Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А19-8434/2017

08 сентября 2022 года

город Иркутск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 06 сентября 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 08 сентября 2022 года.

 

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Барской А.Л.,

судей:  Бронниковой И.А., Волковой И.А.,

при участии в судебных заседаниях 21.07.2022: конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Успех» ФИО1 (паспорт), представителя ФИО2 и ФИО3 – ФИО4 (доверенности от 29.03.2021, паспорт); 06.09.2022: конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Успех» ФИО1 (паспорт),

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Успех» ФИО1 на определение Арбитражного суда Иркутской области от 19 января 2022 года по делу № А19-8434/2017 и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 08 апреля 2022 года по тому же делу,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Успех» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, далее – ООО  «Успех», общество, должник) его конкурсный управляющий ФИО1 (далее – конкурсный управляющий) обратился в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 24 017 890 рублей 90 копеек ФИО2 (далее – ФИО2) и ФИО3 (далее – ФИО3), с зачислением взысканной суммы в состав имущества должника, за счет которого удовлетворяются требования кредиторов.

Впоследствии конкурсный управляющий уточнил заявление и просил взыскать с ответчиков солидарно 27 000 000 рублей. Указанное уточнение принято судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 19 января 2022 года, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 08 апреля 2022 года, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе, поданной в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа, конкурсный управляющий просит отменить указанные судебные акты, направить дело на новое рассмотрение.

Заявитель жалобы указывает на то, что судами не исследована степень влияния действий ФИО2 и ФИО3 на возникновение у должника признаков несостоятельности; полагает, что невозможность привлечения названных лиц к субсидиарной ответственности не блокирует возможность взыскания с них убытков, размер которых составляет 2 982 109 рублей 10 копеек (27 000 000 рублей за вычетом требований реестровых кредиторов в сумме 24 017 890 рублей 90 копеек); обращает внимание на уклонение суда апелляционной инстанции от рассмотрения всех доводов, приведенных в апелляционной жалобе.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО2 и ФИО3 просят оставить обжалуемые судебные акты без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного заседания извещены по правилам статей 123, 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (определение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направлено лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в  информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе «Картотека арбитражных дел» – kad.arbitr.ru).

Определением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 21 июля 2022 года рассмотрение кассационной жалобы отложено до 14 часов 30 минут 06 сентября 2022 года.

В судебном заседании 21.07.2022 конкурсный управляющий поддержал доводы кассационной жалобы, а представитель ФИО2 и ФИО3 возражал против ее удовлетворения.

После отложения в судебном заседании конкурсный управляющий поддержал ранее изложенную позицию.

Кассационная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах, определенных статьей 286 этого же Кодекса.

Проверив соответствие выводов Арбитражного суда Иркутской областии Четвертого арбитражного апелляционного суда о применении норм права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, правильность применения судами норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов и, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и отзыве на нее, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судами, в ходе налоговой проверки ООО «Успех» за 2014 - 2015 годы Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 14 по Иркутской области (далее – уполномоченный орган) выявлен факт неуплаты налога на прибыль организаций за 2014 - 2015 годы; решением уполномоченного органа от 13.12.2017 № 08-51/5 ООО «Успех» привлечено к ответственности, предусмотренной пунктом 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации, в виде штрафа по налогу на прибыль организаций в размере 5 677 707 рублей 20 копеек, доначислен налог на прибыль организаций в размере 14 194 268 рублей, начислены пени в размере 4 297 547 рублей 72 копеек.

Согласно обстоятельствам, изложенным в решении уполномоченного органа от 13.12.2017 № 08-51/5, ФИО5 (генеральный директор ООО «Успех», далее – ФИО5), ФИО6 (единственный учредитель должника, далее – ФИО6), ФИО3 и ФИО2 являлись участниками одного бизнеса, схема ведения которого преследовала целью минимизацию налоговой нагрузки, в том числе посредством проведения расчетов контрагентов ООО «Успех» минуя счета должника.

