ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А52-1925/2021

г. Вологда

20 апреля 2023 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 13 апреля 2023 года.

В полном объеме постановление изготовлено 20 апреля 2023 года.

 

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Селецкой С.В., судей Корюкаевой Т.Г. и ФИО1 при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО2, 

         при участии от ФИО3 представителя ФИО4 по доверенности от 12.01.2022, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО5 и ФИО3 на определение Арбитражного суда Псковской области от 07 февраля 2023 года по делу № А52-1925/2021, 

 

у с т а н о в и л:

решением Арбитражного суда Псковской области от 30.06.2021 общество с ограниченной ответственностью «Бриг» (место нахождения: 181609, Псковская обл., Гдовский р-н, дер. Партизанская; ОГРН 

<

***>,           ИНН 

<

***>; далее – Должник, Общество) признано несостоятельным (банкротом), введено конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО6. 

Конкурсный управляющий ФИО6 обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО5 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника со ссылкой на статьи 61.11, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Определением суда от 07.02.2023 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО5 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества; производство по спору приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

ФИО5 и ФИО3 обратились в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просили отменить определение суда от 07.02.2023 в части признания доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по статье 61.11 Закона о банкротстве.

ФИО3 считает, что суд ненадлежащим образом исследовал материалы дела и обстоятельства спора. Отмечает, что по состоянию на 07.02.2023 в реестр требований кредиторов Должника (далее – реестр) включены требования кредиторов на общую сумму 41 131 305 руб. 27 коп., в том числе требования Федеральной налоговой службы (далее – Уполномоченный орган) в сумме 28 988 632 руб. 47 коп., из них                                     19 070 572 руб. 88 коп. основного долга или 46, 37 % от суммы требований кредиторов, включенных в реестр. Полагает, что суд неверно определил общий размер требований кредиторов третьей очереди по основному долгу, а также процент требования Уполномоченного органа. Таким образом вся необходимая совокупность обстоятельств, позволяющих признать достаточность оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, не доказана. Применение преюдиции обстоятельств, установленных и указанных в решении суда от 13.07.2021 по делу № А52-463/2021, в данном споре неправомерно. Полагает, что привлечение Должника к налоговой ответственности не является безусловным основанием для привлечения бывшего руководителя к субсидиарной ответственности. Наличие причинно-следственной связи между банкротством Должника и привлечением ответчика к ответственности не доказано.

ФИО5 полагает, что судом неверно установлены обстоятельства спора, в связи с этим сделаны ошибочные выводы. Апеллянт возражает против вывода суда о том, что требования Уполномоченного органа превышают на    50 % сумму требований кредиторов третьей очереди, а также против указания размера требований кредиторов в размере 37 248 515 руб. 27 коп. По мнению апеллянта, совокупность обстоятельств, предусмотренных пунктом 4 статьи 10, пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, не доказана. Отмечает, что в период осуществления апеллянтом полномочий руководителя, финансовое состояние Должника являлось стабильным, признаки финансового кризиса отсутствовали. Налоговая проверка проводилась спустя 3 года после прекращения его полномочий. Отмечает, что привлечение Должника к налоговой ответственности не является следствием образовавшихся признаков банкротства.

В судебном заседании представитель ФИО3 доводы, изложенные в своей апелляционной жалобе и жалобе ФИО5, поддержал в полном объеме.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, представителей в суд не направили. Конкурсный управляющий в отзыве, возражая против удовлетворения апелляционных жалоб, просил определение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения; ходатайствовал о рассмотрении апелляционных жалоб в свое отсутствие. Дело рассмотрено в отсутствие указанных лиц в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –              АПК РФ), пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» (далее – Постановление № 12), при применении части 5 статьи 268 АПК РФ необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания. Отсутствие в данном судебном заседании лиц, извещенных надлежащим образом о его проведении, не препятствует арбитражному суду апелляционной инстанции в осуществлении проверки судебного акта в обжалуемой части.

