ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-554/2025

г. Челябинск

28 марта 2025 года

Дело № А07-11718/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 19 марта 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 28 марта 2025 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ковалевой М.В.,

судей Волковой И.В., Матвеевой С.В.,

при ведении протокола помощником судьи Мызниковой А.С., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего открытого акционерного общества «Строительная компания Трест № 21» - ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 19.11.2024 по делу № А07-11718/2016 о прекращении производства по заявлению о включении в реестр требований о передаче жилых помещений, об отказе в признании сделки недействительной.

В заседании, посредством использования системы веб-конференции, принял участие представитель ФИО2 - ФИО3 (паспорт, доверенность от 18.01.2023).

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтового отправления, а также путем размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), дело рассматривалось судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, их представителей.

Установил:

определением суда от 27.05.2016 на основании заявления общества с ограниченной ответственностью «Строительное предприятие-2» (далее – ООО «Строительное предприятие–2») возбуждено производство по делу о признании открытого акционерного общества «Строительная компания Трест № 21» (далее – ОАО «СК Трест № 21», должник) несостоятельным (банкротом). 

Определением суда от 01.11.2016 (резолютивная часть от 31.10.2016) заявление ООО «Строительное предприятие–2» признано обоснованным, в отношении ОАО «СК Трест №21» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО4.

Определением суда от 16.01.2017 (резолютивная часть от 13.01.2017), в рамках дела о банкротстве ОАО «СК Трест №21» применены правила параграфа 7 главы IX Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве). 

Определением суда от 17.01.2018 арбитражный управляющий ФИО4 освобожден от исполнения обязанностей временного управляющего ОАО «СК Трест №21», временным управляющим должника утвержден ФИО5, член Ассоциации «КМ СРО АУ «Единство». 

Решением суда от 06.02.2018 (резолютивная часть от 05.02.2018) ОАО «СК Трест №21» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5 

Определением суда от 03.04.2019 (резолютивная часть от 28.03.2019) в отношении ОАО «СК Трест №21» прекращена процедура конкурсного производства, введено внешнее управление сроком на 18 месяцев – до 28.09.2020, исполнение обязанностей внешнего управляющего возложено на конкурсного управляющего ФИО5 

Определением суда от 05.04.2019 (резолютивная часть от 04.04.2019) внешним управляющим утвержден ФИО5, член Ассоциация «РСОПАУ».

Определением суда от 23.12.2020 (резолютивная часть от 18.12.2020) ФИО5 освобожден от исполнения возложенных на него обязанностей внешнего управляющего ОАО «СК Трест №21», внешним управляющим утвержден ФИО6.

Определением суда от 19.04.2021 (резолютивная часть от 16.04.2021) ФИО6 освобожден от исполнения возложенных на него обязанностей внешнего управляющего. 

Определением суда от 30.08.2021 (резолютивная часть от 25.08.2021) внешним управляющим утвержден ФИО7.

Решением суда от 27.12.2021 в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, исполняющим обязанности конкурсного управляющего утвержден ФИО7

Определением суда от 05.03.2022 конкурсным управляющим ОАО «СК Трест №21» утвержден ФИО7

Определением суда от 23.05.2022 ФИО7 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ОАО «СК Трест №21».

Определением суда от 11.08.2022 конкурсным управляющим ОАО «СК Трест № 21» утвержден ФИО1, член Ассоциации «Московская саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

Ранее, 09.07.2018 конкурсный управляющий ФИО5 обратился в арбитражный суд с заявлением к ФИО2 (далее - ФИО2, ответчик), в соответствии с которым просит:

- признать недействительными, на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), действия по регистрации права собственности ответчика на жилое помещение, расположенное по адресу: 450057, 

<

...>, площадью 81, 1 кв.м., с кадастровым номером 02:55:010158:1332;

- применить последствия недействительности сделки, путем признания отсутствующим у ФИО2 права собственности на указанное помещение. 

Определением суда от 09.07.2018 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Башкортостан (далее - Управление Росреестра по Республике Башкортостан). 

Определением суда от 30.08.2018 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО8 (далее - ФИО8). 

Определением суда от 14.11.2018 с согласия конкурсного управляющего, суд перевел Управление Росреестра по Республике Башкортостан из третьих лиц в ответчики, в порядке статьи 47 АПК РФ. 

