АРБИТРАЖНЫЙ  СУД   

  ЦЕНТРАЛЬНОГО  ОКРУГА

 

  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

         кассационной инстанции по проверке законности

         и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

     вступивших в законную силу

Дело  № А23-5432/2019

г. Калуга

10 марта 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 02.03.2023

Постановление в полном объеме изготовлено 10.03.2023

 

Арбитражный суд Центрального округа  в составе:

 

Председательствующего

   Ахромкиной Т.Ф.

Судей

   Андреева А.В.

   ФИО1,

 

При участии в заседании:

 

от  ФИО2:

 

ФИО3:

 

от иных лиц, участвующих в деле:

ФИО4 – представитель по доверенности от 14.09.2021;

ФИО4 – представитель по доверенности от 07.09.2021;

не явились, извещены надлежаще.

 

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Промкомбинат» ФИО5 на определение Арбитражного суда Калужской области от 29.08.2022 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.11.2022 по делу          № А23-5432/2019,  

 

УСТАНОВИЛ:

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Промкомбинат» конкурсный управляющий ФИО5 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении контролирующих лиц ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности солидарно.

Определением Арбитражного суда Калужской области от 29.08.2022 (судья Сыбачин А.В.) в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Промкомбинат» о привлечении ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отказано.

Постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.11.2022 (судьи: Волкова Ю.А., Афанасьева Е.И., Тучкова О.Г.) определение Арбитражного суда Калужской области от 29.08.2022 оставлено без изменения, апелляционная жалоба конкурсного управляющего ООО «Промкомбинат» ФИО5 – без удовлетворения. 

В кассационной жалобе конкурсный управляющий ООО «Промкомбинат» ФИО5, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, неполное исследование материалов дела, неприменение норм права, подлежащих применению, просит отменить определение Арбитражного суда Калужской области от 29.0.2022 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.11.2022. Принять новый судебный акт, которым признать доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности солидарно: ФИО3 и ФИО2 в пределах непогашенной задолженности перед ООО «Газпром Межрегионгаз Калуга».

 В обоснование кассационной жалобы конкурсный управляющий указывает на то, что отсутствие документов не позволило провести работу по взысканию дебиторской задолженности (более 4 млн. руб.), по проведению анализа сделок должника на предмет их соответствия рыночным условиям и провести работу по оспариванию сделок. Кассатор полагает, что руководитель ООО «Промкомбинат» с 2014 года выводил активы должника, продавая большую их часть за наличные денежные средства, не отражая данные операции в бухгалтерском учете. Заявитель жалобы не согласен с выводами судов в части того, что кредиторы должника вне процедуры банкротства имели объективную возможность удовлетворить свои требования в полном объеме за счет обращения взыскания на имущество должника, поскольку объекты недвижимости, оставшиеся у должника на момент введения процедуры банкротства, реализованы на торгах в форме публичного предложения за 370.000 руб., что можно считать рыночной стоимостью имущества. Иное имущество и иные активы у должника отсутствуют (или скрыты должником), в том числе и по причине ненадлежащих действий (бездействия) контролирующих должника лиц.

ФИО2 и ФИО3 в отзыве на кассационную жалобу просят оставить обжалуемые судебные акты без изменения. 

В судебном заседании представитель ФИО2 и ФИО3  возражал против отмены обжалуемых судебных актов по основаниям, изложенным в отзыве. 

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом, в том числе путем размещения информации в Картотеке арбитражных дел, в суд округа не явились. От конкурсного управляющего ООО «Промкомбинат» ФИО5 поступило ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие. Дело рассмотрено в порядке статьи 284 АПК РФ в отсутствие неявившихся лиц. 

Проверив в порядке статьи 286  АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, обсудив доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, заслушав пояснения представителя ответчиков, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемых судебных актов, исходя из следующего.

Обращаясь с заявлением о привлечении ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Промкомбинат», конкурсный управляющий ссылался на то, что ФИО2 являлся генеральным директором должника с 28.12.2009, руководителем и главным бухгалтером - с декабря 2012 года, а с мая 2019 года до открытия в отношении должника процедуры конкурсного производства (03.07.2020г.) - единственным участником. Единственным участником ООО «Промкомбинат» с февраля 2014 года по май 2019 года являлся ФИО3 Заявитель указывал на то, что конкурсному управляющему не переданы бухгалтерские документы должника, начиная с 2014 года, а отсутствие документов не позволило сформировать конкурсную массу, а именно: провести работу по взысканию дебиторской задолженности (более 4 млн.руб.), по анализу сделок на предмет их соответствия рыночным условиям и работу по оспариванию сделок. Отмечал, что должник прекратил хозяйственную деятельность в 2016 году, но руководитель должника (ФИО2) не предпринял никаких мер по реализации активов и ликвидации должника, с 2017 года не сдавал отчетность и не вел бухгалтерский учет.

Исследовав обстоятельства дела, оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам главы 7 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Промкомбинат». 

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело по правилам главы 34 АПК РФ, согласился с выводами суда области. 

Разрешая спор, суды правомерно применили к рассматриваемым правоотношениям положения статьи 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», поскольку  обстоятельства, приведенные в качестве основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности (в период с 09.09.2014 по конец 2016 года), возникли до дня вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Требования конкурсного управляющего основаны на положениях пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, согласно которым контролирующие лица несут субсидиарную ответственность, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий или бездействия указанных лиц.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии, в том числе следующего обстоятельства: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Поскольку субсидиарная ответственность контролирующего должника лица является мерой гражданско-правовой ответственности, то необходимыми условиями для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, являются наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении должника и действиями (бездействием) должника, повлекшими его несостоятельность (банкротство), при обязательном наличии вины ответчика в банкротстве должника (статьи 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из разъяснений, данных в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», следует, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход (пункт 23 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53).

