ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-97734/20

27 июля 2021 года

город Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 20 июля 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 27 июля 2021 года.

 

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего-судьи Кузнецова В.В.,

судей: Ананьиной Е.А., Гречишкина А.А.,

при участии в заседании:

от заявителя: ФИО1, доверенность от 31.01.2021;

от заинтересованного лица: ФИО2, доверенность от 13.05.2021;

рассмотрев 20 июля 2021 года в судебном заседании кассационную жалобу

заинтересованного лица - Центральной акцизной таможни с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания)

на постановление от 17 марта 2021 года 

Девятого арбитражного апелляционного суда

по делу № А40-97734/20

по заявлению ООО «РАД»

об оспаривании решений

к Центральной акцизной таможне,

УСТАНОВИЛ:

ООО «РАД» (далее - общество) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением к Центральной акцизной таможне (далее - таможня, таможенный орган) о признании незаконными решений Акцизного специализированного таможенного поста (центр электронного декларирования) Центральной акцизной таможни от 12.03.2020 о внесении изменений в сведения, заявленные в декларации на товары (далее - ДТ) № 10009100/051219/0055547; Акцизного специализированного таможенного поста (центр электронного декларирования) Центральной акцизной таможни от 13.03.2020 о внесении изменений в сведения, заявленные в ДТ № 10009100/051219/0055474; Алабинского таможенного поста Центральной акцизной таможни от 13.03.2020 о внесении изменений в сведения, заявленные в ДТ № 10009020/161219/0014328; Акцизного специализированного таможенного поста (центр электронного декларирования) Центральной акцизной таможни от 13.03.2020 о внесении изменений в сведения, заявленные в ДТ № 10009100/271219/0062622; Смоленского акцизного поста Центральной акцизной таможни от 16.03.2020 о внесении изменений в сведения, заявленные в ДТ № 10009230/111219/0009748; Смоленского акцизного поста Центральной акцизной таможни от 16.03.2020 о внесении изменений в сведения, заявленные в ДТ № 10009230/121219/0009758; Алабинского таможенного поста Центральной акцизной таможни от 07.04.2020 о внесении изменений в сведения, заявленные в ДТ № 10009020/130120/0000035; Алабинского таможенного поста Центральной акцизной таможни от 23.04.2020 о внесении изменений в сведения, заявленные в ДТ № 10009020/230120/0000261; о возложении на Центральную акцизную таможню обязанности устранить допущенные нарушения прав и законных интересов ООО «РАД» путем принятия заявленной таможенной стоимости товаров по ДТ №№ 10009100/051219/0055547, 10009100/051219/0055474, 10009230/111219/0009748, 10009230/121219/0009758, 10009020/161219/0014328, 10009100/271219/0062622, 10009020/130120/0000035, 10009020/230120/0000261 по методу по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 09.10.2020 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 17 марта 2021 года решение суда первой инстанции отменено, заявленные требования удовлетворены.

Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, Центральная акцизная таможня обратилась с кассационной жалобой, в которой просит постановление отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Заявитель жалобы считает судебный акт незаконным и необоснованным, как принятый с неправильным применением норм материального и процессуального права.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель заинтересованного лица поддержал доводы кассационной жалобы.

Представитель заявителя возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав лиц, участвовавших в судебном заседании, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, кассационная инстанция не находит оснований для изменения или отмены обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

Как следует из материалов дела и установлено судом апелляционной инстанции, во исполнение внешнеторгового контракта от 08.04.2016 № 058, заключенного между «Fratelli Martini Secondo Luigi Spa» (Италия) - продавец и обществом - покупатель, обществом на таможенную территорию Таможенного союза по ДТ №№ 10009100/051219/0055547, 10009100/051219/0055474, 10009230/111219/0009748, 10009230/121219/0009758, 10009020/161219/0014328, 10009100/271219/0062622, 10009020/130120/0000035, 10009020/230120/0000261 ввезен товар: «вино виноградное натуральное игристое жемчужное с защищенным географическим указанием, регион Эмилия-Романья, полусладкое белое «САНТ ОРСОЛА ЛАМБРУСКО ЭМИЛИЯ» (далее - вино Ламбруско белое) и «вино виноградное натуральное игристое жемчужное с защищенным географическим указанием, регион Эмилия-Романья, полусладкое красное «САНТ ОРСОЛА ЛАМБРУСКО ЭМИЛИЯ» (далее - вино Ламбруско красное). Условия поставки EXW COSSANO BELBO (CN).

Таможенная стоимость определена обществом путем применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами (первый метод). За основу определения таможенной стоимости взята цена товара (0,85 евро/бут.), указанная в дополнительном соглашении к контракту от 06.05.2019 № 17, приложениях №№ 454 ord. RD229 31.07.2019, 464 ord. RD239 31.07.2019, 465 ord. RD240 31.07.2019, 466 ord. RD241 31.07.2019, 469 ord. RD247 13.08.2019, 474 ord. RD252 13.08.2019, 475 ord. RD253 13.08.2019, 476 ord. RD254 13.08.2019, инвойсах от 18.11.2019 № 14740/2, от 20.11.2019 № 14894/2, от 20.11.2019 № 14909/2, от 21.11.2019 № 14958/2, от 27.11.2019 № 15222/2, от 11.12.2019 № 15941/2, от 02.12.2019 № 15514/2, от 08.01.2020 № 102/2, а также прайс-листе продавца, заверенном Торгово-промышленной палатой региона Реджо-Эмилия (Италия) 10.05.2019.

