ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-3865/2023

г. Челябинск

21 июня 2023 года

Дело № А07-33193/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15 июня 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 21 июня 2023 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Тарасовой С.В., 

судей Бабиной О.Е., Ширяевой Е.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» на решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 31.01.2023 по делу № А07-33193/2018.

В судебном заседании приняли участие представители:

общества с ограниченной ответственностью «Газпром нефтехим Салават» - ФИО2 (доверенность 02 АА 5905511 от 19.12.2022, сроком действия до 31.12.2024, паспорт, диплом), 

акционерного общества «Страхового общества газовой промышленности» - ФИО3 (доверенность №135/23 от 01.02.2023, сроком действия до 31.01.2024,диплом), ФИО4 (доверенность №760/23 от 12.05.2023сроком действия до 11.05.2024, паспорт).

 

Общество с ограниченной ответственностью «Газпром нефтехим Салават» (далее – истец, ООО «Газпром нефтехим Салават») обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к акционерному обществу «Страховое общество газовой промышленности» (далее – ответчик, АО «СОГАЗ») о взыскании 151 065 954 руб. 84 коп. страхового возмещения, 57 069 605 руб.            72 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленные на дату судебного заседания 02.11.2022 (с учетом уточнения исковых требований принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 31.01.2023 исковые требования удовлетворены частично, с АО «СОГАЗ» в пользу ООО «Газпром нефтехим Салават» взыскана сумма страхового возмещения в размере 96 738 311 руб. 90 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 36 545 741 руб. 38 коп., расходы по уплате государственной пошлины в размере 128 074 руб.

Дополнительным решением от 06.06.2023 распределены судебные расходы по экспертизе, с АО «СОГАЗ» в пользу ООО «Газпром нефтехим Салават» взыскано 345 600 руб. расходов по оплате экспертизы.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, АО «СОГАЗ» (далее также – податель жалобы, апеллянт) обратилось в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просило решение отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований.

По мнению ответчика, спорное событие не является страховым случаем, так, 28.04.2015 произошел прогар змеевика печи поз. П-2 с последующим возгоранием, в результате чего повреждено имущество, принадлежащее ООО «Газпром нефтехим Салават». Приказом Западно-Уральского управления Ростехнадзора № 66 от 29.04.2015 создана комиссия для расследования инцидента. Комиссией для установления причины выхода из строя печи П-2/2 привлечена экспертная организация ЗАО «Петрохим Инжиниринг», согласно выводов, изложенных в заключении ЗАО «Петрохим Инжиниринг» по определению причины выхода из строя печи П-2/2, в ходе расследования причин аварии установлено: «анализ эксплуатационно-технической документации выявил несоответствие отбраковочных размеров для труб и отводов, указанных в паспорте и коррозионных картах змеевика печи, расчетным значениям; расчет на прочность змеевика продуктового, выполненный «ВНИИНефтемаш» в 1990 году, который является приложением паспорта печи П-2/1,2, не соответствует фактическому материальному исполнению змеевика печи.».

По результатам проведенных работ и анализа изученной документации ЗАО «Петрохим Инжиниринг» установлено, что причиной выхода из строя печи П-2/2, установки ГО-4, Цех № 11, ООО «Газпром нефтехим Салават» «НПЗ», является разгерметизация радиантного змеевика печи, в результате разрушения трубы № 6 камеры радиации, что явилось следствием высокотемпературного локального перегрева металла трубы при температуре выше 650 градусов.

В заключении ЗАО «Петрохим Инжиниринг» указаны причины произошедшего события, а именно:

- недостатком конструкции печи П-2/1,2 является отсутствие приборов измерения температуры наружной стенки змеевика, отсутствие же данных элементов в конструкции не позволяет оценивать степень перегрева стенок змеевика в связи с процессами закоксования внутренней поверхности;

- недостаточность автоматизации и средств противоаварийной защиты печи П-2/1,2;

- неверное определение отбраковочных толщин элементов змеевика печи (паспортное значение, коррозионные карты).

По результатам расследования инцидента Западно-Уральским управлением Ростехнадзора составлен акт технического расследования от 25.06.2015. Согласно акту технического расследования произошедшего события помимо вышеизложенных причин произошедшей аварии, указано:

- необеспечение безопасных условий труда при ведении технологических процессов, выразившееся в отсутствии противоаварийной автоматической защиты топочного пространства и змеевика печи поз. П-2/2;

- замена горелочных устройств печи поз. П-2/1, П-2/2 (проект выполнен ООО НПЦ«Техпроект») в 2009 году в отсутствии положительного заключения экспертизы промышленной безопасности проектной документации;

- неудовлетворительное осуществление производственного контроля за соблюдением требований промышленной безопасности на опасном производственном объекте.

Более того, в ходе проведения внеплановой выездной проверки комиссии Ростехнадзора в ООО «Газпром нефтехим Салават» выявлены многочисленные нарушения, в том числе, печи П-1, П-2, П-3 установки АВТ-… с блоком ЭЛОУ не оборудованы средствами автоматической подачи водяного пара в топочное пространство при прогаре труб, а также средствами автоматического отключения подачи сырья и топлива при авариях в системах змеевиков, чем нарушены требования части 1 статьи 9 Федерального закона от 21.07.1997 №116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», подпункта «а» пункта 5 Положения о лицензировании эксплуатации взрывопожароопасных производственных объектов, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 12.08.2008 № 599, пункта 5.3.14 Правил промышленной безопасности для нефтеперерабатывающих производств, утвержденных постановлением Госгортехнадзора России от 29.05.2003 № 44.

