АРБИТРАЖНЫЙ СУД КЕМЕРОВСКОЙ  ОБЛАСТИ

Красная  ул., д. 8, г. Кемерово, 650000,

тел. (384-2) 45-10-16

e-mail: info@kemerovo.arbitr.ru

http://www.kemerovo.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А27-25137/2020

город Кемерово

10 июня 2022 года

Резолютивная часть решения объявлена 26 мая 2022 года.

Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи Куликовой Т.Н., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Гутовой И.В., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Коммунальщик», г. Киселевск (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в лице участника ФИО1, г. Киселевск

к ФИО2, Промышленновский район, с. Титово

о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, признании права на недвижимое имущество,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии

по Кемеровской области, г. Кемерово (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), 

ФИО3, г. Киселевск,

при участии: от истца – лично ФИО1, участник общества, паспорт; 

от ответчика – ФИО6, доверенность от 29.05.2019, паспорт, диплом;

у с т а н о в и л :

общество с ограниченной ответственностью «Коммунальщик» в лице участника ФИО1 обратился в арбитражный суд с иском к ФИО2 о признании  недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества от 24.04.2018, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Коммунальщик» и ФИО2, предметом которого является недвижимое имущество - железнодорожный тупик, назначение: сооружение транспорта, протяженность 136 м, расположенный по адресу:

<

...>, кадастровый номер 42:25:0106003:108; признании отсутствующим право собственности ФИО2 на недвижимое имущество - железнодорожный тупик, назначение: сооружение транспорта, протяженность; 136 м, расположенный по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 42:25:0106003:108, зарегистрированное в Едином государственном реестре недвижимости 12.12.2018, номер регистрации 42:25:0106003:108- 42/009/2018-1; исключении из Единого государственного реестра недвижимости записи о регистрации права собственности ФИО4 на недвижимое имущество - железнодорожный тупик, назначение: сооружение транспорта, протяженность 136 м, расположенный по адресу:

<

...>, кадастровый номер 42:25:0106003:108; обязании ФИО2 передать обществу с ограниченной ответственностью «Коммунальщик» (ОГРН 

<

***>) недвижимое имущество - железнодорожный тупик, назначение: сооружение транспорта, протяженность: 136 м, расположенный по адресу; 

<

...>, кадастровый номер 42:25:0106003:108; признании за обществом с ограниченной ответственностью «Коммунальщик» (ОГРН 

<

***>) право владения на недвижимое имущество - железнодорожный тупик, назначение: сооружение транспорта, протяженность: 136 м, расположенный по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 42:25:0106003:108.

Исковые требования мотивированы совершением сделки на заведомо невыгодных условиях, рыночная стоимость которого превышает цену сделки более чем в десять раз, о чем обеим сторонам был известно.

Третьи лица, извещенные о рассмотрении дела надлежащим образом, явку не обеспечили, возражений против рассмотрения дела в сопутствие своих представителей не заявили.

Руководствуясь статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд рассмотрел дело в отсутствие третьих лиц.

Истец требования поддержал в полном объёме по основаниям, изложенным в исковом заявлении, дополнениях к исковому заявлению, с учётом выводов проведённой по делу судебной экспертизы.

Представитель ответчика просил в иске отказать, в том числе указывая на необоснованность проведённой по делу экспертизы, в связи с чем, ранее им заявлено ходатайство о назначении повторной экспертизы.

 Заслушав участвующих в деле лиц, изучив представленные в дело доказательства, судо установил следующее.

ФИО1 является участником ООО «Коммунальщик», в котором ему принадлежит 37,5% доли в уставном капитале общества.

В соответствии с абзацем шестым пункта 1 статьи 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) участнику корпорации (участнику, члену, акционеру и т.п.) предоставлено право оспаривать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 настоящего Кодекса или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации. 

Согласно положениям пункта 2 статьи 53, пункта 1 статьи 65.2 ГК РФ участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, а истцом по делу выступает корпорация. 

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 N 27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность" указано, что не является основанием для отказа в удовлетворении иска тот факт, что участник, предъявивший иск от имени общества, на момент совершения сделки не был участником общества. 

Из распоряжений администрации города Киселёвска от 27.02.2004 №188-р, №1209- от 18.11.2004, акта государственной приёмочной комиссии о приёмке в эксплуатацию законченного строительством объекта от 10.06.2005 следует, что ООО «Коммунальщик» был построен железнодорожный тупик (том 1 л.д. 23-29).

Из материалов дела следует, что между ООО «Коммунальщик» в лице директора ФИО5 (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества: железнодорожный тупик, назначение: сооружение транспорта, протяженность 136 м, расположенный по адресу: 

<

...>.

Согласно пункту 1.2 оспариваемого договора, отчуждаемое имущество введено в эксплуатацию и находится у продавца на основании акта государственной приёмочной комиссии о приёмке в эксплуатацию законченного строительством объекта от 10.06.2005.

Объект расположен на земельном участке с кадастровым номером: 42:25:0106003:72, находящимся по адресу 

<

...> (пункт 1.3 договора).

Стоимость отчуждаемого имущества определена в пункте 2.1 договора в размере 360 000 руб. 

Право собственности ФИО6 на тупик зарегистрировано 12.12.2018 на основании решения Киселёвского городского суда от 04.09.218 по делу №2-1291/2018 (том 2 л.д. 90-91).

Согласно отчету №1432-0419 об оценке рыночной стоимости железнодорожного тупика и его конструктивных элементов, выполненный ООО «Контекст» 22.04.2019, итоговая рыночная стоимость сооружения – железнодорожного тупика с учетом ограничительных условий и сделанных допущений составляет 3 980 000 руб., рыночная  стоимость конструктивных элементов – железобетонных шпал и рельсов составляет 730 000 руб.  (том 1 л.д. 98-153).

Полагая, что железнодорожный тупик, являющийся единственным активом общества,  реализован обществом по значительно заниженной стоимости и вторая сторона сделки об этом должна была знать, исходя из характеристик данной недвижимости, ее назначения и экономической выгоды от ее коммерческого использования, обществу причинён ущерб, ФИО1 обратился в Киселёвский городской суд с заявлением о признании  сделки недействительной.

