АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

МОСКОВСКОГО ОКРУГА  

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

 г. Москва 25.07.2023 Дело № А40-26345/2021 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 июля 2023 года 

Полный текст постановления изготовлен 25 июля 2023 года  

 Арбитражный суд Московского округа  

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой, судей: Е.В. Немтиновой, А.А. Дербенева, при участии в заседании: 

от акционерного общества «ПЕТРУС» - ФИО1, по доверенности от  03.07.2023, ФИО2, по доверенности от 03.10.2022,  

от ООО «ДОЗАКЛ» - ФИО3, по доверенности от 01.09.2022, 

от конкурсного управляющего должником – ФИО4, по доверенности  от 20.02.2023,  

рассмотрев 19.07.2023 в судебном заседании кассационную жалобу  акционерного общества «ПЕТРУС»  

на определение от 25.01.2023 Арбитражного суда города Москвы, на постановление от 17.04.2023 Девятого арбитражного апелляционного суда, 

по заявлению АО «ПЕТРУС» о включении его требования в размере 189 446  443,39 руб. в реестр требований кредиторов должника,  

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества  «Мультифлекс»,  

установил:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 02.06.2022 в  отношении АО «Мультифлекс» введена процедура банкротства – наблюдения,  временным управляющим должником утвержден ФИО5  

 АО «РЕТАЛ» обратилось в суд с заявлением о включении требования в  реестр требований кредиторов должника.  

 Определением Арбитражного суда города Москвы от 25.01.2023,  оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного  апелляционного суда от 17.04.2023, в порядке процессуального правопреемства  кредитор – АО «РЕТАЛ» заменен на его правопреемника – АО «ПЕТРУС»;  признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению в очередности,  предшествующей распределению ликвидационной квоты АО «Мультифлекс»,  требование АО «Петрус» в размере 189 446 443, 39 руб.  

 Не согласившись с принятыми судебными актами, АО «ПЕТРУС»  обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в  которой просит отменить определение Арбитражного суда города Москвы от  25.01.2023 в части включения требований АО «ПЕТРУС» в размере 189 446 443,  39 руб. в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты  АО «Мультфлекс», постановление Девятого арбитражного апелляционного суда  от 17.04.2023 полностью и направить обособленный спор на новое рассмотрение  в Арбитражный суд города Москвы.  

 В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на  неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм  материального и процессуального права, на несоответствие выводов судов,  изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и  представленным доказательствам.  

 В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального  закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного  заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.   В судебном заседании представитель АО «ПЕТРУС» доводы  кассационной жалобы поддержал в полном объеме по мотивам, изложенным в  ней.  

 Представитель ООО «ДОЗАКЛ» - ФИО3, представитель  конкурсного управляющего должником возражали против доводов кассационной  жалобы.  

 Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о  времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в  суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует  рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.  

 Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела,  заслушав явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, проверив в  порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации правильность применения судами первой и  апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а  также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах,  установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле  доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.   Суд округа проверяет законность и обоснованность судебных актов только  в обжалуемой части.  

 Из содержания обжалуемых судебных актов усматривается, что судами  установлены следующие обстоятельства.  

 Между ЗАО «Мануфактура Полимерных Пленок» (правопредшественник  заявителя, поставщик) и должником (покупатель) 16.06.2014 заключен договор  поставки № 355/14, по которому поставщик обязался поставлять покупателю  биаксиальноориентированную полиэтилентерефталатную пленку.  

 Обращаясь в суд с заявлением о включении задолженности по названному  договору поставки в реестр, АО «ПЕТРУС» ссылалось на то, что должник не  оплатил в полном объеме товар, поставленный ему в период с 30.06.2015 по  01.04.2017 в рамках указанного договора поставки; задолженность должника  перед обществом составила 3 002 439,77 долларов США.  

 Разрешая настоящий спор, суд первой инстанции пришел к выводу о  документальной обоснованности и подтвержденности требования общества.  Вместе с тем суд понизил очередность его удовлетворения ввиду  аффилированности общества с должником и предоставлением последнему  компенсационного финансирования, выразившегося в длительном непринятии  кредитором мер к истребованию задолженности при наступлении срока  исполнения обязательства.  

 Суд апелляционной инстанции согласился с указанными выводами суда  первой инстанции.  

 Так судами обеих инстанций установлено, что, несмотря на  непрекращающееся нарушение должником обязательств по оплате  поставленного товара (по состоянию на 30.06.2015 задолженность покупателя  составляла 3 058 230,97 долларов США), поставщик продолжал поставлять  должнику товар вплоть до апреля 2017 г.  

 Как следует из акта сверки расчетов за период с 30.06.2015 по 04.06.2018,  задолженность покупателя на конец периода значительно не изменилась,  составив 3 002 439,77 долларов США.  