В подтверждение заявленных сведений о таможенной стоимости общество представило в таможенный орган следующие документы: контракт от 08.04.2016 № 058, дополнительное соглашение к контракту от 06.05.2019 № 17, прайс-лист продавца, заверенный Торгово-промышленной палатой региона Реджо-Эмилия (Италия) 10.05.2019, подтверждения продавцом заказов №№ RD229, RD239, RD240, RD241, RD247, RD252, RD253, RD254 на поставку товаров - (order confirmation), приложения к контракту №№ 454 ord. RD229 31.07.2019, 464 ord. RD239 31.07.2019, 465 ord. RD240 31.07.2019, 466 ord. RD241 31.07.2019, 469 ord. RD247 13.08.2019, 474 ord. RD252 13.08.2019, 475 ord. RD253 13.08.2019, 476 ord. RD254 13.08.2019, инвойсы от 18.11.2019 № 14740/2, от 20.11.2019 № 14894/2, от 20.11.2019 № 14909/2, от 21.11.2019 № 14958/2, от 27.11.2019 № 15222/2, от 11.12.2019 № 15941/2, от 02.12.2019 № 15514/2, от 08.01.2020 № 102/2, заявления на перевод от 25.10.2019 № 402, от 28.10.2019 № 403, от 29.10.2019 № 406 денежных средств в адрес продавца в оплату поставленных товаров, договоры транспортной экспедиции и на складское обслуживание с компаниями ЗАО «Гиртека Логистике» от 23.05.2014 № GLS-2014-1421, SIA Bilatris от 13.07.2017 № 729 и от 15.08.2017 № 729W, TELS Polska Sp. Z.o.o. от 25.06.2018 № PLC101 и UAB «KRAFTTRANS Vernalis» от 09.08.2019 № 143, заявки на транспортировку партий товаров по заказам №№ RD229, RD239, RD240, RD241, RD247, RD252, RD253, RD254, счета транспортно-экспедиторских компаний на оплату услуг по транспортировке и складскому обслуживанию, CMR-накладные; экспортные декларации страны вывоза, письмо продавца-производителя от 07.06.2019 о динамике изменения (снижении) цен на вина Ламбруско урожая 2018 года с приложением данных Торгово-промышленной палаты региона Реджо-Эмилия (Италия) с переводом, письмо продавца-производителя от 10.07.2019 с приложением калькуляции стоимости вин Ламбруско с переводом.

05.12.2019 должностные лица Акцизного специализированного таможенного поста (центр электронного декларирования) таможни в ходе проверки ДТ № 10009100/051219/0055547 и № 10009100/051219/0055474, 12.12.2019 должностные лица Смоленского акцизного поста таможни в ходе проверки ДТ № 10009230/111219/0009748 и № 10009230/121219/0009758, 17.12.2019 должностные лица Алабинского таможенного поста таможни в ходе проверки ДТ № 10009020/161219/0014328, 27.12.2019 должностные лица Акцизного специализированного таможенного поста (центр электронного декларирования) таможни в ходе проверки ДТ № 10009100/271219/0062622, 14.01.2020 и 23.01.2020 должностные лица Алабинского таможенного поста таможни в ходе проверки ДТ № 10009020/130120/0000035 и № 10009020/230120/0000261 выявили следующее, что вызвало у них сомнение в достоверности таможенной стоимости:

- расхождение между заявленной величиной таможенной стоимости и ценовой информацией, имеющейся в распоряжении таможенного органа (снижение цены товаров по рассматриваемым поставкам по сравнению с ценой ранее ввезенных товаров в рамках того же контракта);

- инвойсы, представленные в формализованном виде, не содержат условий и сроков оплаты;

- представленный прайс-лист продавца является адресным;

- заявление на перевод невозможно однозначно идентифицировать с рассматриваемой товарной поставкой;

- счета-фактуры на транспортные расходы транспортно-экспедиционных компаний не содержат сведений о величине стоимости погрузки товаров на транспортное средство в стране экспорта, тогда как расходы на погрузку должен нести покупатель в соответствии правилами Инкотермс для условий поставки EXW;

- в CMR-накладных указаны сведения об ином дополнительном инвойсе, не представленном при декларировании;

- заявки на транспортировку не содержат всех сведений, которые должны быть в ней указаны согласно договору транспортной экспедиции.

Совокупность выявленных обстоятельств таможенный орган расценил как недостаточность документального подтверждения заявленных сведений о таможенной стоимости, а также как признаки возможного недостоверного определения таможенной стоимости.

В этой связи таможенный орган направил обществу запросы документов и (или) сведений от 05.12.2019, от 12.12.2019, от 17.12.2019, от 27.12.2019, от 14.01.2020 и от 23.01.2020 с просьбой представить дополнительные документы и/или пояснения.

Товар выпущен с предоставлением обеспечения уплаты таможенных платежей.

Общество во исполнение указанных запросов таможенного органа представило в таможенный орган запрошенную информацию и документы.

По результатам проведенной проверки сведений о таможенной стоимости таможенный орган не усмотрел правомерность применения обществом первого метода таможенной оценки, поскольку, по его мнению, представленные обществом сведения по обстоятельствам сделки с товарами, по цене сделки, по дополнительным расходам не являются достоверными и документально подтвержденными, содержат неустранимые противоречия, и при этом имеется ограничение прав покупателя по распоряжению товарами, что противоречит пункту 10 статьи 38, подпункту 1 пункта 1 статьи 39, пункту 3 статьи 40 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС) и не позволяет применить метод по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1).

В связи с изложенным таможенным органом приняты решения от 12.03.2020 о внесении изменений в сведения, заявленные в ДТ № 10009100/051219/0055547, от 13.03.2020 - в ДТ № 10009100/051219/0055474, № 10009020/161219/0014328, № 10009100/271219/0062622, от 16.03.2020 - в ДТ № 10009230/111219/0009748, № 10009230/121219/0009758, от 07.04.2020 - в ДТ № 10009020/130120/0000035, от 23.04.2020 - в ДТ № 10009020/230120/0000261.

