ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-37926/2020

 

Дело № А40-179477/18

г. Москва

23 сентября 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 сентября 2020 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 23 сентября 2020 года                                                         

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  В.В. Лапшиной, 

судей И.М. Клеандрова, Р.Г. Нагаева

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  ООО «РГСН» на определение Арбитражного суда г. Москвы от 30.06.2020, вынесенное судьей Готыжевой З.М., об отказе в удовлетворении требования ООО «РГСН» о включении требовании в реестр требований кредиторов ООО «РГС Активы»по делу № А40-179477/18 о банкротстве ООО «РГС АКТИВЫ»

при участии в судебном заседании:

от к/у ООО «РГСН» - ФИО2 дов от 01.06.2020

к/у ООО «РГС АКТИВЫ» - ФИО3 решение АСгМ от 07.11.18

от ПАО Банк  «ФК «Открытие» - ФИО4 дов от 28.03.19

Иные лица не явились, извещены.

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 07.11.2018 в отношении ООО «РГС АКТИВЫ» открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО3. Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» 20.07.2019 № 127 (6607). 

В рамках дела о банкротстве должника 11.01.2019 ООО «РГСН» в лице ликвидатора ФИО5 обратилось с требованием о включении требований в реестр требований кредиторов должника ООО «РГС АКТИВЫ» в размере 3 284 018 592,85 рубля 85 копеек (в том числе сумма основного долга по векселям: 2 942 707 000 рублей, и начисленные на 07.11.2018 проценты: 341 311 592,85 рубля 85 копеек.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.06.2020 года в удовлетворении требования ООО «РГСН» о включении требовании в реестр требований кредиторов ООО «РГС Активы» отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, ООО «РГСН» обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.

От конкурсного управляющего должника поступил отзыв на апелляционную жалобу.

Представитель апеллянта поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме.

Представитель конкурсного управляющего должника, ПАО Банк  «ФК «Открытие» возражали по доводам жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Законность и обоснованность принятого определения проверены в соответствии со статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, считает, что оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта не имеется в силу следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Судом первой инстанции установлено, что в обоснование заявленных требования кредитор ссылался на то, что он является векседержателем двух веселей: вексель ООО «РГС Активы» серии РА №310817 на сумму 38 875 000 рублей с оплатой не ранее 21.07.2019; вексель ООО «РГС Активы» серии РА №210817 на сумму 2 903 832 000 рублей с оплатой не ранее 21.07.2019.

Таким образом, ООО «РГСН» основывает свои требования на векселях должника серии РА № 210817 на сумму 2 903 832 000 рублей с оплатой не ранее 21.07.2019 и серии РА № 310817 на сумму 38 875 000,00 рублей с оплатой не ранее 21.07.2019.

Также согласно заявлению по состоянию на 07.11.2018 по указанным векселям начислены проценты в общей сумме 3 284 018 592,85 руб.

В подтверждение заявленных требований кредитором приложены копии векселей.

На основании п. 6 ст. 16 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

В соответствии с п. 1 ст. 71 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" требования кредиторов в процедуре наблюдения направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований.

В силу п. п. 3 - 5 ст. 71 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

Согласно разъяснениям п. 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

О применении вышеуказанных правил в деле о банкротстве указывалось в п. 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 5 (2017) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017), согласно которому к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования.

В условиях конкуренции кредиторов за распределение конкурсной массы для пресечения различных злоупотреблений законодательством, разъяснениями высшей судебной инстанции и судебной практикой выработаны повышенные стандарты доказывания требований кредиторов. Суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

В соответствии с ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со статьями 142, 143 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) вексель представляет собой документ, удостоверяющий с соблюдением установленной формы и обязательных реквизитов имущественные права, осуществление или передача которых возможны только при его предъявлении.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.12.2000 N 33/14 "О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с обращением векселей", при рассмотрении требований об исполнении вексельного обязательства судам следует учитывать, что истец обязан предоставить суду подлинный документ, на котором он основывает свое требование, поскольку осуществление права, удостоверенного ценной бумагой, возможно только по ее предъявлении (п. 1 ст. 142 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из этого следует, что вексельное обязательство может быть подтверждено в суде только при предоставлении оригинала векселя, соответствующего определенным критериям.

