ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А70-8787/2019

29 июня 2021 года

город Омск

Резолютивная часть постановления объявлена  22 июня 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме  29 июня 2021 года.

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Котлярова Н.Е.,

судей  Дубок О.В., Зориной О.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания Ауталиповой  А.М., рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер 08АП-5465/2021, 08АП-5466/2021, 08АП-5467/2021, 08АП-5468/2021) Мундуть Людмилы Леонидовны,  Мундуть Николая Гендриковича, Мундуть Ильи Гендриковича, Мундуть Гендрика Ивановича на определение Арбитражного суда Тюменской области от 15.04.2021 по делу № А70-8787/2019                      (судья Целых М.П.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления финансового управляющего имуществом должника Соловьева Вадима Вадимовича о признании недействительным брачного договора от 20.11.2008, заключенного между Мундуть Гендриком Ивановичем и Мундуть Людмилой Леонидовной и применении последствий недействительности сделки, при участии в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, - Мундуть Николая Гендриковича, Мундуть Ильи Гендриковича, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Мундуть Гендрика Ивановича (ИНН 720400888671),

при участии в судебном заседании представителей:  

ФИО3;

от ФИО2 – представителя ФИО7 (по доверенности от 03.06.2019 сроком действия на три года); 

от ФИО5 - представителя Сидора П.Л. (по доверенности сроком действия три года);

от финансового управляющего ФИО6 - представителя ФИО8 (по доверенности от 21.06.2021 сроком действия один год),

от общества с ограниченной ответственностью «Втб Пенсионный Администратор» - представителя ФИО9 (по доверенности № 19/11/20 от 10.11.2020 сроком действия один год),

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Тюменской области от 13.09.2019 гражданин ФИО5 (далее – ФИО5, должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества.

 Сведения о введении процедуры реализации имущества опубликованы в печатном издании «Коммерсантъ» от 21.09.2019 № 172. 

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 02.03.2020 финансовым управляющим имуществом должника ФИО6 (далее – финансовый управляющий имуществом должника).

В Арбитражный суд Тюменской области 26.08.2020 обратился финансовый управляющий имуществом должника с заявлением, в котором просил: 

- признать недействительным брачный договор от 20.11.2008, заключенный между ФИО5 и ФИО2 (далее - ФИО2) и применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу имущества: 

- в соответствии с пунктом 2.5 - автомобиль LEXUS RX350 легковой 2007 года, регистрационный номер 

<

***> идентификационный номер JTJHK31U802037282; 

- в соответствии с пунктом 2.7 - 1/3 доли в праве общей долевой собственности квартиры, по адресу: 

<

...>; 

- в соответствии с пунктом 2.8 - встроенно-пристроенные нежилые помещения (Салон красоты), расположенные на первом этаже жилого дома Литера А, А2» площадью 95,10 кв. м по адресу: 

<

...>, корп 1/5; 

- в соответствии с пунктом 2.9 - нежилое помещение в жилом доме (салон красоты) (Литера А1) площадью 213,50 кв. м этаж 1 номера на поэтажном плане 13-30 по адресу: 

<

...>; 

- в соответствии с пунктом 2.10 - земельный участок и размещенный на нем жилой дом по адресу: 

<

...>, общая площадь 565,00 кв. м; 

- в соответствии с пунктом 2.11 - квартиру, площадью 214 кв. м по адресу 

<

...>; 

- в соответствии с пунктом 2.12 - жилой дом, площадью 1057,2 кв. м литер А по адресу: г. 

<

...>; 

- в соответствии с пунктом 2.13 - земельный участок, площадью 3773, 00 кв. м по адресу: 

<

...>; 

- в соответствии с пунктом 2.14 земельный участок, площадью 5000, 00 кв. м по адресу: 

<

...>, участок № 21; 

- в соответствии с пунктом 2.15 - земельный участок, площадью 2075, 50 кв. м по адресу 

<

...> участок № 19,20.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 21.01.2021 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ФИО3 (далее – ФИО3), ФИО4 (далее – ФИО4).

От финансового управляющего имуществом должника 04.03.2021 поступили дополнения к заявлению, в которых управляющий просил: 

- признать недействительным брачный договор от 20.11.2008, заключенный между ФИО5 и ФИО2 и применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 денежных средств в размере 50% от рыночной стоимости имущества, переданного супруге должника; 

- назначить по делу экспертизу по определению рыночной стоимости следующего имущества: автомобиля LEXUS RX350 легковой 2007 года, регистрационный номер 

<

***> идентификационный номер JTJHK31U802037282; 1/3 доли в праве общей долевой собственности квартиры, по адресу: 

<

...>; встроенно-пристроенных нежилых помещений (Салон красоты), расположенных на первом этаже жилого дома Литера А, А2» площадью 95,10 кв. м по адресу:  

<

...>, корп 1/5; нежилого помещения в жилом доме (салон красоты) (Литера А1) площадью 213,50 кв. м этаж 1 номера на поэтажном плане 13-30 по адресу 

<

...>; земельного участка и размещенного на нем жилого дома по адресу 

<

...>, общая площадь 565,00 кв. м; квартиры, площадью 214 кв. м по адресу: 

<

...> д 45, кв. 25; жилого дома, площадью 1057,2 кв. м литер А по адресу: г. 

<

...>; земельного участка, площадью 3773, 00 кв. м по адресу: 

<

...>; земельного участка, площадью 5000, 00 кв. м по адресу: 

<

...>, участок № 21; земельного участка, площадью 2075, 50 кв. м по адресу 

<

...> участок № 19, 20.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 15.04.2021 по делу № А70-8787/2019 (далее - обжалуемое определение) заявленные требования удовлетворены. Признан недействительным брачный договор от 20.11.2008, заключенный между ФИО5 и ФИО2. Применены последствия недействительности сделки в виде восстановления режима совместной собственности ФИО5 и ФИО2 на имущество, приобретенное супругами ФИО5 и ФИО2 в период брака. Взыскана с ФИО2 в федеральный бюджет государственная пошлина в размере 6 000 руб. 