Судебная коллегия считает возможным применение в рассматриваемом случае разъяснений,  изложенных  в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53, поскольку положения пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве), предусматривающие такое основание привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу схоже с предусмотренным в настоящее время статьей 61.11 Закона о банкротстве основанием ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц».

В рассматриваемом случае сведений о наличии у должника существенных обязательств на 02.06.2015 - дату заключения очевидно убыточной, по мнению истца,  сделки должника, сопряженной с утратой возможности получения арендных платежей и совершенной по очевидно заниженной стоимости, в материалы дела не представлено.

Судами установлено, что первое просроченное денежное обязательство составляет уплата земельного налога за 2015 год, основная сумма задолженности накоплена за последующие 2016-2019 годы и составляет налоговые недоимки и штрафы, связанные с начислением земельного налога.

В отношении дебиторской задолженности в сумме 4 050 000 руб. судами приняты пояснения представителя ответчиков о ее фактическом отсутствии и ошибочном отражении на счетах бухгалтерского учета.

Доказательств обратного конкурсным управляющим не представлено. 

Исходя из разъяснений, изложенных в пунктах 1, 4, 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 62 от 30.07.2013 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения руководителем должника обязанности действовать добросовестно и разумно в интересах общества, наличие и размер убытков, причинно-следственную связь между допущенным нарушением и возникшими убытками.

Таким образом, в предмет доказывания и исследования в данном случае входит вина руководителя должника, причинно-следственная связь его действий с банкротством предприятия и недостаточностью имущества должника, то есть наличие обстоятельств, перечисленных в статьи 9 Закона № 127-ФЗ, при которых у руководителя должника возникает обязанность по обращению с заявлением должника, факта нарушения данной обязанности лицами, привлеченными конкурсным управляющим к субсидиарной ответственности, состав и размер обязательств должника.

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В постановлении Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» изложена правовая позиция, в соответствии с которой недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Вместе с тем, в нарушение статьи 65 АПК РФ доказательств наличия вышеуказанных факторов недобросовестности контролирующих должника лиц, конкурсным управляющим в материалы дела не представлено.

Факт прекращения должником экономической деятельности с 2016 года не может быть в данном случае отождествлен с фактом намеренного доведения должника до банкротства.

При том, что кредиторы должника вне процедуры банкротства имели объективную возможность удовлетворить свои требования в полном объеме за счет обращения взыскания на имущество должника, что исключает возложение на контролирующих должника лиц дополнительной имущественной ответственности, поскольку начальная цена только земельного участка должника, определенная конкурсным управляющим должником по результатам оценки рыночной стоимости, составила 1 810 588,50 руб., что более чем в 4 раза превышает общую сумму реестровой задолженности должника.

В обоснование своего заявления конкурсный управляющий указывал на то, что ему не переданы документы должника, что привело к невозможности формирования конкурсной массы, в частности взысканию дебиторской задолженности и оспариванию сделок должника.

Согласно разъяснениям, приведенным в абзаце четвертом пункта 24 постановления Пленума ВС РФ № 53, лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 13.10.2017 № 305-ЭС17-9683, для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям конкурсному управляющему необходимо доказать, что отсутствие документации должника либо отсутствие в ней полной и достоверной информации существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве. При этом под существенным затруднением понимается, в том числе невозможность выявления активов должника.

Как указали ответчики и данное обстоятельство конкурсным управляющим не оспорено, все активы должника, которые представляют собой недвижимое имущество (земельный участок 3,7 Га, производственные здания 5121, 529, 1354 и 135 м.кв., трансформаторная подстанция и электрохозяйство) были переданы управляющему. Каких-либо иных активов на момент введения процедуры наблюдения у должника не было. Документы по выбывшим активам, проданным задолго до возбуждения дела о банкротстве (2014-2015 годы), были предоставлены управляющему, а также суду в ходе рассмотрения обособленного спора. Помимо этого, суду были предоставлены документы бухгалтерского учета за периоды осуществления хозяйственной деятельности и выписки со счетов о движении денежных средств.

Вместе с тем, перечень непереданной документации, а также информация о том, каким образом отсутствие документации затруднило проведение процедуры конкурсного производства, ФИО5 не приводились.

На основании изложенного, суд первой инстанции и поддержавший его апелляционный суд пришли к выводу об отсутствии оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

По мнению судебной коллегии кассационной инстанции, применительно к фактическим обстоятельствам настоящего дела, оспариваемые судебные акты приняты в соответствии с установленными по делу обстоятельствами и нормами права.

По сути, доводы, изложенные в кассационной жалобе, повторяют доводы конкурсного управляющего ООО «Промкомбинат» ФИО5, заявленные им в качестве обоснования заявления о привлечении ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, а также доводы апелляционной жалобы. Вместе с тем, данные доводы получили оценку судами первой и апелляционной инстанций, оснований для иной оценки у суда кассационной инстанции не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием к отмене принятых по делу судебных актов, судом кассационной инстанции  не установлено.

При указанных обстоятельствах оснований для отмены принятых по делу судебных актов не имеется.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Калужской области от 29.08.2022 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.11.2022 по делу № А23-5432/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий                                                                  Т.Ф. Ахромкина 

 

Судьи                                                                                                А.В. Андреев

 

                                                                                                           ФИО1