При этом, в силу статей 16, 43, 77 Положения о переводном и простом векселе, утвержденного постановлением ЦИК СССР и СНК СССР от 07.08.1937 N 104/1341 (далее - Положение) для удостоверения прав на получение вексельной задолженности предъявление подлинного векселя является обязательным, в связи, с чем требование по вексельной задолженности может быть подтверждено в арбитражном суде исключительно путем предъявления подлинного векселя указанным в нем векселедержателем либо лицом, право которого основано на непрерывном ряде индоссаментов, совершенных на векселе.

Отсутствие у него векселя само по себе не может служить основанием к отказу в иске, если судом будет установлено, что вексель был передан векселедателю в целях получения платежа и этот платеж не был получен.

В абз. 2 п. 24 Постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ N 14 от 04.12.2000 г. также указано, что при рассмотрении споров, связанных с неисполнением вексельных обязательств, судам следует руководствоваться ст. 408 ГК РФ, в соответствии с которой нахождение долгового документа (векселя) у должника удостоверяет, пока не доказано иное, прекращение обязательств. Бремя доказывания факта неполучения платежа в этом случае лежит на кредиторе по векселю.

В данном случае подлинники векселей при подаче заявления о включении требований в реестр не предъявлялись, при этом доказательств их передачи должнику кредитор не представил.

Кроме того, при рассмотрении вопроса об обоснованности требования кредитора, основанного на векселях, недостаточно установления формального соответствия векселя требованиям к форме и содержанию, судом должны быть исследованы обстоятельства, связанные с приобретением кредитором вексельных прав, а также обстоятельства, связанные с выдачей должником векселя.

Для выяснения обстоятельств в целях рассмотрения настоящего спора заявителем требования должны быть представлены доказательства, подтверждающие реальность сделок, лежащих в основании выдачи векселей; реальность сделок, совершенных с векселями; наличие разумной экономической цели совершения сделок с векселями, при этом обязанность доказывания указанных оснований возлагается на заявителя.

Держателю векселя для включения своих требований по векселю в реестр требований кредиторов, помимо предъявления самого векселя, надлежит доказать и наличие, и реальность требования, лежащего в основе выдачи данной ценной бумаги.

Если обязательства, лежащие в основе выдачи векселя, не могут быть подтверждены в судебном заседании, то ставится под сомнение возможность включения требований по векселю в реестр требований кредиторов.

Для разрешения указанной категории споров заинтересованному лицу необходимо представить доказательства, подтверждающие реальность совершенных с векселями сделок, в том числе, подтвердить факт существования обязательств, в связи с которыми были переданы векселя; предоставить доказательства, подтверждающие реальность сделки.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, заявитель не представил доказательств, подтверждающих реальность вексельного обязательства.

При отсутствии вышеуказанных доказательств формальное наличие векселя у лица, получившего его в отсутствие какого-либо обязательства, не может являться основанием для признания вексельного долга обоснованным (ст. 10 ГК РФ, п. 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 ГК РФ").

Доказательств экономической целесообразности приобретения кредитором векселей также не представлено.

Кроме того судом первой инстанции установлена фактическая аффилированность должника и кредитора на основании представленных доказательств.

Определением Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ № 308-ЭС161475 от 15.06.2016 по делу № А53-885/2014 в правоприменительную практику было введено понятие «фактическая аффилированность», позволяющее судам в случае отсутствия формально-юридических связей между лицами устанавливать фактический характер их взаимосвязанности.

В указанном определении Верховный Суд РФ отметил, что доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежности лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Доказывание фактической аффилированности может осуществляться любыми не запрещенными процессуальным законом средствами, в том числе, в случае, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

Судом первой инстанции указанная правовая позиция была принята во внимание при рассмотрении настоящего обособленного спора и отражена в обжалуемом судебном акте.

По смыслу п. 3 ст. 53.1 ГК РФ, разъяснений, изложенных в п. 3 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих конечных бенефициаров является наличие у него фактической возможности давать обязательные для исполнения указания или иным образом определять действия подконтрольных организаций. Осуществление таким бенефициаром фактического контроля возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности.

Конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица. Наоборот, он обычно скрывает наличие возможности оказания влияния. Его отношения с подконтрольными обществами не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения.

В такой ситуации судам необходимо анализировать поведение лиц, довод о вхождении которых в одну группу лиц был заявлен при рассмотрении спора. О наличии их подконтрольности единому центру, в частности, могли свидетельствовать следующие обстоятельства:

действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим интересам одного члена группы и одновременно ведут к существенной выгоде другого члена этой же группы; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одному и тому же лицу и т.д.

Соответствующая правовая позиция была изложена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам от 28.03.2019 N 305-ЭС18-17629(2) (определением ВС РФ от 28.08.2019 N 187-ПЭК19 отказано в передаче надзорной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Президиума ВС РФ; далее также - «Определение ВС РФ № 305-ЭС 18-17629(2)»), учтена судом первой инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора и отражена в судебном акте.

В соответствии с изложенными разъяснениями высшей судебной инстанции фактическая аффилированность Должника и Заявителя жалобы была обоснованно установлена судом первой инстанции на основании следующего.

Как следует из материалов дела, действия Должника, Заявителя жалобы, ООО «ТД «Русь-Капитал» и ООО «Лингвист» синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин.

Судом первой инстанции, на основании представленных в материалы дела доказательств, установлено и, что все сделки по реализации Векселя № 310817 были совершены в один день: договор № 3108/ЦБ-2017/1 купли-продажи векселей от 31.08.2017, заключенный между Должником и ООО «ТД «Русь-Капитал»; договор, заключенный между ООО «ТД «Русь-Капитал» и ООО «Лингвист» и оформляющий передачу Векселя № 310817; договор № 310817 купли-продажи векселей от 31.08.2017, заключенный между ООО «Лингвист» и Заявителем жалобы; соглашение о зачете взаимных требований от 31.08.2017, заключенное между ООО «Лингвист»и Заявителем жалобы .

При этом, у ООО «ТД Русь-Капитал» и ООО «Лингвист» (технические (транзитные) компании) отсутствовала экономическая целесообразность в заключении договоров, оформляющих приобретение и дальнейшую перепродажу Векселя №310817 в тот же день по номинальной стоимости.

В соответствии с правовой позицией ВС РФ, изложенной в Определении ВС РФ № 305-ЭС 18-17629(2), указанное обстоятельство свидетельствует о подконтрольности компаний, выступавших участниками единому центру.

Подконтрольность Должника и Заявителя жалобы ФИО6 установлена судом первой инстанции посредством раскрытия схемы опосредованного участия ФИО6 в уставных капиталах нескольких взаимосвязанных компаний

Судом первой инстанции были установлено, что единственным участником Заявителя жалобы по состоянию на момент совершения цепочки сделок по реализации Векселя № 310817 (31.08.2017) являлась кипрская компания ZANPAXO HOLDINGS LIMITED / Занпаксо Холдинг Лимитед (Кипр), а участником Должника с долей в размере 99,9998 % его уставного капитала – RGS CAPITAL INVESTMENTS LIMITED / РГС Кэпитал Инвестментс Лимитед (Кипр).

При этом в указанный период (21.08.2017 и 31.08.2017) управляла Занпаксо Холдинг Лимитед, РГС Кэпитал Инвестментс Лимитед и Тройсандс Холдинге Лимитед компания GOODGATE SECRETARIAL LIMITED / Гудгейт Секретариал Лимитед (Кипр), а GOODGATE SECRETARIAL LIMITED / Гудгейт Секретариал Лимитед также же управлял входящими в группу компаний «Росгосстрах» и зарегистрированными на Кипре «RGS Assets Limited)), «RGS Life Limited)) и «RGS Holdings Limited)), конечным бенефициаром которых является ФИО6

Указанные выводы суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам спора, основаны на имеющихся в материалах обособленного спора доказательствах: анкете юридического лица (Должника) (раздел «Сведения об аффилированных лицах») на 29.04.2017; информационной выписке из ЕГРЮЛ в отношении Должника по состоянию на 29.11.2017; постановлениях СУ ФСБ России о привлечении ФИО6 в качестве обвиняемого от 06.03.2019, о признании Должника потерпевшим от 11.02.2019 и т.д.

