ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А64-908/2017

г. Воронеж

14 июня 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 06 июня 2019

          Постановление в полном объеме изготовлено  14 июня 2019

 

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

 

председательствующего судьи                                           Седуновой И.Г.,

судей                                                                                      Потаповой Т.Б.,

                                                                                                Владимировой Г.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии: 

от финансового управляющего ФИО2 ФИО3: представитель не явился, извещен надлежащим образом;

от ФИО2: представитель не явился, извещен надлежащим образом;

от иных лиц, участвующих в деле: представители не явились, извещены надлежащим образом,

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2 Леонтьева Александра Юрьевича на определение Арбитражного суда Тамбовской области от 20.03.2019 по делу №А64-908/2017 (судья Кобзева С.А.),

по заявлению финансового управляющего ФИО2 Леонтьева Александра Юрьевича о признании договора дарения от 21.04.2014, заключенного между ФИО2 и ФИО5, недействительным и применении последствий недействительности сделки, 

в рамках дела о признании несостоятельной (банкротом) ФИО2 (ИНН 

<

***>), 

 

 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Тамбовской области от 03.04.2019 заявление о признании ФИО2 (далее - ФИО2, должник) несостоятельной (банкротом) принято к производству.

Определением Арбитражного суда Тамбовской области от 25.07.2017 в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО6.

Решением Арбитражного суда Тамбовской области от 23.11.2017 ФИО2 признана банкротом, в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина.

Определением Арбитражного суда Тамбовской области от 05.03.2018 ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО2, финансовым управляющим утвержден ФИО3

Финансовый управляющий ФИО3 обратился в суд с заявлением о признании недействительным договора дарения от 21.04.2014, заключенного между ФИО2 и ФИО5,  и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда Тамбовской области от 20.03.2019 в удовлетворении вышеуказанного заявления отказано.

Не согласившись с вынесенным определением и ссылаясь на его незаконность и необоснованность, финансовый управляющий ФИО2 ФИО3 обратился в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

В судебное заседание апелляционной инстанции представители финансового управляющего ФИО3, ФИО2 и иных лиц, участвующих в деле, не явились.

Учитывая наличие у суда доказательств их надлежащего извещения о времени и месте судебного разбирательства, апелляционная жалоба рассматривалась в их отсутствие в порядке статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции считает, что определение Арбитражного суда Тамбовской области от 20.03.2019 следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, в ходе осуществления финансовым управляющим своих обязанностей по выявлению активов должника было установлено, что согласно сведениям, содержащимся в Едином государственном реестре недвижимости о переходе прав на объект недвижимости от 23.04.2018 №68/001/102/2018-12861, должник по договору дарения от 24.01.2014 произвел отчуждение объекта недвижимости – квартиры (кад. №68:29:0103012:438), находящейся по адресу: 

<

...>,  ФИО5.

Ссылаясь на то, что данная сделка является недействительной по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве, а также на основании статей 10, 168 АПК РФ, поскольку совершена с целью избежать обращения взыскания на объект недвижимости и, следовательно, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, финансовый управляющий ФИО3 обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявления финансового управляющего, суд первой инстанции исходил из того, что Законом о банкротстве не предоставлено право финансовому управляющему оспаривать договор дарения от 21.04.2014 по специальным основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве, а совокупность условий, необходимых для признания сделки недействительной на основании статьи 10 ГК РФ, финансовым управляющим не доказана. Кроме того, вышеуказанная квартира является единственным пригодным жилым помещением для постоянного проживания должника и его дочери и при возврате ее в конкурсную массу должника будет защищена исполнительским иммунитетом.

Суд апелляционной инстанции считает выводы арбитражного суда первой инстанции соответствующими законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

В силу пункта 1 статьи 61.1 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 №154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» установлено, что пункты 1, 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

Таким образом, оспаривание сделок должника-гражданина, не обладающего статусом индивидуального предпринимателя, по специальным основаниям Закона о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3) возможно только в отношении сделок, заключенных после 01.10.2015.