Не соглашаясь с вынесенным определением, с апелляционной жалобой (регистрационный номер 08АП-5465/2021) обратилась ФИО2, просила обжалуемое определение отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего имуществом должника.

В обоснование жалобы её заявитель указал, что:

- оспариваемый брачный договор заключен 20.11.2008, при этом в силу положений Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) не допускается оспаривание по специальным основаниям, установленным статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве;

- для целей оспаривания брачного договора на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) управляющим пропущен срок давности (истек 20.11.2011). Так, началом исполнения брачного договора надлежит считать его нотариальное удостоверение 20.11.2008;

- на дату совершения брачного договора имущество супругов не было обременено правами и притязаниями третьих лиц, супруги могли распоряжаться имуществом по собственной вое и в своем интересе;

- ФИО2 реализовала права единоличного собственника спорного имущества: самостоятельно несла бремя его содержания, уплачивала налоги, пользовалась имуществом в соответствии с его назначением;

 - брачный договор ФИО2 был исполнен в соответствии с его условиями, что также подтверждается сведениями из ЕГРН об иных собственниках недвижимости;

- Банку и его правопреемнику задолго до банкротства должника было известно о существовании брачного договора в силу своего положения потерпевшего, гражданского истца по уголовному делу и ответчика по гражданскому делу № 2-1279/2010; 

 - ФИО2 не причастна к преступлению, совершенному должником и ФИО10;

 - судом неверно разрешен вопрос о наличии кредиторов должника на момент заключения оспариваемого брачного договора;

- приговор в отношении должника вступил в законную силу 07.12.2016, следовательно, обязанность должника возместить вред наступила 17.12.2018, когда Банку стало известно о точном размере ущерба и лице, его причинившем;

- каких-либо обязательств в связи с заключением кредитного соглашения от 08.09.2006 между Банком и ОАО «Технефтьинвест» должник не имел. Договор личного поручительства с должником не заключался; 

- при применении реституции суд первой инстанции вышел за пределы своих полномочий.

Не соглашаясь с вынесенным определением, с апелляционной жалобой (регистрационный номер 08АП-5466/2021) обратился ФИО3, просил обжалуемое определение отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего имуществом должника.

В обоснование жалобы её заявитель указал, что:

- судом первой инстанции неверно истолкованы нормы права в части исчисления сроков исковой давности: в силу действовавшей до 01.09.2013 редакции пункта 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года.

Исходя из буквального толкования пункта 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по оспариванию сделок, связанных с прекращением права собственности на имущество, должен начинать течь не позднее даты государственной регистрации прекращения такого права, произошедшей до 17.02.2009;

- фактический раздел имущества состоялся более чем за 10 лет до возбуждения дела о банкротстве, то есть за пределами сроков исковой давности;

- судебный акт не содержит положения о возможности исчисления сроков исковой давности с даты введения процедуры реализации имущества гражданина, предусматривающей формирование конкурсной массы, поскольку данная процедура на момент вынесения судебного акта еще не существовала;

- течение срока исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки во всех редакциях ГК РФ всегда начиналось со дня, когда началось исполнение этой сделки. 

Согласно действующей редакции ГК РФ лицо, не являющееся стороной сделки, может её оспорить в течение 3 лет со дня, когда узнало или должно было узнать о начале её исполнения, но такой срок исковой давности не может превышать 10 лет со дня начала исполнения сделки;

- апелляционным определением Тюменского областного суда по делу № 33-4648/2018 от 17.12.2018 и приговором Таганского районного суда г. Москвы от 04.07.2016 по делу № 1-1/16 установлено, что причинение вреда произошло не в момент перечисления денежных средств, а в момент исполнения кредитного соглашения.

Обязательства у должника в начале возникли в 2009 году, что через пять месяцев после заключения брачного договора, соответственно, моментом причинения вреда является 21.04.2009 - первый день просрочки по возврату основного долга;

- при применении реституции суд первой инстанции вышел за пределы своих полномочий.

Не соглашаясь с вынесенным определением, с апелляционной жалобой (регистрационный номер 08АП-5467/2021) обратился ФИО4, просил обжалуемое определение отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего имуществом должника.

В обоснование жалобы её заявитель указал, что:

- судом первой инстанции неправильно применены нормы материального права, регулирующие порядок применения и исчисления срока исковой давности: пункт 2 статьи 199 ГК РФ, пункт 1 статьи 181 ГК РФ.

В силу действовавшей до 01.09.2013 редакции пункта 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. 

Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки. 

Брачный договор зарегистрирован в нотариальном порядке 20.11.2008, соответственно, срок исковой давности, рассчитанный в порядке действовавшей до 01.09.2013 редакции пункта 1 статьи 181 ГК РФ, истек 20.11.2011. 

Выводы суда о том, что исполнение по спорному договору не могло начаться ранее введения процедуры реализации имущества гражданина, не основан на нормах действующего законодательства;

- финансовым управляющим имуществом должника не доказано наличие признаков злоупотребления правом при заключении ФИО5 и ФИО2 оспариваемого брачного договора.

Ни из приговора по уголовному делу, ни из судебных постановлений о взыскании ущерб не следует, что обязанность по возмещению вреда возникла у ФИО5 в 2006 году.

Финансовым управляющим не доказано, что ФИО2 знала или должна была знать о заключении кредитного договора между Банком и ОАО »Технефтьинвест»; о том, что после заключения брачного договора ОАО »Технефтьинвест» будет испытывать трудности с исполнением кредитных обязательств.

Не соглашаясь с вынесенным определением, с апелляционной жалобой (регистрационный номер 08АП-5468/2021) обратился ФИО5, просил обжалуемое определение отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего имуществом должника.

В обоснование жалобы её заявитель указал, что:

- судом необоснованно применены положения статей 42, 44 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ);

- выводы о том, что оспариваемый брачный договор поставил должника в неблагоприятное положение, не мотивирован.

Размер и систематичность получения доходов до заключения брачного договора позволяла должнику объективно судить о том, что условие об оставлении себе в будущем всех доходов от трудовой деятельности является для него выгодным. 

Так, за период с 2003 года по 2008 год общая сумма доходов должника составила около 40 000 000 руб. 

