ФИО1 должности председателя совета директоров должника (пункт 19.6. устава должника, том 5, л. д. 127 – 132) указывают на синхронное управление ответчиками деятельностью должника.  

Кроме того, суды необоснованно уклонились от исследования обстоятельств о наличии корпоративного конфликта, имеющих существенное значение для правильного разрешения спора.  

При рассмотрении спора ФИО3 и ФИО1 неоднократно ссылались на то, что задолженность истца возникла из-за действий самого общества.  

Если доводы об имеющемся в корпорации корпоративном конфликте соответствуют действительности, то судам необходимо было исходить из следующего.  

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757, иск о привлечении к субсидиарной ответственности является групповым косвенным иском, так как предполагает предъявление полномочным лицом в интересах группы лиц, объединяющей правовое сообщество кредиторов должника, требования к контролирующим лицам, направленного на компенсацию последствий их негативных действий по доведению должника  

до банкротства.  

Наряду с конкурсным оспариванием (которое также осуществляется посредством предъявления косвенного иска) институт субсидиарной ответственности является правовым механизмом защиты нарушенных прав конкурсных кредиторов, возмещения причиненного им вреда.  

В отношении конкурсного оспаривания судебной практикой выработано толкование, согласно которому при разрешении такого требования имущественные интересы сообщества кредиторов несостоятельного лица противопоставляются интересам контрагента (выгодоприобретателя) по сделке. Соответственно, право на конкурсное оспаривание в материальном смысле возникает только тогда, когда сделкой нарушается баланс интересов названного сообщества кредиторов и контрагента (выгодоприобретателя), последний получает то, на что справедливо рассчитывали первые (определения Верховного Суда Российской Федерации от 03.08.2020 № 306-ЭС20-2155, от 26.08.2020 № 305-ЭС20-5613).  

Равным образом при разрешении требования о привлечении к субсидиарной ответственности интересы кредиторов противопоставляются лицам, управлявшим должником, контролировавшим его финансово-хозяйственную деятельность. Таким образом, требование о привлечении к субсидиарной ответственности в материально-правовом смысле принадлежит независимым от должника кредиторам, является исключительно их средством защиты.  

Именно поэтому абзац третий пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве устанавливает правило, по которому в размер субсидиарной ответственности не включаются требования, принадлежащие ответчику либо заинтересованным по отношению к нему лицам.  

Однако, по утверждению ответчиков, в рассматриваемом случае истец и их аффилированные лица являлись причастными к управлению должником, то есть общество не имеет статуса независимого кредитора. В то же время механизм привлечения к субсидиарной ответственности не может быть использован для разрешения корпоративных споров.  

Вместе с тем при рассмотрении спора ни судом первой, ни судом апелляционной инстанций не дана оценка такому нетипичному (нестандартному) поведению истца, нехарактерному для независимого участника хозяйственного оборота применительно к масштабам его деятельности, как выкуп акций в отсутствие ликвидного обеспечения.  

Вопреки требованиям статей 71, 168 и 170 Кодекса, суды первой и апелляционной инстанций не дали правовой оценки этим доводам и представленным ответчиками  

в подтверждение их доводов доказательствам.  

Таким образом, суды не установили, является ли общество независимым кредитором, требования которого подлежит защите путем привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности в материально-правовом смысле.  

На основании изложенного суд округа приходит к выводу о том, что обжалуемый судебный акт в части вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО3 принят с нарушением норм материального права, а выводы апелляционного суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.  

Решение суда первой инстанции в части вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО3 также не может быть признано законным и обоснованным, поскольку принято с нарушением норм процессуального права, что установлено апелляционным судом, а также без учета приведенных норм материального права и при неполном исследовании обстоятельств дела.  

В соответствии с частью 1 статьи 288 Кодекса основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.  

Согласно пункту 3 части 1 статьи 287 Кодекса суд кассационной инстанции по результатам рассмотрения кассационной жалобы вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и направить дело на новое рассмотрение в соответствующий арбитражный суд, решение, постановление которого отменено или изменено, если выводы, содержащиеся в обжалуемых решении, постановлении, не соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам или имеющимся в деле доказательствам.  

Поскольку судебные акты не могут быть признаны судом кассационной инстанции законными и обоснованными, они подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции в части вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО3 (пункт 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

Постановление апелляционного суда от 07.03.2025 в части отказа от иска  

к ФИО4 и прекращения производства в указанной части не обжаловано, поэтому подлежит оставлению без изменения.  

При новом рассмотрении суду следует устранить указанные нарушения с учетом имеющихся в деле доказательств и всех доводов и возражений сторон правильно применить нормы материального права, принять законный и обоснованный судебный акт.  

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.03.2025 по делу № А53-35970/2023 в части отказа от иска к ФИО4 и прекращения производства в указанной части оставить без изменения.  

В остальной части решение Арбитражного суда Ростовской области от 08.02.2024 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.03.2025 по делу № А53-35970/2023 отменить, в отмененной части дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий Т.Г. Истоменок  

Судьи Ю.В. Мацко Ю.О. Резник