21.09.2018 ФИО2 (далее также - участник строительства) обратилась в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований о передаче жилых помещений ОАО «СК Трест №21» требования ФИО2 о передаче квартиры № 89 площадью 81,1 кв.м., расположенной на 6 этаже многоквартирного жилого дома по адресу: 

<

...>, оплаченной в размере 3 013 850 руб. 

Определением суда от 06.11.2018 заявления конкурсного управляющего ФИО5 и ФИО2 объединены в одно производство для совместного рассмотрения.  

23.01.2019 конкурсный управляющий ФИО5 обратился в арбитражный суд с заявлением к ФИО2, согласно которому (с учетом уточнения) просит: 

1. Признать недействительным договор № 368 участия в долевом строительстве многоквартирного дома от 07.11.2014 с дополнительным соглашением к нему б/н от 11.11.2015, заключенный между ОАО «СК Трест №21» и ФИО2, применить последствия недействительности сделки, в виде возврата в конкурсную массу квартиры площадью 81,1 кв.м., этаж 6, расположенной по адресу: Республика Башкортостан, г. Уфа, Кировский р-н, ул. Октябрьской Революции, д. 54б, кв. 89, с кадастровым номером 02:55:010158:1332; 

2. Признать недействительным дополнительное соглашение № 4 от 16.10.2014 к срочному трудовому договору от 27.07.2011, заключенное между ОАО «СК Трест №21» и ФИО2; 

3. Признать недействительным дополнительное соглашение № 5 от 02.11.2015 к срочному трудовому договору от 27.07.2011, заключенное между ОАО «СК Трест №21» и ФИО2; 

4. Признать недействительным договор займа б/н от 02.11.2015, заключенный между ОАО «СК Трест №21» и ФИО2; 

5. Признать недействительными сделками ОАО «СК Трест №21» зачеты встречных однородных требований ФИО2 на сумму 500 000 руб. (по заявлению от 31.08.2016, поступившему 31.08.2016), на сумму 85 000 руб. (по заявлению от 01.12.2015, поступившему 03.06.2016), на сумму 85 000 руб. (по заявлению от 01.02.2016, поступившему 03.06.2016), на сумму 85 000 руб. (по заявлению от 01.03.2016, поступившему 03.06.2016), на сумму 85 000 руб. (по заявлению от 28.04.2016, поступившему 03.06.2016), на сумму 85 000 руб. (по заявлению от 03.06.2016, поступившему 03.06.2016), на сумму 85 000 руб. (по заявлению от 28.06.2016, поступившему 28.06.2016), на сумму 85 000 руб. (по заявлению от 25.07.2016, поступившему 25.07.2016), на сумму 119 454 руб. (по заявлению от 31.10.2016, поступившему 31.10.2016), на сумму 85 000 руб. (по заявлению от 31.10.2016, поступившему 31.10.2016 – задолженность за октябрь 2016 года), на сумму 85 000 руб. (по заявлению от 31.10.2016, поступившему 31.10.2016 – задолженность за сентябрь 2016 года), на сумму 85 000 руб. (по заявлению от 31.10.2016, поступившему 31.10.2016 – задолженность за август 2016 года), на сумму 85 000 руб. (по заявлению от 31.10.2016, поступившему 31.10.2016– задолженность за июль 2016 года), на сумму 85 000 руб. (по заявлению от 01.04.2016, поступившему 03.06.2016), на сумму 85 000 руб. (по заявлению от 30.12.2015, поступившему 03.06.2016).

ФИО2 в лице представителя в судебном заседании заявила отказ от требования о включении в реестр требований о передачи жилых помещений.

Определением суда от 19.11.2024 производство по заявлению ФИО2 о включении в реестр требований ОАО «СК Трест № 21» о передачи жилых помещений прекращено. В удовлетворении заявления ОАО «СК Трест № 21» к ФИО2 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки отказано, поскольку оспариваемая сделка совершена в рамках обычной хозяйственной деятельности должника.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить.

