СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-14112/2016(20)-АК

Дело № А50-19240/2015

13 июня 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 06 июня 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 13 июня 2022 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Плаховой Т. Ю.,

судей   Чепурченко О.Н., Чухманцева М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

заявитель жалобы, конкурсный управляющий ФИО2 (паспорт), его представитель – ФИО3, доверенность от 10.01.2022, паспорт,

от АО «Россельхозбанк» - ФИО4, доверенность от 27.05.2020, паспорт,

от уполномоченного органа – ФИО5, доверенность от 11.01.2022, служебное удостоверение, 

от иных лиц, участвующих в деле – не явились, 

(лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда), 

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2

на определение Арбитражного суда Пермского края 

от 26 января 2022 года 

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО2 о взыскании с АО «Россельхозбанк» в пользу должника 9 024 866,04 руб. неосновательного обогащения, 51 738,44 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами с 20.09.2021 по 20.10.2021 с последующим начислением по день фактического исполнения обязательства,

вынесенное в рамках дела № А50-19240/2015

о признании несостоятельным (банкротом) АО «Строгановский посад» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

третье лицо: ИФНС России по Свердловскому району г. Перми, 

установил:

решением Арбитражного суда Пермского края от 03.03.2016 АО «Строгановский посад» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2. 

Объявление об открытии процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» №51 от 26.03.2017. 

Определением Арбитражного суда Пермского края от 20.09.2021 (резолютивная часть от 14.09.2021) разрешены разногласия между конкурсным управляющим ЗАО «Строгановский посад» и АО «Россельхозбанк», определен порядок погашения текущей задолженности по земельному налогу и налогу на имущество в отношении предмета залога за счет вырученного от реализации заложенного имущества до начала расчетов с залоговым кредитором. 

27.10.2021 в Арбитражный суд Пермского края поступило заявление конкурсного управляющего ФИО2 к ответчику АО «Россельхозбанк» о взыскании 9 024 866,04 руб. неосновательного обогащения, 51 738,44 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами с 20.09.2021 по 20.10.2021 с последующим начислением по день фактического исполнения обязательства. 

Определением суда от 03.11.2021 заявление принято к производству суда, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ИФНС России по Свердловскому району г. Перми. 

Определением от 25.11.2021 рассмотрение заявления приостановлено до вступления в законную силу определения Арбитражного суда Пермского края от 20.09.2021 (резолютивная часть от 14.09.2021) по делу № А50-19240/2015.

Протокольным определением от 25.01.2022 производство по заявлению возобновлено, поскольку постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.12.2021 (резолютивная часть от 22.12.2021) определение Арбитражного суда Пермского края от 20.09.2021 (резолютивная часть от 14.09.2021) по делу №А50-19240/2015 оставлено без изменения.

В заседании суда представитель конкурсного управляющего на заявлении настаивал. Представил дополнительные пояснения по обстоятельствам спора. 

Представитель ФНС России доводы конкурсного управляющего поддержал. 

Ответчик в заседание суда не явился, ранее направил отзыв на заявление о взыскании неосновательного обогащения, в котором просит в удовлетворении требований конкурсного управляющего отказать в полном объеме

Определением Арбитражного суда Пермского края от 26.01.2022 (резолютивная часть от 25.01.2022) в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано в полном объеме.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий должника обратился с апелляционной жалобой, просит определение отменить, заявленные требования удовлетворить. 