 Из этого суды пришли к выводу, что поставщик на протяжении почти двух  лет производил поставки товара покупателю в отсутствие оплаты, что выходит  за рамки принятого стандарта поведения независимых участников оборота  (разумный участник оборота на месте поставщика приостановил бы исполнение  обязательств до погашения покупателем задолженности по более ранним  поставкам).  

 Письмом от 05.07.2018 должник гарантировал оплату задолженности до  31.12.2018, однако, несмотря на неисполнение покупателем данного  добровольно принятого на себя обязательства, поставщик не предпринимал  действий, направленных на взыскание задолженности, обратившись в суд только  в 2022 г. в рамках настоящего дела о банкротстве.  

 При указанных обстоятельствах суды посчитали, что контекст  взаимоотношений сторон в рамках исполнения указанного договора поставки  свидетельствует о фактической аффилированности кредитора и должника.  

 Суды также посчитали, что факты поставки обществом товаров должнику,  несмотря на непрекращающееся нарушение со стороны последнего условий об  их оплате, а также невзыскание имеющейся задолженности на протяжении более  5 лет, свидетельствуют о предоставлении обществом аффилированному лицу  (должнику) компенсационного финансирования, которое не подлежит  противопоставлению требованиям независимых кредиторов и удовлетворяется в  очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.  

 Суды установив, что из проведенного временным управляющим анализа  финансового состояния должника следует, что признаки неплатежеспособности  возникли у последнего уже в 2017 году, посчитали, что контекст  взаимоотношений сторон очевидно свидетельствует об осведомленности  кредитора о наличии у должника указанных признаков.  

 В такой ситуации, учитывая установленную фактическую  аффилированность должника и кредитора, согласованность действий сторон по  отказу кредитора от истребования задолженности предполагается.  

 При таких обстоятельствах, учитывая, что кредитором не были  представлены разумные объяснения относительно мотивов отказа от  истребования задолженности вплоть до возбуждения в отношении должника  дела о банкротстве, суды пришли к выводу о понижении очередности  удовлетворения заявленного им требования.  

 Доводы о том, что сторонами длительное время велись переговоры  относительно урегулирования задолженности были исследованы судами и  мотивированно отклонены, поскольку они не устраняют имеющиеся сомнения  относительно компенсационного характера предоставленного финансирования.  В данном случае из обстоятельств дела следует, что на протяжении нескольких  лет якобы предпринимаемые меры к урегулированию задолженности не  приводили к положительному результату, тем не менее кредитор продолжал  бездействовать и не обращался за принудительным взысканием задолженности.  Такое очевидное отклонение поведения кредитора от вышеописанного стандарта  поведения независимых участников оборота свидетельствует о том, что действия  сторон были направлены на то, чтобы избежать необходимости обращения  должника в суд с заявлением о банкротстве.  

 Суд кассационной инстанции считает, что, исследовав и оценив доводы  сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями  статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды  первой и апелляционной инстанций в обжалуемой части правильно определили  правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой  установили все существенные для дела обстоятельства, которым дали  надлежащую правовую оценку и пришли к правильным выводам по следующим  основаниям.  

 В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о  несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по  правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом  Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными  законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

 Согласно позиции, изложенной в Определении Верховного Суда  Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о  банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только  через подтверждение аффилированности юридической (в частности,  принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но  и фактической.  

 Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона  РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении  монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает  доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура  корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать  формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать  влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской  деятельности. О наличии такого рода аффилированности может  свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности,  заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях,  недоступных обычным (независимым) участникам рынка. При представлении  доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности,  с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по  требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит  бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом  на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные  экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе.  

 Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений,  согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является  самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований  кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения  требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским  обязательствам, не являющимся корпоративными.  

 Вместе с тем, из указанного правила имеется ряд исключений, которые  проанализированы в Обзоре судебной практики от 29.01.2020, обобщившим  правовые подходы, позволяющие сделать вывод о наличии или отсутствии  оснований для понижения очередности (субординации) требования  аффилированного с должником лица.  

 Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве при наличии любого из  обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в  трудном экономическом положении (далее - имущественный кризис) и ему  надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.  

 Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное  общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной  предпринимательской деятельности посредством предоставления данному  обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в  частности, с использованием конструкции договора займа и других договорных  конструкций, т.е. избравшее модель поведения, отличную от  предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим  риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай  объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других  кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации).   Поэтому при банкротстве требование о возврате компенсационного  финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых  кредиторов - оно подлежит удовлетворению после погашения требований,  указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по  отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по  

правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи  63 Гражданского кодекса Российской Федерации (в очередности,  предшествующей распределению ликвидационной квоты) (пункт 3.1 Обзора  судебной практики).  

