ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-20144/2024

Дело № А40-242910/22

г. Москва

11 июня 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 28 мая 2024 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 11 июня 2024 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ж.В. Поташовой,   

судей Ю.Н. Федоровой,  Н.В. Юрковой, 

при ведении протокола помощником судьи Е.П. Ивановой,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО «Торговые технологии» 

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 12.02.2024 по делу № А40-242910/22,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) должника ООО «Сигма-Н» о признании требования ООО «Торговые Технологии» необоснованным, отказе во включении требования ООО «Торговые Технологии» в размере 322 167 671,23 руб. в реестр требований кредиторов ООО «Сигма-Н»,

кредиторов ООО «Сигма-Н»

 

при участии в судебном заседании:

конкурсный управляющий должника ФИО1 – лично, паспорт

ООО «Торговые технологии» - ФИО2 по доверенности от 27.11.2023

Иные лица не явились, извещены

У С Т А Н О В И Л:

определением Арбитражного суда города Москвы от 05.05.2023 в отношении ООО «Сигма-Н» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3 

Арбитражным судом города Москвы рассмотрено заявление ООО «Торговые Технологии» о включении требований в размере 322 167 671,23 руб. в реестр требований кредиторов должника, поступившее в суд 28.06.2023, и 12.02.2024 вынесено определение о признании требования ООО «Торговые Технологии» необоснованным, отказе во включении требования ООО «Торговые Технологии» в размере 322 167 671,23 руб. в реестр требований кредиторов ООО «Сигма-Н».

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ООО «Торговые технологии»  обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит восстановить срок на подачу апелляционной жалобы, указанное определение суда первой инстанции отменить, признать обоснованным требования ООО «Торговые технологии» в размере 322 167 671, 23 руб., в том числе основного долга 252 000 000 руб., процентов 70 007 671, 23  руб., и включить их в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Сигма-Н».

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству вместе с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на сайте www.kad.arbitr.ru в соответствии положениями части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судом рассматривался вопрос о восстановлении пропущенного процессуального срока на подачу апелляционной жалобы.

Пропущенный процессуальный срок восстановлен судом апелляционной инстанции протокольным определением от 15.05.2024.

В судебном заседании представитель апеллянта, представитель конкурсного управляющего поддержали доводы апелляционной жалобы.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Исследовав доказательства, представленные в материалы дела, оценив их в совокупности и взаимной связи в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом установленных обстоятельств по делу, апелляционный суд считает доводы жалобы необоснованными в силу следующего.

Согласно статье 32 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

Согласно пункту 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в законную силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не предусмотрено Законом о банкротстве.

В соответствии с п. 1 ст. 71 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. 

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2012 года N 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. 

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. 

К заявлению кредитора об установлении размера его требований прилагаются документы, подтверждающие обязательства должника перед кредитором, а также наличие и размер задолженности по указанным обязательствам, доказательства оснований возникновения задолженности, ее расчет, позволяющие установить документальную обоснованность этих требований. 

Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» в пункте 26 даны разъяснения, согласно которым в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. 

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. 

В пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017, указано, что, как правило, для установления обстоятельств, подтверждающих позицию истца или ответчика, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора. 

Однако в условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора (далее также - «дружественный» кредитор) в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. 

Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. 

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора. 

Стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»). 

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда 6 Российской Федерации от 22.06.2012 № 35, пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016). 

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 23.04.2018 № 305-ЭС17-6779 по делу № А40-181328/2015, в условиях конкуренции кредиторов за распределение конкурсной массы для пресечения различных злоупотреблений законодательством, разъяснениями высшей судебной инстанции и судебной практикой выработаны повышенные стандарты доказывания требований кредиторов. 

Установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. При этом проверка осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны (пункт 26 постановления № 35). 

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413 по делу № А40-163846/2016 при рассмотрении заявлений о включении рядовых гражданско-правовых кредиторов суд осуществляет более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с общеисковым гражданским процессом, то есть основанием к включению являются ясные и убедительные доказательства наличия и размера задолженности. 

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств. 

Из заявления ООО «ТоргТех» и приложенных к нему документов следует следующее. ООО «Пика» 18.09.2017 на основании платежного поручения № 752 перечислило на расчетный счет ООО «Ринго-Трэйд» денежные средства в размере 222 160 000 рублей. 

В соответствии с условиями договора № 02/01-19 уступки прав (цессии) от 14.01.2019 ООО «Пика» передало право требование к ООО «Ринго-Трэйд» в размере 222 160 000 рублей основного долга и 22 384 902,47 рублей процентов за пользование чужими денежными средствами ООО «Дженс-Актив». 