Апеллянт указывает, что между должником  и ответчиком заключен договор №368 участия в долевом строительстве МКД от 07.11.2014, по условиям которого ФИО2 приобрела объект долевого строительства  (трехкомнатная квартира). Сделка совершена в отношении имущества, подлежащего включению в конкурсную массу, с аффилированным лицом (ответчик является членом совета директоров ОАО «СК Трест № 21»), осведомленным о наличии у общества признаков неплатежеспособности на момент заключения сделки, в целях вывода активов должника и причинения имущественного вреда кредиторам ОАО «СК Трест № 21». Конкурсный управляющий указывает, что изначальна установленная стоимость по договору – 65 000 руб. за 1 кв.м. объекта недвижимости уменьшена до 35 000 руб. на основании заключенного сторонами дополнительного соглашения к договору долевого участия от 11.11.2015, что повлекло за собой уменьшение конкурсной массы. Повышение заработной платы ФИО2, путем заключения дополнительных соглашений № 4 от 16.10.2014 и № 5 от 02.11.2015 к срочному трудовому договору от 27.07.2011, а также уменьшение стоимости договора (дополнительное соглашение от 11.11.2015 к договору долевого участия № 368 от 07.11.2014), привело также к уменьшению конкурсной массы и, как следствие, нанесло ущерб кредиторам, чьи требования включены в реестр требований кредиторов должника, и подлежат удовлетворению, за счет реализации имущества, составляющего конкурсную массу.

Конкурсный управляющий полагает, что на момент заключения дополнительных соглашений общество отвечало признакам неплатежеспособности, имело непогашенные требования, включенные в последующем в реестр требований кредиторов, в связи с чем, не соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что оспариваемая сделка по заключению дополнительных соглашений от 02.11.2015 к срочному трудовому договору и 11.11.2015 к договору долевого участия являются сделками, совершенными в условиях обычной хозяйственной деятельности

Податель жалобы также указывает, что, несмотря на то, что решением Кировского районного суда г. Уфы от 14.09.2016 по делу № 2-11140/2016 за ответчиком признано право собственности на приобретенную квартиру, однако вопрос оплаты не был исследован, обстоятельства платежеспособности общества, аффилированности сторон сделки также не устанавливались.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2025 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 19.02.2025.

От ответчика поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором  возражает против изложенных в жалобе доводов, указывая, что стоимость спорного имущества соответствовала рыночной и не отличалась от стоимости, определенной сторонами по аналогичным договорам долевого участия, с иными участниками долевого строительства. Кроме того, оспариваемая сделка совершена в рамках обычной хозяйственной деятельности ОАО «СК Трест № 21»; иные договоры участия в долевом строительстве многоквартирного дома не оспорены; в подтверждение изложенной позиции, ФИО2 ссылается на материалы судебной практики.

Отзыв приобщен к материалам дела, в порядке статьи 262 АПК РФ.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.02.2025 судебное заседание отложено на 19.03.2025; ответчику предложено представить дополнительные пояснения и доказательства по делу.

Во исполнение определения суда, от ФИО2 поступили письменные пояснения, в которых, ответчик обосновывает существенное изменение цены объекта недвижимости за 6 месяцев до возбуждения дела о банкротстве; а также необходимость заключения дополнительного соглашения к трудовому договору от 02.11.2015, предусматривающего персональную надбавку в сумме 85 000 руб.

Письменные пояснения и приложенные к ним документы приобщены к материалам дела, в порядке статей 81, 268 АПК РФ.

От апеллянта поступили возражения на отзыв ответчика, с приложением штатного расписания ОАО «СК Трест № 21», которые приобщены к материалам дела, в порядке статей 159, 268 АПК РФ.

От ФИО2 поступило ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств, согласно перечню (справки 2-НДФЛ сотрудников должника, сводные таблицы сотрудников должника за 2013, 2014 года).

 Суд, на основании статей 9, 65, 268 АПК РФ, отказал в приобщении указанных документов к материалам дела, поскольку не исполнена обязанность по направлению заблаговременно в адрес лиц, участвующих в деле, и суда.

В ходе судебного разбирательства заслушаны пояснения представителя ответчика.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 07.11.2014 между ОАО «СК Трест №21» (застройщик) и ФИО2 (участник) заключен договор № 368 участия в долевом строительстве многоквартирного дома.