В апелляционной жалобе ее заявитель указывает на необоснованность вывода суда о том, что текущие обязательства должника по оплате обязательных платежей, начисленных в период процедуры наблюдения на недвижимое имущество должника, обремененное залогом, не могут быть погашены в порядке п. 6 ст. 138 Закона о банкротстве, отмечая, что при переходе из одной процедуры в другую очередность погашения текущих обязательств не меняется, платежи, которые являлись текущими для процедуры наблюдения или других процедур, будут являться текущими платежами и в конкурсном производстве. Относительно вывода суда о ненадлежащем заявителе конкурсный управляющий указывает, что требования заявлены им в порядке ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), исходя из квалификации спорных правоотношений, как обязательства, возникшие из неосновательного обогащения, поскольку со стороны АО «Россельхозбанк» имеются обязательства по возврату в конкурсную массу должника необоснованно полученных в результате погашения требований залогового кредитора денежных средств. Исходя из правового статуса уполномоченного органа, с учетом того, что должником по возникшим обязательным платежам и субъектов налоговых правоотношений является ЗАО «Строгановский завод», уполномоченный орган обратиться к АО «Россельхозбанк» с исковым заявлением о взыскании денежных средств не имеет возможности. Обращает внимание, что после вынесения определения от 20.09.2021, которым устранена правовая неопределенность порядка погашения текущих имущественных налогов на имущество должника, находящегося в залоге, Банку должно было стать очевидным отсутствие у него права по получению денежных средств в размере 9 024 866,04 руб., однако денежные средства в указанной сумме должнику не возвратил. При этом управляющий отмечает, что при возврате Банком в конкурсную массу указанной суммы, конкурсный управляющий имел бы возможность погасить обязательства должника по оплате обязательных платежей и приступить к погашению иных текущих обязательств должника, погашение которых невозможно в связи с наличием обязательств перед уполномоченным органом. Считает, что судом оставлено без внимания то, что в результате неправомерного удержания денежных средств Банком и уклонения от их возврата, помимо прав и законных интересов налогового органа нарушены права иных кредиторов по текущим обязательствам, поскольку при ином поведении Банка задолженность перед ними была бы погашена в более короткие сроки. Отмечает, что могут быть нарушены права конкурсного управляющего, поскольку отсутствие денежных средств от реализации залога влечет исполнение текущих налоговых обязательств за счет денежных средств, зарезервированных для выплаты конкурсному управляющему фиксированного вознаграждения и процентов.

До начала судебного разбирательства от АО «Россельхозбанк» поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому обжалуемое определение считает законным и обоснованным, в удовлетворении жалобы просит отказать.

Уполномоченный орган в письменном отзыве доводы жалобы поддерживает в полном объеме, просит определение отменить, жалобу удовлетворить.

От конкурсного управляющего поступили дополнительные письменные пояснения к апелляционной жалобе, согласно которым полагает, что требования залогового кредитора АО «Россельхозбанк» в размере 9 024 866,04 руб. были погашены преимущественно, в обход погашения текущих требований уполномоченного органа в аналогичном размере, в связи с чем, совокупность операций по перечислению денежных средств АО «Россельхозбанк» имеет признаки сделки с преимущественным удовлетворением требований банка перед требованиями уполномоченного органа на основании п. 1 ст. 61.3 Закона о банкротстве. С позиции апеллянта, обращаясь с заявлением, конкурсный управляющий квалифицировал спорные правоотношения как обязательства, возникшие из неосновательного обогащения, между тем судом первой инстанции не исследован вопрос о возможности квалификации спорных правоотношений в качестве сделки, которая может быть оспорена в рамках специальных норм Закона о банкротстве об оспаривании сделок должника.

Явившийся в судебное заседание конкурсный управляющий ходатайствовал о приобщении к материалам дела дополнительных пояснений к апелляционной жалобе.

В ходе рассмотрения ходатайства о возможности приобщения дополнительных пояснений, апелляционным судом установлено, что в дополнениях содержатся доводы об иной квалификации заявленных требований, со ссылкой на обязанность суда самостоятельно определить характер правоотношений и рассмотреть спор с учетом правильной их квалификации. При этом доказательств отправки указанных дополнений в адрес лиц, участвующих в деле, конкурсным управляющим не представлено.

Определением от 30.03.2022 суд отложил судебное разбирательство на 25.04.2022, обязав конкурсного управляющего направить в адрес лиц, участвующих в деле, дополнительные пояснения, представленные в суд 28.03.2022, доказательства отправки представить суду, а лицам, участвующим в деле, необходимо высказать письменную позицию относительно переквалификации заявленных конкурсным управляющим требований. 

От АО «Россельхозбанк» поступил отзыв на дополнительные пояснения к апелляционной жалобе конкурсного управляющего, согласно которому полагает отсутствующими основания для принятия судом дополнительных доводов и доказательств конкурсного управляющего, доводы конкурсного управляющего о необходимости переквалификации ранее заявленного им требования о взыскании неосновательного обогащения на требование о признании сделки недействительной полагает необоснованными и не подлежащими удовлетворению. Просит оставить определение без изменения, жалобу – без удовлетворения.

