№ 09АП-57620/2024

Дело № А40-107274/23

г. Москва

14 октября 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 09 октября 2024 года 

Постановление

 изготовлено в полном объеме 14 октября 2024 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ж.В. Поташовой,

судей А.Г. Ахмедова, Ю.Н. Федоровой,  

при ведении протокола секретарем судебного заседания С.Н.Матюхиным,  

рассмотрев в открытом судебном  заседании апелляционные жалобы ООО "Прадо", ФИО1 на определение Арбитражного суда города Москвы от 19.07.2024 по делу № А40-107274/23 о признании незаключенным договора займа от 01.04.2022 между ФИО2 и ФИО1, о признании недействительным договора ипотеки от 01.04.2022 между ФИО2 и ФИО1, применении последствий недействительности в виде восстановления сторон в первоначальном положении, об отказе в удовлетворении заявления ООО «Прадо» о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 28 794 737 руб., как обеспеченных залогом имущества, в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) Индивидуального предпринимателя ФИО2

при участии в судебном заседании:

от ф/у должника – ФИО3 по дов. от 08.10.2024

от ФИО1 – ФИО4 по дов. от 31.07.2023

от ФИО5 – ФИО6 по дов. от 20.03.2024

Иные лица не явились, извещены

У С Т А Н О В И Л:

решением Арбитражного суда города Москвы от 14.07.2023 Индивидуальный предприниматель ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения г. Вологда, ИНН: 

<

***>, СНИЛС: 

<

***>, ОГРИП 322774600582861, 119192, 

<

...>)  признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО7 (член Ассоциации АУ «Гарантия», адрес для направления корреспонденции: 125319, 

<

...>). 

Сообщение о введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина опубликовано в Газете «Коммерсантъ» №132 от 22.07.2023. 18.09.2023 г. в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление ФИО1 о включении требований в реестр требований кредиторов должника в размере 54 974 737 руб., как обеспеченные залогом имущества должника. 

Судом протокольным определением от 06.12.2023 в порядке ст. 49 АПК РФ ходатайство об уточнении заявления удовлетворено, согласно которому ФИО1 просит включить требования в реестр требований кредиторов должника в размере 28 794 737 руб., как обеспеченные залогом имущества должника. Определением от 28.03.2024 (дата оглашения резолютивной части) заменен ФИО1 на правопреемника ООО «Прадо» (ИНН 

<

***>) по делу № А40- 107274/23-175-171ИП. 24.04.2024 финансовый управляющий обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением, в котором просит: признать недействительными сделками договоры займа и ипотеки от 01.04.2022 между ФИО2 и ФИО1 применить последствия недействительности сделки в виде: признания отсутствующей задолженности ФИО2 перед ФИО1 (СНИЛС 

<

***>), а также перед цессионарием ООО «Прадо»; признания отсутствующим права залога у ФИО1 и у цессионария ООО «Прадо» (по договору ипотеке от 01.04.2022) на следующее недвижимое имущество: квартира по адресу: 

<

...>, кад. номер:77:07:0013003:7342. 

Определением от 27.04.2024 объединены заявление финансового управляющего об оспаривании сделки должника и заявление ООО «Прадо» о включении его требований в реестр требований кредиторов должника в одно производство для их совместного рассмотрения в рамках дела № А40-107274/23-175-171ИП. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 19.07.2024 по делу № А40-107274/23 признаны незаключеннымм договор займа от 01.04.2022 между ФИО2 и ФИО1, договор ипотеки от 01.04.2022 между ФИО2 и ФИО1, применены последствия недействительности в виде восстановления сторон в первоначальном положении, об отказе в удовлетворении заявления ООО «Прадо» о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 28 794 737 руб., как обеспеченных залогом имущества. 

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ФИО1, ООО «Прадо» обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными  жалобами, в которых просят указанное определение  суда первой инстанции отменить, в удовлетворении заявления  управляющего отказать, удовлетворить заявление  ООО «Прадо» о включении его требований в реестр требований кредиторов должника.  