Предметом договора являлась трехкомнатная квартира № 89, находящаяся на 6 этаже многоквартирного жилого дома, расположенного по строительному адресу: Строительство жилого дома литер 17(А) с пристроено-встроенными автостоянкой помещениями и автостоянкой в Кировском районе городского округа 

<

...> ограниченный улицами Октябрьской революции, ФИО9, ФИО10 и проспектом Салавата Юлаева). Общая площадь квартиры составляет 81,1 кв.м.  В настоящее время квартира имеет адрес: Республика Башкортостан, г. Уфа, Кировский р-н, ул. Октябрьской Революции, д. 54б, кв. 89, кадастровый номер 02:55:010158:1332.

Согласно пункту 4.2 договора, стоимость квартиры составляет 5 597 150 руб., исходя из стоимости 1 (одного) кв.м. 65 000 руб., включающей стоимость услуг Застройщика.

В соответствии с пунктом 6.1. договора, объект должен быть сдан в срок до 30.06.2015.

02.11.2015 между ОАО «СК Трест №21» и ФИО2 заключено дополнительное соглашение № 5 к срочному трудовому договору от 27.07.2011, устанавливающее персональную надбавку в размере 85 000 руб. в месяц,  которая выплачивается путем выдачи простых векселей работодателя; векселя погашаются путем зачета взаимных задолженностей сторон. 

Согласно пункту 2 дополнительного соглашения № 5 «С целью улучшения жилищных условий Работника ему предоставляется трехкомнатная квартира №89 в жилом доме №17А расположенном в квартале 533 общей площадью 86.1 кв.м в срок не позднее 2 месяцев с момента жилого дома в эксплуатацию». 

Согласно пункту 3 дополнительного соглашения № 5 с целью закрепления взаимных прав и обязанностей, работник и работодатель заключают договор долевого участия в строительстве, предусматривающий право работника приобрести, а работодателя предоставить квартиру, стоимость квартиры устанавливается исходя из стоимости квадратного метра — 35 000 руб. 

Согласно пункту 4 дополнительного соглашения № 5 с целью погашения задолженности по договору долевого участия, указанного в п. 3 настоящего соглашения работодатель предоставляет работнику беспроцентный займ в размере 2 125 000 рублей на срок 25 месяцев путем предоставления простого векселя работодателя на основании отдельного договора займа. 

02.11.2015 между ОАО СК «Трест №21» и ФИО2 заключен договор займа б/н, согласно которому, заимодавец - ОАО «СК Трест № 21» передает заемщику - ФИО2 заем в размере 2 125 000 руб., путем предоставления простого векселя. Заем предоставляется на приобретение заемщиком трехкомнатной квартиры № 89 в жилом доме № 17А, расположенном в квартале 533. Заем предоставляется на срок 25 месяцев и является беспроцентным.

Позднее, 11.11.2015 стороны заключили дополнительное соглашение к договору долевого участия № 368 от 07.11.2014 (запись о регистрации от 16.11.2015), в соответствии с которым, общая стоимость квартиры составила 3 013 850 руб. 

Уплата цены договора, согласно пункту 4.4 договора долевого участия № 368 от 07.11.2014 (в редакции дополнительного соглашения), производится в срок до конца строительства; завершение строительства и ввод объекта долевого строительства в эксплуатацию осуществляется в срок до 30.06.2016 (пункт 6.1. договора).

Расчеты по договору долевого участия № 368 от 07.11.2014 произведены ФИО2 в полном объеме, что подтверждается платежными документами на сумму 3 013 850 руб.

11.11.2016 за ФИО2 зарегистрировано право собственности на жилое помещение, расположенное по адресу: 450057, 

<

...> д 546, кв. 89, площадью 81,1 кв.м., с кадастровым номером 02:55:010158:1332, на основании решения Кировского районного суда г. Уфы от 14.09.2016 по делу № 2-11140/2016.

В связи с неисполнением застройщиком обязанности передать объект дольщику в установленный договором срок, ФИО2 обратилась в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований о передаче жилых помещений ОАО «СК Трест №21» требования ФИО2 о передаче квартиры № 89 площадью 81,1 кв.м., расположенной на 6 этаже многоквартирного жилого дома по адресу: 

<

...>, оплаченной в размере 3 013 850 руб.