В то же время, размер доходов, полученных должником после заключения брачного договора, позволяет судить о том, что его реализация не поставила должника в крайне неблагоприятное положение. 

Так, за период с 2009 год по 2019 год общая сумма доходов должника составила около 17 000 000 руб.

Должник, являющийся ветераном боевых действий, участником ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС, инвалидом второй группы вследствие военной травмы, получает военную пенсию, которая регулярно индексируется  и иные социальные выплаты. 

За последний год общая сумма таких выплат составила около 650 000 руб. 

Кроме того, по условиям брачного договора в собственность должника переходил автомобиль TOYOTA LAND CRUISER 100 (который в 2010 году был должником продан по цене более 1 000 000 руб.), а также 1/3 доля в праве долевой собственности на трехкомнатную квартиру (

<

...>);

- учитывая, что ответчиком по такому требованию является супруга должника, соответствующее требование должно рассматриваться судом общей юрисдикции по месту жительства ответчика;

- правовой подход, изложенный в постановлении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 25.09.2020 по делу № А46-21920/2018 не применим к спорным правоотношениям;

- о существовании брачного договора кредитору было известно еще в 2010 году.

Так, в сентябре 2010 года ФИО2 обратилась в Тюменский районный суд Тюменской области с иском к ОАО «Банк ВТБ», ФИО5 об освобождении от ареста недвижимого имущества, перешедшего к ней на основании брачного договора. 

Требования были мотивированы необоснованным наложением ареста на принадлежащее ей имущество в рамках уголовного дела. 

ФИО2 при этом указывала на то, что между ней и должником был заключен брачный договор от 22.11.2008;

- вывод суда первой инстанции о наличии признаков злоупотребления правом в действиях сторон оспариваемой сделки не соответствует фактическим обстоятельствам дела.

Апелляционным определением Тюменского областного суда от 17.12.2018 по делу № 33-4648/2018 момент причинения вреда не определен.

Вывод суда о наличии у ФИО5 обязательств в 2006 году противоречит материалам дела, поскольку у ОАО «Технефтьинвест» признаки неплатежеспособности возникли только в феврале 2009 года. Платежеспособность ОАО «Технефтьинвест» в 2006 году не исследовалась судом, каких-либо доказательств неплатежеспособности материалы дела не содержат. 

На дату совершения оспариваемой сделки просроченных обязательств перед Банком не было у ОАО «Технефтьинвест». 

Таким образом, вывод суда первой инстанции о наличии у должника обязательства по возмещению вреда на дату заключения брачного договора (20.11.2008) противоречит фактическим обстоятельствам дела, установленным как приговором Таганского районного суда г. Москвы от 04.07.2016 по делу № 1-1/16, так и судебным актам арбитражных судов, которыми была установлена задолженность ОАО «Технефтьинвест» по кредитным обязательствам перед Банком.

Оспариваемый брачный договор был заключен задолго до возникновения у кредитора имущественных претензий непосредственно к должнику.

- не мотивирован вывод суда о том, что должник на момент заключения брачного договора не мог не понимать, что лично для него, как для руководителя ОАО «Технефтьинвест», могут возникнуть гражданские последствия;

- наличие у ФИО2 статуса заинтересованного по отношению к должнику лица на дату совершения оспариваемой сделки не может быть расценено в качестве свидетельства ее осведомленности о предполагаемом недобросовестном поведении должника либо о недобросовестном поведении ее самой при совершении оспариваемой сделки;

- ФИО2 пользовалась перешедшим к ней имуществом, извлекала доход из его использования, распоряжалась им по своему усмотрению;

- вывод суда о том, что на дату заключения брачного договора ФИО2 должна была знать о возможных негативных последствиях для должника в связи с появлением в 2007 году в средствах массовой информации указанных финансовым управляющим публикаций, является необоснованным;

- финансовым управляющим в нарушение требований закона не предоставлено ни одного доказательства, свидетельствующего о недобросовестности поведения супруги должника при заключении брачного договора.

Более подробно доводы изложены в апелляционных жалобах.

07.06.2021 от ООО ВТБ Пенсионный Администратор поступил отзыв на апелляционную жалобу.

15.06.2021 от ФИО3, ФИО2 поступили дополнения к апелляционным жалобам.

16.06.2021 финансовым управляющим имуществом должника представлен отзыв на апелляционную жалобу.

17.06.2021 ФИО3 представлены возражения на отзыв на апелляционную жалобу.

18.06.2021 от ФИО2 поступили возражения на отзыв на апелляционную жалобу.

21.06.2021 ФИО3 представлены дополнения к апелляционной жалобе.

В судебном заседании 23.06.2021 представитель ФИО5 просил определение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу - удовлетворить. 

Представитель ФИО2 просил определение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу - удовлетворить. 

ФИО3 просил определение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Представитель финансового управляющего ФИО6 просил оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

Представитель ООО «ВТБ Пенсионный Администратор» просил оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

Иные лица, надлежащим образом извещенные в соответствии со статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ)                   о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей                в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили. На основании части                       1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена                                в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Повторно рассмотрев материалы дела, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения обжалуемого определения.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

В силу пункта 2 статьи 213.11 Закона о банкротства с даты вынесения арбитражным судом определения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом и введении реструктуризации его долгов наступают, в том числе, следующие последствия - требования о признании недействительными сделок и о применении последствий недействительности ничтожных сделок могут быть предъявлены только в порядке, установленном настоящим Федеральным законом.

 Как усматривается из материалов дела, 18.12.1982 между ФИО5 и ФИО11 зарегистрирован брак (том 6 л.д. 55). 

20.11.2008 ФИО5 и ФИО2 заключен брачный договор, устанавливающий режим раздельной собственности супругов. 

Согласно пункту 1.1 договора режим раздельной собственности супругов установлен как на уже имеющееся у супругов, так и на будущее имущество. 

Имущество, которое было приобретено или будет приобретено супругами во время брака, является собственностью того из супругов, на имя которого оно оформлено или зарегистрировано, если договором не предусмотрено будет иное (пункт 1.2 договора). 