05.09.2011 постановлением Салаватского городского суда Республики Башкортостан, в связи с неисполнением предписания Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору по устранению выявленных нарушений, ООО «Газпром нефтехим Салават» признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 9.1 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации и назначено наказание в виде административного приостановления деятельности ООО «Газпром нефтехим Салават».

Вышеуказанные факты, установленные вступившим в законную силу постановлением суда, свидетельствуют о том, что, начиная с 2011 года страхователь знал и не принимал меры, установленные нормативными документами по поддержанию имущества в исправном и пригодном для  эксплуатации состоянии в период предшествовавший заключению договора страхования, а значит, создавал условия для произошедшего 28.04.2015 события.

АО «СОГАЗ» не оспаривает, что, событие (выход из строя печи П-2/2 Цех № 11, Установка гидроочистки Оренбургского конденсата (ГО-4), ОАО «Газпром нефтехим Салават») произошло на объекте истца (страхователя) – 28.04.2015 в период действия договора страхования.

При этом, данный объект, введенный в эксплуатацию в 1977 году, на котором произошла авария, является опасным объектом и при его эксплуатации подлежат выполнению требования, установленные Федеральным законом от 21.07.1997 №116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» (далее - Закон № 116-ФЗ) и иными нормативными актами в области промышленной безопасности.

Как следует из представленных в материалы дела акта о расследовании несчастного случая со смертельным исходом от 25.06.2015, заключения ЗАО «Петрохим Инжиниринг» по результатам работ по определению причины выхода из строя Печи П-2/2 от 2015 года, подготовленного экспертом ФИО5, заключения Уфимского филиала ООО «Кварц Групп»                      № 199 об исследовании металла труб Печи П-2/2 установки ГО-4 Цех №11 2015 года, причиной выхода из строя Печи П-2/2 явилась разгерметизация радиантного змеевика печи в результате разрушения трубы № 6 камеры радиации, что явилось следствием высокотемпературного локального перегрева металла трубы при температуре свыше 650°С (свыше допустимой температурной нагрузки), который возник в связи с несвоевременным отключением подачи топлива на горелочные аппараты (горелки Печи продолжали свою работу в течение 11 мин. 20 сек. после прекращения циркуляции сырья в змеевиках, пока подача топлива не была перекрыта вручную) и закоксованием внутренней поверхности трубы № 6.

В своем заключении эксперт ЗАО «Петрохим Инжиниринг» делает вывод о недостатке конструкции Печи П-2/1,2, а именно, отсутствии приборов измерения температуры наружной стенки змеевика, недостаточности автоматизации и средств противоаварийной защиты Печи П-2/1,2, неверном определении отбракованных толщин элементов змеевика печи (паспортное значение, коррозийные карты), а, в общем, констатирует наличие нарушений промышленной безопасности при эксплуатации Печи и рекомендует провести работы по приведению объекта в состояние в соответствии с требованиями действующей нормативно-технической документации (пункты 9, 10.2-10.4, 11.2-11.6 заключения). При этом, экспертом установлено, что Федеральной службой по экологическому, технологическому и атомному надзору (Ростехнадзор) в связи с установлением нарушений в области промышленной безопасности выдавались предписания ОАО «Газпром нефтехим Салават»                 № 139-рп/п от 26.08.2011 и № 237-рп от 16.01.2012, в 2009 году ООО «Техническая диагностика» проведена экспертиза промышленной безопасности (заключение ЭПБ рег. №41-ТУ-02405-2009), а в 2013 году ООО «Техническая диагностика» проведена экспертиза промышленной безопасности (заключение ЭПБ рег. №№41-ТУ-05094-2013, 41-ТУ-05095-2013, эксперт ФИО6) по результатам которой эксплуатация печи разрешена до 18.10.2014 при условии соблюдения обозначенных экспертом разрешенных параметров (давление не более Р=6,25 Мпа, температура при выходе Т=400°С) и проведения согласно установленному им Плану мероприятий по обеспечению безопасной эксплуатации ПечиП-2/2, в соответствии с которым истцу надлежало провести модернизацию (автоматизацию, переоборудование) печи, подписанному должностным лицом истца, однако до установленного срока указанные экспертом мероприятия истцом не проведены (с п. 8 Заключения ЭПБ). Особо обращает на себя внимание то факт, что еще в 2012 году эксперт ООО «Техническая диагностика» ФИО6 в акте изучения и анализа технической документации от 03.10.2012 делает вывод о несоответствии системы противоаварийной защиты печи П-2/2 ГОСТ 53682-2009, ТП.01.88, ПБ 09-540-03 (п. 4.5.8.), ПБ 09-563-03 (п.п. 5.3.1., 5.3.2.).

Представленными в материалы дела Западно-Уральским Управлением Федеральной службой по экологическому, технологическому и атомному надзору документы, вступившими в законную силу и не оспоренными истцом, а именно: протоколом № 27-671-1 об административном правонарушении от 08.06.2018, составленным по результатам внеплановой выездной проверки в отношении ОПО ОАО «Газпром нефтехим Салават» Западно-Уральским Управлением Федеральной службой по экологическому, технологическому и атомному надзору, на составление которого истец, уведомленный надлежащим образом не явился; постановлением № 27-671-1 от 19.03.2015, составленным на основании вышеуказанного протокола; платежным поручением № 709 от 28.08.2015 о перечислении истцом административного штрафа, подтверждается наличие нарушений со стороны истца требований.

