Дело № А11-5140/2021

09 апреля  2024 года

г. Владимир

 

Резолютивная часть постановления объявлена 04.04.2024.

Постановление

 изготовлено в полном объеме  09.04.2024.

 

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Тарасовой Т.И., 

судей Насоновой Н.А., Семеновой М.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Беловой Е.С., 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы открытого акционерного общества "Балакиревский механический завод" и акционерного общества "Ковровский электромеханический завод" на определение Арбитражного суда Владимирской области от 12.10.2023 по делу № А11-5140/2021 по заявлению акционерного общества "Ковровский электромеханический завод" (601919, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к должнику - открытому акционерному обществу "Балакиревский механический завод" (601630, Владимирская область, Александровский район, пгт. Балакирево, ул. Заводская, д. 10, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 13 750 700 руб. 94 коп.

 

В судебном заседании принимали участие:    

от заявителя – открытого акционерного общества "Балакиревский механический завод" – ФИО1 по доверенности от 09.01.2023 (сроком действия 1 год), диплом;

от заявителя - акционерного общества "Ковровский электромеханический завод" – ФИО2 по доверенности №91-141 дов. от 21.12.2023 (сроком действия 3 года), диплом;

от ООО «Русэнергосбыт» - ФИО3 по доверенности от 19.12.2022 (сроком действия по 31.12.2024), диплом, свидетельство о заключении брака;

иные участвующие в деле лица явку полномочных представителей не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

 

По заявлению общества с ограниченной ответственностью "РУСЭНЕРГОСБЫТ" в лице Горьковского филиала определением Арбитражного суда Владимирской области от 07.05.2021 возбуждено производство по делу № А11-5140/2021 о признании открытого акционерного общества "Балакиревский механический завод" (далее - ОАО "БМЗ", должник) несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда от 16.12.2021 (резолютивная часть от 09.12.2021) заявление ООО "РУСЭНЕРГОСБЫТ" признано обоснованным, в отношении ОАО "БМЗ" введена процедура наблюдения; временным управляющим должника утвержден ФИО4.

В рамках дела о банкротстве должника в Арбитражный суд Владимирской области поступило заявление акционерного общества "Ковровский электромеханический завод" (далее - АО "КЭМЗ", заявитель), согласно которому заявитель просит включить в реестр требований кредиторов должника требование в размере 13 750 700 руб. 94 коп.

К участию в деле в качестве третьего лица привлечено АО "Муромский ремонтно-механический завод".

Определением от 12.10.2023 суд первой инстанции включил требование кредитора - АО "КЭМЗ" в сумме 1 053 640 руб. 97 коп. (основной долг) в третью очередь реестра требований кредиторов ОАО "БМЗ". Включил требование кредитора - АО "КЭМЗ" в сумме 31 994 руб. 81 коп. (неустойки, проценты за пользование чужими денежными средствами) в третью очередь реестра требований кредиторов ОАО "БМЗ" с учетом его отдельно в третьей очереди реестра требований кредиторов должника. Производство по требованию в сумме 3 912 руб. (расходы по оплате государственной пошлины) прекратил. В удовлетворении требования в остальной части отказал.

Не согласившись с принятым судебным актом, АО "КЭМЗ" обратилось в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции  в части отказа во включении в реестр требований кредиторов требования в сумме 13 868 090, 36 руб.  отменить и включить указанные требования в реестр.

Оспаривая законность принятого судебного акта, заявитель указывает следующее: ОАО «БМЗ»  не отработало  авансы, перечисленные по платежному поручению № 1245 от 11.08.2014 на сумму 9 590 782, 84 руб., а также  по платежным поручениям № 9175 от 11.05.2014 и №2321 от 29.01.2015 в сумме 4 277 307, 52 руб., что подтверждается актом сверки взаимных расчетов за период с 01.04.2018 по 30.04.2018; вывод суда о пропуске срока исковой давности ошибочен, т.к. актом сверки взаимных расчетов за период 2014 г. подтверждена задолженность в пользу АО «КЭМЗ» в размере  20 115 989, 32 руб., актом сверки за период 2015 г. в сумме 103 464 362, 89 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, ОАО "БМЗ" обратилось в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции  в части требований в размере 64 160, 18 руб.отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований в этой части.

Оспаривая законность принятого судебного акта, заявитель указывает следующее: из акта сверки взаимных расчетов с 01.10.2020 по 31.10.2020, на который сослался суд, не возможно установить исполнение ОАО «БМЗ» обязательств перед кредитором в рамках соглашений № 52/1, 52/6 и № 52/7, также как и акта сверки взаиморасчетов в период с 01.08.2018 по 31.08.2018; доказательств того, что уведомления о проведении корректировок долга по названным соглашениям в адрес ОАО «КЭМЗ» поступали не имеется; материальный ущерб по соглашением № 52/6 и 52/7  был учтен актом сверки за период с 01.10.2020 по 31.10.2020, а по соглашению № 52\1 от 2018 г. в августе 2018 г.; заявителем не представлены доказательства составления рекламации и вызова представителя подрядчика для его составления; доказательств того, что выявленный в результате приемки брак был возвращен подрядчику для исправления не имеется; передача заказчиком бракованных деталей исполнителю не подтверждена.

ОАО "БМЗ" поддержало доводы апелляционной жалобы.

ОАО «КЭМЗ» поддержало доводы апелляционной жалобы.

ООО «Русэнергосбыт» возразило против доводов апелляционной жалобы ОАО «КЭМЗ».

Иные лица, участвующие в дела, явку представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили.

         Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Первого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.1aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность судебного акта, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии с положениями статей 257-262, 266, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Первый Арбитражный апелляционный суд, изучив материалы обособленного спора в деле о банкротстве, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не находит оснований для ее удовлетворения.

Как усматривается из материалов дела, у ОАО "БМЗ" имеются неисполненные обязательства перед АО "КЭМЗ" по следующим основаниям:

1.  Требование в размере 13 868 090 руб. 36 коп. (с учетом принятого судом уточнения), составляющее задолженность в качестве неосновательного обогащения ввиду невозврата неотработанной суммы аванса, перечисленной за необходимость выполнения работ по договору от 31.07.2014 № 52/10;

2.  Требование в размере 64 160 руб. 18 коп., составляющее задолженность в силу заключенных между сторонами соглашений о возмещении материального ущерба, связанного с выполнением брака после выполнения технологических операций;

3.  Требование в размере 964 610 руб. 53 коп., составляющее задолженность перед АО "Муромский ремонтно-механический завод" по договору купли-продажи от 20.11.2017, уступленную АО "КЭМЗ" на основании договора уступки требования (цессии) от 04.12.2018 № 1Ц;

4.  Требование в размере 27 453 руб. 47 коп., составляющее задолженность в силу заключенных между сторонами соглашений о возмещении материального ущерба, связанного с установлением брака после выполнения технологических операций, установленную решением Арбитражного суда Владимирской области от 19.10.2021 по делу № А11-12873/2020;

5.  Требование в размере 33 323 руб. 60 коп., составляющее задолженность по договору аренды от 16.02.2015 № 72/383, установленную решением Арбитражного суда Владимирской области от 19.07.2021 по делу № А11-12879/2020.

Изложенные обстоятельства явились причиной обращения заявителя с настоящим требованием.

Разрешая настоящий спор, суд исходил из следующего.

