ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А65-43358/2017

г. Самара

20 марта 2019г.

Резолютивная часть постановления объявлена 14 марта 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 20 марта 2019 года.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

Председательствующего судьи Александрова А.И., 

судей Колодиной Т.И., Радушевой О.Н.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, с участием:

от ФИО2 – представитель ФИО3, доверенность от 08.11.2018г.,

иные лица не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале № 1, апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 19 декабря 2018 года по заявлению конкурсного управляющего должника ФИО4 о взыскании с бывшего руководителя должника ФИО2 убытков, процентов по делу № А65-43358/2017 (судья Аверьянов М.Ю.), в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ПРОДЭКС», ИНН 

<

***>

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда от 17 июля 2018 года общество с ограниченной ответственностью «ПРОДЭКС», г. Казань (далее по тексту – должник, ООО «ПРОДЭКС»), признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

Исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на временного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ПРОДЭКС», г. Казань (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), ФИО4.

В Арбитражный суд Республики Татарстан 31 августа 2018 года поступило заявление исполняющего обязанности конкурсного управляющего должника ФИО4 о взыскании с бывшего руководителя должника ФИО2 (далее по тексту - ответчик) убытков в размере 2 218 572 рублей 41 копейки и процентов в размере 508 018 рублей 26 копеек.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 07 сентября 2018 года заявление принято к производству, назначено судебное заседание.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 06 декабря 2018г. конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

При рассмотрении данного обособленного спора в суде первой инстанции конкурсным управляющим должника в судебном заседании заявлено ходатайство о частичном отказе от заявления в части взыскания с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19 декабря 2018 года по делу № А65-43358/2017 принят отказ конкурсного управляющего и прекратить производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ПРОДЭКС», г. Казань (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), в части взыскания с ФИО2 508 018,26 рублей процентов за пользование чужими денежными средствами.

Заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ПРОДЭКС», г. Казань (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), удовлетворено.

Взыскано с ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «ПРОДЭКС», г. Казань (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), 2 218 572,41 руб. убытков.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемый судебный акт отменить и принять по делу новый судебный акт.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22 января 2019 г. апелляционная жалоба оставлена без движения и установлен срок для устранения обстоятельств послуживших основанием для оставления апелляционной жалобы без движения не позднее 13 февраля 2019 г.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 12 февраля 2019 г. апелляционная жалоба принята к производству, судебное разбирательство назначено на 14 марта 2019 г. на 14 час 40 мин.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В судебном заседании 14 марта 2019 г. представитель ФИО2 просил определение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 19 декабря 2018 года по делу № А65-43358/2017, исходя из нижеследующего.

На основании статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Поскольку заявление конкурсного управляющего о взыскании убытков с лица, контролирующего деятельность должника, подано в Арбитражный суд Республики Татарстан после 01.07.2017г. (31.08.2018г. согласно штампу канцелярии суда),  суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что рассмотрение заявления подлежит рассмотрению по правилам Закон о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях».

В соответствии с п. 1 ст. 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

Пунктом 2 ст. 61.20 Закона о банкротстве предусмотрено, что требование, предусмотренное пунктом 1 настоящей статьи, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами.

Указанные нормы также отражены в пункте 68 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», которым предусмотрено, что согласно пунктам 1 и 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве со дня введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства помимо иных лиц правом на предъявление от имени должника требования о возмещении убытков, причиненных должнику членами его органов и лицами, определяющими действия должника (далее - директор), по корпоративным основаниям (статья 53.1 ГК РФ, статья 71 Закона об акционерных обществах, статья 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью) наделяются конкурсные кредиторы, уполномоченный орган, работники должника, в том числе бывшие, их представитель. Соответствующее требование подлежит рассмотрению в рамках дела о банкротстве.

В соответствии с пунктом 4 статьи 32 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества. Исполнительные органы общества подотчетны общему собранию участников общества и совету директоров (наблюдательному совету) общества.