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства арбитражный суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Поскольку фактически доводы жалоб сводятся к обжалованию определения суда в указанной части, возражений относительно проверки судебного акта только в обжалуемой части не поступило, суд апелляционной инстанции пересматривает судебный акт в пределах доводов апелляционных жалоб.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив в порядке статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционных жалоб.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ и статьей 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции,  учредителями Должника являлись в период с 18.12.2002 по 22.12.2009              ФИО7, в период с 15.06.2012 по 27.01.2015 – ФИО3, в период с 27.01.2015 по настоящее время – ФИО8

Директором Общества в период с 25.06.2012 по 14.06.2017 являлся ФИО5, с 15.06.2017 – ФИО3

Основной вид деятельности Должника – лесозаготовки.

Судом первой инстанции установлено, что в ходе проведения выездной налоговой проверки за период с 01.01.2015 по 31.12.2017 с целью оценки реальности сделок Общества с обществом с ограниченной ответственностью «Псковский Доз» (далее – ООО «Псковский Доз») и проверки достоверности информации, содержащейся в договорах, счетах-фактурах, иных первичных учетных документов, проведены мероприятия встречного налогового контроля.

В материалах дела усматривается, что контроль за производством и руководством ООО «Псковский Доз» осуществляли учредители Общества ФИО3 и ФИО5, в их компетенции находились финансовые вопросы.

По результатам налоговой проверки установлено неправомерное отражение сумм налога на добавленную стоимость (далее – НДС) в составе налоговых вычетов, а также создание Должником и его контрагентом фиктивного документооборота в целях получения необоснованной налоговой выгоды в виде налоговых вычетов. При этом ООО «Псковский Доз» признано искусственно созданным звеном для обеспечение формального документооборота с Обществом. Вовлекая в фиктивный документооборот                                 ООО «Псковский Доз», Общество заявляло налоговые вычеты на основании документов, составленных от его имени. основной целью взаимоотношений Общества с ООО «Псковский ДОЗ» являлось уменьшение налоговой базы с целью неуплаты НДС. Директоры Общества ФИО3 и ФИО5 контролировали финансовую деятельность и отчетность ООО «Псковский ДОЗ». Схема ведения финансово-хозяйственной деятельности Должника разработана ФИО5 и реализовывалась в спорном периоде ФИО5 и ФИО3 На основании документов, составленных от имени ООО «Псковский Доз», к вычету предъявлен НДС в размере                 10 297 482 руб. Неполная уплата налога на прибыль организаций в результате занижения налоговой базы, иного неправильного исчислении налога или других неправомерных действий (бездействий) за проверяемый период составила 8 762 007 руб.; общая сумма незаконной налоговой выгоды составила 19 011 257 руб.; размер недоимки составил 19 217 481 руб. 

Помимо этого, установлено, что выведенные из-под налогообложения денежные средства использованы в личных целях, для приобретения ФИО3, его родственником земельного участка, транспортного средства; квартиры.

Решением суда от 13.07.2021 по делу № А52-463/2021 в удовлетворении заявления о признании частично недействительным решения от 28.09.2020               № 13-06/3745 о привлечении Должника к налоговой ответственности отказано.

Вступившим в законную силу определением суда от 02.03.2022 по данному делу требования Уполномоченного органа в сумме                                 28 988 632 руб. 47 коп., в том числе основанные на решении от 28.09.2020             № 13-06/3745, включены в третью очередь реестра.

Ссылаясь на обстоятельства по выводу контролирующими Должника лицами денежных средств по сделкам, не имеющим реального хозяйственного основания, создавших видимость отсутствия обязанности по уплате налогов, установленных при проведении выездной налоговой проверки Должника          за период с 01.01.2015 по 31.12.2017, по результатам которой принято решение              от 28.09.2020 № 13-06/3745 о привлечении Должника к ответственности за совершение налогового правонарушения, а также на отсутствие реальных хозяйственных операций Должником, его контрагентов, вывод активов Должника, образование задолженности по обязательным платежам, впоследствии включенной в реестр, конкурсный управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

Суд первой инстанции счел доказанным наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности. 

Апелляционная коллегия соглашается с выводами суда в обжалуемой части судебного акта в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено названным Законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее – ГК РФ (пункт 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»; далее – Постановление № 53).

