732/2023-68991(2) 

 

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12  

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru 

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

 № 09АП-79386/2022, № 09АП-79374/2022   № 09АП-79359/2022, № 09АП-79397/2022  

Москва Дело № А40-123684/15   16 марта 2023 года  

Резолютивная часть постановления объявлена 02 марта 2023 года  Постановление изготовлено в полном объеме 16 марта 2023 года  

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи С.А. Назаровой, судей Ю.Л. Головачевой, Е.В. Ивановой, при ведении протокола секретаря судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3, ФИО4, ООО «Дело» на определение Арбитражного суда города Москвы от  13.10.2022 по делу № А40-123684/15, о привлечении к субсидиарной ответственности  ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО3, ФИО8  

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ДДГ ЮНИТ»,  при участии в судебном заседании:  

от к/у ООО «ДДГ ЮНИТ» - ФИО9 (по дов. от 30.06.22 г.)  от АО «РайффайзенБанк» – ФИО10 (по дов. 31.10.2022)  

от ФИО3 – ФИО11 (по дов. от 20.01.2022) от ФИО2- ФИО11 (по дов. от 20.01.2022) иные лица не явились, извещены 

У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 06.10.2015 заявление ООО  «Ремстройкомплект» признано обоснованным; в отношении ООО «ДИАМАНТ  ДЕВЕЛОПМЕНТ ГРУПП ЮНИТ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) введена  процедура наблюдения; временным управляющим утвержден ФИО12, член НП «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих  «Южный Урал», ИНН 

<

***>, рег.номер 308, адрес для направления  корреспонденции арбитражному управляющему: 400006, 

<

...>.  

Решением Арбитражного суда города Москвы от 19.04.2016 ООО «ДИАМАНТ  ДЕВЕЛОПМЕНТ ГРУПП ЮНИТ» признано несостоятельным (банкротом), открыто  

конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим  утвержден Савченко Евгений Васильевич.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.05.2016 прекращено  производство по делу № А40-123684/15 о несостоятельности (банкротстве) ООО  «ДИАМАНТ ДЕВЕЛОПМЕНТ ГРУПП ЮНИТ» (ОГРН 

<

***>, ИНН  

<

***>) в связи с отсутствием финансирования процедуры банкротства.  

Решением Арбитражного суда города Москвы от 09.06.2016 (резолютивная  часть) определение Арбитражного суда города Москвы от 30.05.2016 (резолютивная  часть объявлена 26.05.2016) по делу № А40-123684/15 о прекращении производства по  делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «ДИАМАНТ ДЕВЕЛОПМЕНТ ГРУПП  ЮНИТ» отменено по новым обстоятельствам.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.06.2016 ФИО12 освобожден от исполнения обязанностей, конкурсным  управляющим должника утвержден ФИО13, член Крымского  союза профессиональных арбитражных управляющих «ЭКСПЕРТ», ИНН  

<

***>, адрес для направления корреспонденции: 404101, 

<

...> б, кв. 16).  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 15.12.2016 ФИО13  освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 17.04.2018г. конкурсный  управляющий ФИО14 освобожден от исполнения  обязанностей.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 21.05.2018 конкурсным  управляющим должника утверждена ФИО15 (член  Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Лига»,  ИНН 

<

***>, рег. номер: 17230, адрес для направления корреспонденции:  410000, г. Саратов, Главпочтамт, а/я 1544).  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 08.08.2018 г. суд  освободил ФИО15 от исполнения обязанностей,  конкурсным управляющим должника утвержден ФИО16, член  Ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных  арбитражных управляющих», ИНН 

<

***>, рег.номер: 16215, адрес для  направления корреспонденции: 400066, г. Волгоград, а/я 56).  

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление АО  «Райффайзенбанк» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО3, ФИО4.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 19.05.2021, оставленным  без изменения Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от  20.07.2021, отказано ФИО7 в удовлетворении ходатайства об  оставлении заявления АО «Райффайзенбанк» без рассмотрения; отказано АО  «Райффайзенбанк» в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника - ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО3, ФИО4.  

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 04.02.2022  определение Арбитражного суда города Москвы от 19.05.2021 и Постановление  Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.07.2021 отменены, дело направлено  на новое рассмотрение в Арбитражный суд г. Москвы.  

В Арбитражный суд города Москвы 08.04.2022 поступило заявление  ООО «Дело» о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам  

должника Михеева Олега Леонидовича, Михеевой Анны Андреевны, Лазаревой  (Болозневой) Екатерины Александровны, Поповой Лидии Леонидовны, Поповой- Стоицкой Анны Владимировны.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 26.04.2022 объединены в  одно производство для совместного рассмотрения в рамках дела о банкротстве ООО  «ДДГ ЮНИТ»: заявление ООО «Дело» о привлечении к субсидиарной ответственности  лиц контролирующих должника ООО «ДДГ ЮНИТ» и заявление АО  «Райффайзенбанк» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО3, ФИО18.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 13.10.2022 заявление  АО «Райффайзенбанк» признано обоснованным в части, привлечены к субсидиарной  ответственности по обязательствам ООО «ДДГ ЮНИТ» (ОГРН 

<

***>, ИНН  

<

***>) ФИО5, ФИО7, ФИО3, ФИО18;  производство в отношении ФИО6 прекращено; производство по  заявлению в части установления размера субсидиарной ответственности  приостановлено до окончания формирования конкурсной массы и реализации  имущества должника; в удовлетворении заявления ООО «Дело» отказано.  

Не согласившись с вынесенным судом первой инстанции определением,  ФИО2, ФИО3, ФИО18, ООО «Дело» обратились в Девятый  арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят его  отменить с соответствующей части, принять по делу новый судебный акт.  

В судебном заседании представители ФИО3, ФИО2, доводы  своих апелляционных жалоб поддержали.  

Представители конкурсного управляющего должника, АО «РайффайзенБанк» в  судебном заседании возражали против удовлетворения апелляционных жалоб.  

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени и  месте судебного разбирательства извещены надлежаще.  

 Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции  не находит оснований для удовлетворения апелляционных жалоб и отмены или  изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим  законодательством Российской Федерации.  

Согласно положениями части 1 статьи 223 АПК РФ, статьи 32 Закона о  банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным  судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями,  установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о  несостоятельности (банкротстве).  

Суд округа направляя спор на новое рассмотрение указал на то, что суды  ошибочно пришли к выводу об истечении трехлетнего срока, несмотря на  вышеприведенные разъяснения Верховного суда РФ и Президиума ВАС РФ 219/12.  Кроме того, по смыслу положений статьи 10 ГК РФ при рассмотрении конкретного  дела суд может отказать в применении исковой давности, если установит, что ответчик,  заявляя о пропуске исковой давности злоупотребляет правом (с учетом правовой  позиции, приведенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 22.11.2011 N 17912/09). В части выводов о доказанности в  действиях ответчиков состава субсидиарной ответственности следует отметить  следующее. В соответствии с п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от  21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих  должника лиц к ответственности при банкротстве» неправомерные действия  (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии  

ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности,  в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных  условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой- однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций,  назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет  очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и  поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на  систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его  кредиторам, и т.д.  