Более того, на странице 10 Постановления Ростехназдора № 27-671-1 от 19.06.2015 прямо указано, что истцом не выполнены пункты 158-162 ранее выданного предписания Ростехнадзора от 26.08.2011 № 139-рп/П, от 16.01.2012 № 237-рп/П, сроки выполнения которых истекли. Данными предписаниями за нарушение требований промышленной безопасности истец в 2011 году привлекался к административной ответственности по части 1 статьи 9.1. КоАП РФ с применением к нему наказания в виде приостановления деятельности на площадке нефтеперерабатывающего завода ОАО «Газпром нефтехим Салават» (Постановление Салаватского городского суда РБ от 05.09.2011 по делу № 5-168/2011).

Учитывая изложенное, совокупность представленных в материалы дела документов подтверждает, что действиями истца, а, точнее бездействием, нарушены помимо вышеназванных нормативных правовых актов требования общих правил взрывобезопасности для взрывопожарных химических, нефтехимических и нефтеперерабатывающих производств, утвержденных приказом Ростехнадзора от 11.03.2013 № 96, Заключения ЭПБ ООО «Техническая диагностика» 2013 года.

Следовательно, истец знал о наличии с его стороны нарушений законодательства в области промышленной безопасности, дефектах Печи П-2/1,2 вызванных естественным износом и несоответствием требованиям нормативных документов в области промышленной безопасности, и, осознавая последствия своего бездействия (учитывая опасность объекта не мог это не осознавать при должной степени ответственности, заботливости и осмотрительности), как минимум с 2012 года и до события не предпринимал никаких действия по реализации мероприятий, указанных экспертом ООО «Техническая диагностика» в заключении ЭПБ 2013 года (заключение ЭПБ рег. №№41-ТУ-05094-2013, 41-ТУ-05095-2013).

Также ответчик полагает, что исследование, проведенное судебным экспертом ФИО7, не дает возможности сделать однозначный и обоснованный вывод о наличии причинно-следственной связи между событием и нарушениями, допущенными истцом.

Так, выводы эксперта носят голословный характер и отрицают установленные официальным расследованием факты, а в качестве обоснования позиции эксперта приводятся только ссылки на его опыт и мнение без опоры на расчеты и исследования.

Также апеллянт в жалобе просил назначить по делу повторную судебную экспертизу по тем же вопросам, проведение которой поручить одной из экспертных организаций, предложенных ответчиком ранее. 

От ООО «Газпром нефтехим Салават» поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором истец просил оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Отзыв приобщен к материалам дела в порядке, предусмотренном статьей 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Протокольным определением от 18.05.2023 рассмотрение апелляционной жалобы было отложено на 24.08.2023.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.06.2023 в составе суда произведена замена судьи Баканова В.В., находящегося в отпуске, на судью Ширяеву Е.В.

Ответчик в заседании суда апелляционной инстанции поддержал  ходатайство о проведении по делу повторной судебной экспертизы, в удовлетворении которого апелляционной коллегией отказано по основаниям, которые будут изложены далее в настоящем судебном акте.

Согласно части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

В пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» указано, что при применении части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

В соответствии с разъяснением, содержащимся в абзацах 3 и 4 пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» арбитражный суд апелляционной инстанции пересматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы.

В отсутствие возражений лиц, участвующих в деле, решение пересмотрено арбитражным судом апелляционной инстанции в обжалуемой ответчиком части (в части взыскания страхового возмещения и процентов за пользование чужими денежными средствами).

В судебном заседании представитель ответчика поддержал доводы апелляционной жалобы, просил решение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Представитель истца с доводами апелляционной жалобы не согласился, считает решение суда первой инстанции законным и обоснованным просил в удовлетворении апелляционной жалобы отказать.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 31.12.2013 между ОАО «Газпром нефтехим Салават» (в настоящее время - ООО «Газпром нефтехим Салават») (страхователь) и ОАО «СОГАЗ» в лице Уфимского филиала (в настоящее время - АО «СОГАЗ») (страховщик) заключен договор страхования имущества предприятий № 2713РТ0726 (далее - договор).

Согласно п. 3.3.1 Правил страхования имущества предприятий от 05.11.2009, являющихся Приложением № 1 к договору (далее - Правила), страховым случаем является гибель, утрата, повреждение застрахованного имущества, произошедшие в результате воздействия огня.

В соответствии с п. 4.1.1 Правил, не являются страховыми случаями и не порождают обязательств страховщика по страховой выплате события, наступившие вследствие производственных дефектов имущества, а также дефектов, которые были известны страхователю до заключения договора и не были сообщены страховщику при заключении договора.

28.04.2015 произошло событие, имеющее признаки страхового случая - прогар змеевика печи поз.П-2 с последующим возгоранием. В результате наступления вышеуказанного события было повреждено следующее застрахованное имущество: печь П-2/1,2 (инв. № 40011982); коллектор дымовых газов (инв. № 40011982); дымовая труба (инв. № 20000154); технологические трубопроводы (внутриустановочные коммуникации) рег. № 11063, 11067, 11068, 11224, 11171, 11032, 11033, 11139, 11140 (инв. № 30000277); реактор Р-1 (инв. № 40012467), здание КУ-201 (инв. № 10000268); пакеты котла-утилизатора (инв. № 40013448); вентсистема 1П-12, 2П-12 (инв. № 10000268), приборы КИП: термопары ТХК L-320 (16 шт.), термопара ТХК сдвоенная L-400 (2 шт.), термопары ТХА L-1500 (4 шт.), преобразователь давления МСП-1, 0-6 кгс/см2 (2 шт.), перепадометр ДПП-2, Р 6,3 кгс/см2 (1 шт.) (инв. № 40013460); шкаф КИП (инв. N 40053480); шкаф КИП (инв. № 40053481); шкаф КИП (инв. № 40053482); электрооборудование (инв. № 40012010) (далее - имущество).