Кроме того, как установил суд первой инстанции, в отношении ФИО6 и подконтрольной ему ФИО7 было возбуждено уголовное дело №11807007701000029 по факту совершения преступлений, направленных на хищение имущества Должника.

Из материалов уголовного также следует, что 17.04.2018 в ходе обыска в ООО «Т.А.Р.Г.Е.Т» и ООО «РГС Активы», расположенных по адресу: 

<

...>, наряду с другими предметами и документами была изъята печати Тройсандс Холдинге Лимитед, ООО «ТД «Русь-Капитал» и ООО «Лингвист» (протокол осмотра предметов (документов) от 04.07.2018).

Юридическое значение печати заключается в удостоверении её оттиском подлинности подписи лица, управомоченного представлять общество во внешних отношениях, а также того факта, что соответствующий документ исходит от индивидуально определенной коммерческой организации как юридического лица, являющегося самостоятельным участником гражданского оборота. Печать общества, при соблюдении им требований разумности и добросовестности, не может находиться в свободном доступе для иных лиц.

Вексель является ордерной документарной ценной бумагой. Он удостоверяет права, осуществление или передача которых возможны только при его предъявлении, и подразумевает наличие требования исполнения по нему только у законного векселедержателя.

Таким образом, печати поименованных выше компаний и оригиналы выданных в их пользу векселей не могли находиться у лиц, не связанных с данными компаниями корпоративно. Соответствующие доводы были заявлены конкурсным управляющим Должника в возражениях относительно Заявления и были признаны судом первой инстанции обоснованными.

Также подконтрольность Должника и Заявителя требований одному бенефициарному владельцу - ФИО6, была установлена арбитражными судами при рассмотрении различных арбитражных дел.

Вступившим в законную силу Определением Арбитражного суда города Москвы от 09.10.2019 по делу № А40-179477/18 о несостоятельности (банкротстве) Должника была установлена подконтрольность ФИО6 Должника и ФИО7, на рабочем месте которой хранились печати подконтрольных ФИО6 российских и иностранных компаний.

Вступившим в законную силу Определением Арбитражного суда города Москвы от 04.02.2020 по делу № А40-36086/2019 о несостоятельности (банкротстве) ООО «РГСН» установлено вхождение Заявителя жалобы в группу компаний, подконтрольных ФИО6

Предметом обособленного спора, по результатам рассмотрения которого было вынесено указанное выше определение, являлась обоснованность требований кипрской компании Герденикс Инвестментс Лимитед к Заявителю жалобы.

Суд при рассмотрении указанного спора пришел к выводам, аналогичным выводам суда первой инстанции в рассматриваемом деле, по результатам установления сходных фактических обстоятельств.

Так, Арбитражным судом города Москвы было установлено, что Zanpaxo Holdins limited (Кипр) (единственный участник Заявителя жалобы до сентября 2017 года) и Герденикс Инвестментс Лимитед в 2017 году управляла кипрская компания GOODGATE SECRETARIAL LIMITED. 

Соответствующие судебные акты были исследованы судом первой инстанции в качестве письменных доказательств наряду со всеми иными доказательствами, представленными сторонами обособленного спора в материалы дела.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, основаниями для отказа во включении требований Заявителя жалобы в реестр требований кредиторов Должника послужил не сам факт аффилированности ООО «РГСН» и ООО «РГС Активы», а установленные судом первой инстанции мнимость цепочки сделок по реализации Векселя № 310817 и наличие в действиях Заявителя жалобы признаков злоупотребления правом.

Доводы Заявителя жалобы о том, что сам факт наличия аффилированности не является основанием для отказа во включении требований таких лиц в реестр требований кредиторов, не имеет правового значения для рассмотрения настоящего обособленного спора. 

Так, основанием для отказа во включении требований ООО «РГСН» в реестр кредиторов Должника послужили иные установленные судом обстоятельства.