Определением от 02.11.2020 Киселевского городского суда по делу №2-13/2020 дело передано по подсудности в Арбитражный суд Кемеровской области.

На основании пункта 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным данным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. 

Согласно пункту 2 статьи 174 ГК РФ сделка, совершенная действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в его интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам юридического лица. 

Таким образом, в предмет доказывания по требованию о признании недействительной сделки по указанному основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 174 ГК РФ, входит причинение явного ущерба стороне, а также осведомленность другой стороны о таком ущербе, очевидном для любого участника сделки в момент ее совершения. 

Как разъяснено в пункте 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление N 25), о наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. Сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной. 

Такие же критерии для оценки сделки как совершенной на невыгодных условиях для юридического лица содержатся в пункте 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", согласно которому под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, встречное предоставление по которой в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента. 

Как установлено судом, железнодорожный тупик был продан обществом  ответчику за 360 000 руб. 

В материалы дела со стороны истца представлен отчет №1432-0419 об оценке рыночной стоимости железнодорожного тупика и его конструктивных элементов, выполненный ООО «Контекст» 22.04.2019, согласно которому итоговая рыночная стоимость сооружения – железнодорожного тупика с учетом ограничительных условий и сделанных допущений составляет 3 980 000 руб., рыночная  стоимость конструктивных элементов – железобетонных шпал и рельсов составляет 730 000 руб.  (том 1 л.д. 98-153).

В свою очередь, ответчиком в материалы дела представлен отчет №ОН/120-20-06-2019-5 от 20.06.2019 об определении рыночной стоимости имущества, выполненный ООО «Губернские оценщики» по заданию ООО «Коммунальщик», согласно которому рыночная стоимость железнодорожного тупика по состоянию на 24.04.2018 составляет 349 000 руб., рыночная стоимость конструктивных элементов по состоянию на 24.04.2018 составляет 343 000 руб. (том 2 л.д. 1-46).

В связи с имеющимися между двумя отчётами существенными противоречиями относительно рыночной стоимости имущества определением Киселёвского городского суда от 25.06.2019 по делу №2-1042/2019 назначена судебная комплексная, строительно-техническая, оценочная экспертиза, порученная экспертам Сибирского межрегионального центра «Судебных экспертиз» ФИО7, ФИО8, ФИО9

По результатам проведённой по делу экспертизы поступило экспертное заключение №824-2020 от 20.08.2020. 

Экспертами даны следующие ответы на вопросы суда: рыночная стоимость железнодорожного тупика, назначение: сооружение транспорта, протяженность; 136 м, расположенный по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 42:25:0106003:108 по состоянию на 24.04.2018 составляет 2 753 000 руб.; рыночная стоимость конструктивных элементов железнодорожного тупика, назначение: сооружение транспорта, протяженность; 136 м, расположенный по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 42:25:0106003:108 по состоянию на 24.04.2018 составляет 1 008 000 руб. 

Ответчиком оспорено судебное экспертное заключение, со ссылкой на нарушение  экспертами законодательства об оценочной деятельности при проведении экспертизы, в связи с чем, заявил ходатайство о назначении по делу повторной экспертизы.

Оспаривая выводы экспертизы и заявляя ходатайство о назначении повторной экспертизы, ответчик указал, что экспертом, в том числе необоснованно установлена стоимость железнодорожного тупика, как объекта, который возможно использовать в коммерческой деятельности, а также необоснованность учёта при оценке конструктивных элементов количества железнодорожных шпал, что, по его мнению, привело к завышению стоимости конструктивных элементов. В отношении конструктивных элементов указал на несоответствие выводов эксперта  представленным доказательствам, в том числе различие в конструктиве  при осмотре объекта в ходе производства экспертизы, а именно: экспертом было установлено фактическое состояние ж/д тупика, состоящего из деревянных (106 штук) и железобетонных шпал (142 шт).

В порядке части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебное заседание в целях дачи пояснений по проведенной по делу экспертизе вызван эксперт ФИО9

Изучив возражения ответчика, экспертное заключение, материалы дела, заслушав пояснения эксперта, суд отмечает следующее.

Подлежит отклонению ссылка ответчика на противоречие выводов экспертов относительно необоснованности определения конструктива элементов, а именно железнодорожных шпал без учета фактического состояния, выявленного при осмотре, поскольку как пояснено допрошенным в судебном заседании экспертом ФИО9, данные при осмотре в дату производства экспертизы не могут быть приняты во внимание при оценке состояния имущества на ретроспективную дату. В этой связи,  эксперт правомерно  руководствовался имеющимися у него документами.

Так, эксперт, анализируя представленные на экспертизу документы, в том числе технический паспорт, составленный филиалом №25 БТИ г. Киселевска ГП КО «ЦТИ Кемеровской области» по состоянию на 28.01.2009, технический паспорт, составленный Кемеровским филиалом ФГУП «РостГородское БТИ» по состоянию на 28.01.2009, оспариваемый договор купли-продажи, технический паспорт от 26.11.2018, утверждённый ИП ФИО6, отчет ООО «Контекст» №1432-0419 об оценке рыночной стоимости железнодорожного  тупика  его конструктивных элементов от 21.04.2019 с приложенными к нему фотографиями объекта, принял во внимание соотносимость  содержащихся в указанных выше документах сведений о конструктивном составе  имущества, а именно количестве железнодорожных шпал  250 штук. При этом, поскольку  заключение спорной сделки находилось в пределах составления указанных документов, в связи с чем, пришел к выводу о составе конструктивного исполнения, в том числе о наличии на момент совершения спорной сделки в железнодорожном пути железобетонных шпал в количестве 250 штук.