В соответствии с п. 6.1.3 Договора и п. 11.1.3 Правил страхователь уведомил страховщика о наступлении страхового случая письмом № 028-12873 от 29.04.2015.

В ответ на данное уведомление ответчик в своих письмах № СГ-25729 от 30.04.2015, № СГ-31036 от 27.05.2015, № СГ-35857 от 19.06.2015, № СГ-38135 от 29.06.2015, № СГ-106454 от 24.11.2016, № СГ-62155 от 06.06.2017 просил истца предоставить дополнительные документы, подтверждающие факт наступления события, интерес истца в сохранении имущества, состояние имущества на момент наступления страхового случая и размер ущерба.

Истец, в свою очередь, направил в адрес ответчика все запрашиваемые им документы, необходимые для принятия решения о признании случая страховым, письмами № 028-19832 от 26.06.2015, № 028-20662 от 03.07.2015, № 028-40353 от 28.10.2016, № 028-45913 от 06.12.2016, № 028-32591 от 23.08.2017.

Последнее письмо № 028-32591 с запрашиваемыми документами истец направил 23.08.2017 (вх. № 27са-67 от 23.08.2017). В ответ на данное письмо ответчик письмом № СГ-60386 от 28.06.2018 направил в адрес истца отказ в выплате страхового возмещения, ссылаясь на п. 4.1.1 Правил.

Истец обратился в адрес ответчика с претензией № 028-31358 от 17.08.2018 с требованием о выплате страхового возмещения. Указанная претензия осталась без удовлетворения, что послужило основанием для предъявления рассматриваемого искового заявления в суд.

Оценив представленные доказательства в отдельности, относимость, допустимость и их достоверность, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу о частичном удовлетворении исковых требований.

Повторно рассмотрев дело в порядке статей 268, 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения решения суда в обжалуемой части.

В силу пункта 1 статьи 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основной задачей судопроизводства в арбитражных судах является защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность, а также прав и законных интересов Российской Федерации в указанной сфере.

Право на судебную защиту нарушенных прав и законных интересов гарантировано заинтересованному лицу положениями статьи 46 Конституции Российской Федерации, статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При этом право на судебную защиту предполагает конкретные гарантии его реализации и обеспечение эффективного восстановления в правах посредством правосудия, отвечающего требованиям справедливости.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации, гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Согласно статьям 309 и 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, односторонний отказ от исполнения обязательств и одностороннее изменение его условий не допускается.

В силу пункта 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

На основании статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Исходя из смысла статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации для наступления деликтной ответственности необходимо наличие состава правонарушения, включающего в себя наступление вреда и его размер, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между возникшим вредом и действиями указанного лица, а также вину причинителя вреда. Требование о возмещении вреда может быть удовлетворено только при доказанности всех названных элементов в совокупности.

Правила страхования в силу пункта 1 статьи 943 Гражданского кодекса Российской Федерации являются неотъемлемой частью договора страхования и не должны содержать положений, противоречащих гражданскому законодательству и ухудшающих положение страхователя по сравнению с установленным законом, что вытекает из содержания ст. 422 Гражданского кодекса.

Основанием возникновения обязательства страховщика по выплате страхового возмещения является наступление предусмотренного в договоре события (страхового случая) (пункт 1 статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункт 2 статьи 9 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации»). 

Пункт 2 статьи 9 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» определяет страховой случай как совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю либо иным лицам. 

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации», страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование. Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления.

Страховой риск, как и страховой случай, являются событиями. Страховой риск - это предполагаемое событие, а страховой случай - совершившееся событие. Перечень событий, наступление которых влечет обязанность страховщика по выплате страхового возмещения, описывается путем указания в договорах (правилах) имущественного страхования событий, являющихся страховыми случаями, и событий, не являющихся страховыми случаями (исключений).

Из смысла указанных норм закона следует, что страховой случай - это факт объективной действительности (событие). Действия самого страхователя, выгодоприобретателя или застрахованного лица не могут рассматриваться как страховой случай. Эти действия могут лишь влиять на наступление страхового случая и служат основанием к освобождению страховщика от обязанности выплатить страховое возмещение только в предусмотренных законом случаях.

В пункте 1 статьи 963 Гражданского кодекса Российской Федерации приведены основания, по которым страховщик может быть освобожден от выплаты страхового возмещения или страховой суммы при наступлении страхового случая.

В силу пункта 1 статьи 963 Гражданского кодекса Российской Федерации страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения или страховой суммы, если страховой случай наступил вследствие умысла страхователя, выгодоприобретателя или застрахованного лица, за исключением случаев, предусмотренных п. 2 и 3 указанной статьи. Законом могут быть предусмотрены случаи освобождения страховщиком от выплаты страхового возмещения по договорам имущественного страхования при наступлении страхового случая вследствие грубой неосторожности страхователя или выгодоприобретателя.