Порядок установления размера требований кредиторов в рамках дела о банкротстве в период процедуры наблюдения предусмотрен статьей 71 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)". Состав и размер денежных обязательств,  подлежащих включению  в  реестр требований  кредиторов должника, определен статьей 4 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

В силу статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

1. Как установлено судом, в сумму заявленного требования входят неотработанные авансы, перечисленные кредитором в пользу должника по следующим платежным поручениям: от 11.08.2014 № 12445 на сумму 15 00 000 руб. по договору от 31.07.2014 № 52/10; от 29.01.2015 № 2321 на сумму 10 000 000 руб. по договору от 31.07.2014 № 52/10 и 11.06.2014 № 9175 на сумму 2 200 000 руб. по договору от 31.07.2014 № 52/10, всего на сумму 27 200 000 руб. По утверждению заявителя, обязательства по выполнению работ за перечисленные авансы ОАО "БМЗ" в полном объеме не исполнены. Должник лишь частично выполнил работы, в результате чего, за ним образовалась задолженность в размере 12 661 153 руб. 16 коп.

АО "КЭМЗ в адрес должника направлялась претензия от 28.01.2021 № 91пр-11 с требованием об оплате образовавшейся задолженности, однако указанная претензия оставлена без ответа и удовлетворения. Заявитель также отмечает, что 18.03.2015 между АО "КЭМЗ" (Покупатель) и ОАО "БМЗ" (Поставщик) был заключен договор № 36/15 на оказание услуг по механической обработке деталей из заготовок покупателя. 09.04.2015 в адрес ОАО "БМЗ" было направлено письмо исх. № 66/279-350 о переносе авансирования осуществленного по платежному поручению от 11.08.2014 № 12445 в размере 15 000 000 руб. по договору от 31.07.2014 № 52/10 на оплату в рамках исполнения договора от 18.03.2015 № 36/15. В рамках исполнения данного договора ОАО "БМЗ" оказал услуги на сумму 5 409 217 руб. 16 коп., что подтверждается счетом-фактурой № 442 от 04.06.2015 и актом № 150 от 04.06.2015 на сумму 632 430 руб. 33 коп.; счетом-фактурой № 448 от 09.06.2015 и актом № 152 от 09.06.2015 на сумму 1 069 060 руб. 38 коп.; счетом-фактурой № 466 от 23.06.2015 и актом № 168 от 23.06.2015; счетом- фактурой № 469 от 26.06.2015 и актом № 170 от 26.06.2015 г. на сумму 2 368 301 руб. 30 коп.; счетом-фактурой № 481 от 30.06.2015 и актом № 172 от 30.06.2015 на сумму 974 465 руб. 71 коп. Таким образом, ОАО "БМЗ" не отработало авансы перечисленные по платежному поручению от 11.08.2014 № 1245 на сумму 9 590 782 руб. 84 коп. Данная задолженность подтверждается актом сверки взаимных расчетом за период с 01.04.2018 по 30.04.2018. В рамках исполнения договора от 31.07.2014 № 52/10 ОАО "БМЗ" оказало услуги на сумму 7 922 692 руб. 48 коп., что подтверждается счетом-фактурой № 78 от 05.02.2015 и актом № 79 от 05.02.2015 на сумму 44 595 руб. 15 коп.; счетом-фактурой № 81 от 06.02.2015 и актом № 83 от 06.02.2015; счетом-фактурой № 106 от 20.02.2015 и актом № 111 от 20.02.2015 на сумму 58 142 руб. 14 коп.; счетом-фактурой № 98 от 13.02.2015 и актом № 102 от 13.02.2015; счетом-фактурой № 23 от 30.01.2015 и актом № 61 от 30.01.2015 на сумму 294 697 руб. 92 коп.; счетом-фактурой № 532 от 01.10.2014 на сумму 295 726 руб. 88 коп.; счетом-фактурой № 462 от 01.09.2014 на сумму 25 846 руб. 72 коп.; счетом-фактурой № 486 от 30.09.2014 на сумму 18 386 руб. 76 коп.; счетом-фактурой № 478 от 23.09.2014 на сумму 29 711 руб.22 коп.; счетом-фактурой № 474 от 19.09.2014 на сумму 391 009 руб. 52 коп.; счетом-фактурой № 131 от 28.02.2015 и актом № 137 от 28.02.2015 на сумму 215 083 руб. 32 коп.; счетом-фактурой № 168 от 06.03.2015 и актом    № 171 от 06.03.2014 на сумму 312 291 руб. 72 коп.; счетом-фактурой № 530 от 10.07.2015 и актом № 454 от 10.07.2015 на сумму 117 787 руб. 60 коп.; счетом-фактурой № 885 от 12.09.2017 и актом № 374 от 12.07.2017 на сумму 94 304 руб. 42 коп.; счетом-фактурой № 910 от 21.09.2017 и актом № 391 от 21.09.2017 на сумму 5 026 руб. 80 коп.; счетом-фактурой № 890 от 13.09.2017 и актом № 378 от 13.09.2017 на сумму 49 229 руб. 60 коп.; счетом-фактурой № 909 от 21.09.2017 и актом № 390 от 21.09.2017 на сумму 44 264 руб. 16 коп.; счетом-фактурой № 931 от 29.09.2017 и актом № 410 от 29.09.2017 на сумму 31 553 руб. 20 коп.; счетом-фактурой № 876 от 06.09.2017 и актом № 369 от 06.09.2017 на сумму 78 800 руб. 40 коп.; счетом-фактурой № 770 от 31.07.2017 и актом № 142 от 31.07.2017 на сумму 72 924 руб.; счетом-фактурой № 889 от 31.08.2017 и актом № 180 от 31.08.2017 на сумму 145 860 руб.; счетом-фактурой № 932 от 29.09.2017 и актом № 189 от 29.09.2017 на сумму 172 630 руб.; счетом-фактурой № 701 от 30.06.2017 и актом № 119 от 30.06.2017 на сумму 247 941 руб. 60 коп.; счетом-фактурой № 700 от 31.05.2017 и актом № 118 от 31.05.2017 на сумму 109 386 руб.; счетом-фактурой № 992 от 30.10.2017 и актом № 437 от 30.10.2017 на сумму 5 504 руб. 70 коп. Таким образом, ОАО "БМЗ" не отработало авансы перечисленные по платежному поручению от 11.05.2014 № 9175 и платежному поручению от 29.01.2015 № 2321 на сумму 4 277 307 руб. 52 коп. Данная задолженность подтверждается актом сверки взаимных расчетом за период с 01.04.2018 по 30.04.2018.

Также 17.07.2020 в адрес ОАО "БМЗ" было направлено письмо исх. № 17/215с-159 с просьбой зачесть в счет погашения оплаты по платежному поручению от 11.06.2014 № 9175 на сумму 333 106 руб. 40 коп. акты выполненных работ по договору 2017-02-14-ПР-1от 14.02.2017, а также по платежному поручению от 11.08.2014 № 12445 на сумму 873 830 руб. 80 коп. Таким образом, сумма неотработанных авансов по платежным поручениям от 11.08.2014 № 12445, от 11.05.2014 № 9175 и от 29.01.2015 № 2321 составляет 12 661 153 руб.16 коп.

В силу пункта 1 статьи 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основной задачей судопроизводства в арбитражных судах является защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, обратившихся в суд.

В силу части 3 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения ими процессуальных действий, оказывает содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", и из положений пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что из взаимосвязанных положений статей 46 (часть 1), 52, 53 и 120 Конституции Российской Федерации вытекает предназначение судебного контроля как способа разрешения правовых споров на основе независимости и беспристрастности суда (определения от 17 июля 2007 года № 566-О-О, от 18 декабря 2007 года № 888-О-О, от 15 июля 2008 года № 465-О-О и др.).

При рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр требований кредиторов должника требования, не основанного на вступившем в законную силу судебном акте, повышенный стандарт доказывания особенно значим, так как судебный контроль осуществляется непосредственно в ходе рассмотрения такого заявления.

Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой по сравнению с обычным спором. Изучению подлежат сама возможность исполнения сделок, лежащих в основе притязания кредитора, экономическая целесообразность их совершения, а также фактическая исполнимость.

Роль суда в указанном случае заключается в пресечении недобросовестных действий сторон, недопустимости формального подхода к рассмотрению дела, необходимости дать оценку всем доводам сторон для определения законного положения каждого из них.

К отношениям, складывающимся в связи с рассмотрением арбитражным судом требований кредиторов в деле о банкротстве, подлежит применению повышенный стандарт доказывания кредитором обстоятельств, положенных в основание требований, существенно отличающийся от обычного бремени доказывания в сходном частноправовом споре. Это обусловлено публично-правовым характером процедур банкротства, который неоднократно отмечался Конституционным Судом Российской Федерации (постановления от 22.07.2002 № 14-П, от 19.12.2005 № 12-П, определения от 17.07.2014 № 1667-О, № 1668-О, № 1669-О, № 1670-О, № 1671-О, № 1672-О, № 1673-О, № 1674-О).

Повышенный стандарт доказывания предполагает необходимость представления суду ясных и убедительных доказательств требований (определения Верховного Суда Российской Федерации от 07.06.2018 № 305-ЭС16-20992(3), от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197, от 23.08.2018 № 305-ЭС18-3533, от 29.10.2018 № 308-ЭС18-9470, от 21.02.2019 № 308-ЭС18-16740, от 11.07.2019 № 305-ЭС19-1539).

В условиях конкуренции кредиторов должника-банкрота возможны ситуации, когда спор по задолженности между отдельным кредитором (как правило, связанным с должником), носит формальный характер и направлен на сохранение имущества должника за его бенефициарами: за собственниками бизнеса (через аффилированных лиц - если должник юридическое лицо) или за самим должником (через родственные связи -если должник физическое лицо). Подобные споры характеризуются предоставлением минимально необходимого и в то же время внешне безупречного набора доказательств о наличии задолженности у должника, обычно достаточного для разрешения подобного спора; пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга; признанием обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п. В связи с совпадением интересов должника и такого кредитора их процессуальная активность не направлена на установление истины.

Должником, а также конкурсным кредитором ООО "Русэнергосбыт" неоднократно предъявлялись возражения относительно обоснованности требования кредитора в данной части, с учетом представленных последним документов. Так ОАО "БМЗ" поясняет, что в обосновании требований АО "КЭМЗ" предъявлялся акт сверки взаимных расчетов за период с 01.10.2020 года по 31.10.2020, согласно которому сальдо конечное составляет 9 520 150 руб. 17 коп. в пользу АО "КЭМЗ", в которые, по их мнению, входят авансы, перечисленные в адрес ОАО "БМЗ". Акт сверки, представленный суду, отражает общую задолженность, он не содержит информацию о задолженности в разрезе отдельно взятых договоров. Из предъявленного требования не ясно, по каким именно договорам внесены авансы и по каким договорам возникла задолженность. Платежные поручения, представленные суду, не позволяют оценить предъявляемое требование в полном объеме. Платежным поручением от 11.08.2014 № 12445 АО "КЭМЗ" внесло аванс в размере 15 000 000 руб. по договору от 31.07.2014 № 52/10. Платежным поручением от 29.01.2015 № 2321 АО "КЭМЗ" произвело оплату за выполненные работы по договору от 31.07.2014 №52/10, в соответствии с основаниями платежа указанных платежных поручений. Платежным поручением от 03.02.2015 № 80 ОАО "БМЗ" осуществляет возврат авансовых платежей по договору от 31.07.2014 № 52/10, по письму от 03.02.2015 № 66/286-117 в размере 5 000 000 руб. Исходя из этого, договор от 31.07.2014 № 52/10 выполнен в полном объеме, расчет по договору произведен. Однако, представленный расчет суммы задолженности по платежному поручению от 11.08.2014 № 12445 со ссылками на первичную документацию содержит, в том числе акт от 26.06.2015 № 170 на сумму 2 368 301 руб. 30 коп., услуги по договору от 18.03.2015 № 36/15. Платежным поручением от 11.06.2014 № 009175 оплачен аванс за выполнение работ по договору от 10.06.2014 № 52/10, что подтверждается спецификацией № 3 к договору от 10.06.2014 № 52/10. Однако, договор от 10.06.2014 № 52/10 между АО "КЭМЗ" и ООО "БМЗ" не заключался. Акт сверки взаимных расчетов за период с 01.10.2019 по 31.10.2019 между АО "КЭМЗ" и ОАО "БМЗ" подтверждает задолженность в пользу ОАО "БМЗ" в размере 8 874 060 руб. 23 коп. Расхождения, предоставленные АО "КЭМЗ" по данному акту сверки, подтверждают реализацию со стороны ОАО "БМЗ" на сумму 18 184 326 руб. 24 коп. в адрес АО "КЭМЗ", но не принятую последним к учету. Таким образом, на тот момент существовала реальная возможность к взаимозачету по авансовым платежам, но такое требование у АО "КЭМЗ" к ОАО "БМЗ" отсутствовало. Должник полагает заявленный долг по авансам в размере 12 661 153 руб. 16 коп. ошибкой бухгалтерского учета прошлых периодов. Дополнительно отмечается, что по собственным данным услуги в рамках исполнения договора от 31.07.2014 № 52/10 были оказаны на сумму 3 717 958 руб. 86 коп. В соответствии с данными АО "КЭМЗ" письмом от 09.04.2015 № 66/279-350а о зачете аванса по платежному поручению от 11.08.2014 № 12445 на сумму 15 000 000 руб. с назначением платежа "Аванс в рамках договора № 52/10 от 31.07.2014г. НДС 2 288 135,59", был переведен в счет аванса по договору от 18.03.2015 № 36/15. ОАО "БМЗ" произвело возврат аванса в размере 5 000 000 руб. по платежному поручению от 03.02.2015      № 80. Также авансовые обязательства уменьшены на сумму в размере 748 741 руб. 60 коп. по договору от 15.11.2016 № 2016-11-15 и на сумму 308 683 руб. 28 коп. по договору от 14.02.2017 № 2017-02-14-ПР-1, на что изначально ссылается заявитель. При этом актов выполненных работ, подтверждающих заявленное требование по ранее выданным авансам в рамках отдельно взятых договоров, взыскателем не представлено. АО "КЭМЗ" по договору от 31.07.2014 № 52/10 не учтены следующие акты: от 24.04.2015 № 269 на сумму 255 647 руб., от 29.04.2015 № 279 на сумму 451 043 руб. 20 коп., от 29.05.2015 № 345 на сумму 356 022 руб. 52 коп., от 20.10.2014 № 75 на сумму 669 руб. 06 коп., от 23.10.2014 № 76 на сумму 190 601 руб. 86 коп., от 24.10.2014 № 77 на сумму 53 100 руб., от 27.10.2014 № 79 на сумму 12 552 руб. 84 коп., от 31.10.2014 № 84 на сумму 3 049 руб. 88 коп. Общая сумма неучтенных актов составляет 1 349 686 руб. 36 коп. Данная сумма закрыта ОАО "БМЗ" взаиморасчетами с авансовых платежей, что подтверждается актами сверок за 2014, 2015 годы. Данные акты представлены взыскателем на ознакомление в оригиналах, в подтверждение заявленного требования. Сверка в рамках договора от 31.07.2014 № 52/10 в целом не проводилась. Задолженность по договору не подтверждена заявителем. Задолженность в размере 4 277 307 руб. 52 коп., на которую ссылается взыскатель, отражает задолженность определенного периода. Оригиналы актов сверок за 2014, 2015, 2016 годы, направленные ОАО "БМЗ" в адрес АО "КЭМЗ", не могут указывать на отсутствие расхождений, так как акты не подписаны со стороны АО "КЭМЗ". Акт взаимозачета от 19.03.2015 № 4 не представлен АО "КЭМЗ" в оригинале с подтверждением надлежащего направления в адрес ОАО "БМЗ". В учете ОАО "БМЗ" данный акт не отражается. Взыскателем не представлено письменное заявление ОАО "БМЗ" в адрес АО "КЭМЗ" об авансировании по договору № 52/10, равно как и дополнительное соглашение о порядке расчетов, подписанное сторонами, с обоснованием авансирования в суммах значительно превышающих объем фактически выполненных услуг. По данным заявителя, в рамках исполнения договора № 36/15 от 18.03.2015 ОАО "БМЗ" оказало услуги на сумму 5 409 217 руб. 16 коп., при этом данная сумма не подтверждена заявителем. По данным ОАО "БМЗ" услуги в рамках исполнения договора от 18.03.2015 № 36/15 оказаны на сумму 13 392 568 руб. 57 коп. Сверка в рамках договора от 18.03.2015 № 36/15 не проводилась. Задолженность по договору не подтверждена. Акт сверки, на который ссылается Заявитель, за период с 01.04.2018 по 30.04.2018 не отражает сумму подтвержденной задолженности на момент формирования требования.