Суд кассационной инстанции указал на то, что доводам Банка судами не дана  оценка, ограничившись оценкой конкретного договора и его типичностью для  должника, тогда как Банк, обосновывая наличие оснований для привлечения  ответчиков к субсидиарной ответственности, ссылался на недобросовестные  согласованные действия контролирующих лиц, приведших к искусственному  контролируемому банкротству, включающие заключение цепочки сделок: Договора  займа от 04.04.2008, договор поручительства от 04.04.2008, договор уступки права  требования № 6 от 30.04.2009 года, взыскания указанной задолженности в судебном  порядке по созданию несуществующей задолженности на основании ничтожных и  незаключенных сделок и введению на ее основании контролируемого банкротства  Должника. Ничтожность и незаключенность сделок подтверждены вступившими в  законную силу судебными актами. Банк приводил доводы о том, что на дату взыскания  внутригрупповой задолженности у должника уже имелись неисполненные  обязательства перед независимым кредитором - АО «Раффайзенбанк» (дело № А4016718/13, А40- 42755/2013), и что именно взыскание искусственной задолженности в  пользу дружественного кредитора ООО «Ремстройкомплект» по Договору  поручительства привело к тому, что размер обязательств должника превысил размер  его активов, как следствие возникла недостаточность имущества.  

В постановлении суда округа указано, что вывод судов об отсутствии у  должника признаков неплатежеспособности на момент заключения договора не  свидетельствует об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной  ответственности, поскольку Банк в настоящем споре приводил доводы о том, что  именно в результате совершения указанных сделок, взыскания искусственной  задолженности и последующее возбуждение дела о банкротстве на основании и  создания искусственной внутригрупповой задолженности, должник стал отвечать  признакам недостаточности имущества.  

Суды в настоящем споре правовой подход изложенный в определении  Верховного Суда Российской Федерации N 306-ЭС16-17647 (8) от 25.05.2017 не  применили, ответчиками не раскрыты соответствующие мотивы заключения  обеспечительных сделок внутри группы. Судебные акты не содержат оценки доводов  заявителя о роли каждого из ответчиков в цепочке заявленных действий, приведших,  по мнению Банка к признакам объективного банкротства должника, при этом Банк  обосновывал свои доводы результатам рассмотрения многочисленных споров по иным  делам о несостоятельности (банкротстве) внутри группы «Диамант» (в том числе ООО  «Бриг» А40- 122284/15, ООО «Нижневолжскдорстрой» А40-122338/2015), а также по  делу о банкротстве ФИО5 ( № А12-45752/2015), подтверждающих роль ФИО5 как конечного бенефициара должника и родственные связи иных ответчиков с  ним. Согласно правовому подходу, изложенному в Определении ВС РФ от 24 августа  2020 г. № 305-ЭС20-5422(1,2) конечный бенефициар, не имеющий соответствующих  формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего положения. Его  отношения с подконтрольным обществом не регламентированы какими-либо  нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие  правила, стандарты поведения.  

Учитывая объективную сложность получения кредитором, действующим в его  интересах конкурсным управляющим отсутствующих у них прямых доказательств  неформальной подконтрольности, судам необходимо принимать во внимание  совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств. В Определении  ВС РФ от 28 марта 2019 г. № 305-ЭС18-17629(2) указано, что в такой ситуации судам  следовало проанализировать поведение лиц, которые, по мнению подателя жалобы,  входили в одну группу. О наличии их подконтрольности единому центру, в частности,  могли свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов  синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат  экономическим интересам одного члена группы и одновременно ведут к существенной  выгоде другого члена этой же группы; данные действия не могли иметь место ни при  каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одному и тому же  лицу и т.д.  

Кроме того, Банк ссылался на привлечение ответчиков к субсидиарной  ответственности по обязательствам иной организации той же группы компаний  Диамант по делу № А12-11196/2011 за разработку и внедрение схемы по уклонению от  погашения задолженности перед независимым Банком, в том числе путем  предъявления аффилированными лицами необоснованных требований о включении в  реестр, то есть наращивание подконтрольной кредиторской задолженности.  

Принимая судебные акты нижестоящими судами не учтено, что сделки, на  основании которых должник признан несостоятельным (банкротом) признаны  ничтожными вступившими в силу судебными актами. Договор уступки права  требования, по которому подконтрольному ФИО5 ООО «Ремстройкомплект»  якобы перешли права требования по Договору поручительства и Договору займа, был  признан недействительным как ничтожная мнимая сделка Определением  Арбитражного суда Волгоградской области от 07.04.2011г. по делу № А12-8625/2010,  оставленным без изменения Постановлением Двенадцатого арбитражного  апелляционного суда от 02.06.2011г. В настоящее время судебные акты по делу № А4076359/2013 о взыскании задолженности с поручителей, в том числе с Должника, в  пользу ООО «Ремстройкомплект» были отменены по вновь открывшимся  обстоятельствам Решением Арбитражного суда г. Москвы от 18.09.2020г., оставленным  без изменения Постановлениями Девятого арбитражного апелляционного суда от  21.12.2020г., Арбитражного суда Московского округа от 21.04.2021г. по делу № А4076359/13.  

В данном случае судам надлежало по существу исследовать приведенные  Банком доводы, поскольку они указывали на искусственный характер возникновения у  должника имущественного кризиса (Определение Верховного суда РФ от 25 сентября  2020 г. N 310-ЭС20-6760) . Кроме того, ссылка на поручительство как причину  банкротства не может использоваться контролирующим лицом как условие,  освобождающее его от ответственности, если такое контролирующее лицо  осуществляло действия, например, по выводу активов поручителя, что в свою очередь  снизило эффективность обеспечения (Определение Верховного суда РФ от 30 сентября  2019 г. № 305-ЭС19-10079).  

Доводы кредитора о том, что процедура банкротства в отношении должника  инициирована аффилированным обществом, фиктивные требования которого  признавались должником, впоследствии отмененные в судебном порядке, об  обоснованном сомнении в добросовестности и разумности действий бенефициаров  должника, какой-либо оценки судов не получили (Определение Верховного суда РФ от  24 августа 2020 г. N 305-ЭС19-17553).  

Выполняя указания суда округа, при повторном рассмотрении спора, суд  первой инстанции пришел к следующему.  

Как следует из доводов заявления АО «РайффайзенБанк», кредитор основывает  свои требования на недобросовестном и незаконном поведении группы  аффилированных лиц, повлекшем создание искусственной задолженности,  инициированию банкротства и осуществлению контроля над ним, тем самым причинив  вред имущественным правам и интересам независимых кредиторов.  