Доводы ответчика, что экспертами необоснованно не приняты во внимание более близкие по дате совершения оспариваемой сделки сведения о составе конструктивных элементов, а именно  технический паспорт, составленный ООО «Городское БТИ» в отношении этого же объекта по состоянию на 05.02.2017, также подлежат отклонению, поскольку, как пояснил эксперт, отклоняя сведения о составе конструктивных элементов, содержащиеся в указанном паспорте, экспертами было установлено, что указанный паспорт содержит сведения, существенно отличающиеся от сведений, имеющихся в большинстве иных документов, в том числе составленных и после совершения оспариваемой сделки, а именно: год постройки тупика указан 2000 вместо 2005, конструктивное исполнение тупика указано исключительно наличие деревянных шпал, тогда как в иных документах, в том числе и тех, на которые ссылается ответчик в ходе разбирательства отражены сведения о наличии как деревянных, так и железнодорожных шпал. Кроме того, в качестве правообладателя  железнодорожного тупика указан ФИО3, не являющихся таковым исходя из представленных иных документов на экспертизу.

Принимая во внимание изложенное выше, суд полагает, что экспертами обоснованно приняты во внимание перечисленные им в экспертном заключении документы при определении конструктива тупика и отклонены как не свидетельствующие об обратном иные документы, в том числе как несоотносимый к спорному объекту составленный ООО «Городское БТИ» технический паспорт, а выводы эксперта в данной части непротиворечащими представленным доказательствам.

Оспаривая результаты экспертизы в данной части, ответчик также  ссылается на представленную в ходе судебного разбирательства директором ООО «Коммунальщик» в материалы дела инвентарную карточку учёта объектов основных средств унифицированной формы ОС-6 по состоянию на 26.05.2015 на железнодорожный тупик, кадастровый номер №42:25:0106003:108, в подтверждение наличия определённого состава имущества (шпал деревянных и бетонных), из содержания которой следует, что  конструктив исполнения железнодорожного тупика в том числе состоял из деревянных шпал в количестве 84 штук, шпал бетонных в количестве 102 штук.

ФИО1 заявлено о фальсификации представленной инвентарной карточки, мотивированное тем, что по имеющимся у него сведениям такая карточка в указанную в представленном документе дату не составлялась и является сфальсифицированной, в целях проверки которого была назначена судебная экспертиза Федеральному бюджетному учреждению «Российский федеральный центр судебной экспертизы при Министерстве юстиции Российской Федерации».

Согласно выводам заключения экспертизы №3619/07-3-21 от 27.10.2021, инвентарная карточка не подвергалась термическому и химическому воздействию, при этом, установить подвергалась ли карточка  световому воздействию, установление времени выполнения на ней подписи, периода изготовления бумаги, не представилось возможным установить.

Таким образом, по результатам проверки заявления о фальсификации данного доказательства факт фальсификации, либо его опровержение, не установлены, в связи с чем, истец в ходе разбирательства отказался от заявления о фальсификации данного доказательства.

В свою очередь, инвентарная карточка от 26.05.2015 на экспертизу не представлялась, однако указанное по убеждению суда не привело к неправильным выводам эксперта, с учётом вышеизложенных обстоятельств  отражения в большинстве исследованных экспертом документов конструктива элементов, который принят экспертом за основу при определении рыночной  стоимости имущества на дату совершения оспариваемой сделки.

Кроме того, полагая, что обстоятельства наличия железнодорожных шпал в ином количестве не влияет на позицию истца о заниженной стоимости по оспариваемому договору имущества в том числе в части конструктивных элементов, суд исходит из следующего.

Экспертами определена  стоимость конструктивных элементов с учетом износа 24% в размере 1 008 000 руб., при этом, стоимость такого конструктивного элемента   как рельсы составляет 701 482, 27 руб., стоимость иных элементов 27 017, 39 руб.

Объем и определённая экспертами стоимость рельсов, иных элементов  не оспаривается ответчиком. 

При этом, в отношении возражений ответчика о рассчитанном экспертами проценте износа конструктивных элементов, суд отмечает следующее.

Так, на странице 26 заключения экспертов  определено, что железнодорожный путь имел на 28.01.2009 физический износ, равный 10%. Сведения о данном размере износа взяты экспертами из технического паспорта по состоянию на 28.01.2009 (том  3 л.д. 7-8). Далее, экспертом применены справочные данные в отношении утверждённого  годового износа железнодорожных подъездных путей, указанных в «Годовые нормы износа по основным фондам учреждений и организаций, состоящих на государственном бюджете ССР, утв. Госпланом СССР, Минфином СССР, Госстроем СССР, ЦСУ СССР 28.06.1974» (категория подъездные и другие железнодорожные пути предприятий, шифр 2046), согласно которому годовой износ составляет 1,5%.

Рассчитывая физический износ за период с января 2009 года по апрель 2018 года экспертами определён износ в размере 14% согласно следующему расчету: 111 месяцев эксплуатации * 0,125 нормативного физического износа в месяц. При этом эксперт исходил из отсутствия у него сведений о каких-либо воздействиях, которые могли привести к повышенному износу. Доказательств наличия таких обстоятельств в ходе судебного разбирательства ответчиком также не представлено.

Принимая во внимание указанные обстоятельства, а также отраженную экспертами рыночную стоимость материалов, стоимость конструктивных элементов без учета железнодорожных шпал составит 728 499 руб. 66 коп. (рельсы и иные элементы, которые, как пояснил эксперт, могут быть сданы в металлолом, что учтено им в заключении).

Указанная стоимость материалов в любом случае превышает  более чем в два раза стоимость отчуждения имущества по оспариваемой сделке.

Доводы ответчика о том, что экспертом необоснованно не учтены затраты на демонтаж  конструктивных элементов,  подлежат отклонению поскольку перед экспертами поставлены вопросы определения стоимости конструктивных элементов, что экспертами выполнено в полном объеме.

Доводы ответчика о необоснованности  приведенных экспертами рыночных данных примеров 1-4 в подтверждение рыночной стоимости объекта оценки являются отличными от исследуемого объекта, также подлежат отклонению.