Решением Управления ФНС по Иркутской области от 06.06.2018 № 26-13/012910@ жалоба конкурсного управляющего на решение от 13.12.2017 № 08-51/5 оставлена без удовлетворения.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Иркутской области от 29 октября 2018 года по делу № А19-10437/2018 (оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 26 февраля 2019 года) заявление конкурсного управляющего об отмене решения от 13.12.2017 № 08-51/5 оставлено без удовлетворения.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 09 апреля 2019 года по настоящему делу требование уполномоченного органа в сумме 24 017 656 рублей 92 копеек (14 042 402 рубля налогов, 4 297 547 рублей 72 копейки пени и 5 677 707 рублей 20 копеек штрафа), включено в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Успех», что превышает 50 % общего размера требований кредиторов третьей очереди.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 06 ноября 2020 года (оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 26 января 2021 года и постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 24 мая 2021 года) признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО5 и ФИО6 к субсидиарной ответственности. Рассмотрение заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности указанных лиц приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Судом в ходе рассмотрения данного заявления конкурсного управляющего, с учетом установленных уполномоченным органом в решении от 13.12.2017 № 08-51/5 обстоятельств взаимозависимости ФИО2, ФИО5, ФИО6 и ФИО3 и участия их схеме, направленной на получение необоснованной налоговой выгоды, в том числе путем использования назваными лицами своих личных счетов для поступления денежных средств от покупателей за реализованную продукцию  (минуя расчетные счета должника), сделан вывод о том, что ведение бизнеса таким способом, повлекшим нарушение законодательства о налогах и сборах, стало причиной объективного банкротства ООО «Успех».

Конкурсный управляющий, указав на обстоятельства, установленные решением уполномоченного органа от 13.12.2017 № 08-51/5, обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО3

В дальнейшем конкурсный управляющий, ссылаясь на имевшую место схему перечисления на счета ФИО2 и ФИО3 выручки ООО «Успех», в обход его расчетных счетов, уточнил заявленные требования и просил взыскать с них убытки в сумме 27 000 000 рублей.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) (далее – Закон о банкротстве), разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53), исходил из пропуска конкурсным управляющим срока исковой давности для привлечения ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности и отсутствия оснований для квалификации предъявленного к ним требования как требования о взыскании убытков.

Суд апелляционной инстанции поддержал выводы суда первой инстанции.

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа не находит оснований для отмены обжалуемых судебных актов в связи со следующим.

Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности поступило после 01.07.2017, следовательно, оно подлежит рассмотрению (в части применения процессуальных положений) по правилам главы III.II Закона о банкротстве (пункт 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях»).

Вместе с тем, поскольку обстоятельства, которые указаны конкурсным управляющим в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, возникли в период действия статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, они подлежат квалификации с использованием материальных норм, установленных названным Законом (пункт 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»).

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей в период совершения налоговых правонарушений, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

В ходе рассмотрения обособленного спора в суде первой инстанции ФИО2 и ФИО3 заявили о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности.

Исковая давность относится к институтам материального права и представляет собой срок для судебной защиты нарушенного права, истечение которого при соответствующем заявлении стороны в споре является самостоятельным основанием для отказа в иске (статья 195, абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу абзаца четвертого пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 4 статьи 10 названного Закона, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника несостоятельным (банкротом).             В случае пропуска этого срока по уважительной причине, за исключением предельного объективного 3-летнего срока, исчисляемого со дня признания должника несостоятельным (банкротом), он может быть восстановлен судом. Из названной нормы права следует необходимость применения двух сроков исковой давности:

- субъективного, продолжительностью в 1 год, подлежащего исчислению со дня, когда подавшее заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности,

- объективного, продолжительностью в 3 года, подлежащего исчислению со дня признания должника несостоятельным (банкротом).

Субъективный срок исковой давности в один год исчислен судами первой и апелляционной инстанций с 14.02.2018 (дата получения конкурсным управляющим требования уполномоченного органа), истек таковой 14.02.2019, с заявлением конкурсный управляющий обратился только 22.01.2021, то есть с пропуском субъективного срока.