Порядок деятельности единоличного исполнительного органа общества и принятия им решений устанавливается уставом общества, внутренними документами общества, а также договором, заключенным между обществом и лицом, осуществляющим функции его единоличного исполнительного органа (пункт 4 статьи 40 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», при определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.).

В соответствии с пунктами 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ ответственность за убытки, причиненные обществу виновными действиями, несут перед обществом: лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени; члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании; лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 данной статьи.

В силу пункта 3 статьи 53 ГК РФ и пунктов 1 и 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ) лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно, оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу. При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

В силу положений ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

При этом возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, и ее применение возможно при наличии определенных условий. В предмет доказывания по спорам о возмещении убытков включается совокупность следующих обстоятельств: наличие убытков и их размер, противоправность действий (бездействия) лица, причинившего убытки, причинная связь между его противоправными действиями (бездействием) ответчика и возникшими убытками, вина ответчика в причинении убытков.

Доказывание указанных обстоятельств в соответствии с положениями статьи 65 АПК РФ относится на заявителя. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

Из разъяснений данных в п. 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» следует, что в силу п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством (п. 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).

Согласно пунктам 1, 2, 3 ст. 44 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» единоличный исполнительный орган общества должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно. Единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу виновными действиями (бездействием). При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Не несут ответственность за убытки, причиненные юридическому лицу, те члены коллегиальных органов юридического лица, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение убытков, или, действуя добросовестно (статья 1 ГК РФ), не принимал участия в голосовании (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, пункт 2 статьи 71 Закона об акционерных обществах, пункт 2 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

Кроме того, надлежит принимать во внимание ограниченные возможности членов коллегиальных органов юридического лица по доступу к информации о юридическом лице, на основании которой они принимают решения.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу.

По общему правилу, право требовать убытков в связи с тем, что лица, указанные в пунктах 1-3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, принадлежит юридическому лицу или его участникам. В данном случае интерес в защите активов должника реализуется конкурсным кредитором.

По общему правилу, интересы юридического лица, его участника и руководителя должны совпадать. Однако, не исключена ситуация действий руководителя (участника) от имени юридического лица за пределами нормальных предпринимательских соображений, чем обществу причинены убытки.

В соответствии с пунктом 3 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

В соответствии с пунктом 4 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» по смыслу взаимосвязанных положений абзаца второго статьи 2, пункта 2 статьи 3, пунктов 1 и 3 статьи 61.10 Закона о банкротстве для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности, по общему правилу, учитывается контроль, имевший место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний период, предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (далее - объективное банкротство).

Указанные положения законодательства не исключают возможность привлечения контролирующего лица к иной ответственности за действия, совершенные за пределами названного трехлетнего периода, например, к ответственности, предусмотренной законодательством о юридических лицах (статья 53.1 ГК РФ, статья 71 Федерального закона от 26 декабря 1995 г. № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее - Закон об акционерных обществах), статья 44 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью) и т.д.).

Само по себе участие в органах должника не свидетельствует о наличии статуса контролирующего его лица. Исключение из этого правила закреплено в подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, установивших круг лиц, в отношении которых действует опровержимая презумпция того, что именно они определяли действия должника.

В соответствии с подпунктами 1 и 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

Оценка требований и возражений сторон осуществляется судом с учетом положений статей 9 и 65 АПК РФ о бремени доказывания исходя из принципа состязательности, согласно которому риск наступления последствий несовершения соответствующих процессуальных действий несут лица, участвующие в деле.

В рассматриваемом случае ФИО2 с даты создания ООО «ПРОДЭКС» и до декабря 2016г. являлся одновременно учредителем и единоличным исполнительным органом должника (л.д. 30, 94).

