АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

 

Нижний Новгород

Дело № А29-15315/2020

11 июля 2023 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 04.07.2023.

Постановление в полном объеме изготовлено 11.07.2023.

 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Елисеевой Е.В.,

судей Ионычевой С.В., Ногтевой В.А.

 

в отсутствие участвующих в деле лиц

 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу 

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью 

«Специальные системы и технологии – Усинск» ФИО1

 

на определение Арбитражного суда Республики Коми от 20.12.2022  и 

на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 20.03.2023

по делу № А29-15315/2020

 

по заявлению конкурсного управляющего 

общества с ограниченной ответственностью 

«Специальные системы и технологии – Усинск»

(ИНН: 

<

***>, ОГРН:1051100761800) 

ФИО1

о признании сделки должника недействительной 

и о применении последствий ее недействительности

 

и   у с т а н о в и л : 

 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Специальные системы и технологии – Усинск» (далее – ООО «ССТ-Усинск», Общество; должник) конкурсный управляющий должника ФИО1 обратился в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о признании недействительным договора аренды автотранспортного средства без экипажа от 01.09.2017 № 14-17АР, заключенного ФИО2 (арендодателем) и ООО «ССТ-Усинск» в лице директора ФИО3 (арендатором), и о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания солидарно с ФИО3, ФИО2 и ФИО4 в конкурсную массу должника 420 000 рублей арендной платы.

Заявление конкурсного управляющего основано на статьях 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивировано мнимым и притворным характером договора аренды, совершением его со злоупотреблением сторонами правом в целях вывода активов из собственности должника в ущерб имущественным интересам кредиторов.

Суд первой инстанции определением от 20.12.2022, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 20.03.2023, отказал в удовлетворении заявленных требований.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, конкурсный управляющий ФИО1 обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение от 20.12.2022 и постановление от 20.03.2023 и принять новый судебный акт о признании договора аренды транспортного средства недействительной (ничтожной) сделкой и применении последствий ее недействительности.

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на наличие у Общества на момент совершения сделки признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, о чем не могли не знать ФИО3, ФИО2 и ФИО4, как аффилированные (заинтересованные) по отношению к должнику лица.

Заявитель кассационной жалобы полагает, что показатель доли просроченной кредиторской задолженности свидетельствует об отсутствии у Общества возможности расчетов с кредиторами за счет собственных активов ввиду их недостаточности. Суды не учли взыскание решением Арбитражного суда города Москвы от 24.12.2020 по делу № А40-206169/2020, измененным постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.04.2021, с ООО «ССТ-Усинск» в пользу общества с ограниченной ответственностью «ЗНСМ» 8 081 661 рубля 20 копеек неосновательного обогащения. Из представленных доказательств следует, что должник не планировал надлежащим образом исполнять обязательства по договорам подряда перед ООО «ЗНСМ». Датой возникновения у Общества признаков неплатежеспособности заявитель считает 23.05.2016 – дату возникновения задолженности перед ООО «НяганьСтрой». Однако вместо направления денежных средств на оплату имеющейся задолженности Общество заключило договор аренды автомобиля в отсутствие какой-либо экономической целесообразности, лишь увеличив финансовую нагрузку. При этом в связи с уклонением бывшего руководителя от передачи документации должника, у конкурсного управляющего не имелось доказательств, отражающих реальную хозяйственную деятельность ООО «ССТ-Усинск» на момент заключения договора. Вместе с тем по результатам анализа финансово-хозяйственной деятельности должника установлена ее убыточность с 2017 года; неспособность Общества рассчитаться по своим обязательствам перед всеми кредиторами с 2018 года; существенное снижение стоимости активов и рост кредиторской задолженности.

Как отмечает заявитель жалобы, ответчики действовали в общих противоправных интересах, создав мнимые обязательства должника перед ФИО2, в счет исполнения которых ФИО4 перечислялись денежные средства в ущерб независимым кредиторам. На наличие аффилированности (заинтересованности) сторон указывают те обстоятельства, что ФИО2 являлся работником ООО «ССТ-Усинск», о чем свидетельствует систематическое перечисление ему денежных средств по данным бухгалтерского учета за 2016 – 2019 годы; между ФИО2 и ФИО3 сложились давние деловые отношения; ФИО4 является сыном арендодателя ФИО2

По мнению заявителя, являются неправомерными и выводы судов о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности для обращения с заявлением об оспаривании сделки.

Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе и в дополнениях к ней.

Конкурсный управляющий ФИО1  ходатайствовал о рассмотрении жалобы без его участия.

Представитель ФИО3 в письменном отзыве на кассационную жалобу отклонил доводы заявителя жалобы, указав на законность и обоснованность принятых судебных актов.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность определения Арбитражного суда Республики Коми от 20.12.2022 в обжалованной части и постановления Второго арбитражного апелляционного суда от 20.03.2023 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд округа проверяет правильность применения судом первой и апелляционной инстанций норм права, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе, в дополнениях к жалобе и в отзыве на нее, суд округа не нашел правовых оснований для отмены обжалованных судебных актов.

Как следует из материалов дела, ФИО2 (арендодатель) и ООО «ССТ-Усинск» (арендатор) заключили договор аренды автотранспортного средства без экипажа от 01.09.2017 № 14-17АР, по условиям которого арендодатель предоставил арендатору во временное владение и пользование принадлежащий ему на праве собственности легковой автомобиль марки Chevrolet Niva 2015 года выпуска; стороны установили арендную плату в размере 34 483 рублей в месяц с учетом НДФЛ и определили срок действия договора с 01.09.2017 по 31 12.2017. По акту приема-передачи от 01.09.2017 арендодатель передал арендатору транспортное средство в исправном состоянии.

Дополнительными соглашениями от 01.01.2018 № 1 и от 01.01.2019 № 2 к договору аренды стороны продлили срок его действия до 31.12.2019.

Соглашением от 01.10.2019 стороны расторгли договор с 01.10.2019.

Общество с 04.10.2017 по 29.11.2019 перечислило на счет ФИО4 на основании заявления его отца ФИО2 арендную плату в сумме 420 000 рублей.

Арбитражный суд Республики Коми определением от 21.02.2021 возбудил производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «ССТ-Усинск»; определением от 22.03.2021 ввел в отношении должника процедуру наблюдения; решением от 18.10.2021 признал Общество несостоятельным (банкротом) и открыл в отношении его имущества конкурсное производство.

Посчитав, что договор аренды автотранспортного средства без экипажа от 01.09.2017 № 14-17АР носит мнимый и притворный характер, совершен со злоупотреблением сторонами правом, в целях вывода активов из собственности Общества в ущерб имущественным интересам кредиторов, конкурсный управляющий имуществом должника ФИО1 оспорил законность данной сделки на основании статей 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По правилам пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка – это сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Мнимая сделка ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Обязательным условием для признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Также согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации является ничтожной притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

По смыслу приведенной нормы притворная сделка фактически включает в себя две сделки: притворную сделку, совершаемую для вида (прикрывающая сделка) и сделку, в действительности совершаемую сторонами (прикрываемая сделка). Поскольку притворная (прикрывающая) сделка совершается лишь для вида, одним из внешних показателей ее притворности служит несовершение сторонами тех действий, которые предусматриваются данной сделкой. Напротив, если стороны выполнили вытекающие из сделки права и обязанности, то такая сделка притворной не является.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации недостаточно.

Соответственно, в предмет доказывания по делам о признании недействительными притворных сделок входит установление действительной воли сторон, направленной на достижение определенного правового результата, который они имели в виду при заключении договора. Установление расхождения волеизъявления с волей осуществляется судом посредством анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств (статьи 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Реально исполненная сделка не может быть признана мнимой или притворной (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.11.2005 № 2521/05).

Оценив договор аренды транспортного средства на предмет наличия признаков его недействительности (ничтожности) по основаниям, предусмотренным в статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций не усмотрели у него признаков мнимости либо притворности.

Как установили судебные инстанции, договор аренды заключен спустя 1,5 года после приобретения автомобиля ФИО2; после заключения договора аренды транспортное средство использовалось Обществом в производственно-хозяйственной деятельности, что подтверждается путевыми листами; в течение периода действия договора арендная плата вносилась должником ежемесячно, без существенных просрочек; с получаемого дохода от арендной платы ФИО2 уплачивал НДФЛ; в справках о доходах за 2017 – 2019 годы отражен доход ФИО2, полученный от предоставления Обществу в аренду транспортного средства, в размере ежемесячной арендной платы, указанной в договоре; доказательств несоответствия установленной сторонами арендной платы ее действительной рыночной стоимости в материалы дела не представлено.

