АРБИТРАЖНЫЙ СУД МОСКОВСКОГО ОКРУГА 

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, 

официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва 

22.09.2025 года Дело № А40-120866/2021  

Резолютивная часть постановления объявлена 09.09.2025 года. 

Полный текст постановления изготовлен 22.09.2025 года.  

Арбитражный суд Московского округа в составе: председательствующего-судьи Савиной О.Н., судей: Каменецкого Д.В., Трошиной Ю.В., при участии в заседании: 

от ФИО1 – представитель ФИО2 (доверенность от 13.10.2024) от ФИО3 – представитель ФИО2 (доверенность от 13.10.2024)  

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы ФИО1, ФИО3  

на определение Арбитражного суда города Москвы от 11.04.2025, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2025 ( № 09АП-24531/2025, № 09АП-24533/2025),  

по объединенным заявлениям финансового управляющего о признании сделок должника недействительными и ФИО3 об исключении имущества из конкурсной массы,  

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4, 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 27.10.2022 ФИО4 (далее – должник; ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН 

<

***>)  

признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО5 (ИНН 

<

***>), о чем в газете «Коммерсантъ» от 12.11.2022 № 210 (7411) опубликовано сообщение.  

В Арбитражный суд города Москвы 21.08.2024 поступило заявление финансового управляющего о признании недействительными сделками договора  

о разделе имущества между супругами от 28.10.2015, договора дарения земельного участка с жилым домом от 18.09.2021 и применении последствий недействительности сделок.  

В Арбитражный суд города Москвы 06.11.2024 также поступило заявление ФИО3 об исключении имущества из конкурсной массы.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 11.11.2024 указанные заявления объединены в одно производство для совместного рассмотрения.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 11.04.2025, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2025, заявление финансового управляющего удовлетворено, спорные сделки признаны недействительными, применены последствия недействительности сделки в виде признания права собственности должника на земельный участок с кадастровым номером 50:08:0060317:180, жилой дом с кадастровым номером 50:08:0060317:380, обязания ФИО3 возвратить в конкурную массу должника данные объекты недвижимости.  

В удовлетворении заявления ФИО3 об исключении имущества из конкурсной массы отказано.  

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1, ФИО3 обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, в которых просят их отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований финансового управляющего и удовлетворении заявления ФИО3, в связи с нарушением норм материального и процессуального права, несоответствием выводов судов фактическим обстоятельствам дела.  

Полагают, что судами первой и апелляционной инстанций спорные сделки неправильно квалифицированы как совершенные со злоупотреблением правом. При этом, исходя из доводов финансового управляющего, договор о разделе имущества между супругами от 28.10.2015 является подозрительной сделкой и, соответственно, мог быть оспорен только по основаниям п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, однако был совершен за пределами указанного срока. Ссылаются также, что спорное имущество является единственным пригодным для проживания помещением для ФИО3  

В соответствии с абзацем 2 ч. 1 ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного Суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.  

Представитель ФИО1, ФИО3 в заседании суда округа поддержал доводы кассационных жалоб.  

Иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание суда кассационной инстанции не направили, что, в силу ч. 3 ст. 284 АПК РФ, не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.  

Заслушав в судебном заседании представителя ФИО1 и 

ФИО3, обсудив доводы кассационных жалоб, проверив в порядке ст.ст. 286, 287, 288 АПК РФ законность обжалованных судебных актов,  

коллегия суда кассационной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены принятых судебных актов по следующим основаниям.  

В соответствии с ч. 1 ст. 223 АПК РФ и ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по  

правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), в том числе Законом о банкротстве.  

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций, следует из материалов дела, в период брака супругами ФИО4 и ФИО1 приобретены на общие денежные средства и зарегистрированы на имя должника следующие объекты недвижимости:  

- земельный участок с кадастровым номером 50:08:0060317:180 площадью 1500 кв.м, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для ведения личного подсобного хозяйства по адресу: Московская область, Истринский район, с/о Лучинский, д. Глинки, уч.4;  

- жилой дом с кадастровым номером 50:08:0060317:380 по адресу: Московская область, Истринский район, с/о Лучинской, 

<

...>.  

Между должником и ФИО1 заключен договор о разделе имущества супругов от 28.10.2015, согласно которому ФИО4 и ФИО1 производят раздел указанного имущества, нажитого в период брака. По условиям договора супруга получала недвижимость, а должник - компенсацию в размере  

1 250 000 руб. 

