АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-5745/25

Екатеринбург

20 января 2026 г.

Дело № А71-7958/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 15 января 2026 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 20 января 2026 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Абозновой О. В.,

судей Селивёрстовой Е. В., Сафроновой А. А.,

при ведении протокола помощником судьи Пушкаревой Е.М.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Агро-Альянс» (далее - Общество) на решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 04.07.2025 по делу № А71-7958/2023 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.09.2025 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом.

В судебном заседании приняли участие представители:

общества с ограниченной ответственностью «Торгово-производственная компания «Итермо» (далее - Компания) - ФИО1 (доверенность от 05.02.2024);

Общества - ФИО2 (доверенность от 04.10.2024).

Компания обратилась в Арбитражный суд Удмуртской Республики с иском к Обществу о расторжении договора подряда от 03.02.2020 № 4-2020 и взыскании неосновательного обогащения в размере 1 500 000 руб.

Обществом предъявлен встречный иск к Компании о взыскании 1 500 000 руб. долга, 1 026 000 руб. неустойки с последующим начислением ее по день фактической оплаты долга.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: индивидуальный предприниматель ФИО3, общество с ограниченной ответственностью «Площадка Ш».

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 04.07.2025 первоначальный иск удовлетворен, в удовлетворении встречного иска отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.09.2025 решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе Общество просит указанные судебные акты отменить, в удовлетворении исковых требований по первоначальному иску о взыскании денежных средств отказать, ссылаясь на отсутствие доказательств принадлежности истцу переданных залоговых денежных средств (1 500 000 руб.), неотражение данных денежных средств в бухгалтерском учете вплоть до 2025 г., отсутствие в законе возможности оборота наличных денежных средств между юридическими лицами, на то, что директор ответчика, был введен в заблуждение, полагая, что денежные средства передаются от имени ФИО3, которому и был в итоге поставлен товар, а истец выступал посредником в сделке.

Как полагает заявитель, выводы судов об отсутствии факта поставки товара и доводы Компании об отсутствии каких-либо правоотношений с предпринимателем ФИО3 опровергаются имеющимися в деле доказательствами.

Заявитель жалобы настаивает на наличии между Компанией и предпринимателем ФИО3 правоотношений по поставке спорного оборудования, что, по мнению Общества, подтверждается, в том числе деловой перепиской посредством электронной почты с генеральным директором Компании ФИО4 и показаниями свидетеля ФИО5

Как указывает Общество, спорное оборудование было изготовлено и смонтировано на производственной площадке общества с ограниченной ответственностью «Площадка Ш», бенефициаром и собственником которой является предприниматель ФИО3

В отзыве на кассационную жалобу Компания указывает на необоснованность изложенных в ней доводов, просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судами, между Компанией (заказчик) и Обществом (поставщик) заключен договор подряда от 03.02.2020 № 4-2020, в соответствии с пунктом 1.1 которого исполнитель обязуется собственными силами и/или силами и средствами субподрядных организаций, с использованием своих материалов разработать конструкторскую документацию, изготовить и поставить оборудование заказчику в количестве и по цене, указанным в спецификации, являющейся неотъемлемой частью договора, а заказчик обязуется согласовать конструкторскую документацию, принять и оплатить результат выполненных работ, в порядке и на условиях, установленных настоящим договором.

Согласно спецификации № 1 к договору поставщик обязался предоставить емкость для хранения молока объемом 30 000 литров (уличное исполнение) в количестве 2 единиц на общую сумму 3 000 000 руб.

В пункте 2 спецификации сторонами согласовано, что в качестве обеспечения исполнения обязательств по оплате продукции заказчик передает поставщику залоговую сумму наличных денежных средств в размере 1 500 000 руб. (50% от общей суммы), которую поставщик должен был вернуть истцу в полном объеме в день передачи заказчику продукции.

В соответствии с пунктом 4 спецификации № 1 срок изготовления товара - не более 60 рабочих дней с момента получения залоговой суммы поставщиком.

Заказчик 03.02.2020 передал поставщику 1 500 000 руб. наличными денежными средствами, что подтверждается распиской, подписанной сторонами и скрепленной печатями.