Таким образом, пунктом 1 статьи 963 Гражданского кодекса Российской Федерации установлены ограничения на освобождение страховщика от выплаты страхового возмещения при наличии той или иной степени виновности страхователя, выгодоприобретателя или застрахованного лица. Закрепляя такие ограничения, законодатель определяет страховой случай (пункт 1 статьи 929 Гражданского кодекса и статья 9 Закона Российской Федерации «Об организации страхового дела в Российской Федерации») от действий лиц, участвующих в страховом обязательстве на стороне страхователя, не допуская освобождение страховщика от выплаты страхового возмещения при любой степени виновности указанных лиц, кроме умысла и в случаях, предусмотренных законом, грубой неосторожности.

Согласно статье 927 Гражданского кодекса Российской Федерации страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком).

В соответствии со статьей 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Согласно пункту 1 статьи 942 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора имущественного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение: об определенном имуществе либо ином имущественном интересе, являющемся объектом страхования; о характере события, на случай наступления которого осуществляется страхование (страхового случая); о размере страховой суммы; о сроке действия договора.

Как следует из представленных в материалы дела доказательств по договору страхования имущества предприятий № 2713РТ0726 от 31.12.2013 страховым случаем является гибель, утрата, повреждение застрахованного имущества, произошедшие в результате воздействия огня.

28.04.2015 произошло событие, имеющее признаки страхового случая, - прогар змеевика печи поз.П-2 с последующим возгоранием и повреждением/утратой имущества.

Спор между сторонами возник относительно того, является ли названное событие исключением, предусмотренным договором, при наступлении которого страховщик может быть освобожден от выплаты страхового возмещения.

По мнению ответчика, произошедшее событие не обладало признаками вероятности и случайности его наступления, поскольку истцу Федеральной службой по экологическому, технологическому и атомному надзору неоднократно выдавались предписания о необходимости оборудования печи специальными средствами защиты (пункты 158 - 160 Предписания № 139-рп/п от 26.08.2011). Таким образом, по мнению ответчика, поведение истца нельзя признать добросовестным страхователем в данном случае, так как неисполнение предписания № 139-рп/п от 26.08.2011 привело к аварии. При таких обстоятельствах наступившее событие не является страховым случаем, а значит, в удовлетворении требований должно быть отказано. Также ответчик выразил несогласие с размером понесенных истцом расходов на восстановительный ремонт поврежденного имущества.

В соответствии со статьей 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

Из буквального толкования приведенной нормы права следует, что назначение экспертизы является прерогативой суда, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора.

Судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания, а, следовательно, требование одной из сторон дела о назначении судебной экспертизы не создает обязанности суда ее назначить. Вопрос о назначении экспертизы либо об отказе в ее назначении разрешается судом в каждом конкретном случае, исходя из обстоятельств дела и имеющейся совокупности доказательств, и при этом суд самостоятельно определяет достаточность доказательств.

Правовое значение заключения экспертизы определено законом в качестве доказательства, которое не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и в силу статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит оценке судом наравне с другими представленными доказательствами.

С целью установления размера понесенных истцом убытков, наличия причинно-следственной связи между ранее выявленными Федеральной службой по экологическому, технологическому и атомному надзору нарушениями и произошедшей аварией, отсутствием у суда специальных познаний для возможности ответа на обозначенные вопросы, определением от 31.07.2019 по делу была назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено ООО «Эксперт-оценка» эксперту ФИО8 

На разрешение судебного эксперта поставлены следующие вопросы:

1. Имеется ли причинно-следственная связь между событием, произошедшим 28.04.2015 на Установке гидроочистки Оренбургского конденсата (ГО-4) общества «Газпром нефтехим Салават», и нарушениями, установленными Ростехнадзором в предписании № 139-рп/п от 26.08.2011 в пунктах с 158 по 160?

2. Определить стоимость необходимых работ и затрат для аварийно-восстановительного ремонта трубчатых печей П-2/2 П-2/1 цеха № 11 Установка гидроочистки Оренбургского конденсата (ГО-4) общества «Газпром нефтехим Салават» в результате прогара змеевика печи П-2/2 в результате пожара на дату.

09.03.2021 в суд первой инстанции поступило экспертное заключение.

Исследовав представленное в материалы дела заключение, суд первой инстанции признал его ненадлежащим доказательством по делу, поскольку экспертом ФИО8 было привлечено к производству экспертизы ООО «Техническая диагностика», без соответствующего согласования и уведомления суда. Экспертное заключение, подписанное ФИО8, содержит ответ лишь на второй вопрос о стоимости необходимых работ и затрат.

Согласно части 1 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случаях недостаточной ясности или неполноты заключения эксперта суд может назначить дополнительную экспертизу, поручив ее проведение тому же или другому эксперту. В случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов (часть 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Вопрос о проведении дополнительной и повторной экспертизы в каждом конкретном случае разрешается судом с учетом мнения лиц, участвующих в деле. Вместе с тем суд не связан с их мнением и решает вопрос о необходимости назначения такой экспертизы, исходя из обстоятельств дела.

Учитывая, что первоначальная экспертиза была проведена с нарушением процессуальных норм, суд первой инстанции счел необходимым назначить по делу повторную экспертизу.

В части 1 статьи 83 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что экспертиза проводится государственными судебными экспертами по поручению руководителя государственного судебно-экспертного учреждения и иными экспертами из числа лиц, обладающих специальными знаниями, в соответствии с федеральным законом.