Поскольку оспариваемый договор заключен 21.04.2014, то есть до 01.10.2015, и доказательства того, что должник на момент совершения сделки имел статус индивидуального предпринимателя, отсутствуют, то данный договор может быть оспорен только на основании статьи 10 ГК РФ, а не по специальным основаниям ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Статья 10 ГК РФ предусматривает, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Исходя из анализа пункта 1 статьи 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Согласно разъяснениям, данным в  пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

О злоупотреблении сторонами правом при заключении договоров дарения и купли-продажи свидетельствует совершение спорных сделок не в соответствии с их обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное имущество должника. 

При решении вопроса о наличии в поведении того или иного лица признаков злоупотребления правом суд должен установить, в чем заключалась недобросовестность его поведения при заключении оспариваемых договоров, имела ли место направленность поведения лица на причинение вреда другим участникам гражданского оборота, их правам и законным интересам, учитывая и то, каким при этом являлось поведение и другой стороны заключенного договора (определение Верховного Суда РФ от 12.08.2014 №67-КГ14-5)

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем такая сделка подлежит признанию недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ.

В соответствии со статьей 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Таким образом, характерным признаком названного договора является безвозмездность, которая исходя из смысла указанной нормы права означает, что даритель не получает никакого встречного предоставления со стороны одаряемого.

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которое оно ссылается в обоснование своих требований и возражений. 

Между тем,  финансовым управляющим ФИО3 не доказана недобросовестность сторон при заключении оспариваемого договора дарения, в частности, что договор был заключен с целью вывода ликвидных активов и причинения вреда имущественным правам и интересам кредиторов.

Так, кредиторская задолженность у ФИО2 на момент заключения договора дарения отсутствовала. Доказательства того, что в отношении нее имелись судебные акты, свидетельствующие о взыскании с нее сумм задолженности, не представлены.

Таким образом, отсутствуют основания полагать, что на момент заключения оспариваемого договора ФИО2 обладала признаками неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При отсутствии доказательств наличия неисполненных обязательств перед кредиторами на момент совершения оспариваемой сделки заключение договора дарения между близкими родственниками (ФИО5 является матерью ФИО2) само по себе не свидетельствует о злоупотреблении сторонами при заключении договора дарения, так как является их правом.

Довод финансового управляющего о наличии кредиторской задолженности у ООО «ОКТА» правомерно признан судом первой инстанции несостоятельным по следующим основаниям.

Протоколом от 27.03.2014 №15 единолично одним из участников ООО «ОКТА» было принято решение об отстранении ФИО2 от должности генерального директора, в дальнейшем данный протокол был признан недействительным.

Поскольку дело №А64-1104/2015 о несостоятельности (банкротстве) ООО «ОКТА» возбуждено 20.03.2015, то есть спустя практически год после заключения оспариваемого договора дарения, то ФИО2 не могла предвидеть возбуждение дела о банкротстве ООО «ОКТА».

Как верно отметил суд первой инстанции, основной целью любой коммерческой организации является извлечение прибыли, и наличие кредиторской задолженности у ООО «ОКТА» в определенный момент времени не характеризует договор дарения от 21.04.2014 как сделку, совершенную со злоупотреблением правом. При этом у ООО «ОКТА» имелись основные средства, запасы, дебиторская задолженность.

Довод финансового управляющего о том, что договор дарения имеет признаки мнимой сделки, поскольку фактически ФИО2 проживает в спорной квартире, правомерно отклонен судом области как не подтвержденный документально.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу приведенной нормы права, стороны мнимой сделки при ее заключении не имеют намерения устанавливать, изменять либо прекращать права и обязанности ввиду ее заключения, то есть стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении требования о признании той или иной сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение исполнять соответствующую сделку.

Из положений статей 168, 170 ГК РФ и положений Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25 ноября 2008 года № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что одним из показателей мнимости сделки служит несовершение сторонами тех действий, которые предусматриваются данной сделкой. Если же стороны выполнили вытекающие из сделки права и обязанности, то признать такую сделку мнимой нельзя, даже если первоначально они не имели намерения ее исполнять.

Как установлено судом, согласно выписке Филиала ФГБУ «ФКП Росреестра» по Тамбовской области от 23.04.2018 №68/001/102/2018-12861, право собственности ФИО2 на помещение (квартиру), расположенное по адресу 

<

...> прекращено 07.05.2014. Основанием прекращение права собственности на указанный объект недвижимого имущества является договор дарения.

Следовательно, фактические отношения между сторонами свидетельствуют о наличии у них воли именно на передачу квартиры в дар, что исключает наличие у сделки признаков мнимости.

Учитывая недоказанность того, что при заключении оспариваемой сделки стороны действовали исключительно с намерением причинить вред имущественным правам кредиторов должника, в обход закона с противоправной целью, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении требований финансового управляющего о признании договора дарения недействительным на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ.

Кроме того, судом принято во внимание то обстоятельство, что вышеуказанная квартира является единственным пригодным жилым помещением для постоянного проживания должника и его дочери и при возврате ее в конкурсную массу должника будет защищена исполнительским иммунитетом.

По правилам статьи  24 Гражданского кодекса РФ гражданин отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом, за исключением имущества, на которое в соответствии с законом не может быть обращено взыскание. Перечень имущества граждан, на которое не может быть обращено взыскание, устанавливается гражданским процессуальным законодательством.

Положениями части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса РФ установлено, что взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности: жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением.

Конституционный Суд РФ в определении от 04.12.2003 № 456-О указал на то, что положения статьи 446 ГПК РФ, запрещающие обращать взыскание не на любое принадлежащее должнику жилое помещение, а лишь на то, которое является для него единственным пригодным для проживания, направлены на защиту конституционного права на жилище не только самого должника, но и членов его семьи, в том числе находящихся на его иждивении несовершеннолетних, престарелых, инвалидов, а также на обеспечение охраны государством достоинства личности, как того требует статья 21 (часть 1) Конституции Российской Федерации, условий нормального существования и гарантий социально-экономических прав в соответствии со статьей 25 Всеобщей декларации прав человека.

Согласно пункту 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов. Поэтому не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если на момент рассмотрения спора в данном помещении продолжают совместно проживать должник и члены его семьи и при возврате помещения в конкурсную массу оно будет защищено исполнительским иммунитетом (статья 446 ГК РФ).

Из материалов дела следует, что ФИО2 зарегистрирована по адресу: 

<

...>. Данная квартира является единственным пригодным жилым помещением для постоянного проживания должницы и ее дочери.

Доказательств, свидетельствующих об обратном,  заявителем в материалы дела не представлено, также как и доказательств того, что после совершения оспариваемой сделки у ФИО2 возникло право собственности либо пользования иным жилым помещением (ст. 9 АПК РФ).

Поскольку указанная квартира является единственным пригодным для постоянного проживания должника и члена его семьи жилым помещением, то в силу наделения ее исполнительским иммунитетом она не подлежит включению в конкурсную массу и за счет этого имущества не могут быть удовлетворены требования кредиторов, в связи с чем спорная сделка по отчуждению указанного имущества не может причинить вред имущественным правам кредиторов.

Данная правовая позиция подтверждается сложившейся судебной практикой (Определение Верховного Суда РФ от 19.11.2017 №306-ЭС17/2120(2), Определение Верховного Суда РФ от 10.08.2018 №302-ЭС18-10958).

Доводы апелляционной жалобы, с учетом вышеизложенного, нельзя признать состоятельными, поскольку они фактически сводятся к повторению обоснованно отклоненных судом первой инстанции доводов и не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, т.к. не свидетельствуют о неправильном применении арбитражным судом области норм материального или процессуального права, а выражают лишь несогласие с ними.

Убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит, в силу чего удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно ст.270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционным судом не установлено.

С учетом вышеизложенного, определение Арбитражного суда Тамбовской области от 20.03.2019 по делу № А64-908/2017 следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в сумме 3 000 руб. согласно статье 110 АПК РФ относится на заявителя апелляционной жалобы (уплачена при подаче жалобы по чеку-ордеру от 08.05.2019 (операция №203).

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Тамбовской области от 20.03.2019 по делу № А64-908/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

        Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в месячный срок  через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

      Председательствующий судья                                        И.Г. Седунова 

      Судьи                                                                                 Т.Б. Потапова

                                                                                                      Г.В. Владимирова