Каждый из супругов имеет право пользоваться имуществом другого супруга при отсутствии возражений со стороны собственника соответствующего имущества (пункт 1.3 договора). 

Кроме того, в главе 2 договора установлены особенности правового режима отдельных видов имущества. Банковские вклады, сделанные супругами во время брака, а также проценты по ним, являются собственностью того из супругов, на имя которого они сделаны (пункт 2.1. договора).

 Акции и другие ценные бумаги, приобретенные во время брака (кроме ценных бумаг на предъявителя), а также дивиденды по ним, принадлежат тому, на имя которого оформлено приобретение акций и других ценных бумаг (пункт 2.2. договора). 

Доля в имуществе и (или) доходах коммерческих организаций, приобретенная во время брака, является собственностью того из супругов, на имя которого оформлено приобретение указанной доли (пункт 2.3. договора).

 Далее сторонами брачного договора установлено: 

«2.4. Автомобиль марки TOYOTA LAND CRUISER 100 легковой 2004 года выпуска, регистрационный знак 

<

***> идентификационный номер JTEHT05J402065171, модель, № двигателя 2UZ 9126356, шасси № JTEHT05J402065171, кузов № отсутствует, приобретенный супругами во время брака и зарегистрированный на имя ФИО5 на основании паспорта транспортного средства 77 ТС 297026, выданного Центральной акцизной таможней г. Москва 12.07.2004 и свидетельства о регистрации 

<

...>, выданного МРЭО ГИБДД г. Тюмень 24 июля 2004 года, является собственностью ФИО5. 

2.5. Автомобиль марки LEXUS RX350 легковой 2007 года, регистрационный знак А426Т072, идентификационный номер JTJHK31U802037282, модель, № двигателя 2GR А196095, шасси № отсутствует, кузов № JTJHK31U802037282, приобретенный супругами во время брака и зарегистрированный на имя ФИО2 на основании паспорта транспортного средства 78 ТО 322488, выданного Центральной акцизной таможней г. Москва 05.07.2007 и свидетельства о регистрации 

<

...>, выданного МРО ГИБДД при ГУВД по Тюменской области 20 февраля 2008 года, является собственностью ФИО2. 

2.6. 1/3 (одна третья) доля в праве общей долевой собственности квартиры, находящейся по адресу: 

<

...>; Приобретенная супругами во время брака и зарегистрированная на имя ФИО5 на основании договора передачи (приватизации) квартиры в собственность № 1-05961, заключенного с Жилищным комитетом Администрации г. Тюмени 21 июля 1998 года, зарегистрированного в МУ БТИиР Администрации г. Тюмени 24 августа 1998 года, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права, выданным МУ БТИиР Администрации г. Тюмени, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 24 августа 1998 года сделана запись регистрации № 2-73-10, бланк серия ТМ 008053, является собственностью ФИО5. 

2.7 1/3 (одна третья) доля в праве общей долевой собственности квартиры, находящейся по адресу: 

<

...>, приобретенная супругами во время брака и зарегистрированная на имя ФИО2 на основании договора передачи (приватизации) квартиры в собственность № 1-05961, заключенного с Жилищным комитетом Администрации г. Тюмени 21 июля 1998 года, зарегистрированного в МУ БТИиР Администрации г. Тюмени 24 августа 1998 года, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права, выданным МУ БТИиР Администрации г. Тюмени, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 24 августа 1998 года сделана запись регистрации № 2-73-10, бланк серия ТМ 008054, является собственностью ФИО2. 

2.8. Встроенно-пристроенные нежилые помещения (салон красоты), расположенные на первом этаже жилого дома, Литера А.А2, общей площадью 95,10 кв. м по адресу: г, Тюмень, ул. Мельникайте, д. 129, корп. 1/5, приобретенные во время брака и зарегистрированные на имя ФИО2 на основании договора от 24.04.2001 и акта передачи доли общей собственности № 2-н от 26.05.2003, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права, выданным 28.05.2003 Учреждением юстиции по государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним на территории Тюменской области, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 28.05.2003 произведена запись регистрации № 72-01/01-130/2003-1, бланк 72 НВ 976348, являются собственностью ФИО2. 

2.9. Нежилое помещение в жилом доме (салон красоты) (Литера А1), площадью 213,50 кв.м., этаж 1, номера на поэтажном плане 13-30, находящееся по адресу: 

<

...>, приобретенное во время брака и зарегистрированное на имя ФИО2 на основании договора на долевое участие в строительстве кирпичного жилого дома по ул. ЯлуторовскаяГрибоедова-Короленко № 19Н от 10.03.2005, договора передачи квартиры в собственность от 05.03.2007, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права, выданным 08 мая 2007 года Главным управлением Федеральной регистрационной службы по Тюменской области, Ханты-Мансийскому и Ямало-Ненецкому автономным округам, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 08 мая 2007 года сделана запись регистрации № 72-72-01/119/2007-466, бланк 72 НК 352823, является собственностью ФИО2. 

2.10. Земельный участок и размещенный на нем жилой дом, находящиеся по адресу: 

<

...>, общая площадь 565,00 кв. м, приобретенные во время брака и зарегистрированные на имя ФИО2 на основании договора купли-продажи земельного участка с жилым домом от 17.04.1998, удостоверенного ФИО12 3.И., нотариусом Тюменского нотариального округа по реестру за № 2422, зарегистрированного Земельным департаментом г. Тюмени 20.04.1998 за № 1607, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права, выданным 27.10.2003 Учреждением юстиции по государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним на территории Тюменской области, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 27.10.2003 произведена запись регистрации № 72-01/01-14/2003-3, бланк 72 НЕ 006873, являются собственностью ФИО2.

 2.11. Квартира, общей площадью 214,00 кв. м, по адресу: 

<

...>, приобретенная во время брака и зарегистрированная на имя ФИО5 на основании договора долевого участия в строительстве дома № 5 от 27.01.2005, Дополнительного соглашения от 28.01.2005, договора уступки права требования по договору долевого участия в строительстве дома № 25/у от 01.02.2005, акт передачи квартиры от 03.02.2005, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права, выданным 26.08.2005 Главным управлением Федеральной регистрационной службы по Тюменской области, Ханты-Мансийскому и Ямало-Ненецкому автономным округам, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 26.08.2005 произведена запись регистрации № 72- 72-01/209/2005-388, бланк 72 НК 035291, является собственностью ФИО2. 