Суд первой инстанции квалифицировал цепочку сделок по реализации Векселя № 310817 в качестве мнимой. 

Так, судом было установлено, что Должник, Заявитель жалобы и технические (транзитные) компании ООО «ТД «Русь-Капитал» и ООО «Лингвист» не стремились создать реальные правовые последствия, предусмотренные для выпуска векселей и их перепродажи либо предъявления их к оплате.

По смыслу абз. 4 п. 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", наличие в указанном законе специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду при рассмотрении требования, основанного на сделке, квалифицировать её как ничтожную по общим основаниям, предусмотренным ГК РФ.

В Апелляционной жалобе ООО «РГСН» не заявляет о несогласии с выводами суда первой инстанции относительно мнимости цепочки сделок по реализации Векселя № 310817.

Таким образом, судом первой инстанции обоснованно было отказано во включении в реестр кредиторов Должника требований Заявителя жалобы.

ООО «РГСН» также в апелляционной жалобе заявлены доводы о недоказанности наличия в его действиях признаков злоупотребления правом.

В частности, соответствующий довод основан на двух утверждениях: во-первых, о том, что заключение договоров купли-продажи имущества и совершение зачетов является типичным поведением добросовестных участников имущественного оборота; во-вторых, о том, что Должником не представлены достаточные доказательства порочности непосредственно договора № 310817 купли-продажи векселей (далее также - «Договор») и соглашения о зачете взаимных требований от 31.08.2017 (далее также - «Соглашение»).

Указанный довод является необоснованным ввиду следующего.

Тот факт, что такие правовые средства, как договоры купли-продажи и соглашения (заявления) о зачете, применяются добросовестными участниками гражданского оборота в ходе своей деятельности, не опровергает вывода суда первой инстанции относительно, наличия в действиях Заявителя жалобы признаков злоупотребления правом. 

Правовая квалификация действий сторон осуществляется судом с учетом фактических обстоятельств каждого конкретного спора.

Как следует из материалов обособленного спора и установлено судом первой инстанции, совершение группой взаимосвязанных компаний цепочки сделок по реализации Векселя № 310817, звеньями которой были, в том числе, Договор и Соглашение, повлекло за собой: возникновение негативных последствий на стороне Должника в виде ничем не обусловленного принятия на себя обязательств по уплате вексельной суммы с процентами; внутригрупповое перераспределение долговых обязательств, то есть искусственное уменьшение транзитными (техническими) компаниями собственной дебиторской задолженности в результате принятия Должником на себя дополнительных денежных обязательств; возникновение в распоряжении Заявителя жалобы инструмента влияния на потенциальновозможные процедуры банкротства Должника.

Так, суд первой инстанции установил, что с июля 2017 года Должником не выплачивались проценты за пользование суммой кредита по договору возобновляемой кредитной линии № 752-17/ВКЛ от 29.03.2017, заключенному между ООО «РГС Активы» и ПАО Банк «ФК Открытие».

Аффилированные с Должником Заявитель жалобы и технические (транзитные) компании не могли не быть осведомленными об указанном обстоятельстве.

Таким образом, как обоснованно установлено судом первой инстанции, вексель № 310817 был фактически использован участниками цепочки сделок по реализации Векселя № 310817 в качестве инструмента прекращения взаимных внутригрупповых обязательств и обеспечения возможности участия в распределении имущественной массы Должника в потенциальных процедурах несостоятельности (банкротства) последнего.

Единственным лицом, имущественное положение которого не только не улучшилось, но, напротив, только ухудшилось в результате совершения указанной цепочки сделок, являлся Должник как векселедатель, принявший на себя дополнительные денежные обязательства (в размере вексельной суммы и суммы процентов) в отсутствие на то экономических причин.

Совершение цепочки сделок по реализации Векселя № 310817 имело также отложенные негативные последствия в виде ухудшения имущественного положения добросовестных кредиторов Должника в процедурах несостоятельности (банкротстве) последнего.