Общество, посчитав указанные решения таможни незаконными и нарушающими его права и законные интересы, обратилось в Арбитражный суд города Москвы с соответствующим заявлением.

В соответствии с частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно части 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, согласно части 1 статьи 198, части 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, основанием для признания недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц является наличие одновременно двух условий: их несоответствие закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов лица, обратившегося в суд с соответствующим требованием, в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Таким образом, обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного акта закону или иному нормативному правовому акту на основании части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации возложена на орган или лицо, принявшее данный акт.

Отказывая обществу в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что у таможенного органа имелись основания для вывода о том, что сведения о таможенной стоимости товаров, заявленные декларантом, являются не подтвержденными документально, что противоречит требованиям пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС, декларантом не выполнены требования, предусмотренные пунктом 10 статьи 38 ТК ЕАЭС, подпунктом 1 пункта 1 статьи 39 ТК ЕАЭС, пунктом 3 статьи 40 ТК ЕАЭС, подпунктом 4 пункта 1 статьи 40, подпунктом 5 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, что не позволяет применить метод по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1) при определении таможенной стоимости товаров по рассматриваемым ДТ. В качестве основы для расчета таможенной стоимости рассматриваемых товаров использована таможенная стоимость однородного товара, задекларированного по ДТ № 10009020/310119/0001812 (товар № 1, № 2).

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции обоснованно заключил, что суд первой инстанции в настоящем случае не в полной мере определил обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

Повторно рассмотрев дело, исследовав представленные в материалы дела документы в их совокупности, с учетом положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о правомерности заявления обществом метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, руководствуясь следующим.

Согласно пункту 10 статьи 38 ТК ЕАЭС, таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

В силу пункта 1 статьи 313 ТК ЕАЭС, при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

При проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза (пункт 2 статьи 313 ТК ЕАЭС).

Если подача таможенной декларации не сопровождалась представлением документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, таможенный орган вправе в отношении проверяемых сведений запросить у декларанта документы, сведения о которых указаны в таможенной декларации (пункт 1 статьи 325 ТК ЕАЭС).

Таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, в следующих случаях: 1) документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения; 2) таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений настоящего Кодекса и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств - членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах (пункт 4 статьи 325 ТК ЕАЭС). Если представленные документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенный орган вправе запросить дополнительные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах (пункт 15 статьи 325 ТК ЕАЭС).

При завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с настоящей статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений настоящего Кодекса, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств - членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 ТК ЕАЭС (пункт 17 статьи 325 ТК ЕАЭС).

Пунктом 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.05.2016 № 18 «О некоторых вопросах применения судами таможенного законодательства» разъяснено, что признаки недостоверности сведений о стоимости сделки могут проявляться, в частности, в ее значительном отличии от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, по сделкам с идентичными или однородными товарами, ввезенными при сопоставимых, условиях.

Как следует из материалов дела и установлено апелляционным судом, в рамках контракта осуществлялась поставка товаров на условиях EXW - КОССАНО БЕЛБО.

В ходе проверки документов и сведений таможенным органом установлено, что в представленном транспортном счете отсутствует информация о транспортном маршруте, что не позволяет сопоставить включенные расходы в структуру таможенной стоимости; доставка осуществлялась по одному заказу, а в заявке на транспорт указаны еще три заказа, что не дает возможности идентифицировать сумму транспортных расходов; отсутствует прайс-лист к данному заказу. Отличие заявленной таможенной стоимости товаров от имеющейся в таможенном органе информации, а также более низкие цены декларируемых товаров по сравнению с ценой на однородные товары при сопоставимых условиях их ввоза, являются одним из признаков недостоверности заявленных сведений о таможенной стоимости товаров. Какие-либо аналитические материалы относительно ценообразования данной категории товаров на мировом рынке декларантом в таможенные органы не предоставлены. Таможня указала, что вышеизложенное может свидетельствовать о том, что стоимость сделки по рассматриваемой товарной поставке сформирована без учета сложившихся мировых цен на данные товары, под влиянием каких-либо условий, которые не могут быть количественно определены.

У общества запрошены документы и сведения, необходимые для подтверждения правильности определения таможенной стоимости, заявленной в вышеуказанной ДТ:

1. Письменные пояснения и соответствующие документы относительно вопросов и замечаний, относительно заявленных сведений в части таможенной стоимости товара, задекларированного по указанной ДТ.

2. Документы и сведения, разъясняющие основания снижения цены продавцом на конкретную партию товара.

3. Калькуляция себестоимости товара от производителя до снижения цены и после с указанием затрат и расходов на изготовление товара на условиях EXW с документальным подтверждением стоимости закупки вина, бутылок, пробок, этикеток, оклейки акцизными и другими марками.

4. Документы, подтверждающие стоимость транспортировки товаров (акт оказания услуг, банковские платежные документы).

5. Бухгалтерские документы по принятию товаров к учету по рассматриваемой поставке, в зависимости от учетной политики декларанта, и ранее ввезенных идентичных или однородных товаров.

6. Иные документы, которые могут быть использованы в качестве дополнительных сведений для подтверждения заявленной таможенной стоимости в отношении рассматриваемых товаров и имеющиеся в распоряжении декларанта.