В соответствии с условиями договора уступки прав (цессии) от 04.09.2019 ООО «Дженс-Актив» передало право требование к ООО «Ринго-Трэйд» в размере 222 160 000 рублей основного долга и 33 196 181,92 рублей процентов за пользование чужими денежными средствами ООО «ТоргТех». 

В соответствии с условиями договора уступки прав (цессии) от 25.09.2020 ООО «ТоргТех» передало право требование к ООО «Ринго-Трэйд» в размере 222 160 000 рублей основного долга и 46 728 613,70 рублей процентов за пользование чужими денежными средствами ООО «Сигма-Н» за оплату в размере 250 000 000 рублей. 

Таким образом, в указанной цепочке сделок участвовали следующие юридические лица: ООО «Пика» (ИНН 

<

***>), ООО «Дженс-Актив» (ИНН 

<

***>), ООО «Торговые Технологии» (7734692076), ООО «Сигма-Н» (ИНН 

<

***>), ООО «Дженс-Актив» (ИНН 

<

***>) 02.07.2020 исключено из ЕГРЮЛ в связи с наличием сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности. 

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ: генеральный директор с 26.01.2018 ФИО4, которая в свою очередь с 29.01.2018 является генеральным директором ООО «Металл Инвест Групп». 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 02.07.2021 по делу № А40- 315071/2018 установлена как юридическая, так и фактическая аффилированность ООО «Металл Инвест Групп», ООО «Сервисное агентство», ООО «Пика». 

Связующими лицами всех указанных юридических лиц являются Т-вы, в том числе ФИО5. 

Согласно сведениям ЕГРЮЛ с 21.12.2015 генеральным директором ООО «Торговые Технологии» является ФИО6, который с 30.06.2017 стал и участником данного юридического лица. 

С 2020 года ООО «Торговые Технологии» налоги и сборы не уплачивает, движение денежных средств отсутствует, что свидетельствует о том, что юридическое лицо хозяйственную деятельность не ведет. 

ФИО6 являлся генеральным директором ООО «Сигма» в 2017 году и участником с 13.12.2016 по 06.12.2017. 

Довод апеллянта, что ФИО6 являлся генеральным директором совершенно другой компании со схожим наименованием организации ООО «Сигма» (ИНН: 

<

***>) и фактически генеральным директором ООО «Сигма-Н» (ИНН: 

<

***>) никогда не являлся, отклоняется. 

Решением Арбитражного суда города Москвы от 29.08.2018 ООО «Сигма» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом) по делу № А40- 102774/2017.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 28.12.2021 по делу № А40- 102774/2017 установлена аффилированность ООО «Сигма», ООО «Пика», ФИО5. 

Согласно сведениям ЕГРЮЛ с 25.08.2017 по 16.04.2021, с 30.06.2022 генеральным директором ООО «Сигма-Н» являлась ФИО7, в период с 12.04.2018 размер доли в уставном капитале, принадлежащий ФИО7 изменялся, а с 10.06.2022 стал составлять 100%. 

ФИО7 являлась генеральным директором ООО «Домин-СТ», где ФИО5 являлась конечным бенифициаром. 

Указанное подтверждается определением Арбитражного суда города Москвы от 26.10.2023 по делу № А40-242910/2022. 

Из вышеизложенного следует, что ООО «Пика» (ИНН 

<

***>), ООО «ДженсАктив» (ИНН 

<

***>), ООО «Торговые Технологии» (7734692076), ООО «Сигма-Н» (ИНН 

<

***>) является аффилированными по отношению к друг другу. 

В определении от 28 марта 2019 года № 305-ЭС18-17629(2) Верховный Суд Российской Федерации также отметил, что «по смыслу пункта 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса, разъяснений, изложенных в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих конечных бенефициаров является наличие у него фактической возможности давать обязательные для исполнения указания или иным образом определять действия подконтрольных организаций. 

Осуществление таким бенефициаром фактического контроля возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально юридических признаков аффилированности. 

Однако конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица. 

Наоборот, он обычно скрывает наличие возможности оказания влияния. Его отношения с подконтрольными обществами не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения. 

В такой ситуации судам следовало проанализировать поведение лиц, которые, по мнению подателя жалобы, входили в одну группу. 

О наличии их подконтрольности единому центру, в частности, могли свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим интересам одного члена группы и одновременно ведут к существенной выгоде другого члена этой же группы; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одному и тому же лицу и т.д». 