Суды также установили, что на момент заключения договора аренды транспортного средства у ООО «ССТ-Усинск» не имелось неисполненных денежных обязательств перед кредиторами, требования которых впоследствии были бы включены в реестр требований кредиторов должника; Общество продолжало осуществление хозяйственной деятельности, исполняло денежные и иные обязательства перед контрагентами.

При этом материалами дела не подтверждается, что ФИО2 являлся работником Общества, получение им в ООО «ССТ-Усинск» заработной платы опровергается представленными налоговым органом справками по форме 2-НДФЛ.

Суды приняли во внимание совершение сторонами необходимых действий, направленных на возникновение соответствующих прав и обязанностей и, как следствие, реальность существования между ними арендных отношений, а также не выявили сговора ФИО2, ФИО4 и ФИО3 для реализации противоправных целей, направленности их волеизъявления на достижение других правовых последствий, кроме предоставления транспортного средства во временное пользование Обществу.

При таких условиях сама по себе аффилированность сторон не свидетельствует о порочности сделки. Суды обоснованно не усмотрели у спорного договора аренды признаков мнимой либо притворной сделки, прикрывающей иную волю ее участников, в частности, вывод имущества из собственности должника, и пришли к правомерному выводу об отсутствии оснований для признания ее недействительной (ничтожной) на основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судебные инстанции также не усмотрели оснований для признания оспоренной сделки недействительной (ничтожной) по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении кредиторов, в частности, к сделкам, направленным на уменьшение конкурсной массы. 

Само по себе признание сделки недействительной по мотиву злоупотребления ее сторонами (стороной) правом и как посягающей на права и охраняемые законом интересы третьих лиц не противоречит действующему законодательству и соответствует сложившейся правоприменительной практике (пункт 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и пункт 10 постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»). 

В то же время в приведенных разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок, тогда как приведенные конкурсным управляющим в обоснование заявления о признании договора аренды транспортного средства недействительным обстоятельства охватываются составом подозрительных сделок, установленным в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Однако рассматриваемая сделка совершена за пределами трехлетнего периода подозрительности, установленного названной нормой.

В данном случае конкурсный управляющий в поданном заявлении фактически не ссылался на обстоятельства, свидетельствующие о наличии у спорного договора пороков, выходящих за пределы подозрительных сделок.

Правонарушение, заключающееся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение размера его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту ее совершения, является основанием для признания соответствующей сделки недействительной по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Указанный вывод соответствует правовому подходу, сформулированному в определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886.

Не выявив у спорного договора аренды транспортного средства пороков, выходящих за пределы подозрительных сделок, суды двух инстанций правомерно заключили, что обстоятельства, приведенные конкурсным управляющим в обоснование заявления об оспаривании сделки, охватываются составом подозрительных сделок, установленным в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем такая сделка не может быть признана ничтожной по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку является оспоримой.

При этом суд апелляционной инстанции не усмотрел направленности действий сторон спорной сделки на причинение вреда имущественным интересам кредиторов должника, их недобросовестного поведения, намерения реализовать противоправный интерес, направленный исключительно на нарушение прав и законных интересов кредиторов Общества, признаков совершения сделки со злоупотреблением правом.

Вопреки утверждению заявителя кассационной жалобы, судами не рассматривался вопрос о соблюдении конкурсным управляющим срока исковой давности. В данном случае заявитель ошибочно отождествляет срок исковой давности для обращения в суд с заявлением об оспаривании сделки с периодом ее подозрительности, установленным в статьях 61.2, 61.3 Закона о банкротстве.

Ссылка заявителя жалобы в обоснование приведенных доводов на судебную практику не может быть принята во внимание, поскольку названные заявителем судебные акты основаны на иных фактических обстоятельствах, установленных при рассмотрении каждого конкретного спора с учетом представленных доказательств.

Доводы заявителя кассационной жалобы свидетельствуют о его несогласии с установленными по делу фактическими обстоятельствами и с оценкой судами двух инстанций доказательств. Переоценка доказательств и установленных судами предыдущих инстанций фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Материалы дела исследованы судами в обжалованной части полно, всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права. Оснований для отмены судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина за рассмотрение кассационной жалобы относится на заявителя.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пункт 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Коми от 20.12.2022 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 20.03.2023 по делу № А29-15315/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Специальные системы и технологии – Усинск» ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

           Председательствующий

 

Е.В. Елисеева

 

 

Судьи

 

С.В. Ионычева

В.А. Ногтева