7. Оферты, заказы или прайс-листы продавцов идентичных/однородных товаров, либо копии независимых публичных источников информации, содержащих сведения о ценах, по которым идентичные, однородные или товары того же класса и вида, что и оцениваемые, продаются или предлагаются для продажи на мировом рынке в тот же или соответствующий период времени, что и оцениваемые товары, подробное описание каждого товара и четкое определение структуры цены. Пояснения касательно конъюнктуры рынка данной категории товаров на территории Италии, сложившейся в 2018-2019 годах, а также об основных производителях вина, объемах производства и рейтинге производителей

Апелляционным судом установлено, что общество при таможенном декларировании, а также в ответ на решение о проведении дополнительной проверки, с учетом запроса, в целях подтверждения правильности определения таможенной стоимости товаров по спорным ДТ представило истребованный пакет документов, какие-либо несоответствия сведений, влияющие на таможенную стоимость товаров в документах, представленных декларантом, отсутствуют.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 8 и 9 постановления от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее - Постановление № 49) разъяснил, что при оценке соблюдения декларантом требований пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС следует исходить из презумпции достоверности информации (документов, сведений), представленной декларантом в ходе таможенного контроля, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе (часть 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и часть 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации). При этом выявление отдельных недостатков в оформлении представленных декларантом документов, само по себе не может являться основанием для вывода о несоблюдении требований пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС.

Также в пункте 9 Постановления № 49 разъяснено, в каких случаях таможенная стоимость не может считаться количественно определяемой и документально подтвержденной. А именно, если декларант не представил доказательства совершения сделки, на основании которой приобретен товар, в любой не противоречащей закону форме, или содержащаяся в представленных им документах ценовая информация не соотносится с количественными характеристиками товара, или отсутствует информация об условиях поставки и оплаты товара.

Апелляционный суд установил, что все указанные условия обществом соблюдены.

Как следует из материалов дела и установлено апелляционным судом, контракт на поставку товаров от 08.04.2016 № 058 является долгосрочным «рамочным» внешнеторговым договором, поэтому в тексте самого контракта не устанавливается конкретное количество, наименование и цена товара, а лишь закрепляется механизм согласования данных характеристик при заказе и поставке конкретной партии.

Пунктами 1.4, 2.2 контракта установлено, что поставка товара осуществляется партиями. Конкретный ассортимент, цены, количество, сроки поставки, условия и сроки оплаты каждой партии согласовываются покупателем и поставщиком путем подписания спецификаций, которые оформляются в качестве приложений к настоящему контракту.

Пунктом 1.7 контракта предусмотрено, что поставщик должен выставлять инвойс на каждую партию продукции, в котором указываются ассортимент, количество и цена на каждую партию.

Данный порядок заключения договора поставки полностью соответствует требованиям пункта 2 статьи 432, пунктов 2 и 3 статьи 434, пункта 3 статьи 438, пункта 3 статьи 455 и пункта 1 статьи 465 Гражданского кодекса Российской Федерации и Конвенции Организации Объединенных Наций о договорах международной купли-продажи товаров (заключена в г. Вене, 11.04.1980).

Так, обществом при декларировании представлены следующие приложения к контракту: №№ 454 ord. RD229 31.07.2019, 464 ord. RD239 31.07.2019, 465 ord. RD240 31.07.2019, 466 ord. RD241 31.07.2019, 469 ord. RD247 13.08.2019, 474 ord. RD252 13.08.2019, 475 ord. RD253 13.08.2019, 476 ord. RD254 13.08.2019 (к каждой ДТ соответствующее приложение).

Цена за единицу товара и общая стоимость партии товара, наименование и количество товара, а также условия и сроки оплаты и поставки, указанные в инвойсах от 18.11.2019 № 14740/2, от 20.11.2019 № 14894/2, от 20.11.2019 № 14909/2, от 21.11.2019 № 14958/2, от 27.11.2019 № 15222/2, от 11.12.2019 № 15941/2, от 02.12.2019 № 15514/2, от 08.01.2020 № 102/2 на поставку спорного товара, полностью соответствует аналогичной информации, содержащейся в указанных выше приложениях к контракту.

Таким образом, апелляционный суд установил, что обществом представлены достаточные доказательства заключения сделки в непротиворечащей закону форме.

Апелляционный суд указал, что ценовая информация, содержащаяся в представленных документах, соотносится с количественными характеристиками спорного товара. Представленные в таможенный орган документы содержат информацию об условиях поставки и оплаты товара. Вопреки утверждениям таможенного органа, документы не имеют противоречий и взаимосвязаны между собой.

Также апелляционный суд установил, что дополнительно, в подтверждение действительности цены товара, обществом представлены при декларировании и в ходе проверки платежные документы по контракту, а именно: заявления на перевод от 25.10.2019 № 402, от 28.10.2019 № 403, от 29.10.2019 № 406, расшифровки назначения платежа, указанного в заявлениях на перевод и свифты к ним.

Апелляционный суд указал, что вопреки утверждениям таможенного органа, данные платежные документы возможно однозначно идентифицировать с рассматриваемыми поставками товаров, поскольку сумма оплаты, указанная в свифтах, содержащих ссылку на номер контракта, полностью корреспондируется с суммой, указанной в заявлениях на перевод, равно как в указанных документах корреспондируются между собой и со сведениями, указанными в контракте, наименование получателя платежа, его номер счета и SWIFT-код банка получателя. При этом в заявлениях на перевод содержится информация о том, в оплату каких конкретно заказов (ордеров) перечисляются денежные средства.

Кроме того, суд апелляционной инстанции обоснованно отметил, что подтверждения всех заказов (order confirmation), указанных в заявлениях на перевод, на момент проведения проверки таможенным органом, а также на момент вынесения оспариваемых решений имелись в распоряжении таможенного органа, поскольку представлены ему при декларировании товаров по ранее или одновременно поданным ДТ с ДТ, являющимися предметом настоящего спора, и по которым таможенным органом также проводилась проверка, а также в ходе проведения проверок, являющихся предметом настоящего спора.

Таким образом, как правомерно отметил апелляционный суд, в силу пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС таможенный орган обязан был их учитывать при вынесении оспариваемых решений.

Кроме того, апелляционный суд указал, что в подтверждение действительности цены товара обществом представлены при декларировании и в ходе проверки экспортные декларации и их перевод.