Так, 04.04.2008 между ФИО5 и ФИО19 был заключен договор  займа № 1-ю, в соответствии с которым ФИО5 обязался передать в собственность  ФИО19 денежные средства в размере 500 000 000 рублей, а ФИО19 обязался  вернуть указанную сумму и выплатить проценты в срок до 04.04.2009.  

04.04.2008 в обеспечение исполнения обязательств по указанному договору  займа, наряду с иными лицами, между ФИО5 и ООО «ДДГ Юнит» заключен  договор поручительства, по которому ООО «ДДГ Юнит» обязуется исполнить  обязательства ФИО19 перед ФИО5 по договору займа.  

30.04.2009 между ФИО5 и ООО «Ремстройкомплект» заключен договор  уступки права требования (цессии) № 6, по которому к ООО «Ремстройкомплект»  перешло право требования к ООО «ДДГ Юнит» по договору поручительства.  

Решением Краснооктябрьского районного суда г. Волгограда от 20.01.2011 по делу   № 2-218/2011 исковые требования ООО «Ремстройкомплект» удовлетворены, с ФИО19 взыскано 575 000 000 руб. задолженности по договору займа.  

14.02.2013 АО «Райффайзенбанк» обратилось в суд с иском к поручителям по  кредитному соглашению № RBA/6392 от 27.07.2009 (в том числе к ООО «ДДГ Юнит»)  о солидарном взыскании задолженности в размере 509 782 784, 67 руб. (дело № А4016718/13).  

08.04.2013 АО «Райффайзенбанк» обратилось в суд с иском к ООО  «Энергопромстрой» и к поручителям (в том числе ООО «ДДГ Юнит») о солидарном  взыскании задолженности по Кредитному соглашению № RBA/8238 от 05.10.2010 в  размере 4 668 693 долларов США (дело № А40-42755/13). 17.06.2013 ООО  «Ремстройкомплект» обратилось в суд с иском к поручителям (в том числе ООО «ДДГ  Юнит»), в связи с неисполнением ФИО19 его обязательств по договору займа.  

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 24.10.2013 по делу № А40-16718/13 в  пользу АО «Райффайзенбанк» взыскана задолженность с поручителей (в том числе и с  ООО «ДДГ Юнит») в размере 509 782 784, 67 руб.  

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 30.01.2014 по делу № А40-76359/13  удовлетворены требования ООО «Ремстройкомплект», с поручителей (в том числе и с  ООО «ДДГ Юнит») взыскана солидарно задолженность в размере 575 000 000 руб.  03.06.2014 между АО «Райффайзенбанк» и ООО «ДДГ Юнит» по делу № А40-42755/13  заключено мировое соглашение.  

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 12.08.2015 принято к  производству заявление ООО «Ремстройкомплект» о признании несостоятельным  (банкротом) ООО «ДДГ ЮНИТ».  

Определением суда от 06.10.2015 в отношении ООО «ДДГ ЮНИТ» введена  процедура наблюдения, требования ООО «Ремстройкомплект» включены в реестр  требований кредиторов.  

Решением суда от 19.04.2016 (резолютивная часть от 12.04.2016) должник  признан несостоятельным, открыто конкурсное производство.  

В обоснование заявленных требований, Банк указал на заключение от имени  должника явно убыточной для него сделки (договора поручительства от 04.04.2008),  направленной на вывод активов и причинение вреда конкурсным кредиторам, с целью  установления контроля над процедурой банкротства должника. По мнению заявителя,  вина ответчиков в невозможности полного погашения требований кредиторов  выражается в предоставлении поручительства от имени должника за ФИО19 по  договору займа (ФИО5, ФИО3), в проявленном бездействии при взыскании  

с должника в судебном порядке задолженности по договору поручительства (Лазарева  (Болознева) Е.А., Попова-Стоицкая А.В.), в создании схемы по выводу активов  должника и установлению контроля над процедурой его банкротства (Михеева А.А. и  остальные ответчики).  

Как следует из доводов заявления ООО «Дело», основанием для привлечения  контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является совершение  от имени должника убыточных для него сделок с АО «Райффайзенбанк»,  направленных на потерю активов и повлекших причинение вреда конкурсным  кредиторам. Так, по мнению ООО «Дело», вина ответчиков выражается в  предоставлении поручительства и залогов от имени должника ООО «ДДГ Юнит» за  ООО «Энергопромстрой» и ООО «ДДГ Волд».  

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление АО «Райффайзенбанк»  должника о привлечении ФИО5, ФИО7, ФИО3,  ФИО4 к субсидиарной ответственности, исходил из представления  им надлежащих доказательств наличия обязательных условий, при которых возможно  привлечение к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

При этом суд пришел к выводу о недоказанности ООО «Дело» совокупности  обязательных условий, при наличии которых возможно привлечение к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника.  

Производство по заявлению АО «Райффайзенбанк» в отношении ФИО6  прекращено в связи со смертью ответчика.  

 Суд апелляционной инстанции соглашается с такими выводами Арбитражного  суда города Москвы.  

В силу п.3 ст. 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении  изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс  Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение  заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей  10 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего  Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам  Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).  

Таким образом, поскольку заявление о привлечении к субсидиарной  ответственности подано кредиторами в Арбитражный суд города Москвы 30.04.2020  (заявление АО «Райффайзенбанк») и 08.04.2022 (заявление ООО «Дело»), данные  заявления подлежат рассмотрению с применением процессуальных норм права,  установленных Федеральным законом от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» с учетом изменений, введенных Федеральным  законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О  несостоятельности (банкротстве)».  

В соответствии с частью 1 статьи 4 Гражданского Кодекса Российской  Федерации акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и  применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действия  закона распространяются к отношениям, возникшим до введения в действие, только в  случаях, когда это прямо предусмотрено законом.  

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской  Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 № 12-П и от  15.02.2016 № 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности  не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во  времени, нашедшему отражение в статье Гражданского кодекса Российской  Федерации. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой  определенности и стабильности законодательного регулирования в России как  

правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения,  права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель  вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые  последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть  придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях  возможность применения утративших силу норм.  

Согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации, закон,  устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет.  

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2  Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  27.04.2010 № 137, по которому к материальным правоотношениям между должником и  контролирующими лицами подлежит применению редакция Закона о банкротстве,  действовавшая на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для  их привлечения к такой ответственности.  

Как следует из доводов заявления Банка, основания привлечения к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника на дату обращения кредитора в  арбитражный суд с заявлением, рассматриваемым в рамках настоящего обособленного  спора в деле о банкротстве Общества, определялись периодами совершения спорных  сделок.  

Поскольку обстоятельства, на которые указывает Банк, имели место в 2008 году,  в части материальных правоотношений применению подлежит статья 10 Закона о  банкротстве в редакции, действовавшей в указанный период (то есть до вступления в  силу Закона № 73-ФЗ от 28.04.2009).  