Конкурсный управляющий во исполнение требований суда представил расчет налогов должника, ходатайствовал о приобщении его к материалам дела. Поддерживает доводы, изложенные в апелляционной жалобе и дополнительных пояснениях.

Ходатайство принято судом к рассмотрению.

Конкурсным управляющим заявлено ходатайство об отложении судебного разбирательства.

Представитель уполномоченного органа, АО «Россельхозбанк» оставляют разрешение ходатайства об отложении на усмотрение суда.

Определением от 25.04.2022 судебное разбирательство отложено на 06.06.2022.

Судом рассмотрено ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных пояснений конкурсного управляющего к апелляционной жалобе, поступившие в суд 28.03.2022, по результатам которого пояснения приобщены к материалам дела.

Конкурсный управляющий, его представитель доводы апелляционной жалобы поддерживают в полном объеме, настаивают на отмене определения.

Представитель уполномоченного органа полагает доводы жалобы конкурсного управляющего обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Представитель АО «Россельхозбанка» против апелляционной жалобы возражал по доводам, изложенным в письменным отзывах.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, представителей в заседание суда апелляционной инстанции не направили, что в соответствии с ст.ст.156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием к рассмотрению дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст. 266, ч. 5 ст. 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом, обращаясь с настоящим заявлением, конкурсный управляющий просил взыскать с Пермского регионального филиала АО «Россельхозбанк» в пользу ЗАО «Строгановский завод» в качестве неосновательного обогащения сумму налоговых обязательств в размере 9 024 866,04 руб., начисленных на обремененного в пользу Банка залогом имущество должника, реализованного в процедуре банкротства, и процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 20.09.2021 по 20.10.2021 в сумме 51 738,44 руб. с последующим их начислением на сумму неосновательного обогащения по день фактического исполнения денежного обязательства по правилам ст. 395 ГК РФ.

Рассмотрев заявленные требования, суд первой инстанции отказал в их удовлетворении, указав, что у АО «Россельхозбанк» возникло неосновательное обогащение фактически за счет средств, подлежащих уплате ФНС России как текущему кредитору в счет погашения задолженности по налогам, начисленным на залоговое имущество, то и право на взыскание данных денежных средств принадлежит не конкурсному управляющему, а налоговому органу, в связи с чем, признал конкурсного управляющего ненадлежащим заявителем по спору.

Исследовав материалы дела в их совокупности в порядке ст. 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, изучив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, письменных возражений на нее, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с п. 1 ст. 60 Федерального закона от 26.10.2007 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве» (Закон о банкротстве, Закон) заявления и ходатайства, в том числе о разногласиях, возникших между ним и кредиторами, рассматриваются в заседании арбитражного суда.

Из материалов дела усматривается, что в рамках дела о банкротстве должника за счет реализации залогового имущества были удовлетворены требования АО «Россельхозбанк» по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, на сумму 13 009 649,42 руб.

В период проведения процедуры конкурсного производства на имущество, обремененное залогом в пользу банка, были начислены имущественные налоги в общей сумме 9 024 866,04 руб., в том числе:

- земельный налог на сумму 8 951 186,36 руб.;

- налог на имущество в сумме 73 679,68 руб.

Указанные текущие налоги не погашены.

Определением от 20.09.2021, при рассмотрении спора о разрешении разногласий между конкурсным управляющим и залоговым кредитором, предметом которого являлось решение вопроса о том, подлежат ли уплате налоги, начисление которых связано с продолжением эксплуатации залогового имущества должника-банкрота в период нахождения этого имущества в банкротных процедурах в режиме погашения расходов на обеспечение сохранности предмета залога и реализации его на торгах, то есть в первоочередном порядке за счет средств, поступивших от реализации предмета залога (п. 6 ст. 138 Закона о банкротстве), судом установлено следующее.

При реализации имущества должника-банкрота расходы на обеспечение сохранности предмета залога и реализацию его на торгах покрываются за счет средств, поступивших от реализации предмета залога, до расходования этих средств на иные цели (п. 6 ст. 138 Закона о банкротстве).

Содержание и смысл данной нормы в совокупности с прочими положениями ст. 134, 138 Закона о банкротстве, регулирующими очередность удовлетворения требований кредиторов должника-банкрота, указывают на то, что в банкротстве за залоговым кредитором, безусловно, сохраняется его право преимущественного удовлетворения своих требований перед другими кредиторами. При этом приоритет удовлетворения требований залогового кредитора обеспечивается в банкротстве за счет обособления процедуры, касающийся судьбы залогового имущества, что подразумевает погашение за счет ценности данного имущества обязательств перед залоговым кредитором за вычетом издержек, непосредственно связанных с этим имуществом.