2.12. Жилой дом, общей площадью 1057,2 кв. м литер А, по адресу: 

<

...>, приобретенный во время брака и зарегистрированный на имя ФИО5 на основании договора купли-продажи земельного участка от 26.02.2007, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права, выданным 25 апреля 2008 года Управлением Федеральной регистрационной службы по Тюменской области, ХантыМансийскому и Ямало-Ненецкому автономным округам, о чем в Едином государственном реестре прав на Недвижимое имущество и сделок с ним 25 апреля 2008 сделана запись регистрации № 72-72-01/094/2008-220, бланк 72 НК 790379, является собственностью ФИО2. 

2.13. Земельный участок, площадь: общая 3773,00 кв. м, находящийся по адресу: 

<

...> участок № 19а, приобретенный во время брака и зарегистрированный на имя ФИО5 на основании договора купли-продажи земельного участка № 1 от 05.03.2005, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права, выданным 29 марта 2007 года Главным управлением Федеральной регистрационной службы по Тюменской области, Ханты-Мансийскому и Ямало-Ненецкому автономным округам, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 29 марта 2007 года сделана запись регистрации № 72-72-01/017/2007-080, бланк 72 НК 351199, является собственностью ФИО2. 

2.14. Земельный участок, площадь: общая 5000,00 кв. м, находящийся по адресу: 

<

...>, участок № 21, приобретенный во время брака и зарегистрированный на имя ФИО5 на основании договора купли-продажи земельного участка от 26.02.2007, что подтверждается Свидетельством о государственной регистрации права, выданным 29 марта 2007 года Главным управлением Федеральной регистрационной службы по Тюменской области, Ханты-Мансийскому и Ямало-Ненецкому автономным округам, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 29 марта 2007 года сделана запись регистрации № 72-72-01/017/2007-084, бланк 72 НК 351401, является собственностью ФИО2.

 2.15. Земельный участок, площадь: общая 2075,50 кв. м, находящийся по адресу: 

<

...> участок № 19,20, приобретенный во время брака и зарегистрированный на имя ФИО5 на основании договора купли-продажи земельного участка от 26.02.2007, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права, выданным 29 марта 2007 года Главным управлением Федеральной регистрационной службы по Тюменской области, Ханты-Мансийскому и Ямало-Ненецкому автономным округам, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 29 марта 2007 года сделана запись регистрации № 72-72-01/017/2007-082, бланк 72 НК 351200, является собственностью ФИО2. 

Договор удостоверен 20.11.2008 ФИО13, нотариусом нотариального округа города Тюмени. 

Полагая, что брачный договор заключен с целью исключения возможности обращения взыскания на имущество супругов, финансовый управляющий имуществом должника обратился в суд с заявлением о признании его недействительным на основании статей 10, 168 ГК РФ.

Согласно части 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (часть 4 статьи 1 ГК РФ).

В силу абзаца первого части 1 статьи 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании части 2 статьи 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Согласно части 1 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. В силу части 2 статьи 168 ГК РФ, если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.

Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный статьей 10 ГК РФ, поэтому такая сделка признается недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2015), утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 04.03.2015).

Пунктом 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту - Постановление № 32) разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из изложенного, при установлении того заключена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, суду надлежит установить, имелись ли у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы.

Для признания сделки ничтожной в связи с ее противоречием статье 10 ГК РФ необходимо установить сговор всех сторон договора на ее недобросовестное совершение с умышленным нарушением прав иных лиц или другие обстоятельства, свидетельствующие о направленности воли обеих сторон сделки на подобную цель, понимание и осознание ими нарушения при совершении сделки принципа добросовестного осуществления своих прав, а также соображений разумности и справедливости, в том числе по отношению к другим лицам, осуществляющим свои права с достаточной степенью разумности и осмотрительности.

С учетом изложенного, злоупотребление правом должно иметь место в действиях обеих сторон сделки, что соответствует правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.09.2011 № 1795/11.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление № 25), оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 33 СК РФ законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности. Законный режим имущества супругов действует, если брачным договором не установлено иное. 

Брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения (статья 40 СК РФ). 

В соответствии с частью 2 статьи 41 СК РФ брачный договор заключается в письменной форме и подлежит нотариальному удостоверению.

 На основании пунктов 1, 2 статьи 42 СК РФ брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (статья 34 настоящего Кодекса), установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов. Брачный договор может быть заключен как в отношении имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов. 

Супруги вправе определить в брачном договоре свои права и обязанности по взаимному содержанию, способы участия в доходах друг друга, порядок несения каждым из них семейных расходов; определить имущество, которое будет передано каждому из супругов в случае расторжения брака, а также включить в брачный договор любые иные положения, касающиеся имущественных отношений супругов. Права и обязанности, предусмотренные брачным договором, могут ограничиваться определенными сроками либо ставиться в зависимость от наступления или от ненаступления определенных условий. 

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.11.1998 № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака» разъяснено, что общей совместной собственностью супругов, подлежащей разделу (пункты 1 и 2 статьи 34 СК РФ), является любое нажитое ими в период брака движимое и недвижимое имущество, которое в силу статей 128, 129, пунктов 1 и 2 статьи 213 ГК РФ может быть объектом права собственности граждан, независимо от того, на имя кого из супругов оно было приобретено или внесены денежные средства, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

 Раздел общего имущества супругов производится по правилам, установленным статьями 38, 39 СК РФ и статьей 254 ГК РФ. Стоимость имущества, подлежащего разделу, определяется на время рассмотрения дела. Если брачным договором изменен установленный законом режим совместной собственности, то суду при разрешении спора о разделе имущества супругов необходимо руководствоваться условиями такого договора. 

При этом следует иметь в виду, что в силу пункта 3 статьи 42 СК условия брачного договора о режиме совместного имущества, которые ставят одного из супругов в крайне неблагоприятное положение (например, один из супругов полностью лишается права собственности на имущество, нажитое супругами в период брака), могут быть признаны судом недействительными по требованию этого супруга. Следует отметить, что указанное регулирование касается семейных отношений (между настоящими или бывшими супругами). 