Из пункта 23 Федерального стандарта оценки "Общие понятия оценки, подходы и требования к проведению оценки (ФСО N 1)", утвержденного Приказом Минэкономразвития России от 20.05.2015 N 297 следует, что проведение оценки включает, в том числе следующие этапы: сбор и анализ информации, необходимой для проведения оценки; применение подходов к оценке, включая выбор методов оценки и осуществление необходимых расчетов; согласование (в случае необходимости) результатов и определение итоговой величины стоимости объекта оценки; составление отчета об оценке.

Основными подходами, используемыми при проведении оценки, являются сравнительный, доходный и затратный подходы. При выборе используемых при проведении оценки подходов следует учитывать не только возможность применения каждого из подходов, но и цели и задачи оценки, предполагаемое использование результатов оценки, допущения, полноту и достоверность исходной информации. На основе анализа указанных факторов обосновывается выбор подходов, используемых оценщиком (пункт 11 ФСО N 1).

Оценщик вправе самостоятельно определять необходимость применения тех или иных подходов к оценке и конкретных методов оценки в рамках применения каждого из подходов (пункт 24 ФСО N 1).

Так, на странице 43 экспертного заключения, экспертами указано, что  объекты предложений примеров  1-4, установленные в периоде исследования после даты оценки, характеризуются разным составом (права на земельный участок в границах которого расположен ж/д тупик, наличие складов, весов и д.р.) в предлагаемом комплексе, а также неполными исходными данными по количественным качественным характеристикам имущества в комплексе и приводятся справочно для формирования представления о цене данного типа имущества. 

Доводы ответчика о том, что такое изложение экспертом сведений вводит в заблуждение пользователей экспертного заключения в  нарушение п. 5 ФСО № 3, не обоснован исходя из следующего.

Так, в оценочной части исследования (страницы 48-49) экспертом оценщиком сделан вывод, что по проведенному анализу сегмента продаж железнодорожного пути выборка для анализа, составляющая доступный эксперту-оценщику объём рыночных данных об объектах-аналогах данного сегмента (жд тупик, путь) не сформирован, так как объекты на сопоставимый с датой оценки периода по анализу рынка не обнаружены по причине неактивного рынка специализированой недвижимости, которая в силу своего специального характера редко продается на открытом рынке для продолжения существующего пользования одним владельцем, кроме случаев, когда она реализуется как часть используемого объекта. 

На страницах 51-64 экспертного заключения экспертами указано, что в результате экспертного исследования социально-экономической ситуации, количественных и качественных характеристики объектов оценки, сегментов рынка, типов имущества, к которому принадлежат объекты оценки, с учетом положения ФСО-1 относительно применяемых подходов и методов оценки эксперт пришел к выводу о возможности использования к оценке объектов оценки затратного подхода, применив который эксперт пришёл к выводу о рыночной стоимости как железнодорожного тупика как объекта, так и его конструктивных элементов. При этом, отказываясь от применения сравнительного подхода, как пояснил эксперт в заседании, он руководствовался тем, что оцениваемое имущество является специфичным и возможность его оценки на ретроспективную дату  отсутствует.

При  подготовке заключения экспертизы не применялся сравнительный подход,  выводы эксперта сделаны с применением затратного подхода, что согласуется с  положениями ФСО №1, в этой связи подлежат отклонению доводы ответчика о несоответствии приведенных в заключении в качестве примеров объекту оценки.

Рассматривая доводы ответчика о том, что экспертами необоснованно  произведена оценка железнодорожного тупика как действующего, тогда как в период заключения оспариваемой сделки железнодорожный тупик являлся недействующим, находился на неоформленном земельном участке, в связи с чем, не может быть оценен как действующий объект, приносящий доход в результате его использования, суд отмечает следующее.

Как пояснено экспертом, делая вывод о возможности использования объекта оценки по его назначению, объема его эксплуатации, эксперт в том числе исходил из условий договора купли-продажи от 24.04.2018, согласно которому объект  является пригодным для эксплуатации (пункт 1.4).

При этом, как пояснено экспертом, и отражено непосредственно в заключении, определяя возможность эксплуатации спорного тупика, возможный объем эксплуатации тупика, эксперт также руководствовался сведениям из акта  государственной приемочной комиссией о приёмке в эксплуатацию от 10.06.2005 о производительности железнодорожного пути – 250 тыс. тонн в год (том  1 л.д. 25), а также соотносимым к спорному периоду письмом ИП ФИО6 в адрес ОАО «Киселёвское ПТУ» о планируемом объеме поставки угольной продукции на железнодорожный тупик 240 000 руб. тонн в год (том 1 л.д. 212, л.д 187).

Доводы ответчика о необоснованности выводов эксперта о возможности использования тупика, в том числе при установленном им при осмотре факте демонтажа стрелочного перевода ООО «Киселёвское ПТУ», что препятствует использованию железнодорожного тупика по его назначению, подлежат отклонению исходя из следующего.

Так, из материалов дела следует, что спорный железнодорожный тупик с кадастровым номером 42:25:0106003:108 примыкал к путям ОАО «Киселёвское ПТУ» с кадастровым номером 42:25:0000000:1779 через хвост крестовины стрелочного перевода №6 (схема СП6, том 6 л.д.67). 

О примыкании спорного тупика к путям ОАО «Киселёвское ПТУ», в частности, свидетельствуют следующие доказательства.

ФИО6, как ссудополучателем по договору безвозмездного пользования в отношении железнодорожного тупика с кадастровым номером №42:25:0106003:107 (иной ж/д тупик, примыкающий к спорному с кадастровым номером 42:25:0106003:108) были направлены заявления (том 1 л.д. 212, л.д 187, л.д. 165) в адрес ОАО «Киселёвское ПТУ» о заключении договора на подачу и уборку вагонов, по условиям которого ОАО Киселевское ПТУ принимает от ОАО «РЖД» на станции Черкасов-Камень вагоны, пришедшие в адрес заказчика, и производит подачу таких вагонов своим локомотивом и по своим ж/д путям на пути заказчика; забирает с пути заказчика вагоны, транспортирует их своим локомотивом и по своим путям на станцию Черкасов-Камень для передачи ОАО «РЖД» для дальнейшей перевозки. 