В условиях ограниченных возможностей должника-банкрота по удовлетворению всех предъявленных к нему денежных требований такой подход позволяет в определенной степени соблюсти баланс интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве должника и реализовать принцип соразмерного удовлетворения требований кредиторов при соблюдении прав залогового кредитора.

Исходя из изложенного, системное и телеологическое толкование п. 6 ст. 138 Закона о банкротстве приводит к выводу о необходимости применения правового режима, установленного данной нормой, к обязательствам должника по уплате налогов, начисление которых связанно с продолжением эксплуатации залогового имущества в период нахождения должника в банкротных процедурах.

Противоположный подход ведет к дисбалансу между правами залогового кредитора и прочих кредиторов, поскольку имущественная выгода от продажи предмета залога будет предоставляться исключительно залоговому кредитору, а расходы, непосредственно связанные с этим имуществом (в данном случае текущие обязательства по уплате обязательных платежей), будут погашаться за счет иных активов должника в ущерб интересам незалоговых кредиторов, что явно не соответствует принципам справедливости.

На основании изложенного, учитывая аналогичные позиции, изложенные в определении Верховного Суда Российской Федерации от 08.04.2021 № 305-ЭС20-20287 по делу № А40-48943/2015, а также в определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.10.2020 № 305-ЭС20-10152 по делу № А40-46117/2019, вошедшем в Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2020), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2020 (п. 11), определении Верховного суда Российской Федерации от 08.07.2021 № 308-ЭС18-21050 (41) по делу № А53-32531/2016, арбитражный суд, разрешая разногласия, определил порядок погашения текущих имущественных налогов (земельного налога, налога на имущество), начисленных на имущество должника, обеспеченное залогом в пользу АО «Россельхозбанк», и реализованное в процедуре банкротства ЗАО «Строгановский завод», - перед распределением денежных средств для удовлетворения требований залогового кредитора.

В соответствии со ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 Кодекса.

Для возникновения обязательств из неосновательного обогащения необходимо, во-первых, чтобы обогащение одного лица (приобретателя (ответчика) произошло за счет другого (потерпевшего (истца), и, во-вторых, чтобы такое обогащение произошло при отсутствии к тому законных оснований или последующем их отпадении. При этом не имеет значения, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения обогатившегося, самого потерпевшего или третьих лиц, либо произошло помимо их воли.

Таким образом, для возникновения обязательств из неосновательного обогащения необходимы приобретение или сбережение имущества за счет другого лица, отсутствие правового основания такого сбережения или приобретения, отсутствие обстоятельств, предусмотренных ст. 1109 ГК РФ. При этом основания возникновения неосновательного обогащения могут быть различны.

В силу ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Исходя из существа заявленных требований, конкурсный управляющий должника просит взыскать с Банка в качестве неосновательного обогащения ранее перечисленные им и причитающие залоговому кредитору денежные средства, полученные от реализации предмета залога, в размере не погашенных текущих обязательств по имущественному налогу, подлежащих выплате за счет денежных средств, полученных от реализации такого имущества.

Из материалов дела апелляционным судом установлено, что определением от 25.01.2016 по делу № А50-19240/2015 требования АО «Россельхозбанк» в сумме 102 172 640 руб. основного долга включено в третью очередь реестра требований кредиторов ЗАО «Строгановский посад» в качестве требований, обеспеченных залогом имущества должника.

В ходе процедуры конкурсного производства в отношении ЗАО «Строгановский посад», конкурсным управляющим реализовано имущество должника, обремененное залогом в пользу АО «Россельхозбанк» на общую сумму 20 414 238,98 руб., из которых денежные средства в размере 13 009 649,42 руб. были перечислены в адрес АО «Россельхозбанк» в порядке ст. 138 Закона о банкротстве в счет погашения залоговых требований кредитора.

Учитывая, что требования Банка были включены в реестр требований кредиторов должника как обеспеченные залогом спорного имущества, погашение такого требования осуществлялось за счет денежных средств, поступивших на счет должника от продажи предмета залога в меньшем размере, чем установлено определением о включении в реестр, суд апелляционный инстанции не усматривает оснований для вывода о возникновении на стороне Банка неосновательного обогащения. 