Компания указала, что Общество в нарушение принятых на себя обязательств продукцию в установленный договором срок не изготовило, соответствующую продукцию не поставило, денежные средства заказчику не вернуло.

В связи с тем, что поставщик длительное время не приступал к изготовлению продукции и не передавал результат работ заказчику, 04.02.2021 последний отправил посредством электронной почты на адрес uam18@bk.ru досудебную претензию, в которой указал об утрате интереса к продукции в связи с существенным периодом просрочки исполнения обязательств, об отказе от принятия исполнения и расторжении договора подряда с датой расторжения - с 05.02.2021, заявил требования о возврате залоговой суммы в размере 1 500 000 руб., об уплате штрафных санкций.

Компанией 16.04.2023 повторно направлена претензия от 15.04.2023 № 10 с требованием вернуть денежные средства в размере 1 500 000 руб.

Поскольку требования претензий оставлены Обществом без удовлетворения, Компания обратилась в арбитражный суд с первоначальным иском.

Общество, ссылаясь на то, что обязательства по поставке товара им исполнены в полном объеме 20.04.2020 - по согласованию с истцом ответчик произвел доставку и монтаж оборудования конечному пользователю (предпринимателю ФИО3), при отгрузке товара Компании передан УПД от 20.04.2020 № 97, который не возвращен Обществу, и Компания 10.02.2021 уведомлена о том, что обязательства по оплате не исполнены, а переданные денежные средства зачтены в счет оплаты по договору, обратился с встречным иском о взыскании задолженности по оплате за поставленное и смонтированное оборудование и неустойки по день фактической оплаты долга.

Суд первой инстанции удовлетворил первоначальный иск и отказал в удовлетворении встречного, исходя из отсутствия доказательств предоставления встречного исполнения со стороны Общества на переданную Компанией сумму денежных средств либо доказательств возврата денежных средств.

Суд апелляционной инстанции с выводами, изложенными в решении, согласился, признал их законными и обоснованными.

Выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и действующему законодательству.

В силу пункта 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Согласно пункту 1 статьи 708 Гражданского кодекса Российской Федерации в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки).

Таким образом, применительно к договору подряда существенными условиями договора являются согласование сторонами предмета договора, начального и конечного сроков выполнения работ.

Если подрядчик не приступает своевременно к исполнению договора подряда или выполняет работу настолько медленно, что окончание ее к сроку становится явно невозможным, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков (пункт 2 статьи 715 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 статьи 405 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если вследствие просрочки должника исполнение утратило интерес для кредитора, он может отказаться от принятия исполнения и требовать возмещения убытков.

В соответствии с пунктом 3 статьи 708 Гражданского кодекса Российской Федерации указанные в пункте 2 статьи 405 Гражданского кодекса Российской Федерации последствия просрочки исполнения наступают при нарушении конечного срока выполнения работы, а также иных установленных договором подряда сроков.

Предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором (пункт 1 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 407 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В силу пункта 4 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60 Гражданского кодекса Российской Федерации), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.

В пункте 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Как установили суды, передача наличных денежных средств соответствует согласованному сторонами в договоре обязательству.

При этом факт передачи залоговой суммы 1 500 000 руб. подтверждается распиской, подписанной ФИО6, ФИО4, которые являлись директорами обществ, что не оспаривается сторонами.

Суды обоснованно не приняли во внимание доводы Общества об отсутствии доказательств принадлежности истцу переданных залоговых денежных средств (1 500 000 руб.), неотражение данных денежных средств в бухгалтерском учете вплоть до 2025 г., отсутствие закрепленной в законе возможности обмена между юридическими лицами денежных средств путем передачи наличных денежных средств, а также недоказанности предоставления данной денежной суммы в качестве займа Компании со стороны ее директора, правильно указав, что они не имеют правового значения для рассмотрения настоящего дела с учетом того, что реальность передачи денежных средств сторонами не оспаривается.