Как верно указал суд первой инстанции, в силу абз. 1 п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда  РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» добросовестным является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Со злоупотреблением субъективным правом связывается возникновение любых негативных последствий, явившихся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм таких негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов, возникшие на стороне должника.

Соответствующая правовая позиция была изложена в определении Судебной коллегии по гражданским делам ВС РФ от 31.07.2018 N 5-КГ18-113 и постановлении Арбитражного суда Московского округа от 24.08.2020 N Ф05-8460/2020 по делу N А40-165350/2018, воспринята судом первой инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора и отражена в Определении (стр. 11 Определения).

Формой отложенных негативных последствий осуществления субъективного права судом первой инстанции обоснованно был признан также вред, причиненный имущественным правам кредиторов Должника.

Так, в силу ст. 2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" вред, причиненный имущественным правам кредиторов, - это уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В результате совершения цепочки сделок по реализации Векселя № 310817 Заявитель жалобы намеревался фактически в обход закона обрести возможность участвовать в распределении конкурсной массы Должника в интересах подконтрольной ФИО6 группы компаний.

Соответственно, суд первой инстанции пришел к обоснованным выводам о том, что предъявление ООО «РГСН» указанных требований исключительно в процедуре банкротства направлено на приобретение права голоса на собрании кредиторов и на участие в распределении конкурсной массы должника в интересах заинтересованных к должнику лиц, что следует в качестве обхода закона с противоправной целью нарушения прав конкурсных кредиторов должника.

В результате выпуска векселей и их перепродажи / предъявления их к оплате внутри группы взаимосвязанных лиц причинен вред кредиторам в нарушение статьи 10 ГК РФ, так как увеличился размер имущественных требований к должнику, что привело к утрате возможности иных кредиторов получить удовлетворение своих требований за счет имущества должника.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что ООО «РГСН» и должник, действовали со злоупотреблением правом и целью нарушения прав и законных интересов конкурсных кредиторов должника, создания подконтрольной задолженности, что квалифицируется на основании пункта 2 статьи 168 ГКРФ как ничтожная сделка, в связи с чем требования из такой сделки не могут быть признаны обоснованными.

При этом наличие в действиях сторон злоупотребления правом, в том числе выраженных в предъявлении подконтрольного требования и для целей нарушения прав конкурсных кредиторов, уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр (абзац 4 пункта 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно не усмотрел правовых оснований для включения в реестр требований кредиторов должника требований ООО «РГСН», поскольку, доказательств, обосновывающих и подтверждающих заявленные требования, не представлено.

В силу требований пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Согласно правовой позиции Верховного суда РФ, изложенной в Определении от 25.07.2016 по делу N 305-ЭС16-2411 фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Таким образом, при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности, о включении в реестр требований кредиторов). При рассмотрении вопроса о мнимости договора поставки и документов, подтверждающих передачу товара, суд не должен ограничиваться проверкой соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства. Проверяя действительность сделки, послужившей основанием для включения требований ответчика в реестр требований кредиторов, исходя из доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание искусственной задолженности кредитора, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по поставке. 

Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников). При наличии убедительных доказательств невозможности поставки бремя доказывания обратного возлагается на ответчика.

Указанная правовая позиция также изложена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда от 18.10.2012 N 7204/12 по делу N А70-5326/2011.

При этом следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ").

Как отмечено в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 08.05.2019 N 305-ЭС18-25788(2) по делу N А40-203935/2017, основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве").

Таким образом, при наличии повышенного стандарта доказывания в материалы дела должны быть представлены исчерпывающие документы, безусловно подтверждающие доводы лиц о реальности сложившихся между ними отношений и осуществления хозяйственных операций.

В отсутствие таких документов фактические обстоятельства дела и имеющиеся в материалах спора доказательства позволяют сделать вывод о том, что предъявленная к взысканию задолженность является искусственно созданной.

Суд апелляционной инстанции полагает, что судом первой инстанции дана правильная оценка фактическим обстоятельствам дела.

С учетом этого, в удовлетворении заявленных требований отказано правомерно.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 30.06.2020по делу № А40-179477/18 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ООО «РГСН» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:В.В.Лапшина 

Судьи:И.М. Клеандров

ФИО8