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до  вступления в силу Закона № 73-ФЗ, в случае банкротства должника по вине  учредителей (участников) должника, собственника имущества должника - унитарного  предприятия или иных лиц, в том числе по вине руководителя должника, которые  имеют право давать обязательные для должника указания или имеют возможность  иным образом определять его действия, на учредителей (участников) должника или  иных лиц в случае недостаточности имущества должника может быть возложена  субсидиарная ответственность по его обязательствам.  

Применение указанной нормы права допустимо при доказанности следующих  обстоятельств: надлежащего субъекта ответственности, которым является собственник,  учредитель, руководитель должника, иные лица, которые имеют право давать  обязательные для должника указания либо иным образом имеют возможность  определять его действия; факта несостоятельности (банкротства) должника, то есть  признания арбитражным судом или объявления должника о своей неспособности в  полном объеме удовлетворять требования кредиторов по денежным обязательствам и  (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей; наличия причинной  связи между обязательными указаниями, действиями вышеперечисленных лиц и  фактом банкротства должника, поскольку они могут быть привлечены к субсидиарной  ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство)  юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями, при этом следует  учитывать, что возложение на них ответственности за бездействие исключается.  

Как следует из представленных документов, ФИО5 является конечным  бенефициаром ГК «Диамант», в которую входил должник, полностью контролировал  действия организаций группы, что установлено многочисленными вступившими в силу  судебными актами (Определение Верховного Суда Российской Федерации N 306-ЭС16- 17647(8) от 25.05.2017 по делу N А12-45752/2015; Постановление Арбитражного суда  Московского округа от 04.03.2019 № Ф05-10112/2018 по делу № А40-122284/15;  Определение Арбитражного суда города Москвы от 05.03.2020г. по делу № А40- 

123684/15-70-302 «Б»; Определение Арбитражного суда города Москвы от 17.12.2020г.  по делу № А40-123684/15-70-302 «Б»).  

Кроме того, согласно выписки из ЕГРЮЛ в отношении ООО «ДДГ Юнит»,  ФИО5 являлся единственным участником должника на момент заключения  договора поручительства (04.04.2008).  

ФИО7 являлась единственным участником должника на  момент взыскания ООО «Ремстройкомплект» задолженности и признания должника  банкротом.  

ФИО6 является матерью ФИО5, единственным участником  ООО «Ремстройкомплект».  

ФИО3 являлась генеральным директором должника на момент заключения  договора поручительства. Кроме того, ФИО3 является сестрой ФИО5  

Попова - ФИО17 являлась генеральным директором должника на момент  взыскания ООО «Ремстройкомплект» задолженности и до момента признания  должника банкротом.  

Установив указанные выше обстоятельства, суд первой инстанции пришел к  правильному выводу о том, что вышеуказанные лица являлись контролирующими  должника применительно к п. 4 ст.10 Закона о банкротстве в действующей на тот  момент редакции.  

Как следует из материалов спора, в обоснование заявления Банк ссылался на то,  что в 2009-2010 г.г. бенефициар группы компаний «Диамант» ФИО5  инициировал получение компаниями группы кредитов от АО «Райффайзенбанк» на  сумму свыше семиста миллионов рублей. Параллельно с получением кредитов ФИО5 разработал недобросовестную и незаконную схему по созданию условий для  введения в отношении компаний-заёмщиков и поручителей, входящих в группу  «Диамант», контролируемого банкротства в случае, если компании группы не смогут  исполнить обязательства по кредитным соглашениям и обеспечительным сделкам.  

Так, ФИО5 создал видимость предоставления займа ФИО19, а  компании, подконтрольные ФИО5 и одновременно являющиеся заёмщиками,  поручителями и залогодателями по кредитным соглашениям с АО «Райффайзенбанк»,  включая Должника, поручились за исполнение ФИО19 своих обязательств по  погашению займа.  

Соответственно, в случае банкротства поручителя ФИО5  (непосредственно либо через подконтрольные ему компании) мог включиться в реестр  требований кредиторов крупнейших компаний ГК «Диамант» на сумму 0,5 млрд.  рублей и получить полный контроль над процедурами банкротств.  

Согласно материалам дела, 04.04.2008 в обеспечение исполнения обязательств  по договору займа № 1-ю от 04.04.2008, наряду с иными лицами, между ФИО5  и ООО «ДДГ Юнит» заключен договор поручительства, по которому ООО «ДДГ  Юнит» обязуется исполнить обязательства ФИО19 перед ФИО5 по  договору займа.  

Между тем, как следует из материалов дела, вступившим в законную силу  Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 05.08.2011 по делу   № А12- 23538/2010 договор займа № 1-ю от 04.04.2008 признан незаключенным в связи  с отсутствием доказательств передачи денежных средств.  

Таким образом, ответчики заключили договор поручительства на сумму более  500 миллионов рублей в обеспечение исполнения несуществующего обязательства.  

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда  Российской Федерации N 306-ЭС16-17647 (8) от 25.05.2017 в ситуации, когда одно  лицо, входящее в группу компаний, получает кредитные средства, а другие лица  входящие в ту же группу, объединенные с заемщиком общими экономическими  интересами, контролируемые одним и тем же конечным бенефициаром, предоставляют  

обеспечение в момент получения финансирования, зная об обеспечительных  обязательствах внутри группы, предполагается, что соответствующее обеспечение  направлено на пропорциональное распределение риска дефолта заемщика между всеми  членами такой группы компаний вне зависимости от того, как оформлено обеспечение  (одним документом либо разными), что позволяет квалифицировать подобное  обеспечение как совместное обеспечение, иное может быть оговорено в соглашении  между лицами, предоставившими обеспечение, или вытекать из существа отношений  между ними.  

Если заем является внутригрупповым, денежные средства остаются под  контролем группы лиц, в силу чего, с точки зрения нормального гражданского оборота,  отсутствует необходимость использовать механизмы, позволяющие дополнительно  гарантировать возврат финансирования. Поэтому в условиях аффилированности  заимодавца, заемщика и поручителя между собой, на данных лиц в деле о банкротстве  возлагается обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения  обеспечительной сделки, в том числе выдачи поручительства.  

В обратном случае следует исходить из того, что выбор подобной структуры  внутригрупповых юридических связей позволяет создать подконтрольную фиктивную  кредиторскую задолженность для последующего уменьшения процента требований  независимых кредиторов при банкротстве каждого участника группы лиц (определение  Верховного Суда РФ от 26.05.2017 N 306- ЭС16-20056(6)).  

Однако, в материалы дела не представлены доказательства экономической  обоснованности заключения договора поручительства от 04.04.2008.  

Судом первой инстанции установлено, что какие-либо корпоративные,  обязательственные и иные отношения, объясняющие экономическую цель выдачи  поручительства за должника, между ООО «ДДГ Юнит» и ФИО19 отсутствуют,  что согласно п. 6 Постановления Пленума ВАС РФ № 42 от 12.07.2012 является  признаком недобросовестности и злоупотребления правом сторонами Договора  поручительства.  