Конкурсному управляющему ООО «Пика» документы, подтверждающие о наличии указанных выше договоров уступки, переданы не были, в связи с чем конкурсный управляющий ООО «Пика» обратился в дело о банкротстве ООО «РингоТрэйд» с заявлением о включении в реестр требований кредиторов требования в размере 264 520 000 руб. – основной долг (222 160 000 руб. (платежное поручение № 752 от 18.09.2017) и 42 360 000 руб., 59 603 589,28 руб. – проценты за пользование чужими денежными средствами. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 17.02.2022 по делу № А40- 13438/2020 отказано в удовлетворении требования ООО «Пика» о включении в реестр требований ООО «Ринго-Трейд» задолженности в размере 264 520 000 рублей, в том числе 222 160 000 рублей - оплата по договору участия в долевом строительстве многоквартирного дома №167/2017 от 18.09.2017; 42 360 000 рублей - оплата по договору участия в долевом строительстве многоквартирного дома №166/2017 от 18.09.2017. 

Основанием для отказа в удовлетворении заявления послужило истечение срока исковой давности – 18.09.2020. 

Таким образом, на дату заключения договора уступки прав (цессии) от 25.09.2020, между ООО «ТоргТех» и ООО «Сигма-Н» в соответствии с условиями которого у последнего появилась обязанность в размере 250 000 000 рублей, срок исковой давности для взыскания задолженности с ООО «Ринго-Трэйд» в размере 222 160 000 руб. истек. 

Подобная экономическая схема должна была вызвать у ООО «Сигма-Н» обоснованные сомнения в ее законности и экономической целесообразности. Действуя разумно, добросовестно и в интересах организации ни один руководитель не будет заключать подобные сделки, явно противоречащие обычаям делового оборота и предпринимательской деятельности. 

В нарушение п. 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020) не раскрыты реальная цель, экономическая целесообразность, а также источник финансирования спорной сделки, равно не представлены документы, подтверждающие факт принятия заявителем мер к возврату денежных средств, учитывая, что с рассматриваемым требованием кредитор обратился в суд лишь 08.08.2023, т.е. спустя более двух лет и десяти месяцев с момента возникновения на стороне должника задолженности. 

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов (пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»). 

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда. 

При этом с учетом разъяснений, содержащихся в названном постановлении Пленума, обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с частью 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов. 

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. 

Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. 

Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом. 

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056, заключение направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов сделки, имеющей целью создание подконтрольной фиктивной кредиторской задолженности для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов, является злоупотреблением гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ). 

Для констатации ничтожности сделки по указанному основанию помимо злоупотребления правом со стороны должника необходимо также установить факт соучастия либо осведомленности другой стороны сделки о противоправных целях должника. При этом аффилированность сторон сделки презюмирует осведомленность контрагента должника о наличии указанной цели совершения сделки. 

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов контролирующее должника лицо объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.). 

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов. 

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на гражданско-правовых сделках требований аффилированных лиц следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и контрагентом, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. 

Учитывая, что все организации цепочки сделок входили в группу с должником, а также отсутствие у должника собственных активов, за счет которого могли бы быть удовлетворены требования кредиторов, отсутствие деятельности у ООО «Торговые технологии» приобретение права требования кредитором и должником носило фиктивный характер и совершено в целях создания правовых последствий по сделке только у должника, в виде получения ООО «Торговые Технологии» статуса мажоритарного кредитора (контроль) в настоящем деле о банкротстве. 

Непредставление доказательств, исключающих разумные сомнения в реальности долга, может свидетельствовать о наличии в действиях инициатора спора злоупотребления правом, что является достаточным для отказа во взыскании долга (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац четвертый пункта 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»). 

Таким образом, сделка, на которой основаны требования кредитора, была использована кредитором в целях подачи заявления о включении требований в реестр исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (10 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В соответствии с ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

На основании ч. 1 ст. 66 АПК РФ доказательства представляются лицами, участвующими в деле. 

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (ч. 2 ст. 9 АПК РФ). В силу частей 1 - 3 ст. 71 АПК РФ, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. 

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. 

Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. 

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел  обоснованному выводу, что отсутствуют основания для признания требования ООО «Торговые Технологии» обоснованным и включения его в реестр требований кредиторов должника.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при рассмотрении настоящего спора по существу, апелляционным судом не установлено.

Заявителем апелляционной жалобы не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, влияли бы на обоснованность и законность судебного акта.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает определение суда первой инстанции обоснованным, соответствующим нормам материального права и фактическим обстоятельствам дела, в связи с чем не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по изложенным в ней доводам.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 12.02.2024 по делу № А40-242910/22 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                     Ж.В. Поташова

Судьи:                                                                                                          Ю.Н. Федорова 

                                                                                                           Н.В. Юркова