По мнению ООО "Русэнергосбыт", акт сверки взаимных расчетов за период с 01.10.2020 по 31.10.2020 не может являться доказательством, подтверждающим наличие задолженности ОАО "БМЗ" перед АО "КЭМЗ". Этим Актом сверки подтверждается, что между Сторонами в апреле 2020 года были осуществлены взаиморасчеты, в результате которых, по данным ОАО "БМЗ", за апрель 2020 года между сторонами сложилось сальдо в размере 3 128 863 руб. 75 руб. При этом, акт сверки подписан со стороны АО "КЭМЗ" без разногласий по сумме. В акте сверки есть фиксация (без подписи и расшифровки), что данные АО "КЭМЗ" отличаются, а именно: расхождение в сумме 6 391 286 руб. 42 коп. Таким образом, данный акт сверки не является доказательством наличия задолженности ОАО "БМЗ" перед АО "КЭМЗ" в размере 12 661 153 руб. 16 коп., поскольку между сторонами без разногласий согласована иная сумма. Из акта сверки не представляется возможным установить обязательства, в том числе спорные, по которым складывается сальдо. Сам акт отражает оплату, приход, продажу за период с 01.10.2020 по 31.10.2020 без ссылки на конкретное обязательство. Доказательств признания ОАО "БМЗ" наличия долга в размере 12 661 153 руб. 16 коп., заявителем в материалы дела не представлено. Платежные поручения от 11.08.2014 № 12445, от 29.05.2015 № 2321 и от 11.06.2014 № 009175 не являются надлежащими доказательствами, подтверждающими наличие задолженности ОАО "БМЗ" перед АО "КЭМЗ". Данные документы подтверждают только факт перечисления денежных средств на расчетный счет ОАО "БМЗ" и не свидетельствуют о наличии задолженности последнего. Из буквального содержания представленных АО "КЭМЗ" платежных поручений от 11.08.2014 № 12445, от 29.05.2015 № 2321 и от 11.06.2014 № 009175 следует вывод о том, что договор от 10.06.2014 № 52/10 был исполнен ОАО "БМЗ" в полном объеме. Следовательно, платежным поручением от 29.05.2015 (самое позднее по датам) АО "КЭМЗ" оплатило выполненные (т.е. фактически оказанные) услуги ОАО «БМЗ» по договору от 31.07.2014 № 52/10. Претензии о невыполнении работ (услуг) в рамках договора от 31.07.2014 № 52/10 в материалах дела отсутствуют. Из чего следует вывод, что работы ОАО "БМЗ" исполнены в полном объеме, в соответствии с условиями договора. Кроме того, факт оплаты 29.05.2015 выполненных услуг по договору от 31.07.2014 № 52/10 также свидетельствует о том, что обязательства ОАО "БМЗ" по данному договору исполнены в полном объеме и авансы возврату не подлежат. Также представленная заявителем расшифровка взаиморасчетов на 01.11.2020 не является доказательством наличия задолженности ОАО "БМЗ" в размере 12 661 153 руб. 16 коп., поскольку данная расшифровка является внутренним документов АО "КЭМЗ", сформированном в программном продукте АО "КЭМЗ" и не отражает фактическое наличие/отсутствие тех фактов, которые отражены в представленной АО "КЭМЗ" расшифровке. Указанная расшифровка со стороны ОАО "БМЗ" не подписана. Кроме того, представленный АО "КЭМЗ" подробный расчет суммы задолженности не подтверждается первичными документами (актами). Более того, указанный расчет противоречит ранее представленным АО "КЭМЗ" документам. В частности, заявителем в материалы дела представлены платежные поручения от 11.08.2014 № 12445, от 29.05.2015 № 2321, подтверждающие перечисление аванса и оплату оказанных услуг по договору от 31.07.2014 № 52/1 и платежное поручение от 11.06.2014 № 009175, подтверждающее перечисление аванса по договору от 10.06.2014 № 52/10 (не представленному в материалы дела). Большинство актов не содержат ссылки на погашаемое обязательство, в связи с этим не представляется возможным установить по какому именно обязательству оформлены акты; по каким основаниям АО "КЭМЗ" данные акты включил в расчет по погашению обязательств по договору от 31.07.2014 № 52/1. Часть актов подписана на иную сумму, нежели указана в расчете кредитором суммы задолженности. Представленный расчет с приложением неидентифицированных актов сами по себе не подтверждают наличие задолженности ОАО "БМЗ" перед АО "КЭМЗ", каких-либо иных доказательств, подтверждающих существование у должника неисполненных обязательств перед АО "КЭМЗ" в рамках настоящего обособленного спора не представлено.

Арбитражный суд, проверяя заявленные возражения, с учетом имеющихся в материалах дела документов, прищел к выводу об обоснованности заявленных возражений и отсутствию представленных со стороны заявителя первичных документов, подтверждающих законность и правомерность зачета денежных средств, оплаченных по договору от 31.07.2014 52/1, выполнением работ по иным договорам (№ 36/15 от 18.03.2015, № 2017-02-14-ПР-1 от 14.02.2017). Также большинство представленных документов (актов) не позволяют идентифицировать обязательство, по которому выполнены работы.

Исходя из буквального содержания представленных платежных поручений от 11.08.2014 № 12445, от 29.05.2015 № 2321 и от 11.06.2014 № 009175, суд счел, что договор от 10.06.2014 № 52/10 был исполнен ОАО "БМЗ" в полном объеме, поскольку в платежном поручении от 29.05.2015 № 2321 (самое позднее по датам) в назначении платежа АО "КЭМЗ" указало "Оплата за выполненные услуги по дог. 52/10 от 31.07.2014". То есть услуги со стороны ОАО "БМЗ" по договору были фактически оказаны и оплачены со стороны заказчика - АО "КЭМЗ".