Кроме того, учитывая, что ООО «ДДГ Юнит» являлось полностью  подконтрольным ФИО5 обществом, по сути, ФИО5 выдал заём и сам же  перед собой поручился за его возврат. Указанные обстоятельства также  свидетельствуют об отсутствии экономической целесообразности в заключении  договора поручительства от 04.04.2008.  

В отсутствие экономических оснований для предоставления поручительства у  договора поручительства имеются признаки мнимой сделки (ст. 170 ГК РФ).  

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели  достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не  совпадает с их внутренней волей.  

Реальной целью мнимой сделки может быть искусственное создание  задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего  инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества  должника (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного  Суда РФ от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411 по делу № А41- 48518/2014).  

Исходя из совокупности представленных в материалы дела доказательств, не  оспоренных и не опровергнутых ответчиками по существу, суд первой инстанции  пришел к обоснованному выводу о том, что договор поручительства от 04.04.2008  является мнимой сделкой и заключался с целью создания подконтрольной фиктивной  задолженности для последующего инициирования процедуры банкротства должника.  

Из материалов дела следует, что впоследствии ООО «Ремстройкомплект», также  входящий в группу компаний «Диамант» и подконтрольный ФИО5,  получивший права ФИО5 по договору займа № 1-ю от 04.04.2008г. и  обеспечивающим его договорам поручительства на основании Договора уступки права  

требования № 6 от 30.04.2009, обратилось с иском к поручителям, в том числе  ООО «ДДГ Юнит».  

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 30.01.2014 по делу № А40-76359/13  удовлетворено исковое заявление ООО «Ремстройкомплект» о взыскании с  поручителей, в том числе ООО «ДДГ Юнит», солидарно задолженности в размере  575 000 000 руб.  

В настоящее время Решение Арбитражного суда г. Москвы от 30.01.2014 по делу   № А40-76359/13 отменено по вновь открывшимся обстоятельствам Решением  Арбитражного суда г. Москвы от 18.09.2020, оставленным без изменения  Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.12.2020г., по делу   № А40-76359/13-156-709, на том основании, что вступившим в силу судебным актом  договор уступки права требования № 6 от 30.04.2009 был признан мнимой сделкой  (Определение Арбитражного суда Волгоградской области от 07.04.2011 по делу   № А12-8625/2010, Постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от  02.06.2011).  

Указанные обстоятельства подтверждают, что ответчики преследовали цель  создания фиктивной подконтрольной задолженности.  

Впоследствии указанная задолженность была использована для введения  процедуры банкротства в отношении поручителей ФИО19 по договору займа   № 1-ю от 04.04.2008, в том числе должника, и включения требований аффилированного  лица в значительном размере в реестр требований кредиторов должника.  

Также судом первой инстанции принято во внимание, что действия по созданию  и реализации незаконных схем по уклонению группы компаний «Диамант» от  погашения задолженности перед независимыми банками неоднократно вменялись в  вину ФИО5 и ФИО6, были основаниями для привлечения ФИО5 и ФИО6 к субсидиарной ответственности (дело № А12-11196/2011),  возбуждения в отношении ФИО5 уголовного дела и объявления его в розыск.  

С учетом изложенного, суд первой инстанции признал обоснованными доводы  АО «Райффайзенбанк» о том, что ответчиками была разработана и реализована  незаконная схема по созданию фиктивной задолженности и ее последующему  использованию для инициирования процедуры банкротства в отношении должника и  получению контроля над ней, что причинило существенный вред интересам  независимых кредиторов.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 22 совместного Постановления  Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с  применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при  разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников)  юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его  имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого  юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его  действия (часть 2 пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации),  суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной  ответственности в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического  лица вызвана их указаниями или иными действиями.  

В соответствии с разъяснениями п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда  РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением  контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее -  Постановление Пленума ВФ РФ от 21.12.2017 № 53), по общему правилу,  необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является  наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для  исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1  

Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона о  банкротстве).  

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне  зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков  аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов  должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.).  Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной  ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным  было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно  деятельности должника.  

Данный подход ранее сформирован правоприменительной практикой,  выработанной экономической коллегией Верховного Суда Российской Федерации по  конкретным делам, и в дальнейшем нашел отражение в пункте постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах,  связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при  банкротстве" (далее - Постановление N 53).  

Абзацем третьим пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением  контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее -  постановление № 53) определено, что, если сделки, изменившие экономическую судьбу  должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих  сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.  

Обстоятельства формирования воли должника на принятие решения по  заключению договора поручительства от 04.04.2008 обусловлены системой  организации деятельности, возглавляемой и управляемой бенефициаром ГК «Диамант»  – ФИО5, создавшим определенный механизм недобросовестной защиты на  случай невозврата кредиторов и банкротства подконтрольных ему компаний.  

Так, из материалов дела следует, что процедура банкротства в отношении ООО  «ДДГ Юнит» была введена по заявлению ООО «Ремстройкомплект», чьи требования  основаны на задолженности ООО «ДДГ Юнит», возникшей в результате совершения  недействительных сделок, а именно договора займа № 1-ю от 04.04.2008 г. и  обеспечительных сделок с поручителями ГК «Диамант», в том числе с ООО «ДДГ  Юнит» (договор поручительства от 04.04.2008г.).  

Таким образом, в результате согласованных действий лиц, подконтрольных  ФИО5, должником, в условиях неплатежеспособности, был совершен ряд  сделок, повлекших убытки и, в том числе явившихся основанием для введения в  отношении ООО «ДДГ Юнит» процедуры банкротства.  

Из материалов дела следует, что в результате недобросовестных действий  ответчиков процедура банкротства должника контролировалась группой компаний  «Диамант» через ООО «Ремстройкомплект» на протяжении более 3,5 лет путем  назначения группой арбитражных управляющих, инициирования и затягивания  судебных процессов по рассмотрению разногласий касательно условий и порядка  проведения торгов, оспаривания сделок должника и единственного независимого  кредитора АО «Райффайзенбанк» (дела № А40-41345/19, А40-67771/19, А40-82345/19,  А40-152104/19).  

Также суд первой инстанции признал обоснованными доводы АО  «Райффайзенбанк» о том, что введение процедуры банкротства в отношении должника  лишило Банк возможности получить полное и своевременное удовлетворение своих  требований, поскольку до банкротства должника у АО «Райффайзенбанк» имелась  возможность получать удовлетворение своих требований за счет поступающих  арендных платежей, а также путем обращения взыскания на имущество должника в  судебном порядке.  

АО «Райффайзенбанк» стремилось сохранить платежеспособность должника,  заключило с компаниями группы «Диамант», включая должника, мировое соглашение  по делу № А40-42755/2013, тем самым, предоставило группе и, в частности, должнику,  рассрочку погашения кредита.  