Экспортная декларация является одним из основополагающих документов для подтверждения цены сделки непосредственно в стране экспорта, то есть стоимости, по которой он экспортирован (вывезен из страны экспорта), а также заявленных условий сделки.

Сведения в экспортной декларации о цене сделки, количестве и наименовании товара, условиях поставки, полностью корреспондируются со сведениями, указанными контракте, приложениях к нему, инвойсах, платежных документах.

Таким образом, апелляционный суд обоснованно заключил, что обществом представлен достаточный пакет документов в подтверждение достоверности сведений о действительной цене товара, положенной в основу определения таможенной стоимости.

Также апелляционный суд установил, что поскольку обществом ввозился товар по цене ниже, по сравнению с ценой ранее ввезенных товаров в рамках того же контракта, обществом при декларировании представлены документы, подтверждающие и объясняющие снижение цены, а именно:

- дополнительное соглашение № 17 к контракту от 06.05.2019, в котором зафиксирована новая сниженная цена единицы товара - 0,85 евро/бут.;

- письмо продавца-производителя от 07.06.2019 о динамике изменения (снижении) цен на вина Ламбруско урожая 2018 года с приложением данных Торгово-промышленной палаты региона Реджо-Эмилия (Италия) с переводом;

- письмо продавца-производителя от 10.07.2019 с приложением калькуляции цены вин Ламбруско с переводом.

Из указанных документов следует, что снижение производителем цены на вина Ламбруско обусловлены высоким урожаем винограда в 2018 году и как следствие снижением стоимости конечного продукта (вина игристого), производимого из него. При этом апелляционный суд указал, что, как отмечает производитель, ссылаясь на данные опроса Торгово-промышленной палаты региона Реджо-Эмилии, данный ценовой тренд на снижение характерен для всех производителей вин Италии соответствующего региона.

Суд апелляционной инстанции отметил, что таможенный орган критически отнесся к данному пояснению продавца-производителя и представленным в его подтверждение документам, указав на то, что, представленный документ от Торгово-промышленной палаты никем не заверен, а дополнительные аналитические материалы (в том числе из сети интернет) отсутствуют. При этом калькуляция, представленная производителем, является не подробной.

Однако, как обоснованно заключил апелляционный суд, делая подобный вывод, таможенный орган не учел следующего.

Верховный Суд Российской Федерации в пункте 12 Постановления № 49 разъяснил, что предъявляемые к декларанту требования по подтверждению таможенной стоимости должны быть совместимы с коммерческой практикой, а документы - доступными для получения в условиях внешнеторгового оборота.

Также в пунктах 8 и 11 Постановлении № 49 указано на то, что следует исходить из презумпции достоверности информации (документов, сведений), представленной декларантом, и принимать решение о ее недостоверности только на основании иных собранных таможенным органом документов и полученных сведений (например, сведений, полученных от лиц, имеющих отношение к производству, перемещению и реализации ввозимых (идентичных, однородных) товаров, контрагентов декларанта, иных государственных органов, таможенных органов иностранных государств, транспортных и страховых компаний и тому подобное).

Апелляционный суд указал, что таможенным органом не представлено доказательств, опровергающих высокий уровень урожая винограда в Италии в 2018 году, и ставящих под сомнение легальность документа от Торгово-промышленной палаты, предоставленного продавцом-производителем.

Относительно калькуляции апелляционный суд обоснованно отметил, что указанная информация по своей сути является конфиденциальной и не принадлежащей обществу, согласно условиям контракта продавец не обязан предоставлять обществу не то что подробную, а вообще хоть какую-либо калькуляцию. В ответ на просьбу общества продавец не пожелал раскрыть калькуляцию в более подробном виде.

На основании изложенного апелляционный суд заключил, что подробная калькуляция является документом, не совместимым с коммерческой практикой, и не доступным для получения декларантом в условиях внешнеторгового оборота.

Таким образом, апелляционный суд пришел к обоснованному выводу о том, что обществом представлен достаточный пакет документов в подтверждение объективного снижения цены. При этом таможенным органом апелляционному суду не представлено опровергающих документов и сведений. Таким образом, апелляционный суд обоснованно отметил, что вывод таможенного органа о том, что сведения по обстоятельствам сделки и по цене сделки не являются достоверными и документально подтвержденными, основан исключительно на предположениях таможенного органа, а не на доказательствах, что недопустимо.

Как следует из оспариваемых решений и установлено апелляционным судом, таможенный орган пришел к выводу о том, что представленные обществом в подтверждение заявленной стоимости документы и сведения относительно расходов на таможенные формальности и погрузку товара на транспортное средство в стране экспорта за счет продавца носят неподтвержденный и противоречивый характер и свидетельствуют о факте наличия дополнительных выплат обществом поставщику сверх оплаченной стоимости товара.

Однако данный довод таможенного органа обоснованно отклонен судом апелляционной инстанции, поскольку опровергается материалами дела.

Апелляционный суд установил, что в пунктах 1.2 и 12.5 контракта стороны согласовали, что экспортные декларации открываются агентством, уполномоченным поставщиком, поставщик несет ответственность за правильность проведения экспортного оформления.

Дополнительно обществом в подтверждение того, что указанные выше расходы осуществлены продавцом, представлено письмо продавца от 29.08.2019 № 1 (ответ на запрос общества от 10.07.2019 № 7), согласно которому продавец подтвердил, что таможенные формальности, а также погрузка товаров происходит за счет сил и средств поставщика. При этом продавец представил документы о взаимоотношениях с компанией Global Sped Sri, подтверждающие его расходы на таможенные формальности, но не представил подтверждающие документы по расходам на погрузку, которые по своей сути являются конфиденциальными и не обязательными к раскрытию перед покупателем в силу отсутствия такого обязательства по контракту.