Оба ответчика соответствуют указанным признакам контролирующих лиц.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу данного Закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц и взыскании с них убытков по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности, имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности и взыскании убытков по обязательствам должника в силу Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами при рассмотрении соответствующих заявлений, поданных с 01.07.2017, независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

С учетом того обстоятельства, что указанные заявителем сделки заключились должником в период как до 01.07.2017 так и после указанной даты, к спорным правоотношениям подлежит применению Закон о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ и в редакции, действовавшей до дня вступления в силу названного закона (Закон № 134-ФЗ).

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до 01.07.2017), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Согласно абзацу третьему пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц если установлено причинение вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этими лицами или в пользу этих лиц либо одобрения этими лицами одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Положениями статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрена субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц за невозможность осуществления расчетов с кредиторами. В случае применения указанной нормы, при условии причинения существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; а также если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы, вина контролирующих должника лиц в невозможности осуществления расчетов с кредиторами презюмируется.

Порядок квалификации действий контролирующих должника лиц на предмет установления возможности их негативных последствий в виде несостоятельности организации, разъяснен в пункте 16 Постановление № 53, в силу которых под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие                 причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В данном случае суд первой инстанции верно установил все обстоятельства спора, имеющие существенное значение для его разрешения.

Противоправные действия ответчиков, направленные на вывод активов, создание схемы по уходу от налогообложения и получению незаконной налоговой выгоды, подтверждаются материалами дела, в том числе решением налогового органа от 28.09.2020 № 13-06/3745. Вступившим в законную силу решением суда от 13.07.2021 по делу № А52-463/2021 соответствующие обстоятельства рассмотрены судом, им дана правовая оценка.

Поскольку совершение убыточных сделок контролирующими должника лицами является презумпцией их вины в невозможности произвести расчет с кредиторами должника, бремя доказывания обратного, в частности, незначительности причиненного в результате совершения убыточных сделок ущерба относительно оборотов хозяйственной деятельности Общества, должно возлагаться на ответчиков, которые, как контролирующие должника лица, в отличие от независимых кредиторов, располагают всей полнотой информации о деятельности должника.

Аналогичный вывод следует и из разъяснений, приведенных в пункте 18 Постановления № 53.

Согласно пункту 19 Постановления № 53 при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т. п.).

Убедительных, достоверных доказательств, объективно свидетельствующих о наличии таких факторов, материалы дела не содержат.

Вместе с тем задолженность по обязательным платежам не погашена Должником, включена в реестр требований кредиторов.

Согласно бухгалтерской отчетности за 2020 год сумма активов составляла 55 000 тыс. руб., кредиторская задолженность – 58 188 тыс. руб. Конкурсным управляющим обнаружено имущество Должника, рыночная стоимость которого согласно отчету об оценке составляет 6 861 500 руб. При этом доказательств, свидетельствующих о том, что вменяемые ответчикам операции не усугубили финансовое положение Общества, окончательно исключив возможность удовлетворения требований кредиторов, не являлись существенными и значимыми для финансового положения Общества, судам двух инстанций не представлено.

Вопреки доводам апеллянтов, требования Уполномоченного органа по основному долгу, возникшие вследствие налогового правонарушения, за совершение которого Должник привлечен к ответственности (определение суда от 02.03.2022), превышают 50 % общего размере требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности (37 248 515 руб. 27 коп.).

При таких обстоятельствах вывод суда о доказанности оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности является законным и обоснованным.

Суд апелляционной инстанции констатирует, что аргументы, изложенные в апелляционных жалобах, не содержат фактов, которые не проверены и учтены арбитражным судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Иное толкование апеллянтами положений законодательства о банкротстве, а также иная оценка обстоятельств спора не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права.

Других убедительных доводов, основанных на доказательственной базе, позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, в апелляционных жалобах не содержится.

Судом первой инстанции полно и всесторонне исследованы обстоятельства дела, нарушений или неправильного применения норм материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены определения суда в обжалуемой части апелляционная коллегия не усматривает.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Псковской области от 07 февраля 2023 года по делу № А52-1925/2021 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО5 и ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд                   Северо-Западного округа в течение месяца со дня принятия.

 

Председательствующий

С.В. Селецкая

 

Судьи

Т.Г. Корюкаева

 

ФИО1