Какие-либо критерии выбора кандидатур для проведения судебных экспертиз процессуальным законодательством не определены, однако необходимым условием для достижения целей проведения по делу экспертизы по вопросам, требующим специальных познаний, является наличие необходимой компетенции у экспертов, опыта и стажа.

Рассмотрев представленные документы, выслушав доводы представителей истца и ответчика, суд первой инстанции счел целесообразным поручить проведение экспертизы экспертам федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Уфимский государственный нефтяной технический университет» ФИО7, ФИО9

Перед экспертами поставлены вопросы:

1. Имеется ли причинно-следственная связь между событием, произошедшим 28.04.2015 на Установке гидроочистки Оренбургского конденсата (ГО-4) общества «Газпром нефтехим Салават» и нарушениями, установленными Ростехнадзором в предписании № 139-рп/п от 26.08.2011 в пунктах с 158 по 160?

2. Определить стоимость необходимых работ и затрат для аварийно-восстановительного ремонта трубчатых печей П-2/2 П-2/1 цеха № 11 Установка гидроочистки Оренбургского конденсата (ГО-4) общества «Газпром нефтехим Салават» в результате прогара змеевика печи П-2/2 в результате пожара, на дату 28.04.2015.

12.08.2022 в суд первой инстанции поступило экспертное заключение.

Согласно выводам экспертов, причинно-следственная связь между событием, произошедшим 28.04.2015 на Установке гидроочистки Оренбургского конденсата (ГО-4) ООО «Газпром нефтехим Салават», и нарушениями, указанными Ростехнадзором в предписании № 139-рп/п от 26.08.2011 в пунктах 158 - 160 отсутствует.

По состоянию на 28.04.2015 стоимость работ, необходимых для аварийно-восстановительного ремонта трубчатых печей П-2/2, П-2/1 цеха № 11 Установки гидроочистки Оренбургского конденсата (ГО-4) ООО «Газпром нефтехим Салават», поврежденных в ходе пожара, произошедшего в результате прогара змеевика печи П-2/2 и пожара составляет без НДС - 96 738 311 руб. 90 коп.

Исследовав заключение судебной экспертизы, судебная коллегия приходит к выводу, что оно соответствует требованиям статей 82, 83, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выводы экспертов носят последовательный непротиворечивый характер, полномочия и компетентность экспертов не оспорены, иными доказательствами выводы экспертов не опровергнуты. Данных, свидетельствующих о наличии сомнений в обоснованности выводов экспертов, либо доказательств, опровергающих выводы проведенной экспертизы, сторонами суду первой инстанции в ходе судебного разбирательства представлено не было.

Доводы апеллянта о том, что судом принято недопустимое доказательство, отклоняются.

В силу части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта является одним из доказательств по делу, не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и подлежит исследованию и оценке судом наравне с другими представленными доказательствами.

В соответствии с частью 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта является одним из доказательств по делу, которое оценивается судом в порядке, предусмотренном нормами статьи 71 названного Кодекса наряду с иными допустимыми доказательствами.

Требования к содержанию заключения эксперта содержатся в статье 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Нарушений положений указанной статьи судом не установлено.

Судом учтено, что из Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» следует, что проверка достоверности заключения эксперта слагается из нескольких аспектов: компетентен ли эксперт в решении вопросов, поставленных перед экспертным исследованием, не подлежит ли эксперт отводу по основаниям, указанным в Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соблюдена ли процедура назначения и проведения экспертизы, соответствует ли заключение эксперта требованиям, предъявляемым законом. Основания несогласия с экспертным заключением должны сложиться при анализе данного заключения и его сопоставления с остальной доказательственной информацией.

Оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указанное заключение судебной экспертизы, апелляционная коллегия установила, что процедура назначения и проведения экспертизы соблюдена, заключение экспертов соответствует предъявляемым законом требованиям (статья 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), в связи с чем, оснований для признания данного экспертного заключения ненадлежащим доказательством у суда не имеется.

Документы, подтверждающие наличие у экспертов необходимого образования и достаточной квалификации для проведения такого рода экспертизы, приложены к экспертному заключению. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения в соответствии со статьей 307 Уголовного кодекса Российской Федерации под расписку. Нарушения экспертами основополагающих методических и нормативных требований при его производстве не установлены. Оснований не доверять выводам экспертов, предупрежденных об уголовной ответственности, не имеется. 

Выводы экспертного заключения понятны, мотивированы, не имеют вероятностного характера, то есть выводы суда первой инстанции основаны на всей совокупности представленных в дело доказательств, что свидетельствует об их объективности и законности.

Сведения, содержащиеся в экспертном заключении, надлежащими доказательствами не опровергнуты (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 8 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме.

Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

Указанные требования при подготовке заключения экспертами соблюдены. В материалах дела не имеется доказательств, свидетельствующих о том, что заключение содержит недостоверные выводы, а также доказательств того, что выбранные экспертами способы и методы оценки привели к неправильным выводам.

Принимая во внимание наличие в материалах дела расписки экспертов о предупреждении об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения в соответствии со статьей 55 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, документов, подтверждающих наличие у эксперта необходимого образования и достаточной квалификации для проведения такого рода экспертизы, учитывая отсутствие в экспертном заключении противоречивых выводов, а также полноту ответов на поставленные перед экспертом вопросы, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о принятии указанного заключения в качестве достоверного и достаточного доказательства по делу.