30.11.2018 с сопроводительным письмом от 30.11.2018 исх.№25, подписанным ИП ФИО6 в адрес ООО «Киселёвское ПТУ»  направлен  Технический паспорт железнодорожного пути необщего пользования от 26.11.2018 (том 1 л.д.166-177). Технический паспорт утвержден ИП ФИО6, в разделе 1 которого  указано, что железнодорожные пути необщего пользования ИП ФИО6 находятся на балансе ветвевладельца. Пути необщего пользования примыкают к станции Блок-Пост 2 км. СП №6. Границей железнодорожного пути необщего пользования со станицей является стык рамного рельса.

Также в материалы дела представлено письмо ООО «ГОРТОП», в лице управляющего ИП ФИО6, от 01.02.2019  в адрес ООО «Киселёвское ПТУ» письменное заявление от 31.01.2019 исх.№5 (приложение №3 к ходатайству ООО «Киселёвское ПТУ», поступившему в суд 28.02.2022 по системе Мой Арбитр), в котором со ссылкой на раздел  II Правил эксплуатации и обслуживания железнодорожных путей необщего пользования, утв. Приказом МПС РФ от 18.06.2003№26 просит разработать и направить в адрес ООО «ГОРТОП» подписанный со стороны ОАО Киселевское ПТУ проект договора на подачу и уборку вагонов на железнодорожный путь (тупик) необщего пользования, расположенный по адресу: 

<

...>, кадастровый N°42:25:0106003:107, кадастровый №42:25:0106003:108, общей протяженностью 256 м., находящийся в пользовании ООО «ГОРТОП» на основании договора безвозмездного пользования объектами недвижимого имущества №2/2018(Т) от 24.12.2018, примыкающий стрелочным переводом №6 к съезду №6- №11 станции Блок-Пост 2 км. ОАО Киселевское ПТУ.

При этом в качестве приложения №13 в заявлении ООО «ГОРТОП» от 31.01.2019 исх.№5 указана Инструкция о порядке обслуживания и организации движения на железнодорожном пути (тупика) необщего пользования ООО «ГОРТОП», примыкающего к станции Блок-Пост 2 км ОАО Киселевское ПТУ (приложение №4 к ходатайству ООО «Киселёвское ПТУ», поступившему в суд 28.02.2022 по системе Мой Арбитр). Инструкция утверждена управляющим ООО «ГОРТОП» ИП ФИО6, при этом в пункте  1.1. Инструкции указано, что железнодорожный путь (тупик) необщего пользования кадастровый №42:25:0106003:107, кадастровый №42:25:0106003:108 общей протяженностью 256 м. принадлежит ФИО2 на праве собственности, в пункте 1.3. Инструкции указано, что  железнодорожный путь необщего пользования примыкает стрелочным переводом №6 к съезду №6-№11 станции Блок-Пост 2 км. ОАО Киселевское ПТУ. Границей железнодорожного пути необщего пользования является знак «Гранина подъездного пути», установленный у предельного столбика пути №7.

В качестве приложения №15 в заявлении ООО «ГОРТОП» от 31.01.2019 исх.№5  был приложен Технический паспорт железнодорожном пути (тупика) необщего пользования ООО «ГОРТОП», примыкающего к станции Блок-Пост 2 км. ОАО Киселевское ПТУ (приложение №5 к ходатайству ООО «Киселёвское ПТУ», поступившему в суд 28.02.2022), в разделе №1 которого указано, что железнодорожный путь необщего пользования кадастровый №42:25:0106003:107, кадастровый №42:25:0106003:108 общей протяженностью 256 м. принадлежит ФИО2 на праве собственности и передан ООО «ГОРТОП» по договору безвозмездного пользования от 24.12.2018.  Путь необщего пользования примыкает стрелочным переводом №6 к съезду №6-№11 станции Блок-Пост 2 км. ОАО Киселевское ПТУ. Границей железнодорожного пути необщего пользования является знак «Гранина подъездного пути», установленный у предельного столбика пути №7.

Указанные выше доказательства свидетельствуют о непосредственном примыкании ж/д пути с кадастровым номером 42:25:0106003:108 к ж/д пути ОАО Киселевское ПТУ с кадастровым номером 42:25:0000000:1779.

Представленные в ходе судебного разбирательства Федеральным государственным бюджетным учреждением «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии» по Кемеровской области в ответ на определения суда об истребовании доказательств сведения и доказательства, указанных выше обстоятельств примыкания ж/д пути с кадастровым номером 42:25:0106003:108  к путям ПТУ с кадастровым номером 42:25:0000000:1779 не опровергают.

Доводы ответчика о невозможности использования в деятельности спорного железнодорожного тупика ввиду отказа ОАО «Киселёвское ПТУ» в заключении договора, подлежат отклонению, поскольку   из содержания ответа ОАО «Киселёвское ПТУ» от 06.12.2018 (том  1 л.д.164) об отказе в заключении договора, следует, что он выдан в отношении железнодорожного пути с кадастровым номером 42:25:0106003:107, не примыкающим к путям ОАО «Киселёвское ПТУ», что следует из первоначально направленного ФИО6 письма от 11.09.2018 (том  1 л.д. 212). При этом отказ обусловлен, как указывалось выше, непредставлением всех необходимых для заключения договора  на подачу и уборку вагонов документов, имеющимися замечаниями к представленным документам. 

Между тем, совершение необходимых действий по заключению договора с ОАО «Киселёвское ПТУ» в полном объеме находится в ведении заявителя.

В свою очередь, сведений об обращении к ОАО «Киселёвское ПТУ» с предложением заключить договор на подачу и уборку вагонов в отношении железнодорожного тупика с кадастровым номером 42:25:0106003:108 материалы дела не содержат.

Доводы ответчика о том, что стрелочный перевод ОАО «Киселёвское ПТУ» демонтирован, что исключает возможность использования  объекта по его назначению, также подлежат отклонению.