   Информация о принятии апелляционной жалобы к производству вместе с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на сайте www.kad.arbitr.ru в соответствии положениями ч. 6 ст. 121 АПК РФ.

Дело рассмотрено в соответствии со ст.ст. 123, 156 АПК РФ.  

В судебном заседании Девятого арбитражного апелляционного суда представители  апеллянтов поддержал доводы апелляционных жалоб, просили их  удовлетворить. Представитель финансового управляющего  возражал  против удовлетворения апелляционных жалоб, представил отзыв.    

Законность и  обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

   Исследовав доказательства, представленные в материалы дела, оценив их в совокупности и взаимной связи в соответствии с требованиями ст. 71 АПК РФ, с учетом установленных обстоятельств по делу, апелляционный суд считает доводы жалоб необоснованными в силу следующего.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). Арбитражный суд принимает только те доказательства, которые имеют отношение к рассматриваемому делу. 

Требования заявителя основаны на договорах займа и ипотеки от 01.04.2022, подписанных между ФИО1 и должником. 

Как следует из материалов дела, 01.04.2022 между Должником и ФИО1 заключен договор займа, обеспеченный залогом (договор об ипотеке от 01.04.2022), по которому ФИО1 передал ФИО2 денежные средства в размере 11 00 000,00 руб.

 В соответствии с п. 4.1.2. Договора Должником в качестве обеспечения своих обязательств представлено следующее недвижимое имущество: - квартира по адресу: 

<

...>, кад. номер:77:07:0013003:7342. Впоследствии права требования к Должнику передано по договору уступки прав требований ООО «Прадо». 

Согласно п.1.1 Договора займа Заемщик принимает и обязуется вернуть Займодавцу сумма займа и уплатить проценты за пользование суммой займа в соответствии с условиями и в сроки, предусмотренные настоящим Договором. Пунктом 2.1 Договора определены условия предоставления займа, а именно заемные средства, указанные п п.1.1 Договора предоставляются Заимодавцем Заемщику единовременно при подписании Договора в следующем порядке: денежные средства в размере 11 000 000 (одиннадцать миллионов) рублей РФ передаются Заемщику единовременно при подписания настоящего Договора, до внесения записи об ипотеке в Единый государственный реестр недвижимости. 

Приведенные должником и финансовым управляющим обстоятельства свидетельствуют, что подписание договора займа и, соответственно, договора ипотеки не было направлено на достижение предусмотренных данными договорами правовых последствий, поскольку изначально не предполагало возврата займа должником, а преследовало целью обратить взыскание на принадлежащую должнику квартиру, стоимость которой составляет значительно большую сумму нежели сумма договора займа. 

Совокупность изложенных выше обстоятельств свидетельствуют, что ФИО1 заимодавцем в понимании закона не является, подписанные между ним и должником договоры займа и ипотеки, прикрывают сделку, направленную на лишение должника принадлежащей ему квартиры. 

Прикрываемая сделка, направленная на лишение должника принадлежащей ей квартиры с помощью конструкции договора ипотеки недействительна, как совершенная со злоупотреблением правом (ст. 10, 168 ГК РФ). 

В соответствии с п. 1 ст. 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (заимодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить  заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

 В силу п. 2 ст. 808 ГК РФ в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей. 

Согласно п. 1 ст. 810 ГК РФ, заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа. Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям сделки последствия, характерные для сделок данного вида. 

При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения. Договор займа является реальным и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. 

В соответствии со ст. 812 ГК РФ заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности не получены им от заимодавца или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре. 

Согласно ч. 2 ст. 812 ГК РФ, если договор займа был совершен в письменной форме, его оспаривание по безденежности путем свидетельских показаний не допускается, за исключением случаев, когда договор заключен под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя заемщика с заимодавцем или стечения тяжелых обстоятельств. 

Согласно ч. 3 ст. 812 ГК РФ, если в процессе оспаривания заемщиком договора займа по его безденежности будет установлено, что деньги или другие вещи в действительности не были получены от заимодавца, договор считается незаключенным. 

В своем отзыве должник пояснил, что не имел намерения выступить заемщиком по договору займа, договоры были подписаны им под давлением. 

