ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А29-15457/2018

г. Киров

01 июня 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 25 мая 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 01 июня 2022 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Хорошевой Е.Н.,

судейДьяконовой Т.М., ФИО1,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО2,

без участия в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Система Город» ФИО3

на определение Арбитражного суда Республики Коми от 04.03.2022 по делу № А29-15457/2018, принятое

по заявлению конкурсного управляющего ФИО3

к ФИО4, ФИО5, ФИО7, ФИО6 

о привлечении к субсидиарной ответственности

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Система Город» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

установил:

решением Арбитражного суда Республики Коми от 06.06.2019 общество с ограниченной ответственностью «Система Город» (далее – ООО «Система Город», должник) признано несостоятельным (банкротом), введена процедура, применяемая в деле о банкротстве, конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО3 (далее – конкурсный управляющий ФИО3, заявитель).

Конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением к ФИО4, ФИО5, ФИО7, ФИО6 о привлечении к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 04.03.2022 признано доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4 по обязательствам ООО «Система «Город»; приостановлено рассмотрение настоящего обособленного спора до окончания расчетов с кредиторами; в удовлетворении требований в остальной части отказано.

Конкурсный управляющий ООО «Система Город» ФИО3 с принятым определением суда не согласен, обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить оспариваемое определение в части отказа в удовлетворении требований, принять новый судебный акт. 

Заявитель жалобы указывает, что вступившим в законную силу приговором установлено, что в период времени с 01.01.2012 по 03.08.2015 ФИО4, ФИО7, ФИО5, ФИО6, действуя совместно и согласованно, в составе организованной группы, путем растраты, умышленно, из корыстных побуждений, используя свое служебное положение, похитили вверенные им гражданами денежные средства, принадлежащие ресурсоснабжающим организациям и поставщикам услуг, чем причинили последним имущественный вред. Поскольку все перечисленные лица, действуя согласованно, по мнению апеллянта, определяли действия должника, извлекали выгоду из недобросовестного поведения его органов управления, они являлись контролирующими должника лицами в указанный период. Заявитель жалобы полагает, что разъяснения, изложенные в пунктах 4 и 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» применимы и к ранее действовавшим положениям Закона о банкротстве по вопросу привлечения к ответственности контролирующих должника лиц. По мнению заявителя, ошибочен вывод суда о том, что ФИО5, ФИО7 и ФИО6 не получили существенную выгоду относительно масштабов деятельности должника. Установив недоказанность наличия по состоянию на 01.02.2014 признаков объективного банкротства должника (дата, указанная конкурсным управляющим), суд в обжалуемом судебном акте четко определил период возникновения таких признаков – вторая половина 2015 года. Таким образом, оснований для отказа в привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по основанию несвоевременного обращения в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, как полагает апеллянт, не имелось.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 04.04.2022 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 05.04.2022.

ФИО7 в отзыве на апелляционную жалобу просит отказать в ее удовлетворении, указывает, что все указания по работе с бухгалтерией ей давал ФИО4, никаких доводов от деятельности ИП ФИО7 и ООО «Система Город» она не получала, кроме заработной платы за работу кассира. Также ФИО7 отмечает, что не совершала никаких растрат и не присваивала себе чьи-либо денежные средства. 

ФИО5 в отзыве на апелляционную жалобу просит оспариваемый судебный акт оставить без изменения, указывает на отсутствие оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности. Отметил, что никогда не являлся контролирующим должника лицом, работал в должности главного бухгалтера. Указал, что никогда не получал под свою ответственность денежные средства, имущество или материальные ценности, принадлежащие ООО «Система Город», агентам или поставщикам должника. Во взаимоотношениях с ООО «Система Город» не являлся ни должником, ни кредитором, не брал и не давал займы. 

В судебном заседании в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) объявлялся перерыв до 25.05.2022.

Лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 АПК РФ дело рассматривается в отсутствие неявившихся лиц.