В рамках же настоящего дела о банкротстве должника АО «Райффайзенбанк» не  получило удовлетворения своих требований, при этом, контроль над процедурой  осуществлялся группой компаний «Диамант».  

Торги по всем солидарным Должникам были признаны несостоявшимися, и в 2019  году общая стоимость имущества залогодателей снизилась и перестала превышать  размер требований Банка: ООО «Диамант Девелопмент Групп Волд» - цена отсечения  на торгах по продаже заложенного имущества составила 371 973 960 руб. (сообщение  на ЕФРСБ № 4109098 от 28.08.2019); ООО «ДДГ Юнит» - цена отсечения на торгах по  продаже заложенного имущества составила 162 431 383,60 руб. (сообщение на ЕФРСБ   № 3827434 от 04.06.2019); ООО «Бриг» - цена отсечения на торгах по продаже  заложенного имущества составила 39 653 250 руб. (сообщение на ЕФРСБ № 4254255 от  11.10.2019); ООО «Звезда» - имущество реализовано за 3 777 000 руб. (сообщение на  ЕФРСБ № 3255279 от 30.11.2018).  

Таким образом, на сегодняшний день имущество всех залогодателей реализовано,  общая стоимость всего заложенного имущества, реализованного на торгах, составила  453 935 301 руб., что недостаточно для погашения требований Банка в полном объеме.  

Указанные обстоятельства подтверждают наличие умысла ответчиков на  введение процедуры банкротства в отношении должника на основании фиктивной  задолженности и получение контроля над процедурой с целью уклонения от погашения  задолженности перед единственным независимым кредитором АО «Райффайзенбанк»  и лишение его права на получение удовлетворения его требований.  

Ответчиками доказательств, опровергающих выводы суда и доводы заявления  АО «Райффайзенбанк» по существу не представлено.  

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции поддерживает выводы  суда первой инстанции о доказанности совокупности обстоятельств, необходимых для  привлечения ФИО5, ФИО7, ФИО3, ФИО3- ФИО17 к субсидиарной ответственности на основании ст. 10 Закона о  банкротстве в редакции, действующей до вступления в силу Закона № 73-ФЗ.  

Разрешая требования банка в части привлечения к субсидиарной  ответственности ФИО6, суд первой инстанции исходил из следующего.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 04.08.2022 по настоящему  делу в нотариальной палате Волгоградской области (400005, г. Волгоград,  Волгоградская обл., ул. Пражская, д. 1) истребованы сведения о наследниках ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ г.р., дата смерти: 13.08.2021, а также копия  наследственного дела. Также, указанным определением суд обязал Отдел ЗАГСА  администрации Советского района Волгограда – представить сведения о смерти  ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ г.р., копию свидетельства.  

Во исполнение определения суда от 04.08.2022 в материалы дела представлена  копия свидетельства о смерти ФИО6 

<

...>, сведения из  Нотариальной палаты Волгоградской области (исх. № 4834 от 22.08.2022), согласно  которым в реестре наследственных дел Единой информационной системы нотариата по  состоянию на 19.08.2022 отсутствует информация о наличии в производстве  нотариусов наследственных дел к имуществу умершей 13.08.2021 ФИО6  

Учитывая, что материалы дела не содержат доказательств, свидетельствующих о  правопреемстве в отношении умершего гражданина, суд пришел к правомерному  выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований Банка в отношении  ФИО6 и прекратил производства по заявлению в указанной части на  основании ст.150 АПК РФ.  

Как обоснованно указано судом первой инстанции, субсидиарная  ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем  должника своих обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в  деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу  должника, при этом, в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании»  разъяснено, что имущественные права и обязанности не входят в состав наследства,  если они неразрывно связаны с личностью наследодателя, а также, если их переход в  порядке наследования не допускается Гражданским кодексом Российской Федерации  или другими федеральными законами.  

Согласно пункту 2 статьи 17 ГК РФ правоспособность гражданина (способность  иметь гражданские права и нести обязанности) возникает в момент его рождения и  прекращается смертью.  

При указанных обстоятельствах, учитывая правовую природу субсидиарной  ответственности руководителя должника по обязательствам общества, суд пришел к  правомерному выводу о том, что обязанность контролирующего должника лица –  ФИО6 нести субсидиарную ответственность по отношению к кредиторам  общества прекратилась в связи с ее смертью.  

Разрешая заявление ООО «Дело» о привлечении контролирующих должника  лиц к субсидиарной ответственности, суд первой инстанции исходил из следующего.  

Как следует из доводов заявления, требования кредитора основаны на  совершении от имени должника убыточных для него сделок с АО «Райффайзенбанк»,  направленных на потерю активов и повлекших причинение вреда конкурсным  кредиторам. Как полагает кредитор (ООО «Дело»), основным мажоритарным  кредитором ООО «ДДГ Юнит» является АО «Райффайзенбанк» на сумму 522 994  344,92 рублей.  

ООО «ДДГ Юнит», в обеспечение исполнения обязательств другой компании -  ООО «ДДГ Волд» по Кредитному соглашению от 27.07.2009 г., оформило 27.07.2009 г.  Договор ипотеки с ЗАО «Райффайзенбанк», по которому ООО «ДДГ Юнит» в банк  заложен объект недвижимости по адресу: 

<

...> (при  наличии не погашенного договора ипотеки под обязательство ООО «МОЛ Вайз» по  Кредитному соглашению № RBA/2288 от 09.02.2006 г. и обязательство ООО «ДДГ  Волд» по Кредитному соглашению № RBA/2925 от 26.10,2006 г.).  

Также, в обеспечение исполнения обязательств по Кредитному соглашению   № RBA/8238 от 05.10.2010 г. между ООО «Энергопромстрой» и ЗАО  «Райффайзенбанк» был оформлен Договор ипотеки между ООО «ДДГ Юнит» и ЗАО  «Райффайзенбанк», по которому в залог банку предоставлено нежилое здание по  адресу: 

<

...>, площадью 10 152,8 м2, земельный участок  площадью 4 602 кв.м. (при наличии непогашенных договоров ипотеки под  обязательства ООО «МОЛ Вайз» по Кредитному соглашению № RBA/2288 от  09.02.2006 г., обязательства ООО «ДДГ Волд» по Кредитному соглашению №  RBA/2925 от 26.10,2006 г., обязательства ООО «ДДГ Волд» по Кредитному  соглашению № RBA/6392 от 27.07.2009 г.).  

Дополнительно в обеспечение обязательств по кредитному соглашению №  RBA/8238 от 05.10.2010 г. был оформлен договор поручительства № RBA/8238-S2 от  05.10.2010 года между ООО «ДДГ Юнит» и ЗАО «Райффайзенбанк».  