При этом верно отмечено, что отсутствие данных о финансово-отчетных документах, о наличии на счете истца необходимой суммы для передачи ответчику, либо о наличии такой суммы у директора ответчика, и ее передачи обществу в качестве займа, не опровергает факт передачи денежных средств по договору, оформленной соответствующей распиской, а может свидетельствовать о нарушении ведения надлежащего бухгалтерского учета. О фальсификации расписки не заявлено (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно пояснениям Компании, в настоящее время ей подана уточненная налоговая декларация за 2020 г. с корректировкой раздела 4 (заемные денежные средства), о чем свидетельствует квитанция от 19.06.2025. Как верно отметили суды, действующее законодательство о налогах и сборах не содержит запрета на подачу уточненных налоговых деклараций за соответствующий налоговый период в случае возникновения необходимости отражения дополнительных сведений о деятельности юридического лица.

Суды правильно исходили из того, что сам факт передачи между юридическими лицами денежных средств в наличной форме по договору, заключенному между юридическими лицами, не влияет на выводы о необходимости возврата данной суммы при отсутствии эквивалентного встречного предоставления. Непредставление доказательств принадлежности денежных средств истцу не нивелирует обязанность по их возврату тому лицу, от которого денежные средства получены, в условиях их неосновательной передачи.

Представленные в материалы дела документы, а также пояснения представителей сторон дают суду основания полагать, что, подписывая расписку о передаче залоговой суммы 1 500 000 руб., Общество подтвердило факт получения такой суммы (реальность исполнения). Факт передачи денег именно Компанией также подтвержден распиской.

Согласно пояснениям Общества, свои обязательства по передаче оборудования в рамках договора, заключенного между Обществом и Компанией поставщик исполнил 20.04.2020 путем передачи такого оборудования предпринимателю ФИО3 Обществом 12.02.2021 в адрес Компании повторно направлен универсальный передаточный документ, подтверждающий факт поставки и монтажа товара (РПО 42600056256503), с требованием о подписании данного документа и возврате, которое истцом проигнорировано.

Согласно пункту 4.1 договора приемка-передача оборудования должна подтверждаться подписанной между сторонами (Обществом и Компанией) товарной накладной или универсальным передаточным документом.

Вместе с тем, как верно отмечено судами, договор подряда от 03.02.2020 № 4-2020 и спецификация от 03.02.2020 № 1 заключены между юридическими лицами - Обществом и Компанией.

Положений об исполнении обязательств по данному договору в пользу третьих лиц указанный договор не содержит.

Таким образом, правильным является указание судов на то, что Общество не имело права исполнять свои обязательства по договору в пользу любых третьих лиц (включая предпринимателя ФИО3), а должно было исполнить свои обязательства перед Компанией в соответствии с условиями договора либо согласовать иные условия договора.

Доказательств исполнения обязательств перед истцом ответчиком не представлено. Истец отрицает наличие каких либо правоотношений с ФИО3, в материалах дела соответствующие доказательства отсутствуют. Требования об оплате поставленного истцу по мнению ответчика товара, также не заявлялись.

Общество в подтверждение исполнения своих обязательств по изготовлению и передаче Компании оборудования представило копию УПД от 20.04.2020 № 97, факт получения которой, как и оборудования, конструкторской документации, товаросопроводительной документации, последняя опровергает.

Суды установили, что согласно представленному в материалы дела почтовому чеку от 15.02.2021 (РПО 42600056256503) почтовое отправление с вышеназванным УПД № 97 направлено по адресу: 426039, УР, 

<

...>, однако, почтовая корреспонденция возвращена отправителю.

В соответствии со сведениями ЕГРЮЛ юридическим адресом Компании является: 426039, УР, 

<

...>, в связи с чем имеются основания полагать, что отправление не вручено адресату по независящим от него причинам.

Названное УПД также не отражено в налоговой декларации Общества за 2020 г.

С учетом изложенного суды верно исходили из того, что Обществом не представлено надлежащих доказательств направления УПД по юридическому адресу Компании, а иных документов, свидетельствующих о передаче товара, в материалах дела не содержится.

Согласно пояснениям предпринимателя ФИО3 между ним и Компанией заключен договор подряда от 30.01.2020, в рамках которого предприниматель заказал у Компании разработку и изготовление двух емкостей для хранения молока 30 000 литров (в уличном исполнении).