С учетом того, что ООО «Успех» признано банкротом 11.01.2018 (дата оглашения резолютивной части решения от 16.01.2018), обращение конкурсного управляющего с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности 22.01.2021 произведено также и за пределами трехлетнего объективного срока исковой давности (истекшего 11.01.2021).

Поскольку в рассматриваемом случае объективный срок исковой давности пропущен, отказ в привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, при наличии заявления о пропуске срока исковой давности, является правомерным.

Доводы конкурсного управляющего о необходимости применения пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.12.2012 № 488-ФЗ в данном случае не имеют правового значения поскольку, названная статья как в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, так и в редакции Федерального закона от 28.12.2012 № 488-ФЗ предусматривала объективный срок исковой давности в три года, исчисляемый со дня признания должника банкротом (истек 11.01.2021), который, в условиях обращения в суд 22.01.2021, конкурсным управляющим пропущен.

Ссылка конкурсного управляющего на то, что им заявлено требование о взыскании с ФИО2 и ФИО3 убытков, причиненных должнику их неправомерными действиями по выводу денежных средств, основана на неверном толковании норм материального права.

Предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) основание для привлечения к субсидиарной ответственности, как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц», по существу, незначительно отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 названного Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредиторов вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении № 53, может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ (пункт 18 Обзора судебной практики № 4 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019).

В пункте 20 постановления № 53 разъяснено, что при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению – общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российского Федерального) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), – суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия. Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, исходя из разумных ожиданий, не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статьи 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

По смыслу пункта 20 постановления № 53 самостоятельная квалификация судом предъявленного требования как требования о компенсации причиненных должнику убытков возможна только в том в случае, если допущенные контролирующим лицом нарушения не привели к объективному банкротству должника.

Из материалов спора усматривается, что правовая позиция конкурсного управляющего по существу свелась к обстоятельствам, установленным в решении от 13.12.2017 № 08-51/5, из которых, как установлено ранее, следует, что ФИО2, ФИО5, ФИО6 и ФИО3 организован общий бизнес,  будучи взаимозависимыми лицами, они выполняли в организованной ими модели ведения бизнеса определенные функции и извлекали из своего поведения выгоду, в том числе, связанную с необоснованной минимизацией налоговой нагрузки.

С учетом того, что названные обстоятельства, повлекшие нарушение налогового законодательства, как и установленные уполномоченным органом факты зачисления на личные счеты ФИО2, ФИО5, ФИО6 и ФИО3 денежных средств, являющихся выручкой ООО «Успех» за реализованную покупателям продукцию (в обход расчетных счетов должника), явились причиной его объективного банкротства, что установлено вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Иркутской области от 06 ноября 2020 года, у судов первой и апелляционной инстанций отсутствовали правовые основания для переквалификации заявленных требований о привлечении к субсидиарной ответственности на требование о взыскании убытков.

Какие-либо иные обстоятельства (за исключением установленных в решении уполномоченного органа от 13.12.2017 № 08-51/5 и ставших причиной объективного банкротства должника) конкурсным управляющим, настаивающим на необходимости взыскания с ФИО2 и ФИО3 убытков не приведены, не представлен им и мотивированный расчет заявленных к взысканию убытков (27 000 000 рублей), несмотря на неоднократные требования суда, изложенные в определениях от 26 августа 2021 года, от 06 октября 2021 года и от 10 ноября 2021 года.

Иные доводы кассационной жалобы правильности выводов судов первой и апелляционной инстанций не опровергают, направлены на переоценку доказательств и не свидетельствуют о нарушениях норм материального и процессуального права при принятии обжалуемых судебных актов.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, судом округа не установлено.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к выводу о том, что обжалуемые судебные акты на основании пункта 1 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат оставлению без изменения.

Статья 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации не предусматривает уплаты государственной пошлины за обращение с кассационной жалобой на судебные акты, принимаемые арбитражным судом по результатам рассмотрения заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по делам о несостоятельности (банкротстве) юридических лиц.

Руководствуясь статьями 274, 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Иркутской области от 19 января 2022 года по делу № А19-8434/2017 и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 08 апреля 2022 года по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

 

Судьи

 

А.Л. Барская

 

И.А. Бронникова

 

И.А. Волкова