Суд также согласился с доводами, что заявителем в любом случае не представлены спецификации по договору, акты выполненных работ, документы, подтверждающие движения денежных средств. В тоже время большинство представленных документов (актов) не позволяют идентифицировать обязательство, по которому выполнены работы. Имеющаяся лишь расшифровка взаиморасчетов по состоянию на 01.11.2020, сформированная в программном продукте АО "КЭМЗ" в отсутствии первичных документов, обосновывающих данную расшифровку, не может служить доказательством наличия задолженности ОАО "БМЗ" в размере 12 661 153 руб. 16 коп.

Судом также учтено, что заявителем в обоснование наличия задолженности ОАО "БМЗ" в заявленном размере представлялся договор подряда от 14.02.2017 № 2017-02-14-ПР-1, акт от 06.09.2017 № 369, а также письмо от 17.07.2020 № 17/215-С-158, в соответствии с которым суммы по актам, указанным в письме, засчитываются в счет погашения задолженности по платежным поручениям от 11.06.2014 № 009175 и от 11.08.2014 № 12445. Однако, денежные средства по платежным поручениям от 11.06.2014 № 009175 и от 11.08.2014 № 12445 фактически были перечислены АО "КЭМЗ" для исполнения ОАО "БМЗ" договора от 31.07.2014 № 52/10. Документов, свидетельствующих о перечислении денежных средств по договору подряда от 14.02.2017 № 2017-02-14-ПР-1, в материалах дела не имеется. Следовательно, справедливо утверждение, что доказательства наличия задолженности должника перед АО "КЭМЗ" по договору подряда в материалах дела отсутствуют.

Суд также согласился с доводом о пропуске кредитором срока исковой давности для предъявления требования в данной части.

Статьями 195, 196 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно статье 203 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга. К действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 206 Гражданского кодекса Российской Федерации по истечении срока исковой давности течение исковой давности начинается заново, если должник или иное обязанное лицо признает свой долг в письменной форме.

Согласно пункту 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" перерыв течения срока исковой давности в связи с совершением действий, свидетельствующих о признании долга, может иметь место лишь в пределах срока давности, а не после его истечения.

Как отмечает АО "КЭМЗ", 28.01.2021 в адрес ОАО "БМЗ" была направлена претензия № 91пр-11 с требованием об оплате образовавшейся задолженности. Претензия была направлена в установленные сроки исковой давности. Ответ на претензии получен не был.

Требования кредитора основаны на договорах от 31.07.2014 № 52/10 и от 10.06.2014 № 52/10, платежные поручения о перечислении авансовых платежей датируются 2014 и 2015 годами. Претензия о взыскании задолженности с ОАО "БМЗ" была направлена кредитором лишь 28.01.2021, т.е. за сроками исковой давности. Доказательств наличия перерывов в течения срока исковой давности (имеющих отношения именно к данным правоотношениям), помимо названной претензии, заявителем не представлено. Кроме того, должник также не подтвердил, что совершал действия в целях перерыва течения срока исковой давности.

В связи с изложенным арбитражный суд отказал АО "КЭМЗ" в удовлетворении заявленного требования на сумму 13 868 090 руб. 36 коп.

 Между АО "КЭМЗ" (заказчик) и ОАО "БМЗ" (исполнитель) заключены соглашения № 52/1, № 52/6 и № 52/7 о возмещении материального ущерба, связанного с выполнением брака после выполнения технологических операций сторонней организацией. В соответствии с пунктом 3 названных соглашений исполнитель обязуется возместить заказчику материальный ущерб, причиненный исполнителем в связи с оказанием услуг по выполнению технологических операций, а именно 5 470 руб. 40 коп. по соглашению № 52/1; 52 275 руб. 80 коп. по соглашению № 52/6; 6 413 руб. 98 коп. по соглашению № 52/7, а всего 64 160 руб. 18 коп. Заказчик устанавливает исполнителю срок выплаты возмещения не позднее 10 дней со дня вступления соглашения в силу (пункт 4). В адрес ОАО "БМЗ" направлялась претензия от 27.01.2021 № 91пр-8 об оплате задолженности в добровольном порядке, которая до настоящего времени не погашена должником.

ОАО "БМЗ" возражая против заявленных требований, отмечает, что является исполнителем технологических операций из давальческого сырья заказчика, а значит выявленный в результате приемки брак, является внешним браком. Оспариваемый внешний брак по Соглашениям от 17.08.2020 №№ 52/6 и 52/7 был учтен по факту поступления в бухгалтерию первичных документов (в октябре 2020 года). Так, материальный ущерб по данным соглашениям был учтен актом сверки взаиморасчетов в период с 01.10.2020 по 31.10.2020, на основании корректировок долга, в результате задолженность АО "КЭМЗ" была уменьшена на сумму брака по соглашениям от 17.08.2020 № 52/6 в размере 52 275 руб. 80 коп. и от 17.08.2020 № 52/7 в размере 6 413 руб. 98 коп. Оспариваемый внешний брак по соглашению № 52/1 от 2018 года без указания точной даты был учтен по факту поступления в бухгалтерию первичных документов в августе 2018 года. Таким образом, материальный ущерб был учтен актом сверки взаиморасчетов в период с 01.08.2018 по 31.08.2018, на основании корректировок долга, в результате задолженность АО "КЭМЗ" была уменьшена на сумму 5 470 руб. 40 коп.

Исходя из позиции ООО "Русэнергосбыт", указанные соглашения оформлены в рамках договора подряда от 14.02.2017 № 2017-02-14-ПР-1. По мнению конкурсного кредитора, заявителем не представлены доказательства фактических договорных отношений между сторонами по указанному договору. Данные соглашения могли быть оформлены между сторонами для искусственного создания задолженности ОАО "БМЗ" перед АО "КЭМЗ". Так, в материалы дела не представлены акты о браке, предусмотренные пунктом 4.6. договора подряда, положенные в основу представленных соглашений, а также отсутствуют доказательства возврата заказчику бракованных деталей, т.е. заявителем не подтверждены хозяйственные операции по фактическому оформлению недостатков работ.

Заявитель в своей позиции сообщает, что довод должника о том, материальный ущерб по соглашению от 17.08.2020 № 52/6 и от 17.08.2020 № 52/7 был учтен актом сверки взаиморасчетов в период с 01.10.2020 по 31.10.2020 на основании корректировок долга, не соответствует действительности. Акты сверок, на которые ссылается ОАО "БМЗ" не подтверждают проведение зачета, подписаны с расхождениями по суммам. Кроме того, уведомлений о проведении корректировок долга по данным соглашениям в адрес АО "КЭМЗ" не поступало.

При обращении с требованием в суд АО "КЭМЗ" в материалы дела приобщался акт сверки взаимных расчетов с 01.10.2020 по 31.10.2020, подписанный с ОАО "БМЗ", согласно которому конечное сальдо составляет 9 520 150 руб. 17 коп. в пользу АО "КЭМЗ". При этом, исходя из данных названного акта, невозможно установить исполнения ОАО "БМЗ" обязательств перед кредитором в рамках соглашений. Во-первых, акт сверки взаимных расчетов с 01.10.2020 по 31.10.2020 отражает только взаимные денежные обязательства между сторонами. В соответствии со сведениями указанными в акте задолженность ОАО "БМЗ" перед АО "КЭМЗ" составляет 3 128 863 руб. 75 коп. Единственные документы, которые указывают на задолженность, представляют собой соглашения о продаже. Во-вторых, принимая во внимание подписанные расхождения, также не позволяют установить проведение зачета на сумму 64 160 руб. 18 коп. Кроме того, акт сверки взаиморасчетов в период с 01.08.2018 по 31.08.2018, о котором говорит должник, также не позволяет установить взаимозачет на спорную сумму. Более того, должником не опровергнуты доводы кредитора о том. что уведомлений о проведении корректировок долга по соглашениям № 52/1, № 52/6 и № 52/7 в адрес АО "КЭМЗ" не поступало.