 Согласно абзацу 4 пункта 3.2 Обзора от 29.01.2020 невостребование  контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на  который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное  истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, пункт  2 статьи 811, статьи 813 ГК РФ), или подписание дополнительного соглашения о  продлении срока возврата займа по существу являются формами  финансирования должника. Если такого рода финансирование осуществляется в  условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать  предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи  9 Закона о банкротстве стандарта поведения, оно признается компенсационным  с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты  данного финансирования на случай объективного банкротства.  

 В пункте 3.3 Обзора также отмечено, разновидностью финансирования по  смыслу пункта 1 статьи 317.1 Гражданского кодекса Российской Федерации  является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное  исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по  договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим  правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его  передачи продавцом (п. 1 ст. 486 ГК РФ), об оплате работ после окончательной  сдачи их результатов (пункт 1 статьи 711 ГК РФ), о внесении арендной платы в  сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при  сравнимых обстоятельствах (п. 1 ст. 614 ГК РФ) и т.п.). Поэтому в случае  признания подобного финансирования компенсационным вопрос о  распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи  контролирующим лицом займа. При этом контролирующее лицо, опровергая  факт выдачи компенсационного финансирования, вправе доказать, что  согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными  особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (ст. 65 АПК РФ).  

 В рассматриваемом случае, суды обоснованно указали, что выбранная  модель взаимоотношений между должником и кредитором (длительное  невостребование значительной по размеру задолженности, продолжение  поставок в отсутствие оплаты со стороны покупателя) недоступна обычным,  независимым участникам рынка. Разумного и экономического обоснования  нетипичному поведению кредитора в спорных правоотношениях в  нарушение части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации не представлено.  

 Суды пришли к правомерным выводам о доказанности заявителем  реальности правоотношений, которые вместе с тем представляют собой  компенсационное финансирование общества, что с учетом разъяснения пункта  3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в  процедурах банкротства требований контролирующих должника и  аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда  Российской Федерации 29.01.2020, является основанием для понижения  

очередности удовлетворения требования аффилированного с должником  кредитора.  

 Согласно пункту 1 статьи 148 Закона о банкротстве собственник  имущества должника - унитарного предприятия, учредитель (участник)  должника, признанного банкротом, в порядке, установленном настоящим  Федеральным законом, вправе получить имущество должника, оставшееся после  завершения расчетов с его кредиторами, а также имущество, при отказе  кредиторов от принятия имущества должника для погашения своих требований,  которое предлагалось к продаже, но не было продано в ходе конкурсного  производства.  

 Пунктом 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации  установлено, что оставшееся после удовлетворения требований кредиторов  имущество юридического лица передается его учредителям (участникам),  имеющим вещные права на это имущество или корпоративные права в  отношении юридического лица, если иное не предусмотрено законом, иными  правовыми актами или учредительным документом юридического лица.  

 При наличии спора между учредителями (участниками) относительно  того, кому следует передать вещь, она продается ликвидационной комиссией с  торгов. Если иное не установлено настоящим Кодексом или другим законом, при  ликвидации некоммерческой организации оставшееся после удовлетворения  требований кредиторов имущество направляется в соответствии с уставом  некоммерческой организации на цели, для достижения которых она была  создана, и (или) на благотворительные цели.  

 В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно  доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих  требований и возражений.  

 Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность,  которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о  недоказанности определенных обстоятельств.  

 В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по  своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном,  объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле  доказательств.  

 Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и  несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими  процессуальных действий, в том числе представления доказательств  обоснованности и законности своих требований или возражений.  

 Опровержения названных установленных судами первой и апелляционной  инстанций обстоятельств в материалах дела отсутствуют, в связи с чем суд  кассационной инстанции считает, что выводы судов основаны на всестороннем  и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим  обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего  законодательства.  

 Таким образом, суд кассационной инстанции не установил оснований для  изменения или отмены определения суда первой инстанции и постановления суда  апелляционной инстанции, предусмотренных в части 1 статьи 288 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

 Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако они подлежат отклонению,  поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом  установленных судами фактических обстоятельств дела. Кроме того, указанные в  кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки суда  апелляционной инстанции и были им обоснованно отклонены. Доводы заявителя  кассационной жалобы направлены на несогласие с выводами судов и связаны с  переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами  обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного  суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации,  приведенной, в том числе в Определении от 17.02.2015 № 274-О, статей 286-288  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной  связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в  суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при  проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения  нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют  ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические  обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды  первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают  доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципа  состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного  разбирательства, что недопустимо.  

 Иная оценка заявителем жалобы установленных судами фактических  обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при  рассмотрении дела судебной ошибки.  

 Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции  считает, что оснований для удовлетворения кассационной жалобы по заявленным в ней  доводам не имеется.  

 Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 25.01.2023 и постановление  Девятого арбитражного апелляционного суда от 17.04.2023 по делу № А40-26345/2021 в  обжалуемой части оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.   Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не  превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей  291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 Председательствующий-судья Е.Л. Зенькова  

 Судьи: Е.В. Немтинова   А.А. Дербенев