Стрелочный перевод был демонтирован 25.04.2019 в ходе проведения планового весеннего обследования верхнего строения путей ОАО «Киселёвское ПТУ».

Однако в период заключения оспариваемой сделки стрелочный перевод  существовал.

Доводы ответчика о том, что демонтаж стрелочного перевода обусловлен несоответствием его требованиям, на что указано ОАО «Киселёвское ПТУ», не имеет значения  в настоящем случае, поскольку доказательств наличия препятствий в пользовании железнодорожным тупиком, примыкающим к путям ОАО «Киселёвское ПТУ» через стрелочный перевод  ОАО «Киселёвское ПТУ» на момент заключения оспариваемой сделки ответчиком не представлено и из представленных доказательств, в том числе ответов ОАО «Киселёвское ПТУ» на заявления ФИО6 не следует такое основание отказа в заключении договора, как невозможность использования стрелочного перевода соединяющего оба пути. По указанным обстоятельствам, принимая во внимание достаточность представленных в дело доказательств, судом было отказано ответчику в истребовании от ОАО «Киселёвское ПТУ» дополнительных доказательств, свидетельствующих о несоответствии стрелочного перевода по состоянию на апрель 2019 года, как выходящих за пределы заявленных требований.

При этом, ОАО «Киселёвское ПТУ» даны пояснения (том 6 л.д.2-5), что с 01.03.2015 договоры на подачу и уборку вагонов с железнодорожного пути с кадастровым номером 42:25:0106003:108 не заключались, плановые осмотры такого пути после 26.08.2015 не проводились, от владельца пути полный пакет документов, содержащий необходимые данные не поступал. При этом, указано, что при условии сохранения показателей, определенных в последнем договоре на подачу и уборку вагонов с железнодорожного пути с кадастровым номером 42:25:0106003:108, заключенном между ООО «Коммунальщик» и ОАО «Киселёвское ПТУ», при соответствии указанного пути установленным требованиям, возможность оказания услуг по подаче  и уборке вагонов на 24.04.2018 у ОАО «Киселёвское ПТУ» имелась.

Неиспользование в деятельности железнодорожного тупика с 2015 года не свидетельствует об утрате им своего функционала и назначения, доводы о невозможности полноценной эксплуатации ответчиком не подтверждены.

Также подлежат отклонению доводы ответчика о невозможности использования железнодорожного тупика ввиду отказа КУМИ Киселевского городского округа (том 2 л.д. 69) в  согласовании схемы расположения земельного участка, на котором расположен железнодорожный тупик.

Так, из письма КУМИ от 23.04.2019 следует, что испрашиваемый для согласования вид разрешённого использования земельного участка «Склады» в силу СанПиН 2.2.1-2.1.1.1.1200-03 исключает возможность  размещения железнодорожных перевалочных складов, минимальная санитарно-защитная зона составляет 500 метров, что не соблюдено заявителем.

Вместе с тем, представленная ответчиком справка ООО «Земля-С» приводит сведения о расстоянии до ближайшего жилого дома 316 метров железнодорожного тупика с кадастровым номером 42:25:0106003:108, а не железнодорожных перевалочных складов.

Кроме того, согласно разделу 7 СанПиН 2.2.1-2.1.1.1.1200-03 "Санитарно-защитные зоны и санитарная классификация предприятий, сооружений и иных объектов", установленные для промышленных объектов и производств, сооружений, являющихся источниками воздействия на среду обитания и здоровье человека, в зависимости от мощности, условий эксплуатации, характера и количества выделяемых в окружающую среду загрязняющих веществ, создаваемого шума, вибрации и других вредных физических факторов, в соответствии с санитарной классификацией промышленных объектов и производств размеры санитарно-защитных зон, являются ориентировочными, определяемыми, что следует буквального толкования указанного выше положения,  в том числе с  учетом предусматриваемых мер по уменьшению неблагоприятного влияния объекта. 

В настоящем случае ответчиком также не представлено доказательств принятия им каких-либо мер на уменьшение неблагоприятного влияния в целях возможности осуществления деятельности на железнодорожном тупике.

Более того, отказ КУМИ был выдан 23.04.2019, то есть по истечении года после совершения оспариваемой сделки, доказательств невозможности осуществления деятельности в период заключения договора  не представлено.

При таких обстоятельствах, подлежат отклонению доводы ответчика как неподтверждённые   документально и опровергающиеся материалами дела, о наличии препятствий в использовании спорного тупика в коммерческой деятельности общества в период заключения спорной сделки.

О том, что стороны при заключении оспариваемой сделки также исходили из возможности использования продаваемого объекта недвижимости по его прямому  назначению с целью извлечения прибыли также свидетельствуют и положения договора со ссылкой в пункте 1.4 на состояние железнодорожного тупика как пригодного для эксплуатации.

Заключение экспертов соответствует предъявляемым законом требованиям, в нем даны полные, конкретные и ясные ответы на поставленные вопросы, не допускающие противоречивых выводов или неоднозначного толкования. 

Эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, эксперты компетентны в решении вопросов, поставленных перед экспертным исследованием, имеют соответствующий опыт и квалификацию, о их отводе сторонами не заявлено. 

Заключение экспертов №824-2020 N 28/2021 по результатам проведения оценочной судебной экспертизы соответствует предъявляемым законом требованиям, в нем даны полные, конкретные и ясные ответы на поставленные вопросы, не допускающие противоречивых выводов или неоднозначного толкования. 

При этом, заключение экспертов  соотносится с имеющимися в деле доказательствами. Недостоверность выводов экспертов ответчиком, в нарушение статей  9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не доказана. 

В судебном заседании в порядке абз. 3 части 3 статьи 86 АПК РФ по представленному заключению эксперт дал пояснения, ответил на все поставленные  судом и сторонами вопросы.

Согласно части 1 статьи 87 АПК РФ в случаях недостаточной ясности или неполноты заключения эксперта суд может назначить дополнительную экспертизу, поручив ее проведение тому же или другому эксперту. В случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов (часть 2 статьи 87 АПК РФ).