Таможенный орган критически отнесся к данному пояснению продавца-производителя и представленным в его подтверждение документам, указав на то, что это противоречит условиям поставки EXW согласно Инкотермс. Тогда как Инкотермс - это всего лишь рекомендуемые обычаи торгового оборота, от которых стороны вправе отступать по своему усмотрению и договоренностям.

Вместе с тем, как указано апелляционным судом, исходя из принципа презумпции достоверности информации (документов, сведений), представленной декларантом, она не может быть признана недостоверной по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ней в условиях, когда доказательств, опровергающих ее, таможенным органом не добыто.

При этом суд апелляционной инстанции установил, что 16.12.2019 общество и поставщик с целью подтверждения сложившихся действительных взаимоотношений сторон касательно погрузки подписали дополнительное соглашение № 19 к контракту, дополняющее пункт 1.2 контракта оговоркой о том, что погрузка товара в транспортное средство осуществляется и оплачивается поставщиком, распространив его действие на отношения, возникшие с момента подписания контракта, что согласуется с пунктом 2 статьи 425 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Указанное дополнительное соглашение представлено обществом таможенному органу в ходе проверки по указанным выше ДТ, однако им проигнорировано.

Апелляционный суд указал, что предположение таможенного органа о том, что общество возможно дополнительно возмещает поставщику понесенные им расходы на таможенное оформление и погрузку товара, является необоснованным.

Также суд апелляционной инстанции обоснованно отметил, что таможенный орган пришел к выводу о том, что отсутствие в калькуляции поставщика его нематериальных расходов (на экспортное оформление и погрузку) свидетельствует о возможном дополнительном возмещении обществом поставщику указанных расходов, однако данный факт не может свидетельствовать о возможном дополнительном возмещении указанных расходов в силу того, что калькуляция не является подробной, о чем указывает сам поставщик и с чем соглашается таможенный орган в спорных решениях, отмечая неподробный характер калькуляции.

Вместе с тем, как указал суд апелляционной инстанции, согласно пояснениям поставщика, изложенным в письме от 29.08.2019 № 1, цена, указанная в калькуляции, является окончательной и включает все возможные расходы для экспорта продукции.

Однако апелляционный суд установил, что таможенным органом указанные пояснения поставщика не приняты во внимание, так как, по мнению таможенного органа, они опровергаются тем, что инвойсы содержат сведения о сторнированных счетах (инвойсах), а номера инвойсов, указанные в CMR, по которым товар следовал со склада поставщика до транзитного склада в Прибалтике или Республике Беларусь, отличны от номеров инвойсов, по которым товар следовал по территории Евразийского экономического союза, а именно: не содержат в номере «/2», что, по мнению таможенного органа, дает основания предполагать существование дополнительных инвойсов, которые сокрыты обществом от таможенного органа, и по которым обществом возможно производились дополнительные выплаты поставщику или третьим лицам.

Вместе с тем, как обоснованно заключил апелляционный суд, наличие в инвойсах ссылок на сторнированные авансовые счета не свидетельствует о каких-либо дополнительных выплатах обществом поставщику по данным сторнированным счетам.

Сторнирование - это общепринятый международный бухгалтерский термин, означающий такую обратную операцию, которая предпринимается с целью исправления ошибки в сделанной записи бухгалтерского учета/отмены ранее сделанной записи.

Таким образом, апелляционный суд обоснованно заключил, что сведения в инвойсах о сторнировании поставщиком авансовых счетов «storno fattura di acconto №...» подтверждают лишь то, что поставщик отменил ранее выставленный счет в полном объеме, выставив взамен инвойс.

При этом судом апелляционной инстанции установлено, что упомянутые в инвойсах сторнированные счета согласно их датам выставлялись поставщиком после фактической оплаты товара обществом, производимой на основании подтвержденных заказов (проформ), а потом поставщиком самим же и отменялись, так и не будучи направленными в адрес общества, и заменялись инвойсами, выставляемыми поставщиком в момент отгрузки. При этом информация о цене и количестве товара в подтвержденных заказах (проформах и приложениях к контракту), полностью корреспондируется с аналогичной информацией в инвойсах, оформляемых в момент отгрузки.

Апелляционный суд заключил, что одновременно и отличие номера инвойса, указанного в CMR, по которой товар следовал от склада поставщика до транзитного склада в Прибалтике (не содержит «/2»), от номера инвойса, представленного при декларировании в Российскую Федерацию, не может свидетельствовать о существовании некоего дополнительного инвойса с номером без «/2», якобы сокрытого обществом от таможенного органа, а свидетельствует лишь о неполном указании номера инвойса в CMR, то есть без «/2». Изложенное подтверждается тем, что в экспортной декларации в 32 графе в качестве сопроводительных документов номер инвойса указан полностью, включая «/2».

Также апелляционный суд указал, что отсутствие каких-либо дополнительных выплат в адрес поставщика сверх цены, указанной в подтверждениях заказов, приложениях к контракту и инвойсах, подтверждается ведомостью банковского контроля и экспортной декларацией.

Таким образом, апелляционный суд пришел к обоснованному выводу о том, что представленные обществом документы о расходах за счет продавца на таможенные формальности и погрузку товара в стране экспорта отвечают требованиям достаточности и достоверности, а предположение таможенного органа об их якобы противоречивом характере, и возможном невключении указанных расходов в таможенную стоимость является документально не подтвержденным и основанном лишь на предположениях, базирующихся на выявленных недостатках отдельных документов, что не может являться основанием для принятия решения о внесении изменений в сведения, заявленные в ДТ, в силу пунктов 8, 9 и 11 Постановления № 49.

Как следует из оспариваемых решений и установлено апелляционным судом, таможенный орган пришел к выводу о том, что представленные обществом в подтверждение заявленной стоимости документы и сведения касательно транспортных и складских расходов носят неподтвержденный и противоречивый характер и указывают на невключение в таможенную стоимость указанных расходов в полном объеме.