С учетом обстоятельств дела, суд первой инстанции обосновано усмотрел в правоотношениях, сложившихся между должником и заявителем, порок воли. 

По смыслу положений части 1 статьи 133, части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве, разъяснений, данных в абзаце четвертом пункта 9.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», если при обращении в суд конкурсный управляющий заявил требование о признании недействительным договора, а приведенные им в заявлении об оспаривании сделки фактические обстоятельства (основания заявления) и представленные управляющим доказательства свидетельствуют о наличии признаков недействительности действий по исполнению этого договора, суд переходит к проверке данных действий на предмет недействительности и может признать их таковыми в соответствии с надлежащей нормой права (статьей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве). 

В соответствии со статей 6, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагают стороны, и должен рассмотреть спор исходя из заявленных оснований требования (обстоятельств, на которые ссылается сторона в подтверждение своего требования) и его предмета (требования), определив при этом какие нормы законы следует применить в каждом конкретном случае. 

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06 марта 2019 года N 305-ЭС18-22069 по делу N А40-17431/2016, во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по  искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (далее также сделки, причиняющие вред). 

Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве), пункт 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»). 

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее -ГК РФ) не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущества из своего недобросовестного поведения. В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны. 

Из разъяснений, содержащихся в пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», следует, что, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего может быть признана недействительной совершенная до возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. 

Из пункта 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п. п. 1 - 2 ст. 168 ГК РФ). 

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.06.2015, указано, что договор, при заключении которого допущено злоупотребление правом, подлежит признанию недействительным на основании статей 10 и 168 ГК РФ по иску лица, чьи права или охраняемые законом интересы нарушает этот договор. По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. 

Суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что у ФИО1 отсутствовала экономическая целесообразность выдавать незнакомому лицу - должнику денежные средства по договору займа, поскольку должник не мог оплачивать проценты и вернуть сумму займа, о чем ФИО1 было известно, так как он, как добросовестный заимодавец перед выдачей суммы займа должен был убедиться в платежеспособности должника. 

Поведение ФИО1, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, не являлось добросовестным. 

Таким образом, заключение договора займа между заимодавцем и заемщиком, который заведомо не сможет исполнять договор займа, отсутствие разумной цели их получения должником и сведений о дальнейшей судьбе (расходовании), безусловно свидетельствует о наличии в действиях заимодавца признаков недобросовестности (статья 10 ГК РФ). 

В соответствии с абз. 2 п. 1 ст. 336 ГК РФ, залог отдельных видов имущества может быть ограничен или запрещен законом. 

В соответствии с абз. 2 п. 4. ст. 334 ГК РФ к залогу недвижимого имущества (ипотеке) применяются правила настоящего Кодекса о вещных правах, а в части, не урегулированной указанными правилами и законом об ипотеке, общие положения о залоге. 

В соответствии со статьей 9.1 Федерального закона от 16 июля 1998 года N 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)», особенности условий кредитного договора, договора займа, которые заключены с физическим лицом в целях, не связанных с осуществлением им предпринимательской деятельности, и обязательства заемщика по которым обеспечены ипотекой, а также особенности их изменения по требованию заемщика и особенности условий договора страхования, заключенного при предоставлении потребительского кредита (займа), обязательства заемщика по которому обеспечены ипотекой, устанавливаются Федеральным законом от 21 декабря 2013 года N 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)». 

В силу статьи 6.1 Федерального закона от 21 декабря 2013 года N 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)», деятельность по предоставлению кредитов (займов) физическим лицам в целях, не связанных с осуществлением ими предпринимательской деятельности, и обязательства заемщиков по которым обеспечены ипотекой, может осуществляться закрытым перечнем лиц в том числе кредитными организациями, кредитными потребительскими кооперативами, сельскохозяйственными кредитными потребительскими кооперативами, учреждением, созданным по решению Правительства Российской Федерации для обеспечения функционирования накопительно-ипотечной системы жилищного обеспечения военнослужащих и реализации Министерством обороны Российской Федерации функций уполномоченного федерального органа исполнительной власти, обеспечивающего функционирование накопительно-ипотечной системы военнослужащих, единым институтом развития в жилищной сфере, а также организациями, осуществляющими деятельность по предоставлению ипотечных займов в соответствии с требованиями, установленными единым институтом развития в жилищной сфере, и включенными в перечень уполномоченных единым институтом развития в жилищной сфере организаций, осуществляющих деятельность по предоставлению ипотечных займов. 