Оценив экспертное заключение в его совокупности и взаимосвязи в остальными доказательствами по делу, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для его критической оценки.

Возражения ответчика относительно выводов экспертного заключения судом апелляционной инстанции также исследованы и не установлены основания для принятия их в качестве опровергающих достоверность выводов эксперта. Возражения фактически представляют собой несогласие с выводами эксперта, что не является достаточным и надлежащим основанием для отклонения указанного доказательства в качестве допустимого.

Заключение экспертов, представленное в материалы дела, носит утвердительный, а не вероятностный характер, основано на достаточном исследованном материале.

Доказательств некомпетентности экспертов, нарушений экспертами законодательства при проведении экспертизы в материалах дела не имеется.

Доказательств, безусловно свидетельствующих о недостоверности сведений, изложенных в заключении, ответчиком также не представлено, в связи с чем, оснований для отказа в принятии экспертного заключения в состав доказательственной базы по делу у арбитражного суда не имеется.

На основании указанного, суд апелляционной инстанции полагает, что экспертиза проведена квалифицированными специалистами.

Доказательств, свидетельствующих о нарушении экспертами при проведении экспертного исследования требований действующего законодательства, доказательства наличия в заключении противоречивых или неясных выводов, из материалов дела не усматриваются, сторонами, в нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не представлены.

Правомочие суда назначить повторную экспертизу в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного экспертного заключения как особый способ его проверки вытекает из принципа самостоятельности суда, который при рассмотрении конкретного дела устанавливает доказательства, оценивает их по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, и на основании этих доказательств принимает решение.

В случае несогласия лица, участвующего в деле, с отказом суда в назначении повторной экспертизы по его ходатайству оно не лишено права изложить свои возражения в апелляционной жалобе на решение суда, вынесенное по существу спора. Порядок исследования заключения эксперта регламентируется статьей 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой заключение эксперта оглашается в судебном заседании; в целях разъяснения и дополнения заключения эксперту могут быть заданы вопросы. Такой порядок направлен на реализацию принципа равноправия и состязательности при осуществлении судопроизводства (статья 123, часть 3, Конституции Российской Федерации) и предоставляет сторонам равные возможности по ознакомлению с заключением эксперта.

При этом в ст. 20 Федерального закона от 31.05.2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» указан еще один критерий оценки заключения, нарушение которого является основанием для повторной экспертизы, а именно правильность. Правильность подразумевает достоверность экспертизы, а обоснованность выводов эксперта имеющимися фактами. Оценить правильность и обоснованность можно с учетом того, какая методика применена при исследовании, достаточно ли собранных документов для экспертизы, истинны ли они, и насколько полно проведен их анализ. В некоторых случаях для разъяснения заключения эксперт, давший заключение, может быть вызван в суд. Экспертиза проведена в точном соответствии с представленными документами и нормами действующего законодательства Российской Федерации, экспертом даны исчерпывающие ответы на каждый поставленный вопрос и нет необходимости в проведении повторной экспертизы. 

Таким образом, заключение эксперта соответствует требованиям законодательства, в нем даны ответы на поставленные вопросы, не допускающие противоречивых выводов или неоднозначного толкования, не имеется основания для проведения повторной экспертизы, которая может быть назначена в соответствии со статьей 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении сомнений в обоснованности заключения или наличия противоречий в выводах эксперта; несогласие с выводами эксперта не является основанием для назначения по делу повторной экспертизы.

В этой связи заявленное в апелляционной жалобе ходатайство ответчика о назначении повторной экспертизы не подлежит удовлетворению.

Заключение эксперта носит утвердительный, а не вероятностный характер, основано на достаточном исследованном материале, выполнено с применением действующих технологий и методик.

Кроме того, эксперт вправе сам определять методику проведения экспертизы и устанавливать ход и содержание исследования, поскольку при проведении судебной экспертизы - эксперт процессуально независим и профессионально самостоятелен (статья 7 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации»).

Доказательств некомпетентности эксперта, нарушения экспертом законодательства при проведении экспертизы в материалах дела не имеется.

Учитывая вышеизложенное оснований для проведения по делу повторной экспертизы, судом апелляционной инстанции не установлено, в связи с чем, соответствующее ходатайство ответчика подлежит отклонению. 

Ссылки апеллянта на наличие нарушений со стороны истца законодательства в области промышленной безопасности, дефектах Печи П-2/1,2 вызванных естественным износом и несоответствием требованиям нормативных документов в области промышленной безопасности, подлежат отклонению судом апелляционной инстанции в силу следующего.

Основы обеспечения безопасной эксплуатации опасных производственных объектов урегулированы Федеральным законом от 21.07.1997 № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» (далее - Закон № 116-ФЗ).

В силу статьи 9 Закона № 116-ФЗ организация, эксплуатирующая опасный производственный объект, обязана, в частности, обеспечивать проведение экспертизы промышленной безопасности зданий, сооружений и технических устройств, применяемых на опасном производственном объекте, а также проводить диагностику, испытания, освидетельствование сооружений и технических устройств, применяемых на опасном производственном объекте, в установленные сроки и по предъявляемому в установленном порядке предписанию федерального органа исполнительной власти в области промышленной безопасности, или его территориального органа.

Экспертиза промышленной безопасности проводится в порядке, установленном федеральными нормами и правилами в области промышленной безопасности, на основании принципов независимости, объективности, всесторонности и полноты исследований, проводимых с использованием современных достижений науки и техники (часть 3 статьи 13 Закона № 116-ФЗ).