Банк в своем отзыве на заявление управляющего, выражая несогласие с доводами управляющего о возникновении на его стороне неосновательного обогащения, озвучивал позицию о том, что перечисление конкурсным управляющим Банку денежных средств могло быть квалифицировано как оспоримая сделка, которая может быть оспорена по специальным основаниям Закона о банкротстве, однако, с учетом фактических обстоятельств дела, полагал недопустимым предъявление ко взысканию спорных денежных средств как последствие недействительности сделок по уплате денежных средств Банку, также указав на пропуск конкурсным управляющим срока исковой давности для оспаривания платежей как сделок должника.

В дополнительных письменных пояснениях к апелляционной жалобе конкурсный управляющий указывает, что требования залогового кредитора АО «Россельхозбанк» в размере 9 024 866,04 руб. были погашены преимущественно, в обход погашения текущих требований уполномоченного органа в аналогичном размере, в связи с чем, совокупность операций по перечислению денежных средств АО «Россельхозбанк» имеет признаки сделки с преимущественным удовлетворением требований банка перед требованиями уполномоченного органа на основании п. 1 ст. 61.3 Закона о банкротстве. 

При обращении с заявлением конкурсный управляющий квалифицировал спорные правоотношения как обязательства, возникшие из неосновательного обогащения, между тем судом первой инстанции не исследован вопрос о возможности квалификации спорных правоотношений в качестве сделки, которая может быть оспорена в рамках специальных норм Закона о банкротстве. 

Частью 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации закреплено положение об осуществлении судопроизводства на основе состязательности и равноправия сторон, что предполагает предоставление сторонам равных процессуальных возможностей для защиты своих прав и законных интересов.

Действительно, ВС РФ предложено судам в случае несогласия с юридической квалификацией правоотношений сторон, предложенной истцом, не отказывать в иске, а в рамках подготовки к судебному заседанию предложить свою квалификацию правоотношений сторон и вынести ее на обсуждение, определив обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора и распределив при этом бремя доказывания между сторонами.

Такой подход, в первую очередь, направлен на защиту интересов непрофессиональных участников спорных правоотношений, с целью обеспечения процессуальной экономии времени. 

В рассматриваемом случае заявителем является конкурсный управляющий, являющийся профессиональным участником антикризисных отношений, наделенный компетенцией по оперативному руководству процедурой конкурсного производства, что предполагает наличие у него достаточных знаний и опыта для правильной квалификации отношений для принятия грамотных управленческих решений, в том числе относительно избранного способа защиты интересов кредиторов.

Кроме того, как следует из материалов дела и указано ранее, Банк сам в своем отзыве на заявление конкурсного управляющего указал на возможность квалификации перечисления денежных средств в качестве оспоримой сделки, которая может быть оспорена по специальным основаниям Закона о банкротстве, привел свою позицию относительно требования исходя из такой его квалификации.

То есть фактически самим Банком поставлен вопрос об иной квалификации спорных правоотношений.

Однако, конкурсный управляющий, настаивал на возникновении на стороне Банка именно неосновательного обогащения, взыскания с него денежных средств как неосновательно полученных им.

Уполномоченный орган также поддерживал данную конкурсным управляющим квалификацию правоотношений как неосновательное обогащение, причем и на стадии рассмотрения спора в суде апелляционной инстанции, по сути, выразив несогласие с новыми доводами управляющего о необходимости квалификации спорных правоотношений в качестве сделки, которая может быть оспорена в рамках специальных норм Закона о банкротстве. 

При таком положении у суда первой инстанции не имелось оснований полагать, что воля конкурсного управляющего направлена на оспаривание платежей, полученных Банком, как сделки должника, на необходимость иной квалификации спорных правоотношений.

Кроме того, в рассматриваемом случае апелляционный суд не усматривает основания для удовлетворения заявления конкурсного управляющего и исходя из квалификации перечисления денежных средств из конкурсной массы Банку как оспоримой сделки. 

Исходя из обстоятельств совершения сделки, следует признать, что такая сделка может быть оспорена лишь на основании положений, предусмотренным ст. 61.3 Закона о банкротстве.

В п. 2 названной статьи установлено, что сделка, указанная в п. 1 настоящей статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом такого заявления.