Во исполнение данного договора предприниматель ФИО3 передал генеральному директору Компании ФИО4 наличными 1 800 000 руб. в качестве залога для обеспечения сделки по договору, о чем выдана расписка.

Предприниматель указал, что договор подряда от 30.01.2020 № 3-2020 и договор от 30.01.2020 № 3 являются одним и тем же договором. Иных договоров на поставку емкостей для хранения молока между Компанией и предпринимателем не заключалось, в обеспечение каких-либо иных договоров указанное обеспечение не выдавалось.

Конструктивную разработку указанных емкостей, их изготовление, монтаж и пусконаладочные работы осуществляло Общество.

Взаимодействие по изготовлению данных емкостей с Обществом велось как напрямую, так и через генерального директора Компании ФИО4 Стороны не были против такого порядка взаимодействия, поскольку это ускоряло процесс исполнения контракта. Переписка и переговоры по исполнению договора велись как посредством электронной почты, так и посредством телефонной связи и мессенджеров.

Предприниматель ФИО3 своими силами вывез емкости с производственной площадки Общества. В мае 2020 г. силами сотрудников Общества на производственной площадке изготовлен фундамент под указанные емкости.

Вместе с тем, доказательства поставки предпринимателю ФИО3 именно спорного товара, являющегося предметом поставки между сторонами спора, а также его оплаты в материалы дела не представлено.

Каких-либо письменных соглашений о наличии взаимоотношений между истцом и третьим лицом не представлено. Представленная переписка не позволяет сделать вывод о наличии подобных взаимоотношений, в том числе и о том, что договор между сторонами спора заключен с целью поставки какого-либо оборудования в адрес третьих лиц, а истец фактически исполнил роль посредника, передавая денежные средства.

С целью подтверждения факта производства и поставки оборудования ответчиком заявлено ходатайство о допросе свидетеля ФИО5, которая заслушана в ходе судебного разбирательства.

Между тем, надлежащим и достаточным доказательством приема-передачи товара по договору поставки в силу положений федерального закона «О бухгалтерском учете» является товарная накладная/УПД или иной двухсторонний письменный документ, то есть письменное доказательство, факт поставки товара ответчиком истцу не может подтверждаться свидетельскими показаниями и не является допустимым доказательством передачи товара в отсутствие первичных, надлежаще оформленных документов (статья 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного правомерно отклонены доводы ответчика о том, что между Компанией и предпринимателем ФИО3 имели место правоотношения по спорному оборудованию, что, подтверждается деловой перепиской посредством электронной почты с генеральным директором общества Компании ФИО4 и показаниями свидетеля ФИО5

Суды приняв во внимание условия договора, исследовав и оценив поведения сторон в ходе исполнения договора пришли к обоснованному выводу о том, что представленные в материалы дела доказательства, в том числе переписка сторон, не подтверждают факт поставки товара непосредственно предпринимателю ФИО3 Сама по себе осведомленность директора Компании о ходе выполнения работ не является достаточным основанием полагать, что между Компанией и предпринимателем имели место правоотношения по спорному оборудованию.

Нарушения судами норм материального права при применении положений статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации и толковании условий договора и поведения сторон судом кассационной инстанции не установлено.

Как верно отметили суды, оснований полагать, что общество «Агро-Альянс» и предприниматель ФИО3 взаимодействовали не в рамках самостоятельных правоотношений, а через Компанию как посредника, и именно через нее и должен был поставлен товар в адрес предпринимателя ФИО3, не имеется.

При таких обстоятельствах суды пришли к правильному выводу о том, что первоначальные требования о взыскании неосновательного обогащения, составляющего сумму переданных в адрес ответчика денежных средств, не обеспеченных встречным предоставлением, подлежат удовлетворению, что исключает удовлетворение встречных требований о взыскании задолженности и штрафных санкций.

Доводы заявителя кассационной жалобы отклоняются с учетом выводов, содержащихся в настоящем постановлении. Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены обжалуемых судебных актов (ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 04.07.2025 по делу № А71-7958/2023 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.09.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Агро-Альянс» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий	 О.В. Абознова

Судьи	 Е.В. Селивёрстова

А.А. Сафронова