Суд счел приведенные доводы необоснованными и включил   требование АО "КЭМЗ" ов сумме 64 160 руб. 18 коп. в реестра требований кредиторов.

 Суд также счел обоснованным требование кредитора на сумму 964 610 руб. 53 коп., исходя из следующего.

В соответствии с положениями пункта 5 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации к отдельным договорам купли-продажи (розничная купля-продажа, поставка товаров и пр.) применяются положения, предусмотренные параграфом 1 Главы 30 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено правилами настоящего Кодекса об этих видах договоров.

В пункте 1 статьи 486 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.

По правилам пункта 2 статьи 516 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договором поставки предусмотрено, что оплата товаров осуществляется получателем (плательщиком) и последний неосновательно отказался от оплаты, либо не оплатил товары в установленный договором срок, поставщик вправе потребовать оплаты поставленных товаров от покупателя.

Статьей 382 Кодекса предусмотрено, что право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 388 Кодекса уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону или договору.

20.11.2017 между АО "Муромский ремонтно-механический завод" (продавец) и ОАО "БМЗ" (покупатель) заключен договор купли-продажи № 20/11 Р, по условиям которого продавец  обязуется  передать,   а покупатель  купить товар,  указанный  в спецификациях, являющихся неотъемлемой частью договора. Цена товара договорная, включает в себя стоимость товара и соответствует цене, указанной в согласованных сторонами спецификациях, являющихся неотъемлемой частью договора (параграф 2 договора). Продавец обязуется отпустить товар со своего склада после согласования письменной заявки покупателя в срок, не превышающий 25 рабочих дней (параграф 3 договора). Предоплата составляет 100% если иное не предусмотрено в спецификациях. Оплата товара осуществляется путем перечисления денежных средств на расчетный счет продавца на условиях, оговоренных в спецификации (параграф 4 договора). В соответствии с приложенными к настоящему договору спецификациями от 20.11.2017 № 1, № 2, от 26.1.2017 № 3 и от 21.01.2018 № 4 продавец поставил покупателю продукцию в виде Ковшей КО 520.00.00.000 и Ковшей КО 463.00.00.000 в количестве 280 единиц на общую сумму 5 036 100 руб. Факт исполнения продавцом своих обязанностей по договору подтверждается подписанными между сторонами товарными накладными от 25.12.2017 № 2810 на сумму 265 100 руб., от 17.01.2018 № 51 на сумму 173 460 руб., от 18.01.2018 № 63 на сумму 173 460 руб., от 22.01.2018 № 86 на сумму 173 460 руб., от 25.01.2018 № 120 на сумму 99 120 руб., от 08.02.2018 № 262 на сумму 173 460 руб., от 12.02.2018 № 293 на сумму 173 460 руб., от 13.02.2018 № 311 на сумму 173 460 руб., от 07.03.2018 № 514 на сумму 99 120 руб., от 12.03.2018 № 524 на сумму 223 020 руб., от 14.03.2018 № 548 на сумму 173 460 руб. и от 16.03.2018 № 574 на сумму 223 020 руб.

Доказательств исполнения ОАО "БМЗ" в полном объеме обязательств по оплате за полученный товар материалы дела не содержат.

В связи с этим 04.12.2018 между ООО "Муромский ремонтно-механический завод" (цедент) и АО "КЭМЗ" (цессионарий) был заключен договор уступки прав (требований) № 1Ц, по условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает право требования к должнику по договору купли-продажи от 20.11.2017 № 20/11 Р на сумму 2 123 600 руб. указанный размер задолженности подтверждается актом сверки взаимных расчетов от 04.12.2018, прилагаемым к настоящему договору уступки, подписанным полномочным представителем цедента и должника и являющимся неотъемлемой частью договора. По условиям соглашения в качестве платы за уступаемое право требования цедента к должнику цессионарий обязуется выплатить цеденту денежные средства в размере 2 123 600 руб., всего с учетом НДС 18% - 323 398 руб. 98 коп. (пункт 5 договора). В соответствии с пунктом 6 договора указанная сумма денежных средств будет выплачиваться цессионарием в следующем порядке: 1 061 800 руб. - до 31.01.2019 и 1 061 800 руб. - до 28.02.2019.

Как следует из материалов дела, цессионарием (АО "КЭМЗ") исполнены в полном объеме свои обязательства перед цедентом по оплате за уступаемое право требования, о чем свидетельствуют представленные платежные поручения от 11.02.2019 № 3220 и от 19.04.2019 № 8493 на сумму 1 061 800 руб. каждая. Как указывает кредитор, в связи с произведенной уступкой права требования в адрес ОАО "БМЗ" направлялась претензия от 29.01.2021 № 91пр-13 об оплате задолженности в размере 2 123 600 руб. в добровольном порядке. Претензия кредитора была частично удовлетворена должником на сумму 1 158 989 руб. 47 коп., в силу чего между сторонами был подписан акт зачета взаимных требований от 11.05.2021 № 16. При этом до настоящего остаток долга в размере 964 610 руб. 53 коп. остается непогашенным.

В представленных возражениях должник полагает заявленное требование кредитора необоснованным, указывая на экономическую нецелесообразность произведенной уступки. Кроме того, должник указывает на наличие аффилированности между сторонами.

В своих отзывах АО "КЭМЗ" по поводу экономической целесообразности указало, что заявитель является машиностроительным предприятием, которое специализируется на производстве гидроаппаратуры, при выпуске которой применяется механообработка. Одним из видов деятельности ОАО "БМЗ" является обработка металлов и нанесение покрытий на металлы, механическая обработка металлических изделий. Таким образом, для достижения своих производственных и экономических целей между АО "КЭМЗ" и ОАО "БМЗ" были заключены договоры. В виду длительных партнерских отношений, а также в целях поддержки ОАО "БМЗ" по исполнению договорных обязательств перед АО "КЭМЗ" был заключен договор цессии с ООО "Муромский ремонтно-механический завод". Заявитель также обращает внимание на то, что сам факт наличия аффилированности с должником не является основанием для отказа включения требований АО "КЭМЗ" в реестр кредиторов.

Позицию должника об аффилированности разделяет конкурсный кредитор ООО "Русэнергосбыт", отмечая в своем отзыве, что дополнительным фактором аффилированности лиц является осуществление хозяйственной деятельности одними и теми же лицами. По сведениям Общества, АО "КЭМЗ" и ОАО "БМЗ" являются взаимными кредиторами и дебиторами; товары одной компании выгружаются со склада другой, финансовые операции проводятся в одном банке. Кроме того, и.о. генерального директора ОАО "БМЗ" (на дату заключения договора уступки) являлся ФИО5, который одновременно являлся членом совета директоров АО "МРЗ" (ИНН 