Позднее, данное недвижимое имущество было отчуждено ФИО1 в пользу дочери ФИО3 по договору дарения земельного участка и жилого дома от 18.09.2021.  

Обращаясь в суд с заявлением о признании недействительными сделками спорных договоров, финансовый управляющий должника указывал, что данные сделки отвечают признакам недействительных сделок по основаниям, предусмотренным ст.ст. 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).  

Из материалов дела следует, что заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству определением Арбитражного суда города Москвы от 23.06.2021, соответственно, договор о разделе имущества супругов от 28.10.2015 совершен за пределами трехлетнего периода подозрительности, установленного п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.  

Согласно доводам управляющего, целью указанных сделок являлся вывод имущества должника из-под обращения взыскания, причинение вреда кредиторам должника, имущество безвозмездно выбыло из собственности должника в пользу аффилированных (заинтересованных) лиц при наличии у должника неисполненных обязательств в существенном размере.  

Исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства 

в соответствии с требованиями ст.ст. 67, 68, 71 АПК РФ, руководствуясь положениями ст.ст. 19, 32, 61.1, 61.2, 61.9, 213.32 Закона о банкротстве, ст.ст. 10, 168, 170 ГК РФ, постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о наличии оснований для признания спорных договоров  

недействительными сделками, в исключении имущества из конкурсной массы судами отказано.  

Коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов по следующим основаниям.  

Согласно п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, предусмотренным данным Законом.  

Как следует из п. 5 Постановления № 63, п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка) в течении трех лет до возбуждения дела о банкротстве.  

Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом п. 7 Постановления № 63).  

В соответствии с абзацем 4 п. 4 Постановление № 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных ст.ст. 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку,  

при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст. 10 и ст. 168 ГК РФ).  

По смыслу соответствующих разъяснений, переквалификация сделки по основаниям, указанным в ст. ст. 10, 168 ГК РФ возможна только при наличии в действиях должника и ответчика признаков злоупотребления правом (абзац четвертый п. 4 Постановления № 63).  

Критериями совершения сделки со злоупотреблением правом, пороки которой выходят за пределы специальных оснований недействительности, могут,  

в частности, являться: 1) отсутствие реальных экономических причин для совершения сделки; 2) совершение сделки по отчуждению ликвидного имущества по явно несоразмерной стоимости (безвозмездно) при наличии значительной задолженности; 3) нетипичное поведение сторон гражданских правоотношений,  

его несоответствие ожидаемому от любого разумного и добросовестного участника гражданского оборота; 4) заведомо противоправная цель совершения сделки ее сторонами, их намерение реализовать противоправный интерес, направленный исключительно на нарушение прав и законных интересов кредиторов должника и др.  

Положения ст. 10 ГК РФ применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.  

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 7 Постановления № 25, если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ, в  

зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п. п. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ).  

Как следует из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.06.2025 № 305-ЭС23-24052(3) по делу № А40-231308/2020, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки, их сознательное, целенаправленное поведение на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер.  

В настоящем случае, суды первой и апелляционной инстанций полно и всесторонне установили фактические обстоятельства обособленного спора, исследовали и оценили представленные в материалы дела доказательства, заявленные доводы и возражения. Суды пришли к обоснованному выводу о наличии оснований для признания спорных договоров недействительными сделками, поскольку установлено злоупотребление правом сторонами договоров направленное на вывод имущества должника.  

Судами правомерно учитывалось и следует из материалов дела, что на момент заключения договора о разделе имущества супругов у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами в существенном размере (решение Арбитражного суда Рязанской области от 15.12.2015 делу № А54-3438/2015). Так, из указанного решения суда следует, что должник являлся поручителем по заемным обязательствам подконтрольного ему общества. Должник также привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Авиафлот-М» в рамках дела № А41-83138/2016, в котором установлено,  

что именно действия участников общества в 2013, 2014 (в т.ч. ФИО4) привели к невозможности ООО «Авиафлот-М» исполнить обязательства по возврату денежных средств (определение Арбитражного суда Московской области по делу № А41-83138/2016 от 02.08.2019).  

Коллегией суда кассационной инстанции учитывается правовая позиция, изложенная в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4) по делу № А40-177466/2013, согласно которой, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ). Факт заключения спорной сделки в условиях неисполнения существовавших обязательств перед кредиторами, отчуждение актива по существенно заниженной цене (безвозмездно) и аффилированность стороны сделки - в своей совокупности являются обстоятельствами, достаточными для определения того, что у должника имелась цель причинения вреда своим кредиторам в результате совершения сделки.  