В соответствии с ч. 1 ст. 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности, при наличии одного из следующих условий:

- сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;

- сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

- сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

- сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

В рассматриваемом случае спорные платежи совершены непосредственно конкурсным управляющим должника, по его собственному распоряжению, что не предполагает возможность последующего оспаривания им собственных действий по перечислению залоговому кредитору денежных средств, иное бы противоречило принципу добросовестности, установленному ст. 10 ГК РФ, ст. 203 Закона о банкротстве. 

Банк, получая спорные денежные средства, перечисленные непосредственно конкурсным управляющим, в условиях наличия у Банка права на погашение требований за счет денежных средств, вырученных от реализации залогового имущества должника, имел все основания полагать данные действия управляющего законными, совершенными в строгом соответствии с требованиями Закона о банкротстве, в том числе об очередности удовлетворения требований кредиторов.

Указанные обстоятельства исключают право конкурсного управляющего на оспаривание сделки, совершенной от имени должника непосредственно им самим.

Более того, как указано ранее, Банком было заявлено о пропуске срока на оспаривание сделок.

В силу ст. 195 ГК РФ, судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности.

На основании п. 2 ст. 199 ГК РФ, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с п. 2 ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки, недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что, если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п. 1 ст. 200 ГК РФ).

В данном случае ни определение Верховного Суда Российской Федерации от 08.04.2020, ни определение от 20.09.2021 о разрешении разногласий между конкурсным управляющим и залоговым кредитором началом течения срока исковой давности являться не может, поскольку в указанных судебных актах дано толкование ст. 138 Закона о банкротстве в том ее смысле, который был заложен законодателем изначально. 

Срок исковой давности подлежит исчислению с момента совершения оспариваемых платежей. 

Конкурсным управляющим конкретные платежи, которыми Банку перечислены денежные средства в предпочтительном по отношению к текущим обязательствам по налогам порядке, не указаны.

Из материалов дела усматривается, что с учетом неодновременной реализации объектов имущества должника, находящихся в залоге у Банка, погашение требований Банка произведено конкурсным управляющим несколькими платежами, большая часть которых совершена до 27.10.2020, то есть за пределами годичного срока исковой давности (в сумме 17 244 860.03 руб.), После указанной даты совершено 5 платежей в общей сумме 1 435 054,33 руб.

Доказательства наличия текущих обязательств по оплате имущественных налогов именно в отношении объектов имущества, реализованных последними, конкурсным управляющим не представлены.

Кроме того, из уведомления (исх. № 704 от 08.07.2021), направленного конкурсным управляющим в адрес АО «Россельхозбанк», следует, что текущие обязательства по уплате земельного налога в размере 6 579 712 руб. исчислены в отношении 8 земельных участков должника, которые реализованы в апреле 2021 года (торги объявлены в период 15.03.2021 – 28.04.2021), то есть уже после совершения последнего из спорных платежей в пользу Банка (20.02.2021). Между тем, данная сумма текущих обязательств по уплате налога включена в общий размер денежных средств, заявленных ко взысканию с Банка.

При таком положении следует признать, что заявление конкурсного управляющего о взыскании с Банка неосновательного обогащения подано в арбитражный суд за пределами срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворения заявления о взыскании с Банка 9 024 866,04 руб.

В отсутствие оснований для удовлетворения заявленного требования в части взыскания с Банка указанной суммы, оснований для взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами у суда апелляционной инстанции также не имеется. 

При таких обстоятельствах  оснований для удовлетворения заявления конкурного управляющего у суда первой инстанции не имелось.

Вывод суда первой инстанции, на основании которого суд отказал в удовлетворении заявленных требований, о том, что конкурсный управляющий является ненадлежащим заявителем (таковым является уполномоченный орган), апелляционный суд находит ошибочным. 

Между тем, данный ошибочный вывод суда не привел к принятию неправильного решения, поэтому основанием для отмены судебного акта не является.

С учетом изложенного определение суда от 26.01.2022 отмене, а апелляционная жалоба – удовлетворению, не подлежат.

При подаче апелляционных жалоб на определения, не перечисленные в подп. 12 п. 1 ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 26 января 2022 года по делу № А50-19240/2015 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

Т.Ю. Плахова 

 

Судьи

О.Н. Чепурченко 

 

М.А. Чухманцев