Полагая, что договор долевого участия № 368 от 07.11.2014, а также составленное к нему дополнительное соглашение от 11.11.2015, равно как и дополнительные соглашения № 4 от 16.10.2014 и № 5 от 02.11.2015 к срочному трудовому договору от 27.07.2011, являются сделками, заключенными с целью вывода активов должника и причинения имущественного вреда кредиторам ОАО «СК Трест № 21», конкурсный управляющий обратился в суд с рассматриваемым требованием.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований в полном объеме, пришел к выводу о том, что оспариваемая сделка совершена в рамках обычной хозяйственной деятельности общества, аналогичные сделки заключались и с иными сотрудниками должника, не входящими в состав органов управления должника. При этом наличие аффилированности сторон сделки, вытекающей из трудовых отношений, не свидетельствует о признаках злоупотреблении в действиях сторон. Также судом принято во внимание, что решением суда за ответчиком признано право собственности, которым установлен факт оплаты ФИО2 за приобретенную квартиру. 

Суд апелляционной инстанции, повторно исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, рассмотрев доводы апелляционной жалобы и возражений по ней, приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены либо изменения обжалуемого судебного акта, в силу следующего.

В соответствии со статьей 223 АПК РФ и статьей 32 Закона о банкротстве, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражными судами по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротстве).

В соответствии со статьей 153 ГК РФ, сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

На основании пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума № 63) разъяснено, что по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); действия по исполнению судебного акта, в том числе определения об утверждении мирового соглашения; перечисление взыскателю в исполнительном производстве денежных средств, вырученных от реализации имущества должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 9 постановления Пленума № 63 разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 постановления Пленума № 63).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 5 постановления Пленума № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы, для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 постановления Пленума № 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств, суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно пункту 7 постановления Пленума № 63, в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Пунктом 4 постановления Пленума № 63 установлено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно пункту 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ,  каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В рассматриваемом случае, производство по делу о банкротстве должника возбуждено 27.05.2016, оспариваемая в рамках данного обособленного спора сделка заключена 07.11.2014, то есть в период подозрительности, установленный пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как верно установлено судом первой инстанции, на момент заключения договора долевого участия № 368 от 07.11.2014 должник обладал признаками неплатежеспособности, что также подтверждается наличием неисполненных обязательств перед кредиторами, требования которых впоследствии признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов ОАО СК «Трест №21».

Факт аффилированности сторон сделки также установлен судом, подтверждён документально и лицами, участвующими в деле, не оспаривается.

Так, ФИО2 являлась заместителем генерального директора должникам по правовым вопросам, соответственно, не могла не знать о наличии у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения оспариваемой сделки.

Между тем, само по себе указанное обстоятельство не может являться единственным и достаточным основанием для констатации факта недействительности сделки.

Конкурсный управляющий полагает, что оспариваемой сделкой, по заключению дополнительного соглашения от 11.11.2015 к договору долевого участия № 368 от 07.11.2014, а также дополнительных соглашений № 4 от 16.10.2014 и № 5 от 02.11.2015 к срочному трудовому договору от 27.07.2011, кредиторам должника причинен имущественный вред, поскольку повлекло за собой уменьшение имущественной массы должника.

Ответчик, возражая против заявленных доводов, пояснил, что изменение цены за 1 кв.м. квартиры являлось частью договоренности  между сторонами сделки о фиксировании фактически сложившихся трудовых и имущественных отношений, с учётом увеличившегося объёма работы ФИО2 и сложностей с выплатой ей согласованной заработной платы.

ФИО2 была трудоустроена в должности руководителя юридического отдела ОАО СК «Трест №21».

16.10.2014 между должником и ответчиком заключено дополнительное соглашение № 4 к срочному трудовому договору от 27.07.2011, в соответствии с которым, к базовому окладу в размере 15 000 руб. установлена персональная надбавка на сумму 85 000 руб., следовательно, совокупная ежемесячная заработная плата ФИО2 формировалась в размере 100 000 руб.

Однако, в связи с тем, что в период с июля 2015 года по октябрь 2016 года должником не исполнялась обязанность по выплате заработной платы в установленном дополнительным соглашением № 4  от 16.10.2014 размере (100 000 руб.), ответчик обратился с заявлением об увольнении (заявление № 1831 от 16.10.2015).

В целях урегулирования трудового спора, возникшего в связи с невыплатой полного размера заработной платы в период с июля 2015 года по октябрь 2016 года, между ОАО СК «Трест №21» и ФИО2 заключено дополнительное соглашение № 5 от 02.11.2015 к срочному трудовому договору от 27.07.2011 (т. 1, л.д. 97), предусматривающее способ зачёта задолженности через изменение стоимости 1 кв.м. (с суммы в размере 65 000 руб. до суммы в размере 35 000 руб.; т. 1, л.д. 103) квартиры, приобретенной ответчиком по договору долевого участия № 368 от 07.11.2014.