Вместе с тем данный довод таможенного органа обоснованно отклонен апелляционным судом, поскольку опровергается материалами дела.

Апелляционный суд указал, что в подтверждение действительной величины понесенных транспортных и сопутствующих складских расходов обществом таможенному органу при декларировании и в ходе проверки представлены договоры на транспортно-экспедиционное обслуживание, CMR-накладные, заявки на транспортировку, счета и акты выполненных работ транспортно-экспедиционных компаний, а также документы по оплате и ведомости банковского контроля по договорам на транспортно-экспедиционное обслуживание.

Вопреки утверждениям таможенного органа, как обоснованно заключил апелляционный суд, все перечисленные документы взаимосвязаны между собой по номеру заказа (ордера) товара у поставщика, дате и периоде транспортировки и оказания складских услуг, номеру транспортного средства, стоимости услуг, и в своей совокупности и системной оценке являются достаточными для подтверждения величины транспортных и складских расходов.

Также апелляционный суд отметил, что в дополнение к указанным документам обществом представлены также пояснения транспортно-экспедиционных компаний о маршруте перевозки, месте оказания складских услуг, и том, как формируется стоимость услуг на примере конкретных заявок с указанием, что аналогичный подход применяется ко всем перевозкам (письмо SIA Bilatris от 12.11.2019 № 789/19, письмо ЗАО «Гиртека Логистике» от 16.08.2019 № 62, письма ЗАО TELS Polska от 17.10.2019, от 13.11.2019 и от 27.02.2020). Однако таможенный орган относится к представленным документам и пояснениям критически, апеллируя к несущественным недостаткам отдельных документов.

Так, судом апелляционной инстанции установлено, что в решении от 12.03.2020 о внесении изменений в ДТ № 10009100/051219/0055547 таможенный орган в качестве доказательства недостаточного, по его мнению, документального подтверждения величины транспортных расходов указывает на несовпадение номеров транспортных средств в экспортных декларациях с номерами транспортных средств, указанными в счетах экспедитора на оплату за транспортировку и актах выполненных работ. Однако при этом таможенный орган игнорирует тот факт, что все документы (заявка не перевозку, экспортная накладная, CMR-накладные, счета экспедитора на оплату и акты выполненных работ) взаимосвязаны между собой по номеру заказа (ордера) товара у поставщика, дате и периоде транспортировки, стоимости услуг. Таким образом, очевидно, что в данном случае экспедитором допущена опечатка в номере транспортного средства при выставлении счета. Соответственно, одного несовпадения номеров транспортных средств, в условиях взаимосвязанности документов по иным параметрам, недостаточно, для утверждения о «порочности» представленных в подтверждение транспортных расходов документов. Или таможенный орган считает представленные документы недостаточными, поскольку не принимает в качестве доказательства документы по оплате за транспортировку и складские услуги, ссылаясь на отсутствие оплаты неустойки в связи нарушением сроков оплаты счетов, но, не принимая во внимание тот факт, что требование оплаты неустойки является правом, но не обязанностью транспортно-экспедиционных компаний. Общество без предъявления соответствующих претензионных требований со стороны своих контрагентов не обязано производить оплату штрафных санкций. И также не принимая во внимание, что сумма оплаты, указанная в свифтах, полностью корреспондируется с суммой, указанной в заявлениях на перевод, равно как в указанных документах корреспондируются между собой и со сведениями, указанными в договорах на транспортно-экспедиционное обслуживание, наименование получателя платежа, его номер счета и SWIFT-код банка получателя и номер договора, в рамках которого производится оплата. При этом в расшифровках назначения платежа содержится информация, в оплату каких счетов экспедиторов перечисляются денежные средства. При этом указанные документы корреспондируются также с ведомостью банковского контроля по контракту с экспедитором.

Также апелляционный суд отметил, что таможенный орган указывал на отсутствие предварительного согласования конкретного перечня складских услуг из утвержденных приложениями к договорам на транспортно-экспедиционное обслуживание, подлежащих оказанию в каждом конкретном случае, предполагая тем самым, что фактически складские услуги оказаны в объемах больших, чем это указано в счетах на складские услуги и актах об оказанных услугах, представленных обществом при декларировании и в ходе проверки, и как следствие, что общество сокрыло от таможенного органа дополнительные счета на складские услуги. При этом существование иных дополнительных счетов на складские услуги таможенным органом не доказано, а лишь предполагается, и не принимается во внимание тот факт, что перечень и стоимость складских услуг, указанные в счетах на складские услуги, полностью соответствует перечню и стоимости, указанной в актах об оказанных услугах с транспортно-экспедиционными компаниями, которые в свою очередь являются двусторонним соглашением, а соответственно являются соглашением о цене и перечне услуг.

В отношении перевозок, осуществленных посредством ЗАО TELS Polska Sp. Z.o.o. и UAB «KRAFTTRANS Vernalis», таможенный орган указывал на то, что представленные обществом документы якобы не позволяют таможенному органу удостовериться в месте складской обработки, а именно: в том, что оклейка акцизными марками осуществлена действительно на территории ЕАЭС - в Белоруссии на СВХ ООО «ВЛАТЕ-Логистик».