Судом не установлено нарушений порядка проведения экспертизы, предусмотренных статьями 82, 83 АПК РФ, с учетом разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», экспертное заключение соответствует требованиям, предъявляемым законом (экспертиза проведена экспертным учреждением, отвечающим предъявляемым к ним требованиям),  требованиям части 2 статьи 86 АПК РФ. Доказательств, свидетельствующих о нарушении экспертами при проведении экспертного исследования требований действующего законодательства, доказательства наличия в заключении противоречивых или неясных выводов, из материалов дела не усматриваются, и ответчиком, в нарушение требований статьи 65 АПК РФ, не представлены, в связи с чем, у суда отсутствуют основания сомневаться в достоверности результатов экспертного заключения.

В этой связи, суд не нашел оснований для удовлетворения заявления ответчика  о назначении по делу повторной экспертизы.

С учетом указанного, принимая во внимание положения Федерального закона от 21.12.2001 N 178-ФЗ, суд принимает во внимание определенную Сибирского межрегионального центра «Судебных экспертиз» рыночную стоимость объектов имущества. 

Принимая во внимание изложенное выше, судом установлено, что оспариваемая сделка совершена по существенно заниженной цене (360 000 руб.) передаваемого ответчику имущества, по сравнению определенной в ходе судебного разбирательства рыночной в тот же период времени (2 753 000 руб. рыночная стоимость железнодорожного тупика, 1 008 000 руб. рыночная стоимость конструктивных элементов железнодорожного тупика). 

При этом, суд отмечает, что как в случае возможности использования объекта по его прямому назначению в целях извлечения прибыли, так и в случае невозможности его использования по прямому назначению, рыночная стоимость  конструктивных элементов, определенной экспертами, в том числе без учета оспариваемой ответчиком стоимости железобетонных шпал,  составит 728 499 руб. 66 коп., что в любом случае превышает цену оспариваемой сделки более чем в два раза.

Более того, судом установлено, что железнодорожный тупик являлся единственным активом общества, что следует из бухгалтерской отчетности. 

Так, из справки от 17.06.2019 (том 2 л.д.45) следует, что  балансовая (остаточная) стоимость железнодорожного тупика с кадастровым номером 42:25:0106003:108 по состоянию на 24.04.2018 составляет 138 000 руб. При этом, из бухгалтерского  баланса на 31.12.2019 (представлен в заседании 20.05.2022) следует, что в 2017 году у общества имелся актив (основные средства) стоимостью 138 тыс. руб., на конец декабря 2018 года указанный актив отсутствует, в связи с заключением оспариваемой сделки.

Иные основные средства у общества после заключения оспариваемой сделки отсутствуют.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что оспариваемой сделкой ООО «Коммунальщик» и истцу как его участнику причинен ущерб, поскольку в результате заключения спорного  договора купли-продажи ООО «Коммунальщик» лишилось своего единственного актива, не получив эквивалентного встречного предоставления. 

При этом, ФИО2 как вторая сторона сделки знала или должна была знать о нерыночности данных условий, наличии явного ущерба для Общества, поскольку это было очевидно для любого обычного контрагента в момент заключения сделки. Заключая спорный договор, ФИО2 имела  намерение использовать железнодорожный тупик по прямому назначению, получать прибыль, о чем свидетельствует в том числе передача в безвозмездное пользование своему сыну ФИО6 спорного железнодорожного тупика, которым принимались меры по заключению договора с ОАО «Киселёвское ПТУ» на подачу и уборку вагонов на спорный железнодорожный тупик.

Доказательств экономической целесообразности заключения спорного договора с установлением цены, значительно ниже рыночной и той, которая указана в договоре, не представлено.

Согласно положениям пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Доводы ответчика о пропуске истцом срока на оспаривание решения, суд полагает подлежащим отклонению.

Согласно пункту 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии со статьей 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 28.05.2009 N 600-О-О разъяснил, что положения пункта 2 статьи 181 ГК РФ, устанавливающие срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности, а также определяющие начало течения срока исковой давности, сформулированы таким образом, что наделяют суд необходимыми дискреционными полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела.

С настоящим исковым заявлением истец обратился в Киселевский городской суд 13.05.2019.

В подтверждение обстоятельств обращения с настоящим иском в пределах установленного в статье 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срока, истец указал, что об оспариваемой сделке  узнал случайно, ознакомившись после рассмотрения в Киселевском городском суде с делом №2-1291/2018 по заявлению ФИО6 к ООО «Коммунальщик» о признании права собственности на объект недвижимого имущества -  железнодорожный тупик на основании договора купли-продажи от 24.04.2018. 

При этом, согласно карточке дела №2-1291/2018 заявление ФИО6 к ООО «Коммунальщик» поступило в Киселевский городской суд 19.07.2018.

О совершении указанной сделки директор общества, либо иные лица, ФИО1, как участника общества, не извещали. Доказательств обратного, а также иных доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО1 узнал об  оспариваемой сделке ранее 13.05.2018, в материалы дела не представлено.

Принимая во внимание указанное выше, а также то обстоятельство, что в общедоступном порядке ФИО1 мог узнать об оспариваемой сделке не ранее  поступления заявления ФИО6 в Киселёвский городской суд (19.07.2018), арбитражный суд полагает, что ФИО1 обратился с настоящим исковым заявлением в пределах срока исковой давности.

Учитывая изложенное, требование о признании договора купли-продажи от 24.04.2018 недействительной сделкой подлежит удовлетворению.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" разъяснил, что в случае, если недействительная сделка исполнена обеими сторонами, то при рассмотрении иска о применении последствий ее недействительности необходимо учитывать, что по смыслу пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, произведенные сторонами взаимные предоставления считаются равными, пока не доказано иное, и их возврат должен производиться одновременно (пункт 55).

Также в постановлении от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" Пленум Верховного Суда Российской Федерации разъяснил, что, удовлетворяя требования одной стороны такой сделки о возврате полученного другой стороной, суд одновременно рассматривает вопрос о взыскании в пользу последней всего, что получила первая сторона, если иные последствия недействительности не предусмотрены законом (пункт 80).