В рамках вышеперечисленных договоренностей, ФИО2 также предоставлялся заем, оформленный простым векселем, на сумму 2 125 000 руб. сроком на 25 месяцев.

Таким образом, изменение цены на спорный объект недвижимости произошло в результате образовавшейся задолженности ОАО СК «Трест №21» по выплате ответчику заработной платы, которая была компенсирована, путем предоставления жилья по льготной стоимости (в размере 35 000 руб.), а также путем зачета встречных требований (долг по заработной плате засчитывался в счет платежей за приобретенную по договору долевого участия № 368 от 07.11.2014 квартиру).

Ответчиком в материалы дела представлена сравнительная таблица аналогичных сделок должника по реализации квартир иным сотрудникам.

Судом первой инстанции установлено, что условия договора долевого участия ФИО2 В, В. (с учетом дополнительных соглашений, установивших стоимость 35 тыс. руб. за кв. м), являлись рыночными и не отличались от множества аналогичных договоров. Внешним управляющим не оспорены иные договоры с аналогичной стоимостью жилых помещений, применение избирательного подхода к участникам строительства недопустимо и нарушает права и законные интересы ответчика (участника долевого строительства).

 Таким образом, совокупность заключенных между ОАО «Строительная компания Трест №21» и ФИО2 сделок, подпадают под критерий сделок, совершаемых в обычной хозяйственной деятельности Должника, поскольку заключены в соответствии с целевой деятельностью Должника и не превышают 1% от балансовой стоимости активов на дату их совершения, а общество не отвечает признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества на дату их совершения. 

Аналогичная позиция сформулирована в Определении Арбитражного суда Республики Башкортостан 14 мая 2024 года по настоящему делу о банкротстве № А07-11718/2016, оставленным без изменения Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 4 сентября 2024 г. (об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ОАО «Строительная компания Трест №21» ФИО1. к ФИО11 об оспаривании сделок).

Так, при рассмотрении указанного обособленного спора в материалы дела представлены  сведения о совершенных должником в спорный период 32 сделки должника по реализации жилых квартир по цене 35 000 рублей за 1 кв.м.

В рамках настоящего спора, не доказано, что оспариваемая сделка совершена на особых условиях, отличающихся от сделок, совершенных при обычных обстоятельствах.

Учитывая установленные судом обстоятельства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что оспариваемый договор долевого участия заключен на условиях, аналогичных договорам, заключенным должником с иными участниками строительства.

Возражая против довода конкурсного управляющего относительно отсутствия оплаты по оспариваемой сделке со стороны ответчика,  ФИО2 пояснила, что  расчеты по договору долевого участия № 368 от 07.11.2014 произведены ФИО2 в полном объеме  на сумму 3 013 850 руб.:

1) 25.02.2015 произведен платеж на сумму 100 000 руб. – платежное поручение № 50544350 (т. 1, л.д. 79);

2) 26.08.2015 на сумму 255 000 руб. – ответчик по акту приема-передачи  от 26.08.2015 передал должнику вексель ОАО «СК Трест №21» на сумму 225 000 руб.  (т. 1, л.д. 80);

3) 31.08.2016 на сумму 500 000 руб. – квитанция к ПКО № 35 от  14.11.2014 (т. 1, л.д. 81);

4) с 01.12.2015 по 25.07.2016 на общую сумму 765 000 руб. – зачет требований (заработная плата за октябрь 2015 года - июнь 2016 года; (т. 1, л.д. 82);

5) 1 393 850 руб. – ответчик по акту приема-передачи  от 02.09.2016 передал должнику вексель ОАО «СК Трест №21» от 05.08.2016 М0001 №16029  на сумму 1 393 850 руб.

ФИО2 .В. пояснила, что денежные средства получила от работодателя по договору займа от 07.11.2015, заключенному во исполнение п. 4 дополнительного соглашения №5 от 02.11.2015. 