Согласно пункту 1 статьи 44 СК РФ брачный договор может быть признан судом недействительным полностью или частично по основаниям, предусмотренным ГК РФ для недействительности сделок. 

Оспаривая брачный договор, финансовый управляющий сослался на его ничтожность (статья 168 ГК РФ, действовавшая до 1 сентября 2013 года). 

Доводы жалоб о том, что брачный договор не может быть оспорен в арбитражном суде, отклоняется, поскольку в соответствии с абзацами 2, 5 пункта 9 постановления № 48 финансовый управляющий, кредиторы должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, вправе оспорить в рамках дела о банкротстве внесудебное соглашение супругов о разделе их общего имущества (пункт 2 статьи 38 СК РФ) по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов (статьи 61, 2, 61.3 Закона о банкротстве, статьи 10, 168, 170, пункта 1 статьи 174.1 ГК РФ). Данные разъяснения подлежат применению и при изменении законного режима имущества супругов брачным договором.

В силу приведенных в пункте 1 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) разъяснений, по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут в частности оспариваться брачный договор, соглашение о разделе общего имущества супругов.

С учетом этого финансовый управляющий имеет право на оспаривание, в том числе брачного договора в судебном порядке в рамках данного обособленного спора, как по общим основаниям, предусмотренным ГК РФ, так и по специальным основаниям, предусмотренным главой III.1 Закона о банкротстве.

Согласно статье 181 ГК РФ (в редакции, действовавшей до 1 сентября 2013 года) срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки. 

Таким образом, течение срока исковой давности определялось не субъективным фактором (осведомленность лица о нарушении права), а объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения сделки. 

Поскольку право на предъявление иска (заявления) связано с наступлением последствий исполнения ничтожной сделки и имеет своей целью их устранение, то именно момент начала исполнения такой сделки, когда возникает производный от нее тот или иной неправовой результат, является определяющим для исчисления срока давности. 

ФИО5, ФИО2 настаивают на том, что началом исполнения сделки необходимо считать 20.11.2008, то есть момент удостоверения договора нотариусом, и до 17.02.2009 - государственная регистрация перехода права собственности на объекты, указанные в договоре (том 5 л.д. 143, том 6 л.д. 6-7). 

Заявители жалобы ссылаются на то, что согласно определению Верховного Суда Российской Федерации от 05.11.2015 № 305-ЭС14-1540, к спорным правоотношениям подлежит применению пункт 1 статьи 181 ГК РФ до внесения в него изменений Федеральным законом от 07.05.2013 № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Закон № 100-ФЗ).

Вместе с тем переходными положениями (пункт 9 статьи 3 Закона № 100-ФЗ) предусмотрено, что новые сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 01.09.2013.

В абзаце втором пункта 15 постановления Пленума Верховного суда РФ от 5 ноября 1998 года № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака» даны разъяснения о том, что если брачным договором изменен установленный законом режим совместной собственности, то суду при разрешении спора о разделе имущества супругов необходимо руководствоваться условиями такого договора. 

При этом следует иметь в виду, что в силу пункта 3 статьи 42 СК РФ условия брачного договора о режиме совместного имущества, которые ставят одного из супругов в крайне неблагоприятное положение (например, один из супругов полностью лишается права собственности на имущество, нажитое супругами в период брака), могут быть признаны судом недействительными по требованию этого супруга. 

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.01.2015 № 5-КГ14-144, при оспаривании супругом действительности брачного договора, срок исковой давности для него следует исчислять с момента, когда он узнал или должен был узнать о том, что в результате реализации условий брачного договора он попал в крайне неблагоприятное имущественное положение. Такой момент для супругов может совпадать с разделом имущества, осуществляемого по условиям брачного договора. 

Кроме того, арбитражным судом принят во внимание правовой подход Арбитражного суда Западно-Сибирского округа, изложенный в постановлении от 25.09.2020 по делу № А46-21920/2018, согласно которому в условиях заинтересованности сторон сделки по разделу имущества супругов, в том числе в сокрытии факта совершения таковой, юридическое исполнение этой сделки не может начаться ранее вступления в названные правоотношения независимого лица.

Изложенный подход обусловлен, прежде всего, особенностями ведения публичного реестра недвижимости, учета транспортных средств, не позволяющими отразить сведения о нахождении имущества в совместной собственности нескольких лиц, что предопределяет наделение статусом титульного собственника только одного из сособственников.

В связи с этим внешняя смена титульного собственника для независимых кредиторов не влечет в их восприятии трансформацию совместной собственности в единоличную, не может породить у них обоснованные сомнения как в совершении сделки с этим имуществом, так и в ее исполнении.

Учитывая, что брак между супругами Мундуть не расторгнут, в отсутствие достаточных доказательств фактического раздела имущества, судом первой инстанции верно заключено, что до возникновения у должника обязательств перед кредитором и возбуждении в отношении него дела о банкротстве, исполнение по оспариваемому договору не могло начаться ранее введения процедуры реализации имущества гражданина, предусматривающей формирование конкурсной массы с целью соразмерного удовлетворения требований кредиторов за счет обращения взыскания на имущество должника. 

По существу спора суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Приговором Таганского районного суда г. Москвы от 04.07.2016 по делу № 1-1/16 признаны ФИО10 и ФИО5 виновными в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159.1 УК РФ. Гражданский иск ООО ВТБ Пенсионный администратор к ФИО10 и ФИО5 оставлен без разрешения, признано за гражданским истцом ООО «ВТБ Пенсионный администратор» право на обращение с иском в порядке гражданского судопроизводства (том 5 л.д. 32-121). 

По правилам части 4 статьи 69 АПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу обязательны для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом.