При этом по смыслу пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации суд обязан разрешить вопрос о реституции одновременно с признанием сделки недействительной (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2010 N 5243/10).

Удовлетворяя требования о признании заключенного между ответчиком и обществом договора от 24.04.2018  недействительным, суд применяет последствия их недействительности  в виде двусторонней реституции, с учетом тех последствий, которые просят применить истец и ответчик, а именно: за ФИО2 признается отсутствующим право собственности на недвижимое имущество - железнодорожный тупик, назначение: сооружение транспорта, протяженность; 136 м, расположенный по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 42:25:0106003:108, зарегистрированное в Едином государственном реестре недвижимости 12.12.2018, номер регистрации 42:25:0106003:108- 42/009/2018-1; ФИО2 обязана передать обществу с ограниченной ответственностью «Коммунальщик» (ОГРН 

<

***>) недвижимое имущество - железнодорожный тупик, назначение: сооружение транспорта, протяженность: 136 м, расположенный по адресу; 

<

...>, кадастровый номер 42:25:0106003:108.

При этом, поскольку на момент заключения оспариваемой сделки за обществом не было зарегистрировано право собственности на спорное имущество, общество обладало данным имуществом на праве владения, суд также полагает правомерным требование истца  о применении последствий в виде признания за обществом права владения на недвижимое имущество - железнодорожный тупик, назначение: сооружение транспорта, протяженность: 136 м, расположенный по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 42:25:0106003:108.

В свою очередь, с общества в пользу ФИО2 подлежат взысканию уплаченные ею по договору купли-продажи от 24.04.2018 денежные средства согласно квитанции к приходному кассовому ордеру №1 от 24.04.2018 в размере 360 000 руб. 

В применении последствий в виде взыскания взыскании процентов на сумму перечисленной ФИО6 оплаты по спорному договору суд отказывает, как заявленные необоснованно, без учета разъяснений, изложенных в пункте 55 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", согласно которым если недействительная сделка исполнена обеими сторонами, то при рассмотрении иска о применении последствий ее недействительности необходимо учитывать, что, по смыслу пункта 2 статьи 167 ГК РФ, произведенные сторонами взаимные предоставления считаются равными, пока не доказано иное, и их возврат должен производиться одновременно, в связи с чем проценты, установленные статьей 395 ГК РФ, на суммы возвращаемых денежных средств не начисляются. При этом в настоящем случае судом было установлено, что предоставление по оспоренной сделке со стороны ФИО6 являлось в значительном размере меньшем, чем предоставленное ей имущество, в связи с чем, оснований применения последствий в виде начисления процентов на сумму перечисленной оплаты не имеется.

В части применения последствий в виде исключения из Единого государственного реестра недвижимости записи о регистрации права собственности ФИО4 на недвижимое имущество - железнодорожный тупик, назначение: сооружение транспорта, протяженность 136 м, расположенный по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 42:25:0106003:108 истцом заявлен отказ от применения данных последствий.

Согласно части 2 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде любой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в суде соответствующей инстанции, отказаться от иска полностью или частично.

Отказ от требования о применении последствий в виде исключения из ЕГРН записи о регистрации права собственности ФИО2, в том числе принимая во внимание разъяснения, содержащиеся в абзаце 2 пункта 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", являющийся процессуальным правом истца, закрепленным в статье 49 АПК РФ, не противоречит закону, не нарушает права других лиц, что влечет прекращение производства по делу в данной части.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы истца по уплате государственной пошлины за рассмотрение иска относится на ответчика. При этом, поскольку ФИО1 при обращении с исковым заявлением в Киселевский городской суд была уплачена государственная пошлина в размере 1500 руб., исходя из установленного в подпункте 4 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации размера государственной пошлины, подлежащего уплате за рассмотрение требования о признании сделки недействительной (6000 руб.), недостающая часть государственной пошлины подлежит взысканию с ответчика в доход федерального бюджета.

Расходы истца на оплату судебной экспертизы, проведенной в целях проверки  его заявления о фальсификации доказательств, от дальнейшей проверки которого в дальнейшем истец отказался, относятся на него.

Руководствуясь статьями 110, 167, 170, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

решил:

исковые требования удовлетворить.

Признать недействительным договор купли-продажи недвижимого имущества от 24.04.2018, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Коммунальщик» и ФИО2, предметом которого является недвижимое имущество - железнодорожный тупик, назначение: сооружение транспорта, протяженность 136 м, расположенный по адресу:Кемеровская область, г.Киселевск,

ул.Привольная, 5А, кадастровый номер 42:25:0106003:108.

Признать отсутствующим право собственности ФИО2 на недвижимое имущество - железнодорожный тупик, назначение: сооружение транспорта, протяженность; 136 м, расположенный по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 42:25:0106003:108, зарегистрированное в Едином государственном реестре недвижимости 12.12.2018, номер регистрации 42:25:0106003:108- 42/009/2018-1.

Обязать ФИО2 передать обществу с ограниченной ответственностью «Коммунальщик» (ОГРН 

<

***>) недвижимое имущество - железнодорожный тупик, назначение: сооружение транспорта, протяженность: 136 м, расположенный по адресу; 

<

...>, кадастровый номер 42:25:0106003:108.

Признать за обществом с ограниченной ответственностью «Коммунальщик» (ОГРН 

<

***>) право владения на недвижимое имущество - железнодорожный тупик, назначение: сооружение транспорта, протяженность: 136 м, расположенный по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 42:25:0106003:108;

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Коммунальщик» в пользу ФИО2 360000 руб. 

Взыскать с ФИО2  в пользу общества с ограниченной ответственностью «Коммунальщик» 1500 руб. расходов по оплате государственной пошлины.

Взыскать с ФИО2  в доход федерального бюджета 4500 руб. государственной пошлины за рассмотрение дела.

Решение может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд  в течение одного месяца с момента его принятия. Решение может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу, в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Кемеровской области.

Судья                  Т.Н. Куликова