В данном случае, судами также установлено, что должник и ответчики являются аффилированными (заинтересованными) лицами применительно к ст. 19 Закона о банкротстве, поскольку ФИО1 является супругой должника, а ФИО3 дочерью. При этом установленные обстоятельства заинтересованности позволяют применить доказательственные презумпции осведомленности ответчиков о наличии причиненного подконтрольному обществу  

ущерба и цели сделки - причинение вреда иным лицам, а также позволяют переложить на ответчика бремя опровержения разумных сомнений о цели сделок.  

В соответствии со ст. 9, ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения процессуальных действий.  

В данном случае, в материалах дела отсутствуют доказательства получения должником компенсации в размере 1 250 000 руб., а также доказательства расторжения брака между супругами.  

Таким образом, учитывая наличие у должника на момент заключения договора о разделе имущества неисполненных обязательств перед кредиторами (причинение вреда подконтрольному обществу), а также аффилированность сторон договора и отсутствие доказательства получения по нему должником встречного предоставления, суды пришли к обоснованному выводу о наличии оснований для признания сделки недействительной, поскольку злоупотребление правом носит явный характер.  

Доводы о неверной квалификации судами спорной сделки подлежат отклонению, поскольку безвозмездное выбытие ликвидных объектов недвижимости из имущественной массы должника в пользу аффилированного лица при наличии неисполненных обязательств в существенном размере является достаточной совокупностью обстоятельств для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом (т.е. выходящей за диспозицию п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве).  

Поскольку последующий договор дарения имущества в пользу дочери ФИО3 совершен в пределах трехлетнего периода подозрительности, суды, учитывая аффилированность сторон сделки, осведомленность ответчика о наличии у должника обязательств и цели сделки, пришли к правомерному выводу о наличии основания для признания договора дарения недействительным применительно к  

п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. 

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 17.12.2020 № 305-ЭС20-12206 по делу № А40-61522/2019, в преддверии банкротства должник, осознавая наличие у него кредиторов (по требованиям как с наступившим, так и ненаступившим сроком исполнения), может предпринимать действия, направленные либо на вывод имущества, либо на принятие фиктивных долговых обязательств перед доверенными лицами в целях их последующего включения в реестр. Обозначенные действия объективно причиняют вред настоящим кредиторам, снижая вероятность погашения их требований.  

С точки зрения принципа добросовестности, в ситуации существования значительных долговых обязательств, указывающих на возникновение у гражданина-должника признака недостаточности имущества, его стремление одарить родственника не может иметь приоритет над необходимостью удовлетворения интересов кредиторов за счет имущества должника (определение Верховного Суда РФ от 22.07.2019 № 308-ЭС19-4372 по делу № А53-15496/2017).  

Требования ФИО3 об исключении настоящего имущества из конкурсной массы обоснованно отклонены судами поскольку, должник обладает иным жилым помещением, расположенным по адресу: г. Москва, Олимпийский  

<

...>, и с заявлением об исключении имущества из конкурсной массы спорного дома и земельного - не обращался.  

Как также правомерно учитывалось судами, исполнительский иммунитет не распространяется на приобретателя жилья в рамках недействительной сделки, иное приводило бы к случаям, когда возможно без каких-либо правовых последствий производить недобросовестный вывод жилых помещений в пользу лиц, для которых жилое помещение будет обладать статусом единственного жилого помещения.  

Иные доводы кассаторов являлись предметом рассмотрения судов, им дана надлежащая правовая оценка.  

Учитывая изложенное, оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой выяснили имеющие значение для дела обстоятельства, пришли к правомерным выводам о наличии оснований для признания спорных сделок в отношении имущества должника недействительными и отсутствии оснований для исключения имущества из конкурсной массы, с чем соглашается  

суд округа. 

Доводы кассационных жалоб направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных ст. 287 АПК РФ, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу ч. 4 ст. 288 АПК РФ, безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.  

При таких обстоятельствах судебная коллегия не усматривает оснований для удовлетворения кассационных жалоб ФИО1, ФИО3 и отмены обжалуемых судебных актов.  

Руководствуясь ст.ст. 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 11.04.2025 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2025 по  

делу № А40-120866/2021 оставить без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий-судья О.Н. Савина Судьи: Д.В. Каменецкий 

Ю.В. Трошина