 Так, указанным выше приговором суда установлено, что ФИО10 и ФИО5 в период времени, предшествующий 01.08.2005, точное время следствием не установлено, находясь в г. Тюмени, из корыстных побуждений, в целях личного обогащения в особо крупном размере, вступили между собой и неустановленными лицами, дело в отношении которых выделено в отдельное производство, в предварительный преступный сговор с целью хищения денежных средств, принадлежащих ПАО Банк ВТБ (ранее открытое акционерное общество «Банк внешней торговли», далее по тексту Банк ВТБ), являющегося банком государственного участия (99, 953% акций принадлежало Российской Федерации в лице Федерального агентства по управлению федеральным имуществом), в особо крупном размере, путем предоставления заведомо ложных и недостоверных сведений. 

Действуя в рамках преступного умысла, 01.08.2005 в г. Тюмени                     ФИО10, обладающий 80% акций компании ОАО «Технефтьинвест» (ИНН 

<

***>), зарегистрированное по адресу: 

<

...>), заключил с ФИО5 трудовой договор о принятии последнего на работу по совместительству на должность директора указанного общества, в этот же день приказом № 40-ЛС ФИО5 назначен генеральным директором данной компании, а с 20.12.2005 ФИО5 принят на работу генеральным директором ОАО «Технефтьинвест» на условиях работы по основной должности. 

Судом установлено, что между Банком ВТБ и ОАО «Технефтьинвест» 08.09.2006 было заключено кредитное соглашение № 

<

***>, по которому ОАО «Технефтьинвест» 08.09.2006 были приобретены 13 векселей банка на общую сумму 120 миллионов долларов США, после чего предъявлены 11.09.2006 к оплате и денежные средства переведены на валютные счета компаний – нерезидентов «Калсток Трэйдинг Лимитед» и Ханворд Энтерпрайзес Лимитед», затем 05.10.2006 ОАО «Технефтьинвест» были приобретены 9 векселей банка на общую сумму 80 миллионов долларов США, после чего 12.10.2006 предъявлены к оплате и денежные средства переведены на валютные счета компаний – нерезидентов «Калсток Трэйдинг Лимитед» и «Ханворд Энтерпрайзес Лимитед». 

При этом ОАО «Технефтьинвест» должно было вернуть кредитные средства Банку ВТБ. Однако ФИО10 и ФИО5 приняли на себя обязательства при заведомом отсутствии у них намерения выполнить их с целью безвозмездного обращения в свою пользу кредитных денежных средств, не намереваясь использовать денежные средства, полученные по данному кредитному соглашению на цели, которые были им установлены, намеренно сокрыв от Банка сведения о принадлежности и финансовом состоянии ОАО «Технефтьинвест». 

ФИО10 и ФИО5 было достоверно известно, что ОАО «Технефтьинвест» является неплатежеспособным, однако указанные лица решили умышленно скрыть данное обстоятельство от сотрудников Банка ВТБ, также им было известно о принадлежности ФИО10 с 2002 г. ООО «Янгпур» (том 5 л.д. 118). 

Поскольку гражданский иск в рамках уголовного дела не был разрешен по существу, ООО «ВТБ Пенсионный администратор» обратилось в Калининский районный суд с иском к ФИО10, ФИО5 о возмещении материального вреда, причиненного преступлением в размере 5 341 864 000 руб. 

В рамках гражданского дела были установлены следующие обстоятельства. 

08.09.2006 между Банком внешней торговли (ОАО) и ОАО «Технология добычи нефти и инвестиций» заключено кредитное соглашение № 

<

***>-КС на открытие кредитной линии с лимитом выдачи 200 000 000 долларов США. 

Денежные средства в сумме 120 000 000 долларов США, эквивалентной 3 200 496 000 рублям, перечислены банком заемщику 08.09.2006. Денежные средства в сумме 80 000 000 долларов США, эквивалентной 2 141 368 000 рублей, перечислены банком заемщику 05.10.2006. 

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 16.12.2009 по делу А70-8244/2009 в отношении ОАО «Технефтьинвест» введена процедура наблюдения. 

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 17.02.2010 признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов ОАО «Технефтьинвест» требования Банка ВТБ (ОАО), в том числе возникшие из кредитного соглашения № 

<

***>-КС от 08.09.2006. 27.12.2017 в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись о прекращении деятельности ОАО «Технефтьинвест» в связи с ликвидацией на основании определения арбитражного суда. 

Конкурсным управляющим требования кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, не погашены, поскольку вырученные денежные средства пошли на погашение текущих расходов и текущей задолженности должника. 

Судебная коллегия по гражданским делам Тюменского областного суда в рамках дела № 33-4648/2018 пришла к выводу о доказанности того, что в результате совместных противоправных действий ответчиков, вина которых в совершении указанного преступления установлена вступившим в законную силу приговором суда, банку причинен действительный материальный ущерб в размере 200 000 000 долларов США, что по курсу Центрального банка России на дату выдачи денежных средств (на 08.09 и 05.10.2006) составляет 5 341 864 000 руб. 

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы Судебная коллегия по гражданским делам Тюменской области приняла апелляционное определение по делу № 33-4648/2018 от 17.12.2018, которым решение Калининского районного суда г. Тюмени от 28.04.2018 отменено, вынесено новое решение: исковые требования ООО ВТБ Пенсионный администратор к ФИО10, ФИО5 о возмещении материального вреда, причинённого преступлением, удовлетворены. Взыскан с ФИО10, ФИО5 солидарно в пользу ООО ВТБ Пенсионный администратор ущерб в размере 5 341 864 000 руб. Взыскана с ФИО10, ФИО5 солидарно в доход муниципального образования г. Тюмень государственная пошлина в размере 60 000 руб. (том 5 л.д. 27-31).

 В силу части 3 статьи 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле. 

Согласно положениям статьей 15, 1064 и пункта 2 статьи 307 ГК РФ обязательство возместить причиненный вред возникает с момента причинения вреда. 

Согласно пункту 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве» дата причинения вреда кредитору, за который несет ответственность должник в соответствии со статьей 1064 ГК РФ, признается датой возникновения обязательства по возмещению вреда для целей квалификации его в качестве текущего платежа независимо от того, в какие сроки состоится исчисление размера вреда или вступит в законную силу судебное решение, подтверждающее факт причинения вреда и ответственность должника. 