Из материалов дела следует, что ответчик не является кредитной организацией, уполномоченной предоставлять физическим лицам займы обеспеченные ипотекой, то есть фактически заключение договора займа направлено не только на лишение должника принадлежащей ей квартиры с помощью конструкции договора ипотеки, но и на обход установленного законодательного запрета предоставлять физическим лицам займы, обеспеченные ипотекой, в отсутствие на то соответствующего разрешения (лицензии) Центрального банка Российской Федерации (ст. 1 Федерального закона от 02.12.1990 N 395- 1 «О банках и банковской деятельности»). 

Суд верно принял во внимание то обстоятельство, что денежные средства, оформленные распиской от 01.04.2022 в размере 4.286.179,16 руб. имели транзитный характер и в этот же день направлены на погашение ипотечной задолженности перед АКБ «Держава» ПАО с целью снятия обременения (приходный кассовый ордер от 01.04.2022 №81). 

При указанных обстоятельствах, с учетом совокупной оценки в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации всех имеющихся 7 в материалах дела доказательств, на основании пункта 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», правовой позиции, изложенной в Определениях Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2018 N 305-ЭС17-6779, от 04.06.2018 N 305-ЭС18-413, пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016), статей 807 - 810, 812 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснений Постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.10.2011 по делу N 6616/2011, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что заимодавцем не раскрыта экономическая целесообразность и выгода для него от заключения сделки, не приведены разумные экономические мотивы предоставления денежных средств в размере 11 000 000 рублей незнакомому лицу, который заведомо не сможет исполнять договор займа. Усмотрев порок воли и нетипичность заключенной сделки, признав договор займа от 01.04.2022 незаключенным. 

Принимая во внимание, что судом установлена недействительность основного обязательства (договора займа) в рамках рассмотрения требований кредитора, то договор залога предусматривающий его обеспечение на основании положений пп. 1 и 3 ст. 329 ГК РФ также является недействительным. 

В силу пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. 

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III. 1 «Оспаривание сделок должника» Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ, подлежит возврату в конкурсную массу. 

В соответствии с п. 1 ст. 100 Закона о банкротстве кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе внешнего управления. Указанные требования направляются в арбитражный суд и внешнему управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность указанных требований документов. Указанные требования включаются внешним управляющим или реестродержателем в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

 В силу п. 26 Постановления Пленума № 35 от 22.06.2012г. «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. 

В данном случае, договор займа, на котором основано заявление кредитора о включении в реестр требований кредиторов должника, признан судом незаключенным, следовательно, заявленные требования признаются необоснованными. 

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно отказал заявителю в удовлетворении заявления о включении требований в реестр требований кредиторов должника, как обеспеченных залогом. 

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: - позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, - имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, - отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. 

Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве). 

В материалы дела не представлены: - сведения о наличии у ФИО1 денежных средств для выдачи займа; - доказательства, подтверждающие передачу денежных средств. 

Во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. 

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. 

В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должникомбанкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы. 

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. 

Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. 

Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. 

Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления № 63).

 Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. 

Доводы апеллянтов не содержат ссылок на факты, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции. 

Судом во исполнение требований статей 8, 9 АПК РФ обеспечены сторонам равные условия для реализации ими своих процессуальных прав, в том числе на представление доказательств в состязательном процессе; созданы условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств дела. 

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не усматривается. Убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционные жалобы не содержат, в силу чего удовлетворению не подлежат. 

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 19.07.2024 по делу № А40-107274/23 оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                        Ж.В. Поташова

 

Судьи:                                                                                                А.Г. Ахмедов

 

                                                                                                            Ю.Н. Федорова