В соответствии с частью 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

С учетом того, что от участвующих по делу лиц не поступило возражений относительно проверки определения только в оспариваемой заявителем части, суд апелляционной инстанции осуществляет проверку законности и обоснованности определения только в части требований заявителя, в удовлетворении которых судом было отказано.

Законность определения Арбитражного суда Республики Коми проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 АПК РФ. 

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статьей 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Руководствуясь Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон №266-ФЗ), Информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что поскольку заявление о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц поступило в суд после 01.07.2017, в части применения процессуальных положений они подлежат рассмотрению в порядке главы III.2 Закона о банкротстве с учетом положений Закона о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ. Нормы материального права, устанавливающие основания для привлечения к субсидиарной ответственности, должны определяться редакцией, действующей в период совершения лицом вменяемых ему деяний (деликта).

Принимая во внимание совершение ответчиками действий, в связи с которыми заявлены требования о привлечении их к субсидиарной ответственности, в 2012-2015 гг., суд первой инстанции верно отметил, что подлежат применению соответствующие нормы материального права, действовавшие в указанный период.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ ООО «Система Город» зарегистрировано 17.11.2004 МИФНС России № 5 по Республике Коми (ОГРН: 

<

***>). Основным видом деятельности Общества является деятельность по созданию и использованию баз данных и информационных ресурсов.

По сведениям УФНС России по Республике Коми руководителем Общества являлись: 

- в период с 15.12.2011 по 07.06.2015 ФИО4,

 в период с 08.06.2015 по 13.06.2019 – управляющая организация – ФИО8 ЛТД.

Учредителями общества являлись:

- в период с 22.08.2011 по 23.03.2013 – ООО «Аспес» – 24 % доли (12 000 руб.);

- в период с 17.01.2007 по 21.08.2011 – ООО «Коммунальная энергетика» – 24 % доли (12 000 руб.);

- в период с 17.01.2007 по 25.10.2012 – ФИО9 – 76 % доли (38 000 руб.);

- период с 26.10.2012 по 24.03.2013 – ФИО10 – 76% доли (38 000 руб.);

- в период с 25.03.2013 по 18.01.2015 – ФИО4 – 100 % доли (50 000 руб.);

- в период с 19.01.2015 по настоящее время:

1) ЕМаркет Энтертеймент ЛТД – 1/51 доли (1000 руб.);

2) само Общество – 50/51 доли (50 000 руб.) (том 2 л.д. 1).

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 06.11.2018 по заявлению кредитора ООО «Регионжилстрой» в отношении ООО «Система «Город» возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве).

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 07.02.2019 в отношении ООО «Система «Город» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО3.

Решением Арбитражного суда Республики Коми от 05.06.2019 ООО «Система «Город» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

Как следует из материалов дела, в реестр требований кредиторов должника включены требования:

- ООО «Долговой центр» (ООО «Регионжилстрой») в сумме 20 526 000 руб., основанные на решениях Арбитражного суда Республики Коми от 05.03.2018 по делу № А29-18076/2017, от 31.05.2018 по делу №А29-18078/2017, от 29.03.018 по делу № А29-383/2018 (задолженность по договору беспроцентного займа № 5 от 27.03.2014, договору процентного займа № 59 от 30.09.2014, договору беспроцентного займа от 25.12.2013 № 2);

- АО «Коми энергосбытовая компания» в сумме 38 897 864,93 руб., основанные на решениях Арбитражного суда Республики Коми от 09.10.2014 по делу № А29-4478/2014, от 10.10.2014 по делу № А29-4527/2014, от 15.10.2014 по делу № А29-7445/2014; 

- ПАО «Ростелеком» в сумме 6 827 683,48 руб. долга и 57 138 руб. 42 коп. судебных расходов, основанные на решении Арбитражного суда Республики Коми от 22.07.2015 по делу № А29-5340/2015;

- АО КБ «Хлынов» в сумме 19 045,05 руб., в том числе: 17 045 руб. 05 коп. – долг, 2000 руб. судебные расходы, требования основаны на решении Арбитражного суда Республики Коми от 26.09.2016 по делу №А29-7666/2016.