Вместе с тем, апелляционный суд обоснованно отметил, что пояснениями ЗАО TELS Polska Sp. Z.o.o. (письма от 17.10.2019, от 13.11.2019 и от 27.02.2020), товарно-транспортными накладными (CMR), заявлениями ООО «ВЛАТЕ-Логистик» на имя начальника отдела таможенного оформления и контроля (далее - ОТО и ТК) Гродненской региональной таможни с резолюцией, разрешающей провести маркировку, однозначно подтверждается, что комплекс оказываемых ЗАО TELS Polska Sp. Z.o.o. и UAB «KRAFTTRANS Vernalis» услуг включает в себя:

- транспортировку по маршруту COSANO BELBO (Италия) - Гродненский район (Республика Беларусь) СВХ ООО «ВЛАТЕ-Логистик»;

- складскую обработку (оклейку товара акцизными марками с помарочным учетом) на СВХ ООО «ВЛАТЕ-Логистик» с разрешения таможенных органов Республики Беларусь, которое оформляется путем проставления резолюции на таможенного органа на заявлении ООО «ВЛАТЕ-Логистик» о маркировке;

- транспортировку по маршруту Гродненский район, СВХ ООО «ВЛАТЕ-Логистик» (именно такое место погрузки указано в CMR на вторую часть перевозки) - таможня назначения в Российской Федерации.

Таможенным органом не представлено апелляционному суду опровергающих доказательств и сведений о месте оклейки товара акцизными марками, в том числе от таможенных органов Республики Беларусь.

Таким образом, апелляционный суд обоснованно заключил, что сомнения таможенного органа в сведениях о месте оклейки акцизными марками и о необоснованном невключении в таможенную стоимость указанных расходов в условиях, когда им не представлено опровергающих доказательств, не могут являться основанием для признания недостоверной информации, представленной декларантом.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции обоснованно отклонил довод таможенного органа о том, что документы и сведения о транспортных и сопутствующих складских расходах носят неподтвержденный и противоречивый характер, так как основан лишь на предположениях таможенного органа, базирующихся на выявленных недостатках отдельных документов. При этом опровергающих доказательств таможенным органом суду апелляционной инстанции не представлено. Кроме того, такой подход недопустим в силу пунктов 8, 9 и 11 Постановления № 49.

Таким образом, апелляционный суд пришел к обоснованному выводу о том, что невозможность использования документов, представленных декларантом при таможенном оформлении в обоснование таможенной стоимости товара, в их совокупности и системной оценке, таможенным органом не подтверждена.

Апелляционный суд также обоснованно отметил, что представленные обществом в обоснование применения первого метода документы и пояснения не содержат признаков недостоверности, а таможенный орган не доказал наличия оснований, препятствующих применению основного метода при определении таможенной стоимости товара.

Кроме того, апелляционный суд указал, что в оспариваемых решениях таможенного органа таможенная стоимость ввозимых товаров определена таможенным органом с нарушением установленной последовательности применения методов таможенной оценки, при этом таможенным органом не представлены доказательства того, что использованная таможенным органом при корректировке таможенной стоимости по шестому методу ценовая информация соответствует требованиям пункта 5 статьи 45 ТК ЕАЭС, находится в допустимом ценовом диапазоне (выше минимального и ниже высокого уровня стоимости идентичных товаров) и не является произвольной, то есть сопоставима по характеристикам и условиям ввоза.

Согласно требованиям подпунктов 2 и 6 пункта 5 статьи 45 ТК ЕАЭС, таможенная стоимость ввозимых товаров не должна определяться по шестому (резервному) методу на основе системы, предусматривающей принятие для таможенных целей более высокой из двух альтернативных стоимостей, а также минимальной таможенной стоимости товаров.

На основании изложенного апелляционный суд обоснованно отметил, что должна быть использована таможенная стоимость идентичного или однородного товара, принятая по первому методу и находящаяся в допустимом ценовом диапазоне, то есть выше минимального и ниже высокого уровня однородных товаров (в пределах среднего уровня), задекларированных в таможенных органах ФТС России в соответствующий период времени.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции установил, что оспариваемые решения таможенного органа не содержат сведений об общем количестве выявленных сделок идентичных/однородных товаров и об их минимальном и максимальном уровне, что не позволяет установить соблюдение таможенным органом положений пункта 5 статьи 45 ТК ЕАЭС и свидетельствует о незаконности принятых таможенным органом решений.

Кроме того, апелляционный суд отметил, что использованная таможенным органом в качестве источника ценовой информации ДТ не сопоставима по характеру дополнительных начислений, в частности по маршруту перевозки и месту оклейки товара акцизными марками.

В то же время, представленные обществом документы и сведения являются достаточными для подтверждения заявленной таможенной стоимости товаров, позволяют убедиться в структуре таможенной стоимости с учетом согласованных с продавцом условий поставки товара (документальное подтверждение и количественная определенность сведений о таможенной стоимости).

Оценив позиции сторон по делу, представленные в материалы дела доказательства, суд апелляционной инстанции пришел к правомерному выводу о том, что оспариваемые решения таможни являются незаконными.

В соответствии с пунктом 3 части 5 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в резолютивной части решения по делу об оспаривании решений органов, осуществляющих публичные полномочия, должно содержаться указание на признание оспариваемого решения незаконными и обязанность соответствующих государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц совершить определенные действия, принять решения или иным образом устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя в установленный судом срок.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что при принятии решения судом первой инстанции неполно выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела, допущено несоответствие выводов, обстоятельствам дела, в связи с чем на основании пунктов 1 и 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обоснованно отменил решение Арбитражного суда города Москвы от 09.10.2020 и удовлетворил заявленные обществом требования.

Таким образом, доводы кассационной жалобы сводятся к переоценке имеющихся в деле доказательств, что в силу положений статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выходит за пределы полномочий суда кассационной инстанции.

Учитывая, что фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, установлены судом апелляционной инстанции на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц, а окончательные выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, у суда кассационной инстанции отсутствуют предусмотренные статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания для отмены либо изменения принятого по настоящему делу постановления апелляционного суда.

Руководствуясь статьями 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 17 марта 2021 года по делу № А40-97734/20 оставить без изменения, кассационную жалобу Центральной акцизной таможни - без удовлетворения.

 

Председательствующий-судья                                                          В.В. Кузнецов

 

Судьи                                                                                            Е.А. Ананьина

 

А.А. Гречишкин