Задолженность по займу погашена следующим образом:

- 31.10.2016 на общую сумму 340 000 руб. (зачет требований - заработная плата за июль - октябрь 2016 года, (Том 1 л.д. 103));

- 31.10.2016 на сумму 119 454 руб. (компенсация за неиспользованный отпуск; (т. 1, л.д. 108));

- 24.07.2017 на сумму 600 000 руб. (ответчик по акту приема-передачи  от 24.07.2017 передал должнику вексель ОАО «Социнвестбанк» на сумму 600 000 руб.; т. 1, л.д. 109);

- 24.07.2017 на сумму 334 000 руб. (ответчик по акту приема-передачи  от 24.07.2017 передал должнику вексель ОАО «Социнвестбанк» на сумму 334 000 руб.; т. 1, л.д. 110).

Принимая во внимание вышеизложенное, суд апелляционной инстанции отмечает, что факт полной оплаты по договору долевого участия № 368 от 07.11.2014 подтвержден документально. Суд апелляционной инстанции отмечает, что такой расчет по сделкам, безусловно, свойственен исключительно между аффилированными лицами, в данном случае между сотрудниками должника, что и было установлено в рамках настоящего дела как по настоящему, так и по иным обособленным спорам. 

Решением Кировского районного суда г. Уфы от 14.09.2016 по делу № 2-11140/2016 также установлен факт оплаты ФИО2 по договору долевого участия № 368 от 07.11.2014, суд обязал передать объект недвижимости ответчику.

11.11.2016 за ФИО2 зарегистрировано право собственности на жилое помещение, расположенное по адресу: 450057, 

<

...> д 546, кв. 89, площадью 81,1 кв.м., с кадастровым номером 02:55:010158:1332,

Апелляционная коллегия учитывает довод конкурсного управляющего о нерыночной стоимости оспариваемого договора, однако, проанализировав представленные в материалы дела доказательства, а также руководствуясь выводами судов, сделанными по результатам рассмотрения обособленных споров (сделки должника, совершенные на аналогичных условиях), в рамках настоящего дела, приходит к выводу о том, что подобная схема расчетов по договорам долевого участия существовала с сотрудниками ОАО СК «Трест №21», в том числе с лицами, занимавшими руководящие должности (как и ответчик).

Указанные обстоятельства (аналогичная схема расчетов, посредством простых векселей) подтверждаются вступившим в законную силу постановлением суда апелляционной инстанции от 18.09.2024. При этом полученные от должника векселя были возращены ответчиком должнику. 

Более того, в соответствии со вступившим в законную силу постановлением суда апелляционной инстанции от 19.07.2023, судом сделаны выводы о том, что в отношении сделки с ФИО2 от 07.11.2014, не представлены доказательства причинения вреда должнику и кредиторам с учетом представленных сведений об оплате и отсутствия доказательств признания недействительными сделок займа, зачета. 

Таким образом, бесспорных оснований полагать, что ФИО2 не исполнила обязательства по оплате спорного имущества, в результате совершения оспариваемой сделки причинен вред должнику и кредиторам, не имеется.

На основании изложенного, в рамках настоящего обособленного спора, судебная коллегия, принимая во внимание, что условия оспариваемой сделки совпадают с условиями иных сделок, заключенных в спорный период с иными участниками долевого строительства, учитывая подтвержденный материалами дела и решениями судов факт исполнения ответчиком обязательств по договору, приходит к выводу о недоказанности причинения вреда имущественным правам кредиторов ОАО СК «Трест №21» оспариваемой сделкой с ФИО2 

Факт совершения сделки со злоупотреблением правом также не доказан, следовательно, отсутствуют основания для признания спорной сделки  недействительной, на основании статей 10, 168 и 170 ГК РФ.

Таким образом, определение арбитражного суда следует оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению как несостоятельные и не соответствующие фактическим обстоятельствам спора, исходя из представленных в материалы дела доказательств.

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловными основаниями для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ, расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы, с учетом результата ее рассмотрения, относятся на апеллянта.

Руководствуясь статьями 176, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 19.11.2024 по делу № А07-11718/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего открытого акционерного общества «Строительная компания Трест № 21» - ФИО1 - без удовлетворения. 

Взыскать за счет конкурсной массы открытого акционерного общества «Строительная компания Трест № 21» в доход федерального бюджета 30 000 рублей государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий судья                                         М.В. Ковалева

Судьи:                                                                               И.В. Волкова

                                                                                          С.В. Матвеева