Требования ООО «Единый расчетный центр» в сумме 7 479 000,69 руб., основанные на решении Арбитражного суда Республики Коми от 09.07.2015 по делу № А29-4363/2015, признаны основанными и включены в состав требований, заявленных после закрытия реестра требований кредиторов должника и подлежащих удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований, включенных в реестр.

Конкурсным управляющим в материалы дела представлен вступивший в законную силу обвинительный приговор Сыктывкарского городского суда Республики Коми по делу №1-6/2020 от 29.06.2020, вынесенный в отношении ФИО4, ФИО6, ФИО7, ФИО5 и других, а также апелляционное определение Верховного суда Республики Коми от 12.02.2021.

В силу части 4 статьи 69 АПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу обязательны для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом.

Согласно вышеназванному приговору ФИО4, ФИО5, ФИО7, ФИО6, на базе платежных агентов ООО «Система Город», ООО «Платежные сервисы», субагента ИП ФИО7, привлекая лиц, не осведомленных об их противоправной деятельности, осуществляли прием платежей от населения за жилищно-коммунальные услуги посредством размещения касс и терминалов, обеспечивая их необходимой техникой, программным обеспечением, канцтоварами и иными предметами, необходимыми для их деятельности, а также контролируя их работу. Поступившие денежные средства осужденные инкассировали с точек по приему платежей и транспортировали в офис ООО «Система Город», ООО «Платежные сервисы», откуда похитили 59 566 762,85 руб., которые использовали по своему усмотрению, причинив тем самым имущественный ущерб 56 юридическим лицам и индивидуальным предпринимателям.

Преступление совершено ответчиками в составе организованной группы. При этом исходя из приговора ФИО4 выступал организатором преступной группы, ФИО6 осуществлял пособничество в совершении хищения денежных средств, исполняя поручения ФИО4, связанные с хищением денежных средств, изготавливал и подписывал необходимые документы, по указанию ФИО4 изымал денежные средства из офиса ООО «Система «Город» и ООО «Платежные сервисы» (том 6 л.д. 142-143). ФИО7 и ФИО5 являлись исполнителями и выполняли неправомерные указания ФИО4

Как отметил конкурсный управляющий, легализация похищенных денежных средств в основном осуществлена до создания ООО «Платежные сервисы», что свидетельствует о том, что большая часть денежных средств была похищена именно у ООО «Система Город».

В дальнейшем часть организаций, у которых были похищены денежные средства, заявили свои требования в рамках дела о банкротстве ООО «Система Город», в том числе: ПАО «Ростелеком», ОАО «Коми энергосбытовая компания», ООО «Единый расчетный центр». 

Конкурсный управляющий указал, что помимо неправомерных действий, связанных с хищением денежных средств в размере 59 566 762,85 руб., бывший руководитель ООО «Система «Город» ФИО4 совершил сделки, которые признаны недействительными в рамках дела о банкротстве.

Так, определением Арбитражного суда Республики Коми от 21.10.2021 по делу №А29-15457/2018 (З-60054/2020) на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) признаны недействительными платежи, совершенные должником в пользу ФИО7 в период с 15.01.2015 по 28.04.2015 на общую сумму 1 220 000 руб., с ФИО7 в конкурсную массу взысканы денежные средства в размере 1 220 000 руб. Судом установлено, что денежные средства были перечислены ответчику безвозмездно, в отсутствие правовых оснований. Определение суда вступило в законную силу, по делу выдан исполнительный лист. До настоящего времени определение суда ответчиком не исполнено.

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 16.08.2021 по делу А29-15457/2018(З-60131/2020) признано недействительной сделкой перечисление ООО «Система «Город» в пользу ФИО4 денежных средств в размере 710 000 руб. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника денежных средств в размере 710 000 руб. Определение суда вступило в законную силу, до настоящего времени не исполнено.