Таким образом, обязанность ФИО5 по возмещению вреда возникла с 08.09.2006, в момент перечисления кредитной организацией в адрес ОАО «Технефтьинвест» 120 000 000 долларов США (первый транш), и 05.10.2006 -80 000 000 долларов США (второй транш). 

Таким образом, на момент заключения оспариваемой сделки (20.11.2008) должник имел неисполненные обязательства перед кредитором по возмещению вреда. 

Доводы апелляционных жалоб изложенный вывод не опровергают. 

Кроме того, ФИО5, совершая действия по предоставлению в кредитное учреждение заведомо ложных и недостоверных сведений для получения кредитных средств, по получению кредитных средств на счета общества, по их расходованию, не мог не понимать, что могут возникнуть неблагоприятные последствия для него лично как руководителя Общества. 

Из материалов дела следует, что в феврале 2009 года ОАО «Технефтьинвест» прекратило исполнять обязательства по кредитному договору. 

ОАО Банк ВТБ направляет 24.03.2009 письменное требование в адрес ОАО «Технефтьинвест» об исполнении обязательств в установленные сроки, в котором указано на наличие просроченного платежа за февраль 2009 года (том 9 л.д. 94-95). 

Таким образом, ФИО5, как директор ОАО «Технефтьинвест», будучи осведомленным о том, что у общества отсутствуют активы для исполнения обязательств по кредитному договору № 

<

***> с февраля 2009 года,  заключил брачный договор с ФИО2, согласно которому большая часть дорогостоящего имущества относится к единоличной собственности супруги должника, с целью исключения неблагоприятных последствий, ожидаемых должником по результатам вышеописанных действий.

Доводы жалоб о том, что ФИО5 в результате заключения брачного договора также получает и будущие доходы, которые у него значительно превышали размер доходов ФИО2, подлежат отклонению, так как размер доходов должника при заключении договора носил вероятностный характер, что исключает возможность на момент заключения брачного договора оценить соблюдение принципа равенства долей супругов. 

На момент заключения брачного договора ФИО5 состоял в браке с ФИО2, в настоящее время брак не расторгнут. 

Поскольку ФИО2 на дату заключения брачного договора являлась супругой должника, то в силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве она является заинтересованным лицом по отношению к должнику, следовательно, не могла не понимать и не знать о возможных негативных последствиях для членов семью в связи с деятельностью ФИО5

 При этом заинтересованные лица настаивают, что на момент заключения брачного договора фактически брачно-семейные отношения между ФИО5 и ФИО2 были прекращены, не велось совместное хозяйство. 

Внесудебный раздел имущества, как правило, сопряжен со стремлением сторон обособить за каждой из них определенный объем имущества в целях исключения обращения взыскания на долю второго супруга. При этом доказательства наличия объективных экономических предпосылок для раздела имущества с должником не представлены суду.

Заявителями жалоб не представлены документы, достоверно свидетельствующие о том, что причиной заключения брачного договора явилось желание ФИО5 и ФИО2 определить судьбу совместно нажитого имущества в связи с личными обстоятельствами. 

Само по себе раздельное проживание супругов (длительная командировка одного из супругов, трудовая деятельность вахтовым методом, проживание в разных городах по объективным причинам), которое может быть обусловлено различными жизненными обстоятельствами, не может автоматически свидетельствовать по прекращении брачных отношений. 

Кроме того, предусмотренный в брачном договоре от 20.11.2008 пункт 1.3., в котором содержится условие, что каждый из супругов имеет право пользоваться имуществом другого супруга при отсутствии возражений со стороны собственника соответствующего имущества, напротив указывает на отсутствие у сторон сделки намерений прекратить брачно-семейные отношения, четко определить режим пользования имуществом для каждого из них. 

При этом брачный договор подписан сторонами 20.11.2008, переход права собственности на указанное в нем недвижимое имущество был осуществлён в период до февраля 2009 года (период прекращения исполнения обязательств по кредитным договорам ОАО «Технефтьинвест»); уголовное дело в отношении должника возбужден 10.03.2010 года (том 5 л.д. 150). 

Далее, ФИО2 по прошествии короткого периода времени подарила земельный участок и жилой дом, расположенный в 

<

...> сыну ФИО3 30.01.2009, жилой дом, расположенный по адресу 

<

...> дом, 49 а, - 16.11.2010 по договору дарения сыну ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (на момент сделки 11 лет); земельные участки по адресу: 

<

...> дом, 49 - № 19 а, 21, 19, 20 - 16.11.2010 по договору дарения ФИО4 

Наличие умысла у обоих участников сделки по сохранению имущества у заинтересованных лиц (членов семьи), в том числе у детей должника подтверждается материалами дела. 

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции верно заключил, что изменение законного режима совместной собственности супругов при очевидном (не в пользу ФИО5) неравенстве стоимости имущества, переданного в личную собственность каждого из супругов (равенство не доказано) свидетельствует о совершении спорной сделки с целью причинения вреда правам кредитора в условиях заведомой осведомленности сторон брачного договора о таком результате брачного договора, что квалифицирует его как сделку, причиняющую вред кредиторам и совершенную с этой целью. 

Заключая оспариваемый брачный договор, должник, супруга должника не могли не осознавать, что их действия направлены на уменьшение объема принадлежащего должнику имущества в целях уменьшения последующей вероятности обращения взыскания на имущество ФИО5 

При указанных обстоятельствах оспариваемый брачный договор признан признанию недействительным на основании статей 10, 168 ГК РФ правомерно. 

Доводы апелляционных жалоб относительно выхода суда первой инстанции за пределы компетенции при применении последствий недействительности сделки отклоняются, поскольку применение последствий недействительности сделки предусмотрено нормами гражданского законодательства.

Доводы апелляционных жалоб не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, а в апелляционной инстанции могли бы повлиять на законность и обоснованность принятого судебного акта. В связи с этим признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда.

Таким образом, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения Арбитражного суда Тюменской области.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой  арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Тюменской области от 15.04.2021 по делу                                    № А70-8787/2019 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий

Н.Е. Котляров

Судьи

                     О.В. Дубок

                      О.В. Зорина