На основании части 4 статьи 13 Закона № 116-ФЗ результатом проведения экспертизы промышленной безопасности является заключение, которое подписывается руководителем организации, проводившей экспертизу промышленной безопасности, и экспертом или экспертами в области промышленной безопасности, участвовавшими в проведении указанной экспертизы. Требования к оформлению заключения экспертизы промышленной безопасности устанавливаются федеральными нормами и правилами в области промышленной безопасности.

В соответствии с представленным истцом в материалы дела заключением экспертизы промышленной безопасности от 20.02.2015 на момент пожара (28.04.2015) спорная трубчатая печь находилась в работоспособном состоянии, эксплуатация печи была разрешена до 02.11.2016 

Бремя истребования и сбора информации о страховом риске лежит на страховщике, который должен нести риск последствий заключения договора без соответствующей проверки состояния предмета страхования. Он же наделен правом осмотра имущества при заключении договора его страхования (статья 945 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Обязанность проверять наличие имущества и его состояние при заключении договора страхования лежит на страховщике, который является профессиональным участником рынка страхования.

При наличии согласованного перечня имущества, принимаемого к страхованию, его местонахождения, а также страховой стоимости и страховой суммы, без представления доказательств отсутствия страхового интереса у страхователя, оснований для освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения у суда первой инстанции не имелось.

Из материалов дела следует, что события, на которые ссылается ответчик в качестве нарушения истцом законодательства в области промышленной безопасности, дефектах печи вызванных естественным износом и несоответствием требованиям нормативных документов в области промышленной безопасности, существовали на момент заключения ответчиком договора страхования, о наличии предписания Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору ответчик также знал на момент заключения договора страхования, что последним не оспаривается. Доказательств того, что на момент заключения договора страхования ответчик предъявлял какие-либо требования относительно необходимости представления страхователем каких-либо дополнительных документов относительно застрахованного имущества или приведение застрахованного имущества в надлежащее состояние, материалы дела не содержат.

Принимая к страхованию спорный объект в том состоянии, в котором он находился на момент его страхования, истец как профессиональный участник в сфере услуг страхования, должен был понимать и осознавать степень риска и вероятность наступления страхового случая. 

Таким образом, проанализировав представленные в материалы дела доказательства и пояснения сторон, принимая во внимание результаты судебной экспертизы, суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии в рассматриваемом случае, страхового события, которое подлежит возмещению пострадавшей стороне.

Учитывая вышеизложенное, суд первой инстанции правомерно удовлетворил исковые требования в размере 96 738 311 руб. 90 коп., то есть в сумме не превышающей размер причиненных истцу убытков, установленных судебной экспертизой.

Истцом также было заявлено требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами по правилам статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно последним уточнениям по 02.11.2022.

В соответствии с пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Проценты за пользование чужими денежными средствами, предусмотренные статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации являются мерой гражданско-правовой ответственности.

Согласно пункту 7.4 договора, после получения всех необходимых документов и сведений Страховщик в течение 5 (пяти) рабочих дней составляет и утверждает страховой акт в случае принятия решения о признании произошедшего события страховым случаем, либо оформляет аргументированное обоснование в случае принятия решения о непризнании произошедшего события страховым случаем или об отказе в страховой выплате.

Последнее письмо № 028-32591 с запрашиваемыми документами истец направил 23.08.2017 (вх.№ 27са-67 от 23.08.2017). 

Следовательно, именно с 23.08.2017 следует отсчитывать начало периода просрочки исполнения обязательства (+ 5 рабочих дней).

Согласно уточненным исковым требования (по состоянию на 02.11.2022), истец просил взыскать сумму процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на дату судебного заседания 02.11.2022.

Учитывая частичное удовлетворение исковых требований, суд первой инстанции самостоятельно произвел расчет процентов за пользование чужими денежными средствами по правилам статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с 31.08.2017 по 02.11.2022, размер которых составил 36 545 741 руб. 38 коп.

Расчет суда первой инстанции апелляционным судом проверен и признан верным.

В связи с чем, с ответчика в пользу истца правомерно взыскано судом первой инстанции 36 545 741 руб. 38 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами.

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не опровергают выводы суда первой инстанции, а лишь выражают несогласие с ними, не подтверждены отвечающими требованиям главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами, основаны на ином толковании правовых норм, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, сделанных при правильном применении норм материального права, и не могут быть признаны основанием к отмене или изменению решения. Иная оценка подателем жалобы обстоятельств спора не свидетельствует об ошибочности выводов суда. Каких-либо новых обстоятельств, опровергающих выводы суда, апеллянтом не приведено.

Всем доказательствам, представленным сторонами, обстоятельствам дела, суд первой инстанции дал надлежащую правовую оценку, оснований для переоценки выводов у суда апелляционной инстанции в силу статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражным судом апелляционной инстанции не установлено.

При указанных обстоятельствах решение арбитражного суда первой инстанции не подлежит отмене, а апелляционная жалоба - удовлетворению.

Судебные расходы по апелляционной жалобе распределяются между лицами, участвующими в деле, в соответствии с правилами, установленными статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и в связи с оставлением апелляционной жалобы без удовлетворения относятся на ее подателя.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 31.01.2023 по делу № А07-33193/2018 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                   С.В. Тарасова 

 

Судьи:                                                                         О.Е. Бабина

 

                                                                                     Е.В. Ширяева