В период с 20.01.2015 по 31.07.2015 ООО «Система «Город» в пользу ООО «Платежные сервисы» осуществлены платежи на сумму 33 426 896,83 руб. ФИО4 являлся руководителем должника до 07.06.2015, а также с 31.10.2014 являлся единственным учредителем ООО «Платежные сервисы» и его руководителем.

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 08.10.2020 по делу №А29-15457/2019(З-60122/2020) признаны недействительными сделки по перечислению ООО «Система «Город» денежных средств в пользу ООО «Платежные сервисы» на сумму 33 426 896,83 руб., применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика денежных средств. Определение суда вступило в законную силу, не исполнено.

Из перечисленных в пользу ООО «Платежные сервисы» денежных средств платежи на сумму 32 261 896,83 руб. были совершены с расчетного счета должника в период, когда руководителем ООО «Система Город» являлся ФИО4 После прекращения полномочий ФИО4 хозяйственная деятельность должником фактически не осуществлялась.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции ФЗ № 134 от 28.06.2013, действовавшей в период совершения неправомерных действий, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

- причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Положения абзаца четвертого настоящего пункта применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей в спорный период, контролирующее должника лицо – лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем за два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

Судами установлено, что дело о банкротстве в отношении должника возбуждено 06.11.2018. Неправомерные действия совершены ответчиками в период с 01.01.2012 по 03.08.2015, полномочия ФИО4 как руководителя прекращены 07.06.2015, учредителем ФИО4 являлся до января 2015 года. 

Согласно приговору суда ФИО5 являлся заместителем генерального директора и главным бухгалтером ООО «Система «Город» и ООО «Платежные сервисы», материально-ответственным лицом; индивидуальный предприниматель ФИО7 зарегистрирована 20.07.2011, ОГРНИП: 

<

***>; являлась субагентом ООО «Система «Город», ООО «Платежные сервисы», а также материально-ответственным лицом.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции, что по смыслу статьи 2 Закона о банкротстве (в действующей в спорный период редакции) ФИО5, ФИО7, ФИО6 не относятся к контролирующим должника лицам, которые могут быть привлечены именно к субсидиарной ответственности. В силу занимаемых должностей и фактических обстоятельств дела, указанные ответчики не являются лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе, возможность давать указания в понимании статьи 10 Закона о банкротстве.

По мнению конкурсного управляющего, ФИО7, ФИО5, ФИО6 так же, как и ФИО4, являлись лицами, контролировавшими деятельность должника, поскольку получили выгоду в результате незаконного поведения руководителя, следовательно, должны быть применены положения пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53).

Между тем заявитель не учитывает, что поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3) по делу № А22-941/2006).

Следовательно, в данном случае подлежат применению положения Закона о банкротстве в редакции Федеральных законов от 28.04.2009 № 73-ФЗ, от 28.06.2013 № 134-ФЗ. В связи с этим суд первой инстанции верно указал, что предусмотренная подпунктом 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве презумпция контроля над должником у лица, которое извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, в рассматриваемом случае не применима, подобная презумпция в предыдущих редакциях Закона отсутствовала.

Таким образом, ссылка заявителя жалобы на положения подпункта 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве (презумпция наличия контроля в силу извлечения выгоды от деятельности должника), так как названная норма введена в действие Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ, который не распространяется на спорные отношения.

Однако это не означает, что при доказывании в общем порядке (статья 65 АПК РФ) наличия контроля у лица, не имеющего формально-юридических полномочий давать должнику обязательные для исполнения указания, истец лишен возможности ссылаться на приведенные в упомянутой презумпции обстоятельства. Несмотря на то, что подобные факты применительно к рассматриваемому периоду не образуют презумпцию контроля, суд должен дать им правовую оценку в контексте всей совокупности обстоятельств, установленных по обособленному спору, тем более, что на данные обстоятельства ссылался участник судебного спора.