<

***>) совместно с ФИО6 (генеральный директор ОАО "КЭМЗ"). Также совладельцем ООО "Владимирские заводы" (ИНН 

<

***>) и ООО "Вариант" (ИНН 

<

***>), которые оказывали бухгалтерские услуги должнику, является ФИО6, главный бухгалтер АО "КЭМЗ-Инструмент" - ФИО7, одновременно являлась генеральным директором ООО "Вариант" и ООО "Владимирские Заводы". При этом АО "КЭМЗ" является 100% владельцем доли АО "КЭМЗ-Инструмент". Помимо изложенного, ООО "Русэнергосбыт" полагает, что договор уступки прав требований (цессии) имеет признаки компенсационного финансирования. Так, на момент заключения договора уступки от 04.12.2018 в Арбитражном суде Владимирской области рассматривалось заявление ООО "Металлтрансинвест" о признании ОАО "БМЗ" несостоятельным (банкротом), поступившее в суд 06.11.2018 (дело № А11 -14736/2018). Следовательно, АО "КЭМЗ" знал о наличии признаков банкротства ОАО "БМЗ", поскольку на момент совершения сделки дело № А11 -14736/2018 не было завершено. Кроме того, в отношении ОАО "БМЗ" в данном периоде были возбуждены исполнительные производства, которые на момент заключения договора уступки были не окончены. Наличие в открытом доступе сведений о возбужденных исполнительных производствах доказывает осведомленность кредитора о наличии у должника признаков неплатежеспособности. По мнению ООО "Русэнергосбыт", указанная сделка совершена АО "КЭМЗ" в отсутствие какой-либо экономической целесообразности; на момент совершения сделки между АО "КЭМЗ" и ОАО "БМЗ" существовали взаимные обязательства (наличие как дебиторской, так и кредиторской задолженности, не завершенные взаимоотношения в рамках договора подряда). В связи с этим есть основания предполагать, что данная сделка совершена с целью причинения вреда имущественным интересам кредиторов в процедуре банкротства путем создания ситуации контролируемого банкротства, т.е. использования целей банкротства не в соответствии с установленными нормами законодательства о банкротстве. Дополнительным доказательством указанного служит тот факт, что до 29.01.2021 АО "КЭМЗ" не предъявляло в адрес ОАО "БМЗ" претензий о взыскании задолженности по данной сделке, не смотря на тот факт, что в Арбитражном суде Владимирской области также рассматривалось заявление о признании ОАО "БМЗ" банкротом.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.

Вместе с тем из указанного правила имеется ряд исключений, которые проанализированы в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденным Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020 (далее - Обзор), обобщившим правовые подходы, позволяющие сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (далее - имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.

Согласно пункту 3 Обзора требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

Такой вид финансирования согласно Обзору является компенсационным, то есть, когда контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования.

Внутреннее финансирование должно осуществляться добросовестно и не нарушать права и законные интересы иных лиц. Предоставление аффилированным лицом должнику, пребывающему в состоянии имущественного кризиса, финансирования, направленного на возвращение должника к нормальной предпринимательской деятельности (компенсационное финансирование), в частности с использованием конструкции договора займа, т.е. с избранием модели поведения, отличной от предписанной пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, означает, что соответствующий займодавец принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации). Поэтому при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты) (пункт 3.1 Обзора судебной практики).

Разновидностью финансирования по смыслу пункта 1 статьи 317.1 Гражданского кодекса Российской Федерации является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (пункт 1 статьи 486 Гражданского кодекса Российской Федерации), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (пункт 1 статьи 711 Гражданского кодекса Российской Федерации), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (пункт 1 статьи 614 Гражданского кодекса Российской Федерации) и т.п.). Поэтому в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа. При этом контролирующее лицо, опровергая факт выдачи компенсационного финансирования, вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) (пункт 3.3 обзора судебной практики).

При этом не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора судебной практики).

Финансирование должника может осуществляться в том числе путем отказа от принятия мер к истребованию задолженности.

В пункте 3.2 Обзора указано, что невостребование аффилированным лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом, или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по существу являются формами финансирования должника. Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

Исходя из смысла вышеприведенных разъяснений и подходов, выработанных Верховным Судом Российской Федерации при рассмотрении подобных споров, основным мотивом субординации требований лиц, имеющих общие экономические интересы с должником (на момент осуществления в адрес должника предоставления), является понижение очередности удовлетворения требований таких лиц, обусловленное тем, что названные лица, участвующие в предпринимательской деятельности должника, не могут конкурировать с внешними (независимыми) кредиторами за распределение конкурсной массы.

В том же положении, что и контролирующее лицо, находится аффилированный с должником кредитор, не обладающий контролем над ним, предоставивший компенсационное финансирование под влиянием контролирующего лица (пункт 4 обзора судебной практики).

Таким образом, в ситуации аффилированности общества и должника, при установлении факта реальности договорных отношений судам надлежало установить:

имело ли место финансирование должника со стороны общества (кредитора);

предоставило ли общество - кредитор, аффилированное с должником, финансирование под влиянием контролирующего должника лица;

каково было имущественное положение должника в момент получения им финансирования (определение Верховного Суда Российской Федерации от 10.08.2020 № 306-ЭС20-1077(2).

Исходя из смысла вышеприведенных разъяснений и подходов, выработанных Верховным Судом Российской Федерации при рассмотрении подобных споров, основным мотивом субординации требований лиц, имеющих общие экономические интересы с должником (на момент осуществления в адрес должника предоставления), является понижение очередности удовлетворения требований таких лиц, обусловленное тем, что названные лица, участвующие в предпринимательской деятельности должника, не могут конкурировать с внешними (независимыми) кредиторами за распределение конкурсной массы.

В пункте 6.2 Обзора разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, указано, что на требование, полученное лицом, контролирующим должника, в условиях имущественного кризиса последнего, распространяется тот же режим удовлетворения, что и на требование о возврате компенсационного финансирования, - оно удовлетворяется в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Как установлено судом, доводы ООО "Русэнергосбыт" о признаках компенсационного финансирования при заключении договора уступки прав требования обуславливаются наличием параллельного рассмотрения арбитражным судом дела № А11 -14736/2018 о признании ОАО "БМЗ" несостоятельным (банкротом) по заявлению ООО "Металлтрансинвест".

Действительно, 07.11.2018 ООО "Металлтрансинвест" обращалось в Арбитражный суд Владимирской области с заявлением о признании ОАО "БМЗ" банкротом в связи с неисполнением должником свыше трех месяцев обязательств по оплате задолженности в размере 6  157  134 руб.  79  коп.  по договору поставки товара от 22.11.2017 № 173/2017/ОП. Определением суда от 24.12.2018 данное заявление было оставлено без движения. Затем определением суда от 12.03.2019 заявление ООО "Металлтрансинвест" о признании ОАО "БМЗ" банкротом было возвращено, в связи с погашением спорной задолженности.

При указанных обстоятельствах суд счел, что фактическое отсутствие возбужденного дела о банкротстве ОАО "БМЗ" не может служить абсолютным доказательством наличия признаков неплатежеспособности организации, поскольку для признания факта компенсационного финансирования необходимо доказать именно наличие финансового кризиса у должника, а равно неспособностью организации удовлетворить требования кредитора в силу имущественной недостаточности. Так, в данном случае суд принял во внимание доводы АО "КЭМЗ", которое указывает на частичное погашение ОАО "БМЗ" задолженности перед кредитором по договору цессии на сумму свыше 1 млн. руб., что, по мнению суда, расходится с позицией ООО "Русэнергосбыт" о наличии у должника финансового кризиса, не позволяющего произвести расчеты с кредитором.

Поскольку иных доказательств со стороны ООО "Русэнергосбыт" и иных лиц об имущественном кризисе ОАО "БМЗ" на момент заключения договора цессии не поступало, суд счел данный довод не доказанным. Ввиду этого позиция об аффилированности должника заявителя для целей отказа в удовлетворении требования не принята судом.

Также в связи с тем, что доказательств в материалах дела о погашении оставшейся задолженности ОАО "БМЗ" на сумму 964 610 руб. 53 коп. не имеется, требование АО "КЭМЗ" признано обоснованным.