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 17.09.2010 г. по  делу № А12-8625/2010 в отношении ООО «МОЛ Вайз» введена процедура наблюдения.  Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 10.03.2011 г. по делу № А128625/2010 ООО «МОЛ Вайз» признано несостоятельным (банкротом), введена  процедура конкурсного производства. Соответственно требования ЗАО  

«Райффайзенбанк» к ООО «МОЛ Вайз» и возможность требования к залогодателю  ООО «ДДГ Юнит» наступили в 2010 году.  

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 05.09.2012 г. по  делу № А12-15493/2011 в отношении ООО «Диамант Девелопмент Групп Волд»  введена процедура наблюдения, решением Арбитражного суда Волгоградской области  от 14.01.2013 г. по делу № А12-15493/2011 общество признано банкротом.  Соответственно, требования ЗАО «Райффайзенбанк» к ООО «ДДГ Волд» и  возможность требования к поручителю и залогодателю ООО «ДДГ Юнит» наступили в  2012 году.  

Сославшись на указанные выше обстоятельства, кредитор ООО «Дело»  ссылается на то, что вина ответчиков в невозможности полного погашения требований  кредиторов выражается в предоставлении поручительства и залогов от имени должника  ООО «ДДГ Юнит» за ООО «Энергопромстрой» и ООО «ДДГ Волд», в проявленном  бездействии при не расторжении и не прекращении этих договоров.  

Между тем, судом первой инстанции приняты во внимание следующие  обстоятельства.  

В рамках дела о банкротстве ООО «ДДГ Юнит», ООО «Ю-Райт» обратилось с  заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ООО «Диамант  Девелопмент Групп Юнит» в лице конкурсного управляющего ФИО21, АО  «Райффайзенбанк».  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 07.10.2021г., оставленным  без изменения Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от  12.01.2022, отказано в удовлетворении заявления о привлечении Банка к субсидиарной  ответственности. Так, указанными судебными актами установлено, что заявления о  признании недействительными сделок должника с Банком, в рамках дела о банкротстве  ООО «ДДГ Юнит» поданы не были.  

Кредитором не приведено доказательств противоправности взаимодействия  должника с АО «Райффайзенбанк».  

В отсутствие доказательств недобросовестности Банка, а также доказательств  оказания влияния на действия должника, доказательств наличия умысла на реализацию  какой-либо противоправной цели, само по себе одобрение (заключение) сделок не  свидетельствует о неправомерных действиях.  

Кроме того, в рамках рассмотрения спора по заявлению конкурсного  управляющего ФИО13 к ответчику: АО «Райффайзенбанк» о признании  недействительными сделки должника ООО «ДИАМАНТ ДЕВЕЛОПМЕНТ ГРУПП  ЮНИТ», совершенные с АО «Райффайзенбанк», а именно договор поручительства   № RBA/6392-S6 от 27.07.2009, договор об ипотеке от 27.07.2009, договор  поручительства № RBA/8238-S2 от 05.10.2010, договор об ипотеке от 05.10.2010г.,  Определением Арбитражного суда города Москвы от 31.01.2017г. по делу № А40123684/2015, оставленным без изменения Постановлением Девятого арбитражного  апелляционного суда от 28.03.2017, Постановлением Арбитражного суда Московского  округа от 11.07.2017, Определением Верховного Суда РФ от 07.11.2017 № 305-ЭС17- 15941, отказано в удовлетворении заявления о признании недействительными  обеспечительных сделок с Банком.  

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, суд первой  инстанции в определении от 31.01.2017 пришел к выводу о том, что в рамках данного  спора спору заключение оспариваемых договоров наряду с договорами залога со  стороны заемщика с учетом экономической целесообразности их заключения не может  свидетельствовать о справедливости лишения таких договоров юридической силы.  

Решением Арбитражного суда города Москвы от 26.09.2019 по делу № А40110359/2019 оставленным без изменения Постановлением Девятого арбитражного  апелляционного суда от 10.12.2019, Постановлением Арбитражного суда Московского  

округа от 04.06.2020, отказано в удовлетворении искового заявления о признании  Договора поручительства № RBA/8238-S2 от 05.10.2010 года с Банком  недействительным  

Решением Арбитражного суда города Москва от 23.10.2019 по делу № А40141073/2019, оставленным без изменения Постановлением Девятого арбитражного  апелляционного суда от 26.12.2019, Постановлением Арбитражного суда Московского  округа от 17.06.2020 отказано в удовлетворении искового заявления о признании  Договора ипотеки от 05.10.2010 с Банком недействительным.  

Решением Арбитражного суда города Москвы от 16.09.2019г. по делу № А40152330/2019, оставленным без изменения Постановлением Девятого арбитражного  апелляционного суда от 05.12.2019, Постановлением Арбитражного суда Московского  округа от 27.02.2020, отказано в удовлетворении искового заявления о признании  Договора поручительства от 27.07.2009 № RBA/6392-S6 с Банком недействительной  сделкой  

Таким образом, доводы, изложенные в заявлении кредитора ООО «Дело»,  опровергаются обстоятельствами, установленными вступившими в законную силу  судебными актами. Обеспечительные сделки, заключенные должником с Банком,  признаны законными, действительными, неубыточными и не нарушающими права и  законные интересы кредиторов Должника.  

Доказательств обратного, кредитором, в нарушение ст. 65 АПК РФ, не  представлено.  

Также судом первой инстанции принят во внимание установленный судебными  актами по настоящему делу факт аффилированности ООО «Дело» и вхождение  кредитора в ГК «Диамант» (Определение Арбитражного суда Волгоградской области  от 06.08.2021г. по делу № А12-15493/2011, Постановление Двенадцатого арбитражного  апелляционного суда от 30.09.2021г., Решение Арбитражного суда Волгоградской  области от 15.09.2021г. по делу № А12-20469/2021).  

При этом, в рамках спора по иску ООО «Дело» к АО «Райффайзенбанк», ООО  «ДДГ Юнит» о признании договора поручительства № RBA/6392-S6 от 27.07.2009г.,  заключенного между АО «Райффайзенбанк» и ООО «ДДГ Юнит», погашенным,  Решением Арбитражного суда города Москвы от 27.01.2022г. по делу № А40250626/21 установлено, что обращение с настоящим заявлением в общем исковом  порядке не направлено на защиту нарушенного права, а вызвана исчерпанием лицами,  входящими в группу компаний «Диамант», процессуальных возможностей оспаривания  требований АО «Райффайзенбанк» о включении в реестр требований кредитора  основных должников и залогодателей/поручителей, что ранее устанавливалось в  судебном порядке в отношении исков других участников группы компаний «Диамант»  что в соответствии п. 2 ст. 10 ГК РФ явилось самостоятельным основанием для отказа  заявителю в удовлетворении исковых требований.  

В соответствии с п. п. 1, 2 ст. 10 ГК РФ, не допускаются действия граждан и  юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред  другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.  

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии в  действиях ООО «Дело» признаков злоупотребления правом по правилам ст.10 ГК РФ и  в связи с наличием указанных выше обстоятельств, что является самостоятельным  основанием для отказа в защите нарушенного права.  