В период с июня 2015г. по август 2016г. ООО «ПРОДЭКС» производил перечисление денежных средств на общую сумму 2 218 572,41 рублей по обязательства ФИО2 вытекающих из договоров лизинга заключенных между ответчиком и ООО «Элемент Лизинг» №АХ_ЭЛ/Кэн61919/ДЛ, №АХ_ЭЛ/Кэн61492/ДЛ, а также по кредитному договору 

<

***> с ОАО «РОСТ БАНК».

Конкурсный управляющий должника указывая на то, что доказательства возврата ответчиком полученных денежных средств должнику отсутствуют, обратился в суд с настоящим заявлением о взыскании убытков.

Ответчик, при рассмотрении в суде первой инстанции первоначально указал на то, что денежные средства были возвращены должнику путем перечисления ответчиком на расчетный счет должника.

Из представленной в материалы дела банковской выписки по счету не следует, что денежные средства перечисленные должником по обязательствам ФИО2 были им возращены.

Впоследствии представителем ФИО2 было указано на то, что денежные средства её доверителем вносились наличными в кассу должника.

Принимая во внимание, тот факт, что в подлинник акта приема-передачи документов от ФИО2 к ФИО5 отсутствует, а в указанной копии отсутствует информация о передаче кассовых книг должника и квитанций к приходным кассовым ордерам, а приходные кассовые ордера представлены не были, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что ответчиком не представлены достоверные, относимые и допустимые доказательства, подтверждающие факт возврата полученных денежных средств должнику.

Обоснованно отклонён судом первой инстанции довод представителя ответчика о том, что квитанции к приходным кассовым ордерам передавались как первичные бухгалтерские документ Общества, так как квитанции к приходным кассовым ордерам после передачи их лицу внесшему денежные средства перестают быть по смыслу указаний Банка России документами Общества.

Кроме того, из копии представленного акта приема-передачи документов от 26 декабря 2016г. не усматривается, что переданы новому руководителю были именно оригиналы бухгалтерских документов должника, что следует в частности из прямого указания, что в оригиналах были переданы свидетельства о государственной регистрации и свидетельство ОГРН Общества, свидетельство о государственной регистрации изменений Общества, Устав Общества и устав Общества в новой редакции, свидетельство о постановке Общества на учет в налоговом органе, письмо Госкомитета о включении в ЕГРПО, о передачи иных документов в оригинале указанный акт не содержит.

Также правомерно отклонён судом первой инстанции довод представителя ответчика о преждевременном обращении конкурсного управляющего с настоящим заявлением, до проведений службой судебных приставов по получении документов должника от бывшего руководителя должника ФИО5

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 09 октября 2018г. суд обязал ФИО5 передать и.о. конкурсного управляющего должника ФИО4 оригиналы бухгалтерской и иной документации, материальные и иные ценности должника.

Доказательства исполнения ФИО5 судебного акта об обязании передать документацию должника и материальные ценности в материалы дела не представлены, между тем, указанные обстоятельства не являются препятствием для рассмотрения настоящего заявления.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действующей на момент возникновения спорных правоотношений) не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Положения указанной нормы предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление) правом с обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

В рассматриваемом случае ответчик являясь единоличным исполнительным органом должника систематически перечисляя денежные средства должника в счет погашения своих обязательств, в отсутствии доказательств их возврата Обществу не отвечает принципам добросовестности, при этом ответчик не мог не осознавать, что своими действиями причиняет вред как кредиторам так и самому Обществу. Доказательства, свидетельствующие о возврате должнику денежных средств, ФИО2, в нарушение положений ст. 65 АПК РФ, в материалы дела представлены не были.

Так как, нарушений норм материального и процессуального права, являющихся основанием к безусловной отмене судебного акта по статье 270 АПК РФ, не установлено, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 19 декабря 2018 года по делу № А65-43358/2017. Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 19 декабря 2018 года по заявлению конкурсного управляющего должника ФИО4 о взыскании с бывшего руководителя должника ФИО2 убытков, процентов по делу № А65-43358/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                                                                         А.И. Александров

Судьи                                                                                                        Т.И. Колодина

                                                                                                                   О.Н. Радушева