 Согласно части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

В пункте 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018) (утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04 июля 2018 года) указано, что в силу части 1 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на всей территории Российской Федерации вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда обладают свойством общеобязательности. Вступившим в законную силу судебным актом, содержащим выводы по существу дела, ликвидируется спор и отношениям участников этого спора придается правовая определенность

Согласно позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20. 11.2012 № 2013/12 по делу № А41 -11344/11,  признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Изложенное означает, что любой судебный акт, который имеет свойство преюдициальности, является обязательным до тех пор, пока он не будет отменен в установленном законом порядке и все установленные в нем факты до их опровержения принимаются судом по другому делу.

Кредитором АО "КЭМЗ" были заявлены требования в размере 27 453 руб. 47 коп. (основной долг, проценты за пользование чужими денежными средствами, расходы по оплате госпошлины), составляющее задолженность в силу заключенных между сторонами соглашений о возмещении материального ущерба, связанного с установлением брака после выполнения технологических операций, установленную решением Арбитражного суда Владимирской области от 19.10.2021 по делу № А11-12873/2020. Также требования в размере 33 323 руб. 60 коп. (неустойка, расходы по оплате госпошлины), составляющее задолженность по договору аренды от 16.02.2015 № 72/383, установленную решением Арбитражного суда Владимирской области от 19.07.2021 по делу № А11-12879/2020.

Согласно материалам дела какие-либо возражения от должника, а также иных лиц, участвующих в деле, в данной части требований не представлены. Поскольку заявленные требования основаны на вступивших в законную силу судебных актах, суд признает их обоснованными.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Представленные в материалы дела документы, в том числе решение Арбитражного суда Владимирской области об обоснованности требования АО "КЭМЗ" к ОАО "БМЗ" и наличии оснований для включения требования в сумме 1 053 640 руб. 97 коп. (основной долг) в третью очередь реестра требований кредиторов должника в силу статей 4, 71, 134, 137, Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 3 статьи 137 Закона о банкротстве требования кредиторов третьей очереди по возмещению убытков в форме упущенной выгоды, взысканию неустоек (штрафов, пеней) и иных финансовых санкций, в том числе за неисполнение или надлежащее исполнение обязанности по уплате обязательных платежей, учитываются отдельно в реестре требований кредиторов и подлежат удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов.

Требование в размере 31 994 руб. 81 коп. (неустойки, проценты за пользование чужими денежными средствами) учитывается отдельно в третьей очереди реестра требований кредиторов должника в силу пункта 3 статьи 137 Закона о банкротстве.

При этом требование кредитора в части включения в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 3 912 руб. (расходы по оплате госпошлины) удовлетворению не подлежит по следующим основаниям.

Согласно пункту 1 статьи 5 Закона о банкротстве под текущими платежами понимаются денежные обязательства и обязательные платежи, возникшие после даты принятия заявления о признании должника банкротом.

Требования кредиторов по текущим платежам не подлежат включению в реестр требований кредиторов (пункт 2 статьи 5 Закона о банкротстве).

Пунктом 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 "О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве" разъяснено, что обязанность по возмещению судебных расходов (расходов на оплату услуг представителя, государственной пошлины и т. д.), понесенных лицом, в пользу которого принят судебный акт, для целей квалификации в качестве текущего платежа считается возникшей с момента вступления в законную силу судебного акта о взыскании указанных расходов.

Из материалов дела усматривается, что спорная задолженность возникла на основании решений Арбитражного суда Владимирской области от 19.10.2021 по делу № А11-12873/2020 и от 19.07.2021 по делу № А11-12879/2020. Дело о банкротстве ОАО "БМЗ" возбуждено 07.05.2021.

Таким образом, обязанность по оплате расходов по государственной пошлине возникла у должника после возбуждения производства по делу о несостоятельности (банкротстве) должника, поэтому требование в размере 3 912 руб. является текущим.

Пунктом 39 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 "О некоторых вопросах практики применения Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что если при рассмотрении требования кредитора в рамках дела о банкротстве будет установлено, что оно относится к категории текущих, арбитражный суд в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выносит определение о прекращении производства по рассмотрению данного требования.

Указанные обстоятельства являются основанием для прекращения производства по требованию в части суммы 3 912 руб. (расходы по оплате госпошлины) на основании статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, суд заявленные требования удовлетворил частично.

Повторно оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, приведенные апеллянтами доводы, суд апелляционный инстанции оснований для отмены судебного акта не установил.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», течение срока исковой давности приостанавливается, если стороны прибегли к предусмотренному законом или договором досудебному порядку урегулирования спора, обращение к которому предусмотрено законом, в том числе к обязательному претензионному порядку. В этих случаях течение исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом или договором для проведения этой процедуры, а при отсутствии такого срока - на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры (п. 3 ст. 202 ГК РФ).

После соблюдения сторонами досудебного порядка урегулирования спора течение срока исковой давности продолжается (п. 4 ст. 202 ГК РФ). 

Пунктом 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» также разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Как следует из материалов дела, должником по требованиям о взыскании неосновательного обогащения завялено о пропуске срока исковой давности.

При этом, согласно пояснениям сторон при разрешении этого вопроса следует исходить из Акта сверки по договору № 36/15 от 18.03.2015 о наличии задолженности в пользу ОАО «КЭМЗ» в сумме  9 590 782, 84 руб. за период с 01.04.2018 по 30.04.2018 и Акт сверки по договору № 52/10 от 31.07.2014 за период с 01.04.2018 по 30.04.2018 в сумме 4 277 307, 82 руб.

       Из материалов дела следует, что иск подан 02.06.2021, что не оспаривается.

С учетом пункта 7.1 договора № 52/10 и пункта 71.  Договора № 36/15 о рассмотрении претензии в течении 15 рабочих дней, а также с учетом общего правила относительно соблюдения досудебного порядка (30 дней), срок исковой давности  пропущен, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении этих требований.

Доказательств, подтверждающих прерывание срока исковой давности? материалы дела  не содержат.

В силу изложенного апелляционная жалоба АО «КЭМЗ» подлежит отклонению.

Доводы ОАО «БМЗ» и кредитора относительно отсутствия оснований для включения в реестр требований кредитора   64 160, 18 руб. несостоятелен.

Из материалов дела следует, что между АО "КЭМЗ" (заказчик) и ОАО "БМЗ" (исполнитель) заключены соглашения № 52/1, № 52/6 и № 52/7 о возмещении материального ущерба, связанного с выполнением брака после выполнения технологических операций сторонней организацией. В соответствии с пунктом 3 названных соглашений исполнитель обязуется возместить заказчику материальный ущерб, причиненный исполнителем в связи с оказанием услуг по выполнению технологических операций, а именно 5 470 руб. 40 коп. по соглашению № 52/1; 52 275 руб. 80 коп. по соглашению № 52/6; 6 413 руб. 98 коп. по соглашению № 52/7, а всего 64 160 руб. 18 коп. Заказчик устанавливает исполнителю срок выплаты возмещения не позднее 10 дней со дня вступления соглашения в силу (пункт 4).

Доказательств признания данных соглашений недействительными не имеется, также как и оснований для вывода о ничтожности этих соглашений.

Судебный акт в остальной части сторонами не обжалуется и в силу части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом апелляционной инстанции не проверяется.

           При таких обстоятельствах оснований для отмены судебного акта по доводам апелляционных жалоб не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Владимирской области от 12.10.2023 по делу № А11-5140/2021 оставить без изменения, апелляционные жалобы открытого акционерного общества "Балакиревский механический завод" и акционерного общества "Ковровский электромеханический завод" – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в месячный срок со дня его принятия.

 

Председательствующий судья 

    Т.И. Тарасова

 

Судьи

             Н.А. Насонова

           

 

             М.В. Семенова