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для иной оценки  представленных в материалы дела доказательств.  

Ответчиками было заявлено о пропуске банком срока исковой давности по  следующим основаниям.  

Верховный Суд РФ в Определении от 22.04.2022 № 305-ЭС17-15941 (2, 3) по  настоящему делу указал, что позиция о начале течения давности не ранее даты  завершения реализации имущества должника не подлежит применению.  

Между тем, вопреки доводам возражений ответчиков, Верховный Суд РФ не  излагал позицию о том, что срок исковой давности подлежит исчислению в  соответствии с нормами Закона о банкротстве в редакции № 266-ФЗ.  

Как неоднократно указывал Верховный Суд РФ, нормы о сроке исковой  давности являются нормами материального права, в связи с чем, при подаче заявлений о  привлечении к субсидиарной ответственности срок исковой давности исчисляется в  соответствии с нормами закона, действовавшими на дату совершения действий,  являющихся основанием для привлечения к субсидиарной ответственности  (Определение Верховного Суда РФ от 10 сентября 2018 г. по делу № 305-ЭС18- 7255,  Определение Верховного Суда РФ от 08.02.2019 № 304-ЭС18-24534 по делу № А454285/2013).  

Учитывая, что в 2008 году Закон о банкротстве не предусматривал специальных  норм о сроке исковой давности при обращении с заявлением о привлечении к  субсидиарной ответственности, применению подлежат общие нормы гражданского  законодательства о сроке исковой давности.  

В соответствии со ст. 196 ГК РФ (в подлежащей применению редакции) общий  срок исковой давности устанавливается в три года. В соответствии со ст. 200 ГК РФ (в  подлежащей применению редакции) течение срока исковой давности начинается со  дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.  

Согласно п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43  «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса  Российской Федерации об исковой давности» течение срока исковой давности  начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было  узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том,  кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200  ГК РФ).  

Как следует из доводов заявления и установлено материалами дела, Банк узнал о  нарушении своих прав (о невозможности полного погашения своих требований) в связи  с действиями Контролирующих лиц по инициированию контролируемого банкротства  Должника в 2019 году после проведения торгов по реализации имущества в рамках дел  о банкротстве всех солидарных должником, когда торги были признаны  несостоявшимися, стоимость имущества залогодателей снизилась и перестала  превышать размер требований Банка, о чем свидетельствуют сведения,  опубликованные на ЕФРСБ.  

Таким образом, учитывая, что с заявлением о привлечении контролирующих  должника лиц к субсидиарной ответственности Банк обратился 30.04.2020, суд пришел  к правомерному выводу о соблюдении Банком срока исковой давности.  

Кроме того, в соответствии с позицией, сформулированной в Постановлении  Президиума ВАС РФ от 22.11.2011 № 17912/09 по делу № А54-5153/2008/С16, в  качестве санкции за злоупотребление правами по смыслу пункта 2 статьи 10  Гражданского кодекса судом может быть отказано в применении срока исковой  давности.  

Учитывая, что действия ответчиков по созданию фиктивной задолженности и  инициированию процедуры контролируемого банкротства должника с целью  уклонения от погашения задолженности перед кредиторами является  злоупотреблением правом, суд отказал ответчикам в применении срока исковой  давности. Организуя банкротство должника и отстраняя независимых кредиторов от  возможности оказывать влияние на ход процедуры банкротства, фактически лишая  

возможности защищать свои права, получать удовлетворение своих требований,  ответчики не вправе рассчитывать на защиту своих интересов исковой давностью.  

Доводы апелляционных жалоб ФИО4, ФИО2 со  ссылками на номинальность своего статуса отклоняются судом апелляционной жалобы  как опровергаемые представленными в материалы дела доказательствами.  

Кроме того, по общему правилу номинальный статус руководителя не  освобождает последнего от субсидиарной ответственности, но может быть учтен при  определении ее размера, исходя из того насколько его действия по раскрытию  информации способствовали восстановлению нарушенных прав кредиторов и  компенсации их имущественных потерь (пункт 6 Постановления ВС РФ № 53).  

В пункте 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено дискреционное  полномочие суда полностью освободить от субсидиарной ответственности лицо,  привлекаемое к субсидиарной ответственности, в случае, если это лицо докажет, что  оно при исполнении функций органов управления или учредителя (участника)  юридического лица фактически не оказывало определяющего влияния на деятельность  юридического лица (осуществляло функции органа управления номинально), и если  благодаря предоставленным этим лицом сведениям установлено фактически  контролировавшее должника лицо, в том числе отвечающее условиям, указанным в  подпунктах 2 и 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, и (или) обнаружено  скрывавшееся последним имущество должника и (или) контролирующего должника  лица.  

Указанные обстоятельства ответчиками не приведены и не доказаны. 

Доводы жалобы ФИО4 относительно заключения договора  поручительства предыдущим генеральным директором не имеют правового значения,  поскольку в настоящем случае ответчикам вменяется не заключение отдельной  убыточной сделки, а реализация схемы с ее использованием, на что указано судом  кассационной инстанции при первоначальном рассмотрении спора.  

При этом, вопреки доводам ФИО4, судом первой инстанции  дана оценка ее участию в схеме по введению контролируемого банкротства должника.  

Доводы ФИО2 о моменте заключения договора поручительства до ее  вхождения в уставный капитал должника также признаются несостоятельными.  Данный факт не опровергает выводы суда относительно ее участия в реализации схемы  (на определенном этапе: при взыскании задолженности и признании должника  банкротом) по введению контролируемого банкротства должника.  

Равным образом, пребывание ФИО3 в должности генерального  директора должника непродолжительное время после заключения договора  поручительства также не опровергает выводы суда относительно ее участия (на  определенном этапе: при заключении договора поручительства) в реализации схемы  контролируемого банкротства.  

Доводы апелляционных жалоб не содержат фактов, которые влияли бы на  обоснованность и законность судебного акта. Заявителям апелляционных жалоб не  представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в  обоснование своей позиции.  

По сути, доводы апелляционных жалоб сводятся к несогласию с оценкой  доказательств судом первой инстанции, с которой соглашается суд апелляционной  инстанции, были предметом рассмотрения в суде первой инстанции и им дана  надлежащая оценка.  

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о  выполнении указаний суда округа в полной мере, и принятии судом первой инстанции  оспариваемого определения с учетом правильно установленных обстоятельств,  имеющих значение для дела, полно, всесторонне и объективно исследованных  доказательств.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае  основаниями для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не  установлено.  

Руководствуясь статьями 176, 266 – 269, 272 Арбитражного процессуального  Кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд  

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 13.10.2022 по делу № А40123684/15 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3, ФИО4, ООО «Дело» – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть  обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в  Арбитражный суд Московского округа.  

Председательствующий судья: С.А. Назарова  Судьи: Ю.Л. Головачева  

 Е.В. Иванова