Как отмечено в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079 (далее – определение № 305-ЭС19-10079), предусмотренное, например, статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем правовых подходов к толкованию положений как прежнего, так и ныне действующего законодательства является общим (в том числе это относится к разъяснениям норм материального права, изложенным в Постановлении № 53.

По смыслу пунктов 4, 16 названного Постановления № 53 осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности. Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, то такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. При этом суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Вместе с тем в рассматриваемом случае конкурсный управляющий, ходатайствующий о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7, ФИО5, ФИО6, возможность определения последними действий должника на указанную дату не обосновал и не подтвердил.

В материалах дела отсутствуют доказательства вовлеченности данных лиц в процесс управления должником, равно как и возможность в самостоятельном порядке давать должнику (контролирующим его лицам) обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.

Согласно приговору Сыктывкарского городского суда организатором преступной группы, а также лицом, контролирующим ее деятельность, являлся именно ФИО4, остальные ответчики, хотя и входили в состав организованной группы, являлись рядовыми исполнителями и выполняли незаконные распоряжения ФИО4

Факт оказания влияния указанными лицами на незаконное или недобросовестное поведение ФИО4 вступившим в законную силу приговором не установлен, равно как и не представлено доказательств наличия у данных лиц полномочий принятия самостоятельных решений относительно деятельности должника без ведома руководства Общества.

Из материалов дела не следует, что ФИО7, ФИО5, ФИО6 имели законную либо фактическую возможность определять действия должника, в том числе, путем принуждения руководителя должника либо оказания определяющего влияния на руководителя должника иным образом.

Доказательства обратного в деле отсутствуют.

Само по себе то обстоятельство, что ФИО7, ФИО5, ФИО6, по мнению конкурсного управляющего, явились выгодоприобретателями, существенность выгоды, полученной ответчиками, учитывая применяемую в данном случае редакцию Закона о банкротстве, не свидетельствует о наличии у данных лиц статуса контролирующих должника. Наличие причинно-следственной связи между действиями ФИО7, ФИО5, ФИО6 в отношении должника и несостоятельностью последнего из материалов дела не усматривается.

Приговором суда установлено, что большую часть похищенных денежных средств получил именно ФИО4 на свой банковский счет. При этом приведенные обстоятельства выдачи из кассы ООО «Система Город» ФИО6 денежных средств в размере 1 000 000 руб., а также получение ФИО7 денежных средств в размере 3 000 000 руб., не свидетельствуют о доведении должника такими действиями до банкротства.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии у ФИО7, ФИО5, ФИО6 в спорный период возможности определения деятельности должника и наличия в связи с этим статуса контролирующих должника лиц, в связи с чем суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявления в данной части. При этом, как верно отражено в оспариваемом определении, подобный отказ не исключает возможности привлечения вышеназванных ответчиков к ответственности в виде взыскания убытков вне рамок дела о банкротстве в порядке гражданского судопроизводства.

В качестве оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий ссылался также на неисполнение ответчиком обязанности по своевременному обращению в суд с заявлением о банкротстве должника.

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

- настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 вышеназванной статьи).

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Заявитель сослался на наличие признаков неплатежеспособности должника в январе 2014 года, поскольку у Общества возникла задолженность перед АО «Коми энергосбытовая компания», включенная в реестр требований кредиторов должника, за январь 2014 года в размере 5 281 500 руб.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции отмечает, что конкурсный управляющий при подаче заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц должен доказать не только существование задолженности перед кредиторами, но и наличие оснований для обращения в суд.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении № 309-ЭС17-1801 от 20.07.2017 по делу № А50-5458/15, одного лишь наличия неисполненных денежных обязательств на сумму, превышающую установленную Законом о банкротстве, и сроком более трех месяцев недостаточно для возникновения на стороне должника обязанности по подаче руководителем должника заявления о признании общества банкротом, поскольку указанные обстоятельства могут иметь лишь временный характер. Наличие такой задолженности лишь позволяет внешним кредиторам инициировать дело о банкротстве общества-должника.

Исходя из разъяснения Конституционного Суда Российской Федерации, изложенных в постановлении от 18.07.2003 № 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности должника исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для его немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

В процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

Возникновение в указанный период задолженности перед конкретным кредитором не свидетельствует о том, что должник автоматически стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в целях привлечения его руководителя к субсидиарной ответственности.

В настоящем случае конкурсный управляющий ошибочно отождествил неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору. Данное обстоятельство само по себе не свидетельствует об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), в связи с чем не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения руководителя в суд с заявлением о банкротстве.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Однако, как правильно отметил суд первой инстанции, из материалов дела не усматривается наличие признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества должника, поскольку Общество располагало значительными денежными средствами, которые выбыли из состава имущества должника в результате неправомерных действий ответчиков. Судами установлено, что в первой половине 2015 года с расчетного счета должника по недействительным сделкам выбыли денежные средства в общем размере 35 356 896,83 руб. 

Доказательства того, что в приведенный конкурсным управляющим период должнику предъявлены требования, которые он не смог погасить ввиду необходимости удовлетворения требований иных кредиторов при отсутствии у него имущества, в материалы дела не представлены.

С учетом изложенного суд первой инстанции правомерно определил, что по состоянию на февраль 2014 года Общество имело достаточно денежных средств для расчетов с кредиторами и не обладало признаками неплатежеспособности.

Для привлечения бывших руководителей должника к субсидиарной ответственности по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве с учетом положений статьи 9 названного Закона, заявитель применительно к рассматриваемому случаю в силу части 1 статьи 65 АПК РФ обязан доказать, когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника.

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления; бремя доказывания относится на лицо, заявившее соответствующее требование к лицу, которое может быть привлечено к субсидиарной ответственности.

При этом доказыванию подлежит точная дата возникновения перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств, точные даты возникновения у соответствующего лица обязанности подать заявление о банкротстве должника и истечение предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве срока, точная дата возникновения обязательства, к субсидиарной ответственности по которому привлекается лицо (лица).

Между тем дата объективного банкротства должника, указанная конкурсным управляющим (01.02.2014), не доказана.

Вопреки позиции апеллянта, суд самостоятельно не устанавливает дату объективного банкротства должника, из оспариваемого определения также не следует установление судом данного обстоятельства. Ссылка апеллянта на вторую половину 2015 года в качестве даты, когда ФИО4 должен был обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом, отклоняется судебной коллегией, поскольку ФИО4 являлся учредителем должника с 25.03.2013 по 18.01.2015, руководителем – с 15.12.2011 по 07.06.2015, то есть ФИО4 объективно не мог подать соответствующее заявление от Общества в арбитражный суд во второй половине 2015 года, поскольку уже не являлся уполномоченным на то лицом.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявления в обжалуемой части. 

Несогласие апеллянта с произведенной судом первой инстанции оценкой имеющихся в деле доказательств, а также иное толкование заявителем положений гражданского законодательства не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального и процессуального права и не является в рассматриваемом случае основанием для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Обстоятельства, имеющие значение для дела, судом установлены правильно, представленные сторонами доказательства надлежаще оценены, спор разрешен в соответствии с материальным и процессуальным законом, в связи с чем суд апелляционной инстанции не находит оснований к отмене обжалуемого судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Согласно статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче апелляционной жалобы по данной категории дел государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269 (пункт 1), 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Коми от 04.03.2022 по делу № А29-15457/2018 в обжалуемой части оставить без изменения, а апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Система Город» ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Республики Коми.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий 

Судьи

 

Е.Н. Хорошева

ФИО11

ФИО1