АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

ул. Большая Покровская, д. 1, Нижний Новгород, 603000

http://fasvvo.arbitr.ru

______________________________________________________________________________

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

Нижний Новгород

Дело № А43-39647/2018

30 октября 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 23.10.2025.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Прытковой В.П.,

судей Белозеровой Ю.Б., Кузнецовой Л.В.

при участии арбитражного управляющего

ФИО1,

ФИО2, 

ее представителя ФИО3 по доверенности от 22.05.2024,

представителя от ФИО4:

ФИО5 по доверенности от 02.07.2025

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу 

арбитражного управляющего 

ФИО1

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2025

по делу № А43-39647/2018 Арбитражного суда Нижегородской области

по ходатайству финансового управляющего 

ФИО1

о завершении процедуры реализации имущества 

ФИО2

и   у с т а н о в и л : 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 финансовый управляющий её имуществом ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Нижегородской области с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества должника.

Арбитражный суд Нижегородской области определением от 10.07.2024 завершил процедуру реализации имущества ФИО2, не освободив ее от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

Первый арбитражный апелляционный суд постановлением от 09.06.2025 отменил определение суда первой инстанции в части неприменения к должнику правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств, принял новый судебный акт, которым ФИО2 освобождена от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

Не согласившись с состоявшимся постановлением, бывший финансовый управляющий имуществом должника ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит его отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы заявитель приводит следующие доводы. 

Суд апелляционной инстанции не принял во внимание совершение должником недобросовестных действий, в том числе уклонение от передачи в конкурсную массу производственной сушилки Niro Atomizer. ФИО2 неоднократно сообщала финансовому управляющему недостоверные сведения о месте нахождения сушилки,  в результате чего ФИО1 обратилась в арбитражный суд с заявлением об обязании должника передать имущество, которое было удовлетворено постановлением апелляционного суда от 11.10.2022. В результате часть сушилки обнаружена непосредственно перед завершением процедуры реализации имущества. 

Апелляционный суд пришёл к неверному выводу о том, что совершение должником недействительных сделок не свидетельствует о его недобросовестности. В ходе производства по делу о банкротстве признаны недействительными два договора купли-продажи квартир, заключенные должником при злоупотреблении правом в целях вывода ликвидного имущества из конкурсной массы (определения от 06.02.2020, от 19.03.2020). Кроме того, определением от 18.12.2019 суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления ФИО6 о включении требований в размере 32 000 000 рублей в реестр требований кредиторов должника. Суд пришел к выводу об аффилированности заявителя и должника, о создании мнимой задолженности. Вопреки выводу апелляционного суда, ФИО2 участвовала в рассмотрении заявления кредитора и подтверждала обоснованность его требований.

Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе и поддержаны им в судебном заседании.

Кредитор должника ФИО4 в отзыве и его представитель в судебном заседании поддержали позицию, изложенную в кассационной жалобе, указали на необходимость отмены принятого постановления.

ФИО2 в отзыве и её представитель в судебном заседании возражали относительно отмены судебного акта, сославшись на его законность и обоснованность.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания, явку представителей в заседание суда округа не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, Арбитражный суд Нижегородской области решением от 19.06.2019 признал ФИО2 несостоятельной (банкротом), ввел в отношении неё процедуру реализации имущества, утвердил финансовым управляющим ФИО1 

Реестр требований кредиторов должника сформирован в общей сумме 22 931 181 рублей 96 копеек (три кредитора), в том числе требования ФИО4 в размере 21 836 311 рублей 86 копеек. 

Требования кредиторов погашены на общую сумму 411 834 рубля 30 копеек.

Финансовый управляющий представил в суд первой инстанции ходатайство о завершении процедуры реализации имущества должника, а также отчет о результатах проведения процедуры, иные документы, предусмотренные Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Кроме того, ФИО1 просила не применять к ФИО2 правило об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами. Кредитор ФИО4 поддержал позицию финансового управляющего. 

Завершив процедуру реализации имущества должника, суды двух инстанций исходили из того, что все необходимые мероприятия проведены, причин для её продления не имеется. 

Суд первой инстанции пришёл к выводу о том, что ФИО2 совершила действия, которые свидетельствуют о ее недобросовестности, вследствие чего она не подлежит освобождению от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

Суд апелляционной инстанции, установив, что совершенные должником действия не повлекли причинение вреда имущественным интересам кредиторов, отменил определение суда первой инстанции в части неосвобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств и применил к ФИО2 соответствующее правило. 

Обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в соответствии со статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалуемого постановления, заслушав лиц, явившихся в судебное заседание, Арбитражный суд Волго-Вятского округа не установил правовых оснований для его отмены. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее – освобождение гражданина от обязательств).

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо неисполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и тому подобное), суд, руководствуясь статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение в отношении этого должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

Соответственно, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами, добросовестность участников гражданских правоотношений, разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В обоснование заявления о неприменении к должнику правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств финансовый управляющий сослался на то, что ФИО2 в пределах трех лет до возбуждения дела о банкротстве совершила сделки с недвижимым имуществом, которые были признаны недействительными, не исполнила обязанность по передаче имущества – производственной сушилки Niro Atomizer, а также поддерживала заявление ФИО6 о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности, основанной на мнимом договоре.

Суд апелляционной инстанции установил, что суд первой инстанции определением от 06.02.2020 признал недействительной сделкой договор дарения от 06.02.2017, заключенный ФИО2 и ФИО7 в отношении квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>.

Кроме того, определением от 19.03.2020 суд первой инстанции признал недействительной сделкой договор купли-продажи от 02.10.2017, заключенный ФИО2 и ФИО8 в отношении квартиры, распложенной по адресу: 

<

...>. 

Подробно исследовав условия и последствия совершения оспоренных сделок, суд апелляционной инстанции установил, что денежные средства, вырученные в результате продажи квартиры № 16, израсходованы должником на погашение ипотечного кредита перед публичным акционерным обществом Банком «Возрождение», в связи с чем кредитная организация сняла обременение с объекта недвижимости и не подала заявление о включении требований в реестр требований кредиторов должника.

В соответствии со статьей 138 Закона о банкротстве, в случае включения требования кредитной организации в реестр требований кредиторов должника, её требования подлежали бы погашению за счет продажи залогового имущества. 

Кроме того, в результате признания сделки недействительной в конкурсную массу должника была включена дебиторская задолженность ФИО8, впоследствии реализованная на торгах за 500 000 рублей, которые были израсходованы на погашение кредиторской задолженности.

В отношении квартиры № 14 суд установил, что определением от 09.07.2021 указанное жилое помещение исключено из конкурсной массы должника как единственное пригодное для проживания ФИО2 и членов её семьи. 

При рассмотрении заявления должника об исключении имущества из конкурсной массы, суды первой, апелляционной и кассационной инстанций пришли к аналогичному выводу о том, что при наличии у спорной квартиры статуса единственного жилья, ее дарение в пользу матери не являлось злоупотреблением правом, так как жилье осталось во владении семьи ФИО2 

На основании изложенного суд апелляционной инстанции пришёл к обоснованному выводу о том, что совершение ФИО2 указанных сделок не является обстоятельством, исключающим её освобождение от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, так как их целью не являлось сокрытие имущества в целях уклонения от погашения кредиторской задолженности. Данные сделки не оказали существенного влияния на финансовое положение должника и не являлись причиной его банкротства. 

В кассационной жалобе заявитель не привел фактов, которые не были бы учтены апелляционным судом при оценке поведения ФИО2 в части совершения сделок по продаже своего имущества. Сам по себе факт признания сделок недействительными безусловным основанием для отказа в освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами не является.  

Проанализировав позицию финансового управляющего по вопросу уклонения должника от передачи имущества – сушилки Niro Atomizer, суд апелляционной инстанции пришёл к выводу о том, что приведенные заявителем факты не свидетельствуют о совершении должником умышленных или недобросовестных действий, препятствующих формированию конкурсной массы. 

Апелляционный суд учел, что разногласия должника с финансовым управляющим по поводу передачи и принятия сушилки неоднократно являлись предметом длительного рассмотрения в суде в рамках настоящего дела о банкротстве.

Из материалов дела усматривается, что сушилка была обнаружена судебным приставом-исполнителем в месте, указанном должником (

<

...>).

Финансовый управляющий провел торги по продаже сушилки с начальной ценой продажи 100 000 рублей. Торги признаны несостоявшимися ввиду отсутствия заявок от участников. 

Мажоритарный кредитор должника ФИО4 (95,2 процента от общего числа голосов кредиторов, включенных в реестр) на собрании кредиторов, состоявшемся 29.05.2024, принял решение об оставлении имущества ФИО2; кредитор от принятия имущества в счет погашения требований отказался.

В ходе рассмотрения апелляционной жалобы должника проведена судебная экспертиза, согласно результатам которой (заключение от 14.04.2025 № 20-25С) рыночная стоимость сушилки составила  165 000 рублей (по состоянию на дату проведения осмотра имущества). 

Совокупность фактов, установленных судом апелляционной инстанции относительно обстоятельств передачи должником сушилки финансовому управляющему, ее розыска, в том числе с участием органов внутренних дел и судебных приставов, позволила суду апелляционной инстанции прийти к выводу об отсутствии доказательств того, что снижение рыночной стоимости сушилки обусловлено умышленными или незаконными действиями (бездействием) ФИО2

Доводы об обратном, изложенные в кассационной жалобе, документально не подтверждены. Финансовый управляющий настаивает на том, что должник не предпринимал активных мер по поиску и передаче сушилки в конкурсную массу, вместе с тем, в материалах дела имеется многочисленная переписка ФИО2 как с ФИО1, так и с Федеральной службой судебных приставов, касающаяся известного должнику места нахождения имущества и необходимости принять меры по его осмотру и принятию. 

Финансовый управляющий, в свою очередь, документально не подтвердил свою позицию о том, что он в кратчайшие сроки принимал все доступные меры для поиска сушилки и не смог ее обнаружить по адресу, на который указывала ФИО2 в своих письмах.

При таких обстоятельствах аргумент заявителя о том, что должник умышленно скрывал имущество в целях недопущения его поступления в конкурсную массу, не может быть признан обоснованным.  

В качестве еще одного основания для отказа в применении правила об освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств финансовый управляющий сослался на то, что ФИО2 содействовала включению в реестр требований кредиторов должника требования ФИО6, основанного на мнимом договоре займа. 

Из материалов дела следует, что суд первой инстанции определением от 18.12.2019 отказал ФИО6 в удовлетворении заявления, в том числе по мотиву непредставления оригиналов договора займа и расписок к нему. 

Оценив процессуальное поведение должника при рассмотрении указанного обособленного спора, суд апелляционной инстанции пришёл к выводу о том, что оно не является недобросовестным. ФИО2 не представляла суду документы, подтверждающие обоснованность требований ФИО6 Обстоятельства, свидетельствующие о намеренной фальсификации сторонами доказательств, судами не установлены.

Само по себе участие в судебном заседании по рассмотрению заявления о включении требований в реестр требований кредиторов, на которое заявитель ссылается в кассационной жалобе, не может служить мотивом для неприменения к ФИО2 правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств.  

К признакам недобросовестного поведения гражданина, при которых невозможно использовать особый порядок освобождения от погашения задолженности через процедуры банкротства, в соответствии с абзацами первым и четвертым пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве относятся привлечение гражданина к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина; незаконные действия должника при возникновении или исполнении обязательства, на котором кредитор основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, в том числе предоставление кредитору заведомо ложных сведений при получении кредита.

Указанные обстоятельства в настоящем деле отсутствуют. Признаки преднамеренного и фиктивного банкротства ФИО2 или совершение должником недобросовестных действий в целях причинения ущерба кредиторам апелляционным судом не установлены. 

Приведенные в кассационной жалобе доводы не опровергают выводы суда апелляционной инстанции, основанные на исследованных доказательствах, установленных обстоятельствах и нормах права, и не свидетельствуют о наличии в принятом постановлении нарушений норм материального или процессуального права, приведших к допущению судебной ошибки.

Несогласие заявителя с результатами оценки судом имеющихся в материалах дела доказательств и выводами, сделанными на их основе, достаточным основанием для отмены  постановления являться не может, поскольку такая позиция ФИО1 по сути направлена на переоценку имеющихся в деле доказательств по вопросу поведения ФИО2 в ходе процедуры банкротства и установленных судом фактических обстоятельств, что в силу положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в суде кассационной инстанции недопустимо. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены судебного акта, судом округа не выявлено.

В соответствии со статьями 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина за рассмотрение кассационной жалобы составляет 20 000 рублей, расходы по уплате которой относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 287 (пункт 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2025 по делу № А43-39647/2018 Арбитражного суда Нижегородской области оставить без изменения, кассационную жалобу арбитражного управляющего ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

           Председательствующий

В.П. Прыткова

 Судьи

Ю